Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+
01 июня 2004

Новые истории - основной выпуск

Меняется каждый час по результатам голосования
Помнится, когда-то я уже отправлял сюда подброчку лифтовых историй...
Везет мне, наверное...
Завязка этой истории произошла без моего присутствия и восстановлена из
контекста.
Дело было так: Являясь жителем московской 22-ухэтажки, я в тот памятный
вечер посетил первый этаж своего дома, имея намерение воспользоваться
услугами лифта с целью подъема на родной 10-ый этаж. Сходное намерение
имела и бабулька, которая вошла в подъезд одновременно со мной. НИЧЕГО У
МЕНЯ НЕ БЫЛО С ЭТОЙ БАБУЛЬКОЙ!!!! (Поясняю всяким острякам, которые
полагают, что уже в начале истории знают, над чем будут смеяться в
конце).
Ну так вот, мы с бабушкой смиренно ждали лифт... А в это время,
шестнадцатью этажами выше, прокатиться на лифте решил довольно
колоритный персонаж. Это был классический такой удачливый дебил, который
к своим тридцати годам имел неплохо сохранившийся "Мерин", золотой крест
(судя по размерам, украденый с маковки какого-то собора), полцентнера
избыточного сала, две судимости и любовницу-стерву (от которой с 16-го
этажа и возвращался).
И вот лифт распахнул перед ним дверцы, и по довольному лицу дебила
пробежала тень досады - в лифте ехал щупловатый паренек лет семнадцати,
одетый под Децила и стриженный под Киркорова (в крашеном варианте).
Однако лифт он на то и лифт, чтобы сближать противоположности. Угрюмо
рыкнув (от чего паренек вжался в стену), дебил сделал шаг вперед, нажал
на кнопку и демонстративно отвернулся.
Дверцы закрылись...
Потекли секунды неторопливого спуска... И вот тут, расслабившийся было
дебил со всей недвусмысленность ощутил... НЕЖНОЕ ПРИКОСНОВЕНИЕ К СВОЕЙ
ЯГОДИЦЕ!!!!

Спустя мгновение я и бабулька (вы не забыли - мы стояли на первом этаже)
вздрогнули от страшного грохота. В какой-то момент нам показалось, что
лифт упал, однако грохот повторился, потом еще раз, пока не превратился
в непрекращающийся рев. Рев шел сверху и нарастал.
Когда же его источник поравнялся с первым этажем и двери лифтовой шахты
собрались открыться, мы с бабулькой инстинктивно бросились в разные
стороны и затихорились.
Двери открылись, и из них, как из пращи, вылетело скомканное нечто, еще
недавно стриженное под Киркорова. Вылетело в буквальном смысле - на
уровне моих глаз и горизонтально. Шмякнувшись о противоположную стену
оно сползло на пол, и в этот момент на него налетело нечто - то, что еще
недавно было угрюмым дебилом. Я глазам своим не верил - на этой роже
бушивали какие-то невероятно-искренние, почти детские эмоции. У человека
(да-да, не у дебила, а у проснувшегося в нем Человека) была истерика. Он
даже в одетую под Децила лужу кулаком попадал редко. Уловив боковым
зрением, что вокруг присутствует какая-то аудитория, он не то что
закричал - ЗАГОЛОСИЛ!
Он абсолютно без мата (представляете себе глубину шока?!) кричал о
засилии "голубых" в московских лифтах, о том как трудно честному
молодому человеку стало навещать свою девушку, о том что с этим
постыдным явлением надо бороться всем вместе, и даже вы, бабушка, могли
бы подойти и пару раз стукнуть провокатора... Один раз он осекся - это
произошло в момент, когда он крикнул что-то вроде "Дя я таких..." - тут
он, наверное, вспомнил, что-то из прошлого и замолчал.
Этой паузы и хватило несчасному пареньку, чтобы крикнуть:
- Не надо! Я не педик! Я - КАРМАННИК!!!

Дебил замер в позе дискобола. Медленно, в такт своим мыслям, он разжал
кулак и хлопнул себя по заднему карману. Оттуда торчал полувыпавший
бумажник.

- Извини, БРАТАН... - Только и смог он из себя выдавить...
Смотрим вчера по телевизору передачу "Сто к одному". Многие, уверен,
знают. А кто не знает, поясню. Сначала на улице случайным людям задают
вопросы, обычно идиотские, а потом, на передаче, две команды должны
угадать, что отвечали люди.
И вот звучит такой вопрос: Чей голос больше всего раздражает? Ну
отвечают: тещи, свекрови, а один игрок выдает: медсестры.
"Медсестра его раздражает! Да пусть спасибо скажет, что к нему вообще
подошли, поинтересовались, что болит" - это моя супруга возмутилась. Она
у меня медик.
Работаю я секретарем. По причине этого общаюсь с кучей народа. К
окончанию рабочего дня истерический смех обеспечен.
Произошло только что.
Принимаю входящий звонок и говорю стандартную фразу: "Компания...
Здравствуйте, Ирина." Сначала тишина, а потом удивленно: "А как вы
узнали?" Я уже не удивляюсь (всякое бывало) и говорю:
- Ирина - это я!
- АААА... А я думала, у вас система какая-то!
:) Хорошее настроение было обеспечено до следующего звонка.
Надеюсь, что и вы улыбнетесь.
Ребята из соседних микрорайонов жили между собой не так чтобы очень уж
дружно, а точнее - при каждом удобном случае ловили одного вдесятером и
долбили. В какой-то момент всем это надоело и было решено забить общую
стрелку в парке между районами.

Так вышло, что одна из группировок должна была явиться на битву в сильно
поредевшем составе. Но ребят это совершенно не смущало, так как один из
них ходил в ДЮСШ и договорился о посильной помощи с юношеской сборной
Москвы по боксу.

И вот хулиганский моб стал собираться в парке. Из того района пришла
конкретная банда. Народ у них подобрался серьезный - с цепями,
арматурой. А наши тусовались на лавочке поодаль в летних брючках с
пивком. Близился час Ч.

И вот приходит тот чувак из ДЮСШ (молодец, что хоть пришел) и, заикаясь,
говорит:

- А бок-к-серы не см-м-огли...
Еще в советское время на трассе Загорск - Александров стоял огромный
плакат. Написано было следующее: "Водитель! Держись правой стороны
дороги". Я часто мотался по этой дороге и все время недоумевал: какой
мудак и для кого придумал это воззвание. Движение в стране и так
правостороннее.
Все расставил по местам неизвестный народный гений, не поленившийся
принести краску, залезть на такую высоту и подправить выражение. Теперь
это было: "Японский водитель! Держись правой стороны дороги". И подпись:
Е. Лигачев (по-моему это какой-то партийный деятель был)
Я осуществила свою мечту! На прошлой неделе зашла в специализированый
магазин "Барби". Он у нас уже лет десять, но вот как-то раньше не
получалось. Уже и переросла желание скупить все игрушки в этом магазине.
Так вот, взрослым взглядом: две коробки рядом "кукла Кен - принц" и
"кукла Кен - сказочный принц". Разница в цене гривен в 70. Разница в
куклах: второй с букетом и подушечкой, на которой лежат два обручальных
кольца. Се ля ви...
К истории с газовщиком и зажигалкой, но не так трагично.
Моя первая жена, еще до того, как ей стать, поехала с родителями - моими
будущими тестем и тещей, отдыхать дикарем в Прибалтику (это где-то
начало 70-х годов прошлого века). Я дал ей с собой свой фотоаппарат,
чтобы потом вместе насладится прелестями прибалтийских пейзажей.
Фотоаппарат (кто помнит - что такое "Зоркий") снабдил подробнейшей
инструкцией по пользованию, особенно расписав, как заряжать пленку.
Привезла она мне катушек пять. Закрываюсь в ванной, начинаю проявлять.
Чувствую - что-то не то. Все пленки черные. Начинаю допрос с
пристрастием. Где-то через час допроса докапываюсь до истины. Тогда
пленка не всегда продавалась в кассетах. Чаще это был просто рулончик,
иногда рулончик на катушке, что и было у нее с собой. Так вот она,
следуя инструкции, пленку вставляла в фотоаппарат в палатке и вечером,
чтобы не засветить, а для того, чтобы видеть, что делает - СВЕТИЛА СЕБЕ
РУЧНЫМ ФОНАРИКОМ! Естественно, виноват оказался я - что в темноте
заряжать нужно в инструкции написал, а что фонариком светить нельзя -
нет! А ведь вроде не блондинка была! Слава богу, сейчас кого-то другого
интеллектом радует.
О доброте. И милосердии.
В феврале 1983 года я и Женька Суханов, после отчисления с 3-го курса
ГВВСКУ, пришив на скорую руку на шинели солдатские погоны вместо
курсантских, ехали служить рядовыми в в/ч № 30223, что располагалась в
п.г.т. Тикси. Мой попутчик - этакий хозяйственный мужичок, в
противоположность мне очень практичный.
Выезжая из Горького, имели на двоих около 70 р. (для справки: батон
хлеба тогда стоил 18 коп, водка - 4р 30коп, десяток яиц - 1р 30коп,
бутылка крепленого вина - около трех рублей), несколько банок разных
консервов, батон полукопченой колбасы и приличный кусок сала. В тот
вечер, глядя, как я кромсаю ножом колбасу и хлеб, Женька говорил: «Ты,
что, не видишь, - колбасы много, а хлеба мало, - режь колбасу толще, а
хлеб тоньше».
К новому месту службы мы не очень торопились, задерживались на
приглянувшихся нам станциях, и на почтово-пассажирский поезд Тайшет -
Усть-Кут мы сели только через две недели. У нас оставалось 23 коп. и
кусок сала грамм на сто. Впереди у нас были сутки в этом поезде и два
авиарейса - Усть-Кут - Якутск и Якутск - Тикси. Поэтому мы очень
экономно натирали черный хлеб салом и с удовольствием поедали эти
бутерброды, запивая их дармовым кипятком. На эту картину с удивлением
смотрел сидящий напротив весьма колоритный дяденька возрастом около
пятидесяти, высокий, дородный, с породистым крупным лицом и в кожаном
пальто на меху. Вдруг он спрашивает: «Ребята, а почему вы в ресторан не
сходите? » Мы с Женькой переглянулись, - издевается, что ли? А он
протягивает нам пятирублевку и продолжает: «Так нельзя! Сходите в
вагон-ресторан, пообедайте». Я, было, начал отказываться - что, Вы, не
надо, у нас есть деньги. … А он продолжал: « Возьмите, ребята, я
фотограф, для меня эти деньги ничего не значат». Женька говорит: «Ну,
если фотограф…»
Когда мы, насытившись, вернулись из вагона-ресторана, он уже сошел на
какой-то станции…
В Якутске несколько дней жили в аэропорте. То из-за пурги отменялись
рейсы, то не было мест, то нам не хотелось лететь. Но есть очень
хотелось. Не хотелось и вина, - после пьянки в Тайшете у меня в чемодане
оставалась бутылка портвейна 777. Тщетно мы пытались продать кому-нибудь
Женькины часы или мои кроссовки. Напившись газировки, я присоединился к
игрокам в «тысячу», а Женька пошел продавать портвейн. Вернулся он не
скоро. В руках у него был кулек из оберточной бумаги, от которого
восхитительно пахло жареным мясом. На мой вопросительный взгляд Женька
коротко ответил: «Из ресторана». Из кармана шинели он извлек завернутый
в ту же бумагу нарезанный серый хлеб, из кармана брюк - горсть мелочи и
скомканных купюр разного достоинства (больше восемнадцати рублей
оказалось). И после того, как наелись, он достал из другого кармана
шинели ту самую бутылку портвейна.
Как вы, наверное, уже догадались, люди охотно выручали солдата деньгами
и отказывались забирать вино.
Немолодой.
Не рой ямы другому …

Решили мы как-то с друзьями «бреднем» побраконьерничать. Дело было на
Дальнем Востоке в конце сентября, лосось шел на нерест валом, и
единственное, что нас смущало, это весьма прохладная погода и
соответственно холодная вода. Если идущему ближе к берегу реки еще
удавалось спасаться рыбацкими сапогами, то на втором конце бредня
приходилось заходить по подбородок, без всякой защиты. Чтобы все было
без обиды, решили потянуть жребий, ну, в общем, установить очередность
принятия водных процедур. Первый заход достался Андрею, пройдя косу и
вытянув свой конец бредня на сушу, он, стуча от холода зубами, опрометью
бросился к костру. Рыбы, захваченной бреднем, хватило на два рюкзака, но
три еще оставались пустыми. Вторым был черед Михаила. Двухметрового
роста, он с шумом вошел в реку и потащил бредень с довольно приличной
скоростью. Витька, у которого была третья очередь, вдруг заволновался.
Встав у кромки воды, он начал выкрикивать Мишке, чтобы тот был
осторожен. Его слова типа: тише иди, аккуратно, внимательно, осторожно,
и все такое прочее, возымели свое действие. Миша, проникшийся
предупреждениями, резко сбавил скорость, стараясь наступать на дно как
можно осторожнее. Вместо десяти минут, которых вполне хватало для
протаскивания бредня вдоль косы, он волок его полчаса. Когда он все же
подтащил свой конец к берегу, мы впятером еле вытащили улов на сушу.
Количества рыбы, которая в него набилась за дополнительное время,
хватило на три оставшихся рюкзака, а часть даже была отпущена обратно в
реку. Естественно, что Витькина очередь автоматически аннулировалась, но
Мишку интересовал вопрос, от чего же он его остерегал. Когда он услышал,
что опасения были на тему: огромных ям от его ступней 46-го размера, в
которые потом мог проваливаться Виктор, и об огромной волне, которую он
гнал на берег, пыхтения распугивающего рыбу, и еще всякой ерунде, до
него, наконец, дошло. И до нас тоже!
Содрано с
http://www.nn.ru/community/gorod/free/?do=read&thread=91432&topic_id=1379318

В 13 лет я была на редкость некрасивым ребенком: очень худой прыщавый
червяк с большой головой и кривыми зубами. Моя мама меня стеснялась и
весь пубертатный период старалась держать меня подальше от родных и
знакомых, на все лето отправляла меня в пионерский лагерь. Пионерский
лагерь состоял из бараков с детьми, домика администрации и четырех
туалетов. Туалеты состояли из кирпичной будки, ямы, закрывающего эту яму
деревянного настила с дырками и говна с хлоркой. Говно с хлоркой воняли,
поэтому туалеты предусмотрительно строили далеко от жилых помещений и
обсаживали их кустами.

Девочки долгое время думали, что я мальчик. В общем, со мной не дружили.
В ту роковую ночь полуночный понос стал моим единственным товарищем.

Поносил весь лагерь: зеленые фрукты, немытые руки повара и всякое дерьмо,
которое жрали пионеры с голодухи делали свое дело. Дырки в тубзике были
обгажены расстроенными желудками четырехсот человек и девочки ходили
срать парами: одна гадит, другая светит фонарем, чтоб первая не вляпалась
в продукты распада предшественниц. Мне никто не хотел светить фонарем,
поэтому в ту ночь я высирала солянку в гордом одиночестве; в тусклом
свете фонаря были видны только очертания, и, сидя над дырой, я смирилась
с тем, что уже вляпалась в чье-то скользкое говно. Неожиданно какая-то
тень метнулась прямо на меня, я заорала, резко дернула неустойчивым
туловищем, ноги проехались по чьему-то поносу и я вошла в очко как хорошо
смазанная гильза. Фак! Летучая мышь загнала меня по пояс в кучу дерьма,
над головой смутно виднелась очко, если кто-нибудь сейчас придет гадить,
то положение мое ухудшится. Надо выбираться!

Через полчаса, пыхтя и шепотом ругаясь матом, я дотянулась до очка
руками: это, блин, было сложно... все твердые опоры были скользкими, как
суки! Ухватившись за края дыры, я подтянулась и высунула башку: от
свежего воздуха закружилась голова и я удержалась на завоеванных
позициях только волей к свободе. Подтянулась еще и оперлась на локти:
нужно за что-то ухватиться, чтоб не соскользнуть. Все вокруг было
склизким, зацепиться можно было только за поперечную деревянную балку в
полуметре от меня, я с остервенением пыталась до нее дотянуться, шипя от
напряжения:

- Ну! Иди же сюда, сука! Дай, я до тебя дотянусь!..

Вдруг меня ослепила вспышка света, потом какой-то не то вздох, не то
стон, и глухой стук... я пересрала и свалилась обратно. Еще полчаса...
и я снова над очком. Так. Тянемся? Есть! Я схватилась за перекладину и
вылезла на бетонный пол еле дыша от счастья. Отдышавшись, решила переть
к реке отмываться. Метрах в пяти от тубзика валялся директор, рядом с
ним валялся разбитый фонарь... сдох что ли? Я пошла на речку, отмылась
как смогла, а потом позвала людей: может и не сдох еще, спасти можно.

Утром нам сказали, что у директора случился удар, вернулся в лагерь он
только под конец смены. Говорить он не мог, сидел весь день на веранде и
ему нравилось, когда к нему ходили дети. Я навещала его часто, он меня
особенно любил... ведь именно я тогда позвала к нему людей.

На следующий год мы узнали, что перед смертью директор ненадолго пришел
в себя. Он сказал, что в ту ночь он обходил территорию, случайно услышал
странное пыхтение в туалете и открыл дверь. На него из зловонной дыры
лез адский говняный лупоглазый червяк, тянул к нему щупальца и шипел:

- Ну-у-у... Иди же сюда-а... ссссука-а... Дай, я до тебя дотянуссссь!..

За лупоглазую обидно, конечно.
Лучшая история за 19.04:
ШВЕДЫ И АВТОБУС.

Советский Союз, конец 80-х. Перестройка и гласность шагают по стране, Партия и правительство разрешили предприятиям вести самостоятельную внешнеэкономическую деятельность.

Я, молодой специалист, работаю на одном из машиностроительных заводов, и к нам зачастили западные делегации с предложениями сотрудничества.

Завод наш был крупный, и пассажирский автопарк его состоял в основном из «красных» «Икарусов», кто не помнит – больших 40-45-местных автобусов с мягкими сидениями. В то время в городах СССР вообще «Икарусов» было очень много: «жёлтых», использовавшихся на городских маршрутах, и «красных» - экскурсионных или междугородных. И если жёлтые «Икарусы» хоть как-то друг от друга отличались – одиночные, «гармошки» - то читать дальше
Рейтинг@Mail.ru