Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+
с 18.06.2018 по 24.06.2018

Самые смешные истории за неделю!

упорядоченные по результатам голосования пользователей

Недавно я рассказал историю из полицейской практики, в которой заслуженный военный выбрал с хулиганами максимально корректную линию поведения, и применил силу только в крайнем случае. История вызвала бурное обсуждение. Встречались и адекватные мнения, но одним из мэйнстримов было удивление такой "трусостью" человека. Кто-то даже начал рассуждать понятиями зоны - мол, будешь так себя вести, станешь всю жизнь под шконкой ошиватсья и ложкой дырявой есть. Ну то есть будешь петухом. Ещё раз убеждаюсь в правоте Пелевина - душа русского человека мотает срок, а тело на свободе, вот он и старается изо всех сил вести себя по понятиям, дабы не дай бог не подумали что-нибудь на зоне. Тем не менее у меня, как у профессионала, проработавшего полтора десятка лет в правоохранительной системе, вызывают смех попытки иных граждан произвести впечатление на жульё, оказаться "не лохами" в глазах "правильных пацанов". Просто вспомните, что большинство этих "правильных пацанов" - идиоты-двоечники с восемью классами образования. Которые всю жизнь живут в дерьме и рассуждают понятиями Эллочки Людоедки. У них нет желаний кроме тех, которые разделяют и животные - заняться сексом, покушать и противоположное приёму пищи, причём, во всех этих желаниях они крайне несдержаны - вот хочется ему пожрать, он ограбит и пожрёт, хочется секса, он вашу жену в кусты завалит.
Хотел бы рассказать историю, случившуюся лет восемь-девять назад, которая прекрасно демонстрирует интеллектуальный уровень гопоты. Частенько рассказываю её в школах, когда приглашают, и полагаю, что благодаря ей поклонников культуры АУЕ стало на порядок меньше.
В общем, жил-был мужик. Жил очень удобно - рядом гаражи, где стояла его машина, ещё неподалёку - маленький лесок с прудиком. Однажды на день рождения ему подарили видеокамеру, и он установил её на кухонном балконе, направив на гараж, где стояла его машина и подключив к телевизору. Для нервного человека очень удобно - в любой момент переключил на нужный канал и посмотрел, не ошивается ли возле гаража шпана. Эта камера и сыграла роковую роль в судьбе сразу четырёх жуликов. Нет, она не сняла жуткое преступление, всё гораздо смешнее. Итак, однажды к мужику в гости зашли двое гостей с солнечного Юга. Тот, несмотря на всю свою осмотрительность, ребят в квартиру пустил и провёл на кухню. Выяснилось, что ребята предлагают установить стеклопакеты. Мужика предложение не интересовало, но гости продолжали настаивать, и чем дальше, тем больше. В какой-то момент спора один из гостей от попыток развода (это известная тема, очень популярная в своё время - окон клиент не получает, зато денег лишается) перешёл уже к прямым угрозам и требованиям денег. Мужик под каким-то предлогом забежал на кухонный балкон и развернул камеру в сторону кухни, поставив на запись. Этот манёвр каким-то чудом остался незаметен жуликам. Вернувшись на кухню, он предложил гостям удалиться подобру-поздорову, в ответ на что получил хук слева и прямой в грудь. Потоптавшись на мужике, гости обыскали квартиру, перевернув всё на кухне в том числе. Вытащить им удалось немного - какие-то десять или двадцать тысяч, что были у мужика в кошельке. Затем с гордым видом горцы удалились. Мужик написал заявление, приложив видеозапись. Вано и Серго задержали на следующий день, за разбой в конечном итоге улетели оба на семь лет по 162-й статье. Но это не конец истории. В ходе процесса к мужику частенько заходили родственники гостей с Юга, все из того же табора. Кто-то слёзно молил сжалиться и не губить молодые души, кто-то предлагал деньги, а один из визитёров порадовал особенно. Войдя на кухню, он сел напротив мужика и выложил на стол пистолет. Закатал рукава и говорит: видишь вот эту и эту татуировки? Я сидел за мокрушничество, и "эсли ти заяву на биратьев ни забирёщь..." Мужик давно привык принимать этих вот своеобразных гостей на кухне и каждый раз, уже идя открывать дверь, ставил камеру на запись. И в этот раз разговор был записан тоже. При просмотре в отделении полиции угрожавшего установили сразу - действительно, рецидивист, мотавший срок по 105-й. Место проживания тоже было известно, и опергруппа выехала в тот же момент. Горе-защитнику дали 2 года по 119 ч.1 (угроза убийства, если имелись основания опасаться осуществления угрозы). Знаете, по этой статье закрывают редко. Как ты докажешь, что жертва реально боялась, а убийца угрожал не в шутку? Обычно она идёт паровозиком к тяжким телесным повреждениям или покушение на убийство: то есть условно если злодей крикнул: "я тебя убью", а вслед за тем искромсал жертву, но почему-то не дорезал. Но в этой ситуации человек просто сам написал себе срок.
Но, как говорил Задорнов, "рано смеяться!" Вслед за тем в квартиру к потерпевшему явился ещё один персонаж. Он уже не угрожал, а выражался обтекаемо: "Ты знаешь, что бывает всякое, что лучше в такой ситуации уступить", - ну и т.д. Мужик не понял, что это было, однако, на всякий случай отнёс запись оперативникам. Выяснилось, что на кадрах - известный рецидивист, объявленный в розыск. К мужику отправили дежурить двух полицейских, а для него самого с семьёй освободили служебное жильё в центре города. Думалось, что на операцию понадобятся недели, но жулика поймали на вторые сутки - его заметили в летнем кафе неподалёку от дома потерпевшего. Этот уже улетел в "Белый лебедь", а оперативникам прилетели звёздочки на погоны.
И самое смешное - что? То, что жулики трижды наступили на одни и те же грабли. С материалами по делу были ознакомлены адвокаты, они прекрасно знали, что их действия фиксируются на плёнку, но упорно продолжали насиловать кактус.
И ещё я добавляю молодым людям, проникшимся культурой АУЕ, то, что говорил нам незабвенный полковник Черенков на кафедре криминалистики. С финансовой точки зрения преступник очень напоминает проститутку. Кто такая проститутка? Девушка, не вложившаяся в образование, личностные навыки, но зарабатывающая как руководитель в той сфере, где требуются эти способности. Условно, будь она секретаршей, получала бы 25 тысяч, стала проституткой, получает как начальник секретарши - 75-120 тысяч. И если у честной девушки растут личные навыки и её стоимость на рынке труда повышается, то стоимость проститутки падает по мере того, как она теряет привлекательность с возрастом. Также и жулик - мог бы работать грузчиком за 30 тысяч, но таскает из карманов деньги за 100-150, притом постоянно рискуя личной свободой и здоровьем. Вот подумайте, молодёжь - что лучше, вложиться в образование, или раз и навсегда выпилить себя из общества порядочных людей, порушить себе жизнь и зарабатывать копейки. Причём, преступники редко могут дать что-то своим детям (если они у них вообще есть, что сравнительная редкость), и те становятся чаще всего наркоманами, идут по пути родителей...
Доктор Масюлис - хирург. Старый и опытный. Очень строгий и педантичный. Никогда не улыбается. Преподаватель он хороший, говорит ясно, по делу, объясняет без лишних сложностей, не зацикливается на деталях, конспектировать его лекции - одно удовольствие.

Но мы - двадцать пятикурсниц иняза - давно устали и от доктора Масюлиса, и от его лекций по хирургии, и вообще от четырёх лет военной кафедры. По идее, студентам-иностранникам - прямая дорога в военные переводчики. И кто это выдумал готовить из нас "медсестёр ГО?" И кого можно подготовить, когда так много предметов, так мало времени и даже нет учебников? Анатомией нас уже мучили, фармакологией морочили, строевой подготовкой изводили, гражданской обороной голову дурили... так, а теперь главный предмет - "госпитальная хирургия". Оно и понятно - что должна уметь такая никудышная медсестра? Сделать перевязку. Ассистировать хирургу при очень примитивных операциях. Во всяком случае, доктор Масюлис так думает. И гоняет нас в хвост и в гриву.

Я у доктора Масюлиса хожу в любимчиках. Я почему-то не падаю в обморок ни в операционной, где положено простоять несколько операций (молча, тихонько, в угoлочке, но простоять), ни в перевязочной. И крови не боюсь. Однокурсницы мне завидуют - многим делается дурно от одного взгляда на хирургические инструменты. Наверное, у меня железный желудок. Или у них воображение лучше развито. В обморок почему-то валятся самые высокие и крупные, а во мне еле-еле полтора метра, и самой маленькой однокурснице я с трудом достаю до плеча. Литовцы - люди рослые.

(Одна фобия у меня всё-таки есть - я не могу научиться делать уколы. Ну, не могу я уколоть живого человека иголкой! Не могу. Но нас много, удаётся спрятаться за спинами более храбрых, а зачёт я благополучно сдаю на манекене с резиновой заплаткой.)

Ещё я хорошо запоминаю термины и названия. Доктор Масюлис принимает это за интерес к предмету, а я просто люблю слова - филолог же! А слова здесь красивые: корнцанг, троакар, шпатель... А ещё мне нравится, что в названиях инструментов сохраняются фамилии изобретателей - этакая историческая преемственность, принадлежность к старинному ордену: Лю-эр, Ко-хер, Биль-рот, Холь-стед, Лан-ген-бек... "Лангенбек" меня смешит - "длинный клюв".

Ну, и конечно, сказывается домашнее еврейское воспитание: учат тебя - учись, чёрт бы тебя побрал! Учись! Лишних знаний не бывает!

Оно, конечно, лишних не бывает, но всей учёбы нам осталось два месяца, на носу защита диплома и государственные экзамены, продохнуть некогда. А у меня ещё одна беда - конспект по марксизму-ленинизму оказывается слишком короткий. А надо, чтобы был "развёрнутый". То есть, просто исписанная общая тетрадка - читать же это никто не будет. Но без этого конспекта не допустят к экзамену. Я нахожу выход - беру в библиотеке "Хрестоматию классиков марксизма-ленинизма" и переписываю всё подряд, пока не наберётся нужный объём.

Идея хорошая, но вот делать этого на лекции доктора Масюлиса всё же не следовало. Потому что хирурги - люди весьма наблюдательные, а чтобы от его предмета отвлекались - такого доктор Масюлис не потерпит. Я попадаюсь, как первоклассница с "посторонней" книжкой на коленях. Доктор просто в бешенстве. Вы знаете, как выглядит литовское бешенство? Оно никак не выглядит. Но почему-то всё понятно.
Но я ещё не успела оценить размеров бедствия. Доктор Масюлис останавливается надо мной и говорит очень медленно, почти по слогам:"Послед-няя практи-ка в боль-нице вам не за-считывается. Будете от-рабатывать заново."

А вот это уже катастрофа. Двадцать пять часов - в другое время я бы их как-нибудь нашла. Но недописанная дипломная работа! Но госэкзамены! А выхода нет - диплом можно получить только вместе с военным билетом. Значит, придётся отработать по ночам.
Однокурсницы посмеиваются - это же надо умудриться пострадать за марксизм-ленинизм! Я вяло огрызаюсь. Они правы. Действительно - особое везение.

Вечером после длиннейшего учебного дня я притаскиваюсь в больницу и докладываюсь. Меня отправляют не в хирургию (где, правда, ночью тоже не сахар - раны болят по ночам), а в лёгочное отделение. Там заболела медсестра, и любой паре рук будут рады. Даже таких неумелых рук, как мои.

Нормально. Шестьдесят больных. Две или три медсестры. А что надо делать? Конечно же, уколы. В огромном количестве. Но я же не умею! "Научишься."

И начинается очень долгий вечер. Я, вообще-то, не так уж и плохо справляюсь. Всё, как учили. И стерилизатор открываю правильно - крышкой к себе, чтобы паром не обожгло, и шприцы собираю, соблюдая стерильность... и, короче, тяну время, как могу. Но этот момент всё равно наступает. Сестричка Ванда собирает для меня всё нужное в эмалированный тазик, разворачивает меня за плечи и отправляет в палату с указаниями, что кому. Руки у меня дрожат, в тазике всё дребезжит. Я подбадриваю себя тем, что больным ещё хуже - потом мне становится стыдно...

И тут - потрясаюшее везение. Первая же больная, которую мне надо уколоть, оказывается бывшей медсестрой на пенсии. Она оценивает ситуацию мгновенно - и начинает вполголоса меня подбадривать:"Вот, молодец, ты же всё правильно делаешь, так, воздух выпустила, держи шприц под таким-то углом, теперь плавно... умница, видишь, и мне даже совсем не больно." (Ага... Не больно ей. На ней уже живого места нет, а тут такая криворукая неумеха...) Вся палата наблюдает за нами с любопытством, и вдруг остальные женщины тоже включаются:"...колите, сестричка, не бойтесь, у вас лёгкая рука..." "...не боги горшки обжигают..." "...давай, дочка, ты же умная, студентка, небось..." Все, как одна, убеждают меня, что им совсем не больно. Я понимаю, что они меня просто успокаивают, мне хочется плакать, но после пятого укола дело уже идёт веселее. На публике плакать - это абсолютно исключено. (Плакать я буду потом, когда oкончится смена, от пережитого страха, от напряжения - и от облегчения.)

Практика укладывается в четыре ночи. Уколы делать я научилась. Фобия побеждена. Я приношу доктору Масюлису подписанную бумажку из больницы. Теперь ещё зачёт и экзамен. Доктор на бумажку не смотрит. Он молча берёт мою зачётку и - автоматом! - ставит мне пятёрку по своему предмету. Неожиданно. И, честно говоря, неслыханно! Но очень по-литовски: наказан - прощён - всё забыто.

И от этой истории остаются у меня два воспоминания. Больные женщины - целая палата! - которые изо всех сил хотят подбодрить робкую неумелую девчонку. И как красиво и медленно восходит солнце, когда идёшь домой с ночной смены, а все страхи уже позади.
Пару недель назад тут была отличная история https://www.anekdot.ru/id/948021 и она заставила вспомнить нечто издалека похожее из истории моей семьи. Хотя финал, хвала Всевышнему, был другой, и всё же. Сначала этот текст я писал для себя, может когда нибудь дети прочтут. Потом подумал, решил поделиться. Будет очень длинно, так что тем кто осилит буду благодарен.

"Судьба играет человеком..."

Война искарёжила миллионы судеб, но иногда она создавала такие сюжеты, которые просто изложи на бумаге и сценарий для фильма готов. Не надо выдумывать ничего, ни мучиться в творческих потугах. Итак, история как мой дедушка свою семью искал.

Деда моего призвали в армию в сентябре 1940-го, сразу после первого курса Пушкинского сельскохозяйственного института. Обычно студентов не брали, но после того как финны показали Советской армии где раки зимуют в Зимней Войне, то начали призывать в армию и недоучившихся студентов. Впрочем... наверное я неправильно историю начал. Отмотаем всё на 19 лет назад, в далёкий 1921-й год.

Часть Первая - Маленькая Небрежность

Началось всё с того что мой дед свой день рождения не знал. Дело было простое, буквально через неделю-полторы после того как он родился, деревня выгорела. Лето, сухо, крыши из соломы, и ветер. Кто-то что-то где-то как-то не досмотрел, полыхнуло, и глянь, почти вся деревня в огне. Дом, постройки, всё погибло, лишь кузня осталась. Повезло, дело утром было, сами спаслись. Малыша регистрировать, это в город надо ехать. Летом, в горячую пору, можно сказать потерянное время. В себя придём, время будет, тогда и зарегистриуем. Если мелкий выживет конечно, а это в те годы было далеко не факт.

Отстроились с горем пополам. В следующий раз в город прадед выбрался лишь в конце зимы. И сына записал, что родился мол Мордух Юдович, 23-го февраля, 1922-го года. А что, день хороший, запомнить легко, не объяснять же очередному "Ипполиту Матвеевичу" что времени ранее не было. Дед сам об этом даже и не знал долгие годы, прадед лишь потом поделился. На дальнейшие дедовы распросы, "а какая же настоящая дата моего рождения?" отец с матерью отвечали просто, "Ну какая теперь разница? Да и не помним мы, где-то в конце июля."

Действительно, разница всего 7 месяцев, но они как раз и оказались весьма ключевыми. Был бы малец записан как положено, в сентябре 1939-го шёл бы в армию, а там война с финнами, и кто знает как бы судьба сложилась. А так, на момент окончания школы, ему официально 17 с половиной лет. Поехал в Ленинград в институт поступать. Конечно можно было и поближе, как сестра старшая, Рая, что в Минск в пединститут подалась. Но в Ленинграде дядька проживает, когда летом в деревню приезжает родню навестить, такие чудеса про этот город рассказывает.

На кого учиться? Да какая по большому счёту разница. Подал документы в Военно-Механический. Место престижное конечно, желающих немало, но думал повезёт. Но не поступил, одного балла не хватило. Возвращаться домой не поступивши стыдно, даже невозможно, ведь там ждут будущего студента. Что делать? Поступать в другой институт? Так уже пожалуй поздно. Впервые в жизни сгустились тучи.

Но подфартило, как в сказке. Оказывается бывали институты куда был недобор. А посему "охотники за головами" ходили по другим ВУЗам и искали себе студентов из "отверженных." Так расстроеного абитуриента обнаружил "охотник" из Пушкинского сельскохозяйственного института.
- "Чего кислый такой?"
- "Не поступил, что я дома скажу?"
- "Эка беда. К нам пойдёшь?"
- "А на кого учиться?"
- "Агрономом станешь. Вся страна перед тобой открыта будет. Агроном в колхозе большая фигура. Давай, не пожалеешь. А экзаменов сдавать тебе не надо, твоих баллов из Военмеха вполне достаточно. Ну что, договорились?"
Тучи развеялись и засияло солнце. Теперь он не постыдно провалившийся неудачник, а студент в почти Ленинграде. И серьёзную профессию в руки возьмёт, не хухры мухры какие-то.
- "Конечно согласен."

Год пролетел незаметно. Помимо учёбы есть чем себя занять. На выходных выбирался в город, помогал тётушке пивом из бочки и пироженными торговать супротив Мюзик-Холла. Когда время свободное было ходил по музеям и театрам, благо места на галерке копейки стоили. Бывал сыт, пьян, и в общагу бидон с пивом после выходных приносил, что конечно способствовало его популярности.

Учёба давлась легко... почти. По математике, физике, химии, и гуманитарным предметам - везде или пять или твёрдая четвёрка. Единственный предмет который упрямо не лез в голову - биология. Там, не смотря на все старания, красовалась жирная двойка.

Казалось бы, фи - биология. Фи то оно, конечно, фи, но для будущего агронома это предмет наиважнейший, ключевой. Проучился год, и из всего курса запомнил лишь бесовские заклинания "betula nana" и "triticum durum", что для непосвящённых означало "берёза карликовая" и "пшеница твёрдая." Это конечно немало, но для заветной тройки явно недостаточно. Будущее снова окрасилось мрачными тонами, собрались грозовые тучи и запахло если не отчислением, то пересдачей. Но кто-то сверху улыбнулся, снова повезло - спас призыв.

Биологичке, уже занёсшей длань дабы поставить заслуженную двойку за год, студент хитро заявил:
- "Пересдавать мне некогда. Я в армию ухожу, Родину защищать буду. А потом конечно вернусь в любимый институт. Может поставите солдату тройку?"
- "Ладно, чёрт с тобой, держи трояк авансом. Только служи на совесть."
И тучи снова рассеялись и засияло солнце.

В армию пошёл с удовольствием. Это дело серьёзное, не книжки листать и нудные лекции слушать. Кругом враги точат зуб на социалистическое государство, а значит армия это главное.
- "Кем служить хочешь?" насмешливо поинтересовался военком.
- "Всегда хотел быть инженером. Может есть инженерные войска?" робко спросил призывник.
- "Как не быть, есть конечно. Да ты из Беларусии, вот как раз там для тебя есть местечко. Гродно, слышал такой город?"

Перед самой армией побывал чуток дома, родных повидал. При расставании бабушка подарила ему вещмешок, сама сшила. Сказала "храни, принесёт удачу. Ты вернёшься, а я чую что тебя уже больше не увижу." Ну и мать с отцом обняли "Ты там служи достойно, письма писать не забывай."

Попал призывник в тяжёлый понтонный парк под Гродно. Романтика о службе в армии вылетела очень быстро, а учёба в институте вспоминалась с умилением и тоской. Даже гнусная биология перестала казаться такой отвратной. Гоняли солдатиков нещадно, и в хвост и в гриву, уж очень хорош недавний урок от финнов был. Учения, марши, наряды, и снова марши, и снова учения. Понтоны штуки тяжёлые, таскать их радости мало. Вроде кормили неплохо, но для таких нагрузок калорий не хватало. Одно спасало, изредка приходили посылки из дома, там был кусковой сахар. На долгих маршах кусочек потихоньку посасывал, помогало.

Полгода пролетело. Хотя и присвоили звание ефрейтора, но радости было мало. На горизонте было весьма сумрачно, но как обычно появился очередной лучик солнца. Пришёла сверху разнарядка "Предоставьте солдат и сержантов в количестве 20 штук из тех у кого есть неоконченное высшее образование для прохождения курсов младшего комсостава. Окончившим курсы будет присвоено воинское звание младший лейтенант."

Это шанс. Однозначно по службе послабление будет. Неоконченное высшее, так оно есть. А самое главное, курсы то будут в ставшем таким родным Ленинграде. "Хочу, возьмите." И снова лучик солнца сквозь тучи пробился. Повезло, приняли, стал солдат курсантом. Родителям написал, "гордитесь, сын ваш скоро будет красным командиром." Дядьке с тётушкой тоже весточку послал "ждите, скоро буду в Ленинграде."

В апреле 1941-го курсантов со всей страны собрали в Инженерном Замке. Сердце пело и жизнь сверкала всеми цветами радуги. Учиться в Ленинграде на краскома это вам ребята не понтоны таскать. Так сказать, две больших разницы. А главное, от Инженерного Замка до Кировского Проспекта, 6 где дядюшка с тётушкой обитают, чуть ли не рукой подать. "Лепота. Это я удачно на хвост упал." рассуждал курсант. И почти сразу же мечты были разбиты.

Конечно изредка занятия бывали и в Инженерном Замке, но в основном курсанты базировались в Сапёрном. А где ещё будущих сапёров держать? Там им самое место. А курсы оказались ох не сахар, и уж никак не легче чем обыкновенная служба. Увольнительных почти не давали, да и те кто получал, редко имел возможность добраться до Ленинграда. Настоящее уже не казалось таким замечательным, но в будущем виднелись командирские кубики, и это прибавляло силы. Родителям изредка писал, "учусь, ещё несколько месяцев осталось, всё нормально."

А 22-го июня, 1941-го мир перевенулся. Хотя о войне с возможным противником говорили на политзанятиях и пели песни, была она неожиданной. Курсантов срочно собрали в Инженерном Замке на митинг. Там звучали оптимистичные речи и лозунги: "Дадим жёсткий отпор коварному врагу" твердил первый оратор. "Разобьём врага на его же территории" вторил замполит. "Куда немчура сунулась? Да мы их шапками закидаем." уверенно заявлял комсорг.

"Товарищи курсанты" огласил начальник курсов. "Мы теперь на военнном положении и вы передислоцируетесть под Выборг, будете строить защитные рубежи на случай если гитлеровские подпевалы, белофинны, посмеют нанести там удар. Все по машинам." Отписаться и сообщить семье не было не малейшей возможности. Тучи сгустились и стало мрачно как никогда раньше.

Часть Вторая - Эвакуация

А вот в родной деревне всё было непросто. Рая, старшая сестра, только закончила 4-й курс и была на практике в Минске. Дома оставались отец, мать, две младшие сестры (Оля и Фая), бабушка, и множество дядьёв, тёть, и двоюродных. У всех был один вопрос "Что делать?"

Прадед был мужик разумный и рассуждал логично. Немцев он ещё в Первую Мировую повидал пока их деревню оккупировали. Слово плохое грех сказать. Культурные люди, спокойные. Завсегда платили честную цену. Воровать ни-ни, мародёров сами наказывали. А идиш, так это почти немецкий. Бежать? Так куда? Да и зачем? Да и как уехать, лошади нет, старшая дочка не пойми где. Слухами земля полнится, дескать Минск бомбят, может уже сдали. Не бросать же её. Жива ли она вообще?

Нет, ехать решительно невозможно. Матери 79 лет, хворает. Братья - один в Ленинграде, другой в Ташкенте, а их жёны с детьми тут. Причём Галя, которая ленинградская, на сносях, вот вот родит. Подождём. Недаром народная мудрость гласит "будут бить, будем плакать."

Одна голова хорошо, но посоветоваться не грех. Поговорил со стариками и даже с раввином. Все в один голос твердят. "Ну куда ты помчишься? От кого? А то ты немцев не видал, порядочный народ. Да может колхозы разгонят, житья от них нету. Уехать всегда успеешь." Убедили. Одно волновало, что с дочкой? Хоть и не маленькая уже, 21 год, но всё же спокойнее если рядом.

Так в напряжении прожили 9 дней. А на десятый она пришла. Точнее, доковыляла. Рассказала ужасы. Минск бомбили, город горит, убитых масса. Выбралась в чём была, из вещей лишь личные документы. Чудом поймала попутку что шла на Гомель. Потом шла пешком и заблудилась. Далее крестьяне на подводе добросили до Довска. После опять пешком брела. Туфельки приказали долго жить, сбила все ноги до костей, а это худо. Зато теперь семья вместе, а это очень даже хорошо.

Иллюзий у прадеда поубавилось, но решимости ехать всё равно не было. Конец сомненьям положил квартирант, Василий. Когда сын в Ленинград уехал, его комнатушку решили сдать и пустить жильца. Прабабушка о нём хорошо заботилась, и подкармливала, и обстирывала. Вася был нездешний, откуда-то прислали. Сам мужик партейный, активист, работал в сельсовете. По национальности - беларус, но на идиш говорил не хуже любого аида, а на польском получше поляков.

"Юда" сказал он "ты знаешь как я к тебе и твоей семье отношусь. Скажу как родному, плюнь на речи раввина и этих старых идиотов-советчиков. Поверь мне, будет худо, это не те немцы. И они тут будут скоро, не удержим мы их. Пойми, тех немцев что ты помнишь, их больше нет. Сам не хочешь ехать, поступай как знаешь, но девок отправь куда подальше отсюда. Пожалей их." Удивительно, но прадед послушал его, уж больно хорошо тот умел убеждать (Василий потом ушёл в партизаны, прошёл всю войну, выжил. Потом опять долгие годы в администрации колхоза работал. Больших чинов не нажил, но уважаем был всей деревней, пусть земля ему пухом будет.)

Решили ехать, тем более что стало чуток легче. Одна невестка с двумя детьми в одно прекрасное утро исчезла не сказав никому ни слова. Как после оказалось, деньги у неё были. Она втихую наняла подводу, добралась до станции, и смогла доехать как то до Ташкента и найти мужа (кстати её сын до сих пор здравствует, живёт в Питере). Прадед тоже нанял подводу, и целым кагалом поехал. Жена, 3 дочери, мать, невестка с сыном, сам восьмой. Куда ехать, ясного мало, но все вроде рвутся на станцию.

А там ад кромешный. Народу сотни и тысячи. Поездов мало, куда идут непонятно, время отправки никто не знает, мест нет, вагоны штурмуют, буквально по головам ходят. Кошка не пролезет, не то что семью посадить с бебехами. Тут прадед хитрость придумал. Пошёл к домику где начальство станции, и начал в голос причитать. "На поезд не сесть, уехать невозможно. Осталось одно, лишь с горя напиться." Просильщиков было много, их уже работники станции уже и не слушали, но тут встрепенулись, ведь о водке речь зашла. А водка во все времена самая что ни на есть твёрдая валюта. "Есть что выпить?" "Есть пару бутылок, коли посадите на поезд, вам отдам." "А ну пошли, сейчас место будет."

Места действительно нашлись. Счастье, чудо из чудес. Можно смело сказать - спасение. Но тут, невестка учудила "каприз беременной."
-"Никуда не поеду." вдруг заявила.
-"Ты что, думай что говоришь? Тут место есть, потом и слезами добытое. Уезжать надо." - орал прадед.
- "Нет, я не поеду. Хочу к сестре, она тут недалеко живёт. Вы езжайте, а я с сыном к ней пойду."
А поезд вот-вот отправится. Невестку жалко, племянника тоже, всего 12 лет ему, но своих дочерей и жену жалче не менее.
- "Ты уверена, давай с нами?" уже молит прадед и слышит твёрдое "нет."
Это худо, но стало куда хуже.
- "Я тоже не поеду. С ней остаюсь. Ей рожать скоро. Помогу как могу. Мне помирать скоро, а я вам в дороге дальней обузой буду." - заявила мать.
- "Мама, ты что?"
- "Езжай сынок, вас благославляю. Но я остаюсь, а вам ехать надо. Внучек спасай. Мотика (это мой дед) если доведёт Господь увидеть, поцелуй за меня." и вышла из вагона. Тут и поезд тронулся.

(К истории этот параграф отношения не имеет, но всё же... Что произошло на станции, рассказать некому. Скорее всего невестка и прапрабабушка банально друг друга потеряли в этом Вавилонском столпотворении. После войны прадед много расспрашивал и выяснил:
1) Невестка с племянником добрались до её сестры. Та уезжать не захотела. Их так всех и расстреляли через пару недель около Рогачёва.
2) Прапрабабушка как-то вернулась в деревню. До расстрела она не дожила. Младший сын соседей (старшие два были в РККА), Коршуновых, что при немцах подался в полицаи прадеду рассказал следущее. Мать вернулась и увидела что из её дома соседи барахлишко выносят. Начала возмущаться, потребовала вернуть. Они её и зарубили, прямо во дворе собственного дома.
3) К деревне согнали несколько таборов цыган. Расстреляли 250 человек. Евреев сначала согнали в одну часть деревни и держали там несколько дней. Потом расстреляли и их, почти 500 человек. Среди них и дедовы дядя, тётя, и двое двоюродных.
Долгое время там просто был холмик, только местные знали что под ним лежит. В конце 1960-х на братской могиле поставили памятник. Лет 30+ назад я его видел, хотя и мелким был, но запомнил.)
Самого Коршунова потом судили за службу в полиции. Он 5 лет отсидел, вернулся в деревню и работал трактористом. )

С поезда на поезд, пересадка за пересадкой, и оказался прадед с семьёй около Свердловска. Километров 250 от него есть станция Лопатково, там и осели. Прадед нашёл работу в колхозе кузнецом. Могли изначально хороший дом и корову купить, денег как раз впритык было, но прабабушка возмутилась "Один дом и корову бросили, потом ещё один бросать. А денег не будет, с чем останемся? Да и всё это закончится через месяц-другой." В итоге приобрели какую-то сараюху, только что бы как то летом перекантоваться. Через пару месяцев оставшихся денег еле-еле хватило на несколько буханок хлеба. Но живы, а это главное. Одно беспокоило, а что с сыном. От него ни слуху ни духу.

Страшная весть пришла в январе 1942-го. Она гласила "Командир взвода, 224-й дивизии, 160-го полка, младший лейтенант М.Ю.П. пропал без вести при высадке десанта во время Керченско-Феодосийской операции."

Часть 3. Потеряшка

А курсанта водоворот событий понёс как щепку. Все курсачи рыли окопы, ставили ежи, минировали дороги у Выборга примерно до середины августа 1941-го. А потом внезапно одним утром пришёл приказ, "срочно обратно, в Ленинград. Курсы будут эвакуированны. К завтру вечером что бы были в Ленинграде как штык."

Машин не дали, сказали "транспорта нет. Невелики баре, и пешком доберётесь, вперёд." Это был первый из трёх дедовских "маршей смерти". Август, жара, воды мало, голодные, есть лишь приказ. От Выборга до Ленинграда 100 километров. И шли без остановки, спя на ходу, падая от усталости, солнечных ударов, и обезвоживания. Кто посильнее, тащил на себе ослабевших. Последние километров 15-20 большинство уже шло в полусознательном состоянии, с закатившимися глазами, и хрипя из последних сил. Каждый шаг отдавался болью, но доползли, никого не бросили.

Тут сверкнул небольшой лучик солнца. Объявили, курсы переводят в Кострому, отъезд завтра утром. В этом бардаке, ночью, он чудом смог выбраться к дяде на Петроградку на несколько минут, сказал что их эвакуируют, и попрощался. Повезло однозначно, за неделю-полторы до того как смертельное кольцо блокады сомкнулось вокруг Ленинградов, курсантов вывезли.

В Костроме пробыли совсем недолго. Учить их было некогда, а младшего комсостава на фронте не хватало катастрофически, ведь их выкашивало взводных как косой. Всем курсантам срочно бросили по кубику на петлицу и распределили. Тем кто учился получше дали направление на должность комроты, кто похуже комвзвода, и большинство новоиспечённых краскомов отправились на Кавказ ( https://www.anekdot.ru/id/896475 ).

Хотел с Нового Афона родителям отписаться, что мол жив-здоров, а куда писать? Беларуссия уже давно под немцами. Да и вопрос большой живы ли они? Что фашисты с мирным населением в целом творили, и с евреями в частности он прекрасно осозновал. В сердце теплилась надежда, что "вдруг" и "может быть" ведь батя мужик практичный, может и придумает чего. Но мозг упрямо твердил, чудес не бывает, сгинули родители и сестрички как и сотни тысяч других в этом аду. А когда пару аидов встретил и их рассказы услышал, последние иллюзии пропали, понял - остался он один.

Весь горизонт заволокли грозовые тучи. В душе поселилась ненависть и злоба и... удивительное дело, страх исчез совсем. В одночасье. Раньше боялся что погибнет и мама с папой не узнают где, а теперь неважно. "Выжить шансов нет", решил. В 19 лет себя заранее похоронил. Как оно пойдёт, так и будет. Об одном мечтал, хоть немного отомстить и жил этой мыслью.

А далее был Керченско-Феодосийский десант, был плен, и был побег ( https://www.anekdot.ru/id/863574 ). И снова подфартило как в сказке, выжил, видно кто-то сильно за него молился. И в фильтрационном лагере повезло стал бригадиром сотни. Хоть и завшивел и голодал, но даже не простудился. Более того, проверку прошёл и звание не сняли. Ну и как вишенка на торте, тех кто успел проверку пройти, отправили снова на Кавказкий фронт, вывезли из Крыма за пару недель до того как его во второй раз немцам сдали. Большой удачей назвать приключение трудно, но на этом свете лучше чем на том, так что уже хорошо.

Получил новые документы (https://www.anekdot.ru/id/923478 ) и...еврей Мордух Юдович исчез. Теперь появился на свет совсем новый человек, беларус - Михаил Юрьевич. Документы то конечно новые, но на душе легче не стало. Оставалось одно, стиснуть зубы, воевать и мстить.

За чинами не гнался. Воевал как умел и на Кавказе, и под Спас-Демьянском, и под Смоленском. Когда надо в атаку ходил ( https://www.anekdot.ru/id/884113 ), когда надо на минные поля ползал. "Спины не гнул, прямым ходил. И в ус не дул. И жил как жил. И голове своей руками помогал." Почти два года на передовой, лейтенантом стал, и даже ранен не был.

"Счастливчиком" его солдаты и офицеры называли, ибо везло необычайно. У всех гибло 30-40% состава, а у него по 2-3 бойца за задание. Самые низкие потери из всех взводов в батальоне. А солдаты и командиры же видят кому везёт, так везунчиков почаще на задания посылают, дабы потерь поменьше было. Но про себя знал, не везение это. Злоба и ненависть спасают. "Чуйка" звериная появилась, опасность кожей чувствовал. Если жив до сих пор, то лишь потому что бы кому мстить было.

Однажды, в середине 43-го мысль мелькнула, узнать а как дядька в Ленинграде? То что любимый город в блокаде он осознавал, но удивительное дело, говорят что письма иногда туда доходят. Знал что там худо, голодно и холодно, но город держится. А дядька-то хитрец первостатейный, этот и на Северном Полюсе устроится ( https://www.anekdot.ru/id/898741 ). Чем чёрт, не шутит, послал письмецо. О себе рассказал, что жив-здоров, и спросил, может о родителях и сестричках знает чего? И чудо из чудес, в ответ письмо получил прочитав которое зашатался и в глаза ослепительно ударило солнце.

Часть 4. Сердце матери.

Семья в Лопатково осела, прадед работать начал. Голодно, холодно, но ведь живы. Отписался брату в Ленинград, рассказал и о матери и что его жена с ними эвакуироваться не пожелала. Спрашивал может о Моте весточка какая есть, ведь он в Ленинграде учится. Тот ответил, что курсантов эвакуировали в Кострому, а большего он не знает. Стали переписываться, хоть и не часто, но связь держали. Низкий поклон почтальонам тех времён, не смотря на блокаду доходили письма в осаждённый город и из города на Большую Землю.

Прадед и прабабушка за поиски взялись. О том что сын на Кавказ направлен выяснили, благо на каких курсах сын учился они знали. Запросы слали и вот ответ пришёл о том что "пропал ваш сын без вести." (впрочем каким он ещё мог быть, ведь Мордух Юдович действительно исчез, по документам теперь воевал совсем другой человек). Прадед почернел, но крепился, ведь он один мужик в семье остался. Ну а мать и сёстры белугой ревели, бабы - ясное дело. А потом жинка стала и веско молвила "Мотик жив, сердце матери не обманешь. Не мог он погибнуть. Никак не мог. В беде он сейчас, но жив. Я найду его." Прадед успокаивать её стал, хотя какое тут к чертям собачьим успокоение. А она как заклинание повторят "Не верю. Не верю. Не верю. Живой. Живой. Живой."

С тех пор у неё другая жизнь началась. Надеждой она жила. Хоть семья голодала, мать стала "внутренний налог" с домашних взымать. Экономила на чём могла, сама не ела, но изучила рассписание и к каждому составу с раненными выходила. Приносила когда хлеба мелко нарезанного, когда картошки сваренной, когда кастрюлю с супом. Если совсем туго было, то всё равно на станцию шла, без ничего. Ходила от вагона к вагону, подкармливала ранненых чем могла и спрашивала лишь одно "С Беларусии кто нибудь есть? Из под Гомеля? Сыночка моего не видели? Не слыхали? Младший лейтенант П." Из недели в неделю, из месяца в месяц, в жару, в стужу, всё равно.

Прадед и дочери умом то всё понимали, убеждать пытались что без толку всё это. Самим есть нечего. Но разве её переубедишь? "А вдруг он голодает? Может его чья-то мать подкормит." твердила. Прадед после говорил, что она каждую ночь об одном лишь молилась, сына ещё разок увидать. А потом вдруг неожиданно свезло, солдатик один раненный сказал "В нашем батальоне лейтенант с такой фамилией был. О нём ещё недавно в "Красной Звезде" писали, правда имя и отчество не помню."

Эх лучше бы не говорил этих слов. Обыскались, но тот выпуск газеты нашли. Действительно лейтенант П., отличился, награждён Орденом Красного Знамени (большая награда на 1942-й год), назван молодцом, вот только имя и отчество в заметке не указаны. В газету написали, стали ответа ждать. Пришёл ответ, расстройство одно "данных об имени и отчестве у нас нет. И военкора что ту заметку писал тоже в живых уже нет." На матери лица нет, посерела вся. Ведь нету хуже ничего чем погибшая надежда. (К слову, в "Красной Звезде" та заметка была по дедова троюродного брата. Он погиб в самом конце 1942-го.)

Жизнь тем временем идёт. Даже свезло немного, старшая дочка в колхозе учительницей устроилась, хоть какая-то помощь с едой, ведь она карточки получает. И средняя дочка в Свердловске в мединститут устроилась, там стипендия, хоть и небольшая.

И вдруг как гром среди ясного неба, из блокадного Ленинграда прадедов брательник весточку прислал. "Жив твой сын" говорит. "Недавно письмо от него получил. Я ему отписался и твой адрес и данные сообщил." Прадед тут же ответ написал "Не верю. Ты сызмальства сказки рассказывать любил. Нам извещение пришло, что он пропал без вести. А что это значит, мы знаем. Матери я ничего не скажу, если вдруг неправда, то она просто не переживёт. Перешли нам его письмо."

Часть 5. Найдёныш.

Письмо от дядьки ошарашило. То что тот сам как нибудь выкрутится, тут сомнений мало было ибо дядька был мужик с хитерцой, его за рупь за двадцать не взять. Но что родители и сестры целы, вот чудеса в решете. Первым делом письмо написал в далёкое Лопатково, что дескать жив, здоров, имя-отчество у него теперь другое, по званию он нынче лейтенант, служит сапёром в 1-ой ШИСБр (штурмовая инженерно-сапёрная бригада), взводом командует, даже орден имеется. Воюет не хуже остальных, только скучает сильно. А главное, пускай знают что он аттестат оформит дабы они оклад его могли получать, ибо ему деньги не нужны. Ну а вторым делом, сей же час аттестат оформил. Стал ответа ждать.

Пока ждал, внутри что-то щёлкнуло. Нет, воевал как и прежде, но для себя понял, теперь что-то не так. Не может столько везения одному человеку судьба даровать. И сам целёхонек и семья цела. "Чуйка", она штука верная, должно что-то нехорошее произойти. Просто этого не избежать.

И как накаркал, у деревни Старая Трухиня посылают всю роту проходы перед атакой делать. Проходы смайстрячить, это дело привычное, завсегда ночью ползли, но изначально осмотреться следует. Днём до нейтралки дополз, в бинокль поизучал, понял, коварная эта высота 199.0. Здесь его фарт закончится однозначно, укрепления у немцев такие, что мама не горюй. Других вариантов конечно нет, но обидно, очень обидно погибать в 21 год, особенно ведь только семью нашёл, а повидать их уж не придётся. Написал ещё письмецо, не дождавшись ответа на первое. "Дорогие родители и сёстры. На опасное задание иду. Коли не судьба свидеться, то знайте, что я в родной Беларуссии."

Эх, не подвела "чуйка". До колючки добрались, да задел один солдат что-то, забренчало, загрохотало, и с шипением полетели в небо осветительные ракеты. Стало свето как днём, наши как на ладони и вдарили немцы из пулемётов и миномётов. Вдруг обожгло и рука стала мокрой и тут же онемела. Осколки в плечо и лопатку вошли, боль адская, и что ты сделаешь? Кровь так и хлыщет, сознание помутнилось, одно хорошо, замком Макаров не растерялся и волоком к своим потащил. Нет, не закончилась пруха, доползли до своих. Хоть и ночь, но казалось что солнца лучик сквозь тучи пробивает.

Рану промыли, какие могли осколки вытащили, перевязали и на санитарный поезд погрузили. Ранение тяжёлое, надо в тыл отправлять. Страна большая, госпиталей много. Как знать куда занесёт? В поездах уход плохой, рана загнила, обезболивающих нет, санитарки просто ложкой гной вычерпывают, больно и неприятно до ужаса. Опять тучи сгустились, все шансы есть что гангрена начнётся и до госпиталя просто не дотянет.

Из всех городов огромного Советского Союза, попал в госпиталь ... в Свердловске. "Операцию надо срочно", врач говорит. "Завтра оперировать будем. Осколки удалили не все. Надо и рану хорошенько промыть и зашить. Ты пока с силами соберись, тебе они завтра понадобятся. Если чего надо, ты санитарок зови."

Лежит, чувствует себя весьма погано. Сестричек позвал, попить дали. "Вы откуда?" спросил. "Да мы тут в мединституте учимся. Практика у нас." Вдруг как громом ударло, дядино письмо вспомнил где он о семье писал. "А вы девчонку такую, Оля П. не знаете? На втором курсе у вас думаю учится. Не сочтите за труд, узнайте. Коли найдёте, скажите что её брат тут."

На утро операцию сделали, а когда очнулся около постели сестра Оля с подружкой сидели. Впервые за долгие годы заплакал. На маршах смерти стонал, но слёз не было. В расстрельной шеренге губы до крови кусал, но глаза сухие были. Друзья и товарищи гибли, и то слёзы в себе держал. Даже когда ранило, и то не плакал. А тут разрыдался как маленький.

Тучи окончательно рассеялись, и ослепитально засияло солнце, хоть и хмурый ноябрь на дворе. Выздоровел через пару месяцев, выписали. В Лопатково на целый день съездил (https://www.anekdot.ru/id/876701 ). Через долгих 3.5 года наконец родителей и сестёр обнял. Целый день и целую ночь с мамой, папой, и сестричками под одной крышей провёл. Это ли не настоящее счастье? А как мать расцвела, как будто помолодела лет на 25.

Далее с его слов "А что до конца войны оставалось "всего" полтора года, так и потерпеть можно. Ведь главное что семья жива и в безопасности. Полтора года войны, да разве это срок, можно сказать "на одной ноге отстоял." И хоть опять был фронт, Беларуссия, Польша, Пруссия, Япония, минные поля, атаки, ордена, ещё ранения, но солнце продолжало светить ярко. И "чуйка" громко говорила, "Ты вернёшься. Вернёшься живой. И семья тебя будет ждать. Всё будет хорошо."

Что ещё сказать? Пожалуй больше нечего.
Переводчик-то я переводчик, но много лет, пока жизнь не повернулась совсем в другую сторону, была ещё и преподавателем. Ну, если не так серьёзно - просто учителем английского языка. И конечно, за эти годы накопилось у меня множество учительских историй. Тем более, что начала я кого-то чему-то учить очень рано. А именно, в семнадцать лет, как только окончила школу и стала студенткой.

Жили мы тогда с мамой довольно скудно. Мама-учительница давала частные уроки английского языка, сколько я себя помню. Приходила домой из школы и начинала вторую (а то и третью) смену. А тут и я подросла - всё-таки английская спецшкола за плечами, студентка иняза, почему бы и не попробовать? И маме помощь, и мне заработок, да и практика - с этой специальностью ведь всё равно когда-нибудь придётся преподавать.

К моему удивлению, ученики появились довольно быстро. И почему-то почти все они были третьеклассниками. Разобравшись в ситуации, я поняла, что это были, как правило, дети офицеров, которых недавно перевели служить в наш город. Родители хотели отдать их в английскую спецшколу, и английский следовало подогнать. После четвёртого-пятого класса на это обычно уже не решались (слишком много пришлось бы догонять), а третьеклассникам - в самый раз.
Все мои третьеклассники были очень милыми человечками, учила я их с удовольствием и вспоминаю с улыбкой.

Но этот мальчик мне запомнился особо.

Новый ученик. Симпатичная интеллигентная мама. Сынок - пшеничный блондинчик с не совсем обычным именем Мирослав. Дома зовут Мирек. Польские корни? Да нет, русский мальчик, с очень русской фамилией.
- Ну,что ж, Мирек, будем знакомиться. Чем ты увлекаешься? Что любишь делать? Читать? Что ты читаешь?
- Мне нравятся книги по военной истории, - отвечает мне Мирек, - Вот сейчас, например, читаю историю наполеоновских войн Тарле...

История наполеоновских войн. Тарле. Третьеклассник. Ещё даже не совсем третьеклассник. Сейчас лето, и он только перешёл в третий класс...

- И знаете, я обратил внимание на один интересный момент. У других авторов...

Так, Мирек явно вознамерился прочитать мне лекцию. Хорошую лекцию, между прочим, со знанием дела, с пониманием предмета, со сравнительным анализом… Язык у него, как у профессора. Солидность и рассудительность далеко не детские. Общее развитие - поражает. Начитанность - зашкаливает. Господи боже мой, да что же мне делать с этим вундеркиндом?!

Что делать, что делать... А то и делать! Его зачем ко мне привели? Заниматься английским языком? Вот и будем заниматься. Только надо себе сразу уяснить: это - не ребёнок. Он может и выглядит как ребёнок, и роста маленького, и голос у него детский, но этот мальчик, пожалуй, постарше меня будет. Значит, решено - всё, как со взрослым.

Занятия у нас получаются странные. У моего нового ученика какая-то совершенно бездонная память и невероятная обучаемость. Мирек несётся вперёд, заглатывая материал огромными кусками и все мои попытки "повторить" и "закрепить" пресекает на корню.
- Зачем тратить время? Я это уже знаю.
- Мирек, - пытаюсь я его придержать, - в языке так нельзя. Это не математика, где "уже понял, можно идти дальше". Это как музыка, как танец - нужны упражнения, навыки нужно закреплять, отрабатывать, доводить до автоматизма. Понимаешь?
- Да, - отвечает Мирек, - но я это уже знаю. Проверьте.

Пару раз я действительно проверяю, потом, махнув рукой, сдаюсь. Знает. Действительно знает. Если Мирек говорит, что он знает...

Программу первого класса мы одолеваем за неделю. Ещё за две-три недели (при всех моих отчаянных попытках замедлить процесс, дать дополнительный материал и т.д.) заканчиваем и второй класс. После этого я звоню его маме и говорю, что как мне ни жаль терять такого ученика, мои уроки ему больше не нужны. Мирек спокойно может идти в третий класс. (Ох, боюсь я, что он и в десятый может идти, правда, неизвестно, что у него там с точными науками...) Мама Мирека мне не верит. Мы занимаемся ещё несколько недель, забегаем уже довольно далеко (то ли в четвёртый класс, то ли в пятый) и расстаёмся, вполне довольные друг другом.

Какое-то время я ещё слышу что-то о Миреке от моих бывших учителей : “… делает такие доклады по истории! какая речь! какая эрудиция!.." А дальше - учёба, работа, новые ученики, новые события, и я окончательно теряю его из виду.

А потом проходит целая жизнь. Мир изменяется до неузнаваемости, и в нём появляется такое чудо, как Интернет. И в какой-то момент, разыскивая давно потерянных знакомых, друзей, одноклассников, соседей, я решаю попробовать узнать - а как там Мирек? Нахожу я его легко - так, российский военный историк и писатель, ага, кандидат исторических наук, угу, полковник, автор многих книг военно-исторической тематики. (Рано же он выбрал себе профессию. Счастливый человек!) Ну, в "тематике" его я ничего, конечно, не понимаю, но на одном из форумов нахожу аргумент участника: "... это утверждает сам Мирослав Эдуардович, а он, без сомнения, знает.." Вот оно как! "САМ Мирослав Эдуардович".

А у меня перед глазами тот маленький профессор: "Это я уже знаю!"
Просто страшно себе представить, сколько всего Мирек знает сейчас!
[в машине скорой]

Пациент: Пожалуйста, смените радиостанцию.

Санитар: Молчите. Вам нужно беречь силы.

Пациент: Я не умру под Киркорова.
1
История реально происходившая на моих глазах.
Работала у меня менеджером одна девушка - Татьяна. Высокая, тоненькая, ноги от ушей, в общем красотка. Как-то не задалось у нее в начале жизненного пути, отец ее ребенка оказался непорядочным человеком, и маленькую дочку она воспитывала одна. Сама из ближайшего поселка, снимала квартиру, выкручивалась как могла, но при этом еще училась в институте и дважды в год уезжала на сессию в Москву.
Приезжает как-то в очередной раз, глазки светятся, работа в ум не идет, познакомилась во время экзаменов с парнем, тоже где-то из ближайшей деревни.
И все бы хорошо, но у него друзья-приятели, веселая холостяцкая компания, давно бы всем жениться пора, родители внуков хотят, а те никак не наиграются, гулянки, тусовки, драки, рыбалка. РЫБАЛКА!!! РЫБАЛКА!!!
Из-за этой рыбалки и конфликты. Татьяне хочется выходные провести с любимым человеком, а тут друзья понаедут и утащат парня с собой.
Вот и в очередную пятницу наша Таня переживает, договорились встретиться, погода хорошая, но и для рыбалки погода отличная, куда судьба качнется, неизвестно, отношения еще не стабильные и шанс что друзья утащат его рыбачить и водку пить - большой.
В понедельник, сказать что Таня пришла с остолбеневшим выражением лица, значит ничего не сказать.
Все-таки Серега выбрал Татьяну, думаю нравилась она ему очень. Променял он рыбалку на красивую девушку.
И друзья поехали удить рыбу втроем. На обратном пути попали в ДТП, погибли все. Судьба. И Серега мог оказаться вместе с ними, но сделал другой выбор. Можно много рассуждать о вероятности и стечении обстоятельств, но мама Сергея рассудила иначе. Слава богу что Сергей поехал к Татьяне, если бы не она, то осталась бы семья без сына. Это судьба. Таня - это судьба! Которая отвела смерть от их дома. Жениться надо немедленно, готовимся к свадьбе. Возразить маме никто не решился. Вот так. И мне пришлось срочно искать нового сотрудника.
Пару лет назад довелось мне работать у одного клиента, что находился недалеко от моего алма матер. В один прекрасный день я ушёл чуток пораньше и решил пройтись по памятным местам. Зашёл в столовую, общежитие, лекционные залы, лаборатории, и в студенческий центр. В центре моё внимание привлекла солидная реклама спектакля "Три Сестры." Плакат гласил, что организовано это действо "Русским Клубом", и грядут события типа концерт Рахманинова, бардовский вечер, фильмы 60-х, Серебрянный Век, тематические вечеринки, итд.

"Молодцы ребята-организаторы, далеко пойдут" подумал я. А после мелькнула мысль "Знали бы они как и для чего это всё начиналось." И вспомнилось...

"Клуб Детей Лейтенанта Шмидта."

Эпиграф: "Я могу отчитаться за каждый заработанный мной миллион, кроме первого" (Джон Рокфеллер).

Моя семья приехала в США в самом начале 1990-х практически нищими. На семью из 4-х человек приходилась астрономическая сумма в $220 и несколько баулов с барахлом большинство которого оказалось бесполезным. До сих пор не понимаю, зачем мы тащили в США мясорубку, электродрель, и польский пуховик. Первые пару лет в новой стране было немного трудновато, хотя и очень весело.

Родители стали работать, подрабатывали и мы с сестрой, но в строчке "Итого" финансы пели романсы. Прошло полтора года, сестра закончила школу, и что дальше? У родителей даже вопрос не возник, она пойдёт в ВУЗ, сколько бы это не стоило. А стоило это ох не мало, даже не смотря на гранты и стипендии, особенно учитывая наше тогдашнее материальное состояние. Отдали последнюю копейку, ведь образование это святое.

Через 4 года сестра закончила университет и тут настало время идти мне. С деньгами стало чуток полегче, уже нищими не назвать, но даже до среднего класса было весьма и весьма далеко. И снова, никакие альтернативы во внимание не принимались. "Выкрутимся." ободряли нас и друг друга родители. "Будет день, будет пища."

В итоге я пошёл в достойный частный университет, что очень даже не бесплатное удовольствие. Вообще, в США образование в университете или колледже - это солидная кучка денег. Мне правда подфартило, я достаточно неплохо учился в школе, и универ расщедрился и дал мне скидку чуть ли не в половину суммы. На четверть суммы родители взяли кредит на себя, ну а на остальное взял уже кредит я сам. В принципе всё чётко и справедливо, хочешь сэкономить, не учись. Хочешь учиться, плати. Дорогу осилит идущий, кому образование нужно, тот его получит, не смотря на любые препоны.

Трудность была не только в стоимости образования, но и в том что и все сопутствующие расходы тоже были более чем ощутимы. У частных ВУЗов подход простой, "куда ты денешься с подводной лодки?", а посему ценник на общежитие, питание, итд выставляли просто конский. Студиозы-голодранцы (типа меня) старались найти хоть какую-то работу, иначе было бы совсем кисло. Проблема в том что студенческой рабочей силы было в избытке, а посему оплату давали минимальную, тем более что основой работодатель сам университет. Выход простой, нужно несколько работ.

Где я только не работал. Одно время занимался рассылкой писем в которых университет клянчил деньги. Работа не пыльная, письма в конверты засовывать и марки клеить, но скучная до одури. Потом в спортзале инвентарь раздавал, тоже не пыльно, но к сожалению от сна отвлекают. Одновременно и библиотекарем колымил, тоже копейка в карман.

После нашел две уникальнейших подработки, зацените. Первая - официальный подносчик мячиков для женской команды по лакроссу. Не работа, а сказка. Сидишь на стульчике, на девушек смотришь, пару раз за игру из корзинки им мячик кинешь, и во время перерыва вокруг поля мячики соберешь. Вторая ещё круче, кинооператор для женской команды по баскетболу. Ездишь по разным университетам и снимаешь игру на камеру. Девушки добрые и отзывчивые, во время поездок кормят, и за часы в дороге тоже платят. Короче, синекура, что ещё сказать. Одно плохо - игры недостаточно часто и работа сезонная.

И всё же финансовая проблема оставалась. Как ни крутись, не шустри, а нормальных денег не заработаешь. Вроде и работаешь часов 25-30 в неделю, а на выход имеешь долларов 100, много 150. А расходы солидные, хоть экономить старался где мог. Квартирку с товарищем-однокурсником, Сёмкой, на пару сняли вне кампуса подешевле, на всяческие семинары да презентации записывался ибо там иногда бесплатно кормили, а света в конце тоннеля никак не видно.

У Сёмки ситуёвина была чуток получше, его батяня с бизнесом в РФ. Но в 90-ые было как, то густо и тогда играют флейты и звучат барабаны, то совсем пусто, и тогда Господа благодаришь что жив остался. Короче, ему денежка была нужна почти так же как и мне, не клянчить же здоровенным парням копейку у родителей которым и так еле хватает. В какой блудняк мы только не вписывались дабы озолотиться. То мебелью для студентов торговали, то записывались как счетоводы для перепеси населения, то телефонные тарифы пытались продавать, но получалось всё ненадолго или не надёжно. Амбиций много, а на деле оказывался пшик.

Финансовый анус усугублялся каждое начало семестра. Причина проста, учебники. Онлайн продажи книг тогда практически не было (тема только начиналась), так что университетский магазин был по сути монополистом. Драли с несчастных студентов семь шкур без малейшего снисхождения. Я брал в среднем 5-6 классов в семестр и часто требовалось по два-три учебника на каждый. А книжки и по $50, и по $70, и по $100 могли стоить, так что итоговая сумма для нищего студента выходила монструозная. Преспокойно недельный заработок улетал за одну-две книжки.

Особенно угнетали некоторые сволочи-профессора. Оглашали что именно для их класса требуется определённый учебник или задачник и... создавали его сами. Потом поставляли этот шедевр эпистолярного жанра в университетский магазин и бедняги студенты вынуждены были покупать его втридорога. Деваться абсолютно некуда, плачешь, но берёшь. Одно "радовало", своей денежкой ты обогащаешь любимых учителей. Как сейчас помню бессовестный препод по геологии требовал $80 за свою малюсенькую книжонку в мягкой обложке. У препода по информатике запросы были побольше, почти $120.

Единственный кто имел совесть и понимание, так это наш УЧИТЕЛь по налогообложению, Стивен Лидка. Мало того, он сказал "книги толстые, а смысла в них нету. Всё что действительно для знаний, а не для галочки надо, я вам прочитаю в лекциях. Ведите хорошие конспекты, и это 3/4 дела. Ну а вдобавок, вот книжка, что я сам составил. Там ключевые концепции. Стоит она всего $9, это примерно сколько мне стоит её напечатать. Остальную литературу, если понадобится, можно взять в библиотеке." И правда, из этой грамотно составленной тоненькой книжки я почерпнул много больше чем из десятка других.

А сам предмет? Уж казалось, налогообложение - однозначное фи, скучнее быть не может. А вот и ошибаетесь. Лекции Стивена начинались в 8 утра, а сам он приходил в 7-7:15, на случай если у кого-то вопросы по предмету имеются. Так вот, студенты собирались у аудитории к 7 утра как штык, лишь для того что бы потусить с ним. Его лекции были что-то с чем-то, заряд энергии, фейерверк юмора, и калейдоскоп отличных жизненных примеров. Этот УЧИТЕЛь создал удивительнейшую атмосферу и сделал свой предмет настолько понятным и увлекательным, что студенты из других факультетов (биологи, физики, инженеры, итд) валом записывались к нему, хоть им этот предмет был абсолютно не нужен для диплома. Такого я больше не встречал, ни до, ни после.

К сожалению, редкостные уебаны (извините, другого слова нет) из университетской администрации схарчили его не поперхнувшись. Единственного, на мой взгляд, достойного профессора во всём департменте. Tenure (постоянную позицию) ему не дали из за своих дрязг, и он обидевшись ушёл. Мне вообще эти университетские страсти-мордасти весьма фиолетовы, но тут я счёл своим долгом и позвонить в департмент и написать письмо президенту университета, что отныне вместо благотворительности от меня они будут получать лишь половой х**. После я узнал что в примерно таком же тоне высказалось ещё несколько сот бывших студентов. Но, я пожалуй отвлёкся.

В конце каждого семестра возникал вопрос, а что же делать с использованными учебниками? Если очень везло, то находился кадр планировавший брать класс в следующем семестере, тогда продавали книжку ему/ей. Обычно же, со слезами на глазах, тащили всё обратно в университетский магазин где книжки принимали примерно за 10-15% от стоимости. А часто и не принимали, просто говорили "выходит новый тираж. Хотите, забирайте обратно, или вот ящик, складывайте туда." Ну а когда наступал следующий семестр то... эти самые учебники которые студенты сдавали за гроши, университет выставлял на полках как б/у за 75-80% цены новья, и они раскупались влёт. Бывало что и те книжки что студенты просто отдавали за бесплатно университет тоже продавал (в случаях если следующий тираж к началу семестра не успевал или учитель разрешал пользоваться обоими версиями, тем более что они редко серьёзно отличались).

И вот заканчивается очередной семестр, я с грустью перебираю свою библиотеку, и грустно прикидываю, на сколько же меня отымеют в этот раз. Вваливается Семка и видя мой кислый вид спрашивает:
-" Что дубинушка не весел? Что головушку повесил?"
- "А чего веселиться? Доходов нет, расходы одни. Кстати ты знаешь что в фразе "Студент сдаёт книги в университетский магазин." студент это подлежащее, а магазин это надлежащее."
- "Я тоже филолог-любитель." ухмыляется Сёмка. "А магазин - это местоимения."
- "Ещё одна вершина философской мысли" хмуро кивнул я.

И вдруг Сёмка как заорёт, аж стёкла задребежжали:
- "Эврика. Кто был ничем, тот станет всем. Мы им ещё покажем мать Кузьмы, почём фунт лиха, где раки зимуют, и почему уж замуж невтерпёж."
- "Кому покажем? И главное что? Учти, я к эксгибиционизму отношусь с опаской. Согласен на показ лишь в узком кругу ограниченных людей."
- "Гусары - молчать. Объявляю первое заседание акционеров ЗАО "Рога и Копыта" открытым. Наша цель, нести в массы разумное, доброе, и вечное. Взамен на свободно конвертируемую валюту, конечно."
- "Цель благая. Всеми низменными фибрами своей души поддерживаю. А теперь, ближе к телу, как говорил Мопассан."

Тут Сёмка и огласил свой конгениальный план.
- "Смотри сюда. Ты сейчас потащишь свои книги аки Сизиф на Голгофу. Получишь шиш с маслом. Тезис справедлив?"
- "Опыт - великая вещь. И он подсказывает что - да. Готов рассмотреть варианты."
- "А что если книги ... не сдавать."
- "Сёма, а ты оказывается мазохист-максималист. Предлагаешь пролететь как фанера над Парижем и вообще не получить ни копейки. Мол расслабьтесь граждане и получайте удовольствие."
- "Именно это я предлагаю. Более того, акционеры ЗАО "Рога и Копыта" немедленно собирают все наличные средства, берут сколько могут в долг и... направляют стопы к университетскому магазину и начинают скупать учебники у страждующего популюса за цену большую чем дают эти университетские крохоборы."
- "Сёма, ви таки кюшали протухшую рибу? Или молочко било несвежее? Что за блудняк ты предлагаешь? Не только не получить денег, но и отдать последнее и набрать всякого дерьма. Заметь, я готов грызть гранит науки, но здесь я предвижу что буду кушать бумагу вместо пиццы, а это извращение. Дуся, эти условия душа не принимает. Что мы с этими книжками делать будем?"
- "Я тебе уже сказал что ты дурень и уши у тебя холодные. Мы будем ими торговать."
- "Ага, мы откроем лавку, точнее скамейку, напротив магазина и будем зазывать покупателей "Дэвушэк, дэвушэк, книжка купи. Нэ смотри шо б/у. Книжка пэрсик. Кстати, как тебе мой бархатный баритон?"
- "Ты прав и не прав, мой друг Сократ. Скамейку мы действительно оккупируем. И действительно напротив магазина. Но мы будем лишь покупать книги. А вот насчёт продаж есть такая мысль." И Сёмка огласил остаток идеи "Довелось мне разок сидеть в тамошнем допре..."

Бриллиантовый дым пошёл по нашей скромной квартирке. Идея была настолько проста, настолько и гениальна. Просто чудо, что золото Клондайка лежащее на поверхности столько лет никто не подбирал. Дрожащей, но уверенной рукой я достал чековую книжку и посмотрел на баланс.
- "Чуть поболе штуки. Это всё что нажито непосильным трудом. Готов внести в виде благотворительности на пользу голодающим. Что скажет купечество?"
- "У меня примерно столько-же. Думаю что наших капиталов хватит что бы произвести фурор в науке и технике."
- "Мдас. С голым хером на перевес, они штурмом брали собес. Но фер то ке? Отчаянные времена требуют отчаянных мер."

Назавтра, сложив наши скромные капиталы, взял взаймы складной стол и парочку стульев у соседей, мы расположились у наружного входа в магазин. От руки сварганили объявление, мол покупаем учебники по высокой цене. Какую цену предлагать за какую книжку мы понятия не имели, пришлось периодически бегать внутрь и узнавать по чём учебники принимает магазин. Потом сверху мы накидывали по 5-7 долларов. За книжки что университет вообще деньги не давал, мы давали доллара 3-5, в зависимости от состояния и толщины книги.

Изначально дело шло тихо, но очень скоро узнав что мы платим больше, нас осадила толпа студентов. Несчастный столик прогнулся от тяжести книг. Потом начали складывать под столом в ящики. После просто клали книги на асфальт. Вскоре возмущённые работники магазина выскочили к нам с претензиями, мол какого хрена? Что за самодеятельность? Что за покушения на монополию?

В ответ мы разумно заявляли что вреда от нас нет никакого. Просто мы хотим купить книжки, у собратьев по разуму. И где вообще сказано что это запрещённая деятельность?
- "Хулиганы зрения лишают." орал Сёмка.
- "А ну, "подайте сюда Ляпкина-Тяпкина." нагло вторил я.
- "Я буду жаловаться прокурору" вопил Сема.
- "Может пошлём их просто на хер, со всей пролетарской прямотой?" предложил я.

На следующий день мы повторили концерт, а на третий у нас закончились деньги. В итоге у нас оказалось несколько сотен учебников по всем предметам, от античной философии до высшей математики, от химии до квантовой механики. От нашего столика до парковки было метров 50, не больше, но руки мы себе оттянули изрядно. Бедняга субарик Сёмки аж просел от загруженных фолиантов. А как вспомню о перетаскивании этого добра из машины к нам в квартиру на 3-й этаж мне становится дурно, хоть с тех пор прошло почти 20 лет. Зато теперь мы были готовы к битве титанов.

Как уважаемые читатели наверняка догадались мы отнюдь не собирались продавать эти книжки в розницу сидя на лавочке или банально расклеивая объявления. Покупатель у нас был запланирован лишь один... САМ университетский магазин. Как провернуть подобный гешефт? Вот тут я объясню.

Дело в том что когда начинался семестер, первые пару недель всеобщее состояние в университете можно было описать как "дурдом Ромашка." Студенты записываются в классы и очень часто потом меняют их (по разным причинам). Посему, уже купленные книги им надо сдать и приобрести новые. Всё что для этого надо это простая форма что выдают в регистрационном центре. Её заполняли от руки, указывали какой класс отменяют, какой берут взамен, и сотрудник центра (чаще всего был тот же свой брат-студент работающий за часовую зп и которому абсолютно пофиг) ставил или штампик или закорючку-подпись.

Потрепавшишь и построив глазки девушкам-студенткам мы стали обладателями целой пачки пустых форм. Формы мы заполняли, указывали что меняем расписание и шли с учебниками в магазин.
- "Хочу сдать. Другой класс беру." твёрдо заявлял я. "Денежку отдайте в рабочие руки."
- "Дайте я посмотрю" мямлил сотрудник. "Вы брали на кредитку? Или на университетский счёт?
- "За нал конечно." уверял я.
- "А чек у вас есть?" вяло сопротивлялись магазинщики.
- "Какой чек? Ну не сохранил я, потерял. Но ведь книжки вот они, такие же у вас на полке лежат. Больше их взять неоткуда. Да и по правилам, мы можем их сдавать первые 2 недели без каких либо проблем."
На этом сопротивление обычно останавливалось и за книги что мы скупили (или даже получили бесплатно) за копейки получали налом розничную цену от магазина. И вот тут уже появился целый поднос с ярко голубой каёмочкой.

В университетском магазине мы появлялись чуть ли не по 3 раза в день, ведь надо было успеть сбыть как можно больше книг. Через пару дней наши физиономии примелькались настолько что продавцы нас приветствовали как родных. Естественно они всё поняли и по инерции сопротивлялись, но у них "не было методов против Кости Сапрыкина" ведь никаких правил мы не нарушали. А посему каждый поход в магазин приносил нам сотни долларов. Конечно все книги сдать мы не успели, кое что магазин отказался принимать ибо эти учебники перестали использоваться, но процентов 80 инвентаря мы отоварили.

Прибыль на капиталовложение превысила все самые оптимистичны прогнозы и зашкаливала хорошо под 600%. Наконец то мы почувствовали себя людьми. В кармане завелись достойные деньги. Работать я не бросил, но уже не был вынужден экономить каждую копейку. Более того, я даже частично выплатил долги за учёбу и позволил себе кое какие излишества. Ну и конечно мы с Сёмкой с нетерпением ждали начала следующего семестра дабы повторить нашу арию на бис.

К сожалению повторный концерт по заявкам телезрителей не удался. Точнее как, учебники то мы скупили, причём в количестве куда большем чем ранее. Но хитрые университетские торгаши объехали нас по кривой. По новым правилам надо было указывать и номер студенческого билета и показывать идентификационную карточку при сдаче книг. Более того, надо было предъявлять официальное расписание до и после замены.

Мы метались как обосранные олени, меняли расписание по несколько раз на дню, но беготня в регистрационный центр и обратно занимала кучу времени. Плюс мы настолько примелькались, что нас тупо начали гнать и из магазина и из центра, еле-еле смогли на настоящие классы зарегистрироваться. Вопрос надо было решать и срочно, ведь на кону стояли достаточно приличные деньги.

- "И снова эврика", огласил Сёма. "Мы одни, в этом наша слабость. Но заграница нам поможет. Есть идеи."
- "Огласите весь список пожалуйста."
- "Мы должны кинуть клич, и организовать идейных борцов за дензнаки. На помощь аборигенов рассчитывать не стоит. Их протестанская этика и буддисткий порядок вещей не позволит им участие в нашем гешефте. Нужен свой другой такой-же. А проще, нужны ещё дети Лейтенанта Шмидта."

Конечно русскоязычные студенты в университете бывали и до нас, но очень редко. Пожалуй лишь в год нашего поступления потихоньку и началось покорение Ермаком Сибири. Если в наш год поступило человек 6 "русских", то к третьему курсу в университете было как минимум человек 25.

- "Позовём тех кого знаем. Заодно попросим их привести тех кого знают они. Ну и объявление в студенческом центре повесим, мол формируется "Русский Клуб." Не желаете ли преломить хлеб с нами."
- "А дальше что? Не боишься разгласить ноу хау?"
- "Чего боятся? Для меня это последний семестр." ответил Сёмка (он окончил универ за 3 года). "Тебе ещё один семестр после этого остался, на твой век заработка хватит. А свой брат эммигрант и сам подхарчится и нам поможет. Это наша дотация в "Союз Меча и Орала."

Сказано-сделано. Кого могли оповестили, кое-кто объявление увидел. Организовали совет в Филях, точнее на скамейках около библиотеки. Собралось человек наверное 15-18. Сёмка речь толкнул от которой бы прослезились бы камни.
- "Дорогие братья и сёстры, кенты и мочалки, аиды и гои, чуваки и чувихи. Доколе щупальца капитала будут высасывать последние соки из гегемона взымая непосильную дань в виде оплаты за учебники? Есть шанс восстановить историческую справедливость и всем заработать. Схема проста как два пальца, то бишь товар-бабки. Товар наш, время ваше. Доход гарантирован. При делёжке - честный пацанский пополам. Кто согласен, записывайте свои координаты на этот листок. Кто хочет подумать, без проблем. Только не тяните долго кота за бейцы, ибо время, которого мы имеем совсем мало, это деньги которые мы можем вместе заработать."

Проникновенная речь нашла отзыв и практически все согласились. Всё что требовалось от неофитов, пару раз изменить своё расписание, показать формы вместе со своими идентификационными карточками, и сдать свою долю книжек. Расчёт был после каждой сданной партии. От товара избавились буквально за пару дней к всеобщей выгоде. Конечно наш заработок был меньше чем планировался, но даже при таком раскладе мы всё равно очень прилично заработали.

Как знаток человеческих душ, Сёмка предложил накрыть скромную поляну, благо профита от энтерпризы было прилично. Несколько пицц, куриные крылышки, пиво, и анекдоты - лучший фундамент для объединения пролетариата. Всем понравилось, тем более халява. Пару раз за семестр весёлой компанией встретились, а там и год закончился.

Перед окончанием университета Сёмка мне и говорит;
- "Ты смотри, мы уже народ организовали. Люди как собаки Павлова, к халяве привычные. Их можно смело вести в светлое будущее. Мне в вожди уже поздно, я в магистратуру ухожу, а ты с нашей стаи товарищей сможешь хороший куш сорвать."
- "С этого момента поподробнее." заинтересовался я.
- "Да очень просто. На следующей пьянке я тебя в Президенты Русского клуба выдвину. Как обычно "народ безмолствует." То есть, я уверен, все поддержат. Тем более мы им такой ништяк на следующие семестры подогнали. Зарегистрируешь всех как "Русский Клуб" в университете официально, ведь людей достаточно. А дальше ловкость рук и никакого мошенничества, потребуй бюджет. Я узнавал, универститет достаточно щедро студенческим организациям денежку даёт. Будешь сам сыт и пьян, да и ребятам копейка перепадёт."

Идею официального "Русского Клуба" все приняли "на ура." Сёмка рассчитал как по нотам, естественно супротив моего президентства никто не возражал.

Ну а следующий семестр (мой последний в универститете) уже мы встретили во всеоружии, с кучей учебников которые мы организованно сдавали. Одновременно я сделал презентацию в администрации, Клуб официально зарегистрировали. Пожалуй помогло то что мы подбили весь факультет русского языка на лоббизм за нас. Я даже умудрился бюджет в пару тысяч долларов выбить, дескать будем посещать музеи, культурно обогощаться, и даже организуем какое нибудь публичное мероприятие. Одно худо, бюджет лишь на следующий семестр дали, на мою долю не досталось.

Впрочем я и не жалею, мне и заработка с книг хватило. А на следующий семестер "Клуб Детей Лейтенанта Шмидта" зажил уже своей полноценной жизнью. С первых денег организовали большую гулянку в русском ресторане. Даже умудрились отчитатся за это как за "изучение русской кулинарии." Пару лет меня, как первого официального Президента Русского Клуба звали на всякие встречи, даже ко мне домой несколько раз всей оравой в гости приезжали. Потом потихоньку перестали, тем более я и сам к этому делу с работой и моими разъездами охладел.

Ну а ныне видно Русским Клубом сурьёзные ребята руководят. Всё бело, пушисто, чисто и культурно. Да оно наверное и правильно. И всё же, знали бы они как и для чего это всё начиналось...
В Красноярске две женщины на своих авто столкнулись.
Дожидаясь полицию, заказали пиццу на место ДТП.
Лондон. В кафе вваливается из соседнего паба толпа пьяных индусов. Вообще этой нации не свойственно напиваться. А уж тем более в стельку. Одеты все прилично, но алкоголем пропахли насквозь и буянят. Персонал сбился с ног, что с ними делать и как от них избавиться. И тут заходит официант из соседнего кафе, назовем его Питер, когда-то он тоже тут работал. Он сходу оценивает ситуацию и врубает на полную громкость с мобильного жесткое порно. Ахи, вздохи и отчаянные вопли заполняют зал.

Индусы тушуются, мгновенно замолкают и быстро сваливают.

Персонал с удивлением смотрит на Питера, мол, что это было только что.

- А с ними только так и можно. Когда надерутся, они к любой войне готовы, а к порно нет. Мы их всегда так у себя выгоняем, - флегматично поясняет Питер.
Наташа выложила фотографию на фейсбуке и подписала: "Отмечала сегодня сразу две днюхи - моему сыну исполнилось 6 лет, а тете моего мужа - 63".

Куча комментов с единственным вопросом:
- А тетя-то где?
Наташа:
- Как это где? В самом центре фотки.

А там 30-летняя шикарная женщина. Ну или очень моложаво выглядящая 40-летняя.
Кто-то из комментаторов не выдерживает:
- Как это ей удается? Она что, пьет кровь младенцев?
Наташа:
- Сама хотела бы знать, но боюсь спросить.
Ей в ответ крик души капсой:
- К ЧЕРТУ СТЕСНИТЕЛЬНОСТЬ! СПРАШИВАЙ! МЫ ВСЕ ХОТИМ ЗНАТЬ!
В военной прокуратуре рассказывали такой случай: "У жулика изъяли при аресте блокнот, в который он скрупулезно заносил где, когда и как он совершил кражу ("форточник"), что взял, какое впечатление произвела квартира. Когда приступ истерического смеха прошел, ему был задан вопрос: "[Зачем]?" - "Вот стану я знаменитым и буду писать мемуары, а вдруг что забуду!". Обвинительное писали по блокноту. Потерпевшие с удивлением обнаруживали, что у них украли еще что-то. Уровень умственного развития зашкаливает.
Сбербанк – 21 век…
Мне на даче нравится пользоваться WiFi.
Несколько дней назад я купил новую симку, вставил ее в роутер, заплатил денег и пользуюсь как хочу.
Но, чтобы деньги на счете этой симки водились без перерыва, вчера в СбербанкОнлайне создал автоплатеж. Успешно создал, даже подтверждение получил.
Рано радовался.
Сегодня Сбербанк сообщил мне, что не будет мне такого счастья.
Потому что они позвонили на этот номер, а он им не подтвердил согласия на получение этой подачки от меня…
Искусственным интеллектом попахивает, однако. Причем, гордым.

И вот тут возникло у меня внутреннее рассогласование.
Это кому они звонили? Симке?
И как поговорили? Что она им ответила?
При том, что владелец – я самый и есть. И я же денег готов платить, по сути, сам за себя. С чего вы там решили спрашивать согласия-подтверждения?

На даче еще сигнализация есть, там тоже пара сим-карт имеется. Не пробовали с ними побеседовать, они-то не против? А то, не ровен час, заест их зависть к роутеру?

У соседа напротив ворота открываются такой штукой, в которой тоже симка есть. В подмосковье, рассказывали, у одного провайдера вполне получилось склонить ворота к просмотру фильмов непростого содержания…

Что, мораль нужна?
Какая мораль, если к реальному профессионализму это не имеет никакого отношения?

Но я на всякий случай попросил прислать мне запись их разговора.
Интересно же…
Навеяно историей от 19 июня о ветеранах-самозванцах.
Дедушка после ухода в запас в военкомате работал. В частности, занимался подтверждением ветеранских историй (запросы в архивы и прочее) для выдачи удостоверений. Проблема порой была в том, что ветераны затруднялись назвать часть, где воевали. А то и архивы части утеряны (особенно касалось попадавших в окружение частей), или находились в совершенно неожиданном месте. Вот и приходилось рассылать десятки запросов в разные архивы, чтобы найти хоть какую-нибудь зацепку, хоть какое-то доказательство. Нельзя ж выдать удостоверение на основании только слов "я воевал, честное ветеранское". Где-то на основании воспоминаний о местах боёв, где-то по месту призыва или демобилизации, где-то по другим косвенным признакам пытались найти документы.
И вот где-то в середине 80х на протяжении нескольких лет к ним ходил дедок, желающий получить удостоверение ветерана войны. Куча запросов в разные архивы, отовсюду приходит "сведений по такому нет". Дедок ходил в военкомат как на работу, всех костерил за плохую работу, за нежелание предоставить ему полагающиеся льготы и прочая, и прочая. В общем, стал узнаваемой и популярной личностью в этом заведении.
И наконец - удача, через несколько лет поисков из одного архива ответ пришёл. "Да, есть на такого данные. Служил добровольным помощником (Ost-Hilfswilliger) в вермахте, потом в полиции". В общем, ветераном дедок действительно был, только воевал на стороне немцев. Когда ему ответ показали - исчез. Не видели его больше. Может просто в другое место переехал и начал там статус ветерана получать, это уже неизвестно.
Если бы мне предложили придумать единицу измерения человеческого терпения, я бы предложил не задумываясь измерять этот параметр в китайских бабушках (КБ), причём в обиходе лучше использовать дольную единицу микроКБ.

Иду вчера в царицинский дворец, и ко мне подходит она - китайская бабушка. Седая шевелюра, раскосые глаза, почтительная улыбка. Что-то просит у меня по-китайски. Пытаюсь общаться по-английски - не понимает моего чистейшего оксфордского произношения :) По-русски тем более не понимает. А на других языках я знаю только "хэнде хох" да "жэ нэ манж па си жур". Показывает фарфоровую собачку, что-то на ней объясняет... я решил, что мне впаривают какой-то сувенир. "Донт андэстэнд" не помогает совсем. Как и "нэ компрэнэ" и "нихт фирштейн".

Короче, пошёл во дворец, иду, смотрю экспонаты. Боковым зрением замечаю, что бабушка прицепилась к мне как хвостик, куда я туда и она. Встречаясь взглядом - улыбается.

Вхожу в екатериниский зал, трогаю рукой ониксовую колонну - бабушка тоже трогает. Видимо, решила, что это у нас у русских ритуал такой - войдя в зал потрогать колонну.

Стою, изучаю славную биографию Екатерины Великой. Чувствую лёгкое прикосновение в районе плеча. Бубушка, мило улыбаясь, что-то смущенно просит по-китайски. В который раз говорю "ай донт андестэнд" - не помогает.

Иду дальше. Так проходит, наверное, полчаса. Китайская бабушка смертельно надоела. Про себя прокручиваю методы ухода от наружного наблюдения, вычитанные в шпионских романах...

Снова мягкое прикосновение. Бабушка зовёт меня куда-то. Иду, вспоминая цитату из "Кин-дза-дза" - "неудобно, старый человек"...

Подходим к смотрителю. Говорю ей (смотрителю), вот такие дела. Китайская бабушка. Нэ компрэнэ. Даже по-русски. Может она потерялась?

Смотрительница говорит, что возможно, бабушка хочет в туалет. И объясняет, как туда пройти. Спрашиваю "тойлет?" "ю вант ту тойлет?". Не понимает, но целует рукав смотрительнице. Идем в тойлет. Поднимаемся на лифте, идём по залам, наконец, находим, то что искали.

Говорю "хирэ'з э тойлет, окей?"

Счастливая бабушка скрывается в двери.

Занавес.

И тут меня осенило, что именно она показывала на фарфоровой собачке!
7
Перед эмигрантом обычно стоит языковой барьер. Чтобы его сломать, надо общаться. Найти с кем поквакать, не квакая, проблематично. М-дя.
Удачной идеей было преподавать в Буэнос-Айресе русский язык по бартеру. Мол, обучаю русскому в обмен на испанский. Зарегистрировался на паре профильных сайтов, окучил бесплатные объявления. Развесил бумажки в помещении Школы иностранных языков, которую одно время посещал.
И клюнуло! Звонили многие. Приходили не все.
Встретился Алехандро, мы прозанимались полтора года еженедельно. Боюсь, что получил от него больше, чем дал взамен. Он видел последние дни СССР и хранит билет в Большой Театр от 17 августа 1991-го.
Смешнее: пришёл дедушка 70 лет, желал припасть к корням. Болтливый неимоверно, назначал занятия в баре и поил пивом - поди плохо? На третью встречу он принёс давно и бережно хранимые книги-реликвии. Реликвии были на болгарском. Дедушка не видел разницы, а я видел. Расставаясь, чуть не плакали.
Ещё один ученик принёс книгу-реликвию, уже на русском. Библия 1863 г. издания. Звали парня Иезикиель, мне бы насторожиться... Он оказался сыном пастора евангельской (или евангелистской?) церкви. Очень быстро занятия перетекли на их территорию, т.е. в церковь. "Козлевича охмурили ксёндзы." Ксёндзам я благодарен за экран, на котором высвечивались слова пасторской проповеди. Слушаешь и читаешь, очень удобно, современно. Библию на испанском языке подарили. Кофеем поили. Регулярный круг общения образовался - поди плохо? Правда, месяца через четыре стали приставать: почему не хожу к пастору под благословение? Пришлось признаться, что атеист. Отпустили с миром, не побили.
Мне дочь говорит:
- Дали список книг на лето. Решила начать читать с самой интересной - "Мертвые души". Уже пол книжки прочитала, а никак не пойму, когда Чичиков их всех наконец-то воскрешать начнет?
На одном из известных форумов, посвященных мобильным устройствам наткнулся на отзыв об устройстве:
"Я всегда пользовался планшетом Apple, но мне тут сказали, что есть ещё Android. Решил попробовать и купил планшет за 2000 руб. Большего отстоя я ни разу не видел!!!"
Первый же комментарий:
"Парня всю жизнь возил личный водитель на мерседесе бизнескласса, только деньги отстёгивай, но он где-то услышал, что самому водить джип круто, и на пробу купил "убитый" уазик. В итоге с ужасом узнал, что его нужно не только водить, но и заправлять, и даже ремонтировать...."
Перестройка. В СССР в 1987 году приняли закон об индивидуальной трудовой деятельности, в 1988 году – законы о кооперативах и центрах научно-технического творчества молодежи. Фонд зарплаты на эти организации не доводился, и они фактически превратились в структуры легальной безналоговой обналички средств госпредприятий.
Деньги обналичивались под покупку компьютеров, их наладку и обслуживание, под разработку комплексных систем управления предприятием и т.д., и т.п. Объемы исчислялись миллиардами.
Первый легальный советский миллионер Артём Тарасов в январе 1989 года получил зарплату в 3 миллиона рублей (4,5 млн. долл. по официальному курсу), его заместитель тоже получил зарплату 3 млн.руб. Недавно сбежавший в Лондон миллиардер Минц говорил, что он в 1988 году в кооперативе заработал 150 тыс. рублей. Средняя зарплата по стране была тогда около 300 руб. в месяц.

Напоминаю это для обрисовки фона происходивших событий.

Итак, июнь 1990 года. Чемпионат мира по футболу в Италии.
Из-за среднеевропейского времени трансляции матчей идут с полуночи до четырёх часов утра. Народ приходит на работу красноглазый и злой.

18 июня сборная Союза забила четыре безответных мяча в ворота сборной Камеруна, но это не помогло ей выйти из группы. А 19 июня утром в Киевском торгово-экономическом институте у студентов-заочников экзамен по политической экономии. Принимает сам заведующий кафедрой, грозный Владимир Константинович.

Непроспавшиеся и неподготовившиеся студенты уходят с двойками и тройками, у женщин успехи чуть получше.
Последним идёт отвечать 40-летний мужик с битым жизнью лицом карьериста, афериста и алкоголика. Зачем ему второе высшее образование, да ещё торговое, непонятно.
Билета не знает.

Экзаменатор задает вопросы типа:
- что такое прибавочная стоимость,
- что такое оборотный капитал,
- что такое расширенное воспроизводство, и т.п.

Мужик пытается что-то артикулировать, но у него не получается.
На его лице задумчивость сменяется удивлением, раздражением, просветлением, и, наконец, решительностью.
Заочник заговорил:
- Товарищ профессор, простите за нескромный вопрос: а сколько Вы зарабатываете?

Завкафедрой с гордостью и самодовольством отвечает:
- 500 рублей в месяц.

Кооператор скорбно кивает головой:
- Ну, примерно столько я пропиваю до обеда.

Немая сцена.
Вспомнилось историей №954623, точнее упоминавшимися там секретаршей и проституткой.
У нас на заводе один работник, требуя повышения зарплаты, в заявление написал следующее:
"Есть две женские профессии - проститутка и посудомойка. Проститутка - престижная и высокооплачиваемая. Посудомойка - не престижная и низкооплачиваемая." Далее он перечисляет свои обязанности и завершает: "меня используют как проститутку, а платят как посудомойке."
Самая быстрая операция
Врач XIX века Роберт Листон был известен своими быстрыми операциями. В 1847 году Роберт сделал ампутацию за 25 секунд, так быстро, что случайно ампутировал пальцы своего помощника. Как пациент, так и ассистент позже скончались от сепсиса. Помимо этого, хирург во время смены инструментов случайно распорол пальто одному из зрителей, которого хватил сердечный приступ. Этот случай известен как "Операция с 300%-ной смертностью".
7
Из новостей московских школьных библиотек.

...Приходит летом школьник 6-го класса сдавать учебник истории.
Не интригует? Избито? Хорошо. Начнем так.
Пришел заплаканный школьник с учебником истории в летнюю школьную библиотеку.
Сдаю, говорит, возьмите, пожалуйста, а то меня через границу не выпустят,
бабушка сказала. Сдал. Ушел.

Ровно с первыми лучами солнца прилетает на такси.
В библиотеку! На такси! Это же не булочная! И такси на ЧМ кусаются всеми зубами-шашечками...
Сбивает библиотекаря с ног. Кричит: "А где мой старый учебник!"
Где-где? На полке, конечно. Ой, кричит! У меня там тысяча баксов
завалялась, подаренная бабушкой за то, что я на второй год не остался!

Открываем - а бабки бабки действительно там! Народ, прячущий заначки в школьные учебники!
Проверяйте книги до сдачи в библиотеку, а то библиотекарь теперь с нервным срывом лежит!
Госсекретарь США Помпео заявил, что в Совете по правам человека не должны заседать злостные нарушители этих самых прав. Поэтому США выходят из СПЧ.
Правда это не анекдот, а на самом деле.
На свете существуют нищеброды, которым НРАВИТСЯ быть нищебродами...

— Что случилось?
— Ничего, не трогай меня.
— Хорошо.
— Нет, не хорошо.
— Я понял, что что-то нехорошо, я в том смысле, что, хорошо, не буду тебя трогать.
— Ты серьёзно?
— Да.
— Пиздец.
— Что такое?
— Всё очень плохо, вот что такое.
— Что тебя расстроило?
— Меня опять дико парит, что у нас нет денег.
— У нас есть деньги.
— Это не деньги.
— Это деньги.
— Это ничто. Я каждый понедельник слышу от коллег, как они провели выходные в Мюнхене, в Барселоне, а мы вообще никуда не можем поехать.
— Неправда. Мы ездили. И ездим. У нас на декабрь билеты на балет в Лондоне.
— А сейчас май.
— Ну да.
— И мы почти весь год никуда не сможем поехать.
— Можем поехать, например, в Курск. Хоть сейчас.
— Ты в уме вообще?! Какой Курск?! Зачем?!
— Не знаю. Погулять.
— В Курске?!
— Ага. А что? С ним что-то не так?
— Люди ездят в нормальные места. Постоянно. Каждые выходные. Или даже не в выходные, а берут ноут, едут в Барсу и работают оттуда, сидя на лавочке на Рамбле.
— Мы, кстати, были в Барсе.
— Но просто так в любой момент сорваться туда мы не можем. Потому что нищие.
— Мы не нищие. У нас есть много хорошей красивой новой одежды, мы каждый день едим нормальные вкусные свежие продукты и только что заказывали пиццу.
— Серьезно, блядь?! Пиццу?!! Это для тебя показатель того, что есть деньги?!
— Да. Готовая еда на заказ с доставкой — это дорого. И мы можем себе это позволить. Это хорошо.
— Это — не "хорошо" — это ниже базового уровня пунктов на сто!
— Я не буду тебе рассказывать, что такое ниже базового уровня пунктов на сто. Просто поверь: возможность не парясь заказать пиццу за почти тысячу рублей — это сильно выше.
— И ты на этот уровень ориентируешься? Ты считаешь, что это норма?
— Нет, я считаю, что норма — это когда есть крыша над головой, нормальная одежда без проблем и нормальная еда каждый день. У нас это есть. И даже больше. А что — для тебя норма — что-то другое?
— Да, представь себе.
— Что?
— Хотя бы путешествовать!
— Мы путешествуем. Мы в этом году были в Минске, в прошлом в Осло и в Киеве...
— В Киеве?! По-твоему, побывать в Киеве — это путешествовать?.. А, ну да, ты же даже Курск упоминал на полном серьезе... Не удивлюсь, если бы ты в этом Курске еще и зачекинился.
— А я бы и зачекинился.
— В Курске.
— Да.
— Пиздец.
— Почему?
— Мои коллеги чекинятся в Мюнхене, в сраной Праге, а мой муж, значит, в Курске. И еще меня тегает, ага... Я, кстати, просила тебя не чекиниться в "Перекрестке"?
— Просила, но я забыл. Потому что не понимаю, почему бы мне там не зачекиниться. Вдруг кто из знакомых рядом?
— Да. И все теперь знают, что мы ходим в этот нищебродский магазин.
— Нормальный магазин. В него все ходят, кто тут рядом живёт.
— Это нищебродская помойка. Ты еще мэром его стань — вообще позор будет.
— А я давно мэр.
— Пиздец. Мэр "Перекрестка".
— Чем это хуже, чем мэр "Кофехауса"? Это же игра.
— Да и в "Кофехаусе" не стоило бы чекиниться. Вот в кафе в Осло — нормально...
— Ты вообще на работе каждый день по три раза чекинишься. То в переговорке, то на кофепойнте.
— Потому что у меня НОРМАЛЬНАЯ работа. Вот почему ты не устроишься в нормальную хипстерскую компанию?
— Не зовут как-то.
— Я тебе только за последний месяц две вакансии показывала.
— Так не подходят же.
— Что значит — "не подходят"? Ты вполне мог бы этим заниматься. Скиллы тебе позволяют. Ты для этого даже оверскилл. Ты просто не хочешь.
— Да, я не хочу заниматься тем, что мне неинтересно, от чего меня тошнит, от чего я сбегу через неделю, а если не сбегу, то через две сдохну. У меня есть нормальная интересная работа.
— В компании ноунейм, в которой не платят денег.
— Платят. И нормально.
— Ага. На еду хватает же. Ты что — не хочешь никаких усилий предпринять, чтобы мы могли путешествовать?
— Таких усилий — нет. И мы путешествуем. Как по мне — даже дохуя путешествуем. Чаще раза в год.
— Дохуя? "Чаще раза в год" — это дохуя? Ладно, пусть это дохуя. Но дело же не только в путешествиях!
— А в чём? Одежду и обувь, блядь, складывать уже некуда...
— Вот именно! Ты не думал о том, что хорошо бы купить квартиру с гардеробной комнатой? Чтобы вообще КУПИТЬ квартиру, а не жить на съёмной?
— Я, честно говоря, думал о том, чтобы выбросить половину шмоток...
— БЛЯДЬ!!! Выбросить половину шмоток?! А что дальше? Не обедать в кафе? Не ездить в Европу даже в отпуск? Что для тебя вообще нормальная жизнь в таком случае?!
— Я же говорил: крыша, одежда, еда.
— Да как можно жить с таким представлением о норме? Где и кем ты себя, нас видишь через десять лет? Под крышей с едой и одеждой? Это всё?
— Если всё будет хорошо.
— Если хорошо? Хорошо?! А что же тогда плохо?
— Ну, плохо — это плохо. Мы теряем работу, нас выселяют из квартиры, мы делим на двоих один доширак на три дня, когда удается его достать. Это если в магазине есть доширак. Потому что может же ёбнуть — и будет как раньше или хуже: просто нигде ничего нет. Если вдруг где-то в магазине появилась какая-то еда — выстраивается очередь. Подходит твоя — ты выскребаешь из кармана мелочь и судорожно подсчитываешь, опасаясь, что тебе не хватит ровно две копейки на бутылку молока. Или что молоко закончится ровно перед тобой, а больше в магазине и нет ничего. Ты идешь домой, у тебя воет в желудке и темнеет в глазах...
— Прекрати! Слышать этого не хочу, думать этого не хочу, не понимаю, как ты можешь об этом думать. Не как переехать в Чехию, не как завести бизнес с пассивным доходом, позволяющим круглый год путешествовать, не как хотя бы устроиться в нормальную компанию, название которой не стыдно вписать в трудовую книжку, а вот об этом... об этом... Как ты смеешь вообще думать этом всерьез. Ты меня пугаешь! Я в такие моменты вообще не уверена, что знаю тебя. Ты же отличный специалист, тебя знают в тусовке... Какое молоко! Какие копейки!
— Прости. Я, на самом деле, очень радуюсь каждый раз, когда покупаю еду, и думаю, что это счастье — свежая вкусная качественная еда каждый день. Я сегодня утром надел недавно купленные джинсы — и был счастлив ощущать их на себе. У меня есть удобная обувь на все сезоны, у тебя тоже...
— Это само собой..
— Нет, это не само собой. Ходить в декабре по морозу в старых прохудившихся летних туфлях — вот это само собой. А иметь несколько пар нормальной обуви — это счастье.
— Так ты что — я не поняла — ты счастлив, что ли?
— Ну да. Я тебе постоянно об этом говорю.
— Погоди. Я думала, что это в том смысле, что ты со мной счастлив, но не вот это же всё... это же... это же ад!
— О нет. Какой же это ад. Все ведь хорошо.
— Без денег?
— Да что значит — без денег? Посмотри статистику по зарплатам по России, по ближайшим странам...
— Да плевала я на статистику. Я не хочу жить, как эти люди. Я хочу...
— Как твое начальство, знаю. Каждые выходные в Мюнхене, новый аймак, раз в год в Нью-Йорке...
— Да. А ты этого не хочешь?
— Я не умею такого хотеть.
— Тебе нравится жить в нищете?
— Ну какая нищета? Мы каждый день едим нормальную еду, только что заказывали пиццу, у нас полно новой одежды, куплены билеты...
— Так, стоп. Остановись. Не трогай меня.
— Хорошо.
— Хорошо?! Что же, по-твоему, хорошо?!
7
Еще новость, которая круче анекдота.
На Львовщине накрыли минизавод по производству поддельной туалетной бумаги
Разгар рабочего дня, полный аврал и пц всему. На первый взгляд, не родилась еще сила, способная остановить наш контрактный отдел от подготовки заявки на воистину судьбоносный тендер. За три часа до дедлайна любой участник такой затеи обретает сверхспособности. Становится способен непринужденно ходить по потолку и проходить сквозь стены.

Но есть у этого коллектива и ахиллесова пята - он почти весь женский. Неустойчив к опытным распространительницам всякой соблазнительной хрени.

Распахнулась дверь - и в комнату ворвался порыв свежего воздуха. А также радости, надежды и предвкушаемого ошеломительного счастья. Это была баба типа баобаба. Дед Мороз в юбке. Притащила целый мешок восхитительных подарков.

Никто глазом моргнуть не успел, как она в процессе горячего приветствия движением карточного игрока рассыпала сверкающим веером весь ассортимент распространяемой ею парфюмерной продукции.

Еще через несколько секунд все уже поняли, что у них есть уникальная возможность приобрести духи известнейшего британского бренда по акции, которая действует только сегодня.

Так Дантон зажигал пролетариев громоподобным рявком:
- Товарищи! Только что мне стало известно, что дворец Тюильри на пару часов остался без охраны. Он просто набит золотом и прочими драгоценностями ненавистных эксплуататоров. Вперед!

При таком вторжении на судьбе готовившейся отделом документации можно было поставить жирную точку. Ну или крест, кому как нравится. Невозможно вписаться в срок подачи заявки на тендер, когда врывается такая баба. Мощью с десяток продавцов пылесосов Кирби. Во всем здании не нашлось бы столько охранников, чтобы вынести ее из этой комнаты к чертовой бабушке в случае сопротивления. Она пришла надолго.

На такие случаи руководством предусмотрен юрист Виталик. Он единственный мужик в отделе. К чарам, приготовленным для прекрасного пола, устойчив. Его метод выдворения распространителей - взрыв шаблона.

По его теории, распространители отлично дрессированы по всем мыслимым вариантам реакции покупателей. Значит, остается выдавать немыслимые.

На сей раз Виталик не торопился. Прикинул, что на загнанных лошадях далеко не ускачешь, и к людям это тоже относится. Минут пять отдыха и веселья всем девушкам отдела явно бы не помешали.

Поэтому начал он вяло, с легкой подачи:
- Известнейший британский бренд? Девчонки, только честно - кто из вас о нем раньше слышал?

В ответ задумчивая тишина, потом хи-хи.

Разумеется, баобаба была к этому вопросу готова. Отчеканила с ходу:

- Мы - создатели нового, революционного поколения парфюмерии! Оно основано на самых последних прорывах науки и техники! Наша продукция поставляется пока в ограниченных количествах и пользуется феноменальным успехом у всей элиты Голливуда. Например..

Виталик решительно выдал нечто:
- Тогда разговор закончен! Руководство нашей фирмы возмущено делом Скрипалей! Пока Британия не предъявит убедительных доказательств, что она непричастна к попытке их отравления, внос британской продукции на территорию нашей фирмы категорически запрещен! Мало ли какую отраву вы сюда занесете. Парфюм нового поколения! Газ "Новичок", что ли? Немедленно покиньте помещение!

Весь отдел охренел в правильном направлении. То есть начисто выпал из восторженного состояния зомби-покупательниц, с трудом удержался от ржания, изобразил печальные покер-фейсы типа "ну да, помним, было такое распоряжение" - и с интересом воззрился на посетительницу. Понаблюдать ее поведенческие реакции, инструкцией не предписанные.

Распространительница не подкачала. Молниеносным движением шахидки, срывающей чеку гранаты, она сорвала колпачок у ближайшего флакона и сильно прыснула им себе в нос. Помолчала пару секунд и торжествующе заявила:
- Ну вот видите, я жива. А нервно-паралитические газы действуют мгновенно.

Виталик мужественно обнюхал даму:
- Ура, я тоже остался живой! Но черт его знает, что в остальных флаконах. И потом, аромат так себе. Мужикам не понравится, так что брать не рекомендую.

Тут распространительницу переключило в какие-то дальние дебри ее инструкции. Выдала неуверенно, явно сама удивляясь произносимому ей идиотизму:
- В нашей продукции использованы последние достижения молекулярной косметики. Ингредиенты взаимодействуют с феромонами человеческого тела, и если человек в хорошем настроении, он пахнет потрясающе приятно. А если нет, как очевидно в вашем случае, аромат хуже. Эти духи помогают нам настраивать себя на позитивный лад, чтобы всегда хорошо пахнуть..

Тут уже все уронили челюсти. В тишине раздалось:
- Надо Борю позвать из транспортного. Намазать этими самыми духами. А потом отправить к конкурентам. Подействует не хуже скунса.

(Общее ржание, все тут знают злобного Борю)

Виталик, снова легкая подача:
- Вот вы тут успели наговорить, что ваш парфюм легко смывается водой. А потом сказали, что в нем можно целый день купаться в море без потери аромата. Это как стыкуется?

Баобаба:
- У разных наших продуктов разное назначение - одни легко смываются водой, другие можно смыть только специальными средствами, их мы также предлагаем сегодня к продаже по уникальному преложению..

Виталик подхватывает один из флакончиков, вертит его и спрашивает - покажите мне пожалуйста, где именно тут сказано, смываются ли эти конкретные духи водой или в них можно целые сутки купаться в море?

Баобаба нахмурилась.
- Извините, я не могу вам этого сказать! Шрифт слишком мелкий. Его без лупы прочитать невозможно!

Виталик тут же вручает ей лупу. Он дальнозоркий и сам ей часто пользуется, преодолевая нынешние уловки маркетологов.

Баобаба с лупой:
- Ну, тут много написано. Дана исчерпывающая информация. Безусловно можно найти и то, смывается ли этот аромат водой или не смывается. И потом, вовсе необязательно читать это с лупой на самом флаконе. В его упаковку вложена инструкция!

- Извините, а где эта упаковка? Вы предлагаете к продаже только флаконы.

- Потому что это уникальная акция по сниженным ценам! Во избежание перепродажи! Мы продаем только флаконы!

- Ну хорошо, а хоть сайт вашей известнейшей британской фирмы с самыми передовыми технологиями существует? Где можно найти по каждому продукту, легко ли он смывается водой или можно целый день купаться в море.

Баобабища бодро:
- Конечно есть! Посещаемость 10 миллионов посетителей в месяц! Там вы сможете легко найти всю необходимую информацию.

Виталик бормочет проклятья по мере просмотра сайта:
- Счетчик посещений не установлен. Модератор ленивый идиот - сплошные негативные отзывы за последние сутки, потом стирает начисто, ниже только положительные отзывы трехмесячной давности и более.

Баобаба:
- Наш сайт подвергается постоянным атакам конкурентов!

Виталик понял, что перерыв пора уже заканчивать.

- А можно ваш телефон? На случай интереса к продукции вашей известнейшей британской фирмы. Сайт теперь знаем, изучим на досуге, в случае интереса позвоним.

- Мы не даем телефонов. На каждую точку представитель фирмы приходит только один раз.

- Ну тогда дайте телефон вашего руководителя. Он же заинтересован в продажах, не так ли? Пошлет кого-то еще.

- Я не могу дать его телефон. Это конфиденциальная информация.

- Ну, тогда прошу предъявить ваш паспорт. У нас допуск в здание только по паспорту с заранее заказанным пропуском. Мы вас не заказывали. (И вот оно, горькое прозрение) Или вы что, за очередным входящим просочились нелегально? Маша, звони на вахту, сверим данные паспорта. И срочно вызывай охрану на 4 этаж, троих минимум. Тут явный случай.

Вот многие не верят в чудеса, а они случаются. Это были волшебные секунды. Тетка испарилась на моих глазах секунды за три, не забыв прихватить все образцы своей парфюмерии.
О самозванцах. Они всегда были, есть и будут. Пусть не такие масштабные, как серия Лжедмитриев или Емельян Пугачев, но все равно есть персонажи, которые желают приписать себе несвойственные им качества и заслуги.
В начале девяностых жил в нашем районе один пожилой мужчина. Числился ветераном ВОВ, имел даже несколько орденов и медалей. Цеплял их на пиджак по праздникам, даже рассказывал подрастающему поколению о своих боевых подвигах. Но, несмотря на количество лет, прошедших с 1945 года, неплохо сохранился. Мой отец, 1935 года рождения, например, выглядел несколько старше «ветерана». В отличие от «орденоносца» войну он видел еще ребенком – их деревня несколько месяцев была занята немцами, одного из его братьев застрелили просто за то, что взял кусок сала - очень хотел кушать...
Будучи человеком любознательным, да, к тому же, депутатом районного совета депутатов, отец просто проверил паспортные данные нашего «бойца, не видевшего фронта», чему был несказанно удивлен: Гражданин П. родился в 1942 году, и единственный ущерб, который он мог нанести войскам Вермахта, мог заключаться в триппере, которым его мама «наградила» оккупанта в процессе зачатия «героя».
Миф был развенчан, «ветеран» - разоблачен и расстроен, справедливость восторжествовала. А осадок остался… У всех. Непонятно, только, зачем было пожилому человеку цеплять на себя «павлиньи перья»?
В набор!

Есть у меня небольшой ритуал. Начинается он после засылки моей работы на сайт, когда она какое-то время находится в неопубликованных работах, где можно её поправить, нанести последние штрихи...
Но это до тех пор, пока вы не увидите «нет неопубликованных работ автора»
Увидев эту заставку, я взял за привычку громко, подражая газетным и типографским традициям, восклицать — В набор!!

Я прекрасно знаю, что это устарело — набора в старом понимании уже нет, старые свинцовые буквы сменились электроникой и Интернетом, но мне нравится энергия и чувство окончательно решённого, уже как бы вне моего влияния, улетающего в самостоятельный полёт — В набор!
И начиная с конца 2015, начало моего сотрудничества с сайтом, периодически я будил своих собак этим своим энергичным « В набор!» Звучит это скорее, забавно — я картавлю, но собакам это безразлично... они просто встревожены непонятной командой, да ещё глубокой ночью.

И вот недавно я задумался — откуда эта привычка?
Где я, и где набор, как ритуал появился, откуда?
Задумался и... вспомнил, что до Д.А. Вернера, редактора сайта, был у меня лет 30 с гаком назад другой редактор, медицинский.
Точнее, Учитель.
Он уже появлялся на этом сайте, в истории про позорную новогоднюю ночь, когда все напились и я, молодой медбрат, остался один с 12 тяжеленными пациентами, на долгих 10 часов.
Ситуация была отчаянная, куранты прозвучали для меня и моих больных приговором, больные умрут у меня на руках, на моей смене, я один-одинёшенек, все дезертировали, паника и ненависть к дезертирам — молодой зелёный боец, один из взвода обслуги, что я могу...

Помните ли вы лицо Анки-пулемётчицы, у которой заклинил Максим в самый решающий момент атаки каппелевцев?
Отчаяние и обречённость, сменившаяся на безумную радость при виде скачущего на подмогу Чапаева?
Надеюсь, помните.
Такую же радость я ощутил, увидев высокую фигуру малознакомого реаниматолога, только заступившего на смену.
Молча и быстро оценив обстановку, он повернулся ко мне:
- Вас Михаил зовут?
Я кивнул.
- Михаил, ситуация нелёгкая, вы и я должны выстоять до утра, следующая смена будет трезвее, насколько мне мой опыт подсказывает. Я закончу обход и буду вам помогать разводить антибиотики и растворы. Мы справимся, я уверен.

И он был прав — мы выстояли, никого не потеряли, выполнили все назначения, я перестелил всех больных, сдал смену, обматерил дезертиров и сестру-хозяйку — мне пришлось сдернуть и разрезать занавески между больными, тварь напилась и оставила тяжелобольных без смены постельного белья.
Так Учитель начал моё обучение, преподав урок врачебного долга.

Первый, но далеко не последний — став интерном и перейдя из рядовых в кадеты или, артиллерийским языком выражаясь, из заряжающих в наводящие, я постарался попасть к нему на учёбу.
Он оказался врачом от Бога и отличным Учителем.

Я был один из многих его учеников, боюсь, что далеко не лучшим.
Было просто невозможно так работать над собой, как это делал он: непрерывно читать на иностранных языках ВСЮ периодическую медицинскую литературы, углублять свои знания в режиме нон-стоп...
Раз посмотрев на анализы больного — он запоминал их на память, надолго запоминал. С консультантами любых специальностей он разговаривал на равных, зачастую превосходя их знанием и по их специальности и по проблемам консультируемого пациента.

Реаниматологи-анестезиологи — спартанцы медицины, элитарные войска, отряд прикрытия на последних рубежах жизни и смерти. И если это так — то он был царём спартанцев, лидером.
Находиться с ним рядом было нелегко — вспомните взаимоотношения людей и люденов из « Волны гасят ветер» Стругацких.
Предисловие, однако, явно затянулось...

Написание историй болезни — полузабытое искусство, эпистолярный жанр в эпоху СМС и имэйла, всё в медицине компьютеризовано.
Жаль. Читая толковую историю болезни, ты видишь, как врач мыслит, представляешь больного и его проблемы.
«Миша, кто ясно мыслит — тот ясно излагает»,- говаривал он и всегда очень внимательно читал истории интернов.
Я считался успешным в написании историй болезни, как оказалось — зря.
Учитель прочёл, нахмурился, взял красный карандаш и отредактировал, моя история покраснела от его заметок:
«Логика?»
«Неопределённость»
«Двусмысленно»
«Где факты?»
«И откуда это следует?»
«Неграмотно»
Был я весел и молод, переделаю, какие проблемы...
Легкомысленный самонадеянный сопляк, я работал над историей до конца дня! Она возвращалась с красными пометками несколько раз, пока я не создал приемлемую историю.
Он одобрительно кивнул и вернул мне работу без красных пометок.
Я обрадовался и бодро крикнул — В набор!!
(Часть моей семьи — типографские, я знал с детства некоторые детали их работы.)
Он улыбнулся...
Он, кстати, редко улыбался — редко, но мощно, аж вся комната светилась.

Много лет прошло, а привычка заканчивать работу словами — В набор! — осталась...

Послесловие.
Впоследствии он стал ведущим анестезиологом одной ближневосточной медицинской (и не только) супердержавы, воспитал сотни учеников, прославился своей неукротимой энергией и требовательностью, непреклонность его вошла в легенду: борясь за права врачей, он объявил голодовку, и бюрократы пошли на попятную...
А недавно он стал главой всех врачей мира, невероятная должность для израильтянина!

Моя жизнь... ну, её я уже описал в своих историях, не буду повторяться.
Одна у меня надежда, что Небесный Типограф, сверстав последнюю строчку моей бренной жизни, даст мне ещё одно, последнее, мгновение — поблагодарить своих родителей и учителей.
И... В набор!
Сегодня. Работаю работу на работе, заходит коллега (далее К1) с широкой улыбкой на лице. Второй коллега (К2): - А чего мы светится?
К1: - Да так, мне до пенсии 72 дня осталось.
К2: - Счастливый человек!!! А мне два с половиной года оставалось, а стало четыре с половиной.
К3: - А мне вообще "пятёрик накинули"...
К1: - Как я вас понимаю, сочувствую.
К3: - Чтобы ты хоть частично понял, что мы чувствуем, тебе надо морду набить.
Был случай, когда товарищ ушёл на ночь в клуб в поисках любви всей своей жизни (дело в Мск происходило). На следующий день не объявился, трубка вне зоны действия сети или отключена. И на следующий день тоже глухо.
Уже собирались поднимать ахтунг, когда является назад и говорит: "Ребятки, в клубе супер было! Так хорошо, что аж телефон потерял. Потом не помню ничего. Просыпаюсь на скамейке в парке. Прохожего спрашиваю, где ближайшее метро. Смотрит круглыми глазами, говорит, что, дружище, ты в Твери так-то, до метро далековато".
В общем, осталось большой загадкой, как он из центра Москвы попал в Тверь. Назад добрался на попутках.
Это я к чему... Бухайте в меру)
1
Питер. Летний вечер и уже достаточно поздно, но в силу белых ночей светло и небо цвет имеет невыразимый, будто из дорогого фантастического боевика. Немолодая уже пара гуляет по временно уцелевшей от застройки части парка. Застройка, впрочем, не слишком уродская - штук десять 30-этажных башен легкого, футуристического дизайна. Муж их задумчиво рассматривает: "А ведь знаешь, построили бы такое во времена нашей молодости, это был бы символ, обещание светлого будущего, из Стругацких что-нибудь даже." Жена, практично: "Нашел, что вспомнить. Сегодня это просто муравейники для лохов."
2
Иринка в эти выходные заполучила травму в бровь. Вышла на работу с огромным черным синяком вокруг левого глаза. Услышала сочувственные охи и ахи сослуживцев. Но и непроизвольное ржание хором. Показали на ее коллегу, Валеру. У того нарисовался за выходные такой же черный синяк, но вокруг правого глаза. У кого-то вырвалось: «Вместе вы панда!» Другой выдал:
- Чем вы там напару занимались? Поза мне примерно понятна, но нафига с таким энтузиазмом?!

Нормальный чел просто загрустил бы от этого синяка и принимал бы себе лечебные процедуры. Но не такова Иринка. Задумалась - ее фингал слишком роскошен, чтобы не принести хоть какой-нибудь практической пользы. Оставалось понять, какой именно.

Вспомнила, что периодически ее донимает звонками темпераментный южанин с рынка. Приветлив, щедро одаривает фруктами в бонус как постоянную покупательницу. Однажды черт ее дернул дать ему свой телефон. Он тогда обещал найти какую-то редкую приправу. Хоть из-под земли достать. Кстати, нашел. Но звонки его с тех пор приобрели какое-то оптимистическое направление. Типа муж, вах, не помеха. А муж был в отъезде. Все проблемы, с этим связанные, Иринка привыкла решать сама.

Отправилась на рынок со своим фингалом. Грустно сказала продавцу - жалко мне тебя стало. Муж заметил пропущенные звонки и смски - озверел просто. Всё допытывается, кто ты такой и где ты. Поговорить с тобой хочет. А я пока держусь...

Ушла с полным прилавком подаренных фруктов. Звонки сняло начисто.

Кому нравится короткие приколы, свой я уже рассказал, смело листайте к следующему. Добавлю для любителей загадочного и необъяснимого.

Когда обе половинки панды рассказали, как получили свои синяки, коллектив впал в светлый ах.

Иринка - природная танцовщица. Движения ее точны при любом количестве виски. Ни разу не падала, какие бы замысловатые па не проделывала. Кроме ночных клубов, не пьет вообще. Их посещает редко. Рассекла бровь об угол кровати в собственной спальне. Просто поскользнулась спросонья.

Валера - получил камнем под глаз, заведя поутру сенокосилку. Тоже был трезвый, а вот это для него на даче редкость. Просто не успел еще набраться. В состоянии слегка или сильно навеселе он там всю жизнь возится по хозяйству с большим набором инструментов - ни единой травмы.

А у меня, когда это услышал, холодок по спине прополз. Вспомнил, что в эти же выходные я сам был на волосок от общения с северным пушистым зверьком. Спасло то, что в отличие от обоих этих потерпевших я слегка набрался. Пара кружек пива под шашлыки. Долго рассказывать и не суть, но мне крепко прилетело по макушке, а трезвому непременно бы влепилось прямо в лоб на хорошей скорости.

И был бы я сейчас в этой компашке уже третьей, полноценной пандой. С синяками под обоими глазами. Или с номерочком на ноге из-за собственной мелкой недогадки.

Что объединяет эти три травмы? Мы получили их в хорошо знакомой нам обстановке. Мы были беспечны. Обоим трезвым их беспечность могла стоить глаза. А мне, будь я совершенно трезвым - жизни. Будь я пьян в дюпель, вообще бы не пострадал. Но я был слегка пьян. Вот мне слегка и прилетело.

Вспомнив многие другие подобные случаи, пришел к грустной догадке - пьяных, как неразумных детей малых, все еще берегут ангелы-хранители. А на трезвых их сил не всегда хватает. Делают только главное. Камень или угол кровати чудом на сантиметр отвести от глаза. Синяк или шишку оставить на добрую память. Типа, заколебал ты уже. Сам будь осторожен!
Только закончился футбол Россия – Египет, Вася сразу начал кому-то звонить.
- Все, выиграли. Да, обеспечили выход из группы на 100%.
Когда он закончил разговор Витя его поправил:
- Не на 100. Обеспечили с вероятностью 99%.
- Комментатор сказал - обеспечили.
- Он прав. Ты – нет. Вероятность невыхода есть.
- Спорим – нету. Бутылка коньяка!
- Берем самые невероятные результаты.
- Согласен! Доказывай!
- У наших сейчас разница плюс 7. Допусти, они проиграли Уругваю 0-7. Теперь разница нулевая, а у Уругвая плюс 8. В свою очередь Уругвай проиграл саудитам 0-6. И разница у него плюс два. У саудитов, соответственно – плюс один. И еще они выиграли у Египта. Все. У наших разница нулевая. У соперников – положительная. Они проходят.
Вася молча забирает листок с расчетами и телефон и выходит из комнаты. Возвращается минут через пять. Вид странный. Что-то среднее между пристыженный и пристукнутый.
- На следующую игру отдам.
Из воспоминаний Андрея Старостина «Полвека на футбольном поле»
Как о живой легенде, рассказывали о Михаиле Дубинине, видном деятеле МФЛ, участвовавшем в игре в роли защитника. Тучный, с ранних лет расположенный к полноте, он приходил на площадку, тогда еще не огороженную, с дворником, который нес стул. Дубинин занимал позицию на футбольном поле, как и полагалось беку, в районе штрафной площадки, а дворник со стулом наготове располагался за линией поля вблизи ворот.
Михаил Семенович нанесет отбойный удар подальше от ворот и кричит: "Дорофей, стул!"
Дворник расторопно подбегает, и защитник усаживается на стул в ожидании очередной контратаки. Когда же атака у чужих ворот задерживалась, Дорофей, как уверяли, успевал обслужить монументально восседавшего на своем стуле хозяина и стаканом холодного пива.
6
История, которая произошла много ЧМ по футболу назад.
14 июня 1982 года. Идёт ЧМ в Испании. Сборная СССР ведёт в счёте в матче с Бразилией. В общежитии МИТХТ (Московский Институт Тонкой Химической Технологии) на проспекте Вернадского бОльшая часть проживающих, как и вся страна, смотрит футбол, но среди студентов есть и такие, кому футбол неинтересен, им хочется поприкалываться. Несколько студентов и студенток выходит на крышу 14-этажной общаги и тут кому-то в голову приходит мысль сбросить с этой высоты большой пляжный мяч, заполненный водой. Несколько минут и готовый снаряд уже на крыше. После недолгих раздумываний мяч сброшен вниз и с громким хлопком разбивается на асфальте. Буквально за несколько мгновений до этого бразильцы сравнивают счёт, всё население общежития высовывается в окна и пытается на асфальте разглядеть выброшенный с расстройства телевизор. Через несколько минут наши пропустили второй мяч и проиграли 1:2.
Серебряный Бор в Москве. Июньское солнечное утро. Запахи сосен, цветов, свежесть от реки.

Подъезжает красная маленькая иномарка, паркуется рядом с мусорным контейнером. Из неё выходит водитель-блондинка средних лет, затем вылезает лысоватый спутник. Садятся на бордюр - понятно какой - между машинкой и мусоркой. Курят минут десять и уезжают.

"Помнишь, как в молодости"?
Преамбула что ли. Научил сыновей мыть руки ДО того как писаешь. Обратное в корне не верно и бессмысленно. Ну согласитесь, зайти в туалет подержавшись за все дверные ручки, а затем хвататься этими руками за стерильный орган, а затем мыть руки... не логично. Амбула. Сын три года (С). Работает со всеми на даче, помогает. И вдруг говорит - писать хочу. Тетя Аня, 20 лет (Т), стоит рядом, отвечает - ну писай.
С: - Аня, писать хочу, помоги мне.
Т: - Ну писай, что стоишь.
С: - Аня, пописий меня.
Т: - Бери и писий, кто мешает?
С: - Аня, я не могу, у меня руки грязные.
Работа сорвана.
Лето, жара, палящий зной раскаляет мостовую до состояния адской сковороды. На площадке перед гастрономом стоит длинная очередь, которая заканчивается, упираясь в желтую бочку на двух колесах с вожделенной надписью… ПИВО. Продавщица в грязном переднике разливает по кружкам янтарный напиток выверенными движениями мясистых рук, изредка лениво отмахиваясь от надоедливых ос и недовольно поглядывая на страдальцев, среди которых затесалась и моя скромная персона. Жигулевское… Чего еще может желать прямоходящий поздним субботним утром после вчерашнего загула? Счастливчики, достоявшие до конца очереди, за несколько медяков получали в свое распоряжение сосуды с божественной амброзией. Они с благоговейным трепетом держали в руках пол-литровые кружки, медленно, чтобы не расплескать, отходили в тень, отбрасываемую козырьком магазина, сдували пену и, прикасаясь губами к спасительной прохладе, на миг замирали в упоении предстоящего блаженства. Наблюдая за этой картиной, я уже представлял себя на их месте, но легче от этого не становилось, пить хотелось неимоверно. Временами казалось, что я вот-вот потеряю сознание так и не добравшись до цели. Но очередь как назло почти не двигалась, постоянно находились какие-то странного вида субъекты, утверждавшие, что они «занимали вот за этим мужиком» и нагло становились в середину очереди. От подобной наглости внутри меня вскипала волна возмущения, но сил сделать что-либо не было, язык присох к нёбу и едва двигался. Титаническим усилием воли я, собравшись с силами, предпринял попытку продвинуться вперед, закрывая доступ незваным гостям, и неожиданно для самого себя… проснулся.
Еще до конца не осознавая, где нахожусь, я наученным движением нащупал в темноте бутылку с минералкой, открутил крышку и жадно, большими глотками начал пить газированную, слегка солоноватую воду. Отдышавшись и переведя дух, я начал узнавать знакомые силуэты комнаты, в которой закончился вчерашний вечер. Я вдруг вспомнил как он закончился, а также то, что с утра мне все же на работу. Взглянув на экран своего телефона, я пожалел, что не удалось досмотреть этот сон до конца, и мысленно пообещал себе в следующий раз оставить на утро бутылочку пивка. Спать оставалось полтора часа…
Муж, печально так...
- Я-то думал, мне тебя всего-то лет 8 еще е...ь придется, а теперь, получается, 16?
В один алкомаркет пришла пара муж с женой. Мужчина спортивного телосложения. Пока они ходили по магазину, его супруга, как только его не обзывала: тряпка, тюфяк, нюня, чмошник, идиот, дебил, хули ты сюда пришел и т.п. Все почему? На ее вопрос, что ты будешь пить, он ответил: "Не знаю, буду ли я пить?"
Я про мышь обещался…

Знавал недолго одну.

Мы уже второй год зимуем в своем доме, и достраиваем его заодно.
Не с мышью, с женой.
А супруга моя, всего три года назад, так же как и я навсегда зарекавшаяся:
- Только никаких огородов! - Теперь окучивает очень крутой склон странными мотыгами и вместе ждем дождя.
Ну и вырастила она прошлым полярным летом много чего экологически чистого, в том числе и морковь. Много моркови!
А я, уже по прошлой, поздней осени, по-мужски заливал с бригадой допоздна бетонную отмостку перед домом, и оставил на ночь открытой дверь в цоколь, но уже по глупости.
А у нас там все летние припасы хранятся. На всю Зиму. Ну что бы перетерпеть ее до Весны без особого голоду.
Вот тогда она и вселилась. В ту ночь. Не жена – МЫШЬ. И я ее понимаю, в наших суровых краях если не успел до первого заморозка проскочить за теплую дверь – назавтра мамонт.
А жена вселилась еще весной, даже раньше меня и мыши - иначе бы и моркови не было.
И поселилась заодно - я снова про мышь.
Регистрацией как и исчезновением впоследствии сильно потерпевшей мыши, участковый пока не интересовался. Хотя... У меня ж душа не на месте, от того что с мышью далее приключилось...
А про участкового я неспроста упомянул. От неясной тревоги, которой было откуда взяться.

Однажды, лет семь тому назад, летним полднем заходит к нам в офис лейтенант. Он тогда еще милиционером был. Представился участковым, поинтересовался мною по батюшке, пропиской опять же. А мы тогда еще в квартире жили. И спрашивает - где я был и чего делал в такой-то день и в такое-то время, но прошлым летом.
А я то - хуй его знает товарищ майор, - искренне, - что я три дня назад, в это самое время делал:
- А чему собственно обязан таким вопросом? – вопросил.
- А тому,- говорит, пока милиционер, - что поступило заявление о том, что в вашей квартире произошло жестокое убийство именно таких-то дня и времени суток которыми я и интересуюсь.
И мне даже интересно стало кого замочили. А супруга моя сидит в офисе напротив нас, и слушает. И глаза у нее сине-голубые, большие и умные. Я не хвастаюсь, просто такие глаза у нее всегда были, а как про убийство услышала - стали вообще во все лицо.
Спрашиваю у нее:
- Ничего такого не припоминаешь? Никого, мол, не угандошивала по тихой? - За себя то я почти наверняка знал, что не виновен. Она тоже никого не вспомнила, а я после ее глаз даже начало текущего дня забыл.
- Да ладно, - наконец улыбнулся лейтенант, - есть у нас одна давняя знакомая сумасшедшая, мы то хорошо знаем что она "ку-ку", но обязаны отреагировать на заявление, расследовать и ответить по протоколу. И добавил, что у нее даже справка есть. Уфф – в тот раз повезло. Не знаю правда кому больше - мне, отделавшемуся часовой объяснительной в протоколе, той сумасшедшей дождавшейся милицейского реагирования или человеку который чудом остался жить. А вот с мышью иначе сложилось.

Следы ее жизнедеятельности, МЫШИ, я видел конечно, но особо не парился - то норку замечу, то до зачитанную до дыр газету. Ну и как, норку - НОРУ. Вход в подземелье. Придвинул ведро к нему поближе, чтоб не зайти ненароком и снова постарался забыть. А супруге не рассказывал – чтобы не расстраивать.
Поздней осенью, когда вокруг уже только серые листья, грязь и холодно так, что хочется в Турцию и немного умереть, а впереди целая зима, вспомнилась еще эта примета народная, блядь.

Типа, мыши в доме это от того – что тебя кто-то из дома хочет выселить. Быррр! Были у меня подозрения конечно, и на душе как-то не спокойно было, и опыт жизненный опять-же. Все списал на осеннюю депрессию – и убедил себя, что проблемы нет. За картошкой, либо к котлу спасительному в цоколь, на всякий случай спускался шумно, мол прячься - либо я за себя не ручаюсь. И Она видимо старалась, мутила там свое потихоньку, не высовываясь.

Вопрос стал ребром когда в середине зимы супруга сказала, что кончилась морковь и съела ее - МЫШЬ!
-Да ну нахуй, - ответил я супруге без матерщины, думая про себя – Чтобы мышь съела всю нашу зимнюю морковку уже в январе…?! И себе ответил, уже с матерщиной:
- Это ж, блядь, сколько она должна весить?!

Но все-равно купил капкан, небольшой – на МЫШЬ. Ну не на обычную мышь, конечно, а на ту которая может сожрать к середине зимы все ваши семейные, морковные запасы. Мощный купил капкан. А хуле – батя, вечный охотник, воспитал. Да и из детских игрушек припоминаются только те, которыми можно зверя серьезно переебать – камни в основном. Насторожил капкан полуволчий на ее тропе к НОРЕ. Шкваркой.

Крадусь утром. Видели бы вы ту МАМУ-МЫШЬ. Еле вынес. Она совсем немножко не доползла до входа в пещеру, может потому что беременной была? Столько жрать то. Грустно мне стало. И я тоже хорош - морковки пожалел. И у меня теперь душа не на месте. Может ей стоило рядом домик построить?
Вспоминает ресторатор Игорь Мельцер...
Перед открытием интуристовской «Гавани» официантам шили в Финляндии костюмы по 600 с чем-то рублей. Советского пошива костюм можно было купить за 60–70 рублей. И официанты столкнулись с тем, что им тяжело было получать чаевые от посетителей, которые одеты гораздо дешевле, чем они. Поэтому мой приятель из «Гавани» купил за 14 рублей скороходовские ботинки, расщепил, отодрал спереди подошву от верха, так, чтобы гвоздики были видны, надевал дырявые носки и, принося счет, выставлял ногу и шевелил там пальцем. Если ему говорили: «Сдачу», он говорил: «А на сдачу я сбацаю сейчас вам чечетку!»
5
Я не согласна с избитым разделением на женскую логику и просто логику. Подозреваю, что их три: женская, мужская и железная.
Обычную, железную предпочитаю и понимаю. Женскую часто тоже. У женщин в повествовании выпадают звенья, но их легко восстановить, задав наводящие вопросы или поразмыслив, представив.
Но удивительная мужская мне неподвластна.
Было зимой. Зашла в магазинчик, давно торгующий канцтоварами и детскими игрушками, что и обозначено на вывеске (электротоваров нет). Через минуту забегает расхристанный мужчина и с надрывом в душе и голосе вопиет:
- У вас паяльники есть?!
- Нет! Нет у нас паяльников!
- Что, совсем-совсем нет?!
(Весь диалог дословно)
И выбежал. Мы с продавщицей удивлённо переглянулись и пожали плечами.
А теперь, дорогие мужчины, как в "Что? Где? Когда?":
Какой ответ на свой второй вопрос его бы устроил?
Про вилку, провод, подставку я уже подумала, но это вряд ли...
Может, существуют в мире конструкторы "Собери себе паяльник"?

Самый смешной анекдот за 06.06:
Аль-Кайда взяла на себя ответственность за формирование нового правительства России...
Рейтинг@Mail.ru