Поиск по автору:

В каждом человеке есть загадка, но женщины — это самая таинственная, загадочная загадка. И чтобы раскрыть эту загадку, некоторые личности мужского пола идут на всё, и впоследствии бедолаги попадают в женскую коварную паутину. А точнее и конкретней, большинство отчаянных мужчин. Представляете?! Даже вынуждены жертвовать своим эго и героически жениться на них. Порой, правда, чтобы искупить свои грехи, но чаще всё же из любопытства. А женщины этим искусно и безжалостно пользуются, создавая скоро очередные ячейки общества, семьи. Цепи Гименея надёжно приковывают вольнолюбивых мужчин к земному семейному монолиту. А счастье где?
И страсть отчего-то быстро остывает. А некоторые из них, осознав это, потом пытаются бежать, удрать от этой вечной суеты и безысходности, но куда там! Их крылья уже обрезаны, пелёнки расстелены, и откуда-то уже возникли и вылезли дети, крепче этих якорей нет на свете. И, увы, ещё коварно зачем-то появившаяся излишняя масса совсем-совсем не даёт бедным молодцам опять взлететь. А если всё же удаётся, то это уже совсем не то. Они либо сгорают в лучах восходящего солнца (красиво, не правда ли?), либо падают в бездну одиночества и разбиваются. (Ну или возвращаются.)
В общем, подытожив, да ну их, эти загадки загадочные!
Впрочем, кого я обманываю! Эй, девушка, милая девушка!

Сегодня каждый, вроде, молит Бога о хорошей погоде.

С детства боксёр Кличко часто страдал всем, ну и в частности одиночеством. И только его отражение, впоследствии на ринге всё-таки признавшийся близнецом, иногда скрашивало его суровое существование в казематах советской действительности.
Жизнь ведь это череда непрекращающихся, порой унизительных ударов, и тут главное сохранить главное. Свой орган размножения и, наверное, мозг. Ну или то, что от него осталось! Вот!
Кличко выдающийся деятель и несгибаемый титан современности...

Недавно узнал, что самое большое количество маньяков, на квадратный метр — это в США. А почему? Ответ простой: в других странах их никто не подсчитывал.

Уголовная хроника.
К сожалению, опять не состоится знаменитый аукцион с эксклюзивными молодильными яблоками из тридевятого царства. Главный аукционист Кощей и его помощница Баба Яга за мошенничество и воровство были безжалостно отправлены в колонию для малолетних преступников.

Зачитавшись об любимом, его слезливым письмом.
А потом, утром проснулась, целуясь с котом.

Письмо на...
Все мысли мои не о том, ни о сём.
Где-то в Америке вышел закон.
Мне бы должно, конечно, на это плевать.
Но только есть вопрос, твою мать.
Любопытно узнать: что за дела?!
Кто катит болон на нас, на меня?
Санкции, санкции, красивое слово, не правда ли?
А может, это опять Пентагон
Затеял свои грязные махинации?
А может, это местный райком
Свихнулся, забыв о советской вакцинации?
Вот беда, где же вы все, объединённые нации?!
Гнусные происки, пора на пролом.
Сейчас подождите, только найду свой перрон.
И завтра, конечно, поеду в Америку со своим любимым топором.
Буду всех мелко так их шинковать,
Чтобы не смели, свой рот на нас и меня раззевать.
Даром что ли, я их язык целый год, ходил изучать.
Санкции, санкции, красивое слово, не правда ли?
Это вам не игра, ваши вшивые коварные манипуляции.
Скоро приеду, ждите, буржуи, кастрации.
2004 год.

Я решил написать сюда анекдот,
Но ночью, узнав об этом,
Оббосал меня мой любимый кот,
Обозвав, всю эту писанину бредом.

Где-то грянул гром, сверкнула молния.
А у нас пошёл снег, оставляя леденистый след. Душа озабоченно, в ожидании тепла,
как ёжик свернулась и съежилась.

Дегенеративный интеллект штурмует интеллектуальные высоты мира.
Раньше просто был дурак.
А теперь дурак продвинутый.

На суде:
— Подсудимый, когда вы поняли, что вас жена не замечает и не любит?
— Когда на Новый год, она пожарила мне торт. При этом, насыпав на праздничный поднос собачий корм. А на день рождения...
— Хватит, подсудимый, мы уже поняли, что она была сильно расстроена вашей невнимательностью к её матери.

Редактор, верь, что придёт пора,
И на обломках стихотворного утильсырья
Напишут наши имена,
Гиганта мысли, мастера пера
Пафнутия Бурвидуса.

У каждого самурая есть своя Фудзияма.
Семеро одного не бьют, восьмого ждут.
В каждом человеке есть порой, холодные мозги и горячее сердце.
А если чуточку покопаться, то найдётся и печень в перце.

Говорят, что настоящая сила в деньгах. Есть версия, что, безусловно, сила в правде. Но на самом деле подавляющая сила только в воле, ну и, безусловно, конечно, в любви. Но только воля даёт шанс настоящей любви и настоящей правде! Без приторной обёртки. А деньги? А деньги без доминирующей воли и вовсе — что вода в решете.

Ещё раз о тараканах и мухах.
Срали они на нас!
Ещё раз о большинстве политиках и олигархах.
Клали они...

Иногда хочется верить, что на оставшийся территории Украины остались нормальные люди. Но, к сожалению, с каждым бесчеловечным ударом эта вера постоянно уменьшается. Такое ощущение, к сожалению, что остались в большинстве, лишь нелюди и быдло.
Иногда хочется верить, что и на территории Европы остались у власти разумные и совестливые люди.
Но увы, и это, к сожалению, сегодня очень далеко от действительности.
Такие персонажи, разумеется, присутствуют в политике, но не играют никакой существенной роли.

Триллер «Тёща».
Часть 1 (одын дома).
Жизнь — это не сказка!
Жизнь — это боль!
Зачем так бестактно твой каблук наступил на мою мозоль?! Не сыпь понапрасну на рану соль. Экономь!
Стой, это вообще плохая примета. Геморрой!
Представь, дорогая. В моём шкафу завелась дряхлая как мир и совершенно ненормальная моль. Всё время стучится, говорит скрипучим противным голосом: «Открой!»
А я ей говорю: «Уходи отсюда, тёща, уходи скорей! Ты опять забыла ключ от дверей и пароль. У тебя в семье дурная роль. Лучше улетай на своей метле скорей домой!»
Да так и не пустил. Ой! Зачем так больно по голове, Оль?! Я вовсе не ноль. О-о-о-о! Что-то быстро потемнело. А это чо, кровь?!
И стоит какая-то такая грустная старушка надо мной с косой. Тёща???
Чёрт! Не надо вот так грубо между ног. Я ещё пока живой!!!...
Часть 2. Экшен.
Ну вот и я иногда готов взгрустнуть порой. Ну-ка, мужик, веселей копай, не стой! Не филонь! Скорее яму рой!
Я тут случайно укололся, кажись, ножом. Вся жизнь теперь в труху. Совсем больной!
Опять очнулся. Лежу в гробу. Какой отстой! Могильщик наш, кажись, ушёл в запой. А у нас что-то холодно, понимаешь, на кладбище зимой. И вот я, разумеется, в одних семейных трусах и белых тапочках бегу, петляя по сугробам, уже домой. Я почти что супермен, такой простой герой! Земля в ушах, в глазах огонь! За мной же бегут две женщины с мачете и ружьём. Добить милого, наверное, хотят вдвоём. Какие дуры, хотя бы сняли туфли!
Врёшь! Нас просто так сегодня не возьмёшь! Не стой! Прорвёмся! Ведь здесь главное — не скули и не ной!
Жизнь — это не сказка!
Жизнь — это боль!

Если читатели какого-либо произведения смеются, то вполне возможно, что они смеются не над сутью этого произведения, а над самим произведением и тем самым над его непосредственным творцом, автором сего недоразумения.
Ну что ж, пусть будет так. Возможно, вы напишете гораздо лучше, и тогда...
Впрочем, хватит мечтать, вы просто все завидуете! Горите тогда синим пламенем, бесталантные неудачники!

Бесцельно и бессмысленно рождают люди рифмы приблизительно.
Пускай ты и не поэт, но выдать должен в этой жизни хоть один сонет.
Вот цензор мой, ты мне ответь, за что не любишь и не печатаешь мой бред!?
Другим же открыт сей просторный путь.
А я теперь угрюм, в печали, ну и в целом просто жуть.

Поэт — это не только поэт, но и ещё кто-то. Пишет зачем-то и шлёт куда-то, всех и к такой-то матушке.

Жизнь — это океан страстей, где штиль всем погибелью грозит. Каждый корабль на этом бесконечном просторе, хоть и во флоте среди множество других. Но как будто всегда, в конечном итоге, остаётся один.

Самое сакральное место в современной квартире — это туалет. Всё кланяются и кланяются. Да в очередях по утрам стоят.

Только готовка сосисок без воды в СВЧ-печи, поможет вам избавиться от посленовогодней хандры.

Только отбросив коньки, он понял, что точно был прирожденным фигуристом.
Ну а тот, что отбросил ласты, вдруг однозначно осознал, что в прошлой жизни был гидрогимнастом. А тот кто отбросил копыта, вот чую, был явно поэтом-скандалистом.

Вы пишете как врач.
О, спасибо, это мой прирожденный талант.
Учителя до сих пор расшифровывают мои контрольные.

Я доверяю каждому ежу, пока на нём я не сижу. Медведь сказал, медведь задрал!

Все в курсе, что благородные Атланты с огромным трудом и страдая безмерно держат весь наш Земной шар вместе с безраздельным небом на своих мужественных могучих плечах. Но никто не догадывается и не предполагает, что они, бедолаги, стоят на напряженных спинах раскорячившихся от неимоверных усилий своих благоверных жён.

А кто приходит к белочке после новогодних праздников, если и она перепились в стельку!? Ну не знаю, наверное, дятел.
Но к Трампу явно кто-то пострашней вчера пришёл, раз ракетами и бомбами шмаляет. Может, Мадуро?

Сварил как-то дед золотую рыбку. Плачет бабка, плачет внучка, рыдает кошка, рыдает Жучка. А дед зловредный, назло всем, жутко хохочет, показывая им в беззубом рте язык. Хороша ведь получилась уха!
И только мышка, молча скрепя зубами, с привычным тиком и вприпрыжку. Упорно, потихоньку катит куда-то честно спёртое золотое яичко. С утра, узнав о пропаже этой (потенциальной яичницы или возможного омлета), и вовсе все сойдут с ума. А мышка, сменив свой имидж, снова станет крысой и скроется за границей, ей родину менять не привыкать.

В преддверии практически уже истлевших стен
Застыл в нелепой позе уставший от недосыпа и бессонницы,
Так и не дойдя до моей унылой горницы,
Забытый, всеми брошенный Морфей.
Играла грустная свирель, а в это время
Вся жизнь моя всего лишь тлен, подумал мудро я и тоже лёг в постель,
В сей мрачный поздний час напрасно ожидая сновидений,
Считал я слоников, овец и всякую другую живность, прыгающую среди пампасов и других растений.
Но сон не шёл,
Наверное, споткнулся слон или овца о чей-то наглый пень.
Морфей же отчего-то, без сомнений, всё храпел,
Не слыша моих гневно-слёзных причитаний и подвываний.
Вот до чего порой доводит чтение иных стихов, газет и всяческих изданий.
Страдание теперь мой крест, удел
И день и ночь,
И ночь и день.

Как просто определить, кто перед вами, к примеру, кореец или японец!? Всё очень просто, нужно ударить по ноге. Если ругается по-японски, значит, японец, а если по-корейски, то точно говорю, кореец. Но а если по-русски матерится, дело плохо, тут уже национальность поздно выяснять, нужно просто быстрее бежать.

Скабрёзная. Ретро.
В каждой женщине есть какая-то загадка:
Какие под юбкой трусы и есть ли в лифчике вата?

Дамы! С Восьмым марта!
В честь этого
исполняется впервые мною песенка-поэма.
Заткнитесь, соловьи и цикады, Умолкните, свирели и фанфары.
Я лучше девушкам сам спою.
Всё в этом мире без ваших улыбок —
чушь и ерунда.
И все непременно точно знают, что лучший мой «подарочек» — это Я.

Так что цените, конечно, милые дамы, ну и заодно какие-то там ни есть господа.
Вашего любимого Пафнутия Бурвидуса!

Частушка русско-народная.
Эх, говори Москва, разговаривай Россия.
Вся жизнь — это вечный поиск,
Вопрос о смысле бытия.
Лишь в бушующей, пролитой крови рождаются правдивые ответы.
На грани жизни и смерти.
Пока безудержно вращаются планеты.
И горит над безрассудной, порой корчующейся в агонии земною твердью, уставшая давно звезда.
Вот такая беда!
Ну и приплыли, а начиналось ведь так хорошо, приветливо.
А кончилось как всегда.
Крючок на потолке, хозяйственное мыло и петля.

Он так увлекся готовкой праздничного ужина, что, изредка пробуя его, съел всё сам. Расстроившись из-за этого, он допил и всё спиртное. Поздравил себя с Восьмым марта, а заодно, на всякий случай, и с днём рождения. И тут же на столе, удобно расположившись, с чистой совестью лёг спать.

Суфражистки всех стран, объединяйтесь! Долой Восьмое марта! Как символ бесконечности всех наших женских разочарований! Да здравствуют девятое, десятое, ну и так далее. А лучше: «Пусть вечно будет этот праздник!»
А подарки!? Парфюмерию, бижутерию, кулинарию и цветы дарят лишь плебеи. А вы, все настоящие богатыри и джентльмены, нескромно так дарите, все звёзды и Миры!

Не стоит думать слишком много.
Есть пропасть, значит надо прыгать вроде,
Чтоб боль свою разбить о камни, всё вернее, хоть и жестоко.
Зачем страдать, стихи писать уж очень долго.
Смешной какой, он хочет жить, ну хотя б чуть-чуть и ещё немного,
Но уже истекли все твои ненасытные дни, стало слишком поздно.
Как душно здесь и серою смердит.
Мой неизвестный цензор это подтвердит.
Уже открыт аттракцион весёлый заводной.
Для встречи разожгли костёр большой.
Печально помахайте мне скорей рукой.
Всегда ваш, почти Икар и в целом дорогой.
Я обязательно, наверное вернусь, только в жизни иной.
Стихи написаны, и вот
Не стоит думать слишком много.
Есть пропасть, значит нужно прыгать вроде.

Пенсионерка В. недавно наконец-то осознала и всё поняла. А потому взяла да и подала иск в суд на правительство, судьбу и в целом зловредную медицину. В котором гневно и сурово заявила, что до прививки от коронавируса была весьма красива, талантлива, здорова и даже, безусловно, молода. А теперь уже, увы, совсем не так! Ответ, затаив дыхание, ожидает вся страна.

Всем шутникам посвящается! Батл.
Акт 1. Представление.
Как-то вот вышли на арену смешные мимы и клоуны.
Хохотали, дразнили и шутили забавно так, эти мимы и клоуны.
И нёсся этот звонкий смех на все четыре стороны.
А на них сверху, из зрительных рядов, смотрели их вороги,
Кровожадно-равнодушные и очень лютые палачи-вороги.
А все другие говорили им, что если руки и ноги им дороги, то промолчите, не шутите, уж слишком эти зрители строгие.
Но только почему-то не слушали их эти смешные глупые мимы и клоуны.
Веселились и смеялись они безрассудно, но всё равно такие прикольные.
Запускали шары проказники разноцветные, а заодно строили рожицы палачам очень скверные.
Акт 2. Последствие.
Но всё заканчивается рано или поздно.
Вот и завершилось и это чудесное представление.
А палачи-зрители почему-то не захлопали. Этокое неуважение.
Лишь топоры свои острые достали, страшно скрежеща зубами подлые.
Тут и налетели вороги, полетели на пол чьи-то с бубенцами головы.
Вот тогда палачи жутко засмеялись и захлопали, экие они всё-таки сволочи.
Вот тогда и погрустнели наши весёлые мимы и клоуны.
Почуяли бедолаги, что скоро уж точно будут похороны.
Но не все они сразу обосрались, некоторые ещё как-то странно улыбались, хихикали и смеялись.
А палачи рубили, душили и издевались. Они же душегубы, с них станется.
Акт 3.
Завершающий.
Вот и всё, кажется, кончились мимы и клоуны.
А палачи? А палачи, отчего-то забрызгавшись кровью подозрительной, с ума окончательно и вовремя сошли.
Увезли их связанными, прежде отняв топоры, санитары и врачи. Те, кто приехал в ярко-рыжих париках на странном игрушечном паровозике. А ещё у них вроде бы были огромные ботинки и красные носики.
И это замечательно! Фенито. Конец.

Иногда, читая всякие комментарии и разные потрясающие советы, думаешь, что не только в дурке, но и в аду, наверное, бывает день открытых дверей и форточек.

Почему в большинстве больницах нет мест, чтоб помолиться?
Потому что больница и так является почти храмом великомучеников. Молись где хочешь.
Каждый нормальный врач — практически святой, хоть на икону.
А остальные!? А остальное — лишь адская статистика.

Драма. Брак по расчёту. Акт 1.
Мочалка гордая была.
Она могла, она могла.
Могла летать, могла играть.
Могла творить, могла лежать.
Всё было у неё, всё ей дано.
Весь мир открыт:
Курорт, и город, и село.
Любые деньги и лучшее вино.
Но, Боже мой!
Неотвратимый рок её низверг, как ангела с небес.
Акт 2.
И вот! Развод.
Теперь её удел — лишь мокрый пол.
Лишь грязь и нищета.
Теперь Она должна!
Должна терпеть, должна страдать.
Должна тереть и горевать.
И удавиться ей, уж кажется, не грех.
Что это за жизнь такая!
Надоело это всё и опостылело.
Но её опять, опять и снова макают в нечистоты, поднимая изредка и в свет.
И кажется потом, опять на дно всё время отпускают.
И надышаться не дают, и утопиться всё мешают!

В наших больницах лечиться могут только очень, очень здоровые люди.

Сатурн окружают не кольца
Сатурн окружают круги
В России не греет и солнце
Пока не проснуться мозги

Сегодня праздник у страны и у меня.
Первое апреля — день радости и счастья,
Ведь в это время всё и все наши пути-дороги — это точно полная фигня.
Прощайте все якоря и тормоза.
Пусть светит солнце, прочь ненастье!
Так что поздравляю себя и вас с нашим профессиональным праздником, друзья!

Эпическая драма, революционная трагедия.
Последний акт.
Чапаев душит Анку, застав её чёрт знает где, в неглиже и с чужим револьвером.
А под постелью дрожит, сжимая зубами пустую кобуру, ординарец Петька в чепчике белом.
Чапаев же, беспощадно и всё сильнее сжимая шею бедную, будто у буржуазии, кричит: «Читала ли Анка перед сном последнюю речь товарища Ленина?!»
А в ответ, Анка лишь только синхронно вращает глазами и чего-то хрипит. А Петька в это время в ужасе крестится и в кальсоны потихоньку журчит.
А дальше закрывается красный занавес. И бедный Йорик, в полосатой тельняшке, грустно смотрит в зал и многозначительно молчит. Пролетарско-крестьянский андеграунд, однако! Финиш.

Мой небедный дачный сосед, постоянно выпендриваясь, гуляет по своему участку то с ягуаром, то с приручённым аллигатором, то вообще со своим лощёным адвокатом. Вот же пакость какая! Ну и я, не будь дураком, смело гуляю где-то рядом за забором, чтобы точно в дырку было видно. Весь черезвычайно важный в полосатой майке, шортах и в тапочках, несомненно провоцируя их всех своей аппетитной беззащитно-нежной тушкой. Пусть видят. Иногда хожу то с тёщей и её злобной подружкой кошкой Муркой, то с нашей страшной блондинкой бабкой и её железной советской клюшкой, то возьму и вообще с женою без макияжа, чтобы черти выли, совершу свой беспощадно-контрольный променад.

Жизнь — это вам не это, и это вам не то.
Скользит по бесконечным туннелям, словно по венам, совсем чужое метро.

Очередная кляуза.

Закрыли солнышко злые облака.
Ну мерзавцы!
Напишу-ка я и об этом Путину.
Ещё не забыл пока!

На улице сидит злобная ворона.
Хулиганы отчего-то хулиганют у моего дома.
Ну и вообще и в частности верно говорят.
Против лома нет приёма.
Ну если этот, конечно, приём не у Самого!
Кремль — это ого-го.
Замечтался, что ж с того.

А у нас?!
Худший двор среди района.
Если посмотреть с моего окна.
В общем всё тут как всегда.
Вон побежала куда-то с собачонкой старая корова.
Ишь, испугались грома!
Ты боися лучше не его, а меня.
Всё про всех, куда надо напишу ведь я.
Жуть, сверкнула молния!
Промахнулась ты, судьба.

В детстве Серёжа с Димой участвовали в гонках на самокатах и лифтах. А когда выросли — на «Бехах» и «Феррариах». А сейчас!? А сейчас, увы на облаках.