Предупреждение: у нас есть цензура и предварительный отбор публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+

История №980640

Заведомо и с плавным удовольствием пролетаю над топом, на крыльях воспоминаний.

Намедни про грамматность населения было. Для сильно умных, проверочное слово – грамматика.
А со мною вот какая безграмотность приключилась.
Елена Александровна, наша преподаватель русского и литературы, а заодно и «классная», на мой вопрос, почему отчество моей родной сестры пишется Валерьевна, а мое, при живом и том же отце - Валериевич, пояснила: - Оба варианты верны, но написание с мягким знаком, на мой взгляд, более современно. Заебись - подумал я, (я тогда еще не знал о просьбе Nadine попробовать не материться, а только учился пробовать наоборот). И вот почему я так подумал. Получается - моя родная сестра, будучи на два года меня старше, имеет отчество парадоксально современнее моего. Теперешних справочных возможностей, а потому и тогдашнего желания, углубляться в изучение вопроса у меня не было, а Елене Александровне я верил. Для того, чтобы вы не маялись собственными размышлениями по этому поводу, я немного угуглился.
Итак от «Жоржа», так произнес однажды название поисковика « Google», один мой друг:

1. -Валера и Валерий - разные имена. В первом случае отчество пишется Валерьевич, а во втором Валериевич
-Ерунда полная. И Валерьевич, и Валериевич - от Валерий. От Валеры было бы Валерович.

2. «Оказывается, что оба варианта написания отчества от Валерий идентичны. Это равноправные, корректные формы отчества. И хоть вариант «Валериевич» часто подчеркивается красным в онлайн-редакторах, он такой же правильный, как и «Валерьевич». Если вы напишите одну из этих форм имени отчества, вы не сделаете ошибку. Правда, вам следует кое-что учесть: разнобой написания отчеств связан с тем, что паспортисты и сами не знают как правильно писать Валерьевич или Валериевич, потому выдают документы с разными вариантами отчеств; если вы пишите «Валерьевич» в официальных документах, а в паспорте у вас написано «Валериевич» — это неправильно и недопустимо, так как такие документы потеряют юридическую силу; возьмите за правило писать что-либо одно, чтобы возникало меньше вопросов и путаницы (лучше приучить себя писать то, что в паспорте). Что касается общего мнения, форма «Валерьевич» используется гораздо чаще, чем «Валериевич», потому если будете писать через мягкий знак, то вопросов к вашей грамотности будет еще меньше. А еще не забывайте, что есть женские отчества Валерьевна и Валериевна. Как и мужские, оба эти отчества считаются корректными, потому можете использовать любую из предложенных форм (опять-таки, не забывайте, что в официальных бланках, заявлениях и документах нужно писать так, как в паспорте).»

Вот-вот. «Как в паспорте» - так и правильно. Но паспорта в восьмом классе у меня еще не было, а о «юридической силе», как таковой, я даже и не догадывался, возможно как и Елена Александровна. Меня тогда не то что без отчества, без паспорта узнавали.
-У, хрящи отрастил! - Шлепнула мне однажды подзатыльник моя бабушка Маруся по папе, но по моей башке. Узнала, и была права. Вы бы видели тогда, мои несоразмерные телу уши. Хер с кем перепутаешь. Отвлекся. А хули "отвлекся", а Петя Кукарцев – козлина, тоже меня не по отчеству узнавал, даже не по фотографии. Стою я однажды в очереди за хлебом, на улице – жара. Кстати, тем кто выдумывает себе ностальгию по тогдашним временам, повторю – в длинной очереди за хлебом, на улице, с бабками, тетками и лужами каждый день по два, три часа – две булки в руки. Снова отвлекся.
Стою себе и стою, и на черемуху не залезешь, чтобы вкусней стоять было – только отцвела черемуха и тут – хуяк! И я вроде бы еще стою, но уже не чувствую на чем. Ни ног, ни рук не чувствую, ни своих сильно узнаваемых ушей, только благодаря внутреннему стержню и стоял, на нем и покачивался, понемногу осознавая за что. Петя, сука, на три года старше, и на две головы выше подкрался сзади, и вхерачил мне ребром ладони по шее - к Ирке приревновал, увидев его удаляющуюся долговязую фигуру, догадался я. О чем я снова собирался?
В общем, с какого-то дня после пояснения Елены Александровны, везде и всюду, где случалось собственноручно описывать собственное отчество, и в том случае если и сам не забывал его современное звучание, я легкомысленно выводил Валерьевич. До того мореходноходскогого случая.
Зимой, кажется на втором году обучения в ВМУ нам объявили, что начинается процедура «визирования». Как называлось это в реальном делопроизводстве мы не заморачивались, но сидя за курсантскими столами, и наблюдая из окна аудиторий пронизанный зимней порошей, замерзший Амурский залив, уже мечтали о знойных латиноамериканских широтках, или кто там еще попадется нам «под горячую руку». Нам выдали по толстой пачке анкет, и велели их заполнять для отправки документов в Москву. Результатом проверки наших ответов на всевозможные вопросы анкеты, с приложением собственных фотографий, должны были стать заветные паспорта моряков. Занимало все это «визирование» несколько месяцев.
Ближе к весне нам объявили, что у большинства процедура завершена положительно, кроме одного, у которого кто-то из родственников то ли оказывался в зоне оккупации, то ли в местах лишений.
Паспорта моряков тогда «без дела» на руки не выдавались, и я свой не видел до того самого прекрасного момента.
Наступила первая загран-практика. Ну «загран» это только тому, кто умудрился подобрать себе пароход, стоящий на короткой заграничной линии, чтобы к осени успеть вернуться на родину, ну и кто, конечно, кроме промежуточной специальности моториста второго класса, имел паспорт моряка.
У нас, с моими однокашниками Сундуком и Вавой, все это уже было, и мы помчались к Морскому вокзалу. Там, пришвартованный своим белоснежным бортом к причальной стенке, бил копытом пассажирский теплоход «Хабаровск». Он только становился на линию Находка-Иокогама, и нас это обстоятельство неописуемо дико устраивало. Волнительные переговоры с «Хабаровским» стар.мехом прошли на удивление быстро и весело, и получив от своего первого в жизни морского «деда» команду лететь в отдел кадров пароходства получать паспорта моряков, и устраиваться - мы полетели.
Пароходская паспортистка протянула руку за моим гражданским паспортом, чтобы взамен выдать мне морской и … зависла.
-Я не могу вам выдать паспорт моряка. – сказала она, и я чуть не рухнул с мачты на палубу и сквозь нее - под ватерлинию.
-Почему?
-Потому, что в гражданском паспорте ваше отчество записано как «Валериевич» а в морском «Валерьевич».
-Ну правильно, - говорю,- записано. По-современному! - Я ей начал было рассказывать про правила русского языка, про Елену Александровну, мою и его учительницу, она же ответила чтобы я передавал Елене Александровне привет и вместо новенького морского паспорта, вернула мне потертый гражданский. Теплоход «Хабаровск», совместно со всеми его морями и океанами, и Иокогамой в придачу, стремительно накрывался от меня с головой - медным тазом.
Вариант изготовления нового Паспорта Моряка в частном порядке в Советском Союзе за три дня, не мог бы прийти в голову даже самому сумасшедшему коммунистическому паспортисту! Но был понедельник и значит - самое начало рабочей недели, а пароход уходил только в пятницу. А еще Сильно Повезло с тем, что пока не родились понятия «в одно окно» и «МФЦ».
В ночь я прыгнул в поезд и поехал на малую родину. Расстояние от Владивостока до родины не большое - ровно как от Праги до Берлина. К обеду следующего дня мы с моей мамой были в отделении местного ЗАГСа, со всеми документами относительно меня и всей моей семьи. Необычайно приятная женщина паспортист сгребла все это в кучу, и к вечеру того же дня выдала мне мое новое свидетельство о рождении с тем же отцом, но новым отчеством - Валерьевич. Словно заново родившись, я с огромным удовольствием выдал ей коробку конфет и поклонился в пояс.
В ночь – «снова поезд» на восемь часов, и бегом в сопку, в паспортный стол Фрунзенского района города Владивостока. Потом вниз, в срочное фото, не проходящий мандраж, снова вверх и вниз, и к обеду следующего дня новый гражданский паспорт у меня в штанине.
Когда я протянул его нашей, пароходской паспортистке она посмотрела на меня как на героя-севастопольца, и широко улыбаясь выдала мне Паспорт Моряка.
На борт теплохода по трапам и сходням я взбегал одним из последних, прямо перед таможенным, пограничным досмотром.
Иока я иду к тебе!
+-39
Проголосовало за – 161, против – 200
Статистика голосований по странам
Чтобы оставить или читать комментарии, необходимо авторизоваться. За оскорбления и спам - бан.

Общий рейтинг комментаторов
Рейтинг стоп-листов

Рейтинг@Mail.ru