Поиск по автору:

Мне глубоко похуй:

1. на актёров;
2. на членов мелкобритской короны;
3. на всяких селебрити;
4. на Валентину Терешкову;
5. на Ирину Роднину;
6. на Аллу Пугачёву и её страпонокунилингвиста Макса;
7. на детей миллионеров и миллиардеров;
8. на певцов ртом и певичек задницей;
9. на крысу Долину.

Любое упоминание о них в СМИ, любое раскрытие ими хавальника, их поступки, их жизнь, их смерть, а также делёжка их наследства не вызывают у меня ни малейшей эмоции, ни интереса.
А уж тем более эмпатии.
Если и попадается нечто подобное в новостных лентах, мой мозг моментально отключается до пролистывания, чтобы не читать очередную хню про каких-то там нахрен не упавших персонажей.

Ответ на пост «Как мы с дедом на медведя ходили»⁠⁠
У медведей есть ряд очень паскудных для охотнегов особенностей:
1. Очень обтекаемая форма черепа - если он рылом к тебе повернут, то хэдшот скорее всего вызовет только рикошет, и недовольный потапыч выразит тебе всю степень своего недовольства твоей корявой стрельбой.
2. Толстейшая шкура и ебейший слой жира - завалить медведя может только что-то очень крупнокалиберное и очень в упор, причем лучше если у вашего ружья будет больше 1-2 зарядов, либо как вариант возьмите с собой несколько ружей.
3. Распутинская живучесть - медведь может получить дичайшее количество попаданий, и не просто выжить, но еще и закусить незадачливым охотником; да, потом от ран он сдохнет, но разорванному на ошметки горе-стрелку это уже не поможет.
4. Вьетконговская подлость - как и многие дикие звери, при получении смертельных ран умеет притвориться мертвым: валится аки мешок с говном и ждет, пока возомнивший себя победятлом охотнег подойдет сделать селфи, а потом делает это селфи для охотнега незабываемым и последним.
5. Нордическая ярость - в случае, если его ранить несерьезно, мишка превращается в промышленный агрегат по выдаче пиздюлей с подчистую сорванной крышей, поэтому обычно после охоты в живых остается кто-то один - или охотнег, или медвед.

Как люди все это научились обходить:
1,2 - использовать тяжелейшие (зачастую экспансивные) пули типа "жекан" чтобы буквально нафаршировать мишку свинцом, или крупнокалиберные полуавтоматические винтовки, которым ввиду сочетания большого калибра и высокой скорости пули становится похуй на обтекаемость черепа.
3,5 - медведя подводят его природное любопытство и мягкое пузо, в старину на мишек неспроста ходили с рогатиной - медведь зверь не особо умный, и в случае удачного тычка оным инструментом пытаясь достать копейщика насаживается на рогатину всей тушей, как привык, разрывая попутно себе к ебеням все внутренности; другой, более лютый во всех смыслах способ, подразумевает вообще один нож - бросается в воздух шапка, мишка пытаясь ее "поймать" (опа, голова полетела!) поднимает лапы - а опытный и тренированный как сотня рэмбо охотнег тем временем выпускает ему кишки одним точным ударом (шансов на второй заход медвед все же не дает - в лесу он не самый тупой).
4. - гуртом здорово и батьку бить, медвед в случае с несколькими охотниками теряеца, а если с ними еще и собаки-медвежатницы, то они ему еще и съебаца в лес не дают, а когда охотнеги сделают черное дело и его валят с ног, то притворишку-мишку лайки-медвежатницы здорово покусают, и людей к нему не допустят.

Если же охотятся два долбоеба, как в рассказе, то для них уйти живыми и относительно целыми - уже удача. Медвед неспроста в лесу на вершине пищевой цепочки, пока туда не приходит что-то более лютое - матерый тигр там, или прямоходящая обезьяна с гром-палкой.