Поиск по автору:

Любой застой — это период непосредственной подготовки к предсмертной агонии государства.
Ну не знаю, док, вот я в этом случае предпочитаю использовать ректальные свечи.

Армейские мудрости СССР — РОССИЯ.
Пока наш враг бесславно и заумно изучает свои карты, жуя чего-то там со скуки, мы же, ничуть не смущаясь, беспощадно и умело меняем наши родные и такие загадочные ландшафты. Готовьтесь, суки!
Средь бесконечного пространства нашего необыкновенного могучего государства за каждым пнём застыл в суровой позе ракетный и готовый ко всему расчёт. Вот сходит в туалет и снова в бой! Пока не прозвучал ещё в ушах отбой!
На каждый ход врага, тузом или шестёркой, поставим ему мат прямым ударом точным. В любой момент и даже среди холодной мрачной ночи. Заранее достанем враз его, вот неожиданность, из трусов в горошек хорошо заранее заточенной патриотической отвёрткой.

Жизнь — это просто,
Жизнь — это дар.
Сильные грозы,
Внезапный удар.
Ласты отбросив,
В конце-концов все мученики
Отправятся в рай.
А впрочем, может всё иначе!
И в другой совсем край?
Вот ведь незадача.
Ну, блин, тут хоть не летай!
Завтра же сдам свой самолётный билет.
К чёрту все полёты.
Не хочу пока на тот свет.
А как же до Владивостока!?
Поездом? Ну не-е-ет!
А до Владивостока лучше возьму
Ну конечно велосипед!

Если бы знал, где придётся пасть, то не падал бы.
Если бы узнал, что придётся испытать, то не встал бы.
Никогда и ни за что.
Вот что я вам скажу, мужики и бабы.

Вся президентская жизнь Трампа — это фееричный брейк-данс слона в посудной, заросшей паутиной лавке.

Для того чтобы умилостивить величайшего из великих, непревзойдённого никем ещё господина нашего Трампа и заодно уж отвратить его почти божественную ярость, непременно следует наконец-то наградить его как минимум двумя Нобелевскими премиями мира, да и остальные отдать тоже не грех. А также попутно вручить «Оскара», «Эмми», «Нику», «Пальмовую ветвь», «Пурпурное сердце» и т. д. Наград много, а Земля одна, её жалко!

Воззвание. Господа эльфы, товарищи гуманоиды и прочие любители загадочных заговоров, а также таинственных политических явлений! Почти всё, о чём мы фантазировали, сбылось. Лишь НЛО куда-то улетели, но ничего, и до них доберёмся, придёт время. Многие рептилоиды Эпштейна вылезли и выползли на свет из своих адских нор. Открылась эпическая правда. Пора уже, пора надевать все наши тщательно спрятанные шапочки из фольги. Брать в свои натруженные руки дрыны и наточенные вилы, колья и топоры. Наступил наконец-то долгожданный час разжечь наши заготовленные ранее факелы и — ату их, ату. Всегда ваш любимый Вельзевул.

В одной из иностранных гостиниц повесили объявление: «Руским хода нет». Удивлённые и уязвлённые наши туристы спросили: «А что так?! И почему руским?». А в ответ услышали такое: «Что тут отдыхали некие господа, всё сломали, а то, что не сломали, украли. И в конечном итоге, перед выселением, насрали посреди до этого приличного номера». И показали запись в гостевой книге, в которой была такая надпись: «Зело недовольны обслуживанием» и далее подпись: «Петро и Фома, руские москали».

Дамы! С Восьмым марта!
В честь этого
исполняется впервые мною песенка-поэма.
Заткнитесь, соловьи и цикады, Умолкните, свирели и фанфары.
Я лучше девушкам сам спою.
Всё в этом мире без ваших улыбок —
чушь и ерунда.
И все непременно точно знают, что лучший мой «подарочек» — это Я.

Так что цените, конечно, милые дамы, ну и заодно какие-то там ни есть господа.
Вашего любимого Пафнутия Бурвидуса!

Сегодня праздник у страны и у меня.
Первое апреля — день радости и счастья,
Ведь в это время всё и все наши пути-дороги — это точно полная фигня.
Прощайте все якоря и тормоза.
Пусть светит солнце, прочь ненастье!
Так что поздравляю себя и вас с нашим профессиональным праздником, друзья!

Лучше жить недолго, но счастливо.
Счастье — это то, что невозможно потрогать.
Если это, конечно, не долгожданное дитя.

В уголке, где иногда молится Трамп, вместо иконы весит зеркало. Ну а под ним — первая добытая им стодолларовая купюра и смит-вессон.

Фёдоровна, а Фёдоровна, ты чо с ведром спать ложишься, аль твой муженёк более тебе не мил? Да ты чего, Сергеевна, это я вчера во сне целую поляну грибов видела, а собирать некуда. Вот я и подготовилась!
Муж Фёдоровны: «Ну и дура ты, пять десятков, а всё дура! С ведром она! Мешок надо брать, да смотри не дырявый!»
Жена Лариса Фёдоровна: «Может и дура, раз за тебя вышла. А сам-то, сам-то чего в койку ружьё понёс?»
Муж неохотно и тихо: «Так я тоже кое-кого вчера видел».
Жена Лариса Фёдоровна: «Это кого же?»
Муж: «Да был один такой, твой бывший хахаль, помнишь! Как он нас познакомил? Вот теперь он у меня за всё ответит!»

После лекции «Есть ли жизнь на Марсе, на Луне или ещё где-нибудь?» из толпы жаждущих знаний трудящихся пробился не в меру циничный и какой-то одновременно отчаянный звонкий голос с насущно-провокационным вечным вопросом:
— А на Земле есть жизнь!?
На что лектор грустно икнул, горестно взмахнул рукой и прямо, без обиняков ответил:
— А разве это жизнь? Одно недоразумение.
Только, только вот стало очень хорошо,
как тут же, на следующий день, тебя опять неумолимо настигает жуткое похмелье!
Ещё раз взмахнул рукой и с громким треском, опоённый успехом, свалился с трибуны-пьедестала.

Кукушка, как оказалось, вещая была.
Кукукнула и как-то сразу, вдруг и внезапно умерла.
Тому свидетели были, зачем-то улепётывающие в даль, два алкаша.
Сегодня, как всегда с утра,
Не дрогнула моя волосатая рука.
А жизнь, словно речка,
Куда-то дальше неумолимо несла,
И крыша, к тому же, всё текла и текла.
А бедная птичка, в свой рай улетая,
Хотела, безусловно, мне ещё чего-то сказать,
Но очередная коварная пуля
Её пламенную обличительную речь оборвала.
Тушка бедненькая дёрнулась ещё слегка,
И чуть видимая дымка потянулась в голубые небеса.
Соседские петухи, поперхнувшись, заткнулись, надеюсь уж навсегда,
И кверху пузом всплыли два откуда-то взявшихся очумелых бобра.
Вот так, опять начинается утро в колхозе у меня
После очередного запоя и бодуна.

В действительности всё выглядит совершенно иначе, чем на самом деле.
И священник отпускает себе все грехи, безумствуя и благословляя дев в борделе.

В четверг, четвёртого числа, у четвёртого подъезда сидят на четырёх чемоданах, где полно чеснока, четыре чёрных чертёнка с ключом от моего чердака. И чешут, чешут свой чрезвычайно крепкий волосатый черепок.
Вот зачем, чертополоха им в задницу, опять честного человека ограбили в Череповце. Последнее стырили, что осталось после новогодних праздников. Эх вы, чесночные чревоугодники!?

Берегись автомобиля 2.
Каждый может быть прохожим.
А любой, даже очень случайный прохожий, может потенциально оказаться свидетелем.
А любой свидетель вполне может стать подозреваемым. А подозреваемый легко превращается в обвиняемого. А обвиняемый, если очень постараться, оказывается в конечном итоге виновным. Ну а виновный — это уже практически преступник. А преступник неизбежно становится приговорённым, если, конечно, с адвокатом не повезло или взятку мало и не тому дал. А любой приговорённый преступник — это уже не только теоретически, но и порой фактически уголовник. Ну и любой уголовник — это наверняка будущий рецидивист. В общем, сколько верёвочке не виться. От тюрьмы и от суммы. Хоть на улицу не выходи.

Всё везде ужасно, сыплются несчастья, тиф, эпидемия, чума, а в Буркина-Фасо очень, очень хорошо.
Жизнь не любит ни меня, ни тебя.
Скоро к нам препрётся тёща и заодно чёрная дыра.
Солнце обязательно взорвётся.
Да и вообще начнётся всякая фигня.
И только в Буркина Фасо
всё очень, очень хорошо.
В Америке, Австралии, Европе жить пока вроде бы можно, всего полно.
Да и в других странах иногда тоже вроде ничего.
Но близится час, и там, и тут тоже обязательно рванёт.
И вот вам здрасьте, твою мать!
А в Буркина Фасо, всегда и непременно, всё будет хорошо!
Добро пожаловать, друзья, в африканский рай.
Для вас всегда готова, охапка сена и практически целый, деревянный сарай.

Говорят нынче, что шахматы неполикорректны, своим неадекватным полярным цветом!
А вы что об этом думаете, сэр?!
— Э-э-э, Гугл, что такое шахматы?
И что там ещё!?

На злобу дня. Олимпиада.
На отборочном соревновании на олимпиаду в Италию, после того как Лукашенко пригрозил, что только первые поедут на олимпиаду, а последние (третье и другие места) поедут в Магадан снег убирать, все лыжники приехали вторыми. Единственный исключительно первым номером оказался сам Лукашенко, но его в Италию почему-то не взяли. Видимо, местные аборигены, очень сильно испугались своего неизбежного поражения.

К 23 февраля.
И как эти граждане на гражданке живут!?
Строем не ходят, боевые правильные песни не поют. Портянки не носят, не по распорядку встают, одним словом, дикари!

Многие птицы вынужденно мигрируют с родины, хоть и на время. И только настоящие патриоты: воробьи, вороны и, конечно, голуби, по крайней мере в городе, всегда остаются почему-то с нами. Порой глядя на нас из-за окна такими настороженно-грустными глазами. Их, конечно, не пугают трудности, как многих. Но иногда мне кажется, что остаются они не просто так, а чтобы непрестанно следить за нами.

Будите по утрам красоток спозаранку. Они вам, много чего интересного расскажут вам, про вас.
А вы, не слушая, уснёте.
Подпись: Хам.

Сварил как-то дед золотую рыбку. Плачет бабка, плачет внучка, рыдает кошка, рыдает Жучка. А дед зловредный, назло всем, жутко хохочет, показывая им в беззубом рте язык. Хороша ведь получилась уха!
И только мышка, молча скрепя зубами, с привычным тиком и вприпрыжку. Упорно, потихоньку катит куда-то честно спёртое золотое яичко. С утра, узнав о пропаже этой (потенциальной яичницы или возможного омлета), и вовсе все сойдут с ума. А мышка, сменив свой имидж, снова станет крысой и скроется за границей, ей родину менять не привыкать.

Как просто определить, кто перед вами, к примеру, кореец или японец!? Всё очень просто, нужно ударить по ноге. Если ругается по-японски, значит, японец, а если по-корейски, то точно говорю, кореец. Но а если по-русски матерится, дело плохо, тут уже национальность поздно выяснять, нужно просто быстрее бежать.

Если не можешь стать царём горы,
стань хотя бы королём выгребной ямы.
И тогда тебя наконец-то, такого всего креативного, непременно заметят.

Почему сборная Украины не появилась на награждение на Паралимпиаде? Да всё просто: их уже всех забрали на фронт. Чтобы не успели потихоньку, притворяясь ветошью, раствориться в Европе. Такие здоровые инвалиды, по мнению нацистов, должны и обязаны только воевать.

Для наблюдателя любая авария всего лишь миг, дело нескольких секунд, а для участника порой проносится целая жизнь.

Из неизвестного никому собеседования. ЦРУ.
Опрашивающий:
— Последний вопрос. В чём вы лучший?
Опрашиваемый печально:
— Увы. Ни в чём.
Опрашивающий:
— ???
Опрашиваемый торопливо:
— Я всего лишь жалкая посредственность. Возьмите меня, пожалуйста, на работу, а? Ну пожалуйста, а потом выгоните, выгоните с позором!
Опрашивающий:
- ?????????
Опрашиваемый ещё более торопливо:
- Да, да, я знаю, конечно, я жалкий неудачник. Но дайте мне шанс почувствовать ещё хоть раз вкус победы, и вы не пожалеете!
Опрашивающий неуверенно:
- Какой шанс?
Опрашиваемый пафосно:
- Любой и последний. Готов быть в ваших жестоких руках даже жалкой марионеткой! Я ничтожное создание, и скорби мой удел!
Опрашивающий неуверенно:
- Ну хорошо, хорошо, господин Трамп. Мы попробуем вас снова выдвинуть в президенты, но это в последний раз.

Все перепетии на неоднозначной дороге нашей судьбы надо воспринимать всего лишь как очередные испытания нашей вечно мечущейся души. Здесь важно то, что, проходя по этому, возможно, излишне трудному пути, не потерять главное, то, что ты испытываешь.

Она всегда и бесконечно доверяла своему мужу, пока случайно в какой-то момент не обнаружила, что соседские дети и даже и те недавно подброшенные, такие родные и милые котята вдруг чем-то подозрительно так же напоминают его.

Говорят, что англичане — это холодный, умный и даже расчётливый народ.
- Всё врут, там такая только одна королева. С виду вполне такая умная, расчётливая. И уже, увы, совсем, совсем холодная.

Рассказать хотел стишок,
Только дрогнул палец,
Случайно лёгший на курок.
Громко разлетелись куда-то все мозги.
Не видать уже ни зги.
Хватит, хватит, вот чую я,
Теперь писать стихи.

Представьте себе такую мрачную картину,
В которой неизвестно сколько лет,
Обвитый липкою коварной паутиной,
Покрытой серою вуалью пыли,
Застыл зачем-то в моём шкафу скелет,
Поверьте, даже не знаю чей!
Сей верный спутник мой, всё время скалясь,
Хранит, наверное, страдая и чертыхаясь,
Давно забытый всеми, кем-то надёжно спрятанный секрет,
В его спине торчит ланцет,
И смертельным ядом до сих пор пропитана
Валяющаяся у ног, изъеденная молью плащаница.
Вот такой а фронт, братан или сестрица.
Грех не взглянуть хотя б одним глазком,
Узнать, чего же там хранится.
Но страх берёт своё, и хочется забыться.
А может, тот секрет лишь небылица.
И, стало быть, напрасно он там томится,
Будто в слепе, в моём родном шкафу
Совсем, ну совсем чужой скелет.
Ату его, ату! Гнать в шею подлеца!
Ах, как некстати кончилась в буфете вся огненная вода, водица.
Пора, пора и мне уже проститься.
Врачей давно заждался
Потенциально буйный пациент.
В глазах огонь, в шкафу скелет
Их ожидает, вместо кучки малахольных тараканов в моей гудящей голове
Туча любопытных и безумно яростных чертей! Похоже, безусловно, я их клиент!

Порой говорят, что на войне морали нет.
Убей или тебя убьют!
На самом деле, мораль везде присутствует, конечно, если ты ещё остался человеком.
Вот, например, когда звучит орудий салют, пришлось поесть. А вилки и салфетки нет! Ну тут выбора, конечно, нет, придётся есть руками.

Вот ты, мужик, напрасно
Стучишься головой об эту стенку.
Там давно уже не спит.
Застыл, дрожа, сосед, сжимая крепко табуретку.
Бедняга в страхе посидел.
Давно уже не пил, не ел.
А ты всё долбишь, долбишь.
Весь пьяный в стельку.
Творишь какой-то беспредел.
А он вчера фильм ужасов, бедняга, посмотрел.
Вампиры и колхозная доярка.
Впечетлился до усрачки.
А ты тут, пытаясь понять, в чём смысл бытия,
Разбил об голову уже четыре кирпича и даже не вспотел.
Потом, каков злодей, приняв таблетку,
И загнал зачем-то на люстру даже Светку.
А в ней сто пятьдесят кило.
Да вот ещё и не пойму за что?
Разнёс любимый её буфет, затем поел.
Теперь опять пошёл в разгон и в бой.
Таранишь стенку крепким лбом.
Почти вполне успешно, уже трещит весь дом.
Все думают, что это страшный сон.
Часть 2. Экшен.
И вот удар, ещё удар.
И ты разнёс её наконец-то.
Свою гнилую двухкомнатную клетку.
Сосед в отместку засадил тебе по темечку своею табуреткой.
Затихли даже птицы во дворе.
В дверях менты застыли и бледные врачи,
Держащие в руках безумно-всклокоченную хихикающую соседку.
Дом заходил весь ходуном.
И черти взвыли вместе с белкой.
Сосед, крестясь, попятился назад.
Она пришла!
Но было слишком поздно.
Всё рухнуло куда-то в бездну, в пекло.
Вместе с люстрой и хихикающей соседкой Светкой.
Game over. А я ведь предупреждал!

Что такое вера?! Это когда твой друг, с машиной сломанной ругаясь безбожно, весь в грязи. А может, в чём-то и похуже. Стоит под непрекращающимся дождём, показывая небу, что думает о нём. Ну, то есть неприличный жест, а небо тут же отвечает. И молния срывается с небес, со средним пальцем мгновенно соединяясь.
А я стою тут не далече, нужду справляя в звенящей тишине, и глупо улыбаюсь. Теперь я верю, Господи, прости! Ну, от друга, жертвы атеизма, остались лишь дымящие сапоги, какие-то клочки и белые кружевные панталоны.

Ода женская о машине. Реквием.

О груда металла,
Я о тебе так долго мечтала,
Я по тебе, так сильно страдая, скучала.
И вот, вдруг, наконец-то твёрдо решив,
взяла и купила.
Мужу зануде вопреки.
О, как я счастлива была!
Я по городу теперь не ходила, а летала,
Даже с нею, порой ему изменяла.
Дорогой, если читаешь, пойми!
Наступили счастливые дни.
Но счастье, увы, почему-то не вечно,
И второго дня мне дорогу, безусловно, чёрная кошка перебежала, перешла.
Я не туда свернула и случайно столб, вот какая жалость, всё-таки нашла.
Какое несчастье, как я была тогда очень зла!
Зачем эти столбы, зачем это судьба.
Все эти знаки против меня.
Вот так трагически закончился наш недолгий роман
Грудой искаверканного металла на склоне какого-то холма.

Старый партизан свет всегда выключает, только надёжно перерезав провода. А под подушкой у него обязательно хранится старая, надёжная, потёртая правда с ликом Сталина и Ильича, вместе с двумя немецкими гранатами. Старого партизана сколько ни корми, ни ласкай, а он всё равно, избегая косоглазия, только в лес и смотрит. Опытный партизан лёгок, как мотылёк, утром тихонько встал, надел штаны и в лес утёк.

Хочешь вырасти, хотя бы чуть-чуть стать выше? Ударься как можно сильней макушкой головы. И будь уверен, что обязательно подрастешь, хоть и на уровень появившейся вдруг шишки.
Только просьба не увлекаться, а то начнёшь подозрительно шататься, пускать прикольно слюни, моргать искрясь и всё время улыбаться.
Но зато уж первая проблема, мой экспериментатор бедный, сразу же и непременно отпадёт.

На постаменте молча стояли трое.
Внушая страх и неудержимое почтение.
Все подумали: что за великие герои?
А присмотревшись, узнали вроде,
Что это любимые наши три толстяка,
Три титана борьбы с волками,
Ниф-Ниф, Нуф-Нуф и Я.

Флюиды добра и оптимизма.
Гуляла дама с кошечкой на руках. Кошечка была очень милая, а дама совсем красивая. Дама была ещё, по слухам, и самая добрая. Потому она взяла и отпустила кошечку погулять на мягкую травку газона. Кошечка была чрезвычайно игривая, с бантиком розовым, и потому случайно выпрыгнула на дорожку машинную.
И тут откуда ни возьмись, видимо, из-за угла, появилась жуткая машина противная. Визг тормозов, огонь, дым и в целом тарарам. Водитель сразу улетел куда-то в рай. Машина в хлам.
В общем, всё закончилось как всегда замечательно и даже более чем хорошо.
Кошечка была ещё и невероятно удачливой, и потому извернулась и выпрыгнула из-под колёс автомобиля в сторону. И потому осталась совершенно живой. Вот так! Дама сразу же подбежала к ней и обняла её, а ещё немного пожурила, ведь она так испугалась за неё. Как это мило! Флюиды добра и оптимизма! Флюиды добра и оптимизма!

Почему при столь агрессивной внутренней и внешней политике, а также «большой любви» многих граждан США и не только США к нему, Трамп ещё жив?
Ответ простой: слишком большая конкуренция. Убийц много, а жертва одна, и убить получится всего лишь только раз.

Встречаются два бомжа, одетые в самую последнею, что ни на есть рвань.
Один говорит другому:
— Да ты что-то, Серёжа, сегодня не в фаворе.
А другой ему отвечает:
— Да что я? Ты тоже, Васёк, сегодня совсем не айс.
Васёк поправляет красную бабочку на шее и, вздохнув, отправляется далее.
Серёжа проводил его взглядом, поправил белый платочек, выглядывающий из порванной вонючей телогрейки, и говорит:
— Вот теперь всё путём, Крези-френд.
И, чуточку подумав, добавил:
— Нам, хипстерам, среди этой серой обыденности всегда остаётся только одно — блистать!

**Оптимистический марш Винни-Пуха**

Эфимерность бытия
Давит на моё хрупкое сознание.
Раньше жизнь была проста,
А теперь? А теперь одни страдания.
***
Но выход есть из тупика.
Скорей, дружок, открой свои заплывшие,
Наверное, от слёз глаза
И не морщи с унылым видом лоб.
Ведь в каждой бочке дёгтя,
Если, конечно, немного покопаться,
Всегда и непременно отыщется мёд.
И стоит лишь чуточку постараться,
Ещё пыхтя, что есть сил, скрипя, напрячься,
Пройти, ну если уж очень надо, даже на пролом,
Все стены — это ерунда и сон,
И тебе наверняка повезёт.
Глядишь, и вот!
Долгожданное счастье само, ни с того ни с сего,
Тебе в руки вдруг упадёт,
А может и в твой широко открытый от удивления рот.
Двигай, товарищ, энергичней попой,
Не оглядываясь, шагая только вперёд.
Потребление, как и давление,
Как всем давно известно, всё отчего-то скачет.
А аппетит? А аппетит всё неудержимо и всегда растёт! Вот!!!
***
Пусть ты давно уже беспощадно лыс,
Но вполне упитан, импозантен и в целом неимоверно красив,
И в голове, вместо опилок, умных мыслей хоровод,
Ну и знаний, наверно, огромный массив,
Но только голодный медведь, мне поверь!
Это вообще не оценит и вряд ли поймёт,
Ой! Возьмёт и сожрёт,
Он вам не какой-то домашний зверь,
Да и гурман он так себе,
Впрочем, возможен другой оборот,
Если отыщется хоть маленькая ложечка мёда,
Ну а значительно лучше целый горшок. Вот!
***
И солнце будет светить тому целый год,
Кто возьмёт и вместе с другом
Целую бочку крепчайшего мёда найдёт
И, конечно, если силы останутся,
Немного попробует и разопьёт.
Вот-вот, открывай скорее рот!...

Лучше быть здоровым и тупым, чем весёлым и худым! Долой Кельвина и Фаренгейта, да здравствует Градусы и Цельсия!

Тайна долголетия деда Семёныча, рассказанная им перед сном под очень большим секретом.
Крапива, ромашка, подорожник и две бутылки водки с копчёной селёдкой в обед. Вечером тысячелистника немного, отвар укропа с лебедой, грибы со сковородкой картошки и ещё чего-то запамятовал. А! Ну да, конечно, настоящий деревенский элексир долголетия — самогон! Грамм сто до еды и, наверное, литр где-то после.
Так вот, а потом занюхаешь чем попадётся и баиньки где придётся или куда доползёшь.
И вот когда и если станешь с утра, то никакой возраст тебе уже не страшен. Бегаешь как молодой, главное — от жёнки скрыться и найти, где опохмелиться.

Летят русский, немец и француз. Летят, летят, как говорится, беспорядочно размахивая конечностями и крича, всё время ускоряясь вниз. И тут откуда ни возьмись появляется то ли джин, то ли лепрекон, сразу не поймёшь. Предложил он, пока летишь, развеется немного и загадать желание одно. «Можете, — говорит, — всё, что не придумаете, ну, кроме спасения от предстоящего неминуемого столкновения с землёй». И вот француз тут прежде всех и завопил.
- Хочу... Ну, в общем, много чего он попросил. И даже золотой толчок, кефир, кровать. И к нему в комплект двух девушек красивых. А для них побольше сил.
Тут немец и не выдержал и закричал.
- А мне, кретин?! Хочу и это, и того. Алмазов кучу, деньги, серебро. И всё, что у француза, да лучшее подайте мне. Вот шнапс, конечно, и вино.
Но время шло, земля неудержимо приближалась, секунд пятнадцать лишь осталось. Вот здесь и русский заголосил, молясь и матерясь одновременно.
- Хочу, я много что хочу. Но жизнь несправедлива, вокруг одно дерьмо, да столько, что дна уже не видно. И тут мне, как всегда, не повезло!
И здесь полёт закончился, и джин-лепрекон исчез, исполнив их желания.
Каждый встретился со своей мечтой.
Угадайте, кто остался весь в говне, но всё ж живой!

«Факты из древней истории». Жили-были укры, ловили бабочек. Строили Чёрное море, никого не трогали. И тут, откуда ни возьмись, появились москали и всё испортили и обосрали. Так их всех, бедолаг, выгнали из рая.