Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+

Поиск по автору:

Образец длиной до 50 знаков ищется в начале имени, если не найден - в середине.
Если найден ровно один автор - выводятся его анекдоты, истории и т.д.
Если больше 100 - первые 100 и список возможных следующих букв (регистр букв учитывается).
Рассказчик: Ануфриев
По убыванию: %, гг., S ;   По возрастанию: %, гг., S
1

29.04.2016 / Остальные новые истории

Вот и пора. Пора написать про моих дедов. Один русский, другой еврей. Один Саша, другой Юдик. Обоих призвали в 41-м. Обоим Бог дал не погибнуть. Я был советским мальчишкой, всё ждал от них героических рассказов про войну, про то как немцев героически били, про подвиги. Но ни тот , ни другой ничего про войну не рассказывали. Иногда, подслушав взрослые разговоры про грязь, пот, голод и кровь, я не хотел верить , не мог, не желал понять, что война и вправду страшна и уж совсем не романтична. Сейчас понимаю. Но от отца, уже позже , пару военных историй я узнал.
Сначала расскажу про странный палец деда Саши. На фаланге указательного пальца вместо подушечки у него была чёрная костяная метка. Вроде огромной точки. При этом дед был лучшим мастеровым на всё Коломенское. Палец не мешал. А дело было так. Служил он зенитчиком, стреляли они по фокерам , мессерам и юнкерсам. Батарея стояла на крыше завода в Сталинграде.
При стрельбе надо было делать поправку на ветер, и, послюнявив палец, дед поднял его для понимания направления. Да, да! Пуля чётко угодила в этот палец. Его отослали в медсанбат. Там перевязали, шину наложили, и пошёл он воевать дальше. А воевать оказалось негде. Ни крыши, ни завода, ни батареи. Воронка с футбольное поле.
Победу он встретил в Кёнигсберге. Пришел живым, воспитал троих детей, шесть внуков. Уважаю и люблю его всю жизнь. На его похоронах я нёс икону, хоть и был пионером.
Дед Юля. Представьте себе Луи де Фюнеса. Маленький, носатый, лысый еврей. Бежит в атаку под Ельней. Получает очередь в грудь. Наши отходят. Он остаётся на нейтральной полосе. В крови, в говне, умирая. Пить пришлось каской из болота. Началось шевеление со стороны немцев. Уже тогда было известно, что евреям в плен попадать не надо. И вот лежал он сутки с прижатой к сердцу гранатой. Правда, не могу себе представить, о чём он думал. О двух маленьких сыновьях, о жене. Что приходит в голову перед смертью. Смерть не пришла, пришли наши. Это была наша первая победа в этой войне.
Мы все внуки таких дедов. Светлая им память и вечное им уважение.

Ануфриев (27)
1
Рейтинг@Mail.ru TrendStat