Поиск по автору:

И СНОВА НОСТАЛЬГИЧЕСКОЕ - О СОВЕТСКОМ ФИГУРНОМ КАТАНИИ...
(от первого лица моего хорошего знакомого).

Мой сын, тогда - 14-летний фигурист-танцор, вернувшись со сборов в
Ростове-на-Дону, спросил:
- Папа! А что такое СУТЕНЕР?
Я от ответа ушел, но стал выяснять причину вопроса. Сын:
- А меня так обозвал В.П.!
Поясню: В.П.Норзуманян - наш тогдашний хореограф. Личность
незаурядная: фанатик бальных танцев, но сам - плохой танцор. Растеряв
всех партнерш, совсем расстаться с танцами не смог и пошел в хореографы
к фигуристам. Работая с ними из чистой любви к искусству, он совмещал
это увлечение со службой в НИИ, где занимал видное положение как
ученый-биохимик. Да еще был старым холостяком с подобающим набором
странностей.
Меня же вопрос сына не только покоробил, но и удивил: как субфибрильный
интеллигент Норзуманян брякнул такое "юноше, вступающему в жизнь"? В
качестве знатока (Норзуманяна, сына и слова «сутенер»), я учинил
следствие и восстановил истину в самой первой инстанции - случилась вот
такая история.

Норзуманян как биохимик дозировал команде физические нагрузки и питание,
чтобы поддерживать нормальный вес спортсменов. Кому назначал бегать с
гантелями вокруг Дворца Спорта, кому штангу выжимать.. А моему сыну он
усадил на плечи 40-килограммовую 16-летнюю чемпионку в танцах на льду
Оксаночку Р. - комсомолку, спортсменку, красавицу. Блондинку с большими
голубыми глазами и точеной фигуркой (катание-то - фигурное!). И заставил
подниматься с ней по лестнице на 5-й этаж гостиницы и спускаться
обратно. Сам с секундомером мотался на лифте вверх-вниз, встречая
сладкую парочку на 5-м или 1-м этаже, контролируя задание.
... И вот Норзуманян в очередной раз встречает на первом этаже
спускающегося сына с Оксаночкой. Сначала смотрит на секундомер, и,
обнаружив отставание от графика, начинает выговаривать, почему так
медленно? Вдруг сын отвечает ему странным густым басом, да еще с
грузинским акцентом:
- А мнэ так приятнэй!
Норзуманян смотрит на сына, и вдруг обнаруживает - странные изменения
произошли не только с голосом подопечного, но и внешностью: малой вырос,
раздался в плечах... А на месте юношеского пушка пробились густые черные
усы! И вообще под Оксаночкой оказался не он, а здоровенный ГРУЗЫН.
Оксаночка восседала на нем как ни в чем ни бывало, вроде и не заметила
смены коней на переправе, хотя руки положила на КЭПКУ как на большой
стол.
Ошарашенный Норзуманян набросился на грузина, требуя немедля убрать
девушку долой с плеч и КЭПКИ. Тот возражал, мотивируя - заплачены
деньги. С этим он развернулся и понес Оксаночку обратно вверх по
лестнице. Норзуманян ринулся за ним.
... По дороге он наткнулся на моего хохочущего сына, естесссно, без
Оксаночки, но с червонцем в руке. Оказалось, грузин курил на лестничной
площадке, пока сын вверх-вниз носил мимо него Оксаночку, и, не выдержав,
спросил:
- Шьто ты ее носыш?
- Это моя нагрузка!
- Продай мине тваю нагрузку - на тыбэ 10 рублей. Хватит?
Сын не успел оглянуться, как шухерная Оксаночка с криком «Хватит! » и
хохотом перескочила на плечи к грузину. Тот воткнул малому в карман
десятку, а сам понес Оксаночку вниз, где на него и набросился ошалевший
Норзуманян. Грузин - не растеялся, не уронив ни чести, ни КЭПКИ, ни
Оксаночки:
- Ти ей кто такой? Атэц? Муж? Лубовник?
- Хореограф!
- Уйди, дорогой! Атэц-муж-лубовник - понымаю, сразу би отдал! ГОРЕОГРАФ
- вай, такой разврат даже знать ны хачу!

... Врубившись в ситуацию, Норзуманян в-сердцах обозвал сына сутенером,
выхватил червоней, догнал грузина, содрал с него Оксаночку и сунул ему
обратно деньги. Грузин от денег категорически отказался и направился к
себе в номер. Норзуманян погнался за ним, тот заорал - тибе мало? Сунул
хореографу еще четвертак и захлопнул дверь, пригрозив накостылять по
шее.
Бедному, хотя и уже разбогатевшему на 35 рэ, Норзуманяну по шее не
хотелось. Понимая, что ему с грузином не справиться, он, красный от
ярости, влетел в номер к тренерам команды, которые уже отмечали
окончание еще одного дня этой жизни. Он объяснил ситуацию и поставил
задачу: надо в номере №... швырнуть мерзавцу вот эти 35 рэ! Тренеры,
благо постоянная работа на льду сделала их рассудки холодными,
вспомнили: восток - дело тонкое, а потому решили: не фиг вмешиваться в
армяно-грузинскую разборку, а лучше эти бабки тихо и мирно пропить. С
чем и отправились в кабак при гостинице. Правда, ни тихо, ни мирно у них
не получилось: сначала песни орали, а потом подрались.. Причем - ирония
судьбы! - набили морду тому самому грузину. Так он за свои деньги в один
день получил сразу два удовольствия: прекрасную девушку на шею и в
морду.
... Вот такой интересной была тогда спортивная жизнь. Потому и
олимпийских медалей огребали куда больше, нежели нынче.

Алик, фан фигурного катания kimryg.narod.ru

В киевском балете на льду где-то в конце 80-х поставили «Кармен».
Спектакль удался и пользовался большим успехом. Особенно нравилась
зрителям трагическая развязка, когда ревнивый Хосе убивал свободолюбивую
цыганку и швырял ее наземь... Впрочем, наземь - это виртуально. А в
натуре фигуристка, исполнявшая эту роль, крепенько билась об лед.
Профсоюзное собрание постановило убиенную Кармен на лед опускать
бережно. Ушибы прекратились.. Но остались простуды - каково лежать на
льду разгоряченной и фактически раздетой артистке, пока Хосе исполнял
танец посмертного страдания, а затем, уже полный раскаяния, возвращался
к остывшему телу любимой. И пусть возвращался уже через несколько минут,
но и за это время бедная девушка на льду могла действительно
превратиться в холодный труп. Конечно, это усилило бы реализм
постановки, но в стране, где в то время и одноразовых шприцов не было,
где уж напастись на одноразовых Кармен!
... После того, как обе основные Кармен забюллетенили, профсоюзное
собрание постановило складировать убиенных Кармен на чем-то теплом.
Выполняя постановление, четыре тореадора перед свершением убийства
складывали вместе свои плащи на место преступления. Хосе отплясывал с
жертвой танец смерти, вонзал в нее кинжал, после чего должен был
водрузить тело на смертный одр из плащей и приступить к дальнейшим
страданиям. Но попробуй на скорости, да под в музыку, попасть партнершей
в этот смертный одр! Потому Хосе долго выруливал с убиенной Кармен на
руках, и, опасаясь перелететь через плащи, приледнял партнершу, где уж
получалось. Дальше прожектора наводились на него, отвлекая публику, а
пока он исполнял танец посмертного страдания, зарезанная Кармен, матеря
убийцу, ползла возлечь на плащи. Когда же она оказывалась на месте и
принимала подобающую смертную позу, на нее наводился один из прожекторов
и Хосе, тоже освещенный, несся к любимой - уже оплакивать.
Но однажды, то ли Кармен замешкалась, то ли осветитель поторопился, но
когда он навел прожектор на плащи, цыганки там не оказалась. Он начал
шарить лучом по льду, вроде как искал вражеский самолет в небе. И таки
нашел ее, и осветил ей путь к смертному одру.
... Конечно, легко себе представить: звучит бессмертная музыка Бизе;
убиенная, но пылкая (уже от холода) Кармен по-пластунски ползет по льду,
выхваченная прожектором; вокруг нее выписывает пируэты Хосе, с
нетерпением ожидая конца ее путешествия, чтобы припасть к остывшему телу
любимой.
Но представить себе, что при этом творилось с публикой - это уж куда
тяжелее!

Алик, театрал

К себе в дипломники я брал сильных студентов и набирал в бригаду для
выполнения комплексного реального проекта, поскольку основной у меня
была работа в НИИ - с ней совмещал доцентство в строительном институте.
В итоге студенты и мне кусок работы делали, и себе квалификацию в живом
деле приобретали.
Но однажды завкафедрой попросил взять на себя руководство дипломным
проектом довольно миловидной девушки по имени Лариса. Достаточно
старательной, не глупой «хорошистки». Ради папы - профессора соседней
кафедры нашего же факультета. Из-за чего возникла проблемка? Был у
Ларисы житейский недостаток - жутко робкая, как выступить - все, полная
отключка, страх, устекленение. И главной задачей стала не собственно
разработка дипломного проекта, а подготовка самой Ларисы к его публичной
защите.
И целый месяц до защиты Лариса буквально зубрила текст доклада, который
должна была сделать перед ГЭКом - государственной экзаменационной
комиссией. В нее, известно, включают ведущих профессоров со своей и
родственных кафедр, деканов факультетов, ректора, а в председатели
вообще приглашают со стороны "свадебного генерала". И наш ГЭК по
специальноси САПР и АСУ (факультета автоматизации строительства)
исключения не составил. Причем состав последние годы практически не
менялся, а бессменно председательствовал управляющий крупным
республиканским трестом некто П., заслуженный строитель, депутат и
прочая...
Главное же для нашей истории, в течение многих лет члены ГЭКа задавали
примерно одни и те же вопросы. Я расписал Ларисе эти вопросы и ответы на
них, заставив все выучить на память вместе с докладом. Провели несколько
прогонов, в общем, готова...
И в назначенный, вожделенный за 5-6 лет жизни каждого студента день и
час, Лариса начала довольно бойко:
- Уважаемые члены государственной экзаменационной комиссии! Вашему
вниманию предлагается... - и дальше по тексту дипломного доклада.
Но где-то в середине ее прервали, пригласили подойти к стенду с плакатами
и приступили к перекрестному допросу...
Из-за неожиданного прерывания доклада Лариса растерялась и, вместо
ответа на первый же вопрос, умоляюще посмотрела на меня. Я ей показал -
вернуться к трибуне, к листочкам с заготовленными ответами. Она так и
сделала, но - нет того, чтобы подсмотреть и успокоиться!- а в ступоре
взяла листки в руки, нашла в списке фамилию задавшего вопрос и по
бумажке зачитала, естессно, правильный ответ. Следующий вопрос задал
другой преподаватель с нашей кафедры - такой же результат. Вопрошавшие,
коллеги с моей кафедры, оказались несколько смущенными - вроде мы
заранее договорились.
В публике (студенты, преподаватели, родственники и друзья защитников
дипломов) возникло оживление. Зав нашей кафедрой с парторгом слегка
покраснели и с укором посмотрели на меня и коллег, задавших вопросы,
мол, договорились заранее? И, чтобы замять возникшую неловкость,
завкафедрой попросил задать свои вопросы парторга. Уж его, совесть
кафедры, никак нельзя было заподозрить хоть в каком сговоре со мной,
беспартийным да непьющим совместителем. Увы, история повторилась. Лариса
зачитала правильные ответы по заготовленной шпаргалке!
Неловкость усилилась. Публика еще больше оживилась. Завкафедрой
покраснел уже погуще, слегка покраснел декан, уставившись на
завкафедрой, парторга, двух задавших вопросы преподов, папу дипломницы и
меня - сговор, что ли, соколики? Тогда завкафедрой, спасая реноме
кафедры перед деканом, ректором, управляющим трестом и публикой, взял
инициативу в свои руки и начал сам задавать вопросы. Лариса бойко на все
ответила - по бумажке!
Неловкость перешла уже в маленький кошмар. Публика развеселилась.
Завкафедрой побагровел. Декан покраснел уже погуще, укоряюще глянул на
завкафедрой, парторга, двух задавших вопросы, папу дипломницы, меня. И,
спасая реноме факультета перед ректором, управляющим трестом и публикой,
заявил, что вопросы будет теперь задавать он. Но ничего не изменилось:
Лариса по бумажке уже даже бойко, а, главное, верно ответила и на его
вопросы!!
Запахло уже скандалом. Публика развеселилась еще больше. Завкафедрой
посинел. Декан побагровел. А покраснел уже ректор, негодующе уставившись
на декана, завкафедрой, парторга, двух задавших вопросы преподов, папу
дипломницы и меня. И, спасая реноме института перед управляющим трестом
и публикой, попросил задать вопросы членов ГЭКа, деканов и профессоров с
других факультетов. Увы, опять ничего не изменилось - Лариса доблестно
ответила, естеесссно, не расставаясь с дорогими листками-шпаргалками.
Скандалом уже не пахло - он уже был. Публика просто разошлась от
восторга, встречая аплодисментами каждый ответ Ларисы. Завкафедрой
посерел. Декан посинел.. Побагровевший ректор в азарте начал сам пытать
Ларису. И у него - облом: Лариса так же лихо расправилась и с его
вопросами!!!
В зале стало твориться неописуемое. Ректор призвал всех к порядку.
Наступила тишина. И, как говорится у Гоголя, черти подняли глаза Вию -
спасая реноме ГЭКа перед публикой, вопросы начал задавать лично
председатель ГЭКа - управляющий республиканским трестом, заслуженный
строитель, депутат и прочая... Увы, и на его вопросы Лариса ответила
столь же доблестно!!!!
Наступила гробовая тишина. Тогда находчивый завкафедрой поднял меня,
руководителя диплома, мол, коллега, задайте вы свой вопрос. Только уж
постарайтесь, необычный.
Я спросил у Ларисы ее отчество. Она по инерции начала рыться в
шпаргалке, не находя ответа: такого вопроса в списке не было. Потому
попроил ее успокоиться, отложить шпаргалку и сознательно ответить. И,
что вы думаете, получилось! Все - и ГЭК, и публика, гомерически
хохотали. И тут тишины попросил уже председатель ГЭКа, управляющий
республиканским трестом, заслуженный строитель Украины и прочая, а,
главное, мужик с чувством юмора:
- А чем вы докажете, что дипломница и на этот вопрос ответила верно?
- Вон сидит папа дипломницы, ему ответ понравился.
... После ГЭКа завкафедрой провел экстренное внеочередное заседание
кафедры с единственным вопросом на повестке дня: как это все случилось?
Я популярно объяснил. Он переполошился: неужели мы все задаем одинаковые
вопросы? Было принято решение, каждому преподу приготовить вопросник со
спектром разнообразных вопросов, утвердить на кафедре и им
неукоснительно пользоваться при защите дипломов, чтобы больше подобный
конфуз не повторился. Один из профессоров кафедры внес встречное
предложение: больше не поручать совместителям таких дур!
Кафедра приняла оба предложения, и, действительно, пока конфуз не
повторился. И не потому, что стали разнообразить вопросы и за мной
оставили право выбора сильных студентов, а потому, что больше такая
феноменальная студентка не встречалась: вывелась порода застенчивых. Что
же касается самой Ларисы, она быстро выскочила замуж за капитана и
родила двойню. Видать, в известный момент, сробела попросить бравого
офицера остановиться.
Алик, препод

Киевский приятель (товарища знакомого моего друга) Виктор Н.
американцев, скажем так, не любил. В сентябре прошлого, 2001 года он был
в турпоездке в Египте. В тот самый роковой день 11 сентября, в
Александрии, он с благоверной и 7-летней дочкой вернулся в гостиницу
после тяжелого трудового дня отдыха. В холле ему вспомнилось, что в
холодильнике почти исчерпался запас прохладительно-горячительного. Он
отдал ключи от номера благоверной, а сам решил на минутку заскочить в
бар. Супруга стала отговаривать - пойти с ним она не могла, дочка
хныкала: спать!, а отпускать одного - боялась: парень он активный, из
тех, кому до всего дело. Так что хоть он и крепенький бывший
вэдэвэшник-афганец, но бланжи посещали его физиономию достаточно часто.
Ну, он ей - типа, что ты-что ты, чего тут можеть случится? Никаких
знакомых нет. И кому я здесь нужен? Быстро куплю и сей момент вернусь.
Так он и сделал, но горячительное решил потребить на месте, чтобы
супруга не бурчала. Чуть присел, а вокруг - ликование! Оказывается,
лица, так сказать, арабской национальности, наблюдая по телевизору
кошмар в Нью-Йорке, хлопали в ладоши, плясали от счастья. Увы,
американцев Витя не любил. Но такая реакция на страшную человеческую
беду! Да еще в исполнении этих чурок, которых он с времен Афгана
не любил, скажем так, еще больше... Естесссно, сработал афганский
синдром и Витя на них попер - мол, вы шакиры (свиньи) вонючие!
Как пел Высоцкий, «их было восемь»... Витя, конечно, сопротивлялся
достойно, но численное превосходство врагов сказывалось, и ему пришлось
бы совсем не сладко, не загляни на шум трое американских морпехов. Они
были то ли в увольнительной, то ли еще как оттягивались. И, увидав, как
свора черных, будто собачья стая на медведе, повисла на белом человеке,
они вмешались в потасовку самым решительным образом. Правда, один из
морпехов был черный - аж фиолетовый - негр, но наш! Следовательно, тоже
белый человек.
Естессно, после ввода в баталию такого могучего резерва, ее исход был
предрешен в пользу представителей будущей антитеррористической коалиции.
А Витя еще раз убедился в качестве японской электроники, когда экран
телевизора уцелел, хотя он изо всех сил колотил по нему кудрявой башкой
самого активного участника драки. Возможно, он бы своего добился, но тут
примотала полиция и всех загребла в ихний типа участок. Американы по
мобиле связались со своим консулом в Александрии, он быстро примотал, и
соотечественников ему выдали под денежный залог, что ли - он вытащил то
ли блокнот, то ли чековую книжку. С тем они бы и отбыли, но американы
уперлись рогом - мол, без этого отсюда не уйдем. И это оказалось весьма
кстати для Виктора, он, зная наших ментов, представил себе, чего тут с
ним сделают, пока ридне посольство в Каире о нем дознается, и сколько
ему сидеть, если не прибьют.
В общем, консул забрал и его, вроде тоже внес залог. Витю американы
отвезли в гостиницу. Жена была счастлива втройне: во-первых, нашелся,
во-вторых, хотя и с урожаем бланжей, но живой; в-третьих, как всегда,
она оказалась права, когда его одного не отпускала: свинья везде найдет
грязь. Разбудив дочку, Витя с ней и счастливой женой экстренно вернулись
в Каир, а потом быстренько в самолет и на родину в Киев.
А через какое-то время, когда бланжи, пройдя через все стадии спектра,
приобрели скромный цвет последних осенних листьев, Витя получил
приглашение в американское посольство в Киеве. И переполошился: а вдруг
консул в Александрии внес за него залог и теперь с него скачают
сколько-то штук баксов, которых, после турпоездки, у него и на жизнь в
это время было уж очень не густо. Он посоветовался с адвокатом, тот его
допытал, не подписывал ли он чего? Нет? Тогда смело иди и выясняй,
только ничего не подписывай...
... Короче, Вите предложили вид на жительство в США. Видать, хотя и
своих патриотов там хватает, но такие им тоже нужны. И он это
предложение принял. Живет теперь в США. И, узнав американцев поближе,
не любит их еще больше.

ПРЕМИИ ИМЕНИ ДАРВИНА

В связи с историей № 2 от 9 января 2002 года об “ИгНобелевских Премиях”
(от английского слова “ignoble” - позорный). Мы, калифорнчане, тоже не
лыком шиты - с 1994 года ежегодно присуждается премия имени Чарльза
Дарвина, учрежденная Стенфордским Университетом (Калифорнщина, Пало
Альто). Кто же становится лауреатом этой премии? Только дураки, да не
все, а лишь покидающие сей мир добровольно, но не в порядке прямого
суицида, а вследствие идиотских затей с летальным исходом. За что же им
такая честь?
А за то, как сказано в положении об этой премии, что они по своей воле
прерывают эволюционную ветвь себе подобных. Я имею некоторое отношение к
жюри этой премии, куда входят нобелевские лауреаты университета в
области биологии и медицины, а также юмористы и просто
энтузиасты-сторонники идей Дарвина.
Вот парочка дурацких историй, которые привели своих исполнителей в книгу
лауреатов премии Дарвина.

История 1. ПО СЦЕНАРИЮ ГАЙДАЯ

В штате Мичиган нашлись последователи дела Дурака, Труса и Бывалого из
хитового советского супер-Action «Пес Барбос и необыкновенный кросс».
Фильм они вряд ли видели, но действовали по сценарию Гайдая, с
поправками на особенности национальной охоты в США. Так, транспортным
средством у них был не мотоцикл с коляской, как у наших героев, а
новенький, только купленный крутой джип типа «Чероки». Вместо
беспородного пса Барбоса выступил американский - типа лабрадор. Да и не
рыбу они собирались глушить, а просто охотой типа на уток отметить
обновку одного из приятелей, Рокки Чейза - упомянутый джип типа
«Чероки». И их не смутило Рождество, когда озеро было покрыто льдом. Но,
как говорится, дуракам сезон не писан, и, как певалось в самом хитовом
«Гимне энтузиастов» советских дураков, «нам нет преград ни в море, ни на
суше» - лед на озере для американских дураков также преградой не стал:
они порешили взорвать его динамитом, планируя, что на шум от подрыва и в
образовавшуюся полынью слетятся утки со всей округи.
Далее действие уже полностью развивалось по сценарию типа Гайдая.
Припарковали Дураки новенький джип на льду, выпили сколько-то дринков
для типа сугрева, увязали шашки динамита, вставили да подпалили фитиль,
швырнули снаряд на безопасное расстояние от джипа и....
В это время пес Джерри, крайне удивленный, что хозяин бросил аппорт, но
при этом ничего не скомандовал, решил проявить инициативу - а у дураков
пес тоже дурак - умный бы с ними не связался! Так и не дождавшись
команды, Джерри рванул за снарядом как за обычным аппортом. Дураки сразу
протрезвели, схватили ружья, и, когда бедный пес помчался обратно с
смертельным аппортом в зубах, встретили его огнем на поражение из всех
стволов. Но патроны-то были снаряжены на уток, и бедный пес,
оскорбленный в лучших чувствах (с ним поступили, как с уткой; вот она,
черная неблагодарность за инициативу, рвение, и проч.), от боли и обиды
забился под «Джип», который сразу и утонул вместе с незадачливыми
охотниками да несчастным псом в проделанной взрывом полынье. Такая вот
ирония судьбы: советский фильм окончился все-таки американским
хэпиэндом. А американская история - куда трагичней: реальная жизнь
всегда жестче придуманной.

История 2. АС

Эта американская история перекликается с историей № 9 кадета Биглера от
05.01.2002 года, когда оператор пытался заснять взлет советского
истребителя с реактивными ускорителями. В американской истории ее герой,
сержант Джозеф Ли, подобные твердотопливные реактивные ускорители,
украденные на авиабазе, решил использовать для езды с ветерком.
Подтвердив тем самым, что быструю езду любят не только русские дураки, а
любые - дурак он ведь дурак и в Африке, и в Политбюро. Конечно,
возмечтав о лаврах автогонщика-рекордсмена, Джозеф столкнулся с
определенными техническими трудностями - нелегко приладить к простому
«Шевроле» двигатели для тяжелых транспортных самолетов. Но, опять же,
дуракам нет преград, и он их преодолел, приделал, выехал на гладкое дно
пересохшего озера (обычный американский автодром для установления
мировых рекордов скорости).
Далее, как говорится, лба не перекрестивши, сразу врубил реактивные
двигатели. Оснащенный подобным образом «Шевроле» показал невиданную
стартовую прыть, в первые же секунды набрав скорость более 500 км/час.
Такое резкое ускорение чем-то сразу насторожило Джозефа, и он попытался
затормозить авто, но сразу сгорели и тормоза, и шины. Роковым образом
сказалась еще одна дурацкая ошибка сержанта: перед выездом он не снял
крылья с колес «Шевроле», и их вполне хватило для трехкилометрового
полета на достаточно приличной высоте. Именно поэтому очевидцы сообщили
прибывшей полиции и скорой об авиакатастрофе. Металл был так оплавлен,
что идентифицировать летательный аппарат как авто удалось только по
найденному автомобильному номеру штата Невада. Тело Джозефа полностью
перешло в газообразное состояние, не оставив никаких следов. Вдове
Джозефа пришлось еще долго судиться со страховыми компаниями,
требовавшими заключения патологоанатома, а авиабаза, где он служил, лишь
выдала ей справку, что «сержант Джозеф Ли такого-то числа пропал без
вести вместе с двумя твердотопливными реактивными двигателями типа
JATO. В конце концов восторжествовала не только истина (мадам Ли в суде
признали вдовой), но и справедливость: сержанту Ли была присуждена
премия имени Дарвина (посмертно).
***
Истории 3, 4 и далее - появятся, если прогрессивной
интернет-общественности придутся вышеизложенные истории №№ 1 и 2.
В книге лауреатов премии Дарвина есть еще имена героев, добровольно
вычеркнувших себя из генофонда человечества, и документальные описания
их последних подвигов ради этой великой цели.

Алик, дарвинист

Дочери 4 года. Жена ускакала в магазин, мы играем вдвоем в разные игры.
При этом я валяюсь на диване, в руках суперзахватывающий справочник по
Win32 API.
Желая поразить ребенка своей спортивной подготовкой, сообщаю:
- А ты не умеешь на голове стоять, а я умею!
Дочь не уступает, в голосе сталь:
- Нет, умею.
- Нет, не умеешь.
- Нет. Умею.
И с этими словами монстр двумя ногами становится МНЕ на голову.
Папа повержен.

«Хотим смеяться - давайте потрудимся и попытаемся соблюдать баланс между
вымыслом и реальностью, в угоду веселью». Горилыч

Тем, кому больше нравятся истории типа: «Доктор, я буду жить? » - «А
зачем? »,- эту историю лучше пропустить, - она подлиннее. А вот истинным
любителям жанра она, пожалуй, придется. К тому же за точность описания
событий не ручаюсь: услышал от старого моряка-эмигранта, да и сайт
«Анекдот.Ру» - не «Военно-исторический журнал». И даже не gazeta.ru от
28.04.03
(http://www.gazeta.ru/2003/04/28/propodvodnuu.shtml), которая порадовала
россиян заметкой про большой праздник на Тихоокеанском флоте во время
учений в нейтральных водах Ачинского залива. Если верить газете, в
учениях приняло участие более 10 тысяч российских военнослужащих, 5
тысяч гражданских специалистов, 15 надводных и подводных кораблей, 10
судов обеспечения, 20 единиц летной техники, силы ПВО, радиоэлектронной
и химической защиты. В разгар учений нашим морякам удалось обнаружить
американскую подлодку, и все участники учений дружно, всем миром
несколько часов преследовали обнаруженную субмарину, пока она не ушла из
района учений ТОФ. Теперь на флоте ждут наград, которые начальство
обязано отстегнуть героям.

... Эта свежая история и подтолкнула меня привести свою историю -
зеркальный случай упомянутого инцидента, хотя он произошел чуть ли не
полвека назад с советской подлодкой, в разгар холодной войны, да не во
время учений, да отнюдь не в нейтральных водах... Надеюсь, что не
нарушаю режим секретности - во-первых, за давностью лет, во-вторых,
главный герой истории находится в глубоком тылу бывшего врага - США. И
его чествование мэром и прогрессивной городской общественностью показало
телевидение одного калифорнийского городка, досконально известного из
популярного сериала. В ходе этого чествования - в связи с 75-летним
юбилеем - наш герой Я.К., Герой Совесткого Союза, капитан первого ранга
в отставке, получил чек на пять тысяч долларов, ценный подарок и большой
портрет в золоченной раме, где ему было на лет сорок меньше. К сожалению,
портрет не показали телезрителям, и они так и не догнали, чем он вызвал
шквал аплодисментов и истерического хохота в зале.
... А история эта тоже началась на той же Камчатке в конце 50-х годов,
когда СССР и США сошлись в горячих объятиях холодной войны. Американцам
собирать информацию об СССР было полегче: они окружили страну сетью
натовских военных баз; самолеты-разведчики облетали границы, заглядывая
с верхотуры на многие десятки километров в глубину территории, а до
поражения ракетой самолета-шпиона U-2 с пилотом Пауэлсом - просто
пересекали страну вдоль и поперек. Советским же военным приходилось
пускаться во все тяжкие. И в ряду других тяжких субмарина под
командованием Я.К. дерзко проникла в Залив Bay (Север Калифорнии):
примерно в сотне миль от побережья, куда еще не простиралась повышенная
бдительность береговой охраны, она пристроилась чуть ли не под днищем
крупного сухогруза, и, под шум его винтов, прошла в Залив, преодолев
суперохрану крупнейшей военно-морской базы США на западном побережьи.
Лодка проплыла под знаменитыми мостами Сан-Франциско и прошла вглубь
Залива, где на два месяца залегла на дно, собирая ценную
разведывательную информацию в радоперехватах.
Когда же подлодка снялась в обратный путь, ее случайно обнаружили
вертолеты пограничной охраны. Пока разбирались-перефакивались - кто да
что, лодка вырвалась в океан. Хотя это была одна из первых атомных
субмарин, скорость под водой она развивала весьма приличную, опережая
надводные корабли. На поиск была брошена авиация, чтобы обнаружить и
передать под бомбардировку кораблям ВМС США, дежурившим в различных
районах Тихого океана.
... И пошла игра в кошки-мышки. Американцам, естесссно, был понятен курс
лодки - она должна была пойти на северо-запад, в направлении своей базы
на Камчатке, двигаясь по ортодомии (кривой кратчайшего расстояния по
глобусу). Но лодка не пошла туда, где ее ждали. Ушлый Я.К. сначала лег
курсом на запад, а потом, маневрируя по направлению и глубине (до
Марианской впадины глубины Тихого океана - километровые), провел лодку и
через эту часть Океана, а там он уже был помельче.
Наши на подмогу корабли или самолеты не присылали, боясь выдать
местонахождение лодки. На связь выходили на очень короткое время, чтобы
не успели запеленговать. Да на длинных волнах, которые распространяются
под водой и не могут быть обнаружены авиацией. Хотя лодку самолеты янки
засекали больше двадцати раз, и даже бомбили, но корабли подключиться не
успевали, а авиабомбы для поражения подлодки неэффективны. Лишь когда
лодка добралась до экономической 200-мильной зоны СССР, а там уже вообще
опасно мелкие глубины - до 100 метров, и во всю рыскали американские
надводные корабли,- там ее уже прикрыла наша авиация. Так над ней
хороводом и кружились: внутри круга - наши самолеты, не подпуская чужих
к лодке, снаружи барражировали американские. Наконец, на границе
12-мильной зоны лодку встретили советские корабли, она, всплыла на
поверхность и, Я.К., большого шутника, попутал бес тщеславия: он
выставил американам с мостика лодки... свой голый зад! С тем они и
прекратили преследование, а лодка благополучно вернулась на свою базу в
Петропавловске-Камчатском.
Естессно, экипаж поздравили с успешной операцией - во-первых, собрали
ценную информацию, во-вторых, утерли нос заносчивым янки. Всех
представили к правительственным наградам, а Я.К. - к Званию Героя
Советского Союза. Но эта награда не сразу нашла героя - спохватились,
что с графой матери у него не все в порядке. Кому-то из кадровиков дали
втык за промашку, тот огрызнулся - требовался физтеховец, да и концы в
воду - его же засунули в подводники! Но, прошлое - прошлым, а жить надо
сегодня, потому Я.К. попытались дисквалифицировать как Героя серьезными
претензиями в части «облико морале» советского морского офицера,
«обнажившего перед противником часть тела ниже спины, находящуюся под
форменными брюками в их части, прикрывающей Жопу».
Командующий ВМС страны контр-адмирал К., сделавший награждение Я.К.
делом своей адмиральской чести (да и его личное награждение зависело от
решения с Я.К.), обратился к министру обороны Г., а тот спросил самого
Х. - как быть с героем-охальником? Сам озорник, обещавший американцам
показать кузькину мать, наш Никита Сергеич пришел в неописуемый восторг:
дескать, офицер, показавший жопу американцам, заслуживает двух звезд.
Но, в конце концов, Я.К. дали только вторую Звезду - в первой отказали
за проступок, позорящий звание Жопы Советского Офицера. Да еще взяли с
него Честное Слово Офицера и Коммуниста, что в качестве Героя Советского
Союза свою голую, уже Геройскую Жопу он впредь будет показывать только
жене (своей - если попросит), врачу (проктологу) и начальству (если
прикажет).
... Со временем Я.К. получил под свое командование уже целый атомный
подводный крейсер, и совершил многие межконтинентальные походы, ни разу
его не утопив. А вышло время - ушел в отставку, дети уехали и
обосновались в США, его же самого долго не выпускали из-за секретности,
хотя свои главные мужские секреты он уже давно выдал американцам - сразу
после всплытия. Наконец, ему удалось доказать, что ничего не помнит
вследствие старческого склероза. ОВИР эпохи Перестройки, думая уже
мыслями нового, горбачевского мЫшления, его выпустил. Он приехал к
детям, адаптировался. Возглавляет какую-то подкомиссию в окружном
комитете советских ветеранов войны. Американцы его тоже уважают - вон
как чествовали! А в той самой крутой золоченной раме, которую не
показали телезрителям, ему преподнесли увеличенную фотографию его голой
жопы, которую он явил бывшим врагам в бытность легкомысленным, примерно
тридцатипятилетним моряком.
И здесь возникает главный вопрос - а что же он потом сделал с портретом?
Ведь на стенку не повесишь, да внукам не покажешь! Вроде, его выкупили
за большие деньги геи Сан Франциско - розово-голубой столицы мира, и
повесили в одном из клубов своего района Кастро на самом главном на
месте, где бы в СССР висел портрет Владимира Ильича Ленина.

Алик, историст

ПЛОДЫ ПРОСВЕЩЕНИЯ

Во время каникул после первого класса мы с женой пытались заставить сына
писать - чтоб не разучился. Он сопротивлялся. Каникулы, говорил, для
того, чтобы рука отдохнула - и очень выразительно тряс в воздухе кистью
утомленной руки. Мы плюнули и отстали.

... А в первый день во втором классе нашли в дневнике листок, с мясом
выдранный из тетради. Текст, написанный отдохнувшей рукой, был зверски
перечеркнут неустанным красным учительским карандашом... Этот текст
привожу ДОБУКВЕННО:

"ПЕРВАЯ СИНТЕБРЬЯ
КЛАСНА РОБОТА!
САЧИНЕНЯ
КАК Я ПРАВЬЕЛ ЛЕТА
ПРАШЛА ВИСОЛАЯ ЛЕТА.." - дальше - жирный красный кол в полстраницы и
гневное послание учительницы:

- Хорошо погуляли - разучился писать! За неделю не восстановится -
вернем в первый класс!

... В каникулы после второго класса мы уже проявили твердость и
заставили писать хотя бы письма. Усадили за письмо деду. Начал:
"Здравствуй, дорогой дедушка!" И задумался, а затем примотался к нам:
- А чего еще писать? Ну, чтоб поменьше.
Я посоветовал:
- Хочешь поменьше - пиши полаконичней. И разъяснил неувядаемое значение
этого слова. Он, обрадованный моим советом, довольно быстро справился с
делом, старательно заклеил конверт, наклеил марку, написал адрес и сам
опустил в ящик на почте.

... Когда же вернулись домой, дед предъявил нам это воистину лаконичное
письмо:

"ЗДРАВСТВУЙ, ДОРОГОЙ ДЕДУШКА! ТВОЙ ЛАКОНИЧНЫЙ ВНУК. »

© Алик, просветитель

Кафедрой сопромата в Киевском автодорожном институте много лет заведовал
профессор Петр Маркович Варвак (царство ему небесное). Весьма
заслуженный ученый-прочнист мирового уровня. Он был уже в возрасте,
чего-то недомогал и по общему делу вызвал меня к себе домой. Когда я
вошел в профессорскую квартиру в старом доме еще дореволюционной
постройки, хозяин как раз заканчивал договариваться с мужичком средних
лет о ремонте старинной изразцовой печи. Мужичок оказался с трудом
отысканным печником и, уходя, давал последние наставления заказчику,
типа, завтра приду в 7 утра, никуда не уходи... будь готов... костюмчик
надень попроще.. и уж подсуетись, будешь мне помогать... ну, там,
подавать, чего скажу, раствор замешать.. ну, за бутылкой сбегаешь, если
снадобится или еще чего еще. И никаких больше делов - времени у меня
мало! Когда он ушел, смущенный Петр Маркович философски заметил:
- В Киеве пятьсот профессоров и один печник.

Алик, прочнист

1970 год. Завершающий год IX-й пятилетки. Школа фигурного катания
общества профсоюзов «Авангард» вела набор юных фигуристов. Для записи в
школу требовалось всего-ничего - иметь отроду не больше 6 с половиной
лет и 15 рублей (для оплаты за зимний квартал естественного катка на
киевском велотреке, тренеров и хореографов). Набор деток поручили завучу
школы Елене Николаевне Курутиной, балерине на пенсии, хорошему
хореографу. Она повесила объявление на доске велотрека, но дело шло ни
шатко, ни валко. О приеме в школу мало кто знал, а кто узнавал, тех
отпугивала нехилая по тем временам сумма в 15 руб. В общем, школа в том
году могла и не открыться - категорически не хватало учеников.
Тогда позвали Вия, пребывавшего на пенсии по случаю преклонных годов, в
прошлом - известного футболиста, затем крупного спортивного
функционера,- Семена Бульковштейна. Тот начал с объявления в «Спортивной
газете», расписав светлое будущее учеников школы на союзной, европейской
и мировой арене. Затем учинил в одном из помещений велотрека кабинет.
Учредил комиссию по приему в школу, назначив себя председателем и
кооптировав рядовами членами комиссии двух тренеров. На дверях кабинета
он повесил объявление о часах приема - и уже на следующий день приемная
ломилась от деток с родителями-бабушками-дедушками, которые с самого
раннего утра заняли очередь на объявленный просмотр-конкурс.
В кабинет деток запускали поочередно. Начинали с распроса родителей о
потомственных алкоголиках в семье (кто ж признается!), затем задавали
для проформы еще пару вопросов, после чего просили раздеть ребенка до
трусиков, осматривали, предлагали подпрыгнуть, присесть - и выносили
вердикт: годен, заполняли нужные формы и в конце упоминали про 15
рублей, которые счастливые родители (бабушки-дедушки) радостно
отстегивали.
А в приемной перед толпой взволнованных родителей благим матом вопила
Курутина, можно сказать, подрывая авторитет и славное дело Семена
Бульковштейна:
- Да он вас всех дурит! Морочит вам голову! В нашу школу берем всех!
Только сдайте 15 рублей - и все! Попадете в те же группы, куда он
набирает!
Ее никто не слушал. Все рвались на комиссию. Бульковштейну доложили о
кипучей подрывной деятельности, которую развила завуч в кулуарах. Он
только посмеялся - пусть ей, она работает на общее дело. Для поддержки
реноме комиссии некоторым деткам (ну, явным толстякам или дистрофикам)
отказывали в приеме, дескать, похудейте (подкормитесь) и приходите на
будущий год. Они в слезах выходили, а Курутина - тут как тут:
- 15 рублей - и беру туда же!
Ну, нечего делать, ей отдавали запрошенную сумму, и она записывала В ТУ
ЖЕ ШКОЛУ, и вопила - ну, вот видите, я же всех беру, зачем вы к нему
стоите, отдайте деньги мне - и я запишу в одну минуту.
И все равно ей никто не верил. Все терпеливо, «волнуясь и бледнея»,
дожидались своей очереди.
... А первого декабря все детки вышли на лед. И оказались вместе - и
прошедшие комиссию, и не прошедшие, но взятые Курутиной без просмотра.
Тут она и заявляет родителям, которые ее не слушали, дескать, я же вам
тогда говорила, и, видите, оказалась права: и ваши детки, и кому отказал
Бульковштейн, но я взяла, - тренируются вместе. На что родители ей, с
гордостью советских людей:
- НАС ПРИНЯЛА КОМИССИЯ, а их ВЗЯЛИ ЗА ДЕНЬГИ.

Алик, отец юного спортсмена, прошедшего отбор

Про то, как вор у вора дубинку украл...
Довелось мне в начале 90-х годов служить в N-ском парашютно-десантном
полку. И вот под конец службы дослужился я до старшего сержанта.
Естественно, что звание сие возлагает на тебя кучу всяких дополнительных
поручений. Впрочем, эти нечастые поручения были мне не в тягость, так
как состояли в основном из приятных поездок в города и веси нашей
необъятной (сопровождал командира в его командировках). И вот в октябре
месяце (за месяц до дембеля) пришлось мне принять участие в
сопровождении эшелона с новобранцами в наш полк. Ехать надо было в один
конец почти два дня. С собой нам был выдан сухпай на четверо суток,
состоящий из галет, каши прессованной и тушенки. Причем тушняк находился
в банках, густо обмазанных солидолом (это важно!). Понятное дело, что
какая поездка обходится без возлияний водочки, призванных служить
братанию до гроба офицеров и дембеля? Но вот взятое с собой кончилось
быстро, а денег на покупку на станции очередной дозы было в обрез...
Тогда в голову нашему мудрому медику пришло следующее: берется банка
тушенки, содержимое вынимается, а взамен его набиваем до нужной массы
что-нибудь, например, завернутую в тряпку (чтобы не тряслась в банке)
железяку. Потом в газету банку заворачиваем (она ж в солидоле), и перед
нами предстает армейского солидольного вида банка тушенки. А на
полустанке две такие банки вполне можно обменять на бутылку местного
разлива водки. Причем для подстраховки решили производить обмен, когда
поезд уже тронется. Короче, на какой-то задрипанной станции, когда поезд
тронулся, наш капитан, стоя на ступеньках, спешно стал сторговываться с
мужичком, продававшим водку. Словом, за три банки "тушенки" он отдал нам
две поллитровки водки. Довольные, что так здорово првернули операцию, мы
сели для продолжения банкета, представляя со смехом картину, когда мужик
дома развернет банки. Но... Когда мы открыли бутылки, там была вода...

P.S. C наступающим праздником всех товарищей по "Крылатой гвардии"!

В светлом коммунистическом прошлом я служил завлабом в одном киевском
козырном НИИ. Там и произошла эта реальная история, изменены только
фамилии. Но участники себя узнают, а дамы, приятные во всех отношениях,
а особенно - в интимных, - простят.
Как и подобает козырному НИИ, все - чин-чинарем: фасады из стекла и
металла, а за ними научные подразделения, производственные мастерские,
высокопрофессиональный коллектив, включающий кандидатов и докторов наук,
лауреатов, стипендиатов Такиса и Сороса, и, естесссно, дам, приятных во
всех отношениях, а особенно - в интимных. Дамы, как умели, точнее - о,
как умели!- скрашивали суровые будни научно-технического прогресса
членов коллектива. А в мастерских под романтическим лозунгом "Ускорим
соединение достижений науки с преимуществами социализма!", не очень-то
рассчитывая на мифические преимущества социализма, кустарным образом, но
реально гнали экспериментальные образцы, в которые воплощали достижения
науки.
Институт был бессменным победителем отраслевого соцсоревнования, чему
был обязан как десяткам высоких научно-производственных показателей, так
и сказочному приему, который оказывали высоким гостям из Москвы. В
программу приема входил не только показ научно-технических достижений
(официальная часть), но, вестимо, и пьянки-обжираловки в банкетном зале
фешенебельного ресторана (торжественная часть), и экскурсии по лучшим
местам Киева, и выезды на природу (по сезону), и (вне сезона) - сауна с
прости-Господи-грехи-наши-с-дамами-приятными-во-всех
отношениях-но-особенно-в интимных (культурная программа).
Лобным местом хранения переходящего Красного Знамени «Победителя
Всесоюзного соцсоревнования» служило установленное в мраморном вестибюле
чудо краснодеревного искусства, где развернутое за стеклом Красное Знамя
над мраморным бюстом Основателя встречало и провожало сотрудников,
наполняя их сердца гордостью-в-законе за свой труд на благо Великой
(1917-1991) Родины.
Но один год, к сожалению, решающий год пятилетки (то ли "Эффективности",
то ли "Качества" - не суть) институт занял лишь второе место, лишившись
Знамени. И из-за чего?
Как говорится - кстати, о птичках: виновником беды стал всеобщий
любимец, попугай Аркаша. Он обитал в одной из производственных
мастерских в подвале здания, несмотря на всю его красоту и величие -
даже для этой породы попугаев. Однако о своей красоте он скромно
умалчивал, а вот об интеллекте был очень высокого мнения, только и
слышно - «Аркаша - умный!», «Аркаша - умный!» И для еще большего
самовозвышения, как положено, он, унижал других, добавляя: «А <Имярек> -
дурак!», «А <Имярек> - ба-а-льшой дурак!», «е..нный дурак!», после
чего разражался демоническим смехом. Причем в качестве <Имярек> он мог
подцепить любое имя или фамилию. И сотрудники даже получали
удовольствие, когда Аркаша прорекал, что такой-то коллега - ба-а-льшой и
е..нный дурак, особенно, если тот был повыше рангом.
И вот институт в конце балансового года в торжественно-тревожном
ожидании очередного Высокого гостя. В этот раз - замминистра, назовем
его Хомяков. Эдакий вальяжный московский барин, Бонза с необыкновенным
самомнением, внушенным как доверенным Партией Креслом, так и многолетним
подхалимажем подчиненых. Естесссно, администрация не жалеет денег на
шампунь для помывки здания и прилегающих улиц, закупку напитков и
закусок, а местком - на одежду и косметику дамам, приятным во всех
отношениях, а особенно - в интимных....
В общем, делается все, чтобы не ударить лицом в грязь перед Высоким
Гостем. За день до приезда - генеральная репетиция достижений, и,
наконец, последний штрих: директор института Петренко со свитой делает
заключительный контрольный обход. В конце обхода, уже в подвале,
в мастерской, где обитал Аркаша, кто-то пошутил: «Мы и Аркашу накормили
и помыли, чтоб не стыдно показать Хомякову. » Тут директор спохватился:
- Е. вашу мать! Да уберите его, куда подальше! В тупичок - к
конструкторам, туда мы с Хомяковым точно не зайдем.. А то еще брякнет -
«Хомяков - дурак!», да все остальное, и мы потом не оберемся - этот
большой и е..нный дурак такой обидчивый!
На следующий день приехал Высокий Гость со свитой. На вокзале Их
Превосходительсво с их Благородиями встретил директор со свитой своей,
а дамы, приятные во всех отношениях, особенно - в интимных, вручили
цветы... И дальше все - чин-чинарем. Но когда спустились в мастерские,
после успешной демонстрации приборов, Хомяков вдруг возжелал увидеть
техдокументацию на них, посулив содействие промышленному внедрению.
И вся камарилья отправилась в непредусмотренную маршрутом комнатенку
конструкторов, где постоянно хранилась упомянутая документация и
временно - клетка с Аркашей. Когда все туда набились, директор
представил ведущего конструктора Хомякову, а Хомякова - тому, и они
познакомились:
- Хомяков.
- Шпильман.
И в воздухе сразу запахло бедой. Сначала подумалось - из-за, скажем так,
не совсем славянской фамилии ведущего конструктора. Но интуирующий
директор показал глазами на птицу - убрать! Ученый секретарь института,
на лету схватывающий желания начальства (потому и секретарь, да не
простой - Ученый!), ухватился было за клетку. Но его остановил Хомяков.
Оказалось, ничто человеческое ему не чуждо не только в банкетном зале,
на природе, сауне, в приятных дамах. Ему понравился и попугай: красивый!
Он попугаю - тоже: умный! Хомяков решил пообщаться с птичкой и спросил:
- А что он умеет говорить?
Аркаша не заставил себя долго ждать, и в гробовой тишине - все затаили
дыхание - грянуло:
- Аркаша - умный! А Хомяков - дурак! Е..нный дурак! Аркаша - умный! А
Хомяков - ба-а-льшой дурак! Е..нный дурак! Е..нный дурак! Е..нный
дурак!
Громко и внятно повторив это несколько раз, видно, довольный собой,
он залился демоническим смехом.
... Немая сцена, как в финале «Ревизора». Естессно, Хомяков жутко
обиделся, надулся... Бледный директор Петренко, едва не на коленях,
попытался объяснить, что это специфика мерзкой птицы, из-за чего прежние
владельцы ее избили и выбросили на улицу, где сердобольная вахтерша тетя
Маня подобрала и выходила эту, ну, сами видите какую, неблагодарную
тварь! Он, директор, давно требовал убрать эту порхатую дрянь из
института, но, знаете, пожелания гегемона - рабочего класса... самая
сильная партъячейка парторганизации (вестимо, рабочих просто заталкивали
в ряды - для роста рядов парторганизации, ограниченных разнарядкой
райкома на паршивую научную интеллигенцию). В общем, Хомяков несколько
смягчился и дал шанс бедному директору.
- Ладно, если он у вас такой подлый, пусть скажет то же самое про вас.
И принялся учить попугая:
- А ну, Аркаша, умница, давай: «Петренко - дурак!, Петренко - большой
дурак! Хам! Е..нный дурак! Мудак! Идиот! Не институт - бардак!»...
А попугай - ни в какую, гнет свою линию:
- Аркаша - умный! А Хомяков - дурак! Е..нный дурак! Аркаша - умный! А
Хомяков - ба-а-льшой дурак! Е..нный дурак! Е..нный дурак! Е..нный
дурак!
И заливаетя демоническим смехом...
В общем, Хомяков, пунцовый от негодования, выскочил, так и не взглянув
на техдокументацию. Но позже скандал вроде замяли. Пьянка-обжираловка в
банкетном зале фешенебельного ресторана, экскурсии по лучшим местам
Киева, сауна с прости-Господи-грехи-наши-с-дамами-приятными-во-всех
отношениях-но-особенно-в-интимных, улестили Хомякова. При отъезде он
благодарил за науку, службу, хороший прием. Сдержанно расцеловался с
директором, не сдержанно - с приятными дамами, вручившими прощальные
букеты цветов. Намекнул, что все забыл и простил. Помахал ручкой - и
укатил в Белокаменную.
На самом же деле, может, и простил. Но не забыл: именно в этом, решающем
году пятилетки (то ли «Эффективности», то ли «Качества» - не суть важно)
институт занял лишь второе место и остался без знамени. Когда на
следующий день после сообщения из Москвы об итогах соцсоревнования
сотрудники пришли на работу, в чуде краснодеревного искусства, на месте
Красного Знамени, какая-то сволочь водрузила клетку с попугаем, и он
громогласно вещал на весь мраморный вестибюль:
- Аркаша - умный! А Петренко - дурак, Петренко - б-а-а-льшой дурак! Хам!
Е..нный дурак! Мудак! Идиот! Не институт - бардак!...
И заливался демоническим смехом.

Алик, орнитолог

ДАРВИНОВСКАЯ ИСТОРИЯ № 4 (в продолжение выставленных на всеобщее
оборзение историй №№ 1 и 2 - № 11 в "Основных" от 12.01.02, и № 3 (№ 6 в
"Основных" от 6.02.02).

Посвящается Дню Независимости США и 10-летию со дня события истории. В
качестве эпиграфа к этой истории уместна крылатая фраза одного раввина:
«Кто не рискует, тот не ест свинину».

Три холостяка по имени Джеймс Скотт, Билл Грэхэм и Эшли Давенпорт 4 июля
1992 года вместе со своей великой страной отмечали самый главный
праздник - День Независимости. 215 лет тому назад США официально
отделались от матушки Британии, и они, независимые американцы, могли в
этот день выпить, сколько хотели, ни в чем себе не отказывая. Конкретно,
без какой бы то ни было оглядки на ныне типа правящую в Великобритании
королеву Елизавету, янки уже к полудню ужрались до полной отключки, и не
увидали ни салюта, ни всенародных гуляний на лужайке Белого Дома. Лишь
под утро Джеймс вскочил по немалой нужде и разбудил остальных, чтобы
продолжить празднование. Но у них категорически кончился закус, они
сильно проголодались. Худосочный Билл стал вопить, дескать, он такой
голодный, что съел бы целого кабана. Фэту (толстяку) Эшли сам Бог велел
обнаружить у себя такой же аппетит, и возжелать того же. Однако
благоразумный, средней упитанности, Джеймс, с одной стороны, их пыл
охладил. С другой - направил в конструктивное русло:
- Парни! Целого кабана на каждого многовато, ну, не справимся. А вот
одного на троих можно сообразить (американы тоже умеют соображать на
троих, но с учетом национальных особенностей соображалки). Я знаю тут
неподалеку одного фермера, Роджера Вэйна,- продолжил благоразумный
Джеймс,- там у него свиней немерянно, и если мы безшухерно тыцнем
одного кабанчика, он и не заметит.
Сказано - сделано. И сразу приступили к реализации задуманного, ну,
естесссно, как следует похмелимшись. На грузовике национальной марки
"Форд" с прицепом они подъехали к ферме Вэйна, остановились поодаль,
и Билл, как самый прыткий, сиганул через забор, остановив свой выбор
на упитанном кабане фунтов на 700. Но жадность губительна и для
американских фраеров, и, когда Билл накинул лассо да потащил кабана,
кабан очнулся и потащил невесть куда Билла. Тот позвал на помощь
сообщников. Перетягивание каната с кабаном завершилось их полной
викторией, однако испуганное животное вскочило и ринуло себя наутек.
Далеко ему уйти не удалось - оно сшибло забор и упало в обморок. Но
остальные члены свиного стада решили, что по случаю Дня независимости их
выпускают на свободу (у нас ведь тоже к празднику бывают амнистии!), и
ринулись через поваленный забор с визгом, подобающим освобождению из
пожизненного заключения.
От этого визга проснулся фермер Вэйн, схватил ружье и выстрелил в
воздух, потребовав от грабителей, чтобы вернули на место забор и кабана,
а сами убрались к fuck`анной матери... Лихая троица ретировалась, но
кабана не бросили, а швырнули в прицеп, вылетели на хайвей да рванули со
скоростью миль так под 90, даже не пристегнувшись. От скорости кабан в
прицепе очнулся, но из-за пережитого приключения и смены обстановки
сильно разнервничался, вышиб плохо прикрытую дверку и вывалился на
хайвей, по которому на лассо и волочился с полмили, истошно вопя. У Эшли
от страха поехала крыша, и он нечаянно задел рукоятку, прицеп отцепился,
и помчался дальше уже сам по себе и, в конце концов несомненно бы отстал
и когда-нибудь остановился.. Но Эшли тут же врубил и тормоз, отчего
поотставший лишь метров на 10 прицеп всей массой ударил грузовик. Тот
вылетел на встречную полосу и вмазался в трейлер. От удара грузовик
перевернулся, и все трое товарищей дружно перешли в мир иной, не придя
даже в пьяное сознание. А кабан - свинья она и в Америке свинья! -
спокойно выжил, отделавшись небольшими потертостями свиной кожи.
Прибывший первым на место трагедии шериф Эндрю Уотсон указал в протоколе
виновниками смерти троих джентльменов:
1. Кабана весом в 729 фунтов.
2. BAC (blood alcohol concentration - концентрация алкоголя в крови) у
Эшли Давенпорта - 5,2 % (при его весе 280 фунтов), что в 130 раз
превысило уровень, допустимый правилами DMV (0.04 % - для водителя
грузовика его класса с прицепом). Для тех, у кого еще нет американского
лайсенса на вождение, доложу, что DMV - контора типа нашенской ГАИ,
только взяток - ни-ни, на штрафы только выписываются тикеты (квитанции).
Попытка дать наличными, выписать чек на имя копа или, по-русски,
отделаться фудстемпами (талонами на питание бедных) - уголовная статья.
После всесторонннего расследования происшествия дело было передано в
окружной суд, где присяжные единодушно признали кабана виновным в
убийстве. Суд приговорил его к смертной казни, с отстрочкой исполнения
до достижения веса в 1000 фунтов (порядка 450 кг).
DMV штата Калифорния оштрафовала Эшли Давенпорта на $ 5,238 - за
превышение скорости и управление в нетрезвом состоянии грузовиком с
прицепом, и проч. (всего по 11 пунктам) - и лишила его водительской
лицензии сроком на год - посмертно).
Кроме того, фермер Роджер Вэйн подал встречный иск к родственникам
убиенных его кабаном - для возмещения стоимости поврежденного забора,
четырех патронов, а также компенсации материального и морального ущерба,
нанесенного кабану, потерявшему щетину в местах потертостей и несколько
фунтов живого веса. Окружной суд иске удовлетворил лишь частично,
адвокаты Вэйна не согласились и передали дело в Верховный суд штата.
Зато жюри Стенфордского Университета в 1995 году присудило Джеймсу
Эдварду Скотту, Биллу Джозефу Грэхэму и Эшли Мария Давенпорту самую
престижную для идиотов, добровольно отрешившихся от участия в эволюции,
премию имени Дарвина за 1992 год (посмертно). Награда нашла героев!
Так справедливо завершилсь эта свинская история.

Алик, дарвинист kimryg.narod.ru

ДАРВИНОВСКАЯ ИСТОРИЯ № 3 (в продолжение историй №№ 1 и 2, выставленных
на всеобщее оборзение 12.01.02) Стимулов для представления этой истории
из моей скромной Дарвиновской коллекции накопилось предостаточно. Это и
просьбы трудящихся, задолбавших мое мыло до пенообразования. И анонс
одного Шибко Умного. И история № 8 за 27 января 2002 под названием «ЧАМУ
Я НЕ ПТИЦА, ЧАМУ НЕ ЛЕТАЮ» - более точно украинская песня называется
«Чому ж я не сокiл, чому не лiтаю». И эту песню должен был бы напевать
янки из моей истории, решивший повоздухоплавать на шарУ.
Как история заметная, отмеченная высокой Дарвиновской премией, она в
свое время, по мнению авторитетов anekdot.ru, немало продрейфовала и в
Сети. К сожалению, я не знаком с ее сетевыми вариациями, а здесь привожу
версию, которую подарил мне земляк, носильщик ЛАКСа (LAX - Los Angeles
International Airport, один из лос-анжелесских аэропортов). Когда он
узнал, что лечу в Киев, передал приветы, а, поскольку аэропорт был
закрыт на 7 часов из-за урагана Stella, времени у нас хватило и на
воспоминания, и на ланч, и на эту историю - часть ее произошла у него на
глазах, а о других подробностях он узнал из местных газет.
В этой истории речь не пойдет о каком-то выдающемся кругосветном
путешествии, просто человек решил оттянуться в свой выходной и полетать
на небольшой высоте над своей малоэтажной Америкой. Попивая, на зависть
соседям, пивко и закусывая солеными крендельками.
Заметим, что уже сам выбор на закус этих крендельков продвигал его к
Дарвиновской премии. Правда, он об этом не догадывался, ибо это было еще
до того, как одним из таких крендельков поперхнулся президент Буш,
потерял на какое-то время сознание, а очнулся - ни одна собака из двух
его псин ему не помогла, и в результате падения он получил фингал под
глазом, в котором злые демократические языки узрели отпечаток кулака
Первой Леди. Последний инцидент явил миру, что солененькие крендельки с
супругой менее приятны, нежели сладкие кренделя с практиканткой Белого
Дома. Зато последствия не столь удручающие. Впрочем, это уже другая
история.
Герой же нашей же истории Лэрри Уолтерс (Larry D. Walters) из
калифорнийского городка Лонг Бич (Long Beach) с детства бредил полетами.
Но из-за слабого зрения в вожделенные ВВС его брали только наземным
механиком. Потому он работал водителем, и в возрасте 33 лет он, подобно
Илье Муромцу в такие же года, слез с печки и, подобно Иисусу Христу тех
же лет, решил вознестись на небо, взяв реванш у судьбы. При помощи
друга, чернокожего сержанта Вилли Томсона, он по дешевке купил на
военном складе полсотни списанных метеошаров и добыл несколько баллонов
с гелием. Рассчитав, что для подъема на высоту метров в 10-15 ему хватит
шаров 40, он, с запасом, наполнил гелием 42 шара, привязал их к ручкам
любимого кресла, к нему же прикрепил ящик с пивом, крендельками, а также
заряженный дробовик, из которого думал отстреливать шары для снижения.
После этого кресло он прикрепил тросом к бамперу своего джипа «Чироки»,
привязал себя к креслу и попросил Вилли перерезать трос, предвкушая
плавный и комфортный полет над владениями изумленных соседей, с
триумфальной посадкой во дворе девушки Мэри, под которую безуспешно бил
клинья еще со школьных лет, а она отвергла его как придурка.
... В чем и не ошиблась. Зато ошибся Лэрри: метеошары были европейского
производства и подъемная сила была указана в килограммах. Лэрри же все
расчеты провел в фунтах. И потому расчеты не оправдались, и спустя лишь
несколько минут после того, как дружбан Вилли перерезал трос, обмерзший,
описавшийся и до смерти перепуганный Лэрри уже болтался на высоте 9000
тысяч футов (примерно 3 км). Пока он несколько часов собирался с
мужеством, чтобы начать отстрел шаров, его занесло ветром в главный
воздушный коридор Лос-Анджелеса. Первым его заметил командир
«Боинга-767» компании "Пан-Американ" и сообщил диспетчеру аэропорта о
странном объекте, напоминающим парашют, но не снижающимся, а как-то
странно колеблющемся по высоте. Затем этот неопознанный объект был
обнаружен локаторами. В аэропорту объявили тревогу, приостановили вылеты
да обратились на ближайшую военную базу, откуда выслали вертолет для
прояснения ситуации.
Последнему удалось приблизиться к Лэрри, после чего изумленный пилот с
панической дрожью в голосе доложил диспетчерам о джентльмене, летящем в
кресле и размахивающем винтовкой. Диспетчер решил, что у пилота отъехала
крыша, немедленно был поднят по тревоге еще один вертолет.. Увы, и с
пилотом этого винтокрылого аппарата произошло тоже! В это же время в
полицию позвонил Вилли, сообщивший, что его приятель Лэрри Уолтерс
улетел на небо в кресле с пивом и солеными крендельками. Копы приняли
его за психа, а тут еще позвонило несколько водителей с хайвея, что их
подвергли воздушным бомбардировкам банками с пивом, одному BMW даже
жутко пробило капот. Оказалось, что это Лэрри пытался привлечь к себе
внимание.
В общем, пока свели вместе всю информацию и разобрались, что к чему,
несчастного Лэрри унесло далеко в океан, и отсреливать шары он уже
боялся. Вертолеты не могли к нему приблизиться - воздухоплавателя
отгоняло воздушным потоком от их винтов. В конце концов, один из
вертолетов завис в нескольких сотнях метров над Лэрри и накрыл его
спасательной сетью, утяжеленной балластом. Лэрри уже потерял сознание,
но его удалось отбуксировать назад на берег. Увы, и здесь ему снова не
повезло: его летательный аппарат наскочил на высоковольтную линию и
привел Лэрри к летальному исходу - уже полумертвый, так и не придя в
сознание, он был добит высоким напряжением. Как показало вскрытие,
смерть от тока избавила его от мучительного умирания в реанимации, ибо
полученные обморожения были уже несовместимы с жизнью.
Поскольку Лэрри не оставил наследников, его дом, грузовик и джип
«Чироки» были проданы в счет возмещения убытков лос-анжелесскому
аэропорту ЛАКС, связанных с задержкой рейсов, а также ремонта капота
BMW, пораженного банкой с пивом на хайвее. Премия имени Дарвина была
присуждена Лэрри единогласным решением жюри по Дарвиновским премиям,
голосовать против не решились даже самые Шибко Умные члены.

Алик, дарвинист

В дополнение к истории № 3 от 29 декабря 2001 (основной выпуск) -
несколько отрывков разговоров одесско-калифорнийских бабулек. Из
американского языка знают не больше пары десятков слов, но все равно
сильно переиначенных по-одесски... Зато пронесли свой родной говор
сквозь десятки лет самой суровой эмиграции.

.. Еду в весьма далеком от Одессы Сан-Франциско в переполненном автобусе
№ 38. Почти весь маршрут этого автобуса пролегает по бульвару Гири.
Из-за обилия экс-одесситов его здесь называют Гирибасовской-стрит. И вот
раздается на весь автобус родное, посконное, одесское:
- Что ви, место уступаю я: ВАМ же болит нога!
***
- Мне 75, но на меня горят глаза у 40-летних мужчин!
- Так за чем остановка? Вперод!
- НЕГДЕ!
***
- Ой, а ви знаете Цилю Исаковну с ее шлемазлом сыном Мишей: когда на
Молдаванке вокруг него крутилось столько приличных еврейских девочек, он
спутался с шиксой-парикмахершей?
- Ну?
- Так Циля увезла его сюда. Подальше от цорес - той шиксы.
- И что?
- Так он уже здесь надыбал мексиканскую шиксу! Маленькая, черная, как
ворона, ни кожи, ни рожи – сплошная жопа. И Циля уже умоляет Мишу
сделать визов Оксане – раз он такой поеханный на шиксах, то лучше своя,
одесская. Да еще фигуристая, да при ноге!
- И что он сказал?
- Мама, идите в жопу вместе со своей Оксаной!
***
- О, Сара Марковна – чудесная женщина. Мы были с ней на Гавайях, и она
пирнала в такие волны! Она тут близко, на Филлмора. Надо будет к ней
зайти или позвонить...
- Не ходите и не звоните!
- Шо такое, она там больше не живет?
- Она уже нигде не живет.
***
- Моя Женечка по брачному объявлению вытащила этого шлемазла из
Молдавии. Он не работает, только пьет и гуляет за ее счет. Ему – только
РАДОСТИ, а ей – только ГОРЕ. Я ему об этом прямо сказала - так он,
сволочь, мне ответил:
- Мама, в объявлении было написано: «Ищу мужчину, готового разделить со
мной РАДОСТИ и ГОРЕ».
***
- Морнинг,- Галина Васильна! А как ваш Петр Николаич?
- О, он сейчас СИНГАЕТ в евангелическом церковном хоре (to sing – петь,
прим. А.).
- Так он же заслуженный артист Узбекской ССР, ему платят хоть какую
копейку?
- Нет, просто СПЕНДАЕТ ТАЙМ (to spend time – проводить время - прим.
А.).
***
Наконец, уже совсем свежее, вместо эпиграфа сюда напросился анекдот:
«- А как там Изя?
- Изя – умер.
- А, умер-зуммер – лишь бы был здоров! »

.. В очереди в русском магазине.
- Ви слышали? Умер Боб Хоуп.
- Ой, какой ужас! Очень жаль. А кто это?
- О, великий американский хохмач!
- И сколько ему было лет?
- Сто.
- Ой, какой ужас! Не такой уж и старый мужчина - мог еще жить и жить!

© Алик, фан Одессы.

ОБ ОДНОМ ПРИКОЛЕ (в продолжение истории № 12 от 27.02.02 из серии
«Защита дипломных проектов»).
Прекрасный майский день середины 80-х. Идет очередная защита в Киевском
инженерно-строительном институте. Каждый защитник, будущий
инженер-строитель докладывает свой проект на 10-12 листах чертежей
большого формата, ПРИКОЛОТЫХ попарно, один над другим, на специальные
двусторонние стенды. Листы ПРИКАЛЫВАЮТСЯ кнопками так, что нижний
отстоит от пола примерно на полметра (этот зазор очень важен для нашей
истории!). Пока один дипломник защищает от членов ГЭК (Государственной
Экзаменационной Комиссии) свой итог многолетней учебы, следующий с
тыльной стороны стендов ПРИКАЛЫВАЕТ кнопками свои чертежи. Когда
наступает его очередь, стенды разворачивают на 180 градусов, и очередной
без-20-ти-минут-инженер сдает свой главный экзамен на чин.
Выпускной конвейер работает бесперебойно. Защита идет за защитой, но
вдруг на очередной члены ГЭК дружно опускают очи долу, где с другой
стороны стендов ПРИКАЛЫВАЕТ свои листы следующая защитница диплома.
Кто-то высокий взял на себя верхние кнопки. А ей достались нижние.
Присев в мини-юбчонке на корточки и ПРИКАЛЫВАЯ края листов, девица
ритмично поворачивается на каблуках в разные стороны, являя членам ГЭК
(извинения за натурализм!) свою рыжую «киску», нахально просвечивающую
сквозь модные тогда прозрачные нейлоновые трусики. Физиономии у членов
ГЭКа меняют габариты, розовеют... глаза заволакиваются похотливым
туманом... слабонервные начинают хихикать... постинсультный профессор
Гога Беридзе с кафедры железобетона пытается сунуть под язык
нитроглицерин, но никак не попадает... А тут еще защитник диплома,
которого никто уже и не слушал, сообщает, что доклад окончен. И он готов
еще ответить на вопросы. Но, увы, члены ГЭКа уже не готовы их задавать.
Да и вообще выходить из нирваны. И волнуются перед выходом дипломницы
куда больше ее самой - а вдруг в остальном она не столь прекрасна? В
общем, ступор!
... Как во все решающие моменты истории СССР, всех спасает ленинская
партия. В тот исторический момент - в сурово-решительном лице заведующей
кафедрой ленинизма марксизма, драной выдры Степаниды Панкратьевны Х-ко.
Профессорша, черная от зависти (самой-то показать ТАКОЕ слабо!),
разъяренной пантерой налетает за стендами на ничего не подозревающую
девицу - типа «нашла место и время.. название защиты «Публичная» никому
не дает права на легкое поведение... такие вещи порядочная
девушка-комсомолка, будущий инженер-строитель, может предъявлять одному,
ну, двум возлюбленным - в спальне... в стогу сена, наконец.. Но не на
публичной защите, да еще Членам Государственной Экзаменационной
Комиссии!
В общем, предыдущего дипломника просто прогнали, стенды развернули, и
народу явилась прекрасная блондинка, к тому же не крашенная, а
натуральная - в чем воочию убедились члены ГЭКа. И они не смогли
сдержать аплодисментов, а когда растерявшаяся и ничего так и не
сообразившая красотка начала свой доклад «Уважаемые члены
государственной Комиссии! Я хочу ПРЕДЛОЖИТЬ Вашему вниманию... » - ее
прервал Председатель ГЭКа, управляющий крупным республиканским
стройтрестом Остап Магомедович М-в. Дескать, большое спасибо! Нашим
Членам вы уже предложили! Думаю, выражаю общее мнение наших членов - они
оценили ПРЕДЛОЖЕННОЕ на «отлично»! Мой вопрос - куда у Вас направление
на работу? Не поменяете ли в наш знаменитый трест с прекрасными
традициями? Гарантирую хорошую зарплату... лично позабочусь как о
молодом талантливом специалисте, отличнице диплома... быстро дадим
квартиру... »... - как говорится, Остапа понесло... Размечтавшись, как
он овладеет девицей, Председатель под истерическое покашливание ректора
пока овладел собой, и, уже по долгу службы, обратился к остальным членам
ГЭКа: «Товарищи! Есть ли еще у кого вопросы? »
Естессно, у товарищей вопросов не нашлось. Да и что лучшего
свежеиспеченному инженеру - красавице-комсомолке-спортсменке, да еще и
натуральной блондинке, могли предложить бедные профессоры и доценты? А
попросить еще ПРИКОЛОТЬСЯ с нижними кнопками нехватило духу.

Алик, бывший член ГЭК
(с) kimryg.narod.ru

Из серии «Знай наших! »

Русская аптека на центральном бульваре Гири в Сан-Франциско. Субботний
аншлаг. Очередь. Да не американская «лайн», где все чиненько
располагаются подряд четко в полуметре друг от друга: дальше - «вас тут
не стояло», ближе - заподозрят в сексуальных поползновениях. А
нормальная советская очередь - как социалистический подход к прилавку:
все тесно прижимаются друг к дружке, чтоб кто не влез, но все равно
лезут, кто-то пытается качать права... И вдруг в эту толчею входит негр
с маленьким ребенком да неприкаянно не может никуда приткнуться. Тут его
и выручила находчивая аптекарша:

- ТОВАРИЩИ, ПРОПУСТИТЕ ИНОСТРАНЦА!

© Алик, очевидец

Вчера Президент США открыл Олимпийские Игры, находясь на трибуне с
американскими олимпийцами. К нему пробралась одна из самых молодых
участниц команды, 17-летняя Саша Кохен из Лос-Анжелеса, первая в мире
фигуристка с четырехоборотным прыжком. Серьезная претендентка на золото
Олимпиады. А пока, по жизни, жуткая проказница, которую родители, когда
еще жили в Одессе, отдали в фигурное катание, чтобы ее бурную энергию
использовать в хоть каких мирных целях.
И уже ее первый пируэт на Олимпиаде - Саша, оперативно соединившись по
мобиле с мамой, огорошила ее:
- Сейчас с тобой говорить Президент Буш! - и тут же сунула ему трубку.
- Поговорите с моей мамой, а то она не поверит, что я была рядом с
вами..
Застигнутый врасплох, Буш уже не смог отвертеться:
- С вами говорит Президент Соединенных Штатов Буш.
Перепуганный голос в трубке:
- Боже, что она опять натворила?
- Да успокойтесь, ничего страшного...
- Как это ничего страшного, если звонит сам Президент США!
........

Алик, фанат фигурного катания

Лас Вегас. Казино «Луксор». Мохнатое чучело верблюда в натуральную
величину. Мотает головой и клацает зубами. Табличка на русском:
"ВЕРБЛЮДА НЕ КОРМИТЬ!"

Алик, зритель

Мой однокурсник Юра Крицкий (Юра, жив? Привет!) три года был безумно
влюблен в одну девицу. Пылкая страсть пробудила в нем, если и не поэта,
но желание написать любимой нечто возвышенное и в рифму. Тем более, я,
его однокурсник, уже ходил в местных поэтах, печатался и даже написал
слова песни, ставшей хитом местного русского народного хора. А он был
парень хоть куда и по всем статьям, кроме поэтической, меня превосходил.
Может, потому решил выступить и на моем поле - поэтической ниве.
А в румяные критики взял меня: во-первых, я тогда был жутко румяным, как
красна девица, и очень из-за этого переживал; во-вторых, все-таки лучший
литератор в институте. Возможно, выбор критика он сделал верный. А вот
время для написания выбрал, как по мне, крайне неудачно: вечер, ночь и
следующее утро. Может, как на первый раз у него накопилось много слов,
и он за два часа настрочил поэму в целую тетрадку. Я сделал ряд ценных
литературных замечаний, но, главное, пояснил: короче, краткость - сестра
таланта. Да и твоя Люся так много читать не станет. (Так утверждать я
имел все основания: ко многим свои достоинствам эта
прелесть-что-за-Люся! была замечена лишь в чтении вывесок и меню в
ресторанах).
И я быстро уснул, бросив Юру на поэтический произвол. Он, позабыв про
сон, продолжил маяться творчеством, и где-то через час растолкал меня
для эспресс-оценки нового варианта шедевра, действительно укороченного и
улучшенного. Через какое-то время история повторилсь, я, сквозь сон,
давал единственный критический совет: короче! Но, краем глаза (больше он
и не открывался) видел, что опус, укорачиваясь, становился все лучше.
И умолял Юру: все, больше не буди, смотреть не буду. Но он все равно
расталкивал меня «в последний раз... ».. «самый последний.. ». «Ну, чтоб
меня мухи ели - наипоследний... »
В конце концов в очередной «самый последний раз» - и таки-да,
последний!- он разбудил меня уже утром, когда и спать-то осталось
всего-ничего - с полчаса, и представил готовый шедевр, который привожу
полностью:
Ю. Крицкий
1960-1962
Пенза-Куйбышев

Дорогой, незабвенной Люсе посвящаю на память о нашей неземной любви

ВСЮ НОЧЬ БРОСАЛ Я В ПЕЧЬ ТВОЮ
ГОЛОВНЮ ЖАРКУЮ СВОЮ».

Алик, бывший студент

ШОТЛАНДСКАЯ РОДНЯ

«Ты лучше, Зин, не трогай шурина.
Какой ни есть, а все родня. »
В. Высоцкий. «Диалог в цирке».

Историю услышал на одной из «пати» (вечеринке). Может, она уже ходила а
инете - за что купил, за то и продаю.

В одной компании в Силиконовой Долине (Калифорния) работала некая мисс
Patricia McKillan. Дама полусредних лет, одинокая. Может, из-за
характера, гордого и независимого настолько, что не стеснялась ходить в
юбках, когда все женщины компании предпочитали штаны. Сослуживцы, не раз
обращали внимание на ее фамилию, вкупе с гордостью и независимостью
указывающую на шотландские корни.

А тут еще полюбившийся фильм «Горец» разбудил в ней шотландское
самосознание, она прочитала много интересного о своей исторической
родине, изучила нравы, культуру, историю. И, следуя последней
американской моде, решила выстроить и свое генеалогическое древо, начав
с шотландских предков, дабы не уподобиться Фоме, не ведающему родства.

После долгих поисков она обнаружила целую деревушку McKillan’ов,
затерянную где-то в горах Шотландии. Она списалась со своими весьма
вероятными родственниками и узнала предание, будто еще в XVII-м веке
некий Грегор McKillan, брошенный в каталажку за браконьерство в
баронских угодьях, сбежал неизвестно куда, а через много лет вытащил в
Америку жену с младшими детьми. Старшие остались на месте – уже при
своих семьях.

В общем, земляки с удовольствием пригласили Патрицию на родину, там ее
ждали расплодившиеся потомки Грегора Мак-Килана, всякие многоюродные
братья и сестры, деды, прадеды, внуки да правнуки... В общем, родня уже
столь многочисленная, что гостья запуталась в подарках, но тем не менее
набила пару чемоданов, чтоб кого не обидеть. Ей очень хотелось
порадовать своих, познакомиться с вновь обретенными родственниками
поближе. Да на периферии сознания гнездилась мысль - а вдруг подыщет
себе пару среди своих, шотландцев, гордых и независимых настолько, что
не стесняются ходить в юбках, когда все мужчины мира предпочитают штаны.
Правда, завистливые ирландские да британские предания приписывают этот
обычай отважных шотландцев - ходить в юбках ("килтах"), диким
средневековым временам, в которых враги убивали мужчин и насиловали
женщин...

... Когда мисс McKillan поделилась с сослуживцами, что улетает в отпуск
в Шотландию, они особого удивления не выказали – Америка, privacy
(частная жизнь), ее проблема. И дальше - к черту подробности, как
Патриция добиралась из Санни-Вэлью в Сан-Франциско, потом летела на
самолете через Сиэттл в главный аэропорт Шотландии Глазго-Интернешнл,
затем на поезде, наконец, на совсем уж маленьком автобусе, единственной
ниточке, связывавшей ее родную деревеньку с «Большой землей».

А на конечной остановке на площади с храмом дорогую заокеанскую гостью
встречало все селение и, особенно, в полной боевой готовности, гордость
сельчан – пусть и самодеятельный, но слаженный оркестр волынщиков (в
хорошем смысле – игрунов на волынках).

Увы, когда долгожданная гостья вышла из автобуса, оркестр затих - у
музыкантов сперло дыхание. Онемели и родственники. Потом, когда прошло
первое изумление, над площадью долго стоял гомерический хохот со слезами
вперемешку. Наконец, все успокоились, пришли в себя, оркестр доиграл
старинный боевой шотландский марш, а сельчане наперебой обнимали свою
далекую американскую вроде родственницу.

... Несмотря на то, что Патриция была не просто чернокожей, но еще и
чернокожей с фиолетовым отливом.

© Алик, интернационалист www.alikdot.ru/anru/ihnravi/nravi/scotla/

Эту историю рассказал мне сосед, летчик-истребитель, герой и инвалид
Великой Отечественной.
... 50-е годы. В авиадивизию, где командир дважды Герой Скок, супер-ас,
прилетел один из первых вертолетов. Командир со свитой встречают
винтокрылую машину на аэродроме. Вертолет садится. Лихо выскакивает
молоденький капитан:
- Товарищ генерал-майор.. - и т.д.
А генерал, который лет тридцать летал (и продолжал летать) на всем, что
летало, ему в ответ:
- Ладно, сынок, покатай меня, поглядим, как оно!
Вертолет взлетает, выписывает в небе всякие там кренделя, и все
остальное - вдруг на высоте метров 200 «бабах! , бабах! » - вырубается
хвостовой винт, удерживающий летательный аппарат на курсе и
обеспечивающий повороты. На земле все в ужасе. Вертолет начинает
вращаться, как центрифуга. Летчик сбрасывает обороты основного винта и с
трудом садится. У всех вырывается вздох облегчения - обошлось!
Открывается дверца, выбрасывается трап. Первым показывается генеральский
зад. Не попадая ногами на ступеньки, комдив вываливается из машины.
Стоит, бледный, качаясь... А как пришел в себя, разразился высшим
пилотажем многоэтажного мата, и в конце тирады:
- Пока, б..дь, к этой хреновине крылья не приделают, больше в нее
никогда не сяду!

Алик, сосед героя и инвалида Великой Отечественной.

«Через какое то время наша дверь резко распахнулась, и в нее со злобой
на лице влетела наша мадам. И со словами "Ах ты ж бэндера! ... - бросила
книгу в моего коллегу. » Vinipuh. История № 4 во «Всех историях»
27.02.02

Мы с другом Юрой (поэтом, состоявшимся в истории № 2 от 11.01.02) во
время поездки в Карпаты в 1961 году попытались купить винца в одной
кавъярне в Рахове. Но нас не пустил сторож, крепенький дедок лет 65 -
уже было закрыто. Юра всердцах обозвал дедка «бэндерой». Тот не на шутку
обиделся:
- Ну який же я бандера - усi бандери в начальствi! (укр.)
Мне стало неловко за своего очень русского товарища, и я (естессно,
на мовi) бросился извиняться, мол, что с мого друга взять - дурачок.
Москаль, одним словом. Видать, я перегнул палку, потому как дедок так
расчувствовался, что не только простил «москалика», но пригласил нас в
свой дом рядом с кавъярней и угостил прекрасным местным вином.
Оказалось, что ему не 65, а 93 года. И он пережил все режимы на своей
родине за последние лет 90. Я у него поинтересовался, при ком же лучше
всего жилось.
- Краще всiх, мабуть, був Вiльгельм. Сам жив довго, непогано - й нам
давав.
- А як поляки?
- Поляки - ну, дуже гоноровi: останнiй злотий в дiрку в карманi випаде -
вiн його не пiднiме.
- А нiмцi?
- Нiмцi? О, то був порядок, як накажуть кого повiсить - то й повiсять.
- А як Совьети?
- Совьети? Ну, така, взагалi, влада не вредна: хто скiльки хоче, стiльки
й воруе.

... Толстенные исторические монографии, институт истории, факультеты,
академики - отдыхайте! Все ваше многопудье похерил мудрый карпатский
дедок. И на изложение всей истории потребовалось время, за которое он
успел пропустить с нами пару стаканчиков местного красного винца..

Алик, историк.

Как говорится, запах навеял. Игнобелевская премия за разработку (история
№ 8 от 11 января с. г.), тетю Раю жалко (история № 8 от 11 января с.г.),
да и обсуждение вопроса о сыроедении мясного фарша и связанным с ним
газовыделением вдохновило вспомнить несколько интересных историй. В этом
выпуске приведу парочку менее крутых, может, кому и известных. В конце
концов Марк Твен говаривал, что все истории на земле повторяются так,
что их можно отнести к геологическим периодам. На закуску оставлю пару
историй - дореволюционную, о коменданте Киева бароне Дрентельне,
церковную, транспортную и цирковую, очень поучительную.

А изложению предпошлю эпиграф графа А. К. Толстого из дидактической
поэмы для юношей:

«Если кто невольным звуком
огласит твой кабинет,
ты не вскакивай со стуком,
оглашая «Многа лет!»

Первая история - отечественная, популярная в театральных кругах, ибо
произошла с очень народным артистом Ж., еще из старой мхатовской
гвардии.
В труппе появилась актриска, молоденькая, но жутко талантливая, и он
положил на нее глаз. Естесссно, в надежде, ну, скажем так,
посодействовать таланту. Она удобно расставила ему свои миленькие ушки,
а наш бодренький народный старичок начал развешивать на них лапшу. Типа,
д-э-эточка, вот когда я со Станиславским в Париже... И т.п., и т.д.
Коллеги-ровесники, естесссно, за него болели («Знай наших!»), и, когда
он ушел под ручку с актриской, на следующий день примотались - ну, как
успехи? Хотя были уверены в победе, поскольку наш герой сыграл роли
любовников всех времен и народов на сцене - бессчетно, а в жизни может и
еще поболе того. Потому всех интересовали детали (как в песне Галича: «А
из зала мне кричат: Давай подробности!»). И он их не скрыл от
товарищей:
- Повел я ее в один наш общий кабачок, все ей понравилось, откушали
водочки... закусили-с икоркой с блинами.. она меня даже немножко
потанцевала... я ей ишшо мозжечок попудрил, слюни пустила... попочку
погладил.. сисечку потрогал... Пойдем, говорю дэ-э-эточка ко мне -
покажу фотографии великих, мне подарінные, да я с ними... Согласилась,
поехали ко мне, поднимаемся в лифте, я ее уже обнял, целую.. все на
мази.. И это же надо - в самый неподходящий момент РАСПЕРДЕЛСЯ, КАК
МОЛОДОЙ!
... В итоге последствия, как у тети Раи - трагические, но здесь погиб
молодой талант.

Вторая история - зарубежная, популярная в кинологических кругах Лондона.
В ней один очень интересный и богатый молодой джентльмен, лорд Гарри М.
страдал метеоризмом. Если б не этот недостаток, он мог бы даже стать
спикером парламента, но тот у них традиционно сидит на мешке с шерстью.
И приверженцы традиций британцы побоялись, что под сэром Гарри шерсть в
мешке придется часто менять, плюс постоянная угроза выступлению Ее
Величества. Но из-за этого недостатка сэр Гарри страдал не только в
общественной, но и личной жизни: никак не мог подобрать себе, скажем
так, сэруху. Наконец, он познакомился с юной прекрасной леди. И провел с
ней чудесный вечер, и не расставался бы уже с ней всю жизнь, но его так
распирали газы, что аж глаза выпучились. Он побыстрее отвез леди домой,
но, как назло, в это же время приехал и ее отец, сэр Филипп Д., член
палаты лордов, да пригласил в дом сэра Гарри на стаканчик портера.
Расположились все у камина, на стенах - портреты знатных предков, в
ногах - на бледноголубом персидском ковре прекрасный пойнтер Джерри
редчайшего красно-коричневого окраса. Завязалась очень возвышенная
беседа о поэзии Рембо.. А бедный сэр Гарри, уже не выдержав, чуток
стравил. Увы, запах все-таки почувствовали все, и сэр Филипп укоризненно
обратился к псу: Джерри! Сэр Гарри увидал, скажем так, свет в конце
туннеля, и начал наполнять туннель и дальше. Сэр Филипп еще более
укоризненно произнес псу: Джерррри!! И возвышенная беседа потекла в том
же духе, вернее, запахе. Гарри стравливал, а сэр Филипп все больше
мрачнел, укоряя пса: Джеррррри!!!! - пока не выдержал, и, утратив весь
аристократический лоск, заорал бедному животному:
- Джерри, скотина ты эдакая, чтоб твою мать, кобель гребанный, сколько
тебе, сукину сыну, повторять: ОТОЙДИ ОТ ЭТОГО ЗАСРАНЦА, ПОКА ОН ТЕБЯ
НЕ ОБГАДИЛ!

Алик, театровед-кинолог

АДАПТЕР. Воспоминание о маленькой немецкой трагикомедии разбудила
история Толика № 17 от 5 февраля. Эта трагикомедия случилась в семье
моих киевских земляков, когда я заехал к ним в гости в Мюнхен в 1996
году нашей эры. Действующие лица - РИТА, мать, в прошлом известная
фигуристка, глава семьи, выполняющая по дому мужскую работу. Потому как
ВОВА, муж-отец-дед, драматург, к примеру, при забивании гвоздя молотком
обязательно ударит по гвоздю рукой, нанеся себе повреждения средней
тяжести, даже если молоток - легкий. Дочь - ЮЛЯ, художница, поэтесса,
прозаик, фотограф-художник. 6-летний сын-внук ЮРИК - русско-немецкое
дите, с подавляющим преобладанием нашенских генов, ибо шкодлив,
необуздан, безалаберен, с младых ногтей внаглую попирающий «орднунг» -
немецкий порядок. Немецкий муж-отец ГУСТАВ, дипломированный
инженер-электронщик, ведущий специалист «Симменса». И я, заезжий совок.
Мне захотелось посмотреть сюжеты, отснятые на видео в Чехии и Германии.
Любительская видеокамера «Панасоник» снимает, как известно, на маленькие
кассеты, которые при просмотре на видике вставляются в специальный
адаптер - хреновину размером в обычную кассету.

(Здесь попрошу терпения - для тех, кто не знает как работает эта
хреновина. Шаг 1 - при нажатии кнопки открывается крышка, шаг 2 -
вставляется маленькая видеокассета, шаг 3 - закрывается крышка и
специальные рожки увеличивают длину пленки в маленькой кассете до
нормальной и фиксируют в этом положении. Можно смотреть. А уже после
просмотра шаг 4 - нажимаешь ту же кнопку - открывается крышка, рожки
возвращают пленку в маленькой кассете в исходное положение и можно ее
вынимать).

Я не успел приступить к делу, как адаптер схватил внук ЮРОЧКА, мол, он
сам все сделает. Дедушка ВОВА, измотанный удивительными способностямии
внука к разрушению всего, чего только можно, с криком - «Сломаешь! »,
попытался адаптер у него отобрать. Тот не отдавал, крича «Сам! », и в
конце концов их схватка закончилась вничью: адаптер выпал на пол и
ушибся. После чего шаги 3 и 4 по своей инициативе стал делать подряд, не
оставляя времени на просмотр - рожки разводили кассету на большую длину,
но не фиксировали, а сразу сводили обратно, и открывал крышку:
забирайте! Короче, поломка. Пользоваться адаптером нельзя. Но очень
хочется смотреть!
Тогда немецкий зять ГУСТАВ вскочил в свой «бимер», смотался домой и
привезит немецое чудо - объемистый чемоданчик, где в гнездах на бархате,
как драгоценности, нежилась добрая сотня всяческих инструментов,
деталей, тестеров - на все случаи проявления немецкой технической мысли.
И цена этого набора - несколько тысяч дойчемарок.
Дальше ГУСТАВ быстренько тестирует адаптер, ставит диагноз - какой
полупроводничок сломался, и выносит приговор - завтра марок за 60 в
мастерской его заменят. Я в непонятках - почему так дорого? Ведь новый
стоит меньше! Немец отвечает - «хэндэ ворке» (ручной труд). У нас
дорогая рабочая сила. А с просмотром придется подождать до завтра."
Но мне очень хочется сегодня! Потому я проделываю шаги 1-3, но в момент,
когда лента выводится в режим нормальной работы, мгновенно выбрасываю
пальчиковую батарейку. По очень простой логике - если адаптер потребляет
энергию на дурное действие - надо ее не дать. И все. Кассета
зафиксирована. Даже без мата. Процесс пошел - смотрим. Казалось бы, все
ОК! Но тут-то и разыгалась нешуточная немецко-русская трагикомедия.
Драматург ВОВА, не врубившись, решил, что адаптер починил
ГУСТАВ, и выступил типа - вот что такое Немецкий Инженер, русский
профессор перед ним - говно! Немец пришел в дикое негодование, и не от
выступления ВОВЫ, а потому как счел мой поступок, с точки зрения высокой
немецкой технологии, вопиющим безобразием, хулиганством,
надругательством над электроникой! Надо заменить испорченный элемент,
восстановить схему, нормальную работу - тогда, и только тогда, смотреть!
Я отвечаю - все, проехали, проблемка решена. Смотрим! Немец - нихт, это
недопустимое решение, пользоваться им - позор. Драматург ВОВА, свято
веря в немецкую техническую школу и продолжая считать, что починил
ГУСТАВ, гонит свое: русский профессор перед Немецким Инженером - говно!
РИТА и ЮЛЯ, врубившиеся в ситуацию, и даже отшлепанный и еще зареванный
ЮРИК, помирают со смеху. Негодование немца еще более усиливается -
во-первых, моим техническим бандитизмом, во-вторых, тем, что тесть этот
кошмар приписывает ему, в-третьих, жена, теща и сын открыто глумятся над
его сокровенными техническими чувствами.
... Ситуация накаляется до предела: я смотрю сюжеты, остальное мне по
барабану. Немец требует прекратить криминальный просмотр и рвется
выключить видик. Теща, дочь и сын не дают, пытаются смотреть, но не
могут сосредоточиться, помирая со смеху. Тесть ВОВА упорно стоит на
своем, повторяя, как попугай: русский профессор перед Немецким Инженером
- говно! Оскорбленный в лучших технических чувствах, оклеветанный
приписанным ему техническим преступлением, порочащим всю современную
электронику, обсмеянный за правое дело ГУСТАВ, не выдерживает этого
издевательства и, хлопнув дверью, мотает к себе домой, подальше от этих
ненормальных русских!
А на следущий день, уже в другом деле, ГУСТАВ пошел на сделку со своей
технической совестью, спасая несколько сотен марок. Примерно столько бы
стоил ремонт сломавшейся дуры, которая автоматически закрывала дверь в
подвале (келлере). И помог мне снять с петель эту тяжелую металлическую
дверь. Затем я простым русским напильником чуть скосил петли. Дуру мы
оставили на месте для хозяина дома - как декор. Дверь стала прекрасно
автоматически закрываться на косых петлях, требуя разве что смазки раз в
полгода. Когда я спросил, а почему нельзя такое простое решение внедрить
по всей Германии, это же экономия миллионов марок! - ГУСТАВ ответил:
немецкие профсоюзы не позволят сокращать рабочие места.
... Адаптер же я починил, вернувшись в Киев, за 10 гривен (примерно 4
марки) - в 15 раз дешевле, чем в Мюнхене. И, в общем, прав ли Толик из
истории № 17 от 5 февраля - необычный ли образ мышления у наших людей?
Да нет, просто голь на выдумки богата.
Ключевое же в соотношении нашенского менталитта с иноземным давно
известно: ЧТО НЕМЕЦ СДЕЛАЕТ, ТО РУССКИЙ НЕ ПОЙМЕТ; ЧТО РУССКИЙ СДЕЛАЕТ -
НЕМЕЦ НЕ ПОДНИМЕТ; И, НАКОНЕЦ, ЧТО РУССКОМУ ЗДОРОВО - НЕМЦУ СМЕРТЬ.
... А в Мюнхенском политехническом музее, в макете немецкой подводной
лодки 1942 года в натуральную величину, я увидал обычный домашний белый
фарфоровый унитаз с бачком слива. Вот почему Германия проиграла войну!

Алик, путешественник

Штирлиц дал пастору Шлагу наводку. Тупой пастор снова принес шнапс.

Служил я Родине завлабом в НИИ. А в заместители мне дали одного тертого
мужичка Владимира М-на. В научном плане от него толку было примерно как
от страуса за полярным кругом, однако держали его не зря: он приходился
собутыльником замдиректора НИИ по хозчасти, которому принадлежала
главная утверждающая подпись в премировании. И проблем с Володей почти
не было, если не считать постоянную работу с ГАИ по возврату регулярно
отбираемых прав на вождение старенького папиного «Москвича-412». И в
этой рухляди Володя умудрялся «подставляться» самым фантастическим
способом. А нам приходилось его «отмазывать». И, слава Богу, мы уже были
КОМПУТИЗИРОВАНЫ, и в первый же раз создали долгоиграющий макет
жалостливой телеги Куды Надо. Для начала мы открыли глаза начальнику ГАИ
на ту важную роль, которую как ученый играет заместитель заведующего
лабораторией В. М-н в научных разработках лаборатории, и как ценно его
время, сбереженное за счет личного автотранспорта, пожертвованного на
алтарь служения науки.
В тот, первый раз, он умудрился превысить на правительственной трассе
ограничение скорости в 80 км - на своем драндулете, который-то разве что
под уклон выдавливал 50! С трудом удалось доказать гаишникам, что это
произошло из-за сильного попутного ветра. Но права все равно отобрали -
значит, не исправны тормоза!
В другой раз он тихо проезжал какую-то деревенскую улицу в жуткой
глухомани. И большую часть этой улицы занимала огромная лужа
миргородского типа (кто читал «Сорочинский ярмарок» Гоголя, поймет
сразу). Когда Володя приблизился к этой водной преграде, то увидал, что
вдоль правого края по узкой полоске суши пробиралась бабулька - типичный
божий одуванчик. А в центре лужи нежилась, как голливудская звезда в
ванной 5-звездочного отеля, громадная хавронья. Володе пришлось выехать
на левую часть уже много лет совершенно пустынной улицы - чтобы бабульку
не постигла участь персидской княжны, выброшеннной в посткоитусном
состоянии пьяным Стенькой Разиным, а также во избежание наезда на
свинку, Но, с Володиным счастьем на крыльцо одного из домов вышел то ли
отрыгнуть, то ли перднуть (в доме - опасно!)... инспектор ГАИ. В
домашних шлепанцах, в трусах и майке, но с жезлом. Видать, он с ним
никогда не расставался. На жезл Володя, скорее рефлекторно, остановился.
И сразу совершил грубейшую ошибку: потянул мазу на инспектора, типа -
козел голожопый, да кто ты такой, даже не в форме.
- Щас, буде тебе хворма,- и обладатель волшебного жезла крикнул в избу,
ему вынесли мундир и фуражку, и он, так и оставшись в трусах, предъявил
служебное удостоверение и отобрал у Володи права.
Частенько Володя попадался и «под кайфом», но мы доказывали, что он
надышался лабораторным спиртом, который возит для иссследований в
области механики твердого тела.
И в подобные истории он умудрялся впутываться каждый раз, а мы
совершенствовали, усиливали телегу в ГАИ, и в последний раз там уже было
обосновано, что если выдающемуся деятелю науки и техники В. М. М-ну не
вернут права, то вся наука в Украине кончится.
- Ну,- говорим Володе,- все! Нам уже дальше нечего писать, или меняй
фамилию на Эйнштейн. И тода мы сможем настаивать, что невозвращение тебе
прав чревато непоправимым ущербом уже для мировой науки.
Он поклялся, что будет чтить ПДУ как святцы. И укатил на отдых в Крым. А
спустя неделю в институт уже оттуда пришла страшная гаишная бумага с
копией протокола - опять «находился за рулем в сильно нетрезвом
состоянии».
Когда наш герой вернулся в институт, я уже, чисто из научно-технической
любознательности поинтересовался:
- Володя, ну как они просекли, что ты пьяный? В трубочку дышал или
анализ крови брали?
- Мент открыл дверцу - и я ВЫПАЛ.

Алик, автор писем в ГАИ

ВОЕННАЯ ТАЙНА

Светлой памяти дяди Шуры

Эту свою страшную тайну открыл мне почти перед смертью мой дядя Шура
(1914-2004). Он прожил долгие годы честной и глубокопорядочной, очень
правильной жизни. C 12 лет все годы он проработал на одном известном
московском заводе, с трехлетним перерывом на войну. Когда же она
началась, дядя Шура, похерив бронь ценного специалиста, добровольцем
ушел на фронт, считая нечестным оставаться в тылу.

В 41-м его часть попала в обычное для того времени окружение и в
скоротечном бою была рассеяна. Дядя Шура, замкомвзвода связи,
отстреливался до последнего патрона, и схоронился от немцев, а не сдался
в плен вместе с остатками части во главе с командиром, раненным
полковником.

А потом выбирался к своим, таща на себе тяжеленную катушку с проводом -
военное имущество, за которое отвечал. Не бросил он и трехлинейку, пусть
и без единого патрона, зато с примкнутым штыком. Разве что закопал свои
документы в заветном месте, оставшись лишь с тем самым нательным
солдатским жетоном....

Тайна, которую он хранил всю жизнь даже от жены, ортодоксальной
большевички, была, по его разумению, изменой Родине. На пятый день,
когда он, охлявший, пробирался к линии фронта на звук канонады, за
поворотом лесной тропинки столкнулся нос к носу с рыжим немцем, с
белесыми ресницами да голубыми глазами. Дядя Шура опешил не только от
неожиданности, но и от того, что и сам был таким же рыжим, с белесыми
ресницами да голубыми глазами. Немец, видать, растерялся потому же.

И, не сговариваясь, оба рыжих, с белесыми ресницами да голубыми глазами,
повернулись и побежали в разные стороны. Но далеко отбежать не хватило
сил: немец тоже охлял, отбившись от своих и заблудившись в лесу. А
отлежавшись, стал размахивать из-за куста шмайсером с намотанным носовым
платком.

Вот тут дядя Шура струхнул уже не на шутку: еще только пленного ему не
хватало! Но супротивник сдаваться вовсе не собирался, а предложил
перемирие. Да в знак миролюбия отложил шмайсер в сторону. Дядя Шура тоже
отложил бесполезную трехлинейку, но, на всякий случай, незаметно снял
штык, сунул в сапог и опасливо пошел навстречу немцу....

В общем, уселись они рядышком на поваленном дереве:
- Алоиз!
- Александр!

Алоиз угостил дядю Шуру сигаретой, и ударил себя в грудь:
- Ich bin Kommunist! (Я – коммунист!)
Честный дядя Шура его огорчил:
- Und mich - gibt es nicht! (А я – нет!).

Тем не менее они, солдаты, вырванные из мирной жизни, потому как вожди
не нашли общего языка, свой общий язык нашли. Дядя Шура знал немецкий
(через идыш - язык, близкий к австрийскому диалекту немецкого). Враги
честно поделились тем, у кого что было, у немца в ранце из телячьей кожи
- шнапс и галеты, у дяди Шуры в брезентовом «сидоре» – огурцы, нарванные
на огороде, и сухари. Вместе отправились искать, каждый – своих.

Естественно, немец «своих» нашел первым, лес уже был в германском тылу.
Он велел дяде Шуре подождать на этом месте, но тот не остался, а
спрятался поодаль, наблюдая за «этим местом». С час немца не было, дядя
Шура решил было – не вернется, и дрожал: вдруг выдаст?

Но Алоиз, вернувшись, выдал не его, а ему - несколько банок консервов,
буханку немецкого хлеба и даже целую коробку непонятно где взятых
патронов для трехлинейки.

Быстренько обменялись адресами – для встречи после войны, если выживут.
Немец в победу Гитлера не верил, хотя до Москвы оставалось рукой подать,
и Геббельс трубил о скором параде на Красной площади.

Дядя Шура, опять же, бумажку выбросил, но адрес запомнил. Так же
выбросил и патроны, лишь зарядив винтовку – чтобы избежать вопросов
«особиста»: почему не израсходовал боезапас? И, после еще недели
передряг, перешел линию фронта и воевал до 44 года, когда последний раз
был ранен, уже тяжело, и инвалидом вернулся на свой родной завод.

Немца он искать не стал, опять же, убоялся КГБ. Немец его тоже не нашел,
видать, в живых не остался.

В общем, дядя Шура прожил честную жизнь самого простого себе маленького
человека. Рыжего, с белесыми ресницами да голубыми глазами. Он протрубил
на заводе до 78 лет, и, почти оглохший и ослепший, там же, уже в
качестве ветерана войны и труда, активно участвовал в общественной жизни
до самой кончины.

... И даже где-то в конце 80-х выступил в самой популярной перестроечной
программе «Взгляд». В незамысловатом сюжете про магазин, где мебель,
предназначенную инвалидам войны, пустили «налево», оставив их с «безом».

Как же бедный дядя Шура оказался в этой компании обделенных дорогим
импортным гарнитуром? Просто, по обычаям тех лет его напропалую
эксплуатировали ушлые родственники жены, приобретая через него дефициты.
Вот он и оказался перед камерой «Взгляда», и сказал свое слово в эфир,
пусть и единственное за всю жизнь, но зато так выразительно, что
режиссеры программы включили в передачу на всю еще советскую страну:

БЕЗОБРАЗИЕ!!!

© Алик, племяш www.alikdot.ru/anru/state/military/milsecret/

Объявление на горнолыжной трассе в Скво-Велли:
«За этим знаком – обрыв и наши соболезнования».

КЛЮЧ-2

Навеяно историей № 27 от 26.12.05 про зону строгого режима, где зэки
простояли долгое время у двери клуба перед киносеансом, считая, что она
закрыта. Простояли, пока ни пришел директор и молча открыл дверь со
словами: "За что вас только посадили! (дверь изночально была не
заперта)

.. В каком там мохнатом 197.. году прихожу читать лекцию по линии
общества "Знание" дружному коллективу студентов и преподавателей
Киевского электромеханического техникума. Техникум большой и зал
немаленький – человек на 400. Зал набивается полный, причем студентгов
сгоняют, проводят переклички. Наконец, директор, сидящий тут же, за
красносуконным столом на сцене, дает мне слово.

Я уже тогда, на лет 30 раньше нынешних украинских вождей, изображаю
демократию и объявляю, под свою ответственность: посещение моей лекции –
дело добровольное, кто не хочет или не может – свободны, 5 минут на
сборы.

Директор слегка покраснел – от неожиданности, моей наглости или чего еще
– может, что-то съел. В зале – шумок, смешки. Но никто не уходит. Так
проходит 5 минут, я, наконец, начинаю. Стараюсь. Тема – интересная:
"Парадоксы научно-технического прогресса". Веду весело. Вопросы. Ответы.
В конце искренне благодарят и расходятся.

Остаемся с директором вдвоем. Он подписывает отзыв в "Путевке лектора" и
приглашает прийти еще – ему тоже понравилось. Я отвечаю, дескать, с
удовольствием, вон какой у вас коллектив любознательный – сразу никто не
ушел, хотя могли. И тут он меня горошит:

- Понимаете, уважаемый, НЕ могли: у нас, когда собираются, я запираю зал
на ключ. И, кроме вас, все это знают!

© Алик, лектор общества "Знание" www.alikdot.ru/anru/word/lect/kee2/

2,5-годовалая дочка знакомых чего-то высмотрела в окне. И, чтобы
рассмотреть получше, принялась разводить пальчиками по стеклу как в
айфоне или смартфоне, пытаясь увеличить изображение. У неё ничего не
получилось, и она призвала родителя:
- Папа! Почини окно!

По мнению американских СМИ, сомалийские пираты делятся на плохих парней
и хороших. Плохих убивают гуманные американские моряки, хороших –
жестокие русские.

Киев. 1967 год. Только что газета «Вечерний Киев» прогремела историю про
киднеппинг - украли какого-то ребенка. По следам выступления газеты мы
провели обстоятельную беседу со своим трехлетним сыном, чтобы ни к кому
чужому не шел, а то приманят конфетой и украдут.
Днем того же дня прогуливаюсь с коллегой по работе и сыном в Ватутинском
парке Киева. Сыну взял на детской площадке педальный автомобильчик. Он
едет впереди, а мы с коллегой шествуем сзади. Естесно, присматривая за
малым.
Он же останавливается подле скамейки со старичками. Они угощают его
конфетой. Отказать им он не смог, но наше предупреждение, видать,
запомнил. И когда я подошел, он уже развернул и сосал конфету. Но, глядя
на старичков честными детскими глазами, выступил, указывая пальцем:

- ПАПА! ВОТ ЭТИ ХОТЯТ МЕНЯ УКРАСТЬ: УЖЕ КОНФЕТУ ДАЛИ!

Алик, отец

Эту историю рассказал сослуживцам, в числе которых был мой двоюродный
дед, ныне покойный известный адмирал Головко. Во время Великой
Отечественной войны ему пришлось привечать английского коллегу как
товарища по оружию. А этот коллега и товарищ по оружию ВОВ, в 1919 году
- во время интервенции, попал в плен к будущему советскому адмиралу. Тот
его несколько дней допрашивал, после чего пленный угодил в архангельскую
тюрьму. И при встрече почти через четверть века узнал в нашем адмирале
врага того времени.

Головко, по его признанию, хотелось от неловкости провалиться сквозь
землю, но англичанин его усиленно благодарил, настойчиво припоминая
прошлую встречу. Оказалось, что в тюрьму он попал со страшной язвой
желудка, с ней не могли совладать лучшие европейские лекари, да не
помогали самые изысканные диеты. А вот нашенская тюрьма оказалась
гибельной даже для такой суровой язвы, и будущий адмирал флота Ее
Величества вышел из большевистской тюрьмы здоровым человеком.

Алик, историк (kimryg.narod.ru)

ЗАРИСОВКА, навеянная историей № 10 от 20.03.02 про Ботвинника.
Как известно, Михаил Моисеевич одно время был тренером Гарри Каспарова.
Поначалу тот был на фамилии отца - Вайнштейн, но потом перешел на
фамилию матери - Клары Шагеновны Каспаровой. Ботвинник подверг уже
взрослого Гаррика укоризне, приводя в пример себя - вот, мол, он,
Ботвинник, еще в более трудные времена на фамилию матери не переходил.
… А фамилия его матери была: Рабинович.

Алик, шахматер

САНТЕХНИК-САН

Возвращаюсь как-то к себе в лабораторию и сталкиваюсь в дверях с одной
подчиненной Галочкой Розиновой (привет!). Она бросает мне на ходу типа,
"Шеф, дома прорвало трубу, заливает соседей.. " И умчалась. А у
коллектива физиономии хитрые-хитрые, да глаза аж светятся лукавством.
Свой родной народ я знал, и понял: удравшая - соврамши.

Набираю телефон галочкиной коммуналки и представляюсь соседке:
- Беспокоят из ЖЭКа! У вас прорвало трубу?
Соседка в непонятках:
- Нет, все в порядке.
- Тогда, пожалуйста, передайте, звонил сантехник [имярек] – называю свою
фамилию и настойчиво прошу не забыть назвать ее Галочке.

Народ поначалу маскировал хихиканье, а потом все, уже не сдержавшись,.
откровенно ржали. На следующий день Галочка появляется как ни в чем ни
бывало, ни словом не упомянув о вчерашней "аварии". И рьяно погружается
в работу – как провинившаяся, в ожидании оргвыводов. Но, как бы сказали
в Одессе, их не последовало: я тоже сделал вид, будто ничего не было. И
больше никогда к этому стихийному бедствию не возвращался – проехали!

... А где-то через полгода стукнул мой день рождения. Отмечали, как
положено в эпоху Позднего Застоя, щедрыми возлияниями на круто накрытой
поляне. Тосты, здравицы имениннику... Стали перечислять заслуги,
благодетели, ипостаси... Дескать инженер... ученый... педагог... И тут
не выдержала Галочка:

- И САНТЕХНИК, И САНТЕХНИК!

Гулял мой отец с моим 4-летним сыном и фотографировал стареньким
«ФЭД»ом. А малой начал ныть:
- Дедушка, купи мне новый, МОЙ фотоаппарат!
Дедушка стал пояснять, почему не след покупать новый фотоаппарат. А тут
рядом лотерейщик громко кричит:
- Покупайте билеты! Покупайте билеты! Вы можете выиграть машину,
мотоцикл, ФОТОАППАРАТ....
Стоп! Тут малой к деду с новой инициативой:
- Деда! Слышал? А давай не покупать, а выиграем ФОТОАППАРАТ - дядя
сказал нам: вы можете выиграть! Давай сможем!
Дед решил - пятьдесят копеек не деньги, и купил лотерейный билет. Причем
малой, когда выбирал билет у лотерейщика, отказался от предложенных
билетов на машину, мотоцикл:
- Нет, я возьму билет только на мой ФОТОАППАРАТ.
Принес он домой этой билет, хвалится маме:
- Мы с дедом купили лотерейный билет на ФОТОАППАРАТ.
И не дал сунуть в общую кучу билетов (а их тогда насильно впихивали
вместе с зарплатой), а отложил свой в заветную коробочку. Прошел тираж,
наши билеты, как обычно, ничего не выиграли. А малой вспомнил о своем -
сверили, есть выигрыш - рубль! Малой доволен:
- Я же говорил - выиграю. Идем забирать фотоаппарат!
Пытаемся объяснить - выиграли только рубль, а малой гнет свое:
- Нет, дядя продал билет на ФОТОАППАРАТ, вы неправильно смотрели.
В конце концов мы все-таки довели малому до сознания, что выиграли
рубль, и на него ФОТОАППАРАТ не купишь. А у него - никаких проблем:
- Заберите мой рубль, доплатите - и будет мой ФОТОАППАРАТ, мне же обещал
лотерейный дядя!
В общем, достал он меня, и мы, прогуливаясь, зашли в сберкассу за своим
рублем.
- Не веришь мне - сам спросишь у сберегательной тети.
Подал я билет, а меня спрашивают:
- Деньги возьмете или выигрыш?
Я удивился - какие еще деньги - всего ничего рупь, как обычно. А мне
кассир и говорит:
- Но у вас тут вещевой выигрыш.
- ФОТОАППАРАТ!!!??
- Да. И что вы голову морочите, дома не решили, что ли?
Я не стал объяснять, что дома мы проверяли только серию - как обычно,
смотреть на номер мы давно перестали - бесполезно, никогда не совпадал.
Естессно, взяли не деньги, а ордер на ФОТОАППАРАТ «Зоркий-2» стоимостью
аж в 64 рубля. И, когда забирали в магазине ФОТОАППАРАТ малого, он еще
раз нас посрамил:
- Ну я же купил правильный билет, а вы все «нет! » да «нет!». А теперь
идем купим билет на новый, двухколесный велик - люблю на велике
кататься!. А маме купим билет на стиральную машину - она любит стирать.
Потом мотоцикл. А потом, уже когда подрасту, выиграю грузовик: у меня
уже будет столько игрушек, что поместятся в целом кузове.

Алик, отец призера денежно-вещевой лотереи, посвященной 8 марта 1968 года

В вузе я преподавал по совместительству с основной работой в НИИ. И на
этой основной работе для презентации в 1987 году в Москве, на ВДНХ СССР,
сделал вместе со студией научных фильмов телефильм по специальности,
который телевизионщики записали мне на какую-то нудистскую кассету:
после заставки «Конец» несколько минут в кадре проявлялись голые
девушки, садились на голых коней и скакали в голую степь. Поначалу я
дернулся стереть эту не совсем нужную для будущих системотехников
концовку. А потом решил - ничего страшного: милые девушки, стройные
кони, широкая степь. Пусть детишки расслабятся, да завлекушка -
расскажут другой группе, те будут внимательно слушать материал, чтобы
не прозевать самое интересное.
Длительность фильма составляла 45 минут, но у меня занимала как раз
пару: я дистанционным управлением останавливался в ключевых местах,
повторял материал, дополнял. Предмет мой был новый, интересный, материал
подавал я тоже достаточно живо. Вообще считаю, если ты излагаешь свой
предмет, вроде дерьмо жуешь - не фиг делать в вузе. А в самом конце,
когда исчерпывался мой фильм, я делал маленькую паузу, ну, секунд в 5-7.
О, как важны паузы во всем - в поэзии, хоккее, любви, спекуляции...
И в эти секунды, едва успевали мелькнуть девицы, я тут же останавливал
просмотр. Ну, студенты хором - ой, что там? Я, поломавшись для приличия,
показывал остальные несколько минут, объясняя, что наш учебный фильм
записали на какой-то художественный времен гражданской войны, о боевых
буднях героической чапаевской дивизии. А последние кадры - засылка в тыл
белых мощного бактериологического оружия Красной Армии.
Все ничего, студенты - довольны. В смысле «облико морале» - ну, ничего
такого, чуточку нудизма, обнаженной натуры - не больше, чем в любом зале
художественного музея. Но, и студенческая семья не без урода, кто-то
настучал моему завкафедрой, достаточно пожилому и консервативному
профессору, члену партбюро института. Тот примчался ко мне на работу,
красный, мол, ты что - порнуху студентам на занятиях гонишь! Ты что, не
представляешь себе последствий?
Я представлял: Партия уже почти никого не давила, занятая собственной
судьбой. К тому же я был беспартийный, и мне работа в вузе в целом была
по фигу. Потому я объясняю, мол, если собрались бороться с порнухой, то
это не ко мне, а на кафедру ленинизма марксизма. Или в ячейку «РУХа»
(борцов за незалежнисть). А у меня - ну, так записали на студии, кусочек
выскочил на пленке. Он мне:
- А ну покажи!
Я показал. Фильм по специальности, который ему бы давно следовало
изучить, он, наконец, просмотрел. И был удовлетворенно спокоен. А вот
постороння концовка его потрясла, он потребовал прокрутить эту мерзость
еще несколько раз, краснея от негодования. Я замер, в ожидании грозы...
А он покряхтел, протер лысину платком размером с небольшой десантный
парашют, и вдруг тихо мне:
- А ты не мог бы достать весь фильм? Ну, тот, мерзкий!
- Для студентов?
- Ты шо - для меня! А то так и помру, не повидав настоящей порнухи.
Понимаешь, все-таки преподаватель должен знать, чем живы его студенты.
Увы, это фильм мне достать не удалось. Но мне помог великовозрастный
сыночек достать кое-чего покруче, и мой завкафедрой, человек
фундаментальный, первым на кафедре купил японский видеомагнитофон.
Алик, препод

НЕ БЫЛО БЫ СЧАСТЬЯ - ДА НЕСЧАСТЬЕ ПОМОГЛО !

Был у меня коллега по работе. Архитектор-художник. Аспирант-на-выданьи
-подходила очередь на защиту диссертации. Cоискал степень кандидата
архитектуры. Мачо с ухоженной ленинской бородкой и идеальным пробором в
набриолиненной укладке. Холеный денди. А тут еще и запал на одну Даму
так, что маникюр стал делать не сам, как обычно, а в парикмахерской.
Дама его долго динамила на расстоянии вытянутой груди - пока не
разведется с законной. Однако в жизненные планы Кавалера развод не
входил, он просто преодолевал очередной соблазн, поддаваясь ему. И вел
кропотливую осаду крепости, пустив в ход весь джентльменский набор -
страстные воздыхания, цветы, подарки, рестораны, лесть, элитные
тусовки... Даже обещал жениться, т.е., как говорят в народе, в одной
руке держал паспорт, а в другой Х§§.

Наконец, на один прекрасный день золотой киевской осени Кавалер назначил
решительный штурм Крепости. Он заказал столик в ресторане гостиницы
«Славутич», рядом с домом Дамы на Русановском жилом массиве. «Киевской
Венеции», окаймленной со всех сторон каналами да проливами на левом
берегу Днепра. План штурма был коварный - подпоить Даму («горiлка в ротi
- пiхва в роботi») и, пока она «оговтается», проникнуть к ней в дом со
всей своей неотразимостью. Но перед этим еще поразить Предмет Вожделений
незабываемой прогулкой по Днепру. За неимением большого белого парохода
- на маленьком белом катерке «Прогресс-2». Да еще и в компании
судовладельца, белого королевского пуделя Атоса Второго. Пес всегда
торчал (во всех смыслах) на палубе. Подальше от масляно-бензиновой гари
и рева мотора «Вихрь-25» (копии немецкого руль-мотора образца 1931
года). На свежем встречном ветерке. Главное же, в удобной позиции для
унюха сучек: забота о продлении своего королевского рода, наряду с
драками и мозговыми косточками, составляла главный смысл его счастливой
собачьей жизни. Правда, из-за дислокации пуделя на палубе, на самом носу
катерка у Днепровской судовой инспекции сложилось казенное мнение, будто
пес препятствует судовождению, да и «не положено». Но со временем
удалось все уладить. Пара ушиц, прости Господи! , с водочкой-с на
острове Нетерпения - и инспекторы убедились: пудель - лоцман, боцман и
первый помощник капитана в одной морде. Короче - наш человек! Ну, разве
что не пьющий.

... В тот самый день мы условились с Кавалером, что я, в парадном
прикиде - тельняшке и капитанской фуражке с крабом, подберу его у
станции метро «Днепр», и мы поплывем за Дамой. Наш герой-любовник
появился весь из себя - в светлой чесучевой тройке... белейшей рубашке
на запонках... моднячем галстуке с золотой булавкой... Массивный золотой
перстень... новые сандалеты с «золотыми» пряжками... суперовые черные
очки.. Ну, крут до невероятности, Аллен, блин, Делон! Да весь этот
крутой светло-коричневый ансамбль из журнала мод завершали офигенная
сетчатая шляпа цвета капучино, букет кремовых роз и бежевый дипломат из
крокодиловой кожи. В него Кавалер вложил диссертацию: явить охмуряемой
Даме, что его можно не только по красивой одежке встретить, но и по
большому уму проводить.

... Нам предстояло переплыть Днепр с правого берега на Русановскую
набережную, где Кавалер назначил свидание. Метров за тридцать до берега
я вырубил мотор, чтоб аккуратно причалить и мой пассажир мог сойти с
катерка. Так бы оно и вышло, но, увидав Даму, он изобразил сильное до
нее рвение, еще на ходу выбрался на палубу к Атосу и, когда до берега
осталось всего-ничего, элегантно выпрыгнул... Но на беду мгновением
раньше сиганул матерый кобель, оттолкнув катерок обратно. Кавалер
все-таки до берега допрыгнул, но, увы, пока это был не его день. А день
Киевской ГЭС, в которой спустили воду. Уровень Днепра понизился, и
обнажилась подводная часть наклонных береговых бетонных плит, покрытая
мшистой слизью.

На ней и поскользнулся бедный Кавалер - да во всем великолепии с головой
булькнулся в воду. С полминуты на поверхности лишь лопались пузыри да
тоскливо колыхались дипломат, шляпа и букет роз. Дипломат удалось
подхватить веслом. Спасти шляпу и букет уже не довелось - вынырнул наш
герой, весь в сине-зеленой ряске, лихорадочно пытаясь выбраться на
берег. Да все соскальзывал обратно, пока я ни вцепился в протянутое ему
весло. Дама от истерического хохота едва не скатилась в воду. Увы, бурую
да грязную: еще в 988 году князь Владимир, проводя крещение, насильно
загнал киевлян в Днепр, не дозволив помыть хотя бы ноги. С тех пор
Великая Река так и не очистилась, а уже наши безбожные современники
«обогатили» колыбель славянства радиоактивными сине-зелеными водорослями
Киевского моря. Я уберег Даму от этой жуткой воды все тем же
спасительным веслом. Кавалер же вовсе о ней позабыл из-за более любимого
Предмета Обожания - диссертации, проверяя, насколько она пострадала.

... Итак, картина гуашью (водной краской) в колорите сепии. Сухая Дама
хохочет. Мокрый Кавалер скулит - разбил скулы, колени да подмочил
диссертацию, не говоря уже о репутации. А сухой Атос оглушительно лает
на уплывающих к Черному морю офигенную сетчатую шляпу цвета капучино и
букет кремовых роз. По команде «Апорт» пес бросился в воду и вернулся
уже не белым, а больше апрекотовым пуделем, зато со шляпой в зубах.
Кобель галантно положил апорт к ногам Дамы. И энергично отряхнулся,
показав Кавалеру, как надо избавляться от влаги после купели. Увы, в
своей шубе пудель обычно выносит из водоема литров 5-6 жидкости. И
немедля ее стряхивает, а тут уж как кому повезет. В этот раз сильно не
повезло Даме - он отряхнулся на нее, и невооруженным глазом уже нельзя
было отличить Даму от Кавалера и Атоса, намокших непосредственно в воде.

В общем, ничего так ни сближает людей, как общая беда. Дама, лично
познав, что такое по-настоящему мокро, прониклась искренней жалостью к
«утопленнику» и пригласила к себе, чтобы привести хоть в какой порядок.
И он, хотя и в жутком неглиже, вошел в ее дом, а там и в нее.

... Вот так наш мачо из жалости получил все, чего долго добивался
страстными воздыханиями да подарками, ресторанами да лестью, элитными
тусовками... Даже обещанием жениться! И в конце концов оказалось, что
все-таки это был день не только Киевской ГЭС, но и нашего героя - тоже.
Как говорится в мужских курилках, вот и пойми этих баб-с!

... А уже после этого маленького приключения, когда Атос при встрече
подавал Кавалеру лапу, тот очень долго и проникновенно пожимал ее двумя
руками. И вообще они очень хорошо понимали друг друга. Как кобель -
кобеля.

© Алик, капитан белого катерка «Прогресс-2»

БОРИСПОЛЬСКИЙ ПАПА

Лето. Сезон отпусков. Сел на киевской площади Победы в аэрофлотский
автобус на Борисполь. Маршрут - экспресс, единственная остановка в пути
–в Дарнице, на Ленинградской площади. Автобус еще при отправлении
набился по самое выше крыши. Потому на Ленинградской площади сумели
вбиться лишь несколько крепких мужиков, да и еще и втащили за собой
молодую женщину с бутузом годов двух. Автобус отчалил, а мать и дитя
застряли на нижней ступеньке – не то, что проходу – продыху не было.
Уступить место никто бы не смог даже при большом желании. А малыша
просто передали по воздуху на руки кому из сидящих. Он почему-то
потянулся ко мне: «Папа, папа! » Я с перепугу: «Нет, нет!», но народ со
ржачкой вручил это чудо мне: «Как нет? Похож!». Так малой очутился у
меня на руках. Завязалась беседа, из которой узнал, что его зовут Длюха
(Андрюха), маму – Аля (Галя), а на вопрос про папу упорно указывал
пальцем в меня: «Ты! » Пассажиры от этого не только веселились, а еще и
по-доброму обнадеживали, дескать, мужик, уже не отвертишься – вертайся в
семьЮ или раскошеливайся на алименты. Малой попросил пить - маменька
передала бутылочку с водой. Потом пару игрушек.

... Мы даже не заметили, как приехали в аэропорт, вышли из автобуса,
встретила мама Галя. А Андрюха к ней – ни в какую, вцепился в меня – и
точка. Мы уже начали опаздывать, выяснилось – на одно и то же время.
Потому как на один рейс - в аэропорт Адлера. Галя с Андрюхой – к бабушке
в Сочи, я – к своим на Пицунду. Вместе с Галей прошли регистрацию
(билетов и багажа!), сели в самолет. Андрюха, как прилип в автобусе, так
с меня не слезал. Галя склонила моего соседа к перемене мест и оказалась
рядом с нами. Так мы и летели несколько часов. Малыш щебетал, на все
показывал пальчиком: «Папа! Ако! » («Окно» - переводила Галя). «Папа!
Отя! » (тетя – на стюардессу)... С Галей просто трепались. У нее вышла
нескладуха с мужем. Не такая уж редкий случай: пламенная страсть, в
одночасье угасшая, как только счастливый влюбленный узнал про отцовство.
И скрылся в только ему известном направлении. Хотя, как по мне, козел:
Галя - славная, и бутуз - прелесть. И всего за несколько часов я к ним
сильно привязался. Они ко мне - тоже. Думаю, будь свободен, этой
привязанности нам хватило бы на всю оставшуюся жизнь. Но - меня на
Пицунде ждали жена да сыночек. Который, правда, «ПАПА» так проникновенно,
как Андрюха, мне никогда не говорил.

... В аэропорту Адлера мы расстались навсегда. До меня дошел сакральный
смысл выражения «С тяжелым сердцем». Андрюха орал. Галя рыдала. Я же,
по-мужски, ушел в дело: отловил такси, усадил мать и дитя, погрузил
сумки. Машина было отъехала, но вдруг дала задний ход. Выскочила Галя.
Мы первый и последний раз поцеловались. И все. Обменяться телефонами
отказался - убоялся себя. Да и жизнь - такая штука, часто приходится
резать по живому...

...Потому история, может, и не очень смешная, зато – правда, одна
только правда и ничего, кроме правды. Да рубец в душе до сих пор...

Из непридуманного.

Девять часов утра. По Красной площади идут мама с дочкой лет пяти.
Девочка тянет ручку, показывая на Кремль, и спрашивает: "Мама,
а это что?" Мама отвечает: "Это Кремль." "А кто в нем живет?" -
спрашивает дочурка. "Смерть наша!" - отвечает мама.

ИХ НРАВЫ. Городской суд канадского городка Беллвил рассматривает дело
Джойс Уорсли и ее матери Ады Грей против владельца бара. По мнению дам,
он подверг их грубой дискриминации, отказав в приеме на работу по
объявлению: «Приглашаются на работу официантки, готовые обслуживать
посетителей в одних трусиках. Интим не предлагать. » Женщины пришли
наниматься в очень красивых новых трусиках, которые понравились
окружающим. Однако в трудоустройстве им отказали, сославшись на возраст:
дочери идет 67-й, а мамаше - 86-й год.

Газета «В новом свете», 18-24 января 2002

Алик, правозащитник

ОСТОРОЖНО: ДЕТИ! Навеяно историей (№ 6 от 30.10.02) из академической
среды, где один из расхохотавшейся профессорской компании сделал
замечание коллегам, кивнув на аспирантов:
- Кончайте смеяться, здесь ДЕТИ!

Увы, моя история отнюдь не из академической среды, поскольку случилась
на юбилее главного бухгалтера самого центрального киевского рынка. Столь
высокий пост горком ВКП(б) доверил ему в послевоенные годы, когда он
демобилизовался инвалидом второй группы и Героем Советского Союза. Этим
званием Партия и Правительство наделили его, летчика-истребителя, за
положенное число сбитых немецких самолетов. Но на Курской дуге он был
тяжело ранен и, выйдя из госпиталя с негнущейся, собранной по частям,
ногой, упросил начальство оставить его в авиации. В этом он уподобился
знаменитому Алексею Маресьеву - герою гремевшей в послевоенные
десятилетия «Повести о настоящем человеке» писателя Бориса Полевого.
Однако подвиг Маресьева, вернувшегося в небо на протезах, к счастью
Бориса Полевого, нашему герою повторить не удалось: он лишь получил
назначение на должность начальника технической службы авиаполка легких
ночных бомбардировщиков. С его же еврейским счастьем полк оказался
женским. «Ночные ведьмы», как окрестили их немцы, на самом деле были
славными девушками. Комсомолками, спортсменками, красавицами. И можно
представить, как в таком жаждущем любви коллективе появляется 24-летний
капитан, сероглазый брюнет-красавец, эффектно прихрамывающий, да еще -
Герой Советского Союза! Естесссно, случилось то, что должно было
случиться: во-первых, девушки единогласно избрали его комсоргом полка,
во-вторых, принялись наперебой доверять ему материальную часть не только
самолетов... В общем, его фронтовая биография сложилась буквально по
хиту военных лет: "Первым делом, первым делом - самолеты (до ранения -
прим. А.). Ну, а девушки? А девушки - потом." Потому наш герой
демобилизовался не только с тяжелым физическим ранением, но и глубокой
душевно-сексуальной контузией. Из-за нее долго жить ни с одной женщиной
он уже не смог, маясь многоженством, страдая алиментами. А партийных
выговоров за аморальное поведение он получил куда больше, чем сбил
вражеских самолетов... Такая вот предыстория.

... А вот, наконец, и сама история: в разгар юбилейного веселья кто-то
из гостей попросил юбиляра поведать о своих военных подвигах, но не
успел тот и рта раскрыть, как вскочила геройская мама с прыткостью и
громкостью, необыкновенными для 86-летнего одуванчика:
- Боренька, ни слова: за столом - ДЕТИ!

Алик, сосед героя kimryg.narod.ru

В добавок ко вчерашней истории №14.

Вчера слышал по нашему местному радио. Немножко грустная история
конечно.
Недавно было найдено тело нашего, Казахстанского, крупного политика.
Заманбек Нуркадилов, ели кто в курсе. Он что-то какие-то
компромитирующие вещи знал про кого-то высокого дядю. Ну а теперь самое
смешное(если бы не было так грустно): два ранения в область сердца и
третье в голову. Следствие установило официальную причину смерти:
самоубийство.


к слову сказать, сам покойный г-н Нуркадилов был одной из самых крупных
и уважаемых фигур в Казахстане.
На какого "дядю" был у него компромат - догадайтесь.
ОФИЦИАЛЬНО заявлено о самоубийстве (двумя выстрелами в сердце и с
контрольным выстрелом в голову). Так вот. Самое смешное не это.
Пистолет к тому же был С ГЛУШИТЕЛЕМ!

ДЕСАНТ

На излете горбачевской перестройки отдыхал на божественной речке Рось
(приток Днепра). Приютила меня с семьей и пуделем база отдыха одного
крупного киевского производственного объединения. Часть базы, включающую
гостиницу и крутые коттеджи, на уикэнды абонировали Товарищи из
киевско-черкасской партноменклатуры областного уровня.

Вот тогда и свела непредсказуемая перестроечная судьба меня, среднюю
научно-управленческую номенклатуру, со средней партийной: в итоге неких
бартерных игр агонии социализма мне обломился на целый месяц лучший
коттедж, и Товарищи приняли меня в "свои" ряды. Пригласили в сауну, а
потом и на "поляну" с неприхотливыми армянскими коньяками и простой
русской едой типа блинов с черной икрой, стерлядью...

Чтобы не остаться в долгу, к следующему субботнему заезду Товарищей я
настрелял от нашего стола к барскому несколько увесистых щук и судаков,
наловил пару ведер раков.

Восхищенные уловом, Товарищи позвонили в Черкассы и вскорости примотал
микроавтобус, из которого десантировалась полудюжина дам в очень широком
возрастном диапазоне – примерно от 20 до 80. Товарищи объяснили: Дамы
любезно согласились скрасить наш суровый мужской уикэнд.

Я выпал в непонятки: зачем нам на четверых сразу полдюжины дам, да еще
столь разновозрастных? Товарищи меня любезно просветили: самая пожилая –
еврейка, член Партии с 1932 года, персональный пенсионер
республиканского значения, умеет фаршировать рыбу. Дама под 50 - член
Партии с 1972 года, шеф-повар ресторана, умеет готовить раков. А вот
четверка комсомолок-активисток... О, эти умеют ВСе!!

© Алик, отдыхающий-на-Роси-1990
www.alikdot.ru/anru/znainashih/heroes/landing/

... из письма читателя редактору журнала:
«Ваши кроссворды унижают мое человеческое достоинство - из-за них я
чувствую себя полным идиотом.»

Алик

Туристский автобус, по словам экскурсовода, приближается к ялтинскому
фирменному магазину массандровских вин. Планом экскурсии остановка не
предусмотрена. Но взбухает мужик, перечисляя потрясающий ассортимент
магазина, сыпет названиями, букетами, ароматами...

В конце концов поднимает народ на борьбу за остановку. Водитель и
экскурсовод дают 20 минут на разграбление. Народ в едином порыве ринулся
в уже вожделенный магазин, и к положенному сроку все вернулись с
фирменными пакетами, а в них всякие там портвейны, кагоры, хересы,
мадеры, мускаты... И «Чёрный полковник» включительно.

... А как же инициатор и вдохновитель? Он тоже вернулся не с пустыми
руками, прихватив где-то пару бутылок холодного пива «Оболонь».

5-летняя Юля декламирует «Тараканище» Чуковского:
«... только раки-забияки не боЮтся боЮ-драки... »
Я пытаюсь ее поправить - не Ю, а Я - «не боЯтся боЯ-драки». Она не
соглашается:
- Во-первых, Я - последняя буква в азбуке. Все о себе - Я да Я, сам
говорил, некрасиво. Во-вторых, буква Ю - самая красивая: я с нее
начинаюсь - Ю-Ю-Ю-ля.

... вот так вызревает женскаЮ логика, и ничего с этим поделать нельзЮ.

Алик, отец с вебсайта kimryg.narod.ru

Начало 90-х. Разгар ново-русской революции - в жизнь входят новые
гегемоны. В нашем дворе Новые Русские закупили несколько квартир, завели
офисы. Замелькали малиновые пиджаки. Пошла распальцовка. Запели
мобилы...

Дожились и до первой забитой стрелки. Двор переполнился суперовыми
легковыми иномарками и теми самыми джипами 4х4 вместимостью в 16
бычьешеих отморозков с поломанными ушами.. И пока малиновые пиджаки
РЕШАЛИ ВОПРОСЫ, гвардейцы охраны покуривали на корточках, потому как
последняя неспижженная лавочка была занята старушками. Божьими
одуванчиками, коротающими последние денечки уходящей жизни во дворе,
напротив мусорника.

... Я, как обычно, вывожу погулять пуделя Атоса, заодно выношу мусор и
оставляю мусорное ведро у подъезда, пока не вернусь с прогулки. Тут меня
бабульки и уличают в вопиющей беспечности:

- Во двор понаехало столько уголовников, а вы бросаете мусорное ведро
без примотра. УКРАДУТ!!

© Алик, беспечный

Заранее приношу извинения - история немножко «того». Но поучительная.
Особенно для тех неуемников, которые долбят авторов в «Комментариях»:
длинно! коротко! плоско! Напоминая известную притчу про дедушку, внука и
ослика, когда на какие варианты ни шел бы бедный дедушка (он на ослике,
внук рядом; ослик на нем, и т.д.) - все равно: «Фу, ты!»,- кричит из
окошек народ».

ПРЕАМБУЛА. Представьте себе помещение на пятнадцать столов и четыре
«кульмана» (вертикальные чертежные доски с полумеханическими линейками).
Перегороженное шкафами с документацией. И в нем - дружный
научно-производственный коллектив одного из отделов НИИ. Из полутора
десятков добрых молодцев да девиц разных возрастов, ученых степеней и
званий. И начальник отдела по прозвищу «кмитлывый Мытя» - доктор и
прочая, мудрый, добрый и весьма остроумный человек. Ну, и не без старого
холостяка Юры М. с подобающим набором странностей, из-за которых был
мишенью всяческих приколов и розыгрышей. С чувством юмора у него была
напряженка, может, из-за этого он и не мог создать семью.

АМБУЛА. Не выдержав очередного прикола, наш холостяк вышел из себя:
- Вы меня достаете из зависти - у меня член длиннее, чем у всех!
Ну, тут уж наши мужики, задетые, можно сказать, за САМОЕ ЖИВОЕ,
попросили женщин за загородку из шкафов в другую половину помещения, а
сами, не мешкая, приступили к обмерам мужских достоинств с помощью
линейки, снятой с «кульмана». Естеесссно, началось типа "не оттягивай!",
"не д..чи!" и прочие подобающие случаю непроизводственные шумы.
Причем все так увлеклись обмерами, что не заметили, как вошел шеф,
застав всех врасплох... Ему объяснили суть возникшего спора. Он
врубился, покачал головой и выдал:
- Эх, вы, молодо-зелено! Пора знать - не важно, длинный или короткий,
толстый или тонкий - важно, чтобы был ВЕСЕЛЕНЬКИЙ!
Тут дамы за перегородкой, оказывается, чутко прислушивавшиеся с первых
мгновений к происходившим у нас исследованиям, громко прыснули... А
бедный шеф, не подозревавший их присутствия, схватился за голову и исчез
на три дня. Юра же исчез навсегда, тут же уволившись от в знак протеста:
он в корне не признал результаты обмеров и отказался подписать
соответствующий протокол..

ПОСТАМБУЛА. Вот так и наши «Истории», дамы и господа! Не важно - длинная
или короткая, глубокая или поверхностная - важно, чтобы была ВЕСЕЛЕНЬКОЙ!

Алик, адепт веселеньких историй