Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+

Лучшая десятка историй от "yls2"

Все тексты от "yls2"

15.03.2017, Новые истории - основной выпуск

Решил я деда развлечь и с ан.ру лучшую сегодняшнюю (14 марта) историю ему прочитал, а потом спросил "расскажи что за самое лучшее вино что ты пил?" Он ответил, "Да не помню я, а вот самый лучший ужин и самый лучший чай я запомнил на всю жизнь".
Далее с его слов.
"В конце января 1944ого выписали меня из госпиталя. Ну ты знаешь, я в Свердловске после ранения лежал. Меня естественно на формирование отправляют, но я упросил что бы мне дали родителей навестить, и дали мне пару дней. Они примерно 250 км от Свердловска, около станции Лопатково, в эвакуации жили. Одна сестра на врача в Свердловске училась, а остальные сестры и родители там. Отец кузнецом работал, там мастерская была при колхозе, делали сани и лыжи для фронта. Работа тяжелая, а зарабатывал очень мало, но не жаловались.
Родителей не предупредил что приеду. Да и как предупредить то? Купил подарки на рынке, платки для сестер и матери, отцу шапку. И на поезде доехал, благо от Свердловска поезд шел, что бы день с ними провести.
Приехал и ужаснулся. Халупа, одна комнатушка, потолок головой задеваешь, они там вчетвером. Все ободранные, одежка - заплата на заплате, холодно (дрова экономили). А главное еды то почти совсем нет, лишь несколько картофелин, чуток крупы, и полбуханки хлеба. Карточек же еле-еле хватало на еду. И зачем я эти тряпки вёз, лучше хлеба бы купил.
Говорю, "я же вам как 40% от оклада (больше нельзя тогда было) отсылаю? А они мне, “так что на них купишь, цены знаешь какие. Ты присылаешь около 400 рублей, вот это стоимость буханки хлеба на рынке. Да и всё мы сестре твоей в Свердловск отсылаем, она студентка, ей нужней."
Я вижу отец места не находит. Кузнец, хозяйство всю жизнь вел, а тут даже сына что из госпиталя выписался накормить нечем. Вижу отец собирается, "ты куда?" "Сейчас вернусь." Ну положим вернулся он не сразу, а через час, но счастливый.
Говорит, я к председателю колхоза ходил. Сказал, "как же так, сын-орденоносец приехал, с фронта, с госпиталя. Что я на стол поставлю, чем кормить?" Председатель покряхтел и выписал мне аж 3 кило бураков (сахарная свекла).
Мать как засияла. Суп сварила, ну а хлеба полбуханки у нас было. Господи, какой же вкусный ужин был. А потом чай пили почти всю ночь, бураки вместо сахара, они же сладкие. А главное с семьей вместе, пол-дня и целую ночь, под одной крышей. С мамой, с папой, с сестрёнками. Это же надо какое счастье. Будто и войны нет.
А на утро я уехал. Мать, сказала "ты вернёшься." И я обещал, "вернусь" сказал. И вернулся, обещание сдержал. Правда увидел я их снова лишь уже в конце 1946ого.
Вот сколько с тех пор ужинов я съел, сколько чаев испил, a более вкусного так и не было. А ты говоришь вино..."

15.01.2017, Новые истории - основной выпуск

Конечно старинные законы в США это забавные анахронизмы или курьёзы. Но иногда их наличие может сыграть свою ключевую роль. И раз уж есть интерес к теме, делюсь в догон ещё такой вот историей. Предупреждаю, она длинновата. Моя родственница в свое время работала следователем (Crime Scene Investigator) ну и ей сотрудники рассказали такую штуку.
Для начала пояснение - В США административное деление такое:, штат делится на графства (в Луизиане - приходы), а графства на городища, поселки, области, итд. Бывает и так что город соответствует графству, а бывает и нет. В каждом городке или области есть свой отдел полиции. Обычно они подчиняются напрямую коммиссару полиции графства. Иногда они координируют действия. Юрисдикции полиция одного городка в другом не имеет (даже остановить нарушителя "чужой" полицейский не имеет права - хотя конечно может сообщить о нарушении или совершить гражданский арест). Полиция есть и у штата, но она редко действует в самих городках. В больших городах, полицейских и детективов много, ну а в маленьких может быть всего несколько человек патрульных, а территория покрытия может быть и большой..
И вот в одной местности резко возросло употребление метамфетамина (далее "мет"). Кто не знает что это, гугль в помощь или посмотрите сериал Во Все Тяжкие (Breaking Bad). Сначало это дело не просекли, а потом полиция потихоньку начала вставать на уши. Понятно что где-то появилась крупная редиска, производитель мета. Но никак не удается обнаружить гадa, что бы устранить первопричину.
Коммиссары полиции разумеется недовольны и идет директива в участки, "найти и обезвредить". Ну местным полицейским только этой радости не хватало, но за дело взялись. А что реально они могут сделать? Ну патрулировать чуть больше, ну местных наркош и мелких уличных продавцов тряхнуть, но они часто только цепочка в очень длинной цепи, так что успехов не особо много. А у маленьких полицейских участков своих детективов часто нет. И доходит эта директива до одного шерифа, главы полицейского участка одного городка на отшибе (я упрощаю термин "шериф" для простоты. Вообще это сложная функция с обязанностями которые очень разнятся от штата к штату, но для рассказа пускай будем звать его “шериф”).
У шерифа дел по горло, территория у него большая, а народу мало. Это же только в фильмах, шериф это такой брутальный мачо, который может из шестизарядного кольта выстрелить 20 раз навскидку не перезаряжая и не промахнуться ни разу. Он везде ездит сам на своем быстроногом коне или пикапе с верным весёлым напарником, несмотря на время суток и погоду. И самые красивые девушки округи выпрыгивают из лифчиков как только он удостоит их своим вниманием и отдаются ему прямо на капоте. Ну а про преступников и говорить нечего, он их находит на счет "три" и они сруться (пардон дамы) от его сурового взгляда сдавая пароли и явки и клянутся завязать с преступной жизнью навсегда.
В реалии, шериф такой же задроченный наёмный или выборный сотрудник как и другие. Он должен и заниматься писаниной, и составлять расписание патрулей, и нанимать-увольнять сотрудников, и закупать оружие, боеприпасы, и канцелярию, и организовывать тренировки сотрудников, и участвовать в благотворительности, итд. И помимо всей этой хрени ещё и заниматься раскрытием преступлений. А дома у него, как и у всех, ждёт жена которая полощет мозг про не покошеный газон, и что часть забора упала, и что надо сделать в ванной ремонт. А его сын подрался в школе, а дочке надо проверить уроки, а у собаки болят ушки, и помпа в аквариуме сдохла. А по четвергам у него отчет и давно не собирались с друзьями посмотреть футбол.
Ну вот этот шериф (реальный, а не киношный) урывками, в свободное время, потихоньку начинает анализировать факты, смотреть статистику, расспрашивать знакомых полицейских из других городков, и ездить больше по ввереной ему территории, итд. И вот он притер хер к носу, и видит расклад странный. У него на территории как раз нет повышения использования мета . Опыт подсказывает, лиса не трогает ближний курятник, а значит производство у него на территории, a потом мет развозят. Что не приятно ему не только как шерифу, но и как отцу семейства.
Он начинает расследование (и длится это не 1-2-3 дня как фильмах, а долго), но в конце он выходит на подозревамых. Есть у него на территории, недалеко от крупной дороги, бензоколонка. К ней ещё пристроен магазинчик продуктов и ширпотреба, небольшой склад/подсобка и офис траковой компании делающей местные развозки. Когда наступает 10 часов вечера, магазин закрывается, но бензоколонка работает. То есть подойдя к окошку и заплатив, можно купить бензин. Ну и периодически подъезжают машины к складу и что-то привозят и увозят. Со временем подозрения шерифа становяться более сильными, и он всё больше думаeт что этот чёртов мет варят ночью на складе или в подсобке. Но... нет абсолютно никаких доказательств кроме своих умозаключений..
А принадлежит это добро одному достопорядочному гражданину. В церковь тот ходит по воскресеньям, раздаёт индюшек в День Благодарения, замещает баскетбольного тренера в детской команде , и паркуется он строго по правилам. И жена его просто супер и есть у нее какой-то салончик красоты, итд. Короче порядочней этой семьи только мистер и миссис Санта Клаус.
В принципе можно установить регулярное патрульное наблюдение, но: 1) плохиши, если это и они, наверняка не дураки. Очень уж осторожно работают. Наверняка скоро патруль засекут и либо приостановят деятельность или перенесут куда-либо (может вне его юрисдикции.) 2) Сидеть каждый день в засаде он не может, он семейный человек. Особо делиться подозрениями тоже нельзя. И не то что он своим ребятам из участка не доверяет, но понимает, городок небольшой. Многие друг друга знают, пускай даже через цепочку в 1-2 звена. Кто-то с кем-то учился в школе, их дети в одной секции, работали вместе, соседи, в одну церковь ходят, итд. То есть учитывая специфику, очень большие шансы, если заранее сказать своим сотрудникам, то его подозрения станут известными. А привлечь людей со стороны он не может, доказательств нет.
То есть надо устраивать внезапный рейд, не объясняя сотрудникам зачем, но это очень чревато если он ошибся. А взять гадов хотелось бы с поличным, с доказательствами для суда. То есть - нужен повод что бы зайти на этот склад ибо если полицейский уже зашел куда-то и увидел нарушение, пусть даже не связанное с целью визита, то все равно можно проводить арест.
Но тут есть главное "НО". Граждан в США защищает Господин ЗАКОН, с неприкосновенностью личности и бизнеса всё строго. Полиция может зайти с обыском в 4 случаях (я конечно упрощаю): 1) Человек сам пригласил полицию (но этот сказочный вариант отпадает); 2) Полиция активно преследует преступника (например он убегает и заскакивает в чей-то дом и полиция вбегает за ним - тоже Голливуд), 3) Судья/прокурор даст ордер на обыск. Вообще вариант хороший, но недвижка принадлежит эдакому столпу общества и судья его хорошо знает. Плюс ни судья и прокурор без доказательств никогда ордер не подпишут. 4) Остаётся последний вариант,” убедительная причина”.
В целом закон таков - если полицейский видит преступление или вдруг например слышит вопли или выстрелы или нечто подобное, то он будет иметь достаточно обоснований для суда, что у него была убедительная причина и он вошел в дом или на территорию бизнеса думая что там было правонарушение. Но если причина не убедительная то судья просто выбросит неправильно собранные доказательства из судебного слушанья и всё обвинение развалится.
Получается проклятый замкнутый круг. Надо шерифу именно зайти, но зайти нельзя, ибо причины нет. И естественно с помощью сотрудников (не попрётся же он один, жизнь-то как память дорога), но не предупреждая их заранее (а они законы кстати тоже знают). Иначе не будет доказательств, а без них и суда. А не будет суда, редиски будут продолжать варить свой мет и травить народ. Вот и решай загадку со столькими неизвестными.
Наш шериф резко теряет настроение. Как нарушить закон одновременно его соблюдая, особенно тому кто этому закону служит? Мозг кипит и он понимает что нужно найти НЕЧТО. Тут надо придумать такую бяку, что бы одним выстрелом уложить всех и вся. И вот наш шериф после долгих мучительных поисков находит ЭТО. Сначала, естестевенно, он ЭТО пропускает, потом перечитывает, потом перечитывает ещё раз, потом зловеще ухмыляется и идет в архив рыться в документах. Ну а потом выходит очень довольный, чистит шерифскую звезду и приговаривает что “покажу я вам плохишам козу-дерезу, будете у меня яйца как сережки носить.” А потом он собирает сотрудников и говорит, "ребятки, сегодня вечером будьте тут. У нас внеурочное задание."
И вот они собираются и на нескольких машинах едут на эту бензоколонку. Магазин закрыт, но траки подъезжают, отъезжают, периодически люди заходят с какими-то ящиками или канистрами. Полиция с выключенными огнями наблюдает. И вот подъезжает машинка на заправку, заправляется и отъезжает. И шериф говорит бойцам, всем к входам, огни и сирены на машинах включить, здание окружить, 2 человека со мной. Шериф с сотрудниками подбегает к окошечку бензоколонки и рявкает, "вы арестованы за незаконную торговлю, немедленно откройте дверь".
Продавец на бензоколонке в шоке от огней и рыка, открывает дверь, полицейские надевают ему наручники, и через магазин идут на склад, подсобку и офис. А другим полицейским по рации приказ, выбивайте двери.. И конечно берут молодчиков с поличными прямо во время варки и упаковки товара. И добропорядочного хозяина площадки, и водителей тягачей которые вместе с легальными грузами мет развозят тоже берут. Всех тащут в участок, доказательств на 10ых хватит.
А с утра, дело направляется к судье и прибегает уже нанятый адвокат и орёт "Какого спрашивается хрена, шериф и полиция вообще делали на этой станции. Где убедительная причина? Вы, не шериф, а болван. Завтра улицу будете мести." И судья с интересом поддакивает " действительно, какого хрена, я ордер на обыск не подписывал. Как вы посмели зайти на частную собственность." Прокурор уже красного цвета, ибо он понимает, что сейчас судья выбросит доказательства.
На что шериф выдерживает паузу, достаёт бумажки и говорит. "А вы знаете уважемый прокурор, не менее уважемый адвокат, и очень уважаемый судья, что есть в нашем графстве один маленький, но большой закон принятый в 1800-лохматом году который ясно гласит ..."Торговля жидкостями представляющими пожарную опасность разрешена только в светлоe время суток. Мы и вошли.. ибо увидели преступление "
Когда-то, этот закон имел смысл - продавать например керосин в розлив вечером в лавке при свете горящей лампы было просто опасно. Не дай бог лампа упадет, всё вспыхнет и выгорит на фиг в секунды. Поэтому торговаля керосином была разрешена только при свете дня. А когда появилось электричество, то закон стал не актуален и его благополучно забыли. НО... НЕ ОТМЕНИЛИ. А ЗАКОН ЕСТь ЗАКОН. Бензин тоже жидкость представляющая пожарную опасность. А продавали его в тёмное время суток, полицейские сами видели как машины заправлялись. Значить преступление происходило.
“Ну а когда зашли, надо же было убедиться что не дай Господь не торгуют безином например со складcкого помещения, ибо мы видели как люди заходили и выходили с ящиками и канистрами. Ну а что мы лабораторию по производству мета обнаружили, так это счастливая "случайность" господа. А что бы у вас уважемые не было сомнений, вот и судебный прецендент тоже с 1800-лохматого года, какого-то лавочника за это самое нарушение 200 лет назад и наказали. А право у нас кстати прецендентное.”
"И кто же у нас болван очень уважаемый господин адвокат? Всё в соотвествии с ЗАКОНОМ. Я шериф, для того тут и есть что бы ЗАКОН блюсти." Ну а дальше уже дело техники, между адвокатами, прокурором, судьёй итд. Посадили голубчиков потом конечно, доказательств то до фига, и все добыты законным путём.
Ну а шериф, что шериф? Думаете ему цветы, овации, и ордена? Нет конечно, это его работа, он за это денежку получает. Коммисар Полиции графства "молодец" по телефону сказал и то ладно. Шериф лишь пораньше с работы чуток ушел, ночка то бессонная выдалась.
Пришел домой, дети в послешкольных программах, жена ещё на работе. Потянулся, сел на диван, сериал любимый включил, и бутылочку пивка раздавил. И заснул перед включённым телевизором с мыслью "а забор и впрямь починить надо. Да и насчёт ванны жена конечно права, только кафель на распродаже взять надо, а то дерут втридорога." А пока шериф спит пускай ему приснится хороший сон. Например что он брутальный мачо от кулаков которого разлетаются все бандиты. Он выйдет из салуна, поправит свой покосившийся Стетсон, перезарядит кольт, перецелует восхищённых им брюнеток и блондинок, сядет на верного коня и уедет в алеющий восход. А из под цокающих копыт коня медленно появится надпись "THE END."

29.12.2016, Новые истории - основной выпуск

Последний из Десанта (Страшная Новогодняя Не Сказка).
Каждое слово тут, к сожалению, страшная правда. Свидетель тех событий, хвала Всевышнему, жив и здоров и может подтвердить.
29ого декабря - 75 лет высадки Керченско-Феодосийского десанта. Одним из десантников 224ой дивизии, 160 полка, 3-его батальона, был 19-летний младший лейтенант, комвзвода, мой дед. Официальные источники пишут много разных вещей про тот десант и часто приукрашивают события.
Я перескажу историю как он мне рассказал.
Мне 19 лет и я взводный. 3 месяца назад после ускоренных курсов дали младшего лейтенанта. И отправили на Кавказкий фронт. Мой взвод - 30 человек, плюс мой замкомвзвода, и я сам. Все мои солдаты набраны из Абхазии, Грузии, Армении, и Азербаджана. Нас формировали в Новом Афоне. Один русский во всем взводе, Мешалкин (фамилия не изменена), мой замкомвзвода. Он до войны был директором мебельной фабрики в Гаграх. Все старше меня, лет около 30 в среднем. Почти все семейные. Мешалкинy, так ему вообще под 40.
Поставили нас в строй 28ого декабря 1941ого вечером. Один штабной приехал, целый час говорил как нам досталась великое задание и честь отбить у врага неотъемлимую часть Советской земли, Крым. Плацдарм уже захвачен, говорит. Нам только надо высадиться, а немцы сами побегут, роняя каски.
Подали маленький пароходик, под названием "Ейск". Старая шаланда, ей в обед 50 лет и на человек 250-300 рассчитана. А нас на неё запихнули батальон, плюс пушки, плюс ещё пару рот (связь, саперы), человек наверное 600-650. Должны были вечером, часов в 10, сесть да часа в 3-4 ночи причалить, затемно. А сели только часов 12:30. Такой перегруз, что пароход еле плывёт, борта совсем чуток над водой, шторм, волны захлёстывают. Холодно, аж жуть, борта обледенели, да и мы тоже. Вроде минус 10-15 не так уж страшно, но это на берегу, а на открытой воде, да в шинелях и обмотках холодрыга ужасная.
На пароходе не повернуться, как сельди в бочке. Мои солдаты вообще замерзли. Они все армяне, азербаджанцы, грузины, и абхазы - холод плохо переносят. У Мешалкина болячек куча, от холода скорчился, стонет. Когда подошли к Мысу Хрони уже утро было. Светло и мы как на ладони. И движемся еле-еле. Вот и берег виднеется, может метров 200-250 до него. И нас естественно накрыли.
Помнишь мы "Титаник" смотрели. Так у нас ещё хуже, тонем и горим одновременно. Пароход кренится. Шлюпок естественно нет. Убитых и ранненых масса. Каждый осколок в кого-то попадает, промахнуться-то невозможно. Толпа ревет, по пароходу мечется, а куда деваться? Не стало не офицеров не солдат, ни командиров, ни подчинённых. Мне ротный в ухо орёт, солдат за борт швыряй, подохнем тут. Пару человек я швырнул и сам в воду упал. Спихнул кто-то.
Никогда не купался в ледяной воде. Тело как ножами колет, дышать тяжело. С головой под воду ушёл, как выплыл сам не знаю. Я плохо плаваю, но как-то метров 30-40 проплыл. Шинель отяжелела, как гиря стала. Обмотки на дно тянут. Если бы ещё метров 20 потонул бы однозначно, а так дно насчупал. А на "Ейск" наш мины валятся одна за одной. Какой крик стоит, не передать.
Как я на берег выбрел, тоже не знаю. Помню лишь льдины разгребал. Но на берегу много лучше, хоть немцы из миномётов и стреляют, но всё время перелёт и в воду. Как вылез, сразу покрылся ледяной коркой. Упал без сил. Может минуту, может час лежал.
Вижу люди с нашего парохода доползают. Начал бродить, со своего взвода солдат искать. Я пожалуй всех пересмотрел. Из 32х человек из моего взвода на берег вышло... 8. Включая меня и Мешалкина. Одна винтовка плюс у меня наган под шинелью. Даже не достать его. А винтовка, обледеневшая палка.
Не знаю сколько вообще с "Ейска" на берег вышло, не считал, но прикидываю человек 125-150, не больше. Думаю большинство в тех первых метрах около парохода потонули или осколками посекло.
Ну и куда нам податься. Все замёрзли, в корке льда. Еле стоим. От берега чуток отошли и видим на сопке люди. Кричат нам по русски, правда слова еле слышно, руками машут. Ну слава Б-гу думаем. Хоть плацдарм наш, не обманули. Самое плохое позади. А оказалось... оно лишь только начиналось.
Поднялись мы на сопку и вышли... прямо на немецкие пулеметы. А перед ними наши без оружия стоят. Их немцы заставили нас звать. Винтовки тут же у всех отобрали, а чего их отбирать-то. От них так и так пользы нет против пулемёта, а они ещё все во льду. А и было тех винтовок с десяток-полтора на 150 человек.
А пленных наших там, видимо не видимо. Думаю тысяча с нами набралась. Усадили на снег, час наверное сидели. Не пошевелиться. А потом какой-то немецкий офицер подъехал, на лошади. Всех построили в ряды. Через переводчика сказал, офицеры, коммунисты и комсомольцы, и евреи - выйти из строя. А я и младший лейтенант, и комсомолец, и еврей. Вообще гибель. Правда никто естественно не вышел. Стали по рядам ходить, выискивать.
Мне повезло, как в сказке. Раз, я попал в ряд с солдатами из другой части, из своих только Мешалкин. Два, на петлицах кубиков не видно, я вообше как ледышка весь заморожен. Ну и три, рядом все грузины, армяне, азербаджанцы, десант то с Кавказа набирался. Мы все на одно лицо. Но всё же немец ко мне подошёл. В челюсть заехал. "Юде ?" говорит. Я "найн". Он посмотрел. Забрал подшлемник и отошел. Несколько человек тут-же на месте расстреляли. Свои же выдавали, выпихивали из рядов.
Потом слышу офицер своим командует, я же немецкий и в школе учил, да и на идиш он похож. Срочно делим мол пленных на две колонны и надо их отсюда угнать.
Собрали в два отряда. Один большой, наш - человек 600. Другой поменьше, человек 350-400. Приставили конвоиров, всего 9 человек. 3 сзади. 2 по бокам и 2 спереди. И погнали колонну. Куда второй отряд отправили не знаю.
Начали идти, Мешалкин около меня. Все измождённые, обмороженные. Шли долго. Помню указатель один раз видели на деревушку Мама Русская. Колонна длинная, растянулась. Многие идти не могут, отстают, а кое кто без сил садится. А тех кто остают расстреливают. Только и слышно бах бах сзади. Колонна редеет и редеет.
У меня же наган есть, вспомнил. "Мешалкин говорю. Давай на конвоиров что сбоку нападём на каком-нибудь повороте, где задние особо нас не видят. Я попробую пристрелить, хоть одного, а ты присмотри за вторым что бы он не видел что я с пистолетом. Вдруг осечка. Он же замёрз. А потом автомат возьмём и второго кончим. Думаю другие помогут." Он, "ты что взводный, сдурел что ли. А остальные? Расстреляют всех" "Так мы все набросимся говорю, пока задние и передние конвойные просекут, треть колонны сбежит. А то так долго мы не пройдём. Пропадём ни за копейку". Мешалкин и говорит, "выбрось наган, не дури. И документы тоже. А мы в лагере будем. Работать будем. А бежать тут некуда. Крымские татары советы ох как не любят. Выдадут в момент."
Послушал я его.Мне же тогда всего 19-было а ему почти 40. Не поверишь, не испугался, нет. Просто отупление напало и поверил я ему. Уж больно он уверенно говорил. Я же на него больше как на старшего товарища, а не как на подчинённого смотрел. Совсем зелёный младший лейтенантик был. У него дети были чуть младше меня.
Я вообще решил, конец. Выжить шансов нет. Одно, беспокоило, мама так не узнает где я погиб. Кстати я тогда официально без вести пропал. Родителей так известили и нашли друг-друга только через 2 года.
Долго мы шли, целый день. Наверное километров 40-45, не меньше. Другие офицеры тоже в колонне были. Нашего замполита батальона видал (потом он со мной в лагере был). Может кто-то ещё оружие имел. Но никто на немцев не нападал. Просто шли, а нас отстреливали и отстреливали. Человек 250-300 думаю из нашей колонны в снегу осталось.
К вечеру Мешалкин еле еле шёл. Всё таки 40 лет, это возраст. Ботинки порвались, ноги распухли, чернеть начали. Последние километры я его тащил. Дошли до какой-то сараюхи к вечеру. Немцы нас туда всех загнали. Не сесть. Шевельнутся и то тяжело. Нам с Мешалкиным повезло, около стены стоим.
Я ему говорю, "бежать надо. Ещё день марша, и мы просто сгинем." Он видно уже жалеть начал что уговорил меня наган выбросить. "Давай "говорит." Ночью как то гвозди из досок вырвали, доски сняли. Пальцы в кровь, но щель есть. Протиснулись и ушли. Может ещё кто и ушел после нас, не знаю.
А мы весь день, 30ого декабря бродили. Как нас не засекли? Может и не особо-то и искал кто. Общее направление на запад было. А вообще где блудили даже и не знаю. Мешалкину совсем уже плохо стало. Ботинкам его хана. Ногам тоже. Я его взвалил, ох и тяжёлый. Так с ним почти целый день и бродил. Еды нет, только снег жевали. Деревень сторонились, боялись может немцы там. А к ночи вышли к хутору. Уже деваться некуда. Зашли, там татары жили.
Мы им честно сказали что от немцев сбежали. Не знаю, может татары где-то кого и выдавали, а нас у печки посадили, кашей поделились. Мы и прикорнули на пару часов . А рано утром в дверь стук. Видим наши, разведка. Господи, свои. Дошли.
Я взводному говорю, "я же тоже взводный. А это мой замок. От немцев бежали из плена. Мы с вами хотим." А он говорит, "взять не можем. Мы на задании." Но направление куда идти показал.
Мешалкина на закорки и побрели к деревне Семь Колодезей. Там наша часть стояла. Ко второй половине дня доползли. Нас сразу в Особый Отдел. Расспросили что да как. Мы честно рассказали. Документов конечно нет. Всех доказательств наша форма и по одному кубику на петлицах. У Мешалкина уже не ноги. Всё ниже коленей стало чёрно лиловым. Кожа полопалась, мясо кусками, кости видны, он больше стонет чем говорит. Гангрена началась думаю. Нас в хату загнали. "Ты офицер, говорят, в плену был, завтра тебя в лагерь фильтрационный отправим." "А его?" "Через денек госпиталь должен подойти, определим, пока пускай полежит."
Так мы в хате остаток 31ого декабря и сидели. Потом ещё пару таких же как мы привели. Вечером нам котелок с горячей водой дали и сухарей. Мешалкин уже практически в бреду и беспамятстве был. Когда в себя приходил, я его кипятком поил.
А ночью Мешалкин смотрит на меня и говорит. "Взводный, с Новым Годом тебя." Я даже и забыл что Новый Год. "Он говорит, 1942ой должен быть хороший год, куда лучше чем прошлый. Знаешь, что я нам с тобой желаю?" "Чего?" говорю. "Хоть один день после войны прожить. Посмотреть как оно будет. Ты доживешь, а я не жилец уже. А ты живи парень. Верю." А потом опять в беспамятсво упал.
Вот так вот Новый Год я и встретил. С кипятком и сухарями. И с товарищем в бреду. Ровно 75 лет назад.
А утром с Особого пришли меня и других забрать . Мешалкин уже лежал без памяти. Я все деньги, красные тридцадки, из кармана выгреб (у нас прямо перед десантом получка была), ему в карман гимнастёрки засунул. Обнял на прощанье. И меня 1ого января 1942ого сначала в пункт сбора, а потом в лагерь отправили, в каменоломни. Пока меня не проверят, что я не изменник какой.
А потом был освободили конечно. Послали на Кавказ опять в апреле. Даже звание не сняли. Тоже повезло, плен до приказа 227 был. Правда в 53-м во время "дела врачей" мне тот день плена припомнили. А в мае Крым опять у немцев был. Я слышал потом что тех кого из нашего лагеря не успели освободить в каменоломнях замуровали. Не знаю ли правда это.
После войны я в Гагры несколько раз писал. Никто не ответил. Так и не знаю, выжил ли Мешалкин. А вот этот Новый Год я на всю жизнь запомнил. Ровно 75 лет. Видишь сколько дней после войны проклятой прожил.
Поскриптум
Пускай и те кто кричат “Крымнаш”, и те кто кричит “вертай его взад”, и те кто говорит, “это наша татарская земля” посмотрят на друг друга. Пускай забудут свои раздоры, хоть на время, и вспомнят всех тех русских и украинцев, армян и арзейбаджанцев, грузин и абхазцев, мусульман, евреев, христиан, храбрецов и совсем не героев, стрелявших и тех кто погиб не успев сделать ни единого выстрела. Всех тех кто под Новый Год, ровно 75 лет назад, стоял плечом к плечу, не смотря на религию или национальность, и просто выполнял свой долг. Кто как умел. Тех кто остался навегда под волнами около Мыса Хрони, тех кто погиб в плену, и тех кто ещё жив. Всех тех благодаря кому они могут ходить по Крымкой земле.
Очень скоро Новый Год. Который однозначно будет лучше чем прошлый. И среди многих весёлых тостов, я выпью один за тех кто был на пароходе "Ейск" ровно 75 лет тому назад. И отдельно, за моего деда, младшего лейтенанта, 224ой стрелковой дивизии, 160 мотострелкового полка, 3-его батальона, 3-ей роты, командира 3-его взвода. За того, кто может быть остался на сегодняшний день Последним из Десанта.

14.12.2016, Новые истории - основной выпуск

Вчерашней историей от Грубаса напомнило (кстати большое спасибо за историю). История тоже не смешная, так что можете смело ставить минус, я не обижусь.
Итак о героической маме/жене и животных (правда в человеческом обличьи), а вообще-то просто о любви.
Дед мой родился в Одессе в 1912м году, но прожил детство в местечке около города. Украина и сейчас не самое благополучное место для жизни, а про страшные годы Гражданской войны я и не говорю. Белые, красные, немцы, Григорьевцы, Махновцы, Петлюровцы, англичане, немцы, фрацузы, гетман, поляки, националисты, монархисты, октябристы, анархисты, казаки, и наконец просто бандиты всех сортов и мастей смешались в один страшный клубок который катился и оставлял после себя слёзы и кровь.
Власть и войска под Одессой менялись чуть ли не ежедневно. Причем в одном и том же местечке на одном краю могли быть красные, на другом зеленые, а в середине власти вообще могло не быть. И все считали что мирное население только и существует что бы с него драть все что есть. Считалось хорошо если только удавалось отделаться деньгами или продуктами. А ведь могло быть и хуже.
В один далеко не прекрасный день в 1919м году когда белые ушли, а красных еще не было, на окраину местечка где жила семья моего прадеда вошла банда. Уж не знаю какую идеологию она исповедовала, но скорее всего никакой - просто отморозки/бандиты. Они прошлись по домам отнимая все что приглянется и выгоняли всех на улицу. Потом атаман глянул на толпу растерянных людей у которых застыл ужас в глазах и сказал. "Мужчин - расстрелять."
И быстренько несколько десятков мужчин было отделено и их повели к балке за местечком. Стоял крик женщин и детей, но бандитам было все равно. Им надо было срочно уходить, ибо красные части должны были вот вот подойти.
Мой прадед был простым работником в лавке и отнюдь не был героем. И он шел в этой толпе, шел на расстрел. Шел как шли десятки его соседей и знакомых. А вслед им стоял крик. Не знаю про чему атаман не сказал расстрелять остальных, но про женщин и детей приказа не было и они остались в местечке.
И вот когда толпу подвели к балке произошло ЭТО. Нет не появился не Юл Брунер, ни великолепная 7ка, ни даже Рембо. Когда их подвели к оврагу он с ужасом увидел что моя прабабка пошла за мужчинами которых должны были расстрелять. И не сама. За руки она тащила плачущих моего деда и его 8-летнюю сестру. Больше из женщин и детей в местечке за мужчинами не пошел.
И когда его в первой партии поставили спиной к оврагу на расстрел она взяв детей за руки стала рядом с ним. Слёз в глазах не было, не было и страха, только решимость отчаяния. Ее даже пытались отогнать, но она сказала твердо "Семья не должна расставаться. Или вы стреляете всех нас вместе или отпустите его." Отпустила девочку и вцепилась в прадеда и другой рукой держала моего деда.
Атаман изменился в лице. "Ты вообще понимаешь что делаешь?" заорал он. Она ещё раз сказала "Семья не должна расставаться". Не знаю что нашло на атамана (не думаю что он пожалел 3 патрона). Но что-то произошло. Стало тихо. Прадед рассказывал что он даже услышал как атаман сказал вполголоса "Вот чертова баба, как в своего вцепилась. Даже детей не жалеет. И не боится, курва." "Ладно, хрен с ним - пускай забирает, раз так любит." И прадед получив прикладом по спине был выгнан из строя. И он с прабабкой, дедом и его сестрой вернулись в местечко.
Всех остальных расстреляли.
В местечке они жить не остались, уехали в Одессу. Очень тяжко было. И соседи почему-то странно на них смотрели.
Я сейчас часто думаю. А вот как правильно надо было поступить ей тогда? Ведь с одной стороны она рисковала не только собой. Могли запросто расстрелять всех. А с другой именно этим ... я даже не знаю как это назвать... ПОСТУПКОМ, она спасла мужа, семью.
Прошёл почти век. Я живу в другой стране и даже на другом континенте. И время сейчас другое, "гуманное", и вряд ли что-то подобное повторится. А внутри крутится, а вдруг? а если? Как бы я хотел что бы поступила моя жена в такой ситуации? А как бы поступил я на её месте? Иногда я думаю что я знаю.
А иногда ......я не нахожу для себя ответа.

24.05.2017, Новые истории - основной выпуск

"Гвозди бы делать из этих людей, не было бы в мире крепче гвоздей" (Н.С. Тихонов) – #2.

Я уже писал о храбром шерифе Элфего Бака. К сожалению он умер более 70 лет назад, но есть ещё на этом свете мужики со стальными яйцами и без страха в глазах которые готовы защитить и даже вершить ЗАКОН, даже если от них это не требуется. Знакомьтесь Бишну Шреста, герой нашего времени.

Есть в далёком Непале несколько народностей (магары, гурунги, и др.) которых называют одним именем, Гурки. На первый взгляд, это маленькие, щупленькие, тщедушненькие людишки. Настолько небольшие что даже в армии ввели для них параметер, служить могут лишь те кто весит более 50 кг и более 1м57см роста. Но не заблуждайтесь, это одни из лучших воинов мира.

Уже 200 лет как Гурки являются элитнейшими войсками Британской империи. Служить в армии для них дело чести и до сих пор каждый год на вакантные 200 мест в Британских войсках претендуют около 30,000 гурков. Они также служат и в своём родном Непале, Индии, и нескольких других странах. Они не знают слов таких вещей как отступать, сдаваться, и не выполнить приказ. От их боевого клича "Хай Махакали, Аё Горхали" (Слава Великой Кали, Идут Гурки) дрожат враги. Во время Второй Мировой Войны даже неустрашимые японцы предпочитали сдаться на милость победителя чем сойтись в рукопашном бою с гурками. Сам фельдмаршал Sam Bahadur говорил "Покажите мне того кто не боится смерти, и вам покажу лжеца... или гурка." Об их смелости ходят легенды, но то что произошло - это быль.

2ого сентября, 2010ого года отставной капрал, гурка Бишну Шреста сел на поезд на станции Ранчи. Поезд мирно ехал через джунгли Читтаранжана в Западной Бенгалии и Бишну спокойно спал. Около 12 ночи поезд резко тряхнуло и он остановился. Пассажиры спросоня даже не могли понять что происходит, но к сожалению так продолжалось не долго. Через несколько минут вагон заполонили грабители вооружённые пистолетами, ножами, и даже саблями и начали грабить пассажиров. Грабителей было не много не мало, аж 40 человек.

Они отбирали деньги, украшения, вещи, и мобильные телефоны. Отставной капрал тоже безропотно отдал свой кошелек. Он был абсолютно спокоен и его глазах не было страха, ибо он был гурка Бишну Шреста и этот мелкий инцидент не стоил драки. Но бандитам показалось мало добычи. Недалеко от Бишны сидела 18-летнаяя девушка и мерзавцам показалось забавным если они её изнасилуют прямо на глазах её родителей. Они повалили её на пол, начали срывать с неё одежду и в ужасе девушка взмолилась глядя на Бишну "ты же солдат, сделай же что нибудь".

И отставной капрал встал со своего места. В его глазах не было страха, ибо он был Гурка, Бишну Шреста, и его просили о помощи. Он прислушался, но не услышал спасительной поступи ЗАКОНА. А раз закон глух к мольбам слабых, он ВОЗьМЁТ ЗАКОН В СВОИ РУКИ.

Грабители совершили 3 роковых ошибки в тот вечер. Они решили ограбить поезд, изнасиловать девушку, и ... не отобрали нож у гурка. И Бишну достал свой кукри (традиционный непальский нож). У многих гурков существует традиция, если кукри вынут из ножен, он должен отведать крови (некоторые даже делают себе в таком случае небольшой порез что бы "покормить" нож). И в тот вечер кукри был голоден. Очень голоден.

И Бишну пошёл с верным кукри на грабителей и насильников. ОДИН С НОЖОМ ПРОТИВ 40. И в его глазах не было страха, ведь он был Гурка, Бишну Шреста, и теперь он ВЗЯЛ ЗАКОН В СВОИ РУКИ. Рывком левой руки он сорвал насильника с девушки и прикрываясь им как щитом набросился на ублюдков. Удар, удар, удар, и ещё удар. Один из насильников сделал ошибку и приставил к горлу девушки нож, но более чем порез он нанести не успел, ибо Бишну свалил его ударом кукри.

В него стреляли, но мимо. Ему пытались нанести удары ножами и саблями, но отбивал их и атаковал. Но всё же один удар ножа достиг цели разрезав артерию на левой руке. Возможно это бы оставило кого-то, но уж точно не Бишну, человека без страха в глазах. У него действовала лишь одна рука, но даже ОДНОЙ РУКОЙ ОН ТВОРИЛ ЗАКОН. Он атаковал бандитов и гнался за ними по вагонам. Трое бандитов были убиты, восемь тяжело ранены, а остальные 29 в страхе бежали. Да, кукри получил в то вечер славный ужин.

Поезд доехал до станции где его уже ждала полиция и скорая помощь. Раненных бандитов арестовали и найдённые награбленные ценности вернули владельцам.

Два месяца лечился Бишну Шреста от тяжёлой раны. Небывалый случай, его восстановили в армии дабы наградить медалями. Правительство Индии выплатило ему премию и награду за пойманых бандитов. Семья спасённой девушки предлагала ему в награду огромную для них сумму ($6,500), но конечно же герой не взял ни рупии. Ибо он был и есть Бишну Шреста, человек без страха в глазах. И отказавшись от награды он сказал "воевать с врагом это мой долг солдата, а избавиться от мразей что атаковали поезд и девушку, мой долг как человека."

Ну а высшая награда ждала героя от других гурков, новая кукри с серебрянными накладками.

Не знаю как Вы, а я рад что на свете есть ещё люди со стальными яйцами и без страха в глазах. Которые пойдут за правое дело даже если одному прийдётся драться против сорока. А ещё было бы лучше если бы закон никогда не был глух к мольбам о помощи от слабых. Иначе поднимутся из ниоткуда сотни и тысячи обычных людей и они станут такими как Гурка, Бишна Шреста, и их кукри получат славный ужин ибо они БУДУТ ТВОРИТь ЗАКОН.

26.01.2018, Новые истории - основной выпуск

И снова об необычных судебных процессах, примечательных случаях, и ярких личностях в США. Предупреждаю - будет очень много букафф.

Предисловие:

Думаю что все подростки в СССР зачитывались книгами Джеймса Фенимора Купера "про индейцев". Пожалуй каждый знал о Натти Бампо и Чингачгуке. Прекрасные описания природы, увлекательные приключения героев, и конечно же схватки между хорошими могиканами и кровожадными гуронами захватывали воображение и уносили в неведомый мир. Крепкое второе место "индейской" тематике безусловно занимал Томас Майн Рид. Он очень плодовитый писатель, но думаю мало кто возразит, "Всадник Без Головы" и "Оцеола, Вождь Семинолов" - это его лучшие произведения. Ежели вы их не читали запоем вместо зубрёжки алгебры или географии, а родители не ловили вас за чтением при свете фонарика под одеялом, то мне вас искренне жаль.

С тех пор утекло много воды и нынче в моде совсем другие произведения, а когда-то любимые книжки давно сиротливо пылятся на верхней полке. Но я верю что большинство, несмотря на прошедшие годы, хранят ту искру что делала каждый день удивительным. Итак, замечательным книжкам детства посвящается.

"Хукипи - Вождь Семинолов"

Эпиграф: "Никогда не сдавайся, ведь даже если тебя съели, у тебя всё равно есть два выхода."

Семинолы издревле обитали в Флориде. Они были настолько могучи и воинственны что даже конкистадоры, которые ради наживы были готовы выгнать чёрта из ада, столкнувшись с ними в бою предпочли далее вглубь полуострова не заходить и ограничились поселениями на побережье. Более 300 лет семинолы оставались независимыми, но вечно так продолжаться не могло. Интересы Испании, Англии, США и индейцев столкнулись и большая война стала неизбежной.

Более 40 лет семинолы сражались за свою свободу в бесчисленных стычках и 3-х кровавых войнах. Но силы были неравны и в 1858-м году, после Третьей Семинольской Войны, практически всё племя выселили из родных земель в далёкую Оклахому. Лишь около 200 индейцев избежали общей печальной участи и скрылись в бескрайних Эверглейдс, вечных тропических болотах. Там под защитой пантер, аллигаторов, и малярии они чувствовали себя в сравнительной безопасности. Изредка к ним забредали беглые рабы или белые кто не ладах с законом, но в общем контактов с чужаками было мало.

Индейские войны в США длились до 1924-ого года. В итоге краснокожие смирились, зарыли томагавки, повесили на стену ружья, и подписали капитуляции и мирные договора. Кое кто интегрировался в новую жизнь где правил белый человек, но большинство оказались в резервациях выделенных правительством. По разному выживали племена. У кого были пахотные земли, те фермерстовали. Другие занялись традиционными ремеслами, живя продажей поделок туристам. Немного помогали периодическими дотациями федералы и штаты. Внутри племён была большая разница в доходах, вожди обычно жили получше, а обычные индейцы бедствовали. Семинолы в Флориде занялись скотоводством кое-как сводя концы с концами, ибо пастбищ было мало, больше болота.

В начале 1944-ого года, в Флориде, у семинолки Агнессы Билли из клана Птицы вне брака родился мальчик. Отец был ирландец, курсант училища морской авиации что базировалось рядом с резервацией. В 1943-м он уехал на войну даже не зная о беременности подружки. Мать назвала сына Хукипи, что значит "тот кого забрали." После родов в её хижину пришли шаманы племени и заявили "Бледнолицые наши враги. Твой ублюдок не наш и никогда он не станет нашим по духу. Будет куда лучше если мы соблюдем традиции и оставим его у болота, а пантеры, аллигаторы, или красные волки сделают своё дело. Отдай его нам." Агнесса сопротивлялась как могла, но сила была на стороне шаманов.

Малыша спасло чудо, Агнессу навестила подруга, Потаки из клана Змеи (много лет спустя её выбрали вождём семинолов, и по сей день она единственная женщина удостоившаяся этой чести). Гостья отлично поняла что происходит, ведь и она сама была полукровкой, мать семинолка и отец француз. В своё время её и младшего брата старейшины тоже хотели оставить у болота на верную гибель, но их мать продала и раздарила всё своё стадо дабы ублажить разгневанных шаманов и бежала с детьми из резервации. Женщины подняли страшный крик, сбежались соседи, и Потаки публично поклялась что она донесёт полиции если хоть кто-то пальцем тронет младенца.

Мальчик подрос и мать дала ему свою фамилию и имя для бледнолицых, Джим. Опасаясь шаманов Агнесса поселилась на границе резервации, на ферме где разводили шимпанзе. Туда часто приезжали туристы посмотреть на обезьянок и ... индейцев. Джим с матерью жили очень бедно, а когда ему было 9 лет она умерла. Сироту сначала приютили родители матери, но и они были не в восторге от внука-полукровки. Основным методом воспитания были тумаки и ругань. Вскоре не стало и их, и Хукипи остался без крова.

Изредка ему помогали другие члены клана и друзья матери, но у них самих мало было чем поделиться. Лишний рот был никому не нужен и домом мальчищки стала улица. Нищий среди нищих, он выживал как мог. Спал в заброшеных зданиях и на свалках автомобилей. Попрошайничал, мошенничал, воровал, но полиция его поймать не могла ведь Хукипи изучил болота как свои пять пальцев и всегда скрывался. Когда чуть подрос, работал мальчиком на побегушках, уборщиком, подмастерьем на стойке, и ... боролся с аллигаторами на потеху туристам. Полукровка оказался на редкость сильным малым, без страха, и с отличной реакцей.

А вот с учебой дело не сложилось. Школа была вне резервации, белые дети его жестоко дразнили, да и чистокровные индейцы не давали спуску. Дрался он постоянно и при каждой возможности прогуливал уроки. Несколько раз Хукипи даже выбрасывал свою обувь в канал, дабы была причина не ходить в класс. Но его спасительница Потаки, которая чувствовала ответственность за подростка, покупала ему новую, выискивала его в болотах, и пинками загоняла в школу. Со временем справиться с мальчиком стало тяжело и его отправили в интернат Хаскелла в Канзасе, специальную школу где старались обучить индейцев как стать более белыми (теперь это университет, но до 1965-го года там обучали старшеклассников).

Через несколько лет, с горем пополам, Джим получил школьный диплом и вернулся обратно. Чем себя занять он не знал, на резервации работы не было, вне её он был никому не нужен. Юноша приходил на племенные сходки где велись долгие разговоры о былых временах, о том как всё сейчас плохо, и жаловались на недостаток дотаций от правительства. Слов было много, а дел никаких, и он понял - сейчас здесь ловить нечего. Оставался один выход, армия.

Сильный, хитрый, ловкий, жесткий, прирождённый лидер, он был создан дабы стать ренджером (Army Ranger). Разгоралась война в Вьетнаме и там ему было самое место. Джунгли напоминали родные Эверглейдс, только без аллигаторов, а война была похожа на привычную охоту. Отличился Джим очень скоро, его произвели в сержанты, назначили командиром отделения, и стали давать задачи всё более и более сложные. Захват языков, рейды в тыл противника, разведка, и прочие развлечения ренджеров ему очень нравились. Его группа часто ходила по грани, но всегда возращалась без потерь. Кровь отважных предков сыграла свою роль, Джим кожей чувствовал засады, ловушки, мины, и ядовитых змей. Казалось удача никогда не покинет его и товарищи были готовы идти за ним в огонь и воду.

Отслужив полный срок в самом пекле он имел полное право уехать обратно, но записался на ещё один срок. Оставлять боевых товарищей ренджер не хотел, а риск любил. И снова рейд за рейдом, задание за заданием, и успех за успехом. Вскоре Джим стал мастер-сержантом и замком взвода. Его бы направили и на офицерские курсы, но он сам не проявлял желания. После очередного удачного рейда в 1968-м году ему дали высшую награду солдата, отпуск домой. Вернувшись Джим узнал страшную весть, без него везение взвода закончилось. Друзья пошли на очередное задание, но с ними не было "того кого забрали", и некому было вовремя учуять опасность. Взвод попал в засаду и от него осталось лишь название.

Внутри что-то надломилось, в гибели товарищей Джим винил себя. "За что я воюю?" размышлял он и не находил для себя ответа. Воевать резко разонравилось, началась депрессия, и в голове роились мрачные мысли. Дослужив свой срок он ушёл из армии.

- "Куда мне теперь?" спросил Джим при увольнении.
- "А куда хочешь." равнодушно ответил чиновник. "В благодарность за службу правительство готово оплатить твоё образование."
- "На кого вы мне порекомендуете учиться?" поинтересовался бывший сержант.
- "Люди всегда будут стричься. Иди в парикмахеры." усмехнулся чинуша.
- "Это идея. Мне нравится" решил Джим.

Джим окончил курсы и решил вернуться на резервацию. Весь мир был для него открыт, но что-то непонятное тянуло его в родные болота. Мальчик Хукипи возмужал, заматерел, и взрослый не по годам он почувствовал боль за своё племя на которое уже смотрел новым взлядом. Нищие, опустившиеся от безысходности и алкоголя, живущие на подачки, без преспективы и надежды и всё же... такие родные. "Надо что-то делать, ведь так жить нельзя. Они лишь ведут разговоры о прошлом, о былом величии, и плачутся в жилетку друг-другу. Надо брать дело в свои руки. Не будь я Хукипи, если я не сделаю семинолов великим племенем снова. Но начать надо с себя." решил он.

Хукипи поселился на резервации и женился. Карьера парикмахера не задалась, ведь соплеменники, и мужчины и женщины, предпочитали длинные волосы, а любителей высокой моды на резервации не было. Он также научился неплохо играть на гитаре, писать песни, и немного подрабатывал выступая в своём стиле "болотный рок" по окрестным барам и клубам (кстати как певец и гитарист Джим был номинирован на премию Грамми в 1999-м за свою песню "Big Alligator").

Но денег всё равно на семью не хватало. Тогда он вспомнил свои навыки строителя и начал строить чики, традиционные семинольские дома. Голливуд сделал своё дело и индейская тема стала популярной и Хукипи решил на этом сыграть заявив "Настоящий чики может построить только настоящий индеец. Всё остальное не более чем подделка." Без устали он носился по окресностям и предлагал свои домики задешево. Очень скоро его чики, как часть местного колорита, появились в парках, частных клубах, и во дворах богачей. Бизнес быстро рос и он стал одним из успешнейших членов племени (правда всё племя было менее 1.5 тысяч человек).

Теперь можно было заняться и делами общественными. Проблема была явной, резервацию облюбовали наркокурьеры как перевалочный пункт. В болотах регулярно садились гидропланы загруженные кокаином из Центральной Америки и оттуда отрава расползалась далее. Некоторые семинолы соблазнившись лёгкими деньгами даже стали приторговывать наркотой. Естественно полицейские и ФБР периодически устраивали рейды и нередко само регулярное присутствие служителей правопорядка провоцировало конфликты. Хукипи с детсва не любил полицейских, но наркодельцов он не любил ещё больше. Бывший спецназовец решил так "Надо устранить первопричину. Тогда раз, у нашей молодёжи не будет дурного примера. Они не будут ни употреблять ни торговать этой гадостью. И два, если не будет наркокурьеров, то полиции здесь делать будет нечего и на резервации станет спокойнее." Он взял плоскодонку с пропеллером, смазал верный винчестер, зарядил револьвер, и уговорил с собой пару друзей, тоже ветеранов Вьетнамской войны.

-"Куда ты?" плакала его жена. "Оставишь меня вдовой и детей сиротами. Пускай полицейские решают эти вопросы. Зачем тебе вписываться в их разборки?"
-"Дура" резко осадил её Хукипи. "Полицейские - просто сосунки. Они не смогут снять и шлюху в портовом борделе, даже если её им покажут и у них в руках будет пачка сотенных. Им плевать на меня, тебя, и на всех семинолов вместе взятых. Они работают за зарплату, приехали и уехали. Как ты не понимаешь, это наш дом, наша земля, наше болото, и нам тут жить. Нам тут растить детей. И вычистить эту мразь мы должны сами."

И в ущерб бизнесу, сну, семье, и рискуя собой день за днём, вечер за вечером, и ночь за ночью он чаще сам, реже с друзьями, выезжал патрулировать болота. Бывший ренджер вспоминал службу в Вьетнаме, павших друзей, и былые успехи. Но теперь он дрался не против каких-то непонятных коммунистов и неизвестно за что. Нынче у него была цель, он вышел на тропу войны что бы очистить от скверны свой дом, и остановить его не смог бы никто на свете.

Возможно Хукипи действительно обладал недюжинным ораторским искусством, а может и винчестер был убедительным аргументом. Иногда из болот слышались выстрели и взрывы, но он всегда выходил из болот невредимым. Никаких следов никто никогда не находил ибо вечные болота Флориды хорошо хранят свои тайны и не любят их выдавать. На удивление, местому шерифу самодеятельность ветерана пришлась по душе и он даже на время сделал индейца своим официальным помошником (deputy), правда без зарплаты. Очень скоро наркотрафик через резервацию резко уменьшился, а после исчез совсем. А те соплеменники кто был замешан в наркоторговле после встречи один на один с Джимом либо уехали навсегда с резервации либо резко сменили вид деятельности.

Хукипи зауважали, стали побаиваться и его голос на племенном совете стал очень весомым. Когда он предложил создать собственную полицию (Indian Police) дабы к ним поменьше заезжали представители штата или ФБР, идею приняли с восторгом. Очень скоро на территории резервации стало куда меньше драк, воровства, пьяных дебошей, и жизнь стала куда спокойнее и приятнее. Когда подошло время выборов нового вождя в 1979-м году, то вождь Говард Томми решил не баллотироваться вновь и предложил Хукипи стать вождём . Кандидат огласил "Настала пора перемен. Мы семинолы, мы великое племя, и пора нам вернуть своё величие." И с подавляющим большинством голосов его выбрали верховным вождём.

Вождь принял племя в плачевном состоянии. Большинство доходов было от дотаций правительства, сдачи земли в аренду, и немного от туризма. Самым доходный бизнес на резервации была торговля сигаретами, а весь бюджет племени был менее $400/на человека в год. Но у Хукипи был чёткий план как вытащить племя из нищеты "Надо открыть на территории резервации зал для игры в "Бинго", где люди смогут играть по крупному. Если пойдёт дело, откроем и казино."

Собственно идея была не нова, её ещё вынашивал и прошлый вождь, но дальше красивых речей дело не пошло. Но денег на постройку здания, персонал, и рекламу не было. Не было у него и ни малейшего понятия как управлять игорным бизнесом. А самое главное, в Флориде игорный бизнес был под запретом с небольшими исключениями. Он стучался в разные двери, но ни один инвестор и ни один банк даже не подумал дать ему кредит. "Дать деньги нищему племени у которого нет ничего кроме болота и клочка земли на открытие нелегального казино - это безумие. Мы не дадим ни цента и никто не даст." единогласно отвечали все. Но Хукипи не впал в уныние, у него снова была ясная цель. Ему вспомнился свой взвод в Вьетнаме который погиб из за его отпуска. "Теперь этого не повторится, я Хукипи - вождь семинолов, и моё племя надеется на меня."

Он долго обдумывал ситуацию и осознал, самому не справиться, нужна серьёзная помощь. Товарищ рассказал ему об одном человеке который наверное сможет помочь. Для праздного взгляда это был тихий, маленький, неприметный старичок который любит гулять по пляжу с собакой. С виду он казался безобиднейшим скромным пенсионером, которых так много в Майями. Единственное что отличало этого человека это был цепкий взгляд и ощущение непонятной силы идущей от него. Но Джим знал, это не просто пенсионер, это человек который может совершить невозможное. Ибо старика звали Майер Лански.

О Майере Лански написаны сотни статей, и сняты десятки фильмов. Без преувеличения можно сказать что именно он был мозгом огромной подпольной империи которая управлялась еврейской и итальянской Мафией. Начав свою карьеру мелким жуликом на улицах южно-восточного Манхеттана в 1910-х годах, мальчик из Гродно вырос до невероятных высот. В течении 50+ лет этот маленький человек держал в почтении и страхе весь криминал США, Канады, и Карибов.

Бутлегерство, шантаж политиков и судей, заказные убийства, реальный контроль над профсоюзами, проституция, крышевание уличных ларьков и Голливудских киностудий, отмывание денег, игорный бизнес, и многое, многое, многое другое было подвластно Майеру. Моря виски захлестнувшие США в 1920-х, пивные войны в Манхеттане, Конференция в Атлантик Сити и в Аппалачах, победа в войне Кастелламмарезе, основание Murder Inc. и Комиссии, разгон фашисткой партии США, создание Лас Вегаса и туристического рая на Кубе и Багамах, везде в тени стоял Майер Лански. Газеты пестрели именами Багзи Сигеля, Микки Когана, Луиса Бухгалтера, Лаки Лучиано, Джо Адониса, Джо Профачи, Джо Боннано, Вито Дженовезе, Франка Костелло, но сведущие люди знали, никто из них не примет серьёзного решения не посоветовавшись с Лански. Десятки раз ФБР и полиция обвиняли Майера в сотнях преступлений, и за всё время смогли доказать лишь организацию игорного дома в штате Нью Йорк, за что он отсидел 3 месяца. Более никто и никогда не смог доказать причастие Лански к какому либо криминалу. И вот к такому человеку был вынужден обратиться Хукипи.

Через знакомых друзей соседей родственников вождь краснокожих добился встречи с старым ганстером который утверждал что навсегда завязал с подпольной жизнью и сейчас он лишь старый больной пенсионер. Они встретились как бы случайно, подальше от любопытных ушей.

Старый Майер сидел за столиком. Он выглядел устало, безучастно, и в его глазах был декабрь.
- "Прекрасный день сэр. Как Ваше здоровье?" завёл разговор издалека вождь.
- "Сынок." тихо прервал его Лански "перед тем как ты продолжишь, я расскажу тебе одну историю. Давно, почти 50 лет назад, в Нью Йорк приехал знаменитый раввин из Польши по фамилии Шапиро. Ему нужны были средства для постройки новой синагоги и он давал лекции. Однажды он выступал в Манхеттане, зал был забит, люди стояли даже в проходах. Я тоже там был, сидел в первом ряду. Ребе почти не знал английский и выступал на польском и идиш, но присутвующие знали эти языки. Ах как он говорил. Ты не поверишь, люди плакали и я сам вытирал слёзы. А перед сценой стоял маленький мальчик-уборщик, и он тоже рыдал навзрыд. Раввин Шапиро обратился к нему на идиш, "мальчик, почему ты плачешь?", но тот не ответил, он не знал идиш. Тогда раввин переспросил его на польском, но мальчик не знал и польский. Ребе удивился и тогда спросил его на ломаном английском "Мальчик, чего ты плачешь, разве ты понял что я сказал?" "Нет." ответил мальчик. "Я не понял ни одного вашего слова. Но одно я понял - вы хотите денег." Итак, я знаю зачем ты ко мне пришёл. Зачем тебе деньги?
- "Я хочу открыть дело." - начал Хукипи.
- "Ты хочешь начать дело и стать богатым." - с усмешкой уточнил пенсионер.

Индеец понял, с Мейером нужна полная откровенность. В груди что-то ёкнуло и он заговорил переходя на тихий крик
- "Да, я хочу стать богатым, отрицать не буду. Каждый этого хочет. Но ещё больше я хочу наконец вытащить моё племя из того дерьма где мы живём уже больше 120 лет. Вы знаете что это такое, жить на резервации? Жить за чертой, как звери? Когда на тебя презрительно смотрят сверху вниз? Я вырос на ферме где разводили шимпанзе, я помню как туристы смотрели на обезьян и на меня как на диковинку. Мы живём в скотстве, у нас нищий сидит на нищем и нищим погоняет, и все стараются как-то прокормится. У нас забрали землю, свободу, гордость, а взамен дали алкоголь и швырнули подачки. Мы уже почти потеряли свой язык и теряем веру. Изо дня в день, из года в год, из десятилетия в десятилетие - одно и то же. Мы скоро не будет сами собой. Вы не поверите, но многие у нас почти не умеют читать и писать. Я не пророк Моисей который вывел вас из Египта, но я люблю свой маленький народ. И я хочу, очень хочу, сделать его процветающим. И я это сделаю, чего бы мне это не стоило. Я конечно бы мог пожалуй добиться успеха для себя лично уехав куда-либо, но разве это достойно мужчины? Если я не за себя, то кто за меня? Но если я только для себя, то тогда зачем я? И если не сейчас, то тогда? Вы меня понимаете мистер Лански???"

Майер уже не сидел развалившись. Он напрягся как натянутая тетива, руки сжались в кулаки, глаза сверкали, и на его лице поплыли желваки. Казалось что старый бандит что-то вспоминал, что-то давно забытое, но до боли родное. Хукипи замолчал, а Лански смотрел на него тяжело дыша.
- "Я тебя услышал. Я тебя понял." медленно уронил старик. "Когда-то я сам... впрочем не будем об этом.." тяжело вздохнул Лански. "И как же ты совершишь это чудо?"
- "Хочу открыть зал для игры в бинго где люди смогут играть по крупному. Если дело пойдёт, открыть казино. Думаю будет большой спрос." ответил вождь.
- "Мой мальчик, как я понимаю тебя. Казино в Флориде. Это несбыточная мечта всей моей жизни. Твои родители ещё наверное не родились когда я с своим учителем, Арнольдом Ротштейном по кличке "Мозг", планировали это сделать. Тут на пути тысячи проблем и ловушек, но главных две. Первая - эта католическая церковь и сам архиепископ МакКарти (глава католической церкви в Флориде в конце 1970-х). Попы крепко держат рынок "бинго для благотворительности" в своих цепких ручках. Эти ханжи с виду такие святоши, а на деле куда хуже гангстеров из Ист Сайда, уж я то знаю. Они набивают свои карманы, покупают недвижимость и ценности, а ведь если бы они выделили хоть один процент того что у них есть на добрые дела, то они могли бы кормить всех голодных мира лет 10. Вторая сложность - чинуши никогда не разрешат открыть казино в Флориде. Проще договориться со стеной. Если бы ты знал сколько денег, времени, и сил я и наши друзья, потратили на эти тупых и упрямых ослов в Талахаси (столица Флориды). Эти дурни не видят дальше своих носов. Ах если бы можно было открыть казино в Флориде думаешь я бы полез открывать казино в Лас Вегасе, на Кубу, и Багамы? Нет сынок, я искренне хочу тебе помочь, но это не возможно." печально сказал Майер.
- "Мистер Лански, я знаю на что вы способны. Если есть в мире волшебник, то это вы. Я понимаю что у вас не вышло, и всё же я открою зал для бинго и казино."
- "Дорогой мой, как только ты откроешь двери, полиция тут же явится и прикроет лавочку. А в суде ты проиграешь."
- "Видите ли, у меня есть два козыря которых не было у вас и у ваших друзей. Послушайте." и внимательно оглянувшись не подслушивает ли кто, Хукипи зашептал что-то чуть ли не в самое ухо Лански. Услышав сказанное старый Майер аж приоткрыл рот от удивления.
- "Этого не может быть. Мальчик мой, ты уверен? Это действительно так?" переспросил он.
- "Конечно. Иначе зачем бы я к вам пришёл. Впрочем ваши адвокаты смогут проверить мои слова." подтвердил вождь.
- "Забавно. Вот это гешефт, вот это по нашему. Жаль что мы не встретились раньше, когда я был полон сил. Какие дела мы бы совершили, каких высот мы бы достигли. Конечно всё равно шансы маловаты, это пожалуй как поставить всё на зеро в рулетку, и всё же... В своё время я играл куда с меньшими шансами и выигрывал. Да... это будет славное дело, мы утрём нос этим чинушам." У Лански на лице заиграла улыбка, а в глазах был апрель.
- "Так вы дадите денег?" спросил Хукипи.
- "Ну откуда у меня деньги? Я живу на скромную пенсию. Но у меня есть добрый знакомый, Джек Купер, думаю если я его очень попрошу то он не откажет в ссуде. Пожалуй я смогу уговорить кое кого из моих друзей вежливо попросить архиепископа не мешать нам. Но тебе всё равно придётся с ним встретится, так сказать высказать уважение. Также я знаю пару-тройку юристов, которые наверное согласятся нам помочь за символическую сумму. Кстати, тебе понадобится хороший советчик на регулярной основе. Я бы предложил моего старого знакомого, Стивена Вилдена. Он надёжный мужик, кстати тоже отслужил два срока в Вьетнаме." почти случайно показал свою осведомлённость гангстер. "А что бы управлять самим казино у меня есть на примете паренёк из очень хорошей семьи, его зовут Джеймс Вайсман. Очень грамотный молодой человек, да и его брат, Юджин, тоже может помочь с разными мелкими сложностями. Ты же не будешь возражать если за порядком будут следить очень ответственные и порядочные человек?" полуспросил полуприказал Лански и пристально посмотрел на Хукипи.
- "Договорились. Я очень рад." ответил вождь и они пожали руки.

Возможно это совпадение, но Купер действительно безропотно дал ссуду индейцам даже не посмотрев на печальные печальные финансовые отчёты племени. Вилден начал меньше заниматься своим ипподромом и проводить на удивление много времени на резервации. А братья Вайсман вообще забросили все свои дела и начали заниматься исключительно почти бескорыстной помощью семинолам. И очень скоро новое здание с крупной игрой для бинго открылось на резервации. А самое удивительное, архиепископ МакКарти отнюдь не возражал против бинго на резервации и даже пожелал Джиму удачи.

Как предсказывал Лански, полиция появилась в первый же день и арестовала служащих и управленцев. И конечно же семинолы подали в суд утверждая что имеют полное право творить что угодно на своей земле.
- "Это не допустимо. Что за самоуправство? Эдак каждый будет творить что хочет. Ваша Честь, следует закрыть это вместилище порока и греха." стенали штатные чиновники.
- "Действительно. Единственное место где в США разрешены азартные игры, это Невада. На все остальное есть прописанные исключения. Например у нас в Флориде игра не может быть в одном месте чаще чем два раза в неделю и ставка не может быть более $100. А вы творите беспредел. У вас есть хоть один аргумент в свою пользу?"
- "У нас есть целых два, Ваша Честь." не смутившись заявили Джим Билли и его адвокаты. "Во первых, посмотрите на прецедент. Совсем недавно Рассел и Елена Брайаны, из племени Чиппева спокойно жили себе на резервации в штате Миннесота. И вдруг здрасте, штат присылает им счёт на налог на собственность который они никогда не платили ранее. Они его оспорили в суде, правда местный и штатный суд взяли сторону властей. Но индейцы не отчаялись и довели дело до Высшего Суда, и он решил что а) штат не имеет права взымать налоги с бизнеса или собственности на резервации и б) штат не имеет права регулировать бизнес индейцев на их земле. А зал бинго как раз и есть бизнес на нашей земле. А во вторых и главных, Ваша Честь, мы вообще не часть США. Все индейские племена сдались правительству США. Кто раньше, кто позже, но все подписали мирные договора и по сути признали поражение. Все кроме нас. Мы единственное племя которое никогда не сдалось бледнолицым. Наши предки ушли в Эверглейдс, но не сдались. Мы вообше до сих пор в состоянии войны с вами. С каких это пор кто либо имеет право диктовать условия и указывать что делать непобеждённому противнику на его земле?"

Услышав такие аргументы судья вынужден был вынести единственное справдливое решение. "Семинолов надо оставить в покое. Пускай делают что хотят на своей земле, хоть играют в бинго, хоть открывают казино. И ни штат ни федералы не имеют права брать с доходов ни цента."

И деньги потекли на резервацию. Вскоре Джим открыл и казино и поток денег увеличился. Племя выплатило свои долги Куперу досрочно, правда все люди рекоммендованные Ланским остались управлять бизнесом. Впрочем разве жалко каких то 47% прибыли для хороших и честных людей, особенно если они так хорошо помогают развитию. Тем более что они посоветовали как грамотно открывать другие казино.

Вот например в Тампе решили строить большую парковку, но оказалось что на этом месте старинное захоронение семинолов.
- "Я не дозволю бледнолицым поганить могилы наших предков. Или вы забыли что мы с вами ещё официально воюем? Если да, так я напомню. Мы вам устроим Четвёртую Семинольскую Войну. Мы уже зажли боевые костры и бьём в тамтамы" возмущённо кричал Хукипи.
- "Ой. Мы даже не знали. Простите нас. А что же вы хотите?" смущённо спросила мэрия.
- "Ладно, так и быть, стройте свою парковку." сменил гнев на милость Хукипи. "Лишь дайте нам клочок земли дабы достойно захоронить наших предков в другом месте, но всё таки не далеко от города."
- "Уффф. Всего-то. Пожалуйста. Вот отличное пятно, прямо около магистрали, и от города недалеко. Только сделайте всё культурно и музей организуйте. Будем вас изучать." радостно выдохнули чиновники.
- "Отлично. Договорились." ухмыльнулся вождь и .... семинолы построили второе казино.
- "Э, мы так не договаривались." завопили чинуши.
- "Так мы о мире тоже не договаривались и томагавки мы не зарыли" разумно ответил Хукипи.
- "А музей где??? Где он? Слово то надо держать?"
- "Как где? Да внутри казино. Заходите и посмотрите если желание есть." засмеялся вождь.

И ручей денег превратился в полноводную реку. Денег стало столько что семинолы даже приобрели долю в казино на Сент Мартине и начали строить ещё казино в Флориде. Правда ходили грязные слухи что почти бескорыстные помощники семинолов вывозят наличные сотнями ящиков в частных самолётах в разные оффшоры, но всем любопытным были показаны документы где было ясно сказано - везут продукты для нуждающихся, а нелепым слухам стыдно верить.

Вождь обрёл силу и развил бурную деятельность. Электрокомпании что проложили свои сети, газовики что протянули свои трубы, мусороперерабатывающие компании что хоронили отходы, и другие компании что за копейки арендовали землю у семинолов получили неприятный сюрприз.
- "Всё, халява закончилась." заявил Хукипи. "Теперь будете платить честную арендную плату. Иначе пойдёте все вон." Джим отлично понимал что компании зарывшие трубы и сети стоимостью в десятки миллионов никуда не денутся и примут все его условия. И река денег стала ещё больше.

Почти 22 года железной рукой Хукипи руководил своим маленьким племенем. Он стал самым высокооплачиваемым служащим в Флориде. Его приглашали президенты в Белый Дом, перед ним заискивал Трамп пытаясь построить казино и гостиницу на его земле, его звали на симпозиумы, давали премии и награды. По сути его виденье изменило весь рынок азартных игр в США. Следуя его примеру другие племена начали открывать казино на резервациях и сейчас это $30 миллиардная индустрия где работают около 700 тысяч человек.

Хукипи основал систему дивидендов каждому семинолу, создал специальный фонд который обеспечивает любое абсолютно бесплатное медицинское обслуживание всем членам племени, и основал школы на резервации где изучение родного языка и традиций было обязательным. Более того, каждый индеец теперь может получить образование в любом университете в США и не должен платить за это ни копейки.

Деньги инвестировались в недвижимость, энергетику, туризм, ценные бумаги, и конечно ... в новые казино. Деньги приносили деньги и племя богатело на глазах. Как дым исчезли лачуги и разбитые драндулеты. У индейцев появились красивые новые дома и дорогие машины. Но всё рано или поздно заканчивается, вождь заметил что очень много денег совет вождей начал тратить на самих себя. Каждый из вождей тратил безотчётные миллионы и даже не думал нести ответ перед племенем. А когда Хукипи возмутился и решил расследовать, он его сняли с позиции верховного вождя.

Как принято, официальной причиной были обвинения в сексуальных домогательства к подчинённой. Далее и его обвинили в коррупции и злоупотребленим властью. Но бывший вождь подал в суд и... выиграл. В результате племя выплатило ему более $600,000. Он отошёл от дел, снова строил свои чики, и жил припеваючи. Но племя погрязло в коррпции и скандалах, ведь большие деньги приносят большие проблемы. И в 2011-м Хукипи снова выбрали вождём.

Хукипи разогнал коррупционеров, прекратил порочную практику когда деньги несовершеннолетних выплачивались родителям которые могли растратить, навёл порядок в отчётности, инвестировал в новые проекты. Удивительно, но без коррупции снова появились лишние деньги которые превратились в дополнительные дивиденды для индейцев. Ныне каждый совершенолетний семинол, помимо бесплатной медицины и образования, получает $128,000 в год. А деньги несовершеннолетних идут теперь в специальный траст так что каждый член племени по достижении 18 лет уже мультимиллионер.

В 2016-м году в очередной раз совет вождей решил сместить Хукипи. Видно он уж сильно мешал вольготной жизни. Теперь бывший сержант-ренджер, ветеран, строитель, вождь, и бизнесмен на заслуженном покое. Ему всего 73 года и он ещё полон сил и энергии. Как знать, может семинолам опять понадобится сильная рука и мудрый совет и тогда "тот кого забрали" снова станет вождём и поведёт своё племя к новым высотам. Ведь может недаром народная мудрость гласит "стадо баранов под предводительством льва куда сильнее стаи львов под предводительством барана."

Ну вот пожалуй и всё. Теперь и Вы знаете историю нищего мальчика-полукровки который сделал своё племя процветающим. Историю Хукипи - Вождя Семинолов.

20.02.2017, Новые истории - основной выпуск

"Всё вокруг Советское, всё вокруг мое."
Как я раньше и говорил, во время многих моих расследований случались вещи которые были много интереснее самих расследований. Вот один из таких случаев. Мне кажется что он чем-то поучителен.
В далёком 2003 году меня занесло в город Денвер, только не тот что в Колорадо, а в его тезку, тот что расположен в Пеннсильвании. Просто с регулярной проверкой тамошнего филиала.
Место куда мы приехали было комплексом для разведения животных для медицинских экспериментов (собак, обезьян, кроликов, крыс, мышей) и также карантином для импортируемых животных. Комплекс зданий и офисов был достаточно большой (не меньше 5-7 гектаров в совокупности площади зданий), на много тысяч животных, а общая территория была свыше 50 гектаров, и большую часть её занимал лес и поля.
Теперь небольшое отступление и рассказ о нравах и обычаях в штате Пеннсильвания. Многию шутливо называют этот штат как "Филадельфия, Питтсбург и Кентукки посередине", намекая на то что в глубинке царят "кентукийские нравы" да и между этими городами много глухих уголков. Один из обычаев глубинке Пеннсильвании это повальное увлечение охотой. Это даже не хобби, а это стиль жизни. Детей с 8-10 лет приучают к уходу за оружием, стрельбе, ориентированию на местности, правилам безопасности на охоте, разделке туш, итд. Многие пацаны, да и девчонки, в 12 лет (как разрешает закон) получают в подарок свое первое ружьё и ходят на охоту сами.
Естественно соблюдаются правила (ну по крайней мере должны). Например есть сезон охоты с луком и арбалетом (во время его с огнестрельным оружием охотиться на большинство зверей нельзя). Есть сезон охоты с дульнозарядными ружьями. Есть сезон охоты с нарезным оружием (но полуавтоматическое запрещено). Ну и конечно соотвественно сезоны на разную дичь типа: олени, кабаны, лоси, медведи, кролики, фазаны, индюшки, утки, итд. Конечно законы регламентируют сезонность охоты в разные времена года, но пик приходится на октябрь, ноябрь и начало декабря. В эти месяцы разрешена охота на очень много видов дичи.
Мужики (иногда и дамы) ждут этой поры целый год и по приближении сезона все массового берут отпуска и пропадают днями и неделями в лесах. А дома их семьи под руководством жен, тещ и матерей коптят, сушат, жарят, варят, тушат добычу и готовят сосиски, котлеты, стейки, итд.
Время октябрь - декабрь для нашего клиента было архисложным. Практически весь мужской персонал просится в отпуск. Не отпустить нельзя, самое главное время в году для охотников. Никто его пропускать не собирается (от управленцев до мусорщиков). Если запрещать опуск, люди просто начнут увольнятся (да, всё настолько серьёзно с увлечением охотой), а в глухомани найти адекватные кадры очень тяжело. Более того, сложно даже организоваться как либо с подменным персоналом. Все временные работники тоже на охоте.
Если в других компаниях можно как-то перераспределить работу, то тут это практически невозможно. Есть тысячи животных в карантине и просто в загонах и клетках которых надо кормить, лечить, отправлять клиентам, принимать в карантин, и просто убирать за ними, итд. Они не могут ждать пока окончится охотничий сезон, они требуют ежедневной заботы.
Основователь компании в далеких 70х годах придумал "Соломоново Решение." А что если разрешить людям охотиться прямо на территории компании. Лес и поля в частной собственности компании, территории много. Пускай люди не берут отпуск, а просто приезжают на работу пораньше на несколько часов своей смены (ну или остаются после) и охотятся в свое удовольствие, естественно соблюдая все правила безопасности и закон.
Народ принял такое решение на ура. Раз, всем очень и очень удобно. Приехал скажем рано утром, поохотился пару часов и на работу. Два, чужих на этой территории нет, только сотрудники компании (ну и в последствии и члены их семей). Все давным давно передружились, охотятся вместе, помогают с тем что бы дотащить тушу, разделать, отвезти, итд. Да и не надо чужих там, всё таки лаборатории с животными близко (а риск что появятся бесноватые Гринписовцы есть). Три, за охоту на территории штата или на частной территории обычно взымают плату, а тут такой очень приятный ништячок.
Народ конечно отнёсся к такому дару судьбы серьёзно. За свои деньги развесили знаки о частной территории, оборудовали вышки для охоты на оленей, проложили тропинки, оборудовали места для разделки туш, парковку соорудили, места для пикничков, итд. За лесом и полями ухаживали сами, без просьбы хозяина компании, круглый год. Сами выкашивали траву где надо, дерево упало - тут же появлялись добровольцы, распиливали и убирали, короче относились как с своему. А как же иначе, самим же (ну или сотрудникам и их семьям) тут охотиться. Вне сезона прогуляться по ухоженному лесу, допустим в обед или после работы, одно удовольствие. Скамеечки поставили. Короче душа поет.
И длилось это счастье почти 30 лет. Хозяин-основатель состарился, продал компанию одной корпорации, та корпорация уже моему клиенту, но традиция сохранялась. Люди за счастье получить рабочее место в этом комплексе считали, в очередь на вакантное место становились.
Но всё хорошее когда нибудь заканчивается. Из офиса головного кривоногий и хромой появился большой начальник и начал мотать головой. Ах вы гады, ах вы суки, говорит. Да кто же такое разрешил, говорит. Негодяи, вы охотитесь тут, говорит. А у нас страховки нет, говорит. Растопчу и проглочу, говорит. Не помилую. Все бля нах, финита ля комедия.
"А ты куда смотришь?", орёт он на управляющего комплексом. "У тебя то мозги должны быть, какая нафиг охота на корпоративной земле. Я эту партизанщину на корню изничтожу. Запрещаю, прекратить немедленно." и отбыл восвояси. И через день-два официальное письмо с запретом прислали. И гласит оно, если охотится будете - увольнение на месте плюс уголовное преследование за нарушение границ частной территории.
А это прямо перед началом сезона, никто же естественно отпуска не брал, все то планировали на территории компании охотится (она же для них как своя, родная) Управляющий комплексом и говорит, "я всё понимаю мужики, сезон. Я сам охотник. Но тут официальное запрещение. Если хотите в отпуск идите, я подпишу. Но прошу не идти, к такому раскладу мы не готовы и животным будет плохо, мы не справимся. А так сами решайте."
Мужики к управляющему привыкли, всё таки 20 лет вместе работали, свой парень. Сжали зубы и пропустили сезон, дабы его не подставлять.
Но конечно управляющего это не спасло. Он под Рождественские праздники поехал в головной офис правду матку искать, ну а политесам он не обучен у себя в глубинке. Лизать жопу в большой корпорации он не умел, сказал что думает и его попросили собрать личные вещи (правда заработанной пенсии он не лишился, что правда то правда).
Ну а второй сезон подряд мужики уже пропускать не стали, массово подали заявки на заслуженный отпуск. Естественно надо было замену на месяц искать. А где её в глухомани взять? Пришлось привозить аж из других штатов, и переезд оплачивать и гостиницы. Да и почасовый тариф временным сотрудникам такой не хилый.
В 2005 мы опять туда приехали, тоже регулярной проверкой. Аж поразились настолько чувствуется что корпоративный дух пропал. Вышли во время обеда по лесу прогуляться, и видно как он стал запущен. Кто же за ним ухаживать будет, то?
Потом приехали уже в 2007. Причина была расследовать одно событие, но оно достаточно жутковатое, так что не буду портить уважаемым читателям настроение и аппетит описанием. Сложности в расследовании там собственно говоря и не было никакой, просто недобросовенность поставщика умноженные на халатность новых сотрудников привели к очень печальным последствиям и огромным убыткам. Большинство старых грамотных сотрудников поувольнялось, а набрали тех кого раньше на порог бы не пустили. Какой то "белый мусор".
Опять после обеда пошли в лес прогуляться. Он весь зарос, куча бурьяна, поваленных деревьев. На опушках какой то мусор, кострища, отходы какие-то. Развернулись и пошли обратно.
Ну а в последний раз я уже в 2014м году там был. Из старых сотрудников осталось меньше десятка. Лес и поля заросли окончательно, прямо за зданиями начинались "джунгли". И вот что удивительно, зарплаты то выросли в разы. И управленцев развелось, куда ни плюнь. А вот человеческим духом перестало пахнуть совсем.
Вот собственно и вся история. А мораль здесь... Впрочем какая мораль? Сами выводы делайте, если хотите.

09.10.2017, Новые истории - основной выпуск

Есть у меня друг детства, Петя. К сожалению так получилось что мы живём в разных странах (он живёт в одной из бывших братских республик СССР) и посему редко видимся. И вот во время последней встречи он рассказал мне такую штуку.

"Паспорт"

Петя мужик состоятельный, может позволить своей семье достойный отдых. И вот его супружнице, Танюхе, блажь в голову ударила. "А чего это мы каждый год одинаково отдыхаем? Надоели все эти резорты, олл-инклюзивы, гостинцы, перелёты и подобная дребедень. Давай-ка милый супруг организуем вот что. Возьмём в аренду автодом (кемпер) и поедем с детьми по Европе (пацанам по 11 и 8 лет, девочке 3.5 годика). И мама моя с нами поедет, с детьми поможет. Таким образом хоть Европу посмотрим не из окна самолёта. И велосипеды с собой возьмём, совместим отдых со спортом." Особо Петька кочевряжиться не стал, лишь сказал "Ну ты, мать даёшь. Ладно, хочешь сделаем. Только чур, водительские обязанности делить будем. Заметано?" "Хорошо." "Вот и ладушки. Куда хочешь поехать?" "Тут народ насчёт Черногории хорошие вещи говорит." "Ну давай туда."

Взяли отпуск, арендовали кемпер, и тронулись в путь. До Черногории путь не близкий, но оно и хорошо. По пути можно останавливаться в разных странах, дети кое чего повидают. Коли где чего понравилось, так там и задержаться на пару деньков можно. Доехали до места, отдохнули славно. И накупались, и на великах наездились, и по музеям побродили, и на природе побывали, хороший отдых. Но вот срок назад возращаться, и так подзадержались, времени впритык вернуться. Решили так, сделаем мощный бросок. Будем вести автодом всю ночь и каждые несколько часов меняться.

Петя за руль сел, газ вдавил, ну а дети, жена, и тёща спать легли. Дороги пустые, ехать можно достаточно быстро, даже на границе особо задержки нет. "Пожалуйста паспорта, мой, супруги, тёщин, детские". Погранец мельком взгляд кинет, через считыватель проведёт, штампы шлёпнет и снова в путь. Только пересекли границу Словении Петя автодом остановил. Жена проснулась "чего меняемся?" "Нет, спи. Я просто лицо сполоснуть, потягушки сделать, вот заедем в Австрию, ты за руль сядешь". Тут и мелкая проснулась "Папа, а когда мы будем? А где мы сейчас. А посиди со мной. А расскажи сказку?" Еле еле спать обратно загнал.

Вот и граница Словении и Австрии. Паспорта Словенскому погранцу дал, тот полусонный на автомате их отштамповал и Петя отъехал. На обочнину съехал, надо бы жену будить, за рулём меняться. Вдруг взгляд на паспорта упал, что за хрень - паспортов всего 5. Не может быть, вот старшего сына, младшего, дочурки, жены, тёщин, блин, а где же собственный? На полу нету, на сиденье нету, судоржно карман пощупал -нету. А чёрт, наверное погранец паспорт не вернул. Из машины вышел к пропускному пункту подошёл и на ломаном английском, "эй друг хороший, вы мне паспорт забыли вернуть." Пограничник "я вам всё отдал." "Да нет, у меня всего 5 паспортов на руках." Тот смотрит "нет у меня ничего. Ни на столике, ни под столиком. А давайте-ка я проверю, если я ваш паспорт просканировал. Ой нет, 1, 2, 3, 4, 5 - шестого нет. Как же я так пропустил. Вы дальше ехать не можете, нужен ваш паспорт."

Тут и Петька на нервах, е-моё, был же паспорт. "Сейчас иду искать." Бегом обратно в машину, жена уже встала. "Танька, моего паспорта не видала?" "Нет конечно, я спала. Ты же отвественный за все документы." Обыскал ещё раз, бардачок - пусто, на сиденье - нету, под сиденьем - нету, все отделенья в дверях - тоже ничего. Карманы ещё раз вывернул - тоже ни черта. Хорошо, дышим спокойно, думаем. "А... надо пограничника спросить, а точно ли мой паспорт на въезде в Словению сосканировали." Бежит обратно, вопрос задать. Тот в системе посмотрел "Да, границу вы пересекли легально, ваш паспорт был отмечен."

Ну это уже легче, значит документ где то есть. Может погранец что на въезде не вернул? "Дорогой товарищ, а не можете на тот пограничный пункт позвонить?" "Вообще то там уже смена другая, но я попробую." "Алё, будьте добры, тут один турист паспорт посеял, не у вас ли." "Нет, у нас всё чётко, никаких паспортов нету." У Петьки и Таньки нервы на пределе. Ещё раз всё пересмотрели, потом ещё раз. Как корова языком слизнула.

"Чего делать то?" "Давай в наше консульство звонить, наверное горячая линия есть." "Где мы?" "Ну вроде бы ещё в Словении." Еле еле дозвонились.

"Дорогой гражданин, в Словении мы ваш паспорт не можем востановить." "А где можно?" "Звоните либо в наше посольство в Австрии либо в Хорватии." "В Хорватию обратно ехать - это не вариант. Давай в Вену звонить."

И снова горячая линия и полусонный голос "Сочувствуем. Но восстановить паспорт можно лишь в Чехии, вам туда надо." "Петька уже на крик срывается, "а как же я туда попаду? Меня даже от границы не отпускают, и я же и в Австрию въехать то не могу официально, а тут её ещё надо пересечь и в Чехию въехать. Чего делать?" "Извините, позвоните утром, тогда консул будет, может чего и присоветует." "Спасибо, утешили."

Ситуация хуже некуда. Скорее всего, даже в самом лучшем случае, это надо делать хороший крюк. А значит вернутся они домой однозначно позже. Естественно всё это значит что Петьке грядёт очень неприятное объяснение с руководством, ибо человек он на производстве очень ключевой и его уже давно ждут, не дождутся.

Уже в н-цатый раз обыскивают машину. Ясное дело, тона в общении несколько повышенные. Танюха говорит "а ну, отдай ка мне все паспорта, пока ты и их не посеял. Маша растеряша." Он в ответ огрызается "Мать, чем на мозг капать, лучше бы помогла искать." Тёща начала встревать, ситуация накаляется. Одно хорошо, пацаны дрыхнут без задних ног, а вот дочурка встала.

"А что вы делаете? Почему мы не едем?" "Спи Катенька, мы с папой и бабушкой книжечку ищем." "А какую книжечку?" "Ну обыкновенную, вот такую." и Танька девочке паспорт показывает. "Видишь там ещё фотография твоя есть. Ты давай, спи"

И Катенька гордо заявляет "а у меня тоже такая книжечка есть. С папочкиной фотографией." И из под своей подушки достаёт пропавший паспорт.

В автодоме мёртвая тишина, все лишь воздух глотают. Петька хрипло "Катенька, ну зачем, зачем, зачем? Для чего ты мой паспорт взяла?" "Я проснулась, все спят, только ты машину ведёшь. Но я знаю, тебя за рулём отвлекать нельзя, а мне страшно. Я и взяла книжечку потому что захотела с твоей фотографией спать. Ведь если мне страшный сон приснится, а твоя фотография со мной, ты же меня защитишь всегда. Ведь правда папочка?" и смотрит доверчиво.

Петька в ту ночь прибавил себе добрый клок седых волос. Жену спать отправил, а сам вёл автодом всё ночь. На сон совсем не тянуло. Самое удивительное, что настроение было преотличное. Лишь глаза иногда слезились. Oт кондиционера наверное...

06.09.2017, Новые истории - основной выпуск

Урок

Мой отец учился в конце 1960х в МИСИСе. Ясное дело там была военная кафедра, готовили будущих офицеров-танкистов. Не знаю как сейчас, а тогда, отец говорит, гоняли курсантов во время кафедры не на шутку и учения бывали очень серьёзные. И вот во время каких-то учений был сложный переход, потом куча каких-то заданий, потом ещё чего-то. Все курсанты вымотанные до нельзя, в глазах аж темно, а просвета не видно.

И надо было их обычному преподавателю куда-то отлучиться. Надо сказать что их обычный препод с кафедры был такой военный профессор, академию закончил, супер-дупер важный дядька. Теорию знал на пять и умные фразы говорил. Взамен над их группой принял коммандование другой преподаватель, Александр Петрович Оськин. Знаменит Александр Петрович был на весь институт (да и пожалуй на всю страну) хотя бы тем что в 1944-м он первым подбил "Королевский Тигр".

Он посмотрел на измотанных курсантиков и сказал "Теперь мы будем изучать практическое преодоление водных преград. Всем раздеться." и сам разделся. А потом заорал "на штурм... Айда в реку." И побежал со всеми купаться. Час купания в реке, и весь состав был бодрым и весёлым. Как будто заново родились. Все остальные задания закончили чётко, на ура.

А под конец дал будущим офицерам лучший урок за все годы военной кафедры, и всего одной фразой - "Солдата, братцы, понимать надо."

Что ещё можно сказать? Пожалуй нечего.
Достойный был человек.

21.06.2018, Новые истории - основной выпуск

Пару недель назад тут была отличная история https://www.anekdot.ru/id/948021 и она заставила вспомнить нечто издалека похожее из истории моей семьи. Хотя финал, хвала Всевышнему, был другой, и всё же. Сначала этот текст я писал для себя, может когда нибудь дети прочтут. Потом подумал, решил поделиться. Будет очень длинно, так что тем кто осилит буду благодарен.

"Судьба играет человеком..."

Война искарёжила миллионы судеб, но иногда она создавала такие сюжеты, которые просто изложи на бумаге и сценарий для фильма готов. Не надо выдумывать ничего, ни мучиться в творческих потугах. Итак, история как мой дедушка свою семью искал.

Деда моего призвали в армию в сентябре 1940-го, сразу после первого курса Пушкинского сельскохозяйственного института. Обычно студентов не брали, но после того как финны показали Советской армии где раки зимуют в Зимней Войне, то начали призывать в армию и недоучившихся студентов. Впрочем... наверное я неправильно историю начал. Отмотаем всё на 19 лет назад, в далёкий 1921-й год.

Часть Первая - Маленькая Небрежность

Началось всё с того что мой дед свой день рождения не знал. Дело было простое, буквально через неделю-полторы после того как он родился, деревня выгорела. Лето, сухо, крыши из соломы, и ветер. Кто-то что-то где-то как-то не досмотрел, полыхнуло, и глянь, почти вся деревня в огне. Дом, постройки, всё погибло, лишь кузня осталась. Повезло, дело утром было, сами спаслись. Малыша регистрировать, это в город надо ехать. Летом, в горячую пору, можно сказать потерянное время. В себя придём, время будет, тогда и зарегистриуем. Если мелкий выживет конечно, а это в те годы было далеко не факт.

Отстроились с горем пополам. В следующий раз в город прадед выбрался лишь в конце зимы. И сына записал, что родился мол Мордух Юдович, 23-го февраля, 1922-го года. А что, день хороший, запомнить легко, не объяснять же очередному "Ипполиту Матвеевичу" что времени ранее не было. Дед сам об этом даже и не знал долгие годы, прадед лишь потом поделился. На дальнейшие дедовы распросы, "а какая же настоящая дата моего рождения?" отец с матерью отвечали просто, "Ну какая теперь разница? Да и не помним мы, где-то в конце июля."

Действительно, разница всего 7 месяцев, но они как раз и оказались весьма ключевыми. Был бы малец записан как положено, в сентябре 1939-го шёл бы в армию, а там война с финнами, и кто знает как бы судьба сложилась. А так, на момент окончания школы, ему официально 17 с половиной лет. Поехал в Ленинград в институт поступать. Конечно можно было и поближе, как сестра старшая, Рая, что в Минск в пединститут подалась. Но в Ленинграде дядька проживает, когда летом в деревню приезжает родню навестить, такие чудеса про этот город рассказывает.

На кого учиться? Да какая по большому счёту разница. Подал документы в Военно-Механический. Место престижное конечно, желающих немало, но думал повезёт. Но не поступил, одного балла не хватило. Возвращаться домой не поступивши стыдно, даже невозможно, ведь там ждут будущего студента. Что делать? Поступать в другой институт? Так уже пожалуй поздно. Впервые в жизни сгустились тучи.

Но подфартило, как в сказке. Оказывается бывали институты куда был недобор. А посему "охотники за головами" ходили по другим ВУЗам и искали себе студентов из "отверженных." Так расстроеного абитуриента обнаружил "охотник" из Пушкинского сельскохозяйственного института.
- "Чего кислый такой?"
- "Не поступил, что я дома скажу?"
- "Эка беда. К нам пойдёшь?"
- "А на кого учиться?"
- "Агрономом станешь. Вся страна перед тобой открыта будет. Агроном в колхозе большая фигура. Давай, не пожалеешь. А экзаменов сдавать тебе не надо, твоих баллов из Военмеха вполне достаточно. Ну что, договорились?"
Тучи развеялись и засияло солнце. Теперь он не постыдно провалившийся неудачник, а студент в почти Ленинграде. И серьёзную профессию в руки возьмёт, не хухры мухры какие-то.
- "Конечно согласен."

Год пролетел незаметно. Помимо учёбы есть чем себя занять. На выходных выбирался в город, помогал тётушке пивом из бочки и пироженными торговать супротив Мюзик-Холла. Когда время свободное было ходил по музеям и театрам, благо места на галерке копейки стоили. Бывал сыт, пьян, и в общагу бидон с пивом после выходных приносил, что конечно способствовало его популярности.

Учёба давлась легко... почти. По математике, физике, химии, и гуманитарным предметам - везде или пять или твёрдая четвёрка. Единственный предмет который упрямо не лез в голову - биология. Там, не смотря на все старания, красовалась жирная двойка.

Казалось бы, фи - биология. Фи то оно, конечно, фи, но для будущего агронома это предмет наиважнейший, ключевой. Проучился год, и из всего курса запомнил лишь бесовские заклинания "betula nana" и "triticum durum", что для непосвящённых означало "берёза карликовая" и "пшеница твёрдая." Это конечно немало, но для заветной тройки явно недостаточно. Будущее снова окрасилось мрачными тонами, собрались грозовые тучи и запахло если не отчислением, то пересдачей. Но кто-то сверху улыбнулся, снова повезло - спас призыв.

Биологичке, уже занёсшей длань дабы поставить заслуженную двойку за год, студент хитро заявил:
- "Пересдавать мне некогда. Я в армию ухожу, Родину защищать буду. А потом конечно вернусь в любимый институт. Может поставите солдату тройку?"
- "Ладно, чёрт с тобой, держи трояк авансом. Только служи на совесть."
И тучи снова рассеялись и засияло солнце.

В армию пошёл с удовольствием. Это дело серьёзное, не книжки листать и нудные лекции слушать. Кругом враги точат зуб на социалистическое государство, а значит армия это главное.
- "Кем служить хочешь?" насмешливо поинтересовался военком.
- "Всегда хотел быть инженером. Может есть инженерные войска?" робко спросил призывник.
- "Как не быть, есть конечно. Да ты из Беларусии, вот как раз там для тебя есть местечко. Гродно, слышал такой город?"

Перед самой армией побывал чуток дома, родных повидал. При расставании бабушка подарила ему вещмешок, сама сшила. Сказала "храни, принесёт удачу. Ты вернёшься, а я чую что тебя уже больше не увижу." Ну и мать с отцом обняли "Ты там служи достойно, письма писать не забывай."

Попал призывник в тяжёлый понтонный парк под Гродно. Романтика о службе в армии вылетела очень быстро, а учёба в институте вспоминалась с умилением и тоской. Даже гнусная биология перестала казаться такой отвратной. Гоняли солдатиков нещадно, и в хвост и в гриву, уж очень хорош недавний урок от финнов был. Учения, марши, наряды, и снова марши, и снова учения. Понтоны штуки тяжёлые, таскать их радости мало. Вроде кормили неплохо, но для таких нагрузок калорий не хватало. Одно спасало, изредка приходили посылки из дома, там был кусковой сахар. На долгих маршах кусочек потихоньку посасывал, помогало.

Полгода пролетело. Хотя и присвоили звание ефрейтора, но радости было мало. На горизонте было весьма сумрачно, но как обычно появился очередной лучик солнца. Пришёла сверху разнарядка "Предоставьте солдат и сержантов в количестве 20 штук из тех у кого есть неоконченное высшее образование для прохождения курсов младшего комсостава. Окончившим курсы будет присвоено воинское звание младший лейтенант."

Это шанс. Однозначно по службе послабление будет. Неоконченное высшее, так оно есть. А самое главное, курсы то будут в ставшем таким родным Ленинграде. "Хочу, возьмите." И снова лучик солнца сквозь тучи пробился. Повезло, приняли, стал солдат курсантом. Родителям написал, "гордитесь, сын ваш скоро будет красным командиром." Дядьке с тётушкой тоже весточку послал "ждите, скоро буду в Ленинграде."

В апреле 1941-го курсантов со всей страны собрали в Инженерном Замке. Сердце пело и жизнь сверкала всеми цветами радуги. Учиться в Ленинграде на краскома это вам ребята не понтоны таскать. Так сказать, две больших разницы. А главное, от Инженерного Замка до Кировского Проспекта, 6 где дядюшка с тётушкой обитают, чуть ли не рукой подать. "Лепота. Это я удачно на хвост упал." рассуждал курсант. И почти сразу же мечты были разбиты.

Конечно изредка занятия бывали и в Инженерном Замке, но в основном курсанты базировались в Сапёрном. А где ещё будущих сапёров держать? Там им самое место. А курсы оказались ох не сахар, и уж никак не легче чем обыкновенная служба. Увольнительных почти не давали, да и те кто получал, редко имел возможность добраться до Ленинграда. Настоящее уже не казалось таким замечательным, но в будущем виднелись командирские кубики, и это прибавляло силы. Родителям изредка писал, "учусь, ещё несколько месяцев осталось, всё нормально."

А 22-го июня, 1941-го мир перевенулся. Хотя о войне с возможным противником говорили на политзанятиях и пели песни, была она неожиданной. Курсантов срочно собрали в Инженерном Замке на митинг. Там звучали оптимистичные речи и лозунги: "Дадим жёсткий отпор коварному врагу" твердил первый оратор. "Разобьём врага на его же территории" вторил замполит. "Куда немчура сунулась? Да мы их шапками закидаем." уверенно заявлял комсорг.

"Товарищи курсанты" огласил начальник курсов. "Мы теперь на военнном положении и вы передислоцируетесть под Выборг, будете строить защитные рубежи на случай если гитлеровские подпевалы, белофинны, посмеют нанести там удар. Все по машинам." Отписаться и сообщить семье не было не малейшей возможности. Тучи сгустились и стало мрачно как никогда раньше.

Часть Вторая - Эвакуация

А вот в родной деревне всё было непросто. Рая, старшая сестра, только закончила 4-й курс и была на практике в Минске. Дома оставались отец, мать, две младшие сестры (Оля и Фая), бабушка, и множество дядьёв, тёть, и двоюродных. У всех был один вопрос "Что делать?"

Прадед был мужик разумный и рассуждал логично. Немцев он ещё в Первую Мировую повидал пока их деревню оккупировали. Слово плохое грех сказать. Культурные люди, спокойные. Завсегда платили честную цену. Воровать ни-ни, мародёров сами наказывали. А идиш, так это почти немецкий. Бежать? Так куда? Да и зачем? Да и как уехать, лошади нет, старшая дочка не пойми где. Слухами земля полнится, дескать Минск бомбят, может уже сдали. Не бросать же её. Жива ли она вообще?

Нет, ехать решительно невозможно. Матери 79 лет, хворает. Братья - один в Ленинграде, другой в Ташкенте, а их жёны с детьми тут. Причём Галя, которая ленинградская, на сносях, вот вот родит. Подождём. Недаром народная мудрость гласит "будут бить, будем плакать."

Одна голова хорошо, но посоветоваться не грех. Поговорил со стариками и даже с раввином. Все в один голос твердят. "Ну куда ты помчишься? От кого? А то ты немцев не видал, порядочный народ. Да может колхозы разгонят, житья от них нету. Уехать всегда успеешь." Убедили. Одно волновало, что с дочкой? Хоть и не маленькая уже, 21 год, но всё же спокойнее если рядом.

Так в напряжении прожили 9 дней. А на десятый она пришла. Точнее, доковыляла. Рассказала ужасы. Минск бомбили, город горит, убитых масса. Выбралась в чём была, из вещей лишь личные документы. Чудом поймала попутку что шла на Гомель. Потом шла пешком и заблудилась. Далее крестьяне на подводе добросили до Довска. После опять пешком брела. Туфельки приказали долго жить, сбила все ноги до костей, а это худо. Зато теперь семья вместе, а это очень даже хорошо.

Иллюзий у прадеда поубавилось, но решимости ехать всё равно не было. Конец сомненьям положил квартирант, Василий. Когда сын в Ленинград уехал, его комнатушку решили сдать и пустить жильца. Прабабушка о нём хорошо заботилась, и подкармливала, и обстирывала. Вася был нездешний, откуда-то прислали. Сам мужик партейный, активист, работал в сельсовете. По национальности - беларус, но на идиш говорил не хуже любого аида, а на польском получше поляков.

"Юда" сказал он "ты знаешь как я к тебе и твоей семье отношусь. Скажу как родному, плюнь на речи раввина и этих старых идиотов-советчиков. Поверь мне, будет худо, это не те немцы. И они тут будут скоро, не удержим мы их. Пойми, тех немцев что ты помнишь, их больше нет. Сам не хочешь ехать, поступай как знаешь, но девок отправь куда подальше отсюда. Пожалей их." Удивительно, но прадед послушал его, уж больно хорошо тот умел убеждать (Василий потом ушёл в партизаны, прошёл всю войну, выжил. Потом опять долгие годы в администрации колхоза работал. Больших чинов не нажил, но уважаем был всей деревней, пусть земля ему пухом будет.)

Решили ехать, тем более что стало чуток легче. Одна невестка с двумя детьми в одно прекрасное утро исчезла не сказав никому ни слова. Как после оказалось, деньги у неё были. Она втихую наняла подводу, добралась до станции, и смогла доехать как то до Ташкента и найти мужа (кстати её сын до сих пор здравствует, живёт в Питере). Прадед тоже нанял подводу, и целым кагалом поехал. Жена, 3 дочери, мать, невестка с сыном, сам восьмой. Куда ехать, ясного мало, но все вроде рвутся на станцию.

А там ад кромешный. Народу сотни и тысячи. Поездов мало, куда идут непонятно, время отправки никто не знает, мест нет, вагоны штурмуют, буквально по головам ходят. Кошка не пролезет, не то что семью посадить с бебехами. Тут прадед хитрость придумал. Пошёл к домику где начальство станции, и начал в голос причитать. "На поезд не сесть, уехать невозможно. Осталось одно, лишь с горя напиться." Просильщиков было много, их уже работники станции уже и не слушали, но тут встрепенулись, ведь о водке речь зашла. А водка во все времена самая что ни на есть твёрдая валюта. "Есть что выпить?" "Есть пару бутылок, коли посадите на поезд, вам отдам." "А ну пошли, сейчас место будет."

Места действительно нашлись. Счастье, чудо из чудес. Можно смело сказать - спасение. Но тут, невестка учудила "каприз беременной."
-"Никуда не поеду." вдруг заявила.
-"Ты что, думай что говоришь? Тут место есть, потом и слезами добытое. Уезжать надо." - орал прадед.
- "Нет, я не поеду. Хочу к сестре, она тут недалеко живёт. Вы езжайте, а я с сыном к ней пойду."
А поезд вот-вот отправится. Невестку жалко, племянника тоже, всего 12 лет ему, но своих дочерей и жену жалче не менее.
- "Ты уверена, давай с нами?" уже молит прадед и слышит твёрдое "нет."
Это худо, но стало куда хуже.
- "Я тоже не поеду. С ней остаюсь. Ей рожать скоро. Помогу как могу. Мне помирать скоро, а я вам в дороге дальней обузой буду." - заявила мать.
- "Мама, ты что?"
- "Езжай сынок, вас благославляю. Но я остаюсь, а вам ехать надо. Внучек спасай. Мотика (это мой дед) если доведёт Господь увидеть, поцелуй за меня." и вышла из вагона. Тут и поезд тронулся.

(К истории этот параграф отношения не имеет, но всё же... Что произошло на станции, рассказать некому. Скорее всего невестка и прапрабабушка банально друг друга потеряли в этом Вавилонском столпотворении. После войны прадед много расспрашивал и выяснил:
1) Невестка с племянником добрались до её сестры. Та уезжать не захотела. Их так всех и расстреляли через пару недель около Рогачёва.
2) Прапрабабушка как-то вернулась в деревню. До расстрела она не дожила. Младший сын соседей (старшие два были в РККА), Коршуновых, что при немцах подался в полицаи прадеду рассказал следущее. Мать вернулась и увидела что из её дома соседи барахлишко выносят. Начала возмущаться, потребовала вернуть. Они её и зарубили, прямо во дворе собственного дома.
3) К деревне согнали несколько таборов цыган. Расстреляли 250 человек. Евреев сначала согнали в одну часть деревни и держали там несколько дней. Потом расстреляли и их, почти 500 человек. Среди них и дедовы дядя, тётя, и двое двоюродных.
Долгое время там просто был холмик, только местные знали что под ним лежит. В конце 1960-х на братской могиле поставили памятник. Лет 30+ назад я его видел, хотя и мелким был, но запомнил.)
Самого Коршунова потом судили за службу в полиции. Он 5 лет отсидел, вернулся в деревню и работал трактористом. )

С поезда на поезд, пересадка за пересадкой, и оказался прадед с семьёй около Свердловска. Километров 250 от него есть станция Лопатково, там и осели. Прадед нашёл работу в колхозе кузнецом. Могли изначально хороший дом и корову купить, денег как раз впритык было, но прабабушка возмутилась "Один дом и корову бросили, потом ещё один бросать. А денег не будет, с чем останемся? Да и всё это закончится через месяц-другой." В итоге приобрели какую-то сараюху, только что бы как то летом перекантоваться. Через пару месяцев оставшихся денег еле-еле хватило на несколько буханок хлеба. Но живы, а это главное. Одно беспокоило, а что с сыном. От него ни слуху ни духу.

Страшная весть пришла в январе 1942-го. Она гласила "Командир взвода, 224-й дивизии, 160-го полка, младший лейтенант М.Ю.П. пропал без вести при высадке десанта во время Керченско-Феодосийской операции."

Часть 3. Потеряшка

А курсанта водоворот событий понёс как щепку. Все курсачи рыли окопы, ставили ежи, минировали дороги у Выборга примерно до середины августа 1941-го. А потом внезапно одним утром пришёл приказ, "срочно обратно, в Ленинград. Курсы будут эвакуированны. К завтру вечером что бы были в Ленинграде как штык."

Машин не дали, сказали "транспорта нет. Невелики баре, и пешком доберётесь, вперёд." Это был первый из трёх дедовских "маршей смерти". Август, жара, воды мало, голодные, есть лишь приказ. От Выборга до Ленинграда 100 километров. И шли без остановки, спя на ходу, падая от усталости, солнечных ударов, и обезвоживания. Кто посильнее, тащил на себе ослабевших. Последние километров 15-20 большинство уже шло в полусознательном состоянии, с закатившимися глазами, и хрипя из последних сил. Каждый шаг отдавался болью, но доползли, никого не бросили.

Тут сверкнул небольшой лучик солнца. Объявили, курсы переводят в Кострому, отъезд завтра утром. В этом бардаке, ночью, он чудом смог выбраться к дяде на Петроградку на несколько минут, сказал что их эвакуируют, и попрощался. Повезло однозначно, за неделю-полторы до того как смертельное кольцо блокады сомкнулось вокруг Ленинградов, курсантов вывезли.

В Костроме пробыли совсем недолго. Учить их было некогда, а младшего комсостава на фронте не хватало катастрофически, ведь их выкашивало взводных как косой. Всем курсантам срочно бросили по кубику на петлицу и распределили. Тем кто учился получше дали направление на должность комроты, кто похуже комвзвода, и большинство новоиспечённых краскомов отправились на Кавказ ( https://www.anekdot.ru/id/896475 ).

Хотел с Нового Афона родителям отписаться, что мол жив-здоров, а куда писать? Беларуссия уже давно под немцами. Да и вопрос большой живы ли они? Что фашисты с мирным населением в целом творили, и с евреями в частности он прекрасно осозновал. В сердце теплилась надежда, что "вдруг" и "может быть" ведь батя мужик практичный, может и придумает чего. Но мозг упрямо твердил, чудес не бывает, сгинули родители и сестрички как и сотни тысяч других в этом аду. А когда пару аидов встретил и их рассказы услышал, последние иллюзии пропали, понял - остался он один.

Весь горизонт заволокли грозовые тучи. В душе поселилась ненависть и злоба и... удивительное дело, страх исчез совсем. В одночасье. Раньше боялся что погибнет и мама с папой не узнают где, а теперь неважно. "Выжить шансов нет", решил. В 19 лет себя заранее похоронил. Как оно пойдёт, так и будет. Об одном мечтал, хоть немного отомстить и жил этой мыслью.

А далее был Керченско-Феодосийский десант, был плен, и был побег ( https://www.anekdot.ru/id/863574 ). И снова подфартило как в сказке, выжил, видно кто-то сильно за него молился. И в фильтрационном лагере повезло стал бригадиром сотни. Хоть и завшивел и голодал, но даже не простудился. Более того, проверку прошёл и звание не сняли. Ну и как вишенка на торте, тех кто успел проверку пройти, отправили снова на Кавказкий фронт, вывезли из Крыма за пару недель до того как его во второй раз немцам сдали. Большой удачей назвать приключение трудно, но на этом свете лучше чем на том, так что уже хорошо.

Получил новые документы (https://www.anekdot.ru/id/923478 ) и...еврей Мордух Юдович исчез. Теперь появился на свет совсем новый человек, беларус - Михаил Юрьевич. Документы то конечно новые, но на душе легче не стало. Оставалось одно, стиснуть зубы, воевать и мстить.

За чинами не гнался. Воевал как умел и на Кавказе, и под Спас-Демьянском, и под Смоленском. Когда надо в атаку ходил ( https://www.anekdot.ru/id/884113 ), когда надо на минные поля ползал. "Спины не гнул, прямым ходил. И в ус не дул. И жил как жил. И голове своей руками помогал." Почти два года на передовой, лейтенантом стал, и даже ранен не был.

"Счастливчиком" его солдаты и офицеры называли, ибо везло необычайно. У всех гибло 30-40% состава, а у него по 2-3 бойца за задание. Самые низкие потери из всех взводов в батальоне. А солдаты и командиры же видят кому везёт, так везунчиков почаще на задания посылают, дабы потерь поменьше было. Но про себя знал, не везение это. Злоба и ненависть спасают. "Чуйка" звериная появилась, опасность кожей чувствовал. Если жив до сих пор, то лишь потому что бы кому мстить было.

Однажды, в середине 43-го мысль мелькнула, узнать а как дядька в Ленинграде? То что любимый город в блокаде он осознавал, но удивительное дело, говорят что письма иногда туда доходят. Знал что там худо, голодно и холодно, но город держится. А дядька-то хитрец первостатейный, этот и на Северном Полюсе устроится ( https://www.anekdot.ru/id/898741 ). Чем чёрт, не шутит, послал письмецо. О себе рассказал, что жив-здоров, и спросил, может о родителях и сестричках знает чего? И чудо из чудес, в ответ письмо получил прочитав которое зашатался и в глаза ослепительно ударило солнце.

Часть 4. Сердце матери.

Семья в Лопатково осела, прадед работать начал. Голодно, холодно, но ведь живы. Отписался брату в Ленинград, рассказал и о матери и что его жена с ними эвакуироваться не пожелала. Спрашивал может о Моте весточка какая есть, ведь он в Ленинграде учится. Тот ответил, что курсантов эвакуировали в Кострому, а большего он не знает. Стали переписываться, хоть и не часто, но связь держали. Низкий поклон почтальонам тех времён, не смотря на блокаду доходили письма в осаждённый город и из города на Большую Землю.

Прадед и прабабушка за поиски взялись. О том что сын на Кавказ направлен выяснили, благо на каких курсах сын учился они знали. Запросы слали и вот ответ пришёл о том что "пропал ваш сын без вести." (впрочем каким он ещё мог быть, ведь Мордух Юдович действительно исчез, по документам теперь воевал совсем другой человек). Прадед почернел, но крепился, ведь он один мужик в семье остался. Ну а мать и сёстры белугой ревели, бабы - ясное дело. А потом жинка стала и веско молвила "Мотик жив, сердце матери не обманешь. Не мог он погибнуть. Никак не мог. В беде он сейчас, но жив. Я найду его." Прадед успокаивать её стал, хотя какое тут к чертям собачьим успокоение. А она как заклинание повторят "Не верю. Не верю. Не верю. Живой. Живой. Живой."

С тех пор у неё другая жизнь началась. Надеждой она жила. Хоть семья голодала, мать стала "внутренний налог" с домашних взымать. Экономила на чём могла, сама не ела, но изучила рассписание и к каждому составу с раненными выходила. Приносила когда хлеба мелко нарезанного, когда картошки сваренной, когда кастрюлю с супом. Если совсем туго было, то всё равно на станцию шла, без ничего. Ходила от вагона к вагону, подкармливала ранненых чем могла и спрашивала лишь одно "С Беларусии кто нибудь есть? Из под Гомеля? Сыночка моего не видели? Не слыхали? Младший лейтенант П." Из недели в неделю, из месяца в месяц, в жару, в стужу, всё равно.

Прадед и дочери умом то всё понимали, убеждать пытались что без толку всё это. Самим есть нечего. Но разве её переубедишь? "А вдруг он голодает? Может его чья-то мать подкормит." твердила. Прадед после говорил, что она каждую ночь об одном лишь молилась, сына ещё разок увидать. А потом вдруг неожиданно свезло, солдатик один раненный сказал "В нашем батальоне лейтенант с такой фамилией был. О нём ещё недавно в "Красной Звезде" писали, правда имя и отчество не помню."

Эх лучше бы не говорил этих слов. Обыскались, но тот выпуск газеты нашли. Действительно лейтенант П., отличился, награждён Орденом Красного Знамени (большая награда на 1942-й год), назван молодцом, вот только имя и отчество в заметке не указаны. В газету написали, стали ответа ждать. Пришёл ответ, расстройство одно "данных об имени и отчестве у нас нет. И военкора что ту заметку писал тоже в живых уже нет." На матери лица нет, посерела вся. Ведь нету хуже ничего чем погибшая надежда. (К слову, в "Красной Звезде" та заметка была по дедова троюродного брата. Он погиб в самом конце 1942-го.)

Жизнь тем временем идёт. Даже свезло немного, старшая дочка в колхозе учительницей устроилась, хоть какая-то помощь с едой, ведь она карточки получает. И средняя дочка в Свердловске в мединститут устроилась, там стипендия, хоть и небольшая.

И вдруг как гром среди ясного неба, из блокадного Ленинграда прадедов брательник весточку прислал. "Жив твой сын" говорит. "Недавно письмо от него получил. Я ему отписался и твой адрес и данные сообщил." Прадед тут же ответ написал "Не верю. Ты сызмальства сказки рассказывать любил. Нам извещение пришло, что он пропал без вести. А что это значит, мы знаем. Матери я ничего не скажу, если вдруг неправда, то она просто не переживёт. Перешли нам его письмо."

Часть 5. Найдёныш.

Письмо от дядьки ошарашило. То что тот сам как нибудь выкрутится, тут сомнений мало было ибо дядька был мужик с хитерцой, его за рупь за двадцать не взять. Но что родители и сестры целы, вот чудеса в решете. Первым делом письмо написал в далёкое Лопатково, что дескать жив, здоров, имя-отчество у него теперь другое, по званию он нынче лейтенант, служит сапёром в 1-ой ШИСБр (штурмовая инженерно-сапёрная бригада), взводом командует, даже орден имеется. Воюет не хуже остальных, только скучает сильно. А главное, пускай знают что он аттестат оформит дабы они оклад его могли получать, ибо ему деньги не нужны. Ну а вторым делом, сей же час аттестат оформил. Стал ответа ждать.

Пока ждал, внутри что-то щёлкнуло. Нет, воевал как и прежде, но для себя понял, теперь что-то не так. Не может столько везения одному человеку судьба даровать. И сам целёхонек и семья цела. "Чуйка", она штука верная, должно что-то нехорошее произойти. Просто этого не избежать.

И как накаркал, у деревни Старая Трухиня посылают всю роту проходы перед атакой делать. Проходы смайстрячить, это дело привычное, завсегда ночью ползли, но изначально осмотреться следует. Днём до нейтралки дополз, в бинокль поизучал, понял, коварная эта высота 199.0. Здесь его фарт закончится однозначно, укрепления у немцев такие, что мама не горюй. Других вариантов конечно нет, но обидно, очень обидно погибать в 21 год, особенно ведь только семью нашёл, а повидать их уж не придётся. Написал ещё письмецо, не дождавшись ответа на первое. "Дорогие родители и сёстры. На опасное задание иду. Коли не судьба свидеться, то знайте, что я в родной Беларуссии."

Эх, не подвела "чуйка". До колючки добрались, да задел один солдат что-то, забренчало, загрохотало, и с шипением полетели в небо осветительные ракеты. Стало свето как днём, наши как на ладони и вдарили немцы из пулемётов и миномётов. Вдруг обожгло и рука стала мокрой и тут же онемела. Осколки в плечо и лопатку вошли, боль адская, и что ты сделаешь? Кровь так и хлыщет, сознание помутнилось, одно хорошо, замком Макаров не растерялся и волоком к своим потащил. Нет, не закончилась пруха, доползли до своих. Хоть и ночь, но казалось что солнца лучик сквозь тучи пробивает.

Рану промыли, какие могли осколки вытащили, перевязали и на санитарный поезд погрузили. Ранение тяжёлое, надо в тыл отправлять. Страна большая, госпиталей много. Как знать куда занесёт? В поездах уход плохой, рана загнила, обезболивающих нет, санитарки просто ложкой гной вычерпывают, больно и неприятно до ужаса. Опять тучи сгустились, все шансы есть что гангрена начнётся и до госпиталя просто не дотянет.

Из всех городов огромного Советского Союза, попал в госпиталь ... в Свердловске. "Операцию надо срочно", врач говорит. "Завтра оперировать будем. Осколки удалили не все. Надо и рану хорошенько промыть и зашить. Ты пока с силами соберись, тебе они завтра понадобятся. Если чего надо, ты санитарок зови."

Лежит, чувствует себя весьма погано. Сестричек позвал, попить дали. "Вы откуда?" спросил. "Да мы тут в мединституте учимся. Практика у нас." Вдруг как громом ударло, дядино письмо вспомнил где он о семье писал. "А вы девчонку такую, Оля П. не знаете? На втором курсе у вас думаю учится. Не сочтите за труд, узнайте. Коли найдёте, скажите что её брат тут."

На утро операцию сделали, а когда очнулся около постели сестра Оля с подружкой сидели. Впервые за долгие годы заплакал. На маршах смерти стонал, но слёз не было. В расстрельной шеренге губы до крови кусал, но глаза сухие были. Друзья и товарищи гибли, и то слёзы в себе держал. Даже когда ранило, и то не плакал. А тут разрыдался как маленький.

Тучи окончательно рассеялись, и ослепитально засияло солнце, хоть и хмурый ноябрь на дворе. Выздоровел через пару месяцев, выписали. В Лопатково на целый день съездил (https://www.anekdot.ru/id/876701 ). Через долгих 3.5 года наконец родителей и сестёр обнял. Целый день и целую ночь с мамой, папой, и сестричками под одной крышей провёл. Это ли не настоящее счастье? А как мать расцвела, как будто помолодела лет на 25.

Далее с его слов "А что до конца войны оставалось "всего" полтора года, так и потерпеть можно. Ведь главное что семья жива и в безопасности. Полтора года войны, да разве это срок, можно сказать "на одной ноге отстоял." И хоть опять был фронт, Беларуссия, Польша, Пруссия, Япония, минные поля, атаки, ордена, ещё ранения, но солнце продолжало светить ярко. И "чуйка" громко говорила, "Ты вернёшься. Вернёшься живой. И семья тебя будет ждать. Всё будет хорошо."

Что ещё сказать? Пожалуй больше нечего.

Рейтинг@Mail.ru