Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+

Анекдоты про мужчин

Смешные анекдоты про мужчин

Знаете другие анекдоты? Присылайте!
Показывать жанры: все | анекдоты | истории | фразы | стишки | карикатуры |
Упорядочить по: дате | сумме |
Для соблюдения норм русского языка и анатомической правды, девушки обязаны называть своих бывших "БЫВАВШИЙ".
22
- Молодой человек, вы так на меня смотрите, словно хотите дырку во мне прожечь.
- Хочу... но не прожечь.
23
- Люся, мне с тобой так хорошо и легко...
- Возьмёшь меня замуж?
- Вот сейчас тяжелее уже...
29
Слава Сэ

ЗИМА НА ПОРОГЕ.

Утешая женщину, хвалите её ни за что. Она красива и элегантна сама по себе, без документов и фактов.
Шаг второй - следует обматерить мужчину, который обещал счастье и наврал.
Третий шаг, белое вино, понятно.
Четвёртый – дать денег, отправить к морю.

Женщина всегда хочет к морю. Невзначай она жалуется на ненастье. Покашливает выразительно. Зябко кутается. Измеряет температуру, свою и на улице. Оба градусника показывает молча, но со значением. Если же говорит прямо "я замёрзла, отвези меня в Канны", значит вы чурбан бесчувственный.
Жара на даче женщине не подходит. Хороший климат начинается не ближе чем за тысячу километров от дома. Лишь где-то в Таиланде, ко всему прилипая, за минуту до теплового удара, женщина говорит заветное "как же здесь хорошо!"

Я не люблю обобщений, поэтому возьмём конкретную мадам Попову. Её муж, месье Попов, в рамках улучшения отношений отправил жену на курорт. Через месяц получил письмо:
"Вынуждена задержаться. Пришли ещё денег."
И всё. Никаких "целую в бусю". Ни "твой хомячок", хотя бы. Холодная точка в конце. Похожая на дырочку от пули.
Попов заподозрил неладное. Но на юг не поехал. Скакать куда-то, хлестать по щекам незнакомых цыган не позволила северная гордость.

Теперь о том, как утешать Попова.
Мужчины любят факты. Хвалить надо в конкретных цифрах. Слова "всего двенадцать литров на сотню!" лучше, чем "какие красивые у тебя глаза". Это странно, но свойства автомобиля/ружья/велосипеда мужчина приписывает себе. А за рост, лысину, талию и аппетит отвечает жена.
"Сам-то я не толстый, просто она меня раскормила", - объясняет мужчина историю сплющенного мопеда.
Ещё раз, качества железяк – заслуга мужчины. А толстожопие и косоглазие суть проделки жены. Так что хвалите его фрезерный станок.
Второй шаг, напитки. Тут понятно, на сухую о любви не поговоришь.
Третий шаг – следует похвалить женщину, которая сделала человека несчастным, как и обещала в ЗАГСе. Нужно сказать – "твоя грымза потрясающая женщина, всё-таки!".
Объясню: быть брошенным потрясающей женщиной почётно. Называя же беглянку глупой курицей вы намыливаете другу петлю. Запомнили? Бабу – хвалим!
Четвёртый шаг: никуда не едем, пьём на месте.
Составив себе этот психологический конспект, я отправился утешать Попова. Дело было прошлой зимой, в холода. Попов живёт в Кокорякино, в доме с привидениями. Некая бабка померла, теперь перекладывает с места на место инструменты Попова. Всё приходится искать, особенно носки. На дальнейший рассказ бабка не влияет, хоть и участвует.
Попов признал вину. Он не смог объяснить жене красоту холодного климата. Прорубь после бани, мороженое в январе. А голоногие проститутки на морозе! А выносить мусор в трусах сквозь снежный буран? Где ещё такое возможно?
Сам Попов всегда готов отморозить руку, выкашлять лёгкое или схлопотать ангину, хотя бы. Он рад вернуться домой, звеня остекленевшими ушами. Настоящий патриот.
Я возразил: женщинам, особенно красивым, французская жара нравится, а наше не нравится вообще всё. Этот гендерный диморфизм надо принять и смириться.
Расхвалив таким образом жену Попова, я перешёл к возвеличиванию устройств, входящих в личность самого Попова. Расскажи, говорю, про свою замечательную печь! Можно ли с ней пережить оледенение?
Попов описал устройство печи. Кратко, без индийских танцев, но с ожогами и прищемлением пальца. У печи три дверцы и пять заслонок. 36 режимов работы плюс форсаж. Работает на картофельных очистках. Попов показал, как запускается этот звездолёт.
Он побежал по этажам, регулировал заслонки по таблице, напустил дыму. Дышать в форточку не разрешил. Спросил, не сошёл ли я с ума, выпускать тепло на улицу. Пришлось лечь на пол, что само по себе согревает. Он снова бегал, двигал какие-то рычаги. Когда воздух в доме закончился совсем, Попов сам выскочил в окно. Я вывалился следом. Мы оказались в яблоневом саду. Ночь, мороз. Привидение бабки опустилось рядом. Судя по синей коже, призракам тоже нужен воздух.
Печи других кокорякинских домов не столь технологичны. Они пускают дым в трубу. В безветрие деревня пахнет паровозом. Попов сказал, воздух-то, воздух какой у нас замечательный! Он по запаху определил, кто из соседей топит дровами, кто углём, а кто газетами, и что в этих газетах написано. Жизнь на природе развивает в человеке множество ненужных навыков.
В эту ночь дым отечества был так себе. Как, впрочем, и климат отечества. Вдруг, за забором, из-под куста поднялся человек. Постоял немного и ушёл.
- Это Серёга. - сказал Попов. – У него канализация замёрзла. Он всё теперь делает в саду, закаляется. В нашей деревне никому великое оледенение не страшно. Вон там (указал на Зюйд-Вест) в сугробе спит Володька. Устаёт на работе. От него тоже жена ушла, к армянину. Моя хотя бы с французом сбежала. Климат им не тот. Нормальный климат, я считаю. Тульская область третий год подряд возглавляет список жарких стран. Со второго по пятое июня, особенно. В эти дни, если закрыть глаза и нос, и как-то слепней отогнать, Кокорякино не отличишь от Сен-Поль-де-Ванса.
Я повторил все стадии утешения. Похвалил жену, потом печь. Ещё сказал, с точки зрения женщин Заполярья - мы знойные южане. Если в брачную газету "Гормон Якутии" написать про дом в под Тулой, цунами из невест выбьет сиськами ворота.
Мы стали фантазировать о том, какие мы клёвые с точки зрения женщин Якутии. У нас слишком богатое воображение. Оно заменяет нам реальность. Мы боремся с погодой, чтобы не бороться за любовь. Нет бы поехать, настучать в дупло соперникам. Мадам Попова обрадовалась бы такому вниманию. Ждёт ведь, надеется что муж приедет, сверкнёт глазом, обматерит. Вернёт домой, подарит новую фуфайку. Окурит дымом картофельных очисток. Да мало ли у нас ещё способов любовь выразить.
4
Женщина – чудо, а мужчина чуднее.

© Дмитрий Свиридов
10
Ничто так не возбуждает девушку, как легкие покусывания бывшим своих локтей...
Мальчики в куклы не играют, это они наверстают, когда вырастут...
Пишу со слов, но первоисточник недоверия не вызывает.
1990-е. Мы жили в Бирюлево, район пролетарский, зато дружба во дворе была настоящая. Вместе мы выросли, разменяли третий десяток, стали женами обзаводиться. Как водится, всех друзей на свадьбу зовут. И был один, Николай, ну совсем скромного достатка парень, да ещё и язык своеобразный. Казалось бы, рабочий район, а он зачастую на «Вы» переходит, и фразы какие-то заумные вворачивает.
Так вот, Алексей зовет всех парней со двора на свадьбу и просит, чтобы все пришли в черных костюмах. Мол, прихоть невесты.
Николай ему говорит, мол, Алексей, у меня никакого костюма вообще нет, не то что черного. Алексей отвечает, что самое время приобрести.
Николай делает долгую паузу и высокомерно выдоёт:
- Алексей, я надеюсь, Вы понимаете, что данное требование не может быть выполнено без уменьшения суммы инвестиции в свадебный подарок!
Я тоже веду активный образ жизни... Ворочаюсь в постели по ночам
Парень будет у ваших ног, если ему там постелить с вечера...
Когда встречаются небритый колобок и лысый ежик, судьба отношений решается их опытом.
А она ничего... За пивом пойдет.
Опытные туристы и любовницы знают: вовремя поднятое не считается упавшим.
Лайфхак:
Если вы идёте к красивой соседке за солью, берите с собой сразу текилу и лайм.
В 98-м отдыхали в Крыму, в Рыбачьем.
В кафе прочли объявление, что местные горноспасатели приглашают на экскурсию в горы, с посещением ледяной пещеры.
Пошел сразу на их базу, договориться на завтра.
Там спасатель мне объяснил, что экскурсия на целый день. Поднимемся на плато, дойдем до пещеры, которая зимой наполняется льдом и снегом, и за лето это всё не успевает вытаивать. Спустимся в неё, поудивляемся, и отправимся назад. По пути - красоты, уникальные горные луга, свежий воздух, завтрак и обед с невероятным аппетитом, незабываемые впечатления. Ещё он сказал, что в поселок мы вернемся часов в 17 примерно. Потому что и подъем в гору и спуск трудны для неподготовленных людей. Очень ноги с непривычки устают. Поэтому делаются остановки для отдыха. И ещё, - дескать, - инструктор, с которым я завтра пойду, сегодня повёл трех парней из Люберец. Вернётся он часа через три, поэтому я с ним познакомлюсь завтра утром.
Вот так мы переговорили, когда заходит парень, как оказалось - этот самый мой завтрашний инструктор.
Мой собеседник удивился: "Ты так рано!"
Тот усмехнулся в ответ:
- Я за ними насилу угнался. Оказались футболисты...
- И как она тебе?
- Коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт!
- И далась тебе такая радость: в синяках и обгоревшая?
- Здравствуйте, а у вас ноутбук в рюкзаке?
- Нет.
- Рамочка сработала. Можно глянуть?
- Да.
- А в карманах что металлическое?
- Кардхолдер.
- Что-нибудь ещё?
- Бляха на ремне.
- И всё?
- Ну, ещё яйца стальные.
- Ясно. Проходите.
Не поверите. Случайно наткнулся тут на парня, который меня в школе всегда обижал. Копал огород, и вдруг раз — что-то твердое.
"Делу время, потехе час", - подумал Петрович в 2 часа ночи. Отключил перфоратор и включил караоке.
- Фима, ты, кажется, забыл, что под Новый год занял у меня тысячу гривен.
- Я забыл? Да что, Яша! Я тебя умоляю! Это таки моё самое яркое новогоднее воспоминание!
- Жора, давай поменяемся жёнами!
- Фима, но у меня нет жены!
- Ладно, тогда возьми мою. Я тебя умоляю!
Чаевничали как-то с друзьями. Заговорили о детях. Шурик обратился ко мне:
- Вот ты в школе работал, посоветуй, как мне там завтра лучше разобраться? Ленка наша в десятом сейчас. И у них в классе парень есть, который всех изводит. Учителя чуть не плачут от него. Не слушается, уроки срывает. Может под хмельком в школу явиться. Его родителям всё пофиг. Он здоровый – одноклассников бьет. В дочку кинул ранец – у неё второй день спина болит. Синяка нет, но ей двигаться и дышать больно.
Я воспылал праведным гневом:
- Шурик, давай вместе сходим. Его надо запугать и дезориентировать. А, чтобы охрана и педагоги не вмешались, надо там, на месте как-то с умом все провести.
На следующий день встретились у школы. Предъявили паспорта охраннику, сказали – в какой класс идем и к какому учителю.
Он записал нас в журнал. Посмотрели расписание и поднялись на третий этаж.
Прозвенел звонок. Мы ускорили шаг. Дети сидели в классе, а учительницы еще не было.
Вошли в класс.
Оглядели всех.
Поздоровались.
Дети нестройно ответили.

Я:
- Кто Левашов?
В последнем ряду встал здоровый парень. Помельче меня, но такой, как Шурик.
Саня ему серьёзно и строго:
- Выйди-ка из класса, поговорить надо.
Левашов, - испуг уже читался в его лице и движениях, - направился к двери.
Я поторопил его:
- Быстрее ногами шевели, мы тебя ждать, что ли, будем!
Он послушно ускорил шаг.
Вышли с ним в рекреацию. (За нашими спинам в классе раздались аплодисменты, и послышались реплики: "Ура!", "Наконец-то!", "Сейчас ему будет!", "Во, огребет!"), поставили в угол, и я начал психологическую обработку:
- Ты чо борзый такой?! Ты чо думаешь, что тебе все можно?! В глаза смотри! Ты чо так нагло смотришь?!
Шурик:
- Ты, скотина, чем думал, когда на мою дочь руку поднял? На меня смотри! Думаешь, легко мне сейчас видеть твою подлую рожу и сдерживаться, чтобы не урыть тебя здесь?!
Я:
- Мы в школу детей отправляем, чтобы они учились, на меня смотри, сука, а не для твоего развлечения! Ты, падла, уроки срываешь, а нам потом репетиторов нанимать!
Шурик:
- Нам проще тебя один раз изувечить, чем снова и снова сюда приходить, тебя – гнусь - воспитывать! В глаза смотри! Ты все равно через пять или десять лет сдохнешь от водки или наркотиков, а у других детей вся жизнь впереди!
Я:
- Не опускай морду! Смотри в глаза! Дети наши не будут бояться в школу приходить! Ты будешь бояться их обидеть! Мы, если захотим, заставим тебя в штаны нассать, и обоссаного в класс отправим! Ты понял, мразь? Иди, учись!

Он кивнул головой и пошел в класс.
Мы проводили его.
Учительница уже вела урок. Мы и не заметили, как она мимо нас прошла.
Я сказал:
- Извините его за опоздание! Это мы его своим разговором задержали.
Она приветливо ответила:
- Ничего-ничего. Я понимаю.
Ленка – дочка Сашкина – потом рассказала, что, в тот день первые два урока Левашов вообще, как мышка сидел. Учителя тихо млели от удовольствия, и опасались подвоха. Потом он начал потихоньку приходить в себя. Но еще с неделю его поведение было приемлемым.
Со временем взялся за старое.

Но Ленку трогать, оскорблять или как-то задевать не осмеливался уже никогда.
В ювелирный магазин вошёл мрачный молодой человек, наставил на продавца пистолет и потребовал:
- Дай мне кольцо с драгоценными камнями, да только побыстрее!
Насмерть перепуганный продавец протянул бандиту кольцо. Тот критически оглядел его и рявкнул:
- Что ты мне даёшь?! Это же бриллиант! Дай мне что-нибудь подешевле, чтобы моя невеста поверила, что я это кольцо купил!
Журналист спрашивает у актёра:
- Кто, по вашему мнению, лучший из современных актёров мира?
- Нас несколько, - скромно ответил актёр.
Про осла и не только

Попросил Мастера спорта СССР Вячеслава Мурашкинцева припомнить что-нибудь забавное. Он рассказал:
- В сезоне 83 года наш «Факел» занял третье место в чемпионате СССР (1-я лига). Всю команду премировали туристической путевкой в Мексику. И, когда ехали автобусом из Мехико в Акапулько, остановились пообедать в придорожном кафе. Хозяин разговаривал, казалось, на всех языках, в том числе немного и по-русски. И он сказал, что вот есть у него такой аттракцион для туристов – можно купить тут в кафе бутылку пива, и предложить ослу. Осёл был привязан тут же, в тени у дороги. Слева от животного громоздилась гора пивных бутылок. Осел охотно принял от нас открытую бутылку пива, взял зубами, высосал из горла, и лихим движением головы откинул её влево, уже пустую. Одна такая бутылка, вторая… Хозяину хорошо – пиво-то у него покупают. А мы чего – молодые лоботрясы… Хозяин отошел к стойке, а кто-то из наших говорит: «Давай его водкой угостим».
Осел, не поморщившись, так же лихо опорожнил и поллитровку сорокаградусной.
Стоим, ждем – что будет. Осел тоже стоит, прислушивается к новым ощущениям. Гид сказал, что нам пора. Мы сели в автобус – осел упал. Тут мы что-то стали за него переживать.
Через неделю возвращались в Мехико той же дорогой. Останавливаться у этого кафе не планировали, но попросили водителя снизить скорость, и прильнули к окнам.
Осел – жив-здоров – стоял на прежнем месте. Он вроде даже нас узнал, - улыбнулся и помахал хвостом.
- Извините, я не знакомлюсь. У меня есть девушка, и мы с ней обречены.
- Может быть, обручены?
- Нет...
Мужчины! А давайте вы будете стирать, убирать, готовить, гладить...
А мы будем вас хотеть!
Все мы сильные, пока не встретим свою слабость.
Алкоголик Сидоров упал в море, но его спасли круги под глазами.
Встречаются два алкоголика, и один говорит другому:
- Я тут недавно у врача-нарколога был, так вот он мне сказал, что действительно вредно пропустить рюмочку перед едой.
- Ну, конечно, раз пропустишь, два пропустишь, а потом и вовсе пить бросишь.
Психология драки

Мой дядька однажды разогнал на танцах парней моржовым бивнем.
Бивень этот он привез с Камчатки, где служил срочную.
И однажды к нему в общагу прибежал его младший брат Володька в крови:
- Иван! Мне на танцах нос разбили.
- Бывает...
- И рубашку порвали...
- Рубашку порвали!!!
Иван схватил первое, что подвернулось под руку - этот самый моржовый бивень, - они вдвоем побежали на танцы.
Это было конец пятидесятых-начало шестидесятых.
Если бы он с ножом прибежал - была бы драка и поножовщина. А от бивня что-то все разбежались.
На следующий день принесли в общагу Володьке новую рубашку, и извинились.
Потому что каждому понятно, что рвать рубашки - это нечестно, неправильно. Рубашка - не нос, она денег стоит.
Не усложняйте мужчинам жизнь… Не задавайте им вопросов, на которые нельзя было бы просто кивнуть…
Ещё о футболе

Есть у меня знакомый баянист.
В субботу, - говорит, - смотрим с женой футбол. Болеем. Очень хотелось помочь нашим. Когда началось дополнительное время, взял баян, начал играть. Прибежала соседка снизу: "Нашел время! Не смотришь, что ли..." Осталась у нас досматривать под музыку. Мы сделали, что могли. Немножко не повезло просто.
Моя девушка сказала, что я испортил ей весь отпуск. Но как я мог это сделать, если мы даже никуда не ездили, потому что я проиграл все деньги в карты?
- Я, конечно, выпила две бутылки пива, но... я тебя люблю.
- А я выпил одну, так что ты мне только нравишься.
К рюмке он даже не прикасался. Пил из горлышка.
Мужчине гораздо легче делать комплименты чем женщине: один раз скажешь, что у него крутые штаны и он проходит в них до конца своей жизни.
- Приходи, Иришка, вечером на сеновал.
- Зачем?
- Будем на сене валяться, самогон батин пить... Я тебе звёзды покажу, за попу потрогаю, если разрешишь...
- А если не разрешу?
- Ну... ещё самогону выпьем.
Такой важный, что не скажешь о нём: спит. Хочется сказать: занят сном.
Женщины ждут принца на белом коне. Мужчины намного скромнее, им принцесса не нужна, им вполне достаточно служанки.
Вот интересно, зачем автор фразы "Целоваться с курящей девушкой всё равно, что целовать пепельницу" целовал пепельницу?
Настоящие джентльмены, расставаясь с девушкой, дарят ей блок сигарет, кофемашину и новое пластиковое окно с широким подоконником...
- Расскажи теперь, почему ты обиделась.
- Ты хотел меня ударить.
- Да я ни разу в жизни руку на девушку не поднимал! С чего ты взяла?!
- Я бы на твоём месте ударила.
Чинарик

В тундре несколько складов и избушка – это наш дальний караул ВВ.
Склад артвооружений и боеприпасов нашей части, склад взрывчатых веществ «Тиксистроя», и еще какие-то.
Караул состоял из сержанта – начальника караула, и троих рядовых – караульных («штыки» по-нашему).
Паек в дальние караулы завозили на десять дней, а караул – на сутки.
Если начиналась пурга, караул не меняли до её окончания. Потому что во время пурги снег летит стеной. Бывает, что вытянув вперед руку, не видишь рукавицу на ней.
Большую часть суток начкар спал. В остальное время писал письма, болтал по телефону с другими начкарами, «дрючил» штыков.
Штыки готовили еду на встроенной в печь плите, наводили чистоту, кололи дрова, по очереди заступали часовыми, и спали тоже по очереди.
Два часа стоишь на посту, потом два часа в бодрствующей смене, и два часа в отдыхающей смене – спать не раздеваясь, но можно разуться. В «бодряке» - поддерживать огонь в печи, отвечать на телефонные звонки, готовить ужин/завтрак/обед, мыть посуду. В оставшееся время, а его в «дальнике» хватало, - читать, писать, мечтать).
На посту курить нельзя, а в остальное время – смоли, сколько влезет. Если курево есть.
Рассказывали, что в старые времена солдатам было положено табачное довольствие. В казарме на тумбочке дневального всегда стояла коробка с махоркой, и лежала пачка нарезанной бумаги для самокруток.
В начале восьмидесятых, когда я служил, этого уже не было.
А денежное довольствие было – семь рублей в месяц.
Два рубля сразу сдавали старшине на ротные нужды, а на остальные могли шиковать, ни в чем себе не отказывая.
Сигареты без фильтра стоили 14-18 копеек, «Беломор» - 25, «Ява» в мягкой пачке – 30, Болгарские «Аэрофлот», «Стюардесса» и «Opal» - 50.
Хотелось и в «Чайную» сходить. Там продавались пирожные «Полоска» за 22 копейки, пряники, печенье, сгущенка, другие деликатесы.

Дальние караулы мы любили. Там не чувствовалось давления армейской системы.
Просто делаешь свое дело, и как будто сам себе хозяин.
Однажды мы заступили на «ВВ», с одной пачкой «Беломора» на четверых. Ну, так получилось. Может, перед получкой дело было. Что все оказались без денег, и не у кого было занять. Поэтому курили очень экономно, - втроем одну папиросу. Каждый делал две затяжки, и передавал следующему. Втроем, - потому что один же на посту.
Начкар Андрюха Линьков пару раз позволил себе выкурить целую.
В четырнадцать часов сменившийся с поста Савинов сообщил, что начинает «задувать».
Встревоженный Линьков вышел наружу и вернулся помрачневший, - мороз упал, и ветер гнал злую поземку. Именно так пурга всегда начиналась. У нас оставалось две папиросы. А пурга могла задувать и один-два дня, и две недели.

Была еще надежда, что до восемнадцати часов, когда должна была приехать смена, пурга не успеет разгуляться, но уже через час, увидев, что ветер усиливается, а снег все гуще, Линьков вызвал с территории поста Томского, чтобы тот не потерялся в тундре. Во время пурги часовые дальних караулов не выходили на посты, а отстаивали смену в тамбуре караульного помещения.
Позвонил дежурный по части и сообщил, что смены не будет.
Время тянулось медленно и скучно.
Служба шла заведенным порядком. Караульный третьей смены кулинарил, первой – мыл посуду и производил уборку. В свои смены выходили на «пост» в тамбур.
Очень хотелось курить.
Обшарили все углы, заглядывали в щели у плинтусов, в надежде отыскать уроненные кем-нибудь раньше, или заныканные чинарики.
К сожалению, предыдущий караул чем-то прогневал своего начкара, и он их заставил сделать генеральную уборку.
Всё помещение было вылизано, кафель, которым была обложена печь, сиял чистотой, нигде не было ни соринки.
Скрутили «козью ножку», насыпали в неё чай, но он был негодной заменой табаку.
Пурга мела третьи сутки.
Я отсидел свои два часа в «бодряке», разбудил Савинова.
Он надел полушубок, зарядил автомат и сменил в тамбуре Томского.
Линьков спал.
У меня началась отдыхающая смена.
Прежде, чем завалиться на топчан, я обычно отодвигал его на несколько сантиметров от печи, чтобы потом, привалившись к ней боком и с головой укрывшись полушубком, дышать прохладным воздухом из щели между печью и топчаном.
В этот раз я решил, что хватит уже пролеживать правый бок, и развернул топчан изголовьем в другую сторону, чтобы теперь спать на левом.
Лёг, укрылся, и увидел, что чуть ниже изголовья уголок одной кафельной плитки отколот. За плиткой пустота, а из образовавшегося на сколе отверстия выглядывает сигаретный фильтр.
Я сразу восхитился белизной его набивки. При курении ведь фильтр желтеет, а этот был почти девственно белый. Значит, бычок должен быть больше, чем в полсигареты!

Затаив дыхание, протянул к торчащему кончику фильтра руку.
Представил, как мы будем отбивать кафель от печи, и сколько потом будет мусора, если сейчас неловким движением столкну окурок глубже.
Осторожно взялся за фильтр, и потянул его вверх и на себя.
Я все ещё не дышал.
Томский позвякивал кастрюлями на кухне. Савинов громыхнул прикладом о дощатую стену тамбура. Повернувшись во сне, скрипнул топчаном Линьков. В печи гудел огонь, и потрескивали дрова. Снаружи, сотрясая стены и вбивая снежную пыль в мельчайшие щели, завывал ветер. А я все вытягивал эту обыкновенную болгарскую сигарету из-за скверно положенной плитки.
Она – сигарета - казалась мне длинной, как железнодорожный состав.
Вот она вся у меня перед глазами.
Совсем целая.
Только краешек бумаги на кончике опален.
Линь! Линь! – позвал начкара.
Линьков рывком поднялся.
Показал ему сигарету, держа её, как восклицательный знак.
Не сводя с неё глаз, он вытащил из кармана спички.
Я прикурил, и после второй легкой затяжки, чувствуя приятное головокружение, протянул сигарету ему.
Из кухни выглянул Томский.
- Табуретку захвати, - посоветовал ему Линьков. Томский подсел рядом, и воспользовался своей очередью затянуться.
Савинов в тамбуре перестал топотать ногами, и, скрипнув дверью, заглянул в помещение.
Линьков позвал и его.
Мы сидели. Сделав по две лёгкие затяжки, передавали сигарету друг другу, провожали её взглядом, и снова делали две затяжки…


«Курение вредит вашему здоровью». Но вот так было.
Тундра. Пурга. Жарко натопленная печь. Четверо возле одной сигареты…
История не про маршрутку, но тоже про транспорт. В городе из-за чемпионата по футболу иностранцев больше, чем наших. Европейцы, латиноамериканцы... На днях еду в троллейбусе. Стоящие рядом со мной мужчина и женщина что-то оживленно обсуждают по-французски. Слушаю и понимаю, что предметом эмоциональной беседы является не футбол, а нитриды и оксинитриды. Причем, судя по выговору, она явно наша, а он, наверное, парижанин. Ей на вид лет тридцать пять, и она вся волнуется и блестит. Переливается на солнце шелковая блузка, блестят и разлетаются непослушные волосы, явно не пострадавшие ни от какой укладки, блестят глаза от эмоций. Француз, видимо, постарше, уже заметна седина, невысокий, в очках, взъерошенный - видно, у химиков не складываются отношения с парикмахерской. Неожиданно мягкие черты лица и застенчивое выражение. Лица у обоих очень живые, юные, даже что-то детское проскальзывает в улыбках. По позам видно, что они не сегодня познакомились, наверное, друзья.

Она его в чем-то горячо убеждает, а он сомневается. - Да слушай же, Пьер! Вот! - и открывает ноутбук, поставив его на горизонтальный поручень у окна и поддерживая рукой. Троллейбус потряхивает. Пьер благоразумно хватается за поручень обеими руками, заодно страхуя собеседницу с ноутбуком. - Смотри! - И начинает ему показывать слайды с какими-то экспериментами. Заинтересовавшийся Пьер начинает с ней соглашаться. - Может, ты и права, надо бы сделать то-то и то-то, чтоб проверить - и что-то про оксинитриды. Она открывает какую-то статью. Пьер украдкой временами отводит взгляд от ноутбука и смотрит на ее волосы, подсвеченные солнцем. Потом опять вникает в статью. И вдруг вкусно зевает.

- Ты что, не выспался? - расстроенно говорит она. Я же тебя предупреждала, выспись как следует! Сегодня-то не получится поспать, я тебе не дам!
Тут она соображает, что ляпнула что-то не то, и заливается краской. Пытается спасти ситуацию.
- Ну, это звучит, конечно, чересчур интересно, на самом деле я хотела сказать, что мы ведь в филармонию пойдем, а потом будем белой ночью гулять по городу... Ты же не видел разведенных мостов никогда. Может, на кораблике покатаемся...
В смущении замолкает.
Пьер, немного помолчав, скромно улыбается и негромко, но твердо говорит:
- Я ко всему готов.
Ей явно смешно, но неловко. Потом она справляется с собой и замечает:
- Да, видно, что ты настоящий француз...
Начинает ему показывать в гугле маршрут прогулки.
Пьер снимает очки, всматривается в компьютер и сообщает:
- Марин, Гугл говорит, что это километра двадцать три.
Марина смотрит на него прямо в упор, иронически улыбается и отвечает:
- А кто говорил, что ко всему готов? Ладно, Пьер, наша остановка!
И решительно захлопывает ноутбук.
Не "тупая баба опять выносит мозг", а "сударыня изволит тестировать на стрессоустойчивость потенциального кавалера".
Табличка в баре: "Если ты смелый, ловкий, умелый, то тебе на сегодня хватит, иди лучше домой пока не натворил чего-нибудь".
Федя свою заначку с важностью величает Федрезервом...
Этим летом бабушка в деревне нарадоваться не могла, как я аккуратно все дрова в сарае сложил.
Помнят ещё руки старые навыки "Тетриса".
Врач говорит пациенту:
- Самое лучшее для вас - бросить пить, курить и спать с женщинами.
- Доктор, мне бы чего-нибудь похуже - не достоин я самого лучшего.

Рейтинг@Mail.ru