Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+
24 января 2016

Новые истории - основной выпуск

Меняется каждый час по результатам голосования
Работал я в одном гипермакете и там был отдел одежды с комнатой для переодевания. Один мужик пошел сначала в отдел алконапитков, потом в колбасный, а потом в отдел сыров. Затарился он и пошел в отдел одежды. Зашел в комнату для примерки и забухал. Потом сходил в алкоотдел еще и еще раз. Сходил бы еще разок, но его спалили по запаху. Он так расслабился, что закурил в примерочной.
1
Из рассказов моего друга-змеелова. Бригада из трех человек после отлова вышла из леса к железной дороге. Длинная и абсолютно пустая ж/д платформа без названия, летний солнечный день и тишина! Поставили 3 здоровенных рюкзака, 6 самодельных ящиков со змеями и небольшой мешок с гадюками, которых прихватили по дороге к платформе. Двое пошли узнавать про поезд и билеты, один остался караулить имущество. Тот уселся на ящик и блаженно закурил. Вдруг на дальнем конце платформы появляется красочная громогласная группа цыган с детьми, узлами, мешками и прочим. Одна из цыганок, увидев единственного "клиента", решила по быстрому подзаработать. Независимым ходом оказалась рядом, с предложением предсказать за недорого и т.д. В ответ змеелов сказал, что и сам умеет такое предсказать, что ахнешь! Ну, например, что весь цыганский кагал исчезнет через 5 минут и их никто не увидит. Готов поспорить на деньги. Цыганка, конечно, не верит и пытается впарить "будущее". Парень, не торопясь, выбросил сигарету, поднялся с ящиков, взял в руки небольшой мешок, развязал горловину и вытряхнул на платформу десятка два обыкновенных гадюк. Далее мгновенно сбылось предсказание змеелова. Дикие вопли на цыганском языке и опять полная тишина. И никого на платформе, кроме расслабленного парня с сигаретой на ящиках (змей собрал по-хозяйски в тот же мешок). Наконец, двое ушедших вернулись с докладом о будущем поезде, билетах и пр. Охранявший рассказал о цыганах и безуспешной попытке выиграть денег в споре с гадалкой. Двое окинули взглядом окрест: И где же твои цыгане? - Вот и я сижу думаю - где же мои цыгане?!
Призвали в армию (1962г). Распределили в учебку для специалистов ракетных войск. 3000 курсантов по разным специальностям (я радиолокаторщик). Офицерский преподавательский состав. Каждый день занятия по теории и практике. Всё в норме, но имеются и свои "прелести" в виде сержантов, обеспечивающих порядок, строевую, спортивную подготовку и т. д. Сержанты народ особый (хотя про дедовщину тогда и слыхом не слыхали). Утром подъём! и пока горит спичка курсанты должны подняться, одеться и встать в строй! Если не успели - повторить! И так далее... Чтобы достичь максимальных результатов, сержант мог погасить спичку раньше. Вот такой хронометр! Курсанты свирепели, но смирялись. Однако, наконец, решили это дело прекратить. Пока спичка горела, все 70 курсантов неслись на выход, одеваясь на ходу. Сержант в это время стоял в одном из проходов между двухэтажными койками и ждал. Курсанты назначили самого здорового (Иван с Донбасса) на роль вышибалы. Он должен был "нечаянно" вытолкнуть сержанта из прохода на путь летящих в строй курсантов. Далее по сбитому с ног мучителю промчалось 70 пар сапог (было что припомнить). Группа построилась на улице около казармы - сержанта нет! Стоят, строй не покидают. В итоге сержант оказался в санчасти. Не убили, но мало не показалось. На следующий день полковник (начальник учебки) построил всех курсантов и долго объяснял, что надо выполнять и перевыполнять, но не до такой же степени. Все остальные курсанты школы благодарили нас за солдатскую смекалку. Сержантский состав принял к сведению. И дальше стало лучше.
Маск отжигает. У человека снова ракета взорвалась при посадке, а он шуточки шутит: по крайней мере куски были больше, чем в прошлый раз! Десятки миллионов долларов в пыль, а он ржет. Мир изменился. Не стоит раком вся страна, как СССР, чтобы ракету запустить. Нет задачи сделать запуск к годовщине революции или победы в войне. Просто бизнес. Еще одна попытка. Как тестирование ремней безопасности, только немного дороже.

В интересное время живем.
В Мексике в третий раз задержали самого крупного наркобарона в мире. В последний раз он сбежал из тюрьмы при помощи тоннеля, который его сообщники вырыли прямо к душевой в его камере.

Душевая в камере, Карл!
Батюшка мой, как я тут уже описывала, некогда героически воевал с евреями в Египте и даже привез оттуда пару шрамов. Не то, чтобы он на ратные подвиги особо рвался, но загребли его после университета и послали туда переводчиком при наших консультантах, а во время артобстрела не больно-то смотрят, кто переводчик, а кто нет, а просто хреначат щебенкой рикошетом по башке.

И вот прошли годы, и у папы стали ныть боевые раны, особенно коленка, хотя коленку, он, может, не в Египте измучил, а уж после на лесоповале застудил. (Лес в Сибири он валил в перерывах между переводами де Токвиля и прочими изящными занятиями – потому что в Советском Союзе как-то не очень платили за де Токвиля, а Татьяне Витальевне нужны были шубка, шапочка, детское питание и прочий мещанский уют.) В общем, филологи в СССР, как вы поняли, вели жизнь презанятную, но, впрочем, не об этом сейчас речь.

Коленка стала ныть, и папа решился, наконец, оформить себе ветеранство, благо выяснилось, что за Египет – тоже можно. Раньше ему в военкомате говорили, что нельзя, потому что мы там как бы не воевали, а тут выяснилось, что можно. Во-первых, слегка круглее получается пенсия. А во-вторых ветераны раз в год могут получать не то скидки на противоколенковые санатории, не то билет на самокат до этих санаториев, в общем, пока точно неясно, но ветераном стать все-таки папа надумал. Потому что и сейчас за тобой не бегают с мешками денег, желая как следует заплатить тебе за отличный и славный перевод де Токвиля. А коленки нынче кусаются.

Сижу я тут дома, пишу какую-то гадость для увеселения общественности, тут появляется папа с тросточкой, ибо гололед и коленка, а ему срочно нужно дохромать до совета ветеранов, потому что там принимают два раза в неделю по полтора часа, и надобно отдать мешок документов, которые он полгода собирал, а сделать это надо быстрее, пока мешок вконец не протух.

- Давай такси вызовем? – предлагаю.
Папа произносит оду общественному транспорту, говорит, что некогда ему тут такси ждать, погода чудесная, он лучше прогуляется. Вот только нужно выяснить, где этот совет ветеранов находится. Где-то прямо тут у нас, а где – неясно. И дальше происходит чудо знакомства папы с гугль-мапом, и папа восхищенный и завороженный смотрит, как Леша показывает маршруты и панорамы – где свернуть, куда зайти, а вот тут у нас синенькая линия, а остановка через мост, и туда папа распрекрасно доковыляет, сядет на шестой автобус и прибудет в ветеранское заведение, как король.

И папа даже произносит несколько одобрительных слов в адрес научно-технического прогресса, который он в целом не одобряет. Но именно сейчас прогресс показал себя с лучшей стороны, и нужно признать, что жизнь современного человека имеет свои плюсы в плане комфорта.

Автобусная остановка маршрута номер шесть находилась прямо у кремлевских стен - гугль не соврал. Папа стоял на остановке и слегка грустил из-за отсутствия там хоть какой-нибудь скамейки. Скамейки на остановке не было совсем. Только два заградительных низеньких столбика с шишечками на конце.

Через сорок минут коленка решительно заявила папе, что у нас тут минус двадцать и если мы сейчас не сядем, то мы ляжем. К этому времени на остановке нарисовался еще один пассажир – весьма пожилая, но эффектная дама в изящной шубке. И у нее, видимо, тоже были некоторые проблемы с отсутствием скамейки, потому что она грустно оглядывалась по сторонам и даже иногда глядела на папу, как бы ожидая от него моральной поддержки.
Папа тогда решил показать себя первопроходцем. Он подошел к столбику с шишечкой и попытался на него присесть. Шишечка оказалась такой нестерпимо острой, что едва почуяв контакт с нею даже через пальто, папа попытался выскочить. Но выяснилось, что гадкий столбик слишком низкий, а лед вокруг слишком скользкий. Коленка так взвыла и изогнулась, что папа понял – с шишечки ему не встать никогда. По крайней мере, без посторонней помощи. Папа оглянулся на пожилую даму и с ужасом видел, что та тоже садится на второй столбик

- Не надо! – заорал было папа, но поздно. По изумлению на лице дамы он понял, что шубка тоже не очень скрашивала ситуацию. Как и папа, дама сделала несколько загребающих движений нижними конечностями, пытаясь слететь с насеста, и номер у нее тоже не прошел.
- Что у вас? - крикнул папа.
- Бедро! А у вас?
- Колено!
- Колени у меня тоже!
Под красными стенами Кремля в окружении белых снегов восседали на кольях два окоченевших пенсионера без малейшей надежды на спасение.

Домой папа – злобный, сопливый и изгвазданный вернулся еще через час. С колышков-то им удалось в конце концов упасть и, цепляясь друг за друга и за папину трость, как-то подняться. А вот шестой автобус так и не пришел.

Папа зачем-то посоветовал мне поцеловать мой технический прогресс в одно не очень приличное место. Хотя я, между прочим, с самого начала предложила вызвать такси, да.
отзыв о гостинице
В гостинице тихо и спокойно, уют и комфорт на хорошем уровне. Жаль, что не пускают с домашними питомцами, из-за этого дочь пришлось оставить дома. Оборудовано место для хранения снаряжения.

ЛАУРЕАТ

Очень давно, еще при Советской власти работал я патентоведом в академическом институте. Институт тогда был совсем молодым, но одна из работ его сотрудников уже удостоилась Государственной Премии. Лауреатами этой первой премии стали директор (академик), его заместитель (член-корреспондент) и рядовой старший научный сотрудник. Первых двух величали, само-собой, по имени-отчеству, а третьего все называли просто Лауреат.

Из народа Лауреат почти не выделялся. Как все нормальные люди, любил выпить, держался подальше от парткома и профкома и не был замечен в чрезмерных симпатиях к начальству. Разумеется, у него были положенные по статусу привилегии, наверное он ими пользовался, но в глаза это не бросалось и даже разговоров по этому поводу я никогда не слышал. Тем более заметной была его неформальная привилегия: он мог не заботиться о последствиях своих поступков. Чтобы было понятно о чем идет речь, задам простой вопрос: «Можно ли было наказать Юрия Гагарина»? Отвечаю: «Нет, такое наказание покрыло бы несмываемым позором все начальство сверху донизу и вызвало бы крайнее раздражение народа». Так вот, Лауреат был институтским Гагариным. Злоупотреблял ли он этой привилегией? Пожалуй, нет. Скорее всего он так к ней привык, что даже не замечал.

Каждый год, начиная с мая и по октябрь, сотрудников загоняли на одну или две недели в колхоз. Старших научных и выше руководство старалось не трогать, но летом, когда все были в отпусках, под общую гребенку попадали даже они. Поэтому в очередном заезде, который мало чем отличался от всех предыдущих и последующих, я оказался вместе с Лауреатом. Жили мы в относительно чистом бараке по пять человек в комнате. С утра пололи помидоры под руководством звеньевой бабы Ганны – малограмотной напористой тетки, которая беззастенчиво упивалась своей властью над «городскими». В перерыв съедали обед в колхозной столовой и валялись полчасика в тени. Потом снова выезжали в поле. И наконец вечером накупали множество бутылок дешевого вина, чтобы достойно отметить конец трудового дня.

На третьи или четвертые сутки нашей колхозной жизни, ближе к полудню, Лауреат стоял в поле, опершись на тяпку, и мрачно смотрел на свой рядок, конец которого терялся в жарком мареве. Кто его знает, о чем он грустил?! Может быть, он соскучился по жене, может быть жалел, что под рукой нет карандаша и бумаги, чтобы записать неясную, но интересную мысль, которая внезапно возникла и через полчаса исчезнет неведомо куда, если ее не зафиксировать. А может быть, это было тривиальное похмелье. Но так или иначе Лауреат стоял в поле, опершись на тяпку, и мрачно смотрел на свой рядок, конец которого терялся в жарком мареве. Вдруг из горячего воздуха материализовалась баба Ганна.
- Хлопчику, - запричитала она, обращаясь к Лауреату, - Хіба ж ти полеш?! В тебе ж усі бур'яни стоять! *
Лауреат еще больше помрачнел лицом.
- Баба Ганна, - сказал он, - Нехай у твого чоловіка так стоїть, як в мене бур'яни! **
И похоже, попал в больное место. Баба Ганна стала хватать ртом воздух, как рыба, вытащенная из воды, и вскоре испарилась.

Не прошло и двадцати минут, как она снова материализовалась в компании молчаливого мужика в сапогах и полувоенном френче, как выяснилось позже, колхозного парторга.
- Як твоє прізвище, хлопчику? *** - спросила она с вполне различимой угрозой в голосе.
- Баба Ганна, - вполне миролюбиво отозвался Лауреат, - У Вас тетрадка есть?
- Є, є! **** - обрадовалась баба Ганна
- А карандаш?
- Теж є! *****
- Тогда открывайте тетрадку, берите карандаш, пишите: «Пошла на хуй!»
Баба Ганна написала...

Потом эта тетрадка вместе с карандашом в качестве вещественных доказательств бесчисленное количество раз демонстрировались во всех высоких кабинетах, до которых сумел добраться не в меру борзой второй секретарь сельского райкома. Он грамотно выбрал формулировку: «попытка вбить клин между городом и селом в особо циничном виде», и она не подвела. Ничтожная стычка между кандидатом наук и звеньевой, набрав приличные обороты, стала полноценным пунктом повестки дня где-то на самом верху. Обычно в таких случаях директор устраивал показательную порку, чтобы не только наказать провинившегося, но и навсегда отбить желание делать что-либо подобное у всех остальных. На моей памяти у одного несчастного забрали отдел, у другого – уникальный прибор, который тот выбивал не менее четырех лет, а третий просто исчез. Но наказать Лауреата, как я уже писал выше, было делом нереальным.

Волей-неволей директору пришлось заняться челночной дипломатией. Ее результатом стали следующие кадровые перестановки: второй секретарь оказался в горкоме, баба Ганна получила медаль «За трудовое отличие», Лауреат остался при своих, а в институте появился еще один отставной чекист в должности референта по международным связям. Был он бесцветен, высок, худ и странным образом изогнут. Буквально на следующий день весь институт за глаза называл его «Гельминт». Служебная деятельность Гельминта заключалась в получении дважды в месяц зарплаты, так как международных связей в институте было негусто.

Прошло несколько незаметных лет, и в один прекрасный день Лауреату пришло личное приглашение на международную конференцию в японском городе Осака и точно по его узкой специальности. Лауреат никогда до того за границей не бывал и справедливо рассудил, что другого такого шанса не представится никогда. Директор к этому времени умер, замдиректора перееехал в столицу и заведовал своим институтом. Поэтому Лауреату не оставалось ничего лучшего, как пойти со своим приглашением прямо к Гельминту и просить его посодействовать.
- Нет проблем, - обнадежил тот, - Приглашение у тебя солидное. С таким приглашением отправить человека в Японию, как два пальца обоссать. Но на тебя были сигналы, что ты бухаешь и что в колхозе материл звеньевую. Ну, бухаешь - туда-сюда, а звеньевая, между прочим, кавалер медали «За трудовое отличие». Тут уже до потери классового чутья рукой подать. Чтобы подстраховаться, давай так: ты даешь слово, что по приезду из Японии напишешь отчет, кто чего говорил за рюмкой чая. А я даю слово, что тебе разрешат поехать. И Родине поможешь, и себе подсобишь.
- Ну, если нужно помочь Родине, почему бы и не написать, - согласился Лауреат после недолгого раздумья.
- Тогда, - обрадовался Гельминт, - оформим подписку о сотрудничестве, и можешь собирать чемоданы.
- А как ее оформлять?
- Да проще простого! Вот тебе бумага, напишешь в произвольной форме: «Я, такой-то такой-то, изъявляю добровольное желание помогать органам КГБ в их работе. Об ответственности за разглашение факта сотрудничества предупрежден. Даваемые мной материалы буду подписывать псевдонимом, ну, например, «Лауреат»». Распишешься, поставишь дату. Вот и все дела!
Лауреат взял бумагу, размашисто написал: «Пошел на хуй!», расписался и поставил дату.

За границу Лауреат в конце-концов все-таки попал. После развала Советского Союза жена увезла его в Израиль, где он вскоре умер. Откройте фотографию на http://abrp722.livejournal.com/ в моем ЖЖ. Лауреат на ней слева. И если под рукой есть спиртное, помяните человека, который жил в Советском Союзе и не боялся.

* Молодой человек! Разве ты полешь?! У тебя же все сорняки стоят!
** Пусть у твоего мужа так стоит, как у меня сорняки!
*** Как твоя фамилия, молодой человек?
**** Есть, есть!
***** Тоже есть!
В итальянском кафе плакат. Где очень просто написано:

Иисус Христос - еврей. Твоя машина - немецкая.
Твой телевизор - японский. Твои деньги - американские.
Демократия, при которой ты живёшь, - греческая.
Кофе, который ты пьёшь, - бразильский. Берег, куда ты едешь в отпуск, - турецкий.
Цифры, которыми ты пишешь, - арабские. Буквы твои - кириллица.
Ну почему твой сосед не может быть другой национальности?!

(М.Жванецкий)
Жители Подмосковья закопали в снег офис местных коммунальщиков, не справившихся с уборкой дворов.
10
Мы взлетали чартером из-под настигающей метели. Сейчас в моем городе минус двадцать и за два часа не добраться до центра по снежным заносам. А я с любимой на райском острове рядом с экватором. Тут неожиданно прохладно - зима смешана с летом. Вечное +28 днем и +26 ночью. Смотрю с балкона на звездное небо и пытаюсь найти созвездие Южного Креста, о котором мечтал с детства. Но надо мной почему-то висит только Большая Медведица, а я пытаюсь простыми словами описать неописуемое.

Всё просто - я встретил прекрасную девушку и повез ее туда, куда она захотела. У нее тихая профессия - библиотекарь. В США такие красавицы обычно замужем за миллионерами. Захотелось сделать ей сказку.

Вчерашний день порадовал - нас высадили на необитаемом острове с ослепительно белым коралловым песком и лазурной водой вокруг. Всем раздали маски-трубки для подводного плавания и ласты. Первым делом мы пошли разбивать бивак. Ближайшее место в тени под пальмой нашлось в полусотне метров от воды. Любимая там надела ласты, маску, и пошла к морю. Ласты ей достались среднего размера, это почти полметра в длину. А сама она крошечного роста и худая как щепка. Пошла, взрывая фонтаны и килограммы белого песка. Через несколько шагов замучалась, развернулась и быстро пошла задом наперед, лунной походкой Майкла Джексона. Но с серьезной деловой моськой настоящего библиотекаря. Как потом выяснилось, ласты она одела впервые в жизни. При виде этой хрупкой милой фигуры в профиль, мужественно прокладывающей себе путь через барханы в огромных ластах, у меня вдруг заболел живот. От взрыва непроизвольного смеха. Я вдруг представил себе новогодний корпоратив сотрудников ее библиотеки - двести бабулек в ластах, решительно марширующих к воде, как вылупившиеся из кладки черепашки.

Как вскоре выяснилось, плавать в маске она не умеет. Как, впрочем, и плавать вообще. За исключением нескольких секунд барахтанья перед тем, как пойти ко дну. Ничего, и это поправимо - надел на нее спасательный жилет, обучил контролю над герметичностью маски - вдох носом. Если прилипает, значит встала правильно. Под конец дня она лихо плавала над безднами, любуясь полчищами разноцветных рыбок и рыбищ.

Но за свои взрывы ржака я все-таки поплатился. На следующий день. Любимая не курит и не пьет, за единственным исключением - чивас 12-летней выдержки, очень изредка под настроение. Оно настало. Обрушиваясь в постель, любимая прошептала - если ты меня сейчас не поднимешь, я усну. А я проголодалась!

Черт меня дернул ее поднять. Нет, сначала все было хорошо - устав от экзотических блюд, мы зашли в ресторан русской кухни. Со мной была блистательная, с виду абсолютно трезвая женщина. Но стоило ей попробовать поданных блюд, любимая пришла в негодование. Она потребовала вызвать владельца ресторана. Почуяв пьяный скандал, я тщетно пытался ее отговорить. И вскоре понял, что был неправ. Владелец ресторана, к моему удивлению, явился. Им оказался индус лет 50, хороший парень.

Дальнейшее будет непонятно без маленькой детали - моя любимая действительно умеет готовить. У нее в пращурах шеф-повар графской кухни. Ни в одном ресторане мира, включая президентские приемы, я не встречал еще таких вкусных блюд, которые из нее вылетают в ежедневном режиме. Я не смогу описать ее диалог с этим индусом. У меня просто слов таких нет ни на русском, ни на английском. Ну не знаю я разницы между тушеными и припущенными овощами. И массу подобных деталей, хоть убейте. Но они понимали друг друга с полуслова. Скажу итог: мы расстались далеко за полночь. За это время любимая получила в распоряжение всю русскую кухню и ее персонал, собственноручно приготовила драники, которыми угостили посетителей ресторана, а его владелец поклялся стереть свою доску с меню на русском у входа, и написать там то, что моя любимая скажет. Весь персонал на нее к этому времени вообще молился, а я охреневал, какое чудо мне досталось. К нашему столу потянулась вереница блюд-даров хозяина ресторана.

А любимая к этому времени успела добавить пару бокалов сухого вина и трах-тибидах! вызвалась приготовить окрошку. Немедленно. Она настаивала на этом, как Жанна д'Арк, призывающая французов на взятие Парижа, и была прекрасна. Индус впал в ступор и объяснил, что посетители расходятся, ресторан вскоре закрывается. Он обещал отдать свою кухню в ее полное распоряжение с 12 до 15 следующего дня. Любимая поняла, что ей не дадут приготовить окрошку прям щас, и горько расплакалась. Пошла к нашему отелю и рыдала на краю бассейна, опустив в него свои чудесныя босыя ноги. Русалочка, блин. Меня послала на хер. Решила поплавать. Угу, маршрутом Муму. Там глубина два метра. Никогда еще не был спасателем. Вытащив это прекрасное бесчувственное тело, долго блевал водой. Сейчас это чудо наконец уснуло, а я вот нервно курю, долблю по клавишам и изумляюсь - вот какие бывают тихие библиотекари на Руси. Наверно, придется жениться :)

Вчера<< 24 января >>Завтра
Лучшая история за 23.09:
В бытность студентом медицинского проходили практику в "психушке" - 2 недели. Иду с утра, вижу - стоит знакомый с параллельной группы у трехэтажного здания и чего-то ждет, задрав голову. На мой резонный вопрос последовал ответ (далее с его слов):
- Иду на практику, вдруг слышу интеллигентный голос с окна третьего этажа: "Молодой человек, не угостите больного сигареткой?" Я отвечаю: "Конечно угощу, только сигарета до третьего этажа не долетит". "А вы киньте пачку, я из нее вытащу одну, а остальное вам обратно скину". С третьей попытки коробку все-таки удалось закинуть в руки благодарного пациента... Вот теперь стою и думаю: кто из нас умнее, я или он?
© Анекдоты из России. 18+