Рассказчик: Mghost
12.05.2026, Новые истории - основной выпуск
Автор: Максим Садовников.
Меня всегда занимал вопрос: почему среди людей моего возраста, а мне давно за 50, находятся такие, кто с пеной у рта доказывает, как ужасна была жизнь в СССР.
В СССР прошли моё детство, отрочество и юность. Я вырос не в России, которая по версии разных нацпатриотов обдирала их благословенные республики. Я рос в Алма-Ате, столице Казахстана.
Меня воспитывала мама и жили мы очень скромно на её небольшую зарплату. Я ходил в детский сад, где меня кормили по нормам, принятым для всего СССР. Мучался, когда давали молочную лапшу или картошку с тушеной говядиной, не любил я их. В 7 лет пошёл в школу, где мне насильно давали бесплатно новые учебники, по которым сейчас учится Финляндия, имеющая сейчас лучшее школьное образование в мире.
Стал октябрёнком, командиром "звёздочки", пришлось стать отличником (учиться на все пятёрки), чтобы быть примером. Потом стал пионером. И это было важно, потому что накладывало определённую ответственность, ведь пионер почти взрослый, старший для маленьких октябрят, их помощник и защитник.
Вместе со своим пионерским отрядом собирал металлолом и макулатуру. И однажды мы собрали больше всех и были очень горды этим. А как мы переживали за детей Анголы, собирали макароны и консервы, чтобы отправить их голодным. И ведь в 2007 году я встретил в Питере ангольца, который подтвердил, что эти посылки спасли жизнь его семье. Значит, это было не зря.
С семи лет я занимался спортом. Фигурное катание, конькобежный спорт, настольный теннис, большой теннис, регби. Ни разу я не платил ни копейки. Но мне давали спортивный инвентарь и даже талоны на дополнительное питание. А регулярное медицинское освидетельствование юных спортсменов было, конечно, для меня занудной процедурой.
Когда я был конькобежцем, в 7.00 каждое утро "Икарус" вёз нас на "Медео" - лучший в мире ледовый стадион. Мне было тогда 9 лет. Перед нашим приездом 2 часа машина по заливке льда полировала лед для нас, карапузов. Тренер затачивал нам коньки. А во время тренировки врач внимательно следила за нашим самочувствием.
В 8 классе я поступил в Республиканскую Физико-Математическую школу, где получил, без дураков, блестящее образование. Закончив школу, поступил в Московский Физико-Технический институт, лучшее в мире учебное заведение своего профиля. Через три года, осознав, что хочу заниматься театром, ушёл из МФТИ, сходил в армию и поступил В Ленинградский институт Театра, Музыки и Кинематографии.
На этом моя жизнь в СССР закончилась.
В СССР я не голодал ни одного дня. Я получал всё, что хотел и на что был способен. Меня бесплатно лечили, образовывали, развлекали в детских летних лагерях, тренировали, платили стипендию, на которую худо-бедно можно было прожить.
Никто никогда не называл меня москалём, кацапом, а я никого не называл чуркой или черножопым, это было за гранью понимания. У меня были абсолютно счастливые детство, отрочество и юность.
А, конечно, я забыл сказать, что в магазинах не было хамона, ста сортов колбасы, мраморной говядины и европейских сыров, джинсы были дефицитом, а бананы с кока-колой и жвачку в Алма-Ате вообще не продавали.
Но даже с учётом этих очевидных неудобств, какой же надо быть пакостной скотиной, чтобы чтобы сейчас лгать про своё детство.
Однажды я рассказал про своё детство англичанину. Он внимательно выслушал, а потом достаточно резко сказал, что он не идиот, чтобы я ему вешал лапшу на уши. Пришлось достать фотоальбом и начать рассказ заново. Англичанин пил потом два дня, чтобы не чокнуться от избытка выносящей его мозг информации.
В общем, жизнь в СССР прошлась по мне таким катком, что видно помру я упёртым ватником и нынешнему либералу не подам руки, брезгливый я.
Меня всегда занимал вопрос: почему среди людей моего возраста, а мне давно за 50, находятся такие, кто с пеной у рта доказывает, как ужасна была жизнь в СССР.
В СССР прошли моё детство, отрочество и юность. Я вырос не в России, которая по версии разных нацпатриотов обдирала их благословенные республики. Я рос в Алма-Ате, столице Казахстана.
Меня воспитывала мама и жили мы очень скромно на её небольшую зарплату. Я ходил в детский сад, где меня кормили по нормам, принятым для всего СССР. Мучался, когда давали молочную лапшу или картошку с тушеной говядиной, не любил я их. В 7 лет пошёл в школу, где мне насильно давали бесплатно новые учебники, по которым сейчас учится Финляндия, имеющая сейчас лучшее школьное образование в мире.
Стал октябрёнком, командиром "звёздочки", пришлось стать отличником (учиться на все пятёрки), чтобы быть примером. Потом стал пионером. И это было важно, потому что накладывало определённую ответственность, ведь пионер почти взрослый, старший для маленьких октябрят, их помощник и защитник.
Вместе со своим пионерским отрядом собирал металлолом и макулатуру. И однажды мы собрали больше всех и были очень горды этим. А как мы переживали за детей Анголы, собирали макароны и консервы, чтобы отправить их голодным. И ведь в 2007 году я встретил в Питере ангольца, который подтвердил, что эти посылки спасли жизнь его семье. Значит, это было не зря.
С семи лет я занимался спортом. Фигурное катание, конькобежный спорт, настольный теннис, большой теннис, регби. Ни разу я не платил ни копейки. Но мне давали спортивный инвентарь и даже талоны на дополнительное питание. А регулярное медицинское освидетельствование юных спортсменов было, конечно, для меня занудной процедурой.
Когда я был конькобежцем, в 7.00 каждое утро "Икарус" вёз нас на "Медео" - лучший в мире ледовый стадион. Мне было тогда 9 лет. Перед нашим приездом 2 часа машина по заливке льда полировала лед для нас, карапузов. Тренер затачивал нам коньки. А во время тренировки врач внимательно следила за нашим самочувствием.
В 8 классе я поступил в Республиканскую Физико-Математическую школу, где получил, без дураков, блестящее образование. Закончив школу, поступил в Московский Физико-Технический институт, лучшее в мире учебное заведение своего профиля. Через три года, осознав, что хочу заниматься театром, ушёл из МФТИ, сходил в армию и поступил В Ленинградский институт Театра, Музыки и Кинематографии.
На этом моя жизнь в СССР закончилась.
В СССР я не голодал ни одного дня. Я получал всё, что хотел и на что был способен. Меня бесплатно лечили, образовывали, развлекали в детских летних лагерях, тренировали, платили стипендию, на которую худо-бедно можно было прожить.
Никто никогда не называл меня москалём, кацапом, а я никого не называл чуркой или черножопым, это было за гранью понимания. У меня были абсолютно счастливые детство, отрочество и юность.
А, конечно, я забыл сказать, что в магазинах не было хамона, ста сортов колбасы, мраморной говядины и европейских сыров, джинсы были дефицитом, а бананы с кока-колой и жвачку в Алма-Ате вообще не продавали.
Но даже с учётом этих очевидных неудобств, какой же надо быть пакостной скотиной, чтобы чтобы сейчас лгать про своё детство.
Однажды я рассказал про своё детство англичанину. Он внимательно выслушал, а потом достаточно резко сказал, что он не идиот, чтобы я ему вешал лапшу на уши. Пришлось достать фотоальбом и начать рассказ заново. Англичанин пил потом два дня, чтобы не чокнуться от избытка выносящей его мозг информации.
В общем, жизнь в СССР прошлась по мне таким катком, что видно помру я упёртым ватником и нынешнему либералу не подам руки, брезгливый я.
02.04.2026, Остальные новые истории
Представьте себе ситуацию: к вам в коммуналку заселяется суровый сосед.
Он заставляет вас делать по утрам зарядку, запрещает ругаться матом, но при этом за свой счет меняет вам гнилые трубы, проводит высокоскоростной интернет, строит рядом с домом школу для ваших детей и даже подкидывает денег до зарплаты.
А спустя годы вы торжественно выставляете его за дверь и заявляете всем соседям: «Этот негодяй держал меня в заложниках! И вообще, трубы он проложил тоталитарные, вода из них несвободная!».
Звучит как сюжет для сюрреалистического ситкома, правда? Но именно так сегодня выглядит официальная историческая парадигма в целом ряде стран постсоветского пространства.
Как же так вышло, что вчерашние «братские народы» внезапно превратили строителей электростанций и заводов в безжалостных оккупантов?
Начнем с Азии. В 1920-е годы большевики столкнулись с проблемой: как строить светлое коммунистическое завтра там, где сегодня — глухое средневековье со баями, басмачами и 95% неграмотности?
Историки часто спорят о методах коллективизации, и да, они были жестокими (отрицать это — идти против истины). Но давайте посмотрим на инфраструктурный результат. Большевики буквально за шкирку перетащили целые регионы из феодализма в индустриальную эру. Это как в компьютерной стратегии пропустить целую эпоху, не имея чит-кодов, а расплачиваясь напряжением всех сил.
Малоизвестный, но потрясающий факт: Большой Ферганский канал в Узбекистане (270 километров длины!) в 1939 году построили за... 45 дней. Без экскаваторов и лазеров. 160 тысяч крестьян-добровольцев с кетменями (мотыгами) вышли на стройку века, потому что вода означала жизнь. А руководили процессом, чертили планы и поставляли хоть какую-то технику инженеры из центральных регионов России. Это была оккупация? Пожалуй, самая странная в истории: «оккупант» пришел, чтобы дать аборигенам воду, школы и больницы.
А теперь переместимся на запад. Прибалтика — главная «жертва режима» в современном инфополе. И здесь я, как честный человек, обязан сказать: вхождение этих стран в СССР в 1940 году было жестким. Был пакт Молотова-Риббентропа, были трагические депортации интеллигенции и зажиточных крестьян. Это историческая боль, которую нельзя отрицать.
Но давайте посмотрим, что было после того, как рассеялся дым войны. Из Латвии, Литвы и Эстонии решили сделать «витрину социализма». Москва вливала туда такие средства, от которых современные инвесторы заплакали бы от зависти в свои смузи.
Изюминка номер два: знаете ли вы, что легендарный Рижский завод ВЭФ (VEF), который в Союзе делал практически каждый первый дисковый телефон и знаменитые радиоприемники «Спидола», до войны был сравнительно небольшим предприятием? В СССР его превратили в технологического монстра. А Латвийская ССР получила завод RAF, выпускавший микроавтобусы на всю огромную страну. Литве же и вовсе «оккупанты» построили Игналинскую АЭС стоимостью в миллиарды рублей, сделав республику энергетически независимой (кстати, при вступлении в ЕС Брюссель велел литовцам станцию закрыть от греха подальше).
Классический оккупант обычно выкачивает ресурсы из колонии в метрополию.
Британцы вывозили чай из Индии, испанцы — золото из Америки.
Советский Союз же действовал ровно наоборот.
А теперь мы подходим к самому вкусному — деньгам. Как именно работал советский бюджет?
Если вы посмотрите на открытые данные Госкомстата СССР (например, за конец 80-х), вы увидите картину, ломающую шаблоны. В Советском Союзе существовал так называемый «налог с оборота» — главный источник пополнения бюджета. Так вот, РСФСР (Россия) оставляла в своем республиканском бюджете только около 42% от собранного налога.
А вот Литва, Таджикистан, Узбекистан или Грузия оставляли себе 100% собранных налогов, плюс получали прямые и щедрые дотации из союзного (читай — российского) бюджета!
Еще в 1923 году на XII съезде партии Иосиф Сталин прямо обозначил этот курс (и это не секрет, а задокументированная стенограмма):
«...чтобы национальные республики могли догнать Центральную Россию... мы должны помочь им, помочь им эффективно и практически».
И помогали. Строили БАМы, гидроэлектростанции, порты и научные институты за счет урезания потребления в Рязани, Вологде или Твери. Поэтому, когда сегодня в бывших союзных республиках сносят памятники советским солдатам, это выглядит не как борьба за свободу, а как классическое «назло бабушке отморожу уши».
Заводы и фабрики, кстати, сносить они не торопятся — их тихонько приватизировали эффективные менеджеры.
Когда новое молодое государство начинает самостоятельную жизнь, ему нужен национальный миф. А строить миф на скучных фразах вроде «мы получили огромную материальную базу от Союза и теперь будем ее развивать» — не продается. Нужен злодей космических масштабов!
Гораздо удобнее сказать: «Мы жили бы как в Швейцарии, если бы не эти русские с их заводами». Это блестящая психологическая защита. Ведь если признать, что половину твоей современной экономики построили «угнетатели», то возникает неудобный вопрос: а что же ты сам построил за годы так называемой свободы? Торговые центры на месте НИИ в счет не идут.
Мораль сей басни
Советский Союз не был сказочным Эльфхеймом.
Там хватало и пустых прилавков, и цензуры, и перегибов на местах.
Партийная номенклатура порой творила дичь, за которую историкам до сих пор стыдно.
Но называть процесс глобальной технической, культурной и экономической модернизации «оккупацией» — это даже не переписывание истории. Это попытка заставить историю стоять на голове и при этом жонглировать гирями. Бумажные учебники стерпят все. А вот бетон гидроэлектростанций и рельсы метрополитенов помнят, чьи руки их создавали.
А теперь вопрос к вам, уважаемые! Уверен, среди вас есть те, кто в советские годы ездил по распределению в Казахстан, Прибалтику или на Кавказ. Или те, кто работал на тех самых союзных заводах...
Расскажите в комментариях - как местные жители тогда относились к «оккупантам» с чертежами и мастерками?
Что стало с вашими предприятиями сейчас?
Давайте обсудим...
Он заставляет вас делать по утрам зарядку, запрещает ругаться матом, но при этом за свой счет меняет вам гнилые трубы, проводит высокоскоростной интернет, строит рядом с домом школу для ваших детей и даже подкидывает денег до зарплаты.
А спустя годы вы торжественно выставляете его за дверь и заявляете всем соседям: «Этот негодяй держал меня в заложниках! И вообще, трубы он проложил тоталитарные, вода из них несвободная!».
Звучит как сюжет для сюрреалистического ситкома, правда? Но именно так сегодня выглядит официальная историческая парадигма в целом ряде стран постсоветского пространства.
Как же так вышло, что вчерашние «братские народы» внезапно превратили строителей электростанций и заводов в безжалостных оккупантов?
Начнем с Азии. В 1920-е годы большевики столкнулись с проблемой: как строить светлое коммунистическое завтра там, где сегодня — глухое средневековье со баями, басмачами и 95% неграмотности?
Историки часто спорят о методах коллективизации, и да, они были жестокими (отрицать это — идти против истины). Но давайте посмотрим на инфраструктурный результат. Большевики буквально за шкирку перетащили целые регионы из феодализма в индустриальную эру. Это как в компьютерной стратегии пропустить целую эпоху, не имея чит-кодов, а расплачиваясь напряжением всех сил.
Малоизвестный, но потрясающий факт: Большой Ферганский канал в Узбекистане (270 километров длины!) в 1939 году построили за... 45 дней. Без экскаваторов и лазеров. 160 тысяч крестьян-добровольцев с кетменями (мотыгами) вышли на стройку века, потому что вода означала жизнь. А руководили процессом, чертили планы и поставляли хоть какую-то технику инженеры из центральных регионов России. Это была оккупация? Пожалуй, самая странная в истории: «оккупант» пришел, чтобы дать аборигенам воду, школы и больницы.
А теперь переместимся на запад. Прибалтика — главная «жертва режима» в современном инфополе. И здесь я, как честный человек, обязан сказать: вхождение этих стран в СССР в 1940 году было жестким. Был пакт Молотова-Риббентропа, были трагические депортации интеллигенции и зажиточных крестьян. Это историческая боль, которую нельзя отрицать.
Но давайте посмотрим, что было после того, как рассеялся дым войны. Из Латвии, Литвы и Эстонии решили сделать «витрину социализма». Москва вливала туда такие средства, от которых современные инвесторы заплакали бы от зависти в свои смузи.
Изюминка номер два: знаете ли вы, что легендарный Рижский завод ВЭФ (VEF), который в Союзе делал практически каждый первый дисковый телефон и знаменитые радиоприемники «Спидола», до войны был сравнительно небольшим предприятием? В СССР его превратили в технологического монстра. А Латвийская ССР получила завод RAF, выпускавший микроавтобусы на всю огромную страну. Литве же и вовсе «оккупанты» построили Игналинскую АЭС стоимостью в миллиарды рублей, сделав республику энергетически независимой (кстати, при вступлении в ЕС Брюссель велел литовцам станцию закрыть от греха подальше).
Классический оккупант обычно выкачивает ресурсы из колонии в метрополию.
Британцы вывозили чай из Индии, испанцы — золото из Америки.
Советский Союз же действовал ровно наоборот.
А теперь мы подходим к самому вкусному — деньгам. Как именно работал советский бюджет?
Если вы посмотрите на открытые данные Госкомстата СССР (например, за конец 80-х), вы увидите картину, ломающую шаблоны. В Советском Союзе существовал так называемый «налог с оборота» — главный источник пополнения бюджета. Так вот, РСФСР (Россия) оставляла в своем республиканском бюджете только около 42% от собранного налога.
А вот Литва, Таджикистан, Узбекистан или Грузия оставляли себе 100% собранных налогов, плюс получали прямые и щедрые дотации из союзного (читай — российского) бюджета!
Еще в 1923 году на XII съезде партии Иосиф Сталин прямо обозначил этот курс (и это не секрет, а задокументированная стенограмма):
«...чтобы национальные республики могли догнать Центральную Россию... мы должны помочь им, помочь им эффективно и практически».
И помогали. Строили БАМы, гидроэлектростанции, порты и научные институты за счет урезания потребления в Рязани, Вологде или Твери. Поэтому, когда сегодня в бывших союзных республиках сносят памятники советским солдатам, это выглядит не как борьба за свободу, а как классическое «назло бабушке отморожу уши».
Заводы и фабрики, кстати, сносить они не торопятся — их тихонько приватизировали эффективные менеджеры.
Когда новое молодое государство начинает самостоятельную жизнь, ему нужен национальный миф. А строить миф на скучных фразах вроде «мы получили огромную материальную базу от Союза и теперь будем ее развивать» — не продается. Нужен злодей космических масштабов!
Гораздо удобнее сказать: «Мы жили бы как в Швейцарии, если бы не эти русские с их заводами». Это блестящая психологическая защита. Ведь если признать, что половину твоей современной экономики построили «угнетатели», то возникает неудобный вопрос: а что же ты сам построил за годы так называемой свободы? Торговые центры на месте НИИ в счет не идут.
Мораль сей басни
Советский Союз не был сказочным Эльфхеймом.
Там хватало и пустых прилавков, и цензуры, и перегибов на местах.
Партийная номенклатура порой творила дичь, за которую историкам до сих пор стыдно.
Но называть процесс глобальной технической, культурной и экономической модернизации «оккупацией» — это даже не переписывание истории. Это попытка заставить историю стоять на голове и при этом жонглировать гирями. Бумажные учебники стерпят все. А вот бетон гидроэлектростанций и рельсы метрополитенов помнят, чьи руки их создавали.
А теперь вопрос к вам, уважаемые! Уверен, среди вас есть те, кто в советские годы ездил по распределению в Казахстан, Прибалтику или на Кавказ. Или те, кто работал на тех самых союзных заводах...
Расскажите в комментариях - как местные жители тогда относились к «оккупантам» с чертежами и мастерками?
Что стало с вашими предприятиями сейчас?
Давайте обсудим...
текст удалён
16.06.2026, Остальные новые анекдоты
Харамные стриптиз клубы, винные магазины и рестораны бы кардинально преобразились, если бы любители халяля перестали туда ходить.
Mghost (10995)