Несмешные истории

Смотрю, как внучка играет в запрещенный Роблокс с подружкой, попутно общаясь с ней через запрещенный Ватсапп...
Получается, наших детей с юных лет приучают, что государство с его механизмами ограничений и запретов, это какой-то виртуальный надсмотрщик.
Он злой и вредный, как отрицательный герой из мультика, потому что запрещает безобидные и безопасные вещи - игру, мессенджеры, Ютуб.
Но тупой, потому что можно обмануть его, скачав ВПН, и пользоваться этими сервисами дальше....
Очевидно, что это отношение, закрепляемое с юных лет, будет экстраполироваться на все дальнейшие взаимоотношения с государством. Не помогут учителя, которые так же недоумевают, почему их принудили делать группы сначала в ватсапп, потом в телеге, потом принудительно погнали в мах.
Не помогут родители, которые сами в ахуе и не скрывают своего отношения к происходящему.
Патриотизм, воспитание молодежи, служение обществу - эти слова, и скрытые за ними смыслы, мы слышим только от одинаково раздражающих мерзких морд в телевизоре.
Морды по определению не скажут ничего хорошего, иначе они так не бесили бы родителей и учителей.
Битва за будущие поколения, фактически, проиграна.
Хотя, это смотря на чьей вы стороне...
P.S.
А можно поинтересоваться - в нашем государстве вообще есть единая национальная идея и мораль? Такая, например, как раньше - Человек человеку - друг, товарищ и брат! Или все эти потуги сделать новую человечную государственную идею и мораль - из области очередного фантастического трепа и освоения фондов мерзкими телемордами?

Президент Казахстана предложил создать премию имени Трампа:

"Я хотел бы предложить учредить специальную награду... ...имени президента Трампа, чтобы отметить его выдающиеся заслуги в миротворческой деятельности"
(с) Токаев

И сразу можно предложить Дональду титул "Елбасы", который пустует после того, как его отобрали у Назарбаева.
И заодно Астану в Дональдык переименовать по казахской незалежной традиции.

Про отца Анджея

Я католик. Ортодокс. Не святой, но и не последний грешник.

Детство моё прошло в советской школе, под мерный стук мела по доске и рассказы о том, что Бога нет. Ну нет, так нет — что я тогда понимал? До двадцати пяти я жил в этом тихом безветрии атеизма.

А потом случилось то самое «потом». В двадцать пять лет из-за какой-то нелепой теологической мелочи я надолго разошёлся с друзьями... Эх... Сейчас вспоминаю — и щемит. Это перевернуло душу. Начал читать, искать, бродить по храмам в поисках того, кто объяснит, как жить дальше.

Помню, ехал в такси. За окном мелькал город, мы зацепились языками с водителем о вечном. Он ткнул пальцем в неприметный фасад:
— Вон там церковь есть, меня звали как-то.
— И что, зашёл?
— Да нет, — отмахнулся он, — всё некогда, всё суета...
— Давай, — говорю, — я за тебя схожу.
— Да не вопрос. Привет там передавай.
— Да не восклицательный знак, передам.

Я тогда сходил с ума по Ванге. Верил в неё, как в истину в последней инстанции, таскал с собой брошюру с её фото — чуть ли не инструкцию к жизни. С ней и пришёл, «освящать». Меня встретил мужчина: крепкого телосложения, в гражданском, но с такими глазами... Добрыми, какими бывают глаза только у тех, кто много видел.

— Освятить? Идёмте.
— Только... церковь ведь Вангу не признала?
— А, ну тогда нельзя. Но мы можем просто помолиться. Вместе.

Он молился так, будто разговор шёл напрямую, без посредников. А потом был чай. Настоящий, согревающий не только руки. В его гостеприимстве не было расчёта — только искреннее сердце. Я стал приходить по утрам. Завтраки, тихие разговоры в лучах утреннего солнца, которые красиво освящали разукрашенные стекла... Так я обрёл веру. И нашёл отца Анджея.

Отец Анджей — человек, у которого слово и дело спаяны намертво. Он говорил: «Важно не сколько раз ты пообедал, а сколько раз разделил тарелку с голодным». И делил, если была возможность.

Помню Женю — и бандит, и алкаш, вечный гость за решёткой. Выйдет, бывало, на свободу — грязный, в лохмотьях, голодный — и сразу к отцу. Тот его в ванну, переоденет в чистое, накормит... Несколько лет отец с ним возился. Что-то не видно Жени в последнее время. Может, снова присел, а может, уже в лучшем из миров. Тишина от него осталась.

Отец очень легко расставался с вещами. Дорогой мобильник — кому-то, мне — не менее дорогие наушники. Если видел, что человеку нужнее, отдавал не задумываясь. У него потрясающее чувство юмора, тонкое, как лезвие. Если кому будет интересно, об этом я как-нибудь напишу отдельно — там есть над чем посмеяться сквозь эти ностальгические сумерки.

Он стал мне вторым отцом. Буквально. Одевал, обувал, кормил, давал кров, когда мне некуда было идти и пока я решал свои квартирные вопросы. И именно он, долгих пятнадцать лет (пятнадцать, Карл!), мягко, по-отцовски подталкивал меня к примирению с родным отцом после четверти века вражды. И таки добился своего, уговорил. Как хорошо сказал Соломон Маркович " я - из семейства ...бланов Непримиримых". Но отец Анджей переборол меня. Спасибо отец!

Он научил меня видеть ложь этого мира — все эти деньги, власть, напускную красоту и «понты», на которых кто-то делает бабло. Посмотрите в глаза олигархам, власть предержащим, популярным людям— увидите там счастье? Настоящее, тихое счастье? То-то и оно. Когда нет истинного света, люди пытаются греться у костров из всякой фигни...

Отец Анджей... Не хочу лепить из него святого, но он близок к этому. По его молитвам люди вставали на ноги, мирились, находили свой путь в профессии и личной жизни многое, многое другое. Если рассказать о всех чудесах, это будет полное собрание сочинений Толстого в 120-ти томах.

Последние новости. Сейчас он в Польше. Ему восьмой десяток, время покоя и мемуаров, но это не про него. Он всё так же бодр, активен, работоспособен. Спит пять часов в сутки, в свободное время сочиняет белые стихи, все также заботится о бедных, все тот же беспокойный отец Анджей. Кстати, он знаменит в своей Польше, все его знают.

Гвозди бы делать из этих людей:
Крепче бы не было в мире гвоздей.
(Н.Тихонов)

С., ГОСТ.

Считается, что у 1-го президента США Джорджа Вашингтона были деревянные зубы. Это неправда. На самом деле все было куда хуже. В его вставных челюстях имелись зубы, сделанные из кости гиппопотама и свинца, зубы лошадей и ослов, а также человеческие, купленные у бедняков или вырванные у рабов. На фото 1910 года – реальные вставные челюсти Джорджа Вашингтона.

Зубы были его главной бедой. Они начали выпадать еще в молодости. К моменту избрания президентом в 1789 году, когда ему было всего 57 лет, у него оставался только один свой зуб. Да и тот скоро был вырван. У Вашингтона имелось несколько разных наборов вставных челюстей и зубных протезов. Все низкого качества, они мешали есть и говорить, натирали десны и причиняли сильную боль. Вашингтон постоянно жаловался на свои зубы и мирился с ними только благодаря регулярному приему опиума (лауданума).

Вот почему на всех портретах у него такое кислое лицо.

В далёком 2000-м году на этом сайте появился, как тогда казалось, анекдот.
https://www.anekdot.ru/id/-2030700006/

Дебаты по импичменту президенту Клинтону. Обвинение, исчерпав все аргументы, представляет сенату последнюю улику - знаменитое платье Левински со "следами" президента.
- Что вы на это скажите, президент? - спрашивает прокурор.
Клинтон, опуская глаза:
- Это мое платье.

И теперь вопрос - автор знал или случайно угадал?