Рассказчик: Юрий Тубольцев
Если у тоннеля два конца, выбирай тот, где свет в конце тоннеля дешевле.
Играй не теми картами, которые тебе раздали, а теми, которые у тебя в душе.
Ты же знаешь, что так не получается, у нас случайно все не случается.
Как будто бы мы живём в мире, где всё работает,… но всё ломается.
Чёрный квадрат - это закономерность, выведенная из случайного, статистически не значимого отклонения.
В пространстве завихрения, - сказал психиатр и дал пространству таблетку.
Зачем люди узнают все глубже состав мира, и не видят, что разучаются любить друг друга. Почему приоритеты не на любовь? Или хотя бы равновесие соблюдать.
Можно бороться всю жизнь, а и, наверное, по итогу, поборишь только себя.
Сама способность различать добро и зло стирается через внедрение моды на релятивизм и относительность. Чтобы видеть эти воздействия и сценарии, важно уметь различать. А нам говорят, «нечего различать, тут дело в ракурсе».
Если из тебя хотят вытащить ответ, почему всё совпадает, так и скажи, всё совпадает.
Никогда не знаешь, что сложится, что не сложится, - говорил калькулятор, изучающий философию.
Черный квадрат появился из большого взрыва, как слон из мухи, других версий нет.
Тубольцев, входя в историю, открыл дверь буффонадским ключом, но замок этого не заметил.
Смысл жизни — это когда случайность так долго повторяется, что начинает требовать авторских прав.
Абсурд — единственная форма порядка, которую порядок не смог организовать.
Истина не прячется — она просто не хочет портить нам удобную версию событий.
Философия — это искусство превращать очевидный вопрос в проблему, достойную трёх тысяч лет.
Нигилист утверждает, что всё бессмысленно, и бережно сохраняет эту мысль как самое ценное.
Самый точный компас — тот, который вовремя признаёт, что мы заблудились.
Самый верный способ сэкономить время — не тратить его на спешку.
Самая удобная клетка — та, в которой прутья называют комфортом.
Самые надёжные часы — те, что не обещают вернуть упущенное время.
В мозгах похоть, перхоть, сплошная чепуха, планы на выходные, недосказанный анекдот, внезапный запах борща и порядок, который никто не заказывал.
Не знаю, кто я – реальное животное, не реальное животное или зверюшка.
Когда Малевичу перестали продавать черную краску, он стал рисовать белые квадраты.
Эгон Шиле Ы-генезис ломающейся линии
#эпатажизм
I. ЛИНИЯ
Линия может дрожать —
но не обязана исчезать.
Тело может быть хрупким —
но не обязано сдаваться.
Лицо может смотреть в сторону —
но взгляд всё равно остаётся.
Нет контура без напряжения.
Нет позы без одиночества.
Нет кожи без памяти.
Нет рисунка без «Ы»!
II. РАЗРЫВ
Если тело — клетка — нет,
значит, жест — всегда.
Если красота — покой — нет,
значит, трещина — правда.
Если одиночество — пустота — нет,
значит, в нём кто-то дышит.
Если линия ломается — нет,
значит, она нашла живое.
III. ХОККУ-ТУБОККУ
Автопортрет
Лицо на белом листе.
Взгляд держится за контур —
контур не держит.
Руки
Пальцы — сухие ветви.
Тело помнит о дереве,
которым не стало.
Цвет
Красный рядом с охрой.
Даже тишина обнажена —
ей нечем скрыться.
IV. ОДНОВРЕМЕННО
Слабость и воля — ОДНОВРЕМЕННО.
Красота и тревога — ОДНОВРЕМЕННО.
Обнажённость и тайна — ОДНОВРЕМЕННО.
Человек и его тень — ОДНОВРЕМЕННО.
Ты что, никогда?
Ы — ТАК!
Ты что, всегда?
Ы — НИКОГДА!
V. ФИНАЛ
Я и гладкая ложь — МИМО.
Я и безмятежный портрет — ПРОЧЬ.
Я и дрожащая линия — ЗДЕСЬ.
Контур не замкнулся —
и потому остался жив.
Фигура отвернулась —
и стала смотреть глубже.
Я и тело — ВСЕГДА.
Я и линия — ТАК.
Я и «Ы» — НИКОГДА не молчу.
(с) Юрий Тубольцев
#эпатажизм
I. ЛИНИЯ
Линия может дрожать —
но не обязана исчезать.
Тело может быть хрупким —
но не обязано сдаваться.
Лицо может смотреть в сторону —
но взгляд всё равно остаётся.
Нет контура без напряжения.
Нет позы без одиночества.
Нет кожи без памяти.
Нет рисунка без «Ы»!
II. РАЗРЫВ
Если тело — клетка — нет,
значит, жест — всегда.
Если красота — покой — нет,
значит, трещина — правда.
Если одиночество — пустота — нет,
значит, в нём кто-то дышит.
Если линия ломается — нет,
значит, она нашла живое.
III. ХОККУ-ТУБОККУ
Автопортрет
Лицо на белом листе.
Взгляд держится за контур —
контур не держит.
Руки
Пальцы — сухие ветви.
Тело помнит о дереве,
которым не стало.
Цвет
Красный рядом с охрой.
Даже тишина обнажена —
ей нечем скрыться.
IV. ОДНОВРЕМЕННО
Слабость и воля — ОДНОВРЕМЕННО.
Красота и тревога — ОДНОВРЕМЕННО.
Обнажённость и тайна — ОДНОВРЕМЕННО.
Человек и его тень — ОДНОВРЕМЕННО.
Ты что, никогда?
Ы — ТАК!
Ты что, всегда?
Ы — НИКОГДА!
V. ФИНАЛ
Я и гладкая ложь — МИМО.
Я и безмятежный портрет — ПРОЧЬ.
Я и дрожащая линия — ЗДЕСЬ.
Контур не замкнулся —
и потому остался жив.
Фигура отвернулась —
и стала смотреть глубже.
Я и тело — ВСЕГДА.
Я и линия — ТАК.
Я и «Ы» — НИКОГДА не молчу.
(с) Юрий Тубольцев
Спектральная поэзия (автор жанра Инна Айрапетова)
#эпатажизм
Рассвет
Красный край небес
разбудил оранжевый сад.
Жёлтый свет коснулся крыш,
зелёный лист раскрыл ладонь.
В голубой реке дрогнуло утро,
синий ветер понёс его дальше,
фиолетовая тень отпустила ночь.
Письмо
Красным — «скучаю».
Оранжевым — «помнишь наш берег?»
Жёлтым — смешная приписка.
Зелёным — надежда на встречу.
Голубым расплылось чернильное море,
синим легла тишина,
фиолетовым конверт закрылся.
Осенний парк
Красный лист падает первым,
оранжевый кружится следом.
Жёлтые клёны прощаются с солнцем,
зелёная трава хранит его тепло.
Голубой вечер сгущается в аллее,
синий сумрак гасит шаги,
фиолетовая осень остаётся.
После ссоры
Красным вспыхнуло слово.
Оранжевым — дверь.
Жёлтым — пауза, слишком длинная.
Зелёным — робкое «прости».
Голубым стихла комната,
синим вернулся голос,
фиолетовым легла на плечи ночь.
Море
Красный маяк предупреждает берег.
Оранжевый парус ловит ветер.
Жёлтый песок хранит следы.
Зелёная волна стирает их мягко.
Голубая даль дышит простором,
синяя глубина слушает камни,
фиолетовый горизонт уходит в сон.
Городская ночь
Красный светофор — стоп.
Оранжевый фонарь — ещё немного.
Жёлтые окна не спят.
Зелёный сигнал отпускает прохожих.
Голубой трамвай звенит на повороте,
синий двор укрывает разговор,
фиолетовый рассвет уже близко.
Детство
Красный мяч летит через двор,
оранжевый кот бежит за ним.
Жёлтый одуванчик качает головой.
Зелёная трава щекочет колени.
Голубое небо кажется бесконечным,
синий вечер зовёт домой,
фиолетовая сказка не хочет кончаться.
Музыка
Красная нота ударила в сердце.
Оранжевый ритм подхватил ладони.
Жёлтая мелодия вспыхнула в комнате.
Зелёная пауза дала ей вдохнуть.
Голубой звук поплыл над крышами,
синий аккорд остался внутри,
фиолетовое эхо не умолкло.
Сад после дождя
Красная роза стряхнула каплю.
Оранжевые ноготки улыбнулись солнцу.
Жёлтый свет просеялся сквозь ветви.
Зелёный мох напился тишины.
Голубая лужа поймала облако,
синий шмель загудел над травой,
фиолетовый ирис раскрылся к вечеру.
Надежда
Красная искра — ещё не пожар.
Оранжевый отблеск — уже не тьма.
Жёлтая полоска света
нашла щель под дверью.
Зелёный росток поднялся из земли.
Голубое небо стало шире,
синяя даль позвала,
фиолетовая ночь уступила место.
(с) Юрий Тубольцев
#эпатажизм
Рассвет
Красный край небес
разбудил оранжевый сад.
Жёлтый свет коснулся крыш,
зелёный лист раскрыл ладонь.
В голубой реке дрогнуло утро,
синий ветер понёс его дальше,
фиолетовая тень отпустила ночь.
Письмо
Красным — «скучаю».
Оранжевым — «помнишь наш берег?»
Жёлтым — смешная приписка.
Зелёным — надежда на встречу.
Голубым расплылось чернильное море,
синим легла тишина,
фиолетовым конверт закрылся.
Осенний парк
Красный лист падает первым,
оранжевый кружится следом.
Жёлтые клёны прощаются с солнцем,
зелёная трава хранит его тепло.
Голубой вечер сгущается в аллее,
синий сумрак гасит шаги,
фиолетовая осень остаётся.
После ссоры
Красным вспыхнуло слово.
Оранжевым — дверь.
Жёлтым — пауза, слишком длинная.
Зелёным — робкое «прости».
Голубым стихла комната,
синим вернулся голос,
фиолетовым легла на плечи ночь.
Море
Красный маяк предупреждает берег.
Оранжевый парус ловит ветер.
Жёлтый песок хранит следы.
Зелёная волна стирает их мягко.
Голубая даль дышит простором,
синяя глубина слушает камни,
фиолетовый горизонт уходит в сон.
Городская ночь
Красный светофор — стоп.
Оранжевый фонарь — ещё немного.
Жёлтые окна не спят.
Зелёный сигнал отпускает прохожих.
Голубой трамвай звенит на повороте,
синий двор укрывает разговор,
фиолетовый рассвет уже близко.
Детство
Красный мяч летит через двор,
оранжевый кот бежит за ним.
Жёлтый одуванчик качает головой.
Зелёная трава щекочет колени.
Голубое небо кажется бесконечным,
синий вечер зовёт домой,
фиолетовая сказка не хочет кончаться.
Музыка
Красная нота ударила в сердце.
Оранжевый ритм подхватил ладони.
Жёлтая мелодия вспыхнула в комнате.
Зелёная пауза дала ей вдохнуть.
Голубой звук поплыл над крышами,
синий аккорд остался внутри,
фиолетовое эхо не умолкло.
Сад после дождя
Красная роза стряхнула каплю.
Оранжевые ноготки улыбнулись солнцу.
Жёлтый свет просеялся сквозь ветви.
Зелёный мох напился тишины.
Голубая лужа поймала облако,
синий шмель загудел над травой,
фиолетовый ирис раскрылся к вечеру.
Надежда
Красная искра — ещё не пожар.
Оранжевый отблеск — уже не тьма.
Жёлтая полоска света
нашла щель под дверью.
Зелёный росток поднялся из земли.
Голубое небо стало шире,
синяя даль позвала,
фиолетовая ночь уступила место.
(с) Юрий Тубольцев
Все одинаковые считают себя разными, а все разные считают себя одинаковыми.
Не бегай за косточкой, бегай за мячиком, - говорил пес-философ.
Чтобы все лучше складывалось, добавьте в батарейки шоколад, - сказал калькулятор.
Юрий Тубольцев (29790)