История №1489292

Глянув на сон грядущий в ленты дружественных форумов, обнаружил там назидательный клип про какие-то крошечные существа, у которых вполне различимы рот, желудок и жопа, и в сущности весь их жизненный цикл состоит в работе этих органов. То есть они жрут, переваривают и ссут, пока в собственной моче не захлебнутся насмерть. Иногда им намеренно создают столь невыносимые условия, что они успевают еще и основательно пропердеться. Потом всё это пьем мы. Как уже догадался проницательный читатель, речь идет о технологии производства напитков, известных под названием вино и шампанское.

А вот следующий клип наполнил мою душу восторгом и вдохновением без всякой помощи С2H5OH. Начался он смешно: в центре стоит баянист пенсионного возраста, по бокам его комическая пара: слева мужик с микроскопической балалайкой, справа другой с громадным балалаищем. И затрындели они на этих простецких инструментах давно известную мне народную мелодию Полюшко-поле. Я уж зевнул и собирался пролистнуть, но как они заиграли! Потом оркестр грянул, и вышло у них вместе нечто потрясающее. Слегка погуглив, я нашел еще одно замечательное исполнение той же песни, на 50-тысячном концерте в Кёльне, с прекрасной певицей Хелен Фишер. Я пришел в такой восторг, что позвал жену послушать и посмотреть вместе оба варианта. Сидели затаив дыхание, крепко обнявшись, и я боюсь даже представить, как это звучало в живом исполнении.

Разошлись во мнениях, что там рефреном - мне слышался топот копыт казачьей сотни, а ей звон колокольчиков. Потом я засомневался: а точно ли это народная песня? Без участия Чайковского, Римского-Корсакова или как минимум Мусоргского тут явно не обошлось.

Выяснилось (для меня лично), что музыка написана в 1933 году композитором Львом Книппером, автор слов — поэт Виктор Гусев. Оба этих имени не сказали мне ровно ничего ввиду глубочайшей музыкальной дремучести.

И вот я задумался, какие удивительные профессии у поэтов и композиторов. Всё их творчество рождается в сущности само у них в голове. В физическом плане их тела могут вообще ничего не делать. Кроме как есть, пить, грешить, не забывать навещать бухгалтерию и уборную. Но вот проходит какое-то время, и выясняется, что вообще не важно, живы ли они или сколько столетий назад умерли, и даже как их звали. Новые солисты, хоры и оркестры исполнят ими написанное, каждый по-своему, но следуя тем же словам и нотам, и новые миллионы людей будут этим восхищаться. А вот от большинства более практических профессий не остается ровно ничего, кроме груд мусора. Причем изрядная часть профессий заключается в трудах от этого мусора избавиться. Всё остальное природа перерабатывает сама.

Так берегите же творческие таланты! А я с удовольствием подыму как-нибудь бокал шампанского в честь безвестного народного композитора Льва Книппера и примкнувшего к нему поэта Виктора Гусева.