Прошлый век. Шестидесятые годы.
Сибирь, райцентр, зима. Мы дети, огромной, шумной гурьбой вывалившиеся
из дома культуры после просмотра киносеанса недавно вышедшего на экраны
страны фильма про героические подвиги "Малчиша-кибальчиша", идем по
улице и глотая слюни с завистью обсуждаем вкус медовых пряников которыми
на экране весь фильм, обжирался "мальчишь-плохишь". И вдруг слышим как
со двора дома раздаются заглушая собачий визг, громовые раскаты ругани и
мата, из уст местной достопримечательности, "Коли бандуры", невероятно
огромного сибиряка, рядом с которым Коля Валуев просто пацан. Мы,
ребятня, человек сто, уставились на ворота, над которыми как в кукольном
театре, в огромной меховой шапке мотыляется маятником голова самого
Коли, а внизу из под ворот торчит дегающаяся голова собаки с выпучеными
от страха глазами. Под градом Колиных пинков и матов, пес дико скуля
пытается протиснутся в щель подворотни. От очередного пинка доска ворот
с треском вылетает и вонзается в сугроб. За ней, поджав хвост, с диким
ужасом выскакивает пес волочащий за собой прилипшую задницей к кобелю,
"Коли бандуры" собаку. Напуганая хозяином псина, лежа на спине и
пезропотно поджав лапы, волочится по снегу за кобелем гремя обрывком
цепи. Дико воя и скребя когтями по снегу, пес безрезультатно старается
утащить прилипшую к нему подругу, подальше от Колиных валенок. Тут
ворота распахиваются и с поднятой над головой глубокой детской ванной в
руке, на дорогу выбегает "Коля бандура", и удачно кинув накрывает собак
ванной. "Агааа!" взвился над селом его победный кличь. "Ят-те покажу
кузькину мать, щ...ас узнаешь как по чужим дворам шастать!". И он тут
же подбежав со всей дури лупит валенком пятидесятого размера, как
прессом, в дно ванны пытаясь втоптать кобеля в снег за
несанкционированую Колей любовь с его собакой. Жестяное дно ванны с
хрустом проваливается внутрь, и из под ванны в разные стороны
выскакивают визжа, очумелые собаки. Колин валенок зажатый оторваным на
половину дном прищемляется и застревает. Он по инерции, с ванной на
ноге, бросается в погоню за кобелем с дуру залетевшим в кюветный сугроб
и с визгом пытающийся выбраться из глубокого снега.
Коля прыгает вслед, и по пояс увязает в кювете. На его беду, со двора, с
коромыслом на перевес выскакивает его супруга, маленькая и шустрая
"Клава легковушка", прозванная так за быстрые ноги и моментально
разносящая по селу все сплетни и новости. "Ты пошто корыто изувечил,
ирод? Пошто собак пужашь идоло огородное!" После чего начинает охаживать
Колю по спине коромыслом. Ухватив коромысло Коля сдернул супругу к себе
в кювет, после чего перехватив поудобнее звезданул так, что Клава с
писком перелетела через изгородь палисадника и завязла в сугробе. Под
истошный визг Клавы, Колин мат и наш хохот, собаки поджав хвосты, шустро
улепетывали вдоль дороги от греха подальше.
В этой истории, в результате неудавшейся любви между собаками, после
Колиного "праведного" судилища над ними, пострадали все.
Две собаки, одно сломаное коромысло, ворота и ванна. Сам "Коля бандура",
с супругой Клавой, и мы, сто школьников нахохотавшиеся и простывшие от
смеха.