Анекдоты про армию

- Меня похитили зелёные человечки, и теперь я один из них!
- В армию забрили, что ли?

Награждение

Автор: Шилов Вячеслав
cartoonbank.ru/?page_id=29&brand=1

Капитана Бабкина (прошу прощения уже майора) не любил никто. Коллеги по военной кафедре за то, что, по слухам, карьерой своей был он обязан то ли первому, то ли второму секретарю обкома партии, выходцу из той же глухой деревни, что и родня майора. Студенты не переносили его мелочного придирчивого занудства, и какой-то паталогической безграмотности, от которой временами даже дух захватывало. Всё, за что он ни брался, блестяще доводилось до полнейшего абсурда, и даже если вначале воспринималось со смехом, затем действовало, как выматывающая зубная боль.
Это был первый день после зимней сессии. До 23 февраля, главного праздника кафедры, оставалось около недели. Минут через двадцать после начала первой пары в аудиторию зашёл кто-то из старших офицеров и предложил сделку, добровольцы, готовые внести посильный, но высокопрофессиональный вклад в дело подготовки к празднику, получают освобождение от занятий на сегодня и ближайшие две недели. Цена не малая, учитывая, что «война» хоть и была раз в неделю, но состояла из четырёх пар плюс пятая пара «самоподготовка». Конкурс прошли не многие, мы с приятелем, вызвавшиеся подготовить наглядную агитацию в виде кумачовой растяжки «НАДЁЖНО ЗАЩИТИМ ЗАВОЕВАНИЯ СОЦИАЛИЗМА» и Майк, в миру Миша Майков (если читаешь – привет!!). Ему досталась побелка потолка на площадке между лестничными пролётами, там кто-то оставил открытым на ночь окно этажом выше, и вода, пройдя сквозь перекрытия, отметилась грязными пятнами.
Оставшиеся, вынужденные штудировать устройство штатива артиллеристской буссоли (она же тренога), люто нам завидовали. И никто не принял в расчёт одной детали. Дежурным по кафедре в этот день был майор Бабкин. Надо сказать, что для всех офицеров дежурство было чем-то сродни наказанию. И правда, кому охота приходить первым, проверять сохранность пломб, на утреннем разводе докладывать начальнику о численности, чморить опоздавших, уходить последним, проверяя свет и воду на всех этажах. Бабкину при новых погонах эта роль досталась впервые. До этого он был единственным капитаном среди полковников, подполковников и майоров. Он очень хотел оправдать оказанное доверие и, похоже, был счастлив проявить воинскую смекалку, расторопность и доблесть.
По такому случаю майор загодя постригся, поэтому головной убор казался великоватым и сползал с абсолютно круглой головы на глаза и уши. Шинель, наоборот, сходилась с трудом. За недолгое время после гарнизонной жизни майор приобрёл бёдра шире плеч, по этой причине ремень с кобурой у него был значительно выше талии, а портупея казалась лишним дизайнерским элементом, так как сползти под тяжестью оружия ремню возможности не было. При этом всём, демонстрирующий начальству рвение Бабкин перемещался по вверенному ему объекту с беспокойством хлопотливой курицы.
Когда он в третий или четвёртый раз, с интервалом в 10-15 минут, появился перед нами в тесной каптёрке, где мы пытались на старую деревянную раму натянуть шесть метров напоминавшей марлю красной ткани и, пыжась от собственной значимости, учил, как держать в руках молоток, мы, от греха подальше, просто заперлись изнутри, а снаружи повесили красочно оформленную табличку: «Не мешать! Работают люди». Оставшееся до перерыва время он провел на лестничной площадке с Майком, и пока тот, готовя себе рабочее место, сооружал высокие «козлы» (потолки на кафедре были за пять метров), майор показывал пальцем, как тот должен водить по потолку кистью.
Перерыв после первой пары тоже ознаменовался новшеством. Полсотни студентов, привычно куривших под козырьком у входа на кафедру, он погнал к «специально оборудованному месту». «Местом» служила открытая всем ветрам площадка у деревянного пожарного щита на стене здания, выглядевшего окаменелостью под бесчисленными слоями покрывавшей его масляной краски. Через некоторое время, дабы не подавать дурной пример, ёжась под мокрым снегом, туда побрели офицеры.
Сразу после перерыва он посопел у нашей запертой изнутри двери, поизучал грозную табличку и, разочаровано вздохнув, пошёл искать себе новое дело. Дело нашлось быстро. На полу широкого коридора командирского, или как его ещё называли «штабного» этажа, где располагалась и наша каптёрка, белели четкие меловые следы. Следы привели к Майку. Побелка уже началась, и часть содержимого ведёрка с мелом, в виде редких капель, покрывала пол. Запрокидывая голову к находящемуся почти на три метра выше Майку, и придерживая фуражку, которая слишком свободно себя чувствовала на коротко стриженом основании, Бабкин закудахтал:-«Вы это того… Ты это чё? Не капай, твою мать!!!»
Тут надо немного про особенности характера Майка. Он был очень немногословный, но весьма жёсткий, если того требовали обстоятельства. По этой причине он был отчислен из университета три года назад из-за конфликта со старшекурсниками в общаге, практиковавшими там дедовщину. Для двоих старшекурсников тогда вызвали «скорую», для Майка милицию. В итоге два года он провёл в армии и восстановился на второй курс уже к нам. По этой причине, я не очень верю, что ведро случайно оказалось на самом краю, и Майк случайно задел его ногой в тот самый момент, когда подпрыгивающий снизу Бабкин требовал, чтобы «не капало».
Поток из опрокинувшегося ведра угодил ему прямо на темечко, превратив майора в вылепленное из тающего пломбира, абсолютно белое изваяние. Секунд десять изваяние не шевелилось и не подавало звуков. Потом, на месте, где должно было быть лицо, чуть ли не с хлопком открылся один глаз, сморгнул, затем второй и оба глаза сморгнули синхронно. Следом, ниже глаз с шумом вышел воздух, и показались три отверстия, две ноздри и рот. Майк, наверху, сидя на корточках, внимательно наблюдал за превращениями.
-«Ты это чего, а?», плаксиво завыл Бабкин. «Ты же меня ё@ твою мать, того,…,облил, а?». Молчание было ему ответом. Развернувшись на каблуках, и водрузив почти чистую фуражку на голову, которую, как и всего его до пят, делая похожим на весеннего снеговика, густым киселём покрывал застывающий мел, он потрусил в кабинет начальника кафедры.
Через какое-то время на площадку к Майку спустился полковник Токмаков, замещающий в этот день начальника, один из немногих офицеров, к которому мы, студенты, относились с уважением. Задумчиво оглядев не добелённый потолок, лужу мела на полу он подошёл к окну, открыл его и достал сигареты. Майк по-прежнему сидел на своём насесте под потолком. Токмаков закурил и, посмотрев на Майка, взглядом предложил сигарету и ему. Майк достал свои, и, расценив предложение сигареты, как разрешение курить, закурил у себя наверху. Через пару минут полковник, опять-таки, взглядом, показал Майку – гаси. Закрыл окно и спросил – «До трёх успеешь закончить?» Майк утвердительно кивнул. «Да. И лужу эту убери до перерыва», - добавил Токмаков уже на ходу.
Говорят, Бабкин ещё долго писал служебные во все инстанции с требованием публичной казни Майка. Но отчислять его второй раз, видимо, сочли моветоном.

Стройбат. Сержант увидел, что новобранец возит тачку, перевернув её вверх дном.
- Вы что, с ума сошли, рядовой Рабинович?! - рявкнул он. - Вы толкаете тачку вверх дном!
- Видите ли, товарищ сержант, когда я везу её нормально, они накладывают в неё кирпичи.

В 2005 один мой товарищ при увольнении нашел приказ НКО вроде 1928 года, по которому указывалось, что при выслуге в РККА 25 лет, при увольнении в запас полагается именная сабля, какая то продвинутая папаха и лошадь. Самое смешное, что приказ не был отменен. Товарищ написал рапорт - его естественно послали, он из стеба обратился в суд - выиграл. Лошади не дали, а саблю и папаху торжественно вручили перед строем - тоже из стеба. А приказ отменили.

Не всё "деду" масленица

Автор: Валерий Каненков

Для тех, кто не знает, у свиней есть такой врождённый инстинкт: при резком звуке они замирают на несколько секунд.
Давным-давно, когда я служил в ещё Советсткой Армии, наши деды пользовались этой особенностью данной скотины.
Выглядело это так: приводится на свинарник молодой солдат, а "дедушка" негромко ему втирает, что он плохой солдат, команды выполнять не умеет, которые даже армейские свиньи знают. Потом резко и громко командует: "СМИРНО!!!". Естественно, что всё движение тут же замирает. Через определённое время вполголоса даётся команда "Вольно!. Вся свинобратия начинает шевелиться.

Записано со слов моего дядьки, военнослужащего.
80-е годы прошлого века. Военная академия в одном крупном городе. Учащиеся нашего курса - сплошь офицеры не ниже капитана. Воистину украшение потока - пара жутких разгильдяев, профессионалов в борьбе с зеленым змием (воевали, они, правда, на его стороне), двух майоров. Гирченко и Цымбалюк (имена изменены до неузнаваемости). История умалчивает, были ли они знакомы раньше, но порознь их никто никогда не видел. Были они, как говорится, однотипными: одного роста, одной комплекции, даже лица чем-то похожи были. И обитали Гирченко и Цымбалюк в одной комнате в общежитии. За схожесть внешности и характера их пару прозвали Дубль. Но через какое-то время прозвище само собой вылилось в Дупель. Что, кстати, чрезвычайно им шло и как нельзя более точно определяло их ежевечернее состояние.
Одним прекрасным утром (хотя кому как! Дупелям оно таким не казалось) дверь аудитории отворилась, и народу явились Гирченко и Цымбалюк. Сказать, что были с бодуна,- ничего не сказать. Они были с БОДУНА... Накануне, оказывается, был такой повод, мимо которого ну просто невозможно было пройти. То ли очередная годовщина Ланкастерхаузской конференции, то ли день рождения Патриса Лумумбы... В общем, при их появлении от выхлопа даже мухи с потолка попадали.
Как назло, первой парой в тот день был немецкий. Преподаватель - Фрау, как ее называли между собой,- худенькая старушка, готовящаяся через пару лет отметить свой первый столетний юбилей. Первый - потому что энергии и любви к языку Гете ей хватило бы еще лет на 300 как минимум. Заметим, что Фрау на дух не переносила запах спиртного. Так что места за задними столами Дупелями были зарезервированы давно и надолго.
Едва войдя в аудиторию, Фрау издалека засекла две физиономии зеленовато-фиолетового цвета... Поджала губы, помолчала немного и начала:
- На прошлом занятии я просила подготовиться к опросу. Все готовы?
Дружный хор голосов:
- Так точно!
- Великолепно. Гирченко и Цымбалюк, к доске!
Дупеля почти строевым дошли до доски. Фрау:
- Задание - составить диалог. Тема - допрос военнопленного.
Несколько минут - звенящая тишина. Гирченко долго смотрит на Цымбалюка, медленно наливается краской (хотя куда уж больше!) и выдавливает:
- Ви ест руссиш пахтизанен?!!
- Ja, ja!
Все. Не рыдали от смеха только портреты классиков на стенах. И Фрау. Выждав МХАТовскую паузу, она негромко сказала:
- Вон. До конца года не сметь появляться на занятиях. Увидимся на экзамене.
И действительно, все попытки Дупелей прорваться на занятия по немецкому пресекались на корню до конца учебного года.
P.S. А экзамен оба на "тройки" сдали.

- Ты че это лифчик напяливаешь? Голубым, что ли, заделался?
- Да, на время. Иду проходить медкомиссию в военкомате. Не застегнешь?

Если в армии выбивают дурь, значит в армию берут всё-таки дураков!...

Каждый десантник должен построить дом из сломанных головой кирпичей, спрыгнуть с дерева и пристроить сына в высшее десантное училище.

" Сказочнику " про историю о 20 летнем лейтехе,для справки в военном институте учатся 5 лет. Я поступал сразу после окончания одинадцатого класса в 17 лет в славный НВОКУ ныне НВИ кто знает поймет,это значит герой его истории поступал в 15 лет? Ну это так преамбула.Сама история:
Преподаватель по ГКМ (Гусенично Колесные Машины ) был большой шутник. Идут занятия, в БМП место мехвода поднимается в походное положение,т.е голова водилы торчит из люка,сразу за ним место старшего стрелка,посадка тоже через люк но сидение не поднимается.Курсант уже отличившийся рассказом про "прицел для подводного плавания на БМП"(на самом деле высокий триплекс для пересечения водных приград) садится на место мехвода,майор командует "в походное,кочки" курсант радостно прыгает на поднятом сидении ))) команда старший стрелок,походное,кочки. На лице курсанта недоумение,товарищ майор оно не поднимается!!! Майор,да не может быть!!! Курсант со всей дури дергает за сидение БМП (боевая масса 14 тонн) ходит ходуном ))) малый не слабый из Алтайской деревни,вырывает сидение,майор в ахуе сползает под стол и молвит учите матчасть.......

Сижу в армейке, никого не трогаю.
Приходит лейтенант после училища, 20 лет.
Мне 25, двое детей. Один официальный, дочка на "стороне".
Лейтенант заходит в кабинет, требует чтобы я встал перед офицером.
Я перед полковниками не встаю. Я единственный программист на всю бригвду.
И еще я "Врио" начальнимка отдела. Рядовой.
Он у меня служил, как полагается. Меня патруль может поймать. Я рядовой.
И, поэтому я посылал за водкой лейтенанта, его не поймают.

Многим, надеюсь, знаком анекдот про полковника на военной кафедре, который просматривая списки студентов начинает заходиться от хохота, чуть ли не до апоплексического удара, а затем, сквозь слезы, делится с коллегой: "Товарищ Пиздюхайло, дывись яка смешна фамилия у студента – ЗАЯЦ!!!"
Если не путаю 1979 год, военная кафедра одного из поволжских университетов. Аудитория на 200-250 человек (помещалось и больше), фактически 100-120, мужская часть двух факультетов - мехмат и физики. Многие (и я в том числе) уже нашли себе занятие на ближайшие полтора часа, пишут пулю, играют в шахматы и в бесконечные крестики-нолики на деньги. Короче, рутина. Но минут через пять лектор умудряется завладеть нашим вниманием. То, что это новый преподаватель, нас мало смутило (или мало привлекло, не знаю, как правильно в данной ситуации). Лекции мог читать любой офицер кафедры, на которого в этот день пал выбор начальника. Бралась соответствующая папочка с наименованием специальности и порядковым номером лекции и потом, без соблюдения знаков препинания, каких-то технических пауз на осмысление торжественно зачитывалась перед аудиторией. Тоже я вам скажу при определенном таланте – ого-го какое шоу.
Но наш сломал все стереотипы.
Во-первых, он представился:
– Я новый преподаватель военной кафедры Госуниверситета - капитан Бабкин. Потом жизнерадостно предложил: «Давайте знакомиться» и начал зачитывать список присутствующих, чтобы стало быть познакомиться. Дальше надо либо стенограмму, но она утрачена))), либо попытаться представить сам процесс. Мало того, что все КРОМЕ капитана понимают, что знакомство с такой толпой займёт по минимуму пол пары, так он ещё фамилию, если она больше двух слогов с первого раза прочесть не может, разбивает на части (Белобородов с четвертого раза осилил) и ударение ставит в самых неожиданных местах. Минут через 40 две трети списка уже были оглашены, половина аудитории, состоящей из двадцатилетних оболтусов, не имея возможности смеяться в голос, хрипит под столами, но самые прозорливые уже поняли главное веселье ещё впереди, точнее в конце списка.
Вот сыграла моя ставка - три литра пива против кружки, что мой дружок Витя Попов будет ПОпов (он потом месяц у пивного ларька не появлялся, когда стало известно по какому поводу он мне пиво проставил), вот уже капитан поднял первого Рабиновича, Аркашу (у нас их было два, один с мехмата, другой физик) и радостно, как ребенок диковину, его разглядывал. Похоже, ему часто приходилось слышать фамилию в анекдотах, но счастливого обладателя он видел впервые. Далее в списке был опять Рабинович, но Валерий. Сразу этого факта капитан Бабкин осознать не смог. Что в одном помещении могут оказаться сразу два Рабиновича, для него было полнейшей экзотикой. Валера поднялся сам, зная что следующий в списке он. Бабкин обалдело на него посмотрел, и неуверенно спросил: «ШО, тоже??» Валера только развел руками, как бы соглашаясь со всеми возможными версиями капитана. А на горизонте, точнее через 2-3 фамилии в списке, уже маячил Хэбанес Кабос Хосе Викторович. Такой тишины аудитория похоже не знала даже по ночам. Все, включая самого Хосе Викторовича, полного паренька в очках с толстыми стеклами, затаив дыхание следили за капитаном. Откуда тому было знать, что в 30-е годы, теперь уже прошлого века, в СССР из Испании вывезли несколько сотен детей, чьи родители воевали в это время против Франко и один из внуков героев-коммунаров сидит сейчас в зале.
Сначала капитан просто вздыхал и шевелил губами, пытаясь сложить из букв хоть что-то, в его понимании осмысленное. Потом начал багроветь и вроде бы про себя, но в воцарившейся тишине это услышали все, с чувством произнес:
- «Херня какая-то!»
По щекам слушателей потекли первые слёзы, а капитан багровел всё больше и больше, и, похоже, из состояния показного благодушия перекочёвывал в состояние глубокой «личной неприязни» к Хэбанес Кабосу Хосе Викторовичу. Каким он себе его представлял, история умалчивает, но… Когда он закрыл ведомость списочного состава, вышел из-за кафедры к аудитории и голосом, не предвещавшим ничего хорошего произнес:
- «Ну, Карабас Барабас, выйди, покажись какой ты есть!» захрипели почти все. Кто-то, сам того не замечая, от избытка чувств колотил ногой в перегородку между рядами, кто-то (а таких было много) просто сполз под столешницу, кому-то была нужна скорая. Не смеялись двое, капитан Бабкин и Хосе Викторович Хэбанес Кабос.

Капитан Бабкин через месяц стал майором, а Хосе оставался Карабасом Барабасом до 4 курса, пока не стал Парижским Грузчиком. Но это отдельная история.

В мире музыки я оказался давно - 23 года назад. В день когда родился, ибо и мама и папа и тётя и дядя и даже дедушка - у меня музыканты. Мама музыковед, папа дирижер военного оркестра. Ну и я волей судьбы хоть и закончил музшколу,училище,консерваторию, но в музыке оказался, тоисть понял, что мое, только в армии. С детства слышал кучу музыкантских хохм! Это целый жанр! Какие знаете?

Например: в армии слышал такую хохму. реальная. Подготовка к параду на 9е мая. на тренировке играет сводный оркестр. стоит он напротив трибуны. в том числе играет 5 тромбонов. Все. коробка проходит. Начинается разбор. генерал - ессно орет, что все кривоногие, все должно быть синхронно, однообразно по армейски и по уставу, а оркестр играет бездарно. И тут изрекает. "А какого лешего эти дурачки с дудками, ну которые двигают такую выдвигающуюся хреновину (ему подсказывают тромбонисты мол кулису двигают) как то по-разному ею двигают? Вот они и фальшивят! В армии все однообразно, а это что? Кто в лес - кто по-дрова))) Приказываю всем тромбонистам двигать кулису ОДНООБРАЗНО))))) Дирижер ему пол часа обьяснял, что каждый играет по своей партии ))))

- В армии украдено все, а если завтра война?
- Поднимем белый флаг и пойдем сдаваться.
- В том-то и дело, что белый флаг и тот украли.

Ещё про советскую армию.
Середина 80-х. Служил я на офицерских курсах простым солдатом. Учились там курсанты не ниже капитана, это наши, советские. Кроме них были там представители всего соц. лагеря, половины Африки и немного капиталистов.
Интересное наблюдение: оказывается негры делятся на две расы, одни цвета воронёной стали с синим отливом, обликом похожи на лысую гориллу или шимпанзе, другие цветом от тёмно-кофейного до легкой смугловатости, лица всякие. Представьте себе узкоглазого китайца, мексиканца или рязанского Ваню, нос слегка приплюснут и с тёмным цветом кожи. Обе расы "слегка" недолюбливают друг друга. Но история не об этом.
Пришлось мне как-то общаться с одним представителем Африки, с тем, который не обезьяна. Поговорили о том, о сём, зашла речь об обустройстве армий. В ходе разговора выяснилось, что всё почти одинаково и у нас и у них, есть только одно различие. На мой взгляд очень существенное. Если ввести его в нашей армии, сократятся самоволки, повысится дисциплина и т.д.
Дело в том, что их раз в неделю строем ведут в бордель. А в качестве наказания не сажают на "губу", а лишают очередного посещения борделя.

Семидесятые годы, идет служба в армии. Срочное построение. Построили на плацу часть, равняйсь!, смирно. Выходит командир части подполковник Соловец. Рожа красная. В руках держит зачуханную солдатскую зимнюю шапку.
Сейчас я вам расскажу историю. Захожу я сейчас в туалет, сажусь по вашему: на очко (расположение туалета внутри следующее: ряд отверстий в деревянном полу, через глухой заборчик высотой в метр другой ряд ). Соловец продолжает: "Заходит с другой стороны военнослужащий, по вашему наверно дед (из-за заборчика по видимому была видна только офицерская шапка сидящего Соловца), снимает с меня шапку и со словами: молод еще носить такую салага, надевает на меня вот эту и выходит".
И я не мог привстать и рассмотреть даже кто это был, так как был как бы при делах.
Часть на плацу начала складываться пополам.
Соловец распаляется все больше: "Обидно не то, что он поменял мне шапку, я не бедный человек, я куплю другую, обидно то, что он меня боевого офицера салагой назвал!"
Часть уже практически лежит на асфальте, Соловец орет дальше: "И он подлец сейчас стоит среди вас и хохочет с вами!" Хрясь эту шапку об асфальт, пинает сапогом и уходит. Финиш.

Непокорная

Автор: Валерий Каненков

Прикол из армии.
Служил я давно в середине 80-х.
Стою в наряде "на тумбочке", тут как раз случилась проверка нашей батареи командиром полка (КП). Сопровождал его наш командир батареи(КБ).
Прошлись по расположению, проверили наличие (отсутствие) пыли, посмотрели как висят шинели. Заглянули в антресоли. Там пусто, только какая-то рейка лежит. Далее диалог:
КП-Рейка в описи есть? Рейки в описи нет. Убрать рейку!
КБ-Рейка хорошая, может пригодиться.
КП-Рейка в описи есть? Рейки в описи нет. УБРАТЬ РЕЙКУ!!!
КБ-Товарищ подполковник, воздуха тоже в описи нет.
КП-Что? Воздуха в описи нет??? ВЫКАЧИВАЙТЕ!!!
Я еле устоял.