Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+

Лучшая десятка историй от "волжанин"

Все тексты от "волжанин"

03.10.2017, Новые истории - основной выпуск

Давно это было. Или: Очень короткая командировка.
Середина восьмидесятых. Перестройка еще не объявлена, страна едина и неделима, оборонка крепко стоит на своих ногах. Мы вносим свой посильный вклад в оборону Союза.
Инженеры, попавшие в различные «закрытые» институты, очень быстро разделялись на перспективных и бесперспективных, и каждый получал свою жизнь и судьбу.
Одним доставались уборки урожая, всевозможные стройки и какая-то скрытая работа – вроде и ничего не делает, а все время занят и конце дня с ног валится.
Перспективный инженер получал: ненормируемый рабочий день, бесконечные зависания на производстве, обрастал категориями и допусками, имел весьма приличную зарплату (мы очень сильно удивлялись над Гребенщиковым: «Я инженер на сотню рублей и больше не получу»), возможность неуемного творчества (в строгих рамках технического задания), и еще он ездил в командировки. Скажем прямо: очень много ездил. В командировки ездили в закрытые, полузакрытые и открытые города. В смежные институты и на заводы, а некоторые даже в экспедиции (почти кругосветные) попадали. Курсы повышения квалификации, обучение. Некоторые в командировках влюблялись и по возвращении бежали в ЗАГС (или суд) жениться (разводиться). В общем, доверили тебе командировку – ты почти перспективный инженер, вернешься – посмотрим, насколько велики твои перспективы.
Командировки были приятные (Крым в начале сентября), не очень приятные (Кольский в конце августа), короткие и длинные (от суток до двух месяцев)
И, конечно, командировки делились на важные, очень важные и архиважные. В архиважные командировки молодых и перспективных не берут – рано. Туда едут супермены кульмана и ватмана, гиганты разработок, создатели, творцы.
Вот два таких творца-основателя, инженеры высочайших надкатегорийных категорий и отправились в город Ленинград с чертежами уникального изделия, в портфеле, засекречено-запечатанном (и не только пластилином, но и сургучными печатями даже), на утверждение и согласование.
Конечно, просто так ехать в командировку с чертежами инженерам никто не позволит (а потеряет вдруг, или, что еще хуже, шпион какой похитит), существует четкий регламент проведения таких командировок – мозги отдельно (самолетом), чертежи отдельно (фельдъегерями). Но на этот раз отработанная система дала сбой, и инженеры поехали в Питер поездом, с документами и в сопровождении представителя заказчика (офицер ВМФ) и сотрудника службы ПДИТР (переводится как служба противодействия иностранным техническим разведкам), обеспечивать безопасность документов и оберегать наших творцов от ненужных контактов. Можете не сомневаться, бравая четверка была прекрасно знакома друг с другом, все пересекались, но четверо сразу – впервые.
Уютное купе, приятный коллектив, отличная для Волгограда летняя погода (всего + 28º), окно открыто – все располагало к дружескому общению и легкому ужину. К нему и приступили.
Идея, подкупающая своей новизной, была озвучена военмором – предложено было кратко, но емко: «Парни, по полтинничку?» Гиганты мысли не колебались – наше кредо «Всегда»! Долго убеждали сотрудника спецслужбы (я так думаю, минут пять). Консенсус был достигнут. Конечно, одним полтинничком не ограничились, а может их было и не два, потекла неторопливая негромкая беседа о важности каждого члена этого маленького коллектива для великой страны. Офицер ВМФ вдруг высказал тезис о наиважнейшей роли флота и его лично персоны в судьбах Родины, инженеры не согласились, сотрудник с достоинством хранил молчание. Постепенно изменилась тональность, возросла громкость, да и тембры стали другими – беседа переросла в спор. Волшебного зеркальца (Кто на свете всех милее, всех румяней и белее, а?) не нашлось. Начали соревноваться в интеллекте, крепости мускулов и прочих достоинств. Высказывались аргументы и контраргумены, приводились доводы, разбивающиеся о контрдоводы, сотрудник продолжал молчать, он будто отсутствовал здесь.
Кто-то из конструкторов предложил для разрядки напряженности хлопнуть еще совсем чуть-чуть и баиньки, все согласились, и после промежуточного финиша встал наш «агент 007, многократно усовершенствованный» и выдал:
– Только Я, Я здесь способен на сильный, по настоящему сильный ПОСТУПОК.
С этими словами он схватил засекречено-запечатанный портфель и выбросил его в открытое окно. Поступком восхитились, но документы попросили вернуть. Впрочем, было уже поздно – настоящий герой спал мертвым сном. Близко к сердцу не восприняли, ну пошутил же, сейчас влетит портфель обратно и все будет хорошо, бабахнули еще и уснули тоже. Наступило «хмурое утро»: все подозревают, что-то случилось, но никто не помнит, что именно. Вернулся морячок, умытый бритый (легкий запах одеколона), ухмыльнулся и спросил:
– Мистер Бонд, а что, вы секретные документы всегда после нескольких рюмок в окно поезда, идущего на полном ходу, выбрасываете? Неизящно, батенька, зашибить кого-либо могли.
Батенька, рухнувший на полку, несколько раз изменил цвет лица, застучал зубами, затрясся всем телом, начал заикаться (он мрачнел, он худел, но никто ему по дружески не спел: капитан, капитан – улыбнитесь!) и прохрипел или просипел:
– Как?
Ему объяснили, как. Долго не верил, потом вдруг резко сдался и вымолвил слово созвучное «Трындец».
Дальше была высадка из поезда, звонки начальству и отцам-командирам, пришедших от этой благой вести в состояние ярости и восторга одновременно, приказ прекратить командировку и ждать решения своей участи в Тамбовской области, в Жердевке.
Как всегда, на поиск подключили госбезопасность, милицию и солдат, искали долго и трудно, нашли с неповрежденными печатями, кто-то из солдат получил внеочередной отпуск, а наши супермены получили надежду на тяжелый испуг, а не на тюремный срок. Впрочем, высекли всех морально и физически без учета регалий и орденов:
• военный моряк просто сменил место работы и уехал на Новую Землю или в какую-то другую страну Летающих собак;
• его прямого начальника ушли на пенсию;
• гиганты разработок отгребли по всей – они были лишены всех допусков и категорий, что автоматически превращало в бесперспективных (и слабо оплачиваемых) инженеров, без надежды возвращения обратно;
• попинали и главного инженера, в совокупности, чтоб понял и помнил;
• агента не посадили, но выдали «волчий билет», да такого уровня, что в дворники не возьмут и в ассенизаторы тоже.

P.S.: эту историю мне рассказал участник поисковых событий, тоже создатель и творец, он проверял идентичность найденного груза.

23.09.2017, Новые истории - основной выпуск

Бедоносец

Под седлом из радуг,
Разрушая свод,
Мчится Буревестник,
Гибель нам несёт! (DEEP PURPLE, Stormbringer: буревестник или несущий бурю)

Когда я вернулся домой из Сибири, то очень быстро попал в веселый, сплоченный коллектив, состоявший из одноклассников и сокурсников, собранных нашим шефом (моим одноклассником). Не был знаком только с двумя, и об одном из них эта история.
Ершов Виктор: обычный ровесник, тоже политехник, рыбак, любит преферанс в компании друзей, хороший коньяк и виски. Вроде всё. Но была в нем какая то странность – вот присел Виктор за компьютер и сразу же теряются навсегда файлы (самые нужные), перестают открываться дискеты (для тех кто помнит), а может и системный блок накроется или монитор сгорит. Или вот поедет он в качестве пассажира (только пассажиром) с коллегой – шиномонтаж, это минимум, а были оторванные зеркала, заклинившая коробка передач и прочее (до аварии пока не доходило). Ершов открывает бутылку шампанского – бурный фонтан, мокрые коллеги, ну просто награждение победителей гонок формулы-1 (но не первая тройка, а человек пять). По жребию пошел за водкой – в двух (из трех) бутылках оказалась вода (может быть даже чистая питьевая). Причем каких либо закономерностей не наблюдалось и не вычислялось: ни фазы Луны, ни атмосферное давление, ни времена года. Настроение шефа тоже не влияло – получив очень хорошую премию Витя пришел в восторг, споткнулся, махнул рукой и весь мой чай (хорошо, что остывший) оказался на моей белой и поглаженной рубашке. События происходи то чаще, то реже, но лично он не пострадал ни разу, только окружающие его.
Феномен Ершова раскрылся примерно через год. К нам на работу устроился Сергей Немов. Он был сокурсником и одноклассником Вити, но успел проработать полтора – два месяца не встречаясь с ним, ведь у каждого свой объект, и планерок еженедельных не было, шеф приезжал к каждому лично (и пылесосил, или химчистил мозги, всем отдельно), и встретились они на вечеринке посвященной дню энергетика. Реакция на встречу была очень разная (не побоюсь этого слова – полярная). Немов вздрогнул и побледнел, но Ершов увидев Сергея кинулся к нему, раз десять обнял, подкинул в воздух, и с криком: - Дружище, как хорошо, что ты с нами – заставил Серегу осушить нехилый кубок мальвазии (или еще какого то, другого напитка). После чего убежал к группе самых энергичных девушек – девушек с отдела главного энергетика.
- Серый, ты чо загрустил, а?
- Слышь, Волжанин, он «Бедоносец», ты никогда не замечал?
- Серый, ты выпил, что значит «Бедоносец»?
- А то и значит – он несет беды ко всем, с кем он общается!
- Серый, ну подробно, для тупых объясни, а?
- Ну слушай:
Мы с ним росли начиная с детского сада (на соседних горшках), и уже тогда у него было не все хорошо, то пальцы дверью кому то придавит, то компотом обольет, причем все совершенно случайно. В школе все усилилось, обиделся на учительницу, у той аппендицит с осложнениями – три месяца в больнице. Даже директор пострадал, не так посмотрел на него, и увольнение за какой то косяк. Но учился Витя без напряга, хорошо и очень хорошо, только несколько учителей со слабой нервной системой предпочитали оценку завысить, чтоб не бросил мальчик косой взгляд лишний раз. К восьмому классу от Ершова постепенно отступились даже школьники с низкой социальной ответственностью, ну хулиганы. Один вытряс карманные деньги у него, да и грохнулся с мокрой школьной лестницы, ломая себе кости и выбивая зубы. Другой провел спарринг с избиением, и тем же вечером попался на глаза патрульному наряду за совершением кражи, и колония распахнула гостеприимные двери.
- Серега, а ты не преувеличиваешь? У тебя просто какой то ужастик получается, в духе Стивена Кинга, только у него всем мстил за мальчика одушевленный автомобиль.
- Скорее преуменьшаю. Если рассказать все, то получится Большая Ужасная Энциклопедия, бубонная чума, торнадо и цунами в одном флаконе. Ты группу Дип Перпл помнишь? У них была песня Буревестник, ну или в вольном переводе – Несущий бурю, а Ерша начали звать Troublbringer – Несущий беду. В политехе упростили до «Бедоносец».
Студенты народ наблюдательный, своих героев знает весь поток, бедоносца вычислили, восхитились уникальностью и сразу обрадовались: в качестве оружия массового поражения против злых преподавателей (да, были и такие). Потом немного поразмыслили и поняли, учится, ездить в колхозы, это же всем вместе и он тоже будет с нами. Вначале он был всегда и везде с нами.
Первым делом в подшефном колхозе начался падеж скота и тотальный фитофтороз помидоров. Преподаватели, тоже наблюдательны, и Ершов получил освобождение от сельхозработ на пять лет.
Стройотряд. Витя отправлен домой через неделю, разрушив что-то совершенно неразрушаемое.
Военная кафедра, сборы в танковой части с вождением на полигоне (Вам еще не стало страшно?) результат: один танк сломан (заклинило сразу все и навсегда), другой он перевернул. Вот просто взял и перевернул. Танк. На полигоне, где только начинают учить вождению, там нет ни надолбов, ни рвов, ни водных препятствий, все это на другом – соседнем. Вот туда то он и проследовал - в танке сломалась связь. Ему орали, матерились срывая голос, но он не слышал: - Он видел цель и стремился к ней. Целью была была бетонная эстакада с наклонным въездом исъездом. Танк наехал на эстакаду одной гусеницей, задрал правый борт и перевернулся. Несколько офицеров танкистов обеспечивающих проведение этого мероприятия получили расстройства нервной системы средней и высокой степени тяжести.
Никто из тех, кто не был на этих сборах в это не поверил, да сейчас не верит, но начальник военной кафедры лично съездил к районному военкому и взял с того самую страшную клятву, что никогда Ершов не пойдет служить ни в армию, ни во флот. Двери на военную кафедру тоже закрылись перед ним. (Зачем нам враги, если есть такие друзья).
На нашем потоке традиционно училось много девчонок, и они задали себе один очень правильный вопрос: - А если он влюбится, а объект любви не заметит этой большой и чистой любви, или вообще отвергнет? Настала пора перемен решили наши красавицы и начали меняться. Исчезли мини юбки и обтягивающие джинсы, но появились мешковатые балахоны. Вместо причесок платочки, макияж не боевой, а камуфлирующий или нарочито отталкивающий, обгрызанные ногти и очечки с простыми стеклами. Увидишь такую и прям вздрогнешь и даже начнешь заикаться (хиджабы еще не были широко известны).
Правда в к четвертому курсу вроде все ослабло, но самый вредный препод перед экзаменом ушел в запой, другой поскользнулся, и сотрясение мозга (ну это люди – с кем не бывает), а препода по техмашу отбуцкали перед сессией выгнанные с пятого курса трое друзей. А что – осенний призыв еще не окончился, и армия надежно укрыла внеплановых бойцов (вылет с пятого курса политеха, перед дипломом, ну это как в лотерею машину выиграть).
- А дальше?
- Дальше мы лет пять не виделись, совсем. Разъехались по распределению: я на Урал, он в Балаково. Потом распределение закончилось, Союз распался, квартир не дали, и мы вернулись, причем с интервалом в один день. Встретились, обрадовались и Витька предложил: - А давай машины гонять с Эстонии, у нас ведь там свой человек, в Кингесепе, все схвачено. Два перегона прошли удачно, а в третьем он меня потерял.
- Это как?
- А вот так, слушай:
- Прилетели в Пулково, нас встретили, привезли в Кингисеп, оформили пропуска в Эстонию, обогрели (конец ноября), в баньке попарили, накормили-напоили и спать уложили. Проснулись в воскресенье, поехали под Нарву (авторынок там тогда был знатный), купили, растаможили и поехали. Первым вел я (вчера пил только пиво, и две кружки всего), Виктор с удовольствием спал. Через часов шесть я услышал: - А может хватит? Хватит, значит хватит, заваливаюсь на заднее сиденье, укрываююсь тулупом (в машине не жарко), и баиньки. Часа через три-четыре автомобиль останавливается, хлопает дверь (Ершов вышел облегчить душу, тело и мочевой пузырь). От хлопка дверью я просыпаюсь и решаю сделать тоже самое, выхожу, Витьку не вижу, делаю свое дело, вдруг слышу звук заводящегося двигателя, и автомобиль уезжает без меня. Мне одиноко (два часа ночи), холодно (- 1, - 2), а я в тонком спортивном костюме и в футболке. Начинаю соображать (атлас автомобильных дорог утром, перед выездом ведь очень внимательно изучил), километров в трех-четырех назад расположен стационарный пост ГАИ (ГИБДД будет позже), и руководствуясь принципом «Для бешенной собаки сто верст не крюк», бегу по шоссе. Бегать меня научили в армии, поэтому напевая про себя: «хорошо живет на свете Винни Пух, у него жена и дети – он лопух» перемещаюсь к посту. Добежал, на посту четверо, первый вопрос: - Какого хрена, здесь и сейчас, а, парень? Ответный монолог в стиле: - Сами мы не местные, ехали из Кингисепа, потерялись (в смысле Я потерялся). В ответ слышу: - Номер машины, куда идет? Назвал номер, направление движения, потом меня напоили чаем (горячим), и уложили спать со словами: «у тебя есть четыре часа, потом напарнику в дыню, за руль и домой, а сейчас спи – раньше он не вернется». Он вернулся через шесть часов, раскаяния на его лице не заметил, но и в дыню не дал.
- Это все?
- Нет, Волжанин, будет еще что то (что то страшное грядет, Рей Бредбери).
- А конкретнее?
- Ты сам увидишь.
Прошел год, Серега работал в г. Волжский, Ершов в заканалье, я в центре. Все тихо и спокойно.
Вместе со Славкой Федоренко, Виктор собрался на Дон, на рыбалку. Приехали, наловили, сварили рыбный суп, великим таинством превратили суп в уху, откушали и после утренней зорьки засобирались домой.
Сразу после отъезда на машине Виктора начал барахлить инжектор, и Славка добрая душа предложил буксировать Витькину машину своим джипом. Сказано сделано. Славкин TAHOI цепляет Витькину машину, и прет ее в сторону Волгограда.
Первый светофор, еще далеко до города, это еще только Н. Рогачик. Славка останавливается на красный, Ершов не замечая светофора выходит облегчиться. Сделав свое дело, он с удивлением наблюдает, как его машина удаляется в строну Волгограда (сделать ничего невозможно – мобильный телефон в машине, а машина уезжает все дальше и дальше).
Славка удивился еще больше, когда тормознул на втором светофоре, и в корму его джипа въехала Витькина машина. Сначала он хотел набить морду, но открыв водительскую дверь (глухая тонировка) и не увидев там никого, он тихо прошептал: «Бедоносец».
Прошло время, коллектив постарался адаптироваться к странностям своего сотрудника, а заканалье оно вообще далеко, да и работает он очень хорошо. Вот только директор завода-заказчика после обращения к Вите с мягкой критикой сроков ремонта (ну задержали на неделю сдачу объекта) попал в больницу с прободением язвы. Но директор всегда жаловался на желудок и влияние Ершова недоказуемо.
Потом Виктор откололся, нашел себе другую тему, и процветает на этой теме уже лет восемь. Встречаюсь я с ним очень редко (только звонки), но вот недели две назад пересеклись в центре, и у меня сразу сломался не убиваемый титановый браслет на часах, одно слово: «Бедоносец»!

Волжанин
P.S. Я знаю, что Несущий Беду в английском языке пишется по другому.

12.09.2017, Новые истории - основной выпуск

Несколько фактов о Волгограде, его погоде и жителях.
1. Город носивший при рождении имя Царицын привольно разлегся на правом берегу реки Волга. В центре Волгоград резко расширяется и достигает максимальной ширины в 13 км. А вот точной длины города-героя не знает никто, поэтому очень скромно – свыше 60 км (хотя возможны варианты: 74, около 90, и даже 100). Но все сходятся на одном: второй по длине город в России.
2. В этом городе невозможно заблудиться – в нем три продольных улицы (причем только одна проходит насквозь), все остальные поперечные.
3. В Волгограде существуют две улицы-призрака – на них нет ни одного дома.
4. Одна и та же улица, в зависимости от места нахождения в городе может носить либо пять*, либо пятнадцать** (да 15!) разных названий. Если в первом случае горожане четко разделяют названия, то во втором случае скромно говорят: 2-ая Продольная***.
5. Вторая Продольная – это наше всё. Это кровеносная, нервная и все прочие системы сразу. Это великий труженик, врывающийся в город на севере и выходящий далеко на юге.
6. В названиях улиц присутствуют четыре основных темы: Легенды Революции, Герои Великой Отечественной, Поэты – Писатели, реки и прочие водоемы страны и мира. Все остальные приятные исключения.****
7. Монументальность памятников Волгограда поражает даже нас – жителей города: Мать-Родина (85 метров если приплюсовать меч), Ленин в Заканалье (57 метров), а также памятник Ленину на площади Ленина через которую проходит проспект имени Ленина, Линия обороны Сталинграда (около 30 километров).
8. Еще есть самый длинный дом в мире (1142 метра) и самый большой в Европе речной остров, входящий в городскую черту (Сарпинский).
9. В Волгограде есть очень странное кафе, его рекламный слоган гласит четко и ясно: «Хорошие люди – для тех, кто понимает толк в мясе». Боюсь заходить, а то вдруг сожрут, каннибалы ведь.
10. Волгоградский городской транспорт имеет собственный клуб – клуб любителей Скоростного трамвая. И кстати первый в России трамвай (не в столице) появился в Царицыне.
11. К чему дальние путешествия? Ведь Прага и Берлин а также Ковентри, Хиросима, Балканы и Кавказ прямо в городе, а остров Крит на левом берегу р. Волга. Также Шанхай и Старая Франция. Есть и свои горы – Ергенинские, сразу два Горных поселка и море.
12. В зависимости от капризов погоды в Волгограде можно последовательно отменить: зиму (поздняя осень плавно перетекает в затяжную весну); весну (и волгоградцы весело прыгают из шуб и пуховиков в шорты и футболки); и очень-очень редко, но было, лето (и Английская погода в гостях у города). Осень не отменяли ни разу.
13. Иногда природа и погода вспоминают, что зиме и лету в Волгограде быть! И приходит ЗИМА (-35º, ураганный ветер в бонусах и нередко полное отсутствие снега) и заезжие сибиряки получают обморожения. Потом включают, после холодной и затяжной весны, именно включают ЛЕТО и Афроафриканские студенты создают очереди за сплит-системами, потом кондиционерами и когда всё это уже закончилось - за вентиляторами, так как до +45º в тени и обязательный ветер от умеренного до сильного.
14. Иногда летом (+45º, ветер) на западе собираются черные тучи и Вам кажется, что вот-вот прольется живительная влага, но Вы ошибаетесь – пыльная буря - вот он настоящий Волгоградский летний дождь.
15. Исходя из вышеперечисленного, обычный волгоградец телепередачи о природно-погодных и техногенных катаклизмах смотрит вполглаза и слушает вполуха – его ничем не удивить, ведь у нас не было только извержения вулкана и цунами (в обозримом прошлом).
16. Весна. Это самое прекрасное время. Суровый город-солдат преображается, одевается в белое кружево цветущих абрикосов и вишен, разлив Волги и атмосфера всеобщего праздника.
17. Весна, конец мая, конец разлива – и вот они – комары. Их много и даже очень много (в легендах Волгограда фигурируют дети и взрослые заблудившиеся в пойме и заживо съеденные комарами, иногда целыми семьями).
18. Середина июня – и Вы начинаете понимать, что комары это мелочи. Мошка вот это серьезно. Многие не верят, говорят: «Вот у нас в Сибири (на Урале, на Таймыре) это страшно, а здесь…..», но я лично знал байдарочников из Екатеринбурга сбежавших из поймы в июне на третий день (два первых дул очень сильный ветер разгоняя мошку).
19. Много говорят о суровых жителях Челябинска. Нет-нет не подумайте, жители Волгограда совсем не суровы – они немножко парадоксальны, закалены и поэтому совершенно спокойно пьют пиво зимой (мороз и ветер) и уходят на берег Волги в Настоящее Волгоградское Лето, для распития не пива, нет совсем не пива.
20. Природу, погоду, условия жизни в Волгограде и сам Волгоград дозволено ругать только местным жителям, от иногородних критики нашего города мы не терпим.

Вы возвращаетесь в город. Лучше всего теплым весенним или летним утром. Ваш поезд подъезжает к Мамаеву кургану. Вас приветствует Мать-Родина, ракетой рвутся ввысь сверкающие золотом купола храма Всех Святых и у Вас взволнованно забилось сердце – ведь Вы любите этот город и очень скучали по нему.

_______________________________________________________________________ Комментарии
*Ул. Героев Тулы – Н.Отрады – пр. Ленина – Рабоче-Крестьянская – Электролесовская.
**С Севера на Юг: Шурухина – Ополченская – Еременко – Лермонтова – Рокоссовского – Череповецкая – пр. Университетский – ул. 64ой армии – Колосовая – Лимоновая – Рославльская – Песчаная – Лазоревая – пр. Героев Сталинграда – 40. лет ВЛКСМ.
*** Есть еще Третья продольная магистраль
**** Несколько фруктово – цветочных улиц и Библиотечная.

13.09.2017, Новые истории - основной выпуск

- Давно это было. Или: расстрел
1993 год. Группа туристов-водников возвращается в конце сентября со сплава по реке Большая Лаба, которая пройдена по большой воде (ливни через день) с одним обносом – выходной порог со скромным названием «Затычка» напрочь забит бревнами (кто знает - тот поймет).
В дополнении к мерзкой погоде, паводку идет война Грузии с Абхазией, а от поселка Пхия это оказывается совсем недалеко – по дороге постоянно движется в обоих направлениях бронетехника (но без танков и САУ), а по ущелью периодически пролетают боевые вертолеты, парами, те которые «крокодилы». Иногда ведущему хочется посмотреть, а чой-то там такое интересное по речке плывет или на берегу готовится к сплаву (ну не видел человек сплавного катамарана, и с сумасшедшими, которые таким образом отдыхают не знаком - ну не повезло ему).
Не знаю пикируют ли эти летающие танки, но резкое снижение этого монстра – это словами не передать, даже полный (глобальный, тотальный, можете синонимы подбирать сами) п…ц, это как-то слабовато.
Поэтому обстановка была в общем нервной. Приплюсуйте джигитов жаждущих ласк женской части нашего коллектива (в Волгограде вошли в моду ну очень откровенные купальники, а некоторым ведь не объяснишь – это Кавказ, детка!). И решение досрочно сойти с маршрута в Ахметке и уехать догуливать отпуск на берега Волги было принято на Ура!
Дальше все идет по плану, перемещаемся: Лабинск; Краснодар; Краснодарский вокзал и все, что задумали гибнет на корню, нет билетов на поезд, а междугородние автобусы на этом направлении появятся лет через 10. Ну в общем приехали, то есть приплыли – сушите весла. Добираться мелкими перебежками не захотел никто.
У четверых участников нашей группы неожиданно объявились родственники, друзья, знакомые и они срочно захотели их обнять, а оставшаяся пятерка задумалась о какой-нибудь дешевой турбазе. Весело сдаем рюкзаки и упаковки в камеру хранения и разбегаемся на два дня. Звонок знакомому воднику- краснодарцу и вторая часть плана тоже не идет – турбазы забиты, мест нет. Слышу в трубке – есть вариант, у тебя маршрутная книжка есть? – да! – вот тебе координаты гостиницы «Турист» там для спортивных туристов большие скидки (во времена были!).
Приехали, показали маршрутку, получили номера с очень большими скидками (это правда), заселились и начали заботиться о досуге на два дня. Все оказалось предсказуемо.
Дело в том, что в гостинице оказались четыре мальчика и одна девочка. Мальчики, которым за 30, дружно выбрали крепкий алкоголь, всякие вкусности с городского базара и преферанс, мальчик помоложе и девочка - романтический вечер и волшебную ночь с шампанским (ну взаимно-внезапная любовь случилась, а в походных условиях и негде и некогда – на сложной реке Вы немного устаете и хотите спать). Но опять маленькое но – ну не селили в те времена нерасписанных мальчиков и девочек вместе, даже за денежку нехилую.
Почему нашему Ромео понравился номер, в который поселили Серегу и меня (первый от входа), я не знаю, но он нас вынудил перебраться в номер (третий от входа), в котором жил он и Валера.
Мы в принципе и не сильно огорчились, ожидаемо ведь, сходили на рынок.
Вы не представляете КАКИЕ там всевозможно фаршированные овощи, еще всякие всячины названия которых уже и не помню и копченые свиные ребра с огромными кусками мяса (алкоголь в ассортименте уже мерз в холодильнике), вроде все, закупились и тут раздается вопль восторга, вопил Серега, который немного отбился от нас – смотрите что я купил для сына – в его руках сияло и сверкало игрушечное духовое ружье, которое ОЧЕНЬ громко стреляло резиновой пробкой (на веревочке) ну прям как дробовик. Сразу на рынке решили пострелять, попробовали все: и ощутили звук Настоящего оружия.
Прибыли в номера, бросили ружье в наш с Серегой номер, пошли к Валерке, поделили добычу, выгнали влюбленную парочку, расчертили пулю, открыли окно, ну чтоб топор не повесился, раздали до туза, и тут Валера грустно произнес:
- у меня кончились спички.
- Блин, а у меня в рюкзаке – это Серега.
- А у меня тоже – это я.
Вообще все наши вещи там, где резвятся влюбленные.
Сходили за спичками, потом выяснили про нехватку кружек (одна на троих) - сходили – ощутили некую нервозность, потом сходили за ножом – застали Ромео в припадке ярости и в полотенце, Джульетта раскрасневшаяся, и в простынке, но тоже смотрит без оптимизма, даже с неодобрением. Обещали, что больше не придем, но по моему нам не поверили.
Ну все, все необходимое у нас, раздали на туза по новой, сыграли первый круг выпили по первой, красота!
Начали второй круг, умеренно наливаем, закусываем безумно вкусными ребрами. Увы мгновенья счастья мимолетны.
Со стороны соседнего номера раздается громкий хлопок, невнятный крик (примерно: Ую на ….) и громкое Ах. Верим, что это не про нас, но в нашу дверь кто-то начинает ломиться с барабанным боем.
Открываем дверь – наш Ромео - с истерическим криком – Там ммменнтыыы!
Валера очень спокойно – ну и что они нам (он вообще ОЧЕНЬ спокоен, как он был по боксу КМС в тяжелом весе – я, не знаю) мы законопослушные граждане нашей……..
Ддуураккиии! Я в него выстрелил (напоминаю ружье стреляет ОЧЕНЬ громко) это Ромео.
Выходим в коридор: Валера с изрядно обкусанным копченым ребром и кружкой, в которой плещется водка, голый торс и брезентовые штаны, отсутствующий взгляд (типа – я спокоен, мои руки теплые); я с маршруткой и паспортом (тоже спокоен – мы же ничего не нарушаем, и кстати паспорт не мой); Серега с карандашом и листочком на котором расчерчена пуля (зачем: не знаю).
Фильм «Ликвидация» еще не был даже задуман, но картина маслом: в коридоре прислонившись к стене стоит майор Российской милиции с лицом, белизна которого превосходит ослепительную белизну стены, у майора она мертвенно белая, а глаза – взглянешь и сразу видишь, что душа рвется к Богу, ввысь все дальше и дальше от бренной оболочки, скупая слеза катится по щеке майора, а он молчит.
Полет души остановил Валера, он вкрадчиво взял майора под локоть и сказал – командир пойдем со мной. Командир как зомби переставляя ноги вяло пошел в Валеркин номер.
Дальше следует примерно такой диалог:
Валера наполняя нашу 330 г рюмку, (далее В), выпей,
Командир, (далее К), первая осмысленная фраза - не могу, я на работе,
В - а мы никому не скажем,
К, выпивая 330 грамм водки мелкими глотками, произносит вторую разумную фразу - ещё.
Валерка наливает ещё полкружки.
Ретроспектива минуты на 1 - 2 назад: устав от наших посещений наш Ромео поклялся (то ли на клинке, то ли на крови), что он выстрелит в первого постучавшегося в его дверь индивидуума – ждали нас, а это оказался наш майор, которому было приказано провести паспортный контроль в гостинице, но он даже ничего не успел сказать, как получил пробкой в грудь, звук настоящего выстрела и крик – Убью на….
Но после приема настоящего транквилизатора (рецепт Валерия Маратовича: 0,5 водки в одну персону в два приема без закуски) душа майора вернулась назад, освоилась в бренной оболочке, и первые слова души (или майора) были:
- НУ Вы парни мудаки редчайшие!, а если бы я был с автоматчиком?
Скажу честно, мне сразу стало не по себе, и я попросил Валерку снять мне стресс (не сомневайтесь он помог).
Для всех – ни один майор милиции физически не пострадал (духовно – не знаю)

30.09.2017, Новые истории - основной выпуск

Давно это было. Или: Первый опыт путешествия на плоту по реке.
Год 1975….1978 (Точнее сказать не могу, забыл).
Мы - народ артельный,
Дружим с топором.
В роще корабельной
Сосны подберём.
Православный, глянь-ка
С берега, народ,
Погляди, как Ванька
По морю плывёт.
А. Городницкий «Строителям Петровского флота»

В интернете очень много постов про детство, примерно моих сверстников. Копировать и цитировать ни один из них я не буду, но оговорюсь, все это было: и карбид, и шифер в костре, и войнушка, и индейцы, и выплавление свинца, и рогатки – луки – самострелы. И еще, ну очень много иных детских развлечений.
Но была и одна изюминка – у нас была Волга, со всеми прилегающими к ней оврагами и оползневой зоной*.
Год у ребенка, выросшего у нас, и примерно одного года рождения со мной, выглядел так:
- Лето, это Волга, купание до посинения, отогрев детского организма в горячем песке, посильная помощь рыбакам из рыбколхоза (сортировка выловленной рыбы: товарная грузилась в приходящие грузовики, а мелочь насаживалась на прутики и зажаривалась на костре для подкрепления сил растущих детей); поедание всего съедобного (нет, мы не голодали, но кто устоит против спелого паслена, солодки, неспелых коробочек мальвы и других подобных вкусностей);
- Осень, это школа (и ничего не поделаешь) и броски в оползневую зону (сталкеры!), для поедания совершенно ничейных яблок и груш;
- Зима, и мы катаемся на санках, в овраге, на дальность (секундомеров не было, засекать время прохождения трассы на наших скелетонах и болидах из бобслея нечем, и принцип прост – проехал дальше – ты чемпион).
- Весна, и о ней расскажу подробнее: «Ведь нам всегда будет сниться весна».
Весной сходил снег со склонов оврагов и обнажал жутковатые, и кстати смертельно опасные подарки Великой Отечественной - ни разу не нашел только пистолета, а так от штык-ножа до вполне исправного пулемета (мины, снаряды, бомбы не в счет, их не трогали).
Снег в оврагах таял и наполнял водой нашу маленькую речку – Елшанку.
Летом: речка-переплюйка (по колено максимум). Осенью – ручеек, зимой под снегом не видно.
Весной другое дело. Весной, во время таяния снега, на три-четыре дня, наша маленькая речка превращалась в шумную, стремительную реку. Она вылетала из огромной бетонной трубы под железнодорожной насыпью, и через километра два-три впадала в Волгу.
Четверо детей (скорее подростков, или недорослей) стояли на берегу Елшанки, они были заняты самым важным делом – пускали бумажные кораблики и любовались как поток уносит кораблики вдаль.
Назовем их так: Капитан (он решил, что будет капитаном), Боцман, мистер Сэмпсон и я.
Капитан, задумчиво глядя на очередной уплывающий кораблик, произнес: «Давайте построим плот и прокатимся на нем до Волги».
Решение о строительстве было отклонено сразу (паводок три-четыре дня, не успеем), но что-то поселилось в пытливых, но неокрепших умах.
Вот вы подумали, ну разве дети (пусть даже подростки) могут строить далеко идущие планы? Могут! И не только планировать, но и воплощать их в жизнь.
Мы задумали построить плот к следующему паводку, и в начале лета (каникулы!) идея приобрела четкие очертания.
Первоначально было решено строить из бревен, благо этого добра хватало – рядом деревообрабатывающий комбинат, к берегу которого, на лесотаску постоянно подводят плоты и беляны (ну это такой пятиугольный, в плане, многоярусный плот), стройматериал просто валяется на берегу. Быстро поняли, что бревно нужных нам размеров мы просто не поднимем, а его еще тащить километров пять до точки старта. Задумались, и думали долго, дня два.
Проблему решил Капитан (ну очень ему хотелось ощутить себя капитаном уже сейчас), он собрал совещание и сказал: «Я вчера смотрел Клуб кинопутешествий, в нём показывали каких-то людей, которые катались по горной речке на плоту, у которого снизу автомобильные камеры, а сверху настил из досок, вот. Но, правда потом они перевернулись и их долго спасали».
Камеры у нас конечно были (нет, ну вы подумайте, ребенок на Волге и без камеры – это ж просто нонсенс какой-то), но впереди почти все каникулы, и без камеры никак.
- Не. камеры понадобятся только весной (это Капитан), а вот помост сделаем сейчас, и будем хранить во дворе у Боцмана (он жил в двух шагах от предполагаемого старта), но камер нужно шесть штук, где-то надо достать две, это обеспечит нам дополнительную плавучесть (какие слова знает). Доски стырим на комбинате.
- Капитан, а этот помост просто лежит на камерах (Боцман), и как они им управляют?
- Не, камеры привязаны какой-то веревкой, широкой**, а рулят шестами, длинными*** спереди и сзади, они вроде ими от камней отталкиваются, но мы так не будем – камеры привяжем, а шестами от дна будем отталкиваться.
Работа закипела. Боцман пообещал негласно позаимствовать две недостающие камеры у старшего брата (ну ненадолго же, он и не заметит). Добыли веревку (бельевую), стырили доски, и из кленовой поросли вырубили четыре (не два) шеста, ошкурили их и положили их сушиться под навес во дворе у Боцмана. Сколотили помост, тщательно загибая и заколачивая внутрь загнутые концы гвоздей в доски (не проткнуть камеру).
Все было готово заранее (еще с осени), осталось дождаться весны, а она в том году запаздывала.
До конца весенних каникул оставалось всего четыре дня, и вдруг бурное потепление (ну, это как обычно – из шубы в шорты), речка резко вздулась, и мы поняли – пора.
Собрали наш плот, остудили камеры в в воде, подкачали в тугую, осторожно, по одному, с шестом в руках залезли на плот, и последний (Боцман) резко оттолкнул плот от берега и запрыгнул на него.
Действительность оказалась несколько иной, нежели мы задумали. Да, конечно волшебный полет по реке, но в каждом повороте мы тычемся в берег, наконец оттолкнулись, вышли на стрежень, и… Оказались выброшенными в Волгу причем сразу довольно далеко от берега. Шесты до дна не доставали, а грести шестом по меньшей мере бесперспективно. Экипаж охватило легкое уныние.
До берега метров тридцать - сорок, ах если б лето – прыгнул и доплыл, но, увы и ах – конец марта, водичка довольно прохладная, и мы в одежде. Есть, конечно и положительные моменты, например - плот устойчиво плывет, не качается и вообще, часа через два-три (ну четыре) и нас прибьет к берегу в Кировском районе (там Волга делает поворот налево). Романтика!
Романтика романтикой, а на воде прохладно и покушать захотелось, и попить, а количество припасов на судне стремится к нулю. Воду из Волги в разлив никто не пьет (призрак холеры помним все). Из дельных вещей присутствуют: весьма необходимые на открытой воде шесты, насос, перочинные ножи, коробки спичек и с солью, и еще метров пять бельевой веревки.
И движемся мы как-то странно – медленней чем рассчитывали да и своенравное течение норовит увлечь плот к левому берегу, точнее к острову Сарпинский, который обитаем, но до обитателей далеко и они на другой стороне.
Ситуацию разрулил РК (рабочий катер, их тогда на Волге было очень много). Он подошел к нам, его кэп наверное был очень удивлен, увидев четверых школьников посередине реки. Катер очень осторожно прижался к нам, нам кинули веревку, и спустили веревочную лестницу (сейчас, я бы сказал: штормтрап). Капитан (наш), как и полагается покинул судно последним. Никакие уговоры не заставили экипаж РК подобрать с воды наш плот, когда нас высаживали на берег, кэп, ну или шкипер, высунулся в форточку и проорал: «Скажите спасибо, что участковому ничего не скажу».
Вот и кончилась первая попытка путешествия по реке на плоту, интересно, как Боцман будет летом объясняться со старшим братом.
P.S. Тот, кто смотрит на нас с небес, иногда учитывает искренние порывы детей и подростков: Капитан, водит сухогрузы и танкеры (правда на реке); Боцман выработал полярный стаж на ледоколах (сначала механик, потом стармех); мне вместо вожделенного паруса достались многолетняя работа на заводе, связанном с ВМФ, и двухлопастное весло, я начал ездить в командировки и осваивать сплав по горным рекам; только мистер Сэмпсон к воде не имеет никакого отношения – а может и не сильно хотел он водных просторов.
Пояснения:
*В Нижней Елшанке в 1969 произошел сильный оползень, вниз съехали две улицы (правда без жертв и разрушений), некоторое время было очень странно видеть покосившиеся дома с садами далеко внизу.
** Ну, конечно – это парашютная стропа.
*** На каркасно-надувном плоту – это называется греби (такое длинное весло, при помощи которых плот смещается перпендикулярно потоку, а лопасть Капитан просто не увидел).
Волжанин.

13.10.2017, Новые истории - основной выпуск

О бедных монтажниках замолвите слово.
- Ну, люди сначала целуются.
― Угу.
― Потом проходит время - ну это может быть месяц, может быть год. Потом они женятся, проходит ещё время, и у них появляется бэби. Так вот, в синематографе всё это время выбрасывают. Делают монтаж!― Поцелуй - /* чик */ - свадьба - /* чик */ - и бэби!
― О, Джонни, я хочу, как в синематографе! Прошу тебя - сделай монтаж!
Человек с бульвара Капуцинов.
Это не совсем мой рассказ, это моя интерпретация одной трагикомической ситуации, случившейся в 1992 и рассказанной мне моим бывшим шефом.
Достаточно далекий от нас 1992 год. Мой бывший, а на тот момент будущий шеф создаёт группу предприятий (да, его институт называется ВРЫГТ*, как то примерно так).
Далее все от первого лица. Итак: первые дни (недели, месяцы) работы предприятия – хватаемся буквально за любой заказ, и вдруг поперло, шесть договоров сразу, и один из них на «Химпром», на тот момент просто золотое дно, от таких предложений не отказываются, в смысле никогда. И что удивительно в договоре никаких подводных камней, а я же в это время мечусь, и вроде директор, и отдел договоров, и отдел снабжения (сам себе отдаю приказы и срочно выполняю их), а тут комфортный договор без подстав и форс-мажора. Приехать, оформить пропуска, приступить к работе: демонтировать и смонтировать участок трубопровода. Испытать и предъявить заказчику. Все. Предоплата 100%, времени на работы – вагон, и маленькая тележка (раза в два – три больше чем надо), но я подстраховываюсь и отправляю туда лучшую бригаду, честно уведенную мною с предыдущей работы, возглавляет её бригадир по прозвищу «Есаул» (казачьи корни со всех сторон). Всё, присели на дорожку, перекрестились, и поехали мои гвардейцы газовых горелок и сварочных аппаратов покорять далекий «Химпром». По прибытию короткий звонок: -мы прибыли, получили пропуска и вагончик-бытовку, приступаем к работе, Есаул. Коротко и ясно. Все хорошо, вот только бригада замолчала (как партизаны под пытками), не звонит, не пишет, не заходит, да и покинутые жены начинают доставать с глупыми вопросами, типа – где мой Коля (Володя, Петя, Саша), а потом и требованиями: - Верните нам наших мужей! Начинаю испытывать легкое беспокойство, нет я конечно все понимаю от Волжского**, где на тот момент располагалось предприятие до Химпрома километров семьдесят, но жить в вагончике бригадой шесть человек три дня, это почти подвиг, а подвижников (и героев) среди них я не замечал. Хотел метнуться на завод, но был остановлен компаньоном: - позвони энергетику завода, пусть глянет там, и вообще завтра суббота, сами приедут домой, а жены их и пропесочат, и нам не придется подрабатывать воспитателями (понаберут детей на флот, а молока не завезут). Через полтора часа звонок от энергетика: все ОК, не рви сердце – вагончик обитаем, правда никого не видно, демонтаж проведен, скорее всего закончили пораньше и свалили домой. Вечером звоню бригадиру (довольно поздно) трубку берет жена, рявкает что-то нецензурное, орет: - его нет, и прерывает этот неконструктивный разговор. В субботу звонок от жены Есаула , она уже не орет - она рыдает, бьется в истерике с двумя постоянно повторяющимися вопросами: Куда дел, и за что? Знак беды повис и в моей голове: - вот куда могли деться шесть не мелких, взрослых рыцарей трубопроводов и водогрейных котлов, летавших на монтаж по городам страны, тундре, тайге, а некоторые в Алжир и в Иран. Постарался не думать об этом до понедельника (вход в выходные по нашим пропускам – невозможен), но мысли постоянно крутятся вокруг этой тайны (самое главное – просто пять минут не думать о чем либо). К утру понедельника я заработал: нервный тик, седые волосы, гастрит и головную боль (от немеренного количества сигарет) Утром подорвался без всяких будильников, бесцеремонно вытащил из дома компаньона, и вместе понеслись на бездушное предприятие, заманившее наших супермонтажников в ловушку.
А теперь мы немного перемотаем кинопленку немного назад, дней на пять – шесть. Итак бригада приехала, выписала пропуска, завезла оборудование, обустроилась и пошла знакомиться с точкой приложения сил, знаний и умений – трубопроводом, который и надо было сначала демонтировать, а потом наоборот. «И что там было?» лениво спросил Есаул. «Спирт – прозвучал ответ энергетика». «А, одорашка***». «Нет, ректификат, ну Вы не волнуйтесь – мы все слили». Бригадир давно был убежден: не проверил – не врезайся, этому его учили и словом и опытом (горьким, но не его): стоило один раз увидеть как врезаются в якобы прочищено-продутый газопровод, который стоял под давлением, и что происходит с теми, кто поверил бумажке. Цепкий взгляд усмотрел некий прогиб трубы. Проводили энергетика, простучали – обнаружили наличие ценного продукта. Нет, они не стали кидаться к источнику, они же настоящие профи. Сначала они провели планерку, тщательную подготовку и только потом приступили, на следующий день. Перед началом операции «С» бригадир произнес грозную речь, обращенную ко всем сразу. Смысл речи гласил: сначало дело, праздник потом – то есть собираем нектар, пакуем его в вагончик, производим полный демонтаж конструкции, а вот потом можно и по чуть-чуть.
Работа закипела, она кипела без отдыха, до глубокой ночи и даже (вы не поверите) без перекуров, про чай и еду даже не упоминаю. Сначала собирали новыми канистрами, набрали три штуки, потом два ведра, потом кто-то предложил новые, ненадеванные кирзовые сапоги, было израсходовано три сапога. На сбор урожая ушел примерно час, потом за двенадцать часов демонтировали трубопровод (вдребезги и пополам). Домой было ехать далеко, поздно (и не на чем). Решили пересидеть в бытовке: есть заварка, еда, сигареты кипятильник, посуда с собой, воды наберем. Потом кто-то сказал: - Есаул, вот мы же одну треть сделали за столь короткий срок, может день отдыха, и попробуем, что на «Химпроме» в трубы наливают. Поддержали все, и вечеринка началась. Потом у некоторых были смутные воспоминания о бартерном обмене доли малой нектара на продовольствие (таким образом избавились например от сапог), быстро нашлись соседи, превратившихся в добрых друзей. Друзья приносили новости с большой земли и выполняли всякие просьбы, потом друзья резко исчезли в одночасье – это наступили выходные. Призрак голодной смерти вроде не маячил, но стало грустновато и была совершена попытка побега (через проходные со строгими воительницами). Попытка была пресечена, ибо женщина на проходной естественный враг нетрезвого, заросшего щетиною мужика, к тому же от него пахнет совсем не французским парфюмом. Да и пропуска подкачали, вход - выход да, запрещен, но если уж вошел изволь находиться, до понедельника. Шесть Робинзонов на необитаемом острове потянулись к хижине, продолжать вечеринку.
Вернемся в понедельник. Мы неслись не всегда соблюдая правила, и даже нарушая скоростной режим. В голове какой то злобной мухой кружилась назойливая мысль: - А вдруг они случайно зашли не туда, а по глупому недосмотру охрана не обратила на это не туда никакого внимания (заводы вообще опасные объекты, а уж химзаводы и подавно). Прохождение проходной и забег по заводской территории не помню совсем. Подбегаю к бытовке, ноги ватные, всего колотит, дергаю за дверную ручку (только были б живы) и вижу пасторальную картинку: двое явно переутомились, и поэтому спят. А четверо сидят вокруг праздничного стола (одновременно совмещенным с ломберным столиком) потягивают некий крепкий напиток и играют в высокоинтеллектуальную игру преферанс, а может быть и в бридж. Задымленность такая, что можно подвесить не только топор, но и самою «марьиванну»****, глаза слезятся еще и от ядреного спиртового аромата. Один отрывает взгляд от карт и произносит фразу, которую я помню до сих пор: - Ребята, гля, директор! К нам директор приехал, он наверно тоже хочет выпить, срочно налейте директору! Ярости и гнева не было, была эйфория – все живы и почти здоровы! Только после глотка, кода исчезла дрожь в руках и ногах я проскрипел: «Худые женщины с легкого поведения», это если перевести на русский письменный с русского устного. Потом я продолжил развивать свою мысль: «Вы все взрослые люди, поэтому кричать на Вас глупо. Эту часть я перепоручу Вашим женам. Когда они узнают где и чем Вы занимались все это время, а я сильно постараюсь чтобы узнала каждая, со всеми подробностями, и Ваши жены уверен устроят Содом, Гоморру и Курскую дугу для каждого индивидуально. Всех вместе я накажу хитрым способом: завтра я помещаю всех Вас в платную наркологическую клинику, где прокапают а потом введут лекарства длительного действия (зашьют), альтернатива – увольнение, деньги на лечение вычту из зарплаты. На лечение уйдет три-четыре дня, за оставшееся время Вы успеете закончить монтаж. Идите, и пусть Ад разверзнется перед Вами.
И ты знаешь все эти меры помогли, четверо не пьют до сих пор, про двух других не знаю, они от меня уволились лет через пять. Вот так.

Примечания
Книга «Ур, сын Шама»*, авторы Войскунский и Лукодьянов
Город-спутник Волгограда**
Одорированный (невыносимо вонючий) спирт ***
Она же «марьвасильевна» на жаргоне монтажников – кувалда****

13.09.2017, Новые истории - основной выпуск

Давно это было. Или: Как выжить в командировке.
1992 год. Перестройка закончилась, наступили мутные послеперестроечные времена. Союз уже развалился, на армию и флот забили, но оборонка еще стоит на ногах, покачиваясь правда. Командировки подсократились и по количеству и по качеству. Но порох в пороховницах и шило* в опломбированных канистрах еще есть, поэтому командировке быть!
И вот маленькая компания состоящая из молодых и не очень молодых инженеров, любящих и умеющих ремонтировать результаты своего проектирования, в хорошем настроении летит на Кольский полуостров на военно-морскую базу Северного флота на объектовые испытания нашего расчудесного и уникального изделия (далее по тесту И.).
Объекты для испытаний были очень разные, в этот раз эсминец с героическим названием (Решительный, Беспощадный, Сокрушительный, как то так). Проживание, во флотской казарме с частично разбитыми, частично заделанными фанерками окнами, но с печкой и кучей матрасов разной свежести. Тумбочки (много), кровати с бельем и синими одеялами, стол и стулья, вот и все.
- Да…. Это не Хилтон – высказался один из нас;
- И даже не «Южная» - это другой;
- You're in the Army Now – еще один звонкий голос;
- Минимализм, наше все – закончил я и стал разбирать рюкзак и извлекать оттуда спальный мешок.
Командировочный коллектив наш сложился давно, трудностями командировки никого не удивишь. на объектовых все были не раз и не два, и не ожидающие не милостей, ни чуда, но как всегда есть маленькое «но». Чуть позже оказалось это «но» совсем не маленькое, а даже совсем наоборот очень большое, и оно не одно.
Время года: вторая половина августа. А вторая половина августа на Кольском и вторая половина августа в городе-герое на Волге – это две ОЧЕНЬ большие разницы. У нас в начале октября может быть почти лето, а здесь в августе уже не лето, а глубокая осень, просто ноябрь какой-то.
1992 год (повторяюсь). Что это значит – ничего – в магазинах нет ничего, это даже в областных центрах, а уж в маленьком поселке, который на краю географии, можете представить.
Для тех, кто не смог (ну, может маленький был, или забыл) приведу список деликатесов в местном супермаркете:
1. Чай азербайджанский, резко пахнущий веником;
2. Рыбокрупяной фарш с романтическим названием «Завтрак туриста»;
3. Зеленые помидоры, маринованные, в банках;
4. Хлеб (два раза в неделю);
5. Соль;
6. Сигареты марки «Прима» (или «Ватра»)
Всё!

Не надо бояться за группу инженеров оборонной промышленности: мы же всё знаем, ко всему готовы (ну почти ко всему). В рюкзаках теплые вещи, продукты длительного хранения (включая картошку и чай) на всю командировку, плюс аварийный запас дня на два.

Следующее «но»: срок командировки. В этот раз он жестко ограничен: прилетели; в течении суток смонтировали и протестировали наше чудо - И., запустили в эксплуатацию на оговоренный в проекте срок (в зависимости от И. срок всегда разный). И. должно отмолотить весь этот срок без сбоев и поломок, для чего к И. подключается таймер, который обнуляется при любом сбое (опломбированный не нами, а то инженеры – они хитрые).
Мы готовы и к этому. Наше И. полгода били-колотили на всех испытательных стендах нашего завода, на трех стендах не нашего, тестировали на полигоне, упаковали согласно ГОСТов ОСТов и СТП, доставили на объект заранее. Ну, что может случиться с таким совершенством?

И. исправно выполняет все возложенные задачи, таймер весело отсчитывает время, командировка подходит к финалу – остается двое суток, только одно омрачает нашу работу, тепло в нашем «отеле» только когда топится печка, а истопников (которые знают и умеют) только двое, остальные боятся.

Сплю, в отличии от остальных мне тепло, я в спальнике (над которым и надо мной смеялись почти все предыдущие командировки), слышу голос нашего дежурного по И. Парни подъем! Блок питания накрылся!

Вместе с блоком питания, накрылось наше возвращение, бронь на билеты и так далее. Открылось неодобрение начальства на заводе, недовольство наших жен и вопросительное недоумение старпома и командира профильной БЧ (Вы чё там нам захотели подсунуть?)

Ремонт в кратчайшие сроки. Отремонтировали, протестировали, запустили, работает, все параметры в норме. Отработал трое суток, далее снова: Парни подъем! Блок питания накрылся!

Состоялись задушевные разговоры с главным инженером, вернее его монологи для всех вместе и для каждого в отдельности. Узнали о себе много нового, интересного. Если коротко: какие-то мы убогие, неполноценные и скудоумные (ну не д'Артаньяны, совсем). Поразило качество исполнения монологов: - не повторился ни разу – для всех и каждого – только новое, сразу видно не просто инженер, а главный). На все наши просьбы и пожелания – Вначале сделайте, а потом просите и желайте, всё!

Совещаемся, приходим к общему мнению – так жить нельзя! А как? Запасы на исходе, для поездки в Мурманск нужны деньги, а у нас сейчас только на обратную дорогу, потом то мы пожелаем. Но это будет потом.

Решили почти единогласно: освободить меня от основной работы, вооружить спиннингом и отправить на речку по которой начался ход лосося. Готовить рыбные изыски (икра красная соленая, уха и жареха), тоже должен был я (поэтому единственный голос против – мой). Вот Вы сразу подумали, а где же столовая базы? Ответ очень прост – даже в офицерской столовой отказывались питаться закаленные офицеры Российского флота, а что уж говорить про матросскую.

Сначала агентурная работа с местными жителями: берем малый объём шила* и идем поговорить. Первый попавшийся мне житель, узнавший, ЧТО находится во фляжке, безоговорочно пошел на вербовку, рассказав что, как, когда и где надо правильно добывать лОсося (ничего не путаю, таков диалект). После чего было высказано встречное предложение от которого невозможно было отказаться:
- Значит так парень. Ты несешь мне еще один такой-же объём этого «восхитительного напитка», я тебе предоставляю блёсны, леску и даже настоящий спиннинг, а то у тебя прутик тоненький, это не дело, потом можно не возвращать.
Натуральный обмен состоялся в оговоренный сторонами срок: я получил блесны огромных размеров (на ясную и облачную погоду), с крючками на акулу средних размеров; капроновый шнур, толщина которого навевала мысли о швартовке эсминца; и просто чудовищных размеров спиннинг (лекгоатлетическое копье представляете? – это длиннее) с катушкой (Э. Хемингуэй «Острова в океане», ловля большой рыбы). Сразу захотелось спросить про катер, но я вспомнил как плохо у них с топливом.

Выслушал еще раз иструкцию по использованию: пришел, выбрал участок быстротока без камней, закидываешь блесну и рывком тянешь против течения, надеясь, что добыча не сильно велика.
- А насколько велика?
- А вот зацепишь больше метра и сразу до тебя дойдет.
- Ой чуть не забыл – подойдешь к реке из кустов сразу не выскакивай, осмотрись, не видно ли дядю Мишу.
- Это рыбнадзор?
- Нее, это медведь!
- ??????
- Да парень, редко, но бывают.

Рыба добывалась без проблем, обрабатывалась тоже без проблем. Проблемы быстро начались с употреблением внутрь (хотя, в отличии от таможенника Верещагина хлеб у нас был). Выросший на берегах Волги я не верил, что сцена в фильме правдива, но оказалось так. Еще донимал холод. Влажность и холод сочетание совсем такое как у нас комбинация мороз-ветер.

Мы стали суеверными, разгоняли перед собой всех кошек разных цветов, приговаривали к общему позору того, кто рассыпал соль, выкинули большое зеркало, углядев отколотый уголок, стучали по дереву и лбу, старались не думать про И. (попробуйте пять минут не думать об обезьяне), но на четвертые сутки опять: «Парни подъем», ремонт в очень сжатые сроки.

В полном молчании сидим перед столом, изображаем глубокую работу мысли, пытаемся съесть ужин, выпрашиваем у начальника командировки дополнительный аперитив и дижестив.
Стук в дверь, к нам гость, командиру профильной БЧ, тоже захотелось аперитива и дижестива. Каплей поздоровался, с неодобрением посмотрел на рыбные закуски (икра красная соленая, уха и жареха), с большим одобрением на банку с прозрачным напитком, и с некоторым удивлением на нас - немцы под Сталинградом (одетые, и в шапках, закутанные в одеяла, депрессивные на вид). Моряку наливают, придвигают легкую закуску. Он с удовольствием выпивает, игнорирует канапе с красой икрой, закусывает посыпанным солью кусочком хлеба и спокойно произносит: - Вам на сборы один час, за вами подойдут, а я пошел готовить каюту.

Переехали при помощи матросов на эсминец, он стоит под парами (на нем сильно тепло), разделись до трусов, приняли горячий душ, приняли по рюмке дижестива, по очереди посмотрели на работу нашего И., кто-то последний открыл рот, чтобы ободрить нас (наверно устойчивой работой И.), наш коллектив уничтожил его всеиспепеляющим взглядом и назначил внеочередным ночным дежурством около И.
Только задремали – стук в дверь, встрепенулись все, неужели опять, нет пришел наш благодетель, выпить еще пару рюмок, налили банку и сказали:
- Мы тебя очень уважаем, и в хорошем смысле даже любим, но дай нам поспать в тепле.
Он даже не обиделся.

Проснулся рано, побежал смотреть на испепеленного, а он паразит дрыхнет, впрочем плевать, И. старательно выполняет поставленные задачи, на таймере видно уменьшающееся время.

И вот до конца испытаний осталось 12 часов. Никто не ложится спать. И икра не лезет в глотку, и компот не льется в рот (Л. Филатов).
Пять, четыре, три, два (нас всех – руками не трогать!!!), один час, ноль, все! Совсем все, маленький фуршет, разборка и упаковка, и мы едем домой.

P. S. Многие из прочитавших зададут закономерный вопрос: какого хрена инженеры высокой (и очень высокой) квалификации в течении длительного времени не смогли справиться с проблемой (на самом деле пустяковой), объясняю: мы просто не были готовы к тому, что крушение Союза вызовет резкое падение качества комплектующих изделий (особенно поступающих из бывших «братских» республик). Как только мы заменили парочку деталей из ЗИП на те, что нашли в наших загашниках, всё заработало.

Все инженеры пострадали морально, но не физически.
Инструмент рыбной ловли вернулся к арендодателю (искренняя благодарность присутствовала, она булькала).
Нашему благодетелю мы презентовали остатки булькающей жидкости литра четыре (и он был в непрерывном восторге).
В последний момент я научил корабельного доктора (между прочим тоже каплей) разводить шило глюкозой, плюс аскорбинка, он попробовал, и согласился.

Шило* жаргон ВМФ (он же Шпага в ВВС) – спирт высокоочищенный, ректификат, в отличии от спирта гидролизного (гидрофон в ВМФ, галоша в иных видах вооруженных сил).

17.03.2018, Новые истории - основной выпуск

Давно это было. Или: Долгая дорога домой.
Птиц несет попутный ветер,
Степь зовет живой травой,
Хорошо, что есть на свете
Это счастье - путь домой.
Б.С. Дубровин
Середина восьмидесятых. Перестройка еще не объявлена, страна едина и неделима, оборонка крепко стоит на своих ногах. Мы вносим свой посильный вклад в оборону Союза.
Я уже писал, что инженеры нашего института (надо отметить – перспективные инженеры) очень часто ездили в командировки по всей нашей необъятной стране. Ну, скажу так – поехать в командировку всякий может (а зачастую и хочет), отработать на пять с плюсом тоже все (мы же перспективные), но ведь из командировки надо ещё и возвратиться обратно (в ту заводскую проходную, что в люди вывела всех нас1). А вот тут возможны варианты: срыв расчетных сроков командировки (ну это не критично, особенно если не брать близко к сердцу мнение и высказывания главного инженера в ваш адрес); вместо одного сотрудника домой вернулась телеграмма с просьбой об увольнении в связи с изменением места жительства, места работы и семейного положения (а на свадьбу не пригласил); были конечно и заболевания, и травмы и, курьезные случаи.
Скажу прямо: ну, не везло мне с командировками на Дальний Восток, вот и в этот раз, буквально за день до вылета главный инженер вызвал меня к себе и объявил, что Владивосток может подождать (трепангов, чилимов и морских гребешков всех не съедят), тебя ждет город за Полярным кругом, куча нерешенных проблем, а полярный день и морошка в бонусах. Документацию по изделию и свои личные взгляды на ситуацию во Владивостоке передаешь Владиславу Перевозчикову (он же Вадик, он же Славик), а тебя ждут великие дела рядом с Мурманском, а деликатесные морепродукты заменишь палтусом, которого сам и поймаешь. Короче Владик едет во Владик (Владикавказ тогда назывался Орджоникидзе, и поэтому никакой путаницы не происходило) , а меня ждут морошка и палтусы. С тем и разъехались, вернее разлетелись.
Моя командировка подзатянулась, и каково было мое искреннее удивление, когда на вокзале в Москве ко мне бросился немыто-небритый субъект, со словами: - сами мы не местные, подайте на билетик до дому. Удивление быстро переросло в изумление когда в этом зачуханном полубомже я с некоторым трудом опознал Владика. Удивился и Владик, он тоже не разглядел меня сразу за темными очками и джинсовым костюмом, но удивление было быстро скрыто и он решительно бросился обниматься, но был остановлен моей рукой.
- Прости, Волжанин, я знаю как я выгляжу, но у меня совсем кончились деньги и я уже начал отчаиваться, что никогда не доберусь домой, а тут ты, ты же не бросишь меня здесь?
- Слушай Славка, а что случилось, ты какой-то слегка нестерильный и сильно исхудавший, и вообще, почему ты в Москве, а не в дома? И скажи честно, когда последний раз ты что-нибудь ел?
- Ой, Волжанин, я и не помню уже.
Очевидно, Славик углядел сильное недоверие, даже за темными очками, и начал бормотать какие-то оправдания, но я решительно пресек его и повел его в ближайшее заведение общепита.
Официантка осмотрела моего коллегу с явно выраженным неодобрением, перевела взгляд на меня, сурово спросила: - А платить то кто будет? Я убедил её в моей кредитоспособности, сделал заказ, дождался, отхлебнул кофе, увидел, что за это короткое время Владик (он же Вадик, он же Славик) уже приступил к десерту и спокойно сказал: - излагай, но только внятно, и сразу объясни, ну почему ты не связался с любым московским институтом нашего министерства или через нашу советскую милицию не позвонил в наш доблестный НИИ и не заказал срочный денежный перевод на адрес отделения (до пластиковых карт и внедрения системы Western Union еще очень долго), ведь родная милиция существует еще и для помощи нашим гражданам, попавшим в сложное положение, а?
- Все очень просто, в Москве я не знаю никого, и ни одного института или завода тоже, я ведь в командировки ездил только в Таганрог, Питер, ну еще в Саратов, и вот сейчас во Владик, а перед нашей милицией робею до дрожи в коленках, можно сказать до обморока.
- Ну, а почему в Москве, и почему на вокзале?
- А ты, Волжанин, тоже ведь не здесь должен быть в это время, или я не прав?
- Ну знаете ли, допрашивать потенциального благодетеля как то не очень комильфо, но какие могут быть секреты от коллег, попавших в беду, просто на севера прилетела телеграмма: - после окончания работ перелететь в столицу, на один из наших заводов, а здесь я просто сдавал билет на поезд, потому что уезжаю несколько раньше, завтра, контора разорилась на билет СВ (наверно в городе-герое среди лета выпал снег и Волга покрылась льдом2) вот и все.
- А где ночевать будешь где, на вокзале?
- Слушайте, Владислав, Вы пообедавши, вообще затупили, насовсем, или это пройдет (ну, кровь от головы отлила)? Конечно, я ночую в заводской гостинице, это далеко не «Россия» и не «Интурист», но крыша над головой есть, кровать удобная, да и постояльцы все свои – знакомых куча.
Вот, на вас смотрели как смотрят на материализовавшееся из ничего чудо (ну да чудо, обыкновенное чудо3), а у Славки было ошалелое выражение человека выигравшего в лотерею ДОСААФ4 как минимум «Жигули» (это сложное чувство, когда видишь, уже хочешь поверить в счастье, но нотка сомнения еще звучит в душе). Славка безмолвно открывал рот, боясь задать свой самый главный вопрос, в глазах радость сменялась унынием, уныние глухой тоской, потом опять радость, и так по кругу.
- Коллега, хватит пугать мою нервную систему гаммой твоих эмоций, теперь я некоторым образом должен приглядывать за тобой (ну, так утверждают китайцы), поэтому выпиваем по рюмке коньяка, ты успокаиваешься, рассказываешь свою одиссею, потом звоню главному инженеру, и все решается: появляются деньги, гостиница, билет домой. А главный инженер перестает пить валидол на завтрак, обед и ужин, засела у меня в голове твердая уверенность, что ты потерялся, или я не прав?
- Да, ты прав, только возьми по две рюмки коньяка, а то мне как то неудобно рассказывать, особенно тебе.
- Учти, Владик, рассказывать главному инженеру будет неудобнее и причем намного, он вообще иногда начинает сомневаться в умственных способностях рассказчика, причем не про себя, а вслух, причем так виртуозно сомневается, что у провинившегося появляется комплекс умственной неполноценности, который излечивается, ну очень медленно. Короче, покайся и будет тебе легче, и кстати почему именно мне неудобно рассказывать о своих подвигах, вроде я не смеюсь над больными и убогими.
- Ладно, начинаю, ух, а коньяк хорош, начинаю и расскажу всё!
- Да, звучит как угроза, всё молчу-молчу, весь обратился в слух.
И Славка начал рассказ. Далее с его слов.
В командировку собрался за один неполный день, и в четыре после полудня я уже сидел в самолете на Москву. Короткая пересадка, встреча с коллегами, и другой самолет уносит нас в далекий Владивосток. Коллеги, особенно «Батька» (прозвище начальника командировки), удивляются, ведь ждали они тебя, а тут я. Прилетели, и как обычно сразу на объект, подключились, начали работать, отработали программу на сто процентов без единого сбоя и начали собираться домой, а на меня навалилась тоска. Ну что я видел, ну погуляли по городу, ну поели морепродуктов, разок в море окунулись вот и все. А мне всегда хотелось путешествий, романтики, а не получалось никак. Вроде едешь в Ленинград, а в результате – Кронштадт, сплошные камни и марширующие матросы. Собрался в Саратов – сел в поезд, проснулся уже в городе, день на заводе и обратно, в Таганроге тоже только институт. А на работе еще хуже, все ездят надолго «Батька» весь Союз объехал, Морошко (еще один сотрудник) – тот в двух экспедициях побывал, ты постоянно то в Питере, то на Кольском, то тебя на две недели в Севастополь, а в отпуск вечно в тайгу. Когда вы все в курилке начинаете рассказывать свои байки, то у меня просто нервов не хватает, а тут Дальний Восток и перспектива посмотреть всю страну, если поехать на поезде. И представляешь удача на моей стороне – одного билета на самолет не хватает, как раз на меня. Я сразу к «Батьке»: разрешите на поезде. Тот как то странно посмотрел на меня, спросил: - что, страну решил посмотреть, ну-ну. И я поехал, правда не принял во внимание, что в пути он пребывает почти восемь суток5, и погода на всей стране летняя – от теплой до жаркой, а в общем – сиди и смотри. Первые сутки я пребывал в эйфории, потом эмоции поулеглись, и я начал задумываться – а не закралась ли в расчеты маленькая ошибка. На третьи сутки уверенность в ошибочном расчете стала стопроцентной, и для снятия депрессии я пошел в вагон-ресторан, чтобы выпить и закусить. Тоска отступила, спалось хорошо, даже на Байкал посмотрел с удовольствием. После очередного приема антидепрессанта я проснулся с дикой головной болью, тут же сердобольный сосед озвучил мне лучший рецепт в данной ситуации – горячая солянка и 150 граммов. Как ни странно, но помогло – солнышко стало светить ярче, поезд помчался быстрее, мелькнула мысль: - а жизнь то налаживается, захотелось немного продолжить. Проснувшись после продолжения банкета я начал испытывать смутный дискомфорт, во первых очень тепло в вагоне, во вторых странное чувство потери чего то очень-очень нужного. А, ладно сейчас прогоним дискомфорт проверенным способом и снова оживем. Официант как то странно посмотрел на меня, пробормотал невнятно: - наверно с приисков, ишь как банкует. После здоровый сон. Следующий заказ тоже не удивлял своей новизной – горячая солянка и 150 граммов, удивило желание официанта рассчитаться сразу, обиженно пожав плечами полез за деньгами, деньги были, но количество их очень сократилось, да и качество оставляло желать лучшего, в пересчете на солянку было: полторы порции, один салат и 3х150 гр. Больше денег не было. Дополнительно отсутствовал билет на поезд Москва – Волгоград, а это серьезно нарушало мои планы. Впереди почти трое суток, ну и ладно – неприятности надо решать по мере их поступления, тем более на работе я постоянно слышал твое «Упремся-разберемся», вот и решил: все разборки на потом, сейчас время хорошего настроения. Проснувшись стал подводить промежуточные итоги. Итоги выглядели довольно уныло: деньги, 24 копейки, зажигалка, паспорт, чайная ложечка, складной ножик и ключи от квартиры, вот и все. И билет никак не находится. Попытка занять денег у моих соседей понимания тоже не нашла, да, много у нас в стране равнодушных людей. Зато проводница поила чаем с печеньем, и официант тоже не забывал – раз в день приносил порцию солянки, правда без антидепрессанта (что поделать, даже у хороших людей есть изъяны). В свободное время много читал, у проводницы нашлось две книги «Что делать» и «Преступление и наказание», в школе не прочитал, а в поезде пришлось, Достоевского аж два раза подряд. Потом вокзал, стыдно сказать подходил к очереди в билетные кассы – просил денег на дорогу, не ел, не пил, почти набрал на плацкартный билет, а их почти на месяц вперед нет, . А сегодня утром вышел на воздух и накатило предчувствие близкой удачи, возвращаюсь в вокзал – вижу навстречу мне идет парень в джинсовом костюме, с кейсом и сразу видно, что у него все в порядке – улыбается и вроде даже песенку напевает, я к нему, а это ты.
- Да, это я. Пошли звонить в наш институт, только скажу сразу, с главным буду общаться без тебя, но и почему ты остался без денег я ему не скажу, скрою эту страшную тайну, и тебе тоже рекомендую, ведь услышит эту историю наш супердуэт Морошко – Скрипка (Хазанов и Иванов6 нервно курят в сторонке) и станешь ты знаменитым не только в институте или на заводе, нет весь город-герой будет показывать на тебя пальцем, а за спиной твоей будут шептать: – Это он потерялся в Транссибирском экспрессе. Пошли. Вот так.

Примечания:
1. Слегка перефразировано из х/ф «Весна на заречной улице».
2. Перерасход командировочных бухгалтерия сильно не любила (простому инженеру, даже перспективному СВ не положен).
3. Цитата из телефильма «Обыкновенное чудо».
4. Популярная в СССР денежно-вещевая лотерея.
5. Это в середине 80-х, сейчас быстрее.
6. Александр Иванов, ведущий телепередачи «Вокруг смеха.
P.S. Ну конечно, половина института узнала про «Одиссею капитана Перевозчикова» на следующий день после нашего возвращения из Москвы, остальные через два дня, узнал ли город-герой на Волге, не знаю, зато по нашим институтам, заводам эта история превратилась в легенду. Главный герой получил прозвище «Потеряшка» и это прозвище жило еще лет десять, рассказчик был назван «Спасатель», веселились над обоими. Морошко - Скрипка сумели подписать приказ у главного инженера приказ, в котором запрещались все командировки инженера-конструктора второй категории Перевозчикова В.К. за пределы проходной сроком на один год. Ко мне подходили, здоровались, а потом вполголоса говорили: - Я, теперь свою правую руку месяц мыть не буду, ведь я поздоровался с самим «Спасателем», который нашел и доставил «Потеряшку» домой.
P.P.S. А на Дальний Восток я так и не попал.
Волжанин

28.03.2018, Новые истории - основной выпуск

Особенности региональной еды: Красноярск vs Екатеринбург. Или. Гимн пельменям
И подойдут наши пельмени,
Он все расспросит - кто да чего,
А со двора стылая темень
Будет глядеть в наше окно
О. Митяев.
Ни для кого не секрет, что в Сибири и на Урале любят пельмени. Впрочем любят, это сказано очень мягко, почти ни о чем. Это не любовь, это пожар страсти, но страсти очень разной.
Итак, я работаю в Красноярске. Унылый осенний август с его многодневными дождями (да тот самый дождь, который не идет, а сеется, и не поймешь – толи это мелкий дождь, толи крупный туман, в Сибири это безобразие может длиться три недели с одним перерывом на двадцать минут) уступил место сентябрю, ясному с легкими заморозками, первым снегом и первым морозом дня на два. Порыжели лиственницы на правом берегу (первое впечатление шок – елки заболели) и каким то странным блеском периодически начали вспыхивать глаза моих сотрудников, в этом блеске совмещались мечтательность, надежда и легкая сумасшедшинка, в которой иногда проглядывало что то пугающее. Мороз постепенно устанавливался и этот блеск усиливался вместе с усилением мороза, по телефонам велись странные разговоры типа: - Ну вот когда недельку продержится градусов пятнадцать, вот тогда и начнем, нет лучше встретиться в эти выходные, а то знаешь как это все наваливается…нет нет все уже муж заказал, нет сначала Вы. Во время ведения таких разговоров в глазах говорившей (говорившего) мне ясно виделись огни костров, крики сжигаемых на них еретиков и войска штурмом берущие города. И вот наступила эта долгожданная (вожделенная) неделя. Во вторник в утреннем прогнозе «Афонтово»1 объявило о том, что в Красноярске в ближайшую неделю ожидается ясная малооблачная погода, температура воздуха днем - 16º, ночью -19ºС.
В офисе начало ощущаться напряжение: видно, что сотрудники уже где-то не здесь, глаза затуманены (он молчал невпопад и не в такт подпевал), милые дамы забывают про мэйк ап, не обсуждаются футбольные страсти, любой телефонный разговор наводит мысли про общение шпиона со своим связником. В основном междометия, но в конце разговора у всех одно: - Да начинаем в пятницу, боюсь двух выходных маловато будет. Ловлю себя на мысли о проведении в отдельно взятом Красноярске Великой Октябрьской Социалистической Революции Часть Вторая. Первая половина пятницы проходит особенно нервно: в глазах полыхают пожары, на лицах печать отчаянной решимости, и все, подчеркиваю абсолютно все (кроме меня и секретаря) хотят смыться с обеда с глаз моих долой – на инспекцию торговых точек, (в банк, в больницу, военкомат, налоговую, ОБЭП и еще в сто или двести разных мест) в общем не отпустить – замучают штрафы, суды, претензии клиентов, а то еще хуже в реанимацию попадут. Придется отпустить, а то суицида на рабочем месте мне только не хватало. Давка в дверях, даже секретарь поддавшись общему настрою пропала вместе с шубой и шапочкой, а ведь не собиралась никуда идти, впрочем и инспектируемые торговые точки тоже не отзывались на мои телефонные звонки. Я закрыл офис и вышел в коридор, в здании не было никого, только на первом этаже сиротливо сидел вахтер, он сердито посмотрел на меня, буркнул под нос себе что-то типа: проваливай быстрей. Вышел на улицу, тоже никого просто «Унесенные ветром», том 3 (Унесены морозом). Пока шел домой увидел несколько магазинов с вывеской «Закрыто на учет», ну хорошо, что хоть магазин около дома открыт, надо зайти, а то в холодильнике «мышь повешалась2».
Удивление продавщиц было искренним и очень сильным, они переводили взгляд с меня друг на друга, потом после пятиминутной игры в гляделки одна из них рассмеялась и сказала: - Валь, а вот еще один человек, который сегодня не начал ЛЕПИТЬ ПЕЛЬМЕНИ!
- Девушки, а это всеобщее исчезновение людей в городе вызвано лепкой пельменей, а то я уж было подумал, что тут Гаммельнский крысолов со своей волшебной флейтой прошел. Ну в общем все хорошо, а то я уже нервничать начал. Так, что дайте мне еды хорошей и разной.
Утром мне пришлось увидеть процесс лепки вживую. Мне срочно понадобился один документ, который лежал в сейфе бухгалтерии. В ответ на мою просьбу открыть сейф, главный бухгалтер отрубила: - Я Вам дам ключ, сами откроете и возьмете, а сама не могу, у меня совсем нет времени, заходите, заберите.
Квартира Лидии Сергеевны напоминала одновременно продуктовый склад и поле боя после кавалерийской атаки – мешки с мукой, яичные ячейки до потолка, кости животных, может быть даже КРС3, звуки работающей техники, хозяйка с ножом и остервенением на лице, хозяин, дочь и сын – все с остервенением.
Пельмени лепятся не сотнями, не тысячами, нет, они лепятся десятками тысяч. По Красноярску ходила легенда, что одна оч.умелая домохозяйка (сотоварищи) налепила за выходные сорок две тысячи пельменей. Я тогда искренне поудивлявшись, от чистого сердца предложил проводить в Красноярске сначала чемпионат Сибири по скоростной лепке пельменей, потом подтянуть Китай, Корею (и Северную, и Южную) добавить Италию, и объявить это действо Чемпионатом Мира. Посмотрели как на идиота, кто-то даже пальцем у виска покрутил: - Мы тут о Святом, а ему бы все игрища устраивать. Как то немного позже, когда все пельмени налеплены и все ходят друг к другу в гости (чтобы съесть эти кровью, потом и нервами созданные пельмени) я зашел в гости к заму и совершенно случайно зацепился взглядом за три совершенно одинаковых электромясорубки на кухне.
- Палыч, а зачем так много
- Ну, пельмени лепить – одна фарш крутит, другая готовится, а третья отдыхает.
И тут я сразу понял, что понять Сибирь и сибиряков невозможно.
Ну а теперь на серебристой быстрой птице я вас перенесу в Екатеринбург (он же Свердловск, в недалеком прошлом, он же Катькинград, для друзей из сурового Челябинска, он же Ё-бург, для местных жителей), где тоже любят пельмени, но совсем по другому.
В Екатеринбурге зима начинается тоже очень рано, и вот когда объявили неделю устойчивых морозов с тенденцией к усилению на следующей неделе, я начал усиленно приглядываться к сотрудникам, чтобы заранее увидеть зарождающееся пельменное безумие и сбежать от него. Но ничего не происходило, совсем ничего. Рядовые разговоры о том, что хорошо бы баньку истопить, на лыжах по лесу погулять, съездить на Европу-Азию4 и отпраздновать там наступление настоящей зимы, о перспективах подлёдной рыбалки (вот скоро лед на озерах окрепнет и тогда…). И никаких отблесков костров, никаких сжигаемых еретиков, никаких шпионских заговоров все просто и обыденно, даже пригласили в ближайшую субботу на празднование начала зимы (на Европу-Азию) со всем коллективом. Что самое удивительное поехали все, никто не увильнул, наняли целый автобус и поехали (с чадами и домочадцами) и отпраздновали с мясом на углях и….. пельменями.
А теперь маленький шаг в сторону. Старая-старая загадка «чего в Москве больше чем Макдоналдсов?» правильный ответ – станций метро. А теперь вариация этой загадки. Чего в Екатеринбурге больше чем станций метро в Москве? Правильный ответ – точек общепита с одним общим названием «Уральские пельмени»! Сеть рюмочных, столовых, пельменных, кафе, кафешек, штук десять баров и один ресторан с одним и тем же названием «Уральские пельмени»! Что самое интересное, абсолютно везде, не смотря на статус заведения пельмени будут, даже в рюмочных, и минимум четырех-пяти видов и способов приготовления. Ресторан просто поражает своим меню: страничка салатов, страница закусок холодных, страница первых блюд и листов сорок про пельмени. Если вы не нашли там пельмени по вкусу, значит вы их просто не любите или у вас плохое зрение и вы зашли туда по ошибке. Добавлю, что в любом мини, супер или гипермаркете вы спокойно выберете себе пельмени по вкусу, а невкусными там не торгуют. Вот поэтому екатеринбуржцы не делают из пельменей культа, они их просто едят, с любовью.
Вот так.
Примечания:
1. В то время популярный Красноярский телеканал.
2. Идиоматическое Красноярское выражение, показывающее крайнюю степень отсутствия чего либо.
3. Крупный рогатый скот.
4. Пограничные столбы на границе Европы с Азией.

P.S. Примерно такая же сеть общепита есть в Челябинске, только не такая плотная (по состоянию на начало двухтысячных годов) Жители Перми – простите меня, у вас я пробыл чуть больше суток и кроме громадной гостиницы (в которой надо давать велосипеды для перемещения по этажу) ничего не видел. А в Оренбурге не был ни разу.

Волжанин

17.10.2017, Новые истории - основной выпуск

Давно это было. Или: Прохождение таможни

Стоял сначала - чтоб не нарываться:
Ведь я спиртного лишку загрузил, -
А впереди шмонали уругвайца,
Который контрабанду провозил
В.С. Высоцкий

Когда я вернулся домой из Сибири, то очень быстро попал в веселый, сплоченный коллектив, (немного повторяюсь: простите великодушно), состоявший из одноклассников и сокурсников, собранных нашим шефом (моим одноклассником). Не был знаком только с двумя, про одного уже писал, решил написать и про второго.
Кузнецов Леша. Единственный среди нас не одноклассник, не сокурсник и даже не политехник (как такое могло случиться?). В душе его навсегда поселились три страсти: футбол, рыбалка и борьба с зеленым змием (в свободное от работы время). Для лучшего понимания истории добавляю: характер не нордический и не выдержанный (в состоянии похмелья – особенно), поэтому иногда даже срывался и проявлял признаки недовольств голосом. Нет, не так: ГОЛОСОМ!!! Это был не крик, не рык, немного другое. Больше всего похоже на рев разъяренного зверя, но только я что-то не встречал зверей, забивающих своими вокальными данными звук проходящего поезда. Ну просто какой-то пушечный залп над ухом (Алексей мог бы петь ведущие партии в опере, и всех солистов просто смело бы со сцены ураганом его голоса, но маленький нюанс – музыкального слуха ровно ноль, солисты облегченно вздыхают). Но это в гневе, а так белый и пушистый (в буквальном смысле этих слов – огромная копна абсолютно белых волос) и даже слегка рассеянный.
В один прекрасный день в голове нашего знакомого появилась хорошая мысль о прекрасном теплом отдыхе в Египте, на Красном море понырять с аквалангами, да на песочке погреться, благо новогодние каникулы близко-близко. Первым об этом был оповещен лучший друг нашего героя – Серега Половинкин, с рабочим псевдонимом «Четверть».
Серега с интересом выслушал, задал наводящий вопрос:
- А жены?
Получил положительный ответ:
- Ну куда же без них.
Задали задачку боевым подругам, услышали:
- Да!, - но с поправками – покупались, нанырялись и на три дня в Израиль (Рождество на Святой земле и никак иначе, мы же православные!).
Дело в том, что жена Половинкина, Ольга, была истово верующей, все посты соблюдались, в Храм Божий, не только по праздникам, но по зову души и сердца (в этих строчках ни капли иронии), а тут такая возможность, и Оля внесла предложение, от которого невозможно отказаться: «Aut Ceasar, aut nihil». Поступило согласие (правда, со вздохом, троекратным). Купили путевки, приступили к сборам, причем госпожа Половинкина внесла коррективы и в форму одежды (для посещения Храма).
До выезда оставалось всего ничего, и в голову Ольги пулей влетела новая хорошая мысль: «Святая вода, да я наберу Святой воды в Иерусалимских храмах или источниках и привезу её в свой Храм». Душа запела, сердце забилось, пришло ощущение свершения подвига (даже мессианства). Одновременно закралось легкое сомнение - а набирать-то куда, а вдруг там ничего не будет, совсем? Ответ тоже нашелся легко: взять пустые банки с полиэтиленовыми крышками, проложить их чем-нибудь малоответственным и вот так совершить маленькое паломничество. Второе маленькое сомнение (что подумает муж по поводу пустой стеклотары в ручной клади) тоже решилось просто – эту сумку будет носить Лешка вместе с его беспримерным пофигизмом (бытовые мелочи его никогда не заботили), а вот муженек мог бы и допрос (с пристрастием) устроить.
Жена Алексея, Ирина, была не в восторге от замыслов мадам Половинкиной, но и особых возражений не проявила, тем более для Лешки лишняя сумка – слону дробинка.
Вылет из Адлера задерживался по метеоусловиям, и Леша-Сережа коварно улизнули в бар (или буфет) дабы скоротать время за рюмкой чая. Время скороталось очень хорошо (особенно для Кузнецова), и в качестве нанесения первого предупреждения Ирина отобрала у Лешки всю валюту.
К прохождению таможенного досмотра наш славный Алексей Александрович выглядит так:
- слегка выбрит;
- пьян (не слегка), но не бузит, на ногах стоит крепко, орлиный взгляд устремлен в пространство;
- в правой руке паспорт и билет, а в левой спортивная сумка с десятью пустыми полуторалитровыми банками (с полиэтиленовыми крышками), переложенными женской одеждой, женским бельем и предметами интимной гигиены (ну, чтобы банки не звякали), но про начинку Леша еще ничего не знает, на Ирку свою обижен, и, оторвавшись от коллектива, начинает проходить досмотр.
Паспорт открыт (и предъявлен), сумка едет на просветку, у таможенника и Алексея начинается душевный диалог:
- А валютная декларация где? (Таможенник)
- А у меня нет валюты.
- В смысле ? (Таможенник настаивает)
- Нет совсем, жена отняла.
- А где жена?
- А не знаю где, может в Волгоград возвращается (мы-то с Вами знаем, что Леша обижен на жену, и может быть даже очень сильно, а таможенник нет)
- То есть Вы летите на десять дней в Египет и Израиль без валюты?
- Да!!
- ???
- !!!
- Ну скажите, а сумка ваша? (настойчивый таможенник уже что-то заподозрил и готовится получить внеочередное звание или премию)
- Моя.
- Откройте!
Помните про внешний вид нашего героя? Отстраненно глядя в пространство Леша открывает сумку. Мне рассказывали, что у несчастного таможенника произошел разрыв шаблона, наступил когнитивный диссонанс с зависанием головного мозга – он увидел пустые банки и все остальное.
- А вы уверены, что она Ваша? - прошептал таможенник.
- Уверен!
- Точно уверены?
- Абсолютно!!!!
- Тогда ответьте мне, пожалуйста, умоляю, ответьте правдиво, зачем Вам пустые банки и явно женская одежда (ЛГБТ-сообщество и Леша – это несовместимо, то есть абсолютно, и эта несовместимость видна невооруженным взглядом), ну скажите, зачем????
Леша перевел глаза вниз и поглядел в сумку…
Говорят, что очередь на прохождение таможни разлетелась в разные стороны от этого звукового торнадо, сам таможенник лишился чувств, в аэропорту вылетело несколько стекол, а близстоящие самолетики трусливо поджимали шасси и падали на бетон. Сколько народу просто оглохло и получило травмы, история до меня не донесла, полагаю, очень много.
Леша стоял, глядя в сумку, и орал:
- ИРКА!!!!! СТЕРВА!!!!! УБЬЮЮЮ!!!!

P.S. Вся четверка в итоге отлично отдохнула. Ирина не пострадала (любовь - сильное чувство). Количество Святой воды, привезенной оттуда как-то забылось. Таможенник, правда, заикается до сих пор и досрочно вышел на пенсию. Вот так.

Рейтинг@Mail.ru