Самые смешные истории за день!

Диагноз?

- А жизнь – это серьёзно?
- О да, жизнь - это серьёзно! Но не очень…

"Вкусна и на цвет красива
Альтернатива! Альтернатива!!!"

Пятнадцать лет назад (на тот момент мне было 45 лет) после грандиозной попойки почувствовал себя не очень. Казалось бы, обычная история случается со всеми время от времени, а значит, пройдёт само.

Не прошло.....

1. Спустя две недели я понял, что дело непросто, и пошёл сдаваться врачам. Которые, проверив меня на всё, чем в принципе может болеть нomo sapiens, вынесли вердикт - Здоров. Что несколько утешило, но хорошего самочувствия не прибавило.

Прошёл месяц. Становилось всё хуже и хуже. Я потерял десять килограмм живого веса. Меня постоянно тошнило и выворачивало от любой предлагаемой женой пищи. Пульс хорошо тренированного человека (КМС по лёгкой атлетике), в обычное время составлявший не более 45-50 ударов в минуту, зашкаливал за 100-110.

Несмотря на мои протесты, супруга подняла тревогу, сообщив, что с Вовой неладно всем нашим друзьям. Которые незамедлительно откликнулись, задействовав все свои нужные и ненужные связи в сфере медицины.

Где я только не был в качестве медицинского туриста и пациента. Посетив за короткое время немалое количество ведомственных, частных и министерских больниц. Диагноз был неизменен, как пионерская клятва - Здоров.

Друзья мои не из тех, что привыкли отступать перед трудностями. Следующим этапом в операции "Вылечить Вову" стали консультации с светилами и узкими специалистами. Оооооо, это было незабываемо и феерично. Среди прочего мне "продули" все физиологические отверстия, включая "дно". Лишив на пятом десятке анальной девственности посредством гибкого шланга с камерой, осветившей мой доселе неведомый богатый "внутренний мир".

Догадайтесь, каков был диагноз?

Здоров!!!

Вот только, несмотря на то, что я был здоров, мне становилось всё хуже. Вес болтался около семидесяти и продолжал снижаться. Еду и питьё организм отторгал и не усваивал, за исключением водки и пельменей, на том и держался.
Дошло вплоть до того, что когда нашу машину на дороге подрезал какой-то мудак. У меня впервые за всю предыдущую жизнь не включился режим берсерка, и я не вышел в чисто поле навалять супостату. Оставив жене почётное право нанести лёгкие телесные неприятелю и решить проблему по своему усмотрению.

2. Закончилось всё в один день, когда я пришёл сдавать холтер в нашу местную больничку. Где сердечных дел специалист, выгрузив в компьютер инфу о моём "пламенном моторе", сообщил, что патологий не наблюдает и чем ещё помочь, не имеет понятия. Однако в качестве альтернативы своему мнению предлагает поговорить с его учителем, который работал в этой больнице кардиологом в шестидесятые-восьмидесятые. Поведав, что тот сегодня как раз заглянул на бывшее место работы пообщаться с коллегами и на данный момент находится в ординаторской.

Спустя десять минут я сидел напротив древнего деда с прокуренной бородой и блестящей лысиной. Предложенные его вниманию документальные подтверждения моего недуга старпёр проигнорировал, сообщив, что это без надобности, он и так уже всё понял. После взял меня нежно за руку и, заглянув в глаза, сказал: "Вовка, не еби мне мозги. Ты здоров и ещё 100 лет таким останешься. Иди уже домой и не ссы по поводу. За консультацию с тебя коньяк и блок "Кэмэла". На этом всё. ".

Вы не поверите, но спустя полчаса, когда я добрался домой, все симптомы прошли, как будто их и не бывало. С тех пор минуло уже пятнадцать лет и.... полёт нормальный. Что это было? Такова сила внушения и самовнушения? Чудо? Не знаю! Да и знать не хочу. Но на всякий случай, с того момента спорт, относительно здоровое питание и пофигизм к реальности стали моим приоритетом.

P. S. Для оголтелых фанатов ЗОЖ, веганов, трезвенников, адептов вер и..... А так же прочих утырков, ханжей и неврастеников сообщаю - курить и бражничать с друзьями (относительно в меру) я не перестал. По банальной причине - не так уж и много в нашей земной жизни вещей, доставляющих радость. Чтобы отказываться в угоду не пойми чему от доброго застолья, чары крепкого вина и любви прекрасных дев.

P.S.S. Уважаемые читатели, я отменяю "творческий отпуск". По причине, что неизвестный друг "Вития" (не нашёл такого ника на сайте для поблагодарить) и ещё два достойных человека. Убедительно доказали, что сиё преждевременно и неактуально. Спасибо ребята, донат это лучшая оценка трудам. И весомый повод продолжать.

В Древнем Риме перед тем как отправить тесто в печь, римские пекари ставили на него бронзовый штамп. Причина была практической. Пекари пользовались общими городскими печами, и в одной печи одновременно выпекались десятки буханок от разных мастеров, и без клейма было невозможно понять, где чей хлеб.

Плюс хлеб в Риме строго контролировался государством. Чиновники проверяли вес, размер и цену буханок, чтобы предотвратить обман покупателей. Клеймо позволяло точно установить, кто отвечает за конкретный хлеб.

В детстве я жил на Украине, в городе Кривой Рог, а мой прадед Евтух жил в селе Александровка. Мы регулярно ездили к нему в гости. Однажды мне разрешили взять с собой друга Гарика...
Этот тазик с засохшей извёсткой и торчащей из неё железякой мне попадался на глаза не раз.
- Ух ты! - воскликнул Гарик, освобождая железяку из извёстки. - Это же австрийский штык!
- Ну да, - говорю, - Дед Евтух в первую мировую воевал, у него и Георгий есть.
Тут Гарик мне и говорит:
- Так у деда и пулемёт есть - ховае на горище (прячет на чердаке)
Логично? Логично! Полезли искать кулемёт...
В результате наших поисков на деда Евтуха посыпалась штукатурка (дом был очень старый)
Дед поднял тревогу, нас сняли с горища, а Евтух приказал всех выпороть. Пороли только меня. И то не больно - только ржали:
- Шо шукали? кулемёт? ха-ха-ха!
А я смотрю Евтух на чердак лезет, не иначе пулемёт перепрятать...

В разгар Карибского кризиса, когда мир замер на грани ядерной катастрофы, в ледяных глубинах Гренландии тихо копошился другой, не менее амбициозный проект Пентагона - «Ледяной червь». Если кубинские ракеты были кинжалом у горла Америки, то этот замысел должен был сокрушить СССР из Арктики.

В 1958 году, на пике гонки вооружений, стратеги Армии США задумали невероятное: создать под ледяным щитом Гренландии подвижную сеть из 600 ядерных ракет. Проект «Ледяной червь» предполагал прокладку 4000 километров тоннелей - целого подземного царства, где на мини-поездах должны были курсировать ракеты «Айсмен», готовые в любой момент вырваться из-подо льда. Площадь этого комплекса в итоге должна была в три раза превысить территорию Дании. Расчёт был на полную неуязвимость: чтобы уничтожить такую систему, СССР пришлось бы накрыть ядерными ударами колоссальную площадь более 100 тысяч квадратных км.

Для отработки технологии и прикрытия истинных целей в 1959 году началось строительство базы «Кэмп Сенчури». Миру ее представили как передовой «ядерный арктический исследовательский центр».

Что было построено? 21 туннель общей длиной около 3 км, где разместились жилые помещения, научные лаборатории, больница, магазин, театр и даже часовня. Базу питал первый в мире мобильный ядерный реактор, работавший на оружейном уране.

Чтобы замаскировать военные цели, был снят пропагандистский фильм, демонстрирующий уютный быт 200 солдат и ученых. Мир и только мир, никакой войны.

Хотя проект стартовал раньше, именно Карибский кризис стал для него катализатором. В тот момент, когда СССР попытался разместить ракеты у берегов Флориды, американцы с удвоенной силой ухватились за идею создания проекта. Гренландия, находящаяся на кратчайшем пути к целям в СССР, становилась идеальным ответом. Параллельно в Антарктиде советские специалисты якобы работали над базой «Ледяной кулак» внутри айсберга. Правда или нет - это тайна до сих пор.

Грандиозный замысел "Ледяного червя" разбился не о политику, а о непредсказуемую мощь природы. Кому будет угодно - Провидения. Ледник оказался живым и подвижным. Его воля к жизни спасла мир от угрозы ядерной войны.

Стены тоннелей под давлением льда начинали необратимо деформироваться и сходиться. К 1962 году потолок реакторного зала просел на полтора метра.

Подвижная среда требовала титанических усилий для расчистки - до 120 тонн снега в месяц только для поддержания 3 км тоннелей. США стало ясно, что сооружения будут полностью разрушены льдом уже через 2 года после постройки. В 1963 году ядерный реактор вывезли, а вскоре проект был закрыт и засекречен на десятилетия.

Уходя, военные, уверенные, что лед похоронит всё навечно, оставили в тоннелях опасное наследие - около 200 тысяч литров солярки, химикаты и неочищенные сточные воды.

Есть данные ученых, что к 2090 году таящий ледник может высвободить эти отходы в окружающую среду.
Причина - глобальное потепление. То, что должно было стать вечной могилой для секретов холодной войны, может превратиться в экологическую катастрофу.

Сегодня Трамп утверждает, что Гренландия нужна лишь для обороны. Он намерен разместить элементы системы ПВО «Золотой купол», чтобы защититься от ядерного удара, поскольку через остров проходят траектории полета межконтинентальных баллистических ракет. Он настаивает, что для эффективной обороны США должны получить полный и бессрочный контроль над территорией, а не просто арендовать ее. Однако эта логика несостоятельна: США десятилетиями успешно использовали там базу на условиях аренды, а новые технологии и так снижают исключительную важность этой локации.

Что же таят в себе льды Гренландии? Будут ли там размещены вновь ядерные ракеты?

Интерес Трампа на словах - оборонительный. Хотя он обмовился, что «больше не чувствует обязательства думать исключительно о мире» - не дали Нобелевскую премию. А может он изначально о мире и не думал?

"Война — это мир, свобода — это рабство, незнание — сила".

Джордж Оруэлл, "1984".

С. Шилов

Немного статистической патетики от NASA:

Человек не может представить как выглядит реальная картинка бытия, поскольку он может видеть менее 1% от электромагнитного спектра и слышать не более чем 1% от акустического.

90% клеток в вашем теле работают в симбиозе с микроорганизмами, которые имеют собственную ДНК и не являются "вашими".

Атомы в вашем теле представляют на 99,9999999999999999% пустое пространство и ни один из них не является порожденным вами - все заимствованы из бывшего звездного вещества, когда-то возникшего в чреве взорвавшейся звезды.

Человек имеет 46 хромосом, на 2 меньше, чем картофель.

О денежной реформе 91-го
Воспоминаниями о ней поделился автор истории https://www.anekdot.ru/id/1575148/
Я сам, сколько ни пытался, ни шиша об этой реформе лично для меня вспомнить не смог. Наверное, из-за нищенского своего положения тогда.
А одна коллега по работе на этой реформе сильно пострадала. Молодая, спортивная и очень энергичная, она время от времени ездила за бугор калымить "вахтовым методом", обычно от нескольких месяцев до года. В очередной раз уехала за бугор за некоторое время до Павловской реформы 91-го с обменом купюр. Работала очень усердно, до позднего вечера, поддерживая форму вечерними пробежками или велопоездками. Банковского валютного счета тогда не имела, заработанное возила налом с собой. Это было несколько рискованно при прохождении досмотра по прилету в Москву. В тот раз, если не ошибаюсь, она засунула купюры под стельки в туфли, и успешно прошла контроль в Шереметьево.
Сияя от радости от успешного прохождения контроля и возвращения на родину, примечает в зале аэропорта объявления об обменных курсах. По выходу из аэропорта ей, все еще сияющей от радости, повстречались два молодых интеллигентных паренька, которые вежливо поинтересовались, не хочет ли она поменять валюту на рубли. Назвали курс обменный, явно более выгодный, нежели она увидела. Сказали, что в Москве она лучшего не найдет, а они меняют, потому что им для срочной бизнес- поездки еще валюта потребовалась. Коллега моя, еще более радостная, что все так удачно складывается по прибытии на родину, обменяла у них значительную сумму своих денег.
Она не сразу узнала, что получила купюры, вышедшие из обращения.
П.С. Гаврики, видать, неплохие психологи были.

Сегодня вечером у нас были гости. Молодая супружеская пара, современные и хорошо образованные люди, с которыми мы мило общались несколько раз, пришли к нам на ужин. Мы с супругой два дня бегали по маркетам и гастробутикам, накупили продуктов, достаточных для арктической зимовки.
Десерт и выпечка была на жене, а я взял на себя более серьезные обязанности.

Первым делом собрал сырную тарелку: маленькими кубиками брынзу, треугольником маасдам, стружкой пармезан - все, как положено.
В пиалах шор и мотал, помидорчики черри и свежие огурчики рядышком.
Отдельно собрал блюдо с соленьями: крепкие и пряные огурчики, баклажаны в уксусе и чесноке, которые своим ароматом ультимативно призывали к долгому застолью. Квашеную капусту, сладкую и хрустящую, как первый снег под ногами в Ясамальскую ночь, приправил чуть-чуть фермерским подсолнечным маслом и свежей киндзой - очень вкусно, рекомендую.

И селедочка.
У меня она особенная, я ее мариную в уксусе, соли и сахаре и еще добавляю горчицу.
Не дижонскую, не американскую, не баварскую, а настоящую горчичную горчицу, от одного запаха которой на глазах не то что слезы, а Ниагарский водопад со всеми ручейками.
К селедке, конечно, отварил картошку, разделенную вдоль продолговатого клубня, так лучше сохраняется текстура.
Сверху положил добрый кусок сливочного масла.
Присыпал сверху мелко нашинкованным свежим укропчиком, как каплями летнего дождя.
На дно тарелки положил пару кусочков черного хлеба, купленного в немецкой пекарне по цене чуть дороже мяса.
И вся эта драгоценная жидкость, расплавленная картошкой, стекается на хлеб ручейками изумрудного цвета.
Нанизываешь на вилку кусочек этого хлеба, с селёдочкой и картошечкой - это в правой руке.
В левую руку берешь, ну, вы знаете что, и мысли в это время такие чистые и благородные, и слова тоста собираются красивым порядком, как жемчужины на ожерелье... благодать...
На горячее я приготовил мое фирменное блюдо "Тава из Алатава".
Это когда в сковородку кладу баранину, овощи, чесночок, специи.
И все это безобразие варится, тушится, стреляет раскаленными каплями, шипит и шкворчит, и одновременно соблазняет желанием макнуть хлебушек в сковороду.
Про хлеб вы уже знаете...

Ровно в 19.00 в дверь постучались.

Влияние Кембриджей и Оксфордов было во всей красе, иначе откуда такая пунктуальность?
Супруге вручили вручили небольшой букет, а мне преподнесли пакет бледного цвета, называемого модным словом крафт.
Краем глаза разглядел внутри упаковку кофе и унылые печенюшки.

Сели за стол.
Я достал из шкафчика заранее приготовленный графинчик и разливая умелой рукой аперитивчик, услышал роковую фразу, что мы, мол, не пьем - ПП, йога, яма, неяма, пилатес и все такое.
Вроде умный и образованный человек, с высшим образованием, магистратурой и всякое такое,
- и вдруг заговорил о здоровом образ жизни, обо всяких мантрах, асанах, осознанности, и прочих странных словах.

И что мне прикажете делать?
Столько труда, денег и времени потраченно - и все зря?
Что мне с селедкой делать?
Я всю жизнь ем ее двумя руками: в одной рыба, в другой рюмка.
Одной рукой я ее не осилю, я не ударник из группы "Def Leppard ,".
Зачем мне макать хлеб в "Тава из Алатава", какой смысл, скажите мне, пожалуйста, господин магистр, бакалавр и прочий ученый человек.

Пришлось весь вечер смотреть по YouTube на тетку, которая пыталась почесать левое ухо правой ногой, и пить принесенный гостями кофе с выпечкой со вкусом несбывшихся надежд.

Что за жизнь пошла - кофе без кофеина, выпечка без сахара, люди без совести...

©Автор Mahir Taghiyev пишет книгу...

Летом мы, как обычно, поехали на машине к морю и сняли домик недалеко от пляжа. С немецкой овчаркой иначе и не попутешествуешь. Мы ездим почти каждый год, уже знаем пляжи, где разрешены собаки, и чувствуем себя там как дома.
В тот вечер, вдоволь назагоравшись и отведав местного вина, я и пёс неспешно направились домой. Ему ужин и сон, мне - душ и переодевание перед вечерней прогулкой.
Пёс у меня конфликтный. Несмотря на солидный возраст в девять лет к другим собакам он настроен агрессивно, поэтому обычно я держу его на поводке. Но тут улица была пустынной, дворы отгорожены сетчатыми заборами, а я был навеселе.
И я его отпустил. Чтобы не тормозить у каждого столба и не тянуть его дальше.
И тут за одним из заборов выскочил какой-то собачий парниша, на вид год - полтора. Увидев моего старичка, он начал истерично лаять, кидаться и скалить зубы.
Мой за словом в карман не полез, подбежал и стал активно огрызаться в ответ.
Забор был крепкий, я не переживал. Даже наоборот, был доволен: пусть отведёт душу. Крепче спать будет. А то в силу характера всё один да один.
Я в конфликт не вмешивался.
И вдруг замечаю: тот, за забором, лает уже в одиночку. Мой постоял, развернулся и побежал за мной.
— Что, — говорю, — обломал тебя молодой? Не переживай. Ты в его годы сам был таким же хамом, на всех орал. Вот и пришло твоё время уступить дорогу.
Пёс бежал рядом. Мы молчали…
На следующий вечер мы шли тем же составом, но по параллельной улице. Состояние у меня было отпускное, заборы казались такими же надёжными и я снова дал псу волю.
Ну и за забором нас уже ждала очередная склочная собака.
Мой опять не остался в долгу и начал усердно облаивать её. Я уж было подумал, что сейчас повторится вчерашнее отступление…
Но нет.
Та собака вдруг сделала круглые глаза, замолчала, а потом и вовсе присела, не отрывая взгляда от моего.
А мой выдал пару контрольных:
— Гав. Гав.
Развернулся, выпятил грудь и гордо отбыл прочь.
Та так и осталась сидеть.
Мы прошли дальше. И тут до меня дошло. -Рим, говорю, это ты, что ли, словами вчерашнего малолетки сегодня эту псину уделал? Хипуешь, клюшка?
И вот можете меня убить, если я вру, я совершенно отчётливо услышал, как мой пёс горделиво и задорно хмыкнул, продолжая весело трусить со мною к дому.

1996 Антверпен. Я решил погулять хорошенечко. Мясыч отобрал у меня все деньги, оставив тыщу баксов. "Один х без денег вернёшься". В углу Фолкон плэйн - бар. Решил начать с него. Рядом дружелюбный негр Гастон. Угощаю его выпивкой. Посетил проститутку, снова в бар. А негрила уже не совсем в адеквате, говорит мне:"Ты давай, наливай". Два нигера поднимаются из углов кабака. А тут за столиком четверо одесситов, крупные такие мореманы. Короче, кабак мы разнесли. Подхожу к такси до Синт-Никласа 20 км хотят 200 баксов. С ума сошли? Одесситы:"Давай к нам на пароход. На такси доедем. До утра побудешь. А то щас полиция приедет, будешь в ментах ночевать." Но! Я же гений, бля. Спасибо, парни, я справлюсь. Иду в пуб дом к негритоске с которой занимался.
- На ночь пустишь?
- 5000 франков.
- Мне только поспать.
- А, ну, 1000 франков.
5:00 утра или около этого. Сутик - негрила. Прямо как в Брате-2 поднимается по лестнице и орёт. Балабанов сюжет взял из жизни. Возможно из моей. Приложил я негрилу, он кувырком со ступенек. Девка мне:"run".
"Убежал я и собак перехитрил, совершая полуночный марафон..."
Мореманы:
- Ты откуда такой борзый-то взялся?
- Клайпедская мореходка.
- Наш человек.
Моряк моряку всегда брат.

Станиславский закричал бы «Верю, верю!»:

Не знаю как у вас, а мой вечер прошел в философском наблюдении за тем, как местная коммунальная служба борется с говном.
Не то, чтобы текущее по дороге говно в наших краях было какой-то экзотикой – на нашем курорте мирового уровня в Шерегеше оно течет по дороге постоянно, и все к этому давно привыкли – но в этот раз оно потекло прямо за окном, из колодца, через остановку, прямо на дорогу – это было что-то новенькое.
В районе обеда теплые стоки разъели леденистый накат дорожного полотна, и машины начали проваливаться. Пятно слякоти быстро увеличилось к вечеру – когда жители вернулись с работы и начали активно опорожнять организмы, а когда стемнело, тонкая струйка уже смогла пробить себе русло по дороге на добрую сотню метров.
Первое появление аварийной бригады я застал примерно в полдесятого вечера, когда пошел выносить мусор – два человека задумчиво смотрели в открытый колодец, а третий стоял чуть в стороне.
Вернувшись домой, я выглянул в окно – никого рядом с колодцем уже не было.
В начале 11-го часа я опять заметил рядом с колодцем трёх человек. К этому времени они успели подняться вверх по склону и раскопать соседний колодец, который располагается выше по течению каловых масс.
Логика сего действия осталась мне непонятной, но к этому времени этот колодец уже был оставлен без внимания и люди задумчиво смотрели в тот, что источал благоухающие массы.
Следующий час не был ознаменован сколько-нибудь значимыми событиями. Специалисты изредка тыкали внутрь колодца длинной арматурой, с наваренным на её конце подобием решетки. Останавливались покурить и поговорить. В какой-то момент приехала какая-то женщина. Покурили и поговорили с ней. Опять тыкали арматурой, светили телефоном. Периодически куда-то звонили. Замерли и долго стояли. Затем перешли через дорогу и на обочине долбили ломом слежавшийся снег.
Быстро это дело бросили и взобрались на кучу снега. Постояли на куче, спустились вниз, постояли возле дорожного знака. Много беседовали.
В начале 12-го часа наступило оживление – приехал головастик, из которого выгрузили трубы, которые стали скручивать между собой, и катушку с тросом. Из машины появился четвертый специалист с фонариком.
Четырехметровую трубу, с плавно загнутым снизу концом, стали опускать в колодец с целью попасть загнутым концом в выпускное отверстие колодца. Сделать это долго не удавалось, но в определенный момент усилия увенчались успехом. В трубу пропихнули трос и вдвоем пытались продолбить засор. Ничего не получилось, трубу несколько раз доставали, много суетились.
В какой-то момент пришли в замешательство, а потом наступило отчаяние.
Двое решительно направились к машине, вслед им прокричали: берите всё, что есть! Машина отъехала.
Минут через 10 машина вернулась, двое перешли через дорогу и стали долбить ломами снежный накат на краю дорожного полотна.
Продолбив небольшое углубление, - бросили. Один отошел на пару метров и несколько раз ударил ломом ещё в одном месте. Вернулись к колодцу.
Поняли, что работать не очень удобно – раскопали сугроб и расширили доступ, чтобы возле колодца можно было удобно стоять двум человекам.
Продолжили долбить тросом в трубу. Извлекли конструкцию, накрутили на трос наконечник, продолжили с ним. Достали трубу с тросом, специалист начал откручивать наконечник и уронил его в колодец. Много кричали матом. Уронивший обвинил остальных в том, что они его заворожили.
«Завороженного» спустили на веревке в колодец и вытащили наружу с наконечником, после чего он лег на снег и начал тереться об него, чтобы очиститься.
Начали собирать инвентарь, долго не могли закрыть крышку, наконец справились и уехали.
Утром приехал погрузчик, сгреб пропитанный ссаками и говном снег на обочину рядом с остановкой, сковырнул огромный ледянистый ком и толкнул его прямо на крышку злополучного колодца.
Всё это было совершенно обворожительно наблюдать, смотрится – как оскароносный документальный фильм, спасибо большое всем действующим лицам.

Вячеслав Чернов

На гауптвахте меня провели к начальнику. И опять таки он опять оказался моим хорошим знакомым, братом друга Славика. Чин его по погонам сообразить не мог, какие-то два ромба. Но наученный опытом с Янисом, я виду не подал и состроил скромный вид. Однако друг Славика широко заулыбался и предложил присесть:
-А вас то за что? Сегодня вы уже четвертый от Яниса!
Мы разговорились и я высказал мнение, что алкоголиков нельзя ставить директорами департаментов. Из-за неудовлетворенной тяги спиртному они становятся сильно раздражительными.
Друг Славика смял и закинул в мусорник какую-то бумагу со стола:
-Сделаем вот что! Вы завтра купите бутылку коньяка, зайдете с ней к Янису и утрясете конфликт. Вот такого!
С этими словами он полез в сейф и вытянул оттуда бутылку с двумя стакана и разлил коньяк. Мы хлопнули по стакану, потом еще. Брат Славика предложил доставить меня на квартиру, но я отказался. Трамвайная остановка была за углом.
К Янису я не пошел. Но случай столкнул меня с ним опять в здании с департаментом. Нашей артели предстояло перекрыть крышу.
Как я вместо таможни оказался в кровельной артели писать не буду. Это очень длинная история. Коллеги были когда-то серьезными людьми, но Зеленый змий овладел помалу их немудреными душами. Может здесь была частично и моя вина с философией непротивления злу. Правда они сопротивлялись, как могли. Старались принимать только качественный алкоголь. Марьян покупал только живое пиво, а Сигизмунд исключительно "Хванчкару". "Хванчкара" продавалась в расписных с ярлыком, привязанным золотой нитью к горлышку. А на ярлыке были отпечатаны стихи Омара Хайяма на алкогольную тему. Сигизмунд выпивал стакан, смачно отрыгивал и читал их нам с выражением. Дозы со временем увеличивались и росло взаимонепонимание.
Наконец в один прекрасный день Сигизмунд объявил, что нашел знатного мастера и пригласил его в артель. Я задумался и приготовился паковать сумку.
Назавтра пришел знатный мастер в преклонных летах. Я с любопытством оглядел его инструмент. Это было нечто. Молоток с обгрызанным каким-то зверем рукояткой, ржавые ножницы по металлу. Компания шустро полезла на кровлю. В обед Сигизмунд пришел ко мне с раскрасневшимся лицом:
-Дед лепит горбатого, не знаю что делать? Я его уговаривал две недели и нахер послать уже как-то неудобно.
Посовещались и решили деда споить, чтобы не испортил нам общую картину.
На следующий день, я стоя за верстаком услышал за спиной страшный треск. Через дыру в крыше пролетел дед с граненым в руке, приземлился и тут же отправил содержимое стакана в рот. Видимо присел выпить на брус с суком и тот не выдержал. Мы торжественно отправили его домой лечить свихнутую ногу.
А внизу тем временем заходился Янис:
-Какой дурак нанял алкоголиков на работу в правительственное учреждение!? Гнать мудаков!!!
Мои мастера опечалились. Янис лишь только не плевал им в рожу. Потом закрыл туалет ибо алкоголики все там засцали.
Мы опять собрались на совещание. И я предложил, раз нас лишили туалета, то обустроим свой. В обед рулеткой замерили расстояние от наружной стены до дверей Янисова кабинета. Потом перенесли размеры на чердак. На эту проекцию кабинета поставили Марьяна с рейкой и спустившись вниз подкорректировали. Затем под каким-то предлогом заглянули Янису в кабинет и засекли расположение его стола. Наконец в точке над его столом на чердаке разгребли песок изоляции и раздвинули доски черного потолка. Между ямкой и потолком кабинета оставался только слой штукатурки.
Сцали мы туда регулярно все две недели до окончания работ. Странно, но никакой реакции снизу слышно не было. Я уже усомнился в точности расчетов. Но что делать?
Наконец дело было сделано и заказчик рассчитался с нами в коридоре. Только мы позасовывали купюры по карманам, как директорская дверь распахнулась и оттуда выскочил разъяренный Янис:
-Я же просил не брать алкоголиков!!! Крыша протекает! Капает прямо мне на голову грязная вода. Попали капли на важный документ.
Я еле сдерживая смех, обернулся посмотреть на коллег. Они сгибались пополам. Заказчик недоумевал:
-Да как крыша может течь, если месяц не было дождя и снег на дворе?
Потом Янис пропал. Я интересовался. Из Риги приезжало начальство из министерства на утиную охоту. Присутствие директора департамента было обязательным. Янису пришлось покупать резиновую лодку, болотные сапоги и ружье-двустволку. Первый выстрел его был неудачным, ружье дало сильную отдачу и дернулось и тут же машинально он прострелил лодку. Ружье выпало из рук в воду, лодку стало спускать и в сапоги набралась воду. И все происходило в зарослях тростника. Неудачливый охотник испугался и стал дико орать. Утки разлетелись, охота была сорвана. Но вроде его кое-как вытащили на берег. Кто-то из министерских поинтересовался:
-А кто этот мудак?
-Директор местного департамента.
-Директор департамента?!

Был в Берлине в 90-м, по-моему в октябре. Пересекал площадь возле Брандербургских ворот по диагонали, как раз по направлению к ним. На полпути замечаю две небезопасного вида группы лиц. Одна, судя по всему, демонстрация неонацистов - бритоголовых, в кожанках, агрессивно что-то выкрикивающих. Другая - полицейский спецназ в касках, со щитами и дубинками ... А я как раз между ними. Двигались они друг по направлению к другу довольно быстро. Как только я проскочил они схлестнулись ...

Лишний
Купила как-то несколько небольших цереусов в каком-то продовольственном магазине. Поскольку маленький горшочек был обернут бумажкой не знала сразу, скорлько их там. Мне-то нужен был один.
А их оказалось 7 штук. Магазину-то все равно, сколько продавать. Я прекрасна понимала, в какие "столбики" они вырастут. Значит, надо кому-то отдать. Рассадила в маленькие горшочки, слегка подрастила и пошла раздавать на работе. Кактусы не всем нужны, увы, тем более, цереусы.
Но 4 шутуки, выглядящих, как нормальные, но небольшае растения, удалось пристроить.
У меня осталось 3 -"большой", ростом сантиметра 3, и два поменьше, такого размера, что не отдашь обычным людям, а страстных любителей не знаю.
Большой в отдельный горшок, мелких, разделив перегородкой, в один.
Тот из мелких, который побольше, нормально рос, а маленький никак не хотел, беда такая.
Рассадила и их, в самую мелкую тару, которая нашлась.
Летом вроде бы начал потихоньку расти.
На зиму поставила их на подоконник, отгородив пластиковой защитой от теплого воздуха комнаты, чтобы обеспечить всем кактусам (у меня не только цереусы) холодную зимовку, насколько получится. Мелькнула мысль - может, мелкому рано? Да ладно, что ему, особые условия? Хотя какие особые, стоял бы рядом со столетником. Нет, поставила со всеми кактусами.
А тут мороз, а муж оставил приоткрытой форточку. Большие ничего, благополучно, а маленький, видимо оттого, что я его полила как-то, подмерз. Вытащила, конечно, в тепло. Не помогло, погиб. Жалко, живое же существо было...

История богопротивного XX века изобилует персонажами, олицетворяющими собой верность тезиса о том, что на детях гениев, героев или просто сильных людей, природа обычно отдыхает. Представители древней европейской аристократии, ставшие прихлебателями и подпевалами мелких лавочников, пивоваров и безграмотных нуворишей в стильной форме от Хуго Босс, церковные иерархи, почтенные прелаты, вещающие с высоких кафедр об общечеловеческих ценностях и травоядном пацифизме в то время когда в ядерном огне сгорают тысячи людей, министры огромных государств, политики высшего эшелона, не моргнув глазом сдающие приобретения своих предшественников и разваливающие свою родную страну "чтобы тусоваться красиво" - несть им числа...
Тем необычнее выглядят и ярче смотрятся на фоне происходящего вокруг безумия люди, подобные герою этого текста.
Итак, прошу любить и жаловать: Клеменс Август фон Гален, епископ Мюнстера с 1933 года, кардинал-пресвитер Римско-католической церкви с 1946 года, причисленный к лику блаженных в 2005 году.

Еще при жизни этот добродетельный муж обрел любовь и уважение окружающих, признание и славу "пастыря доброго" и, разумеется, жгучую ненависть со стороны некоторых власть предержащих. Фон Галена именовали сперва "папой Галеном", за аскетичность, подобающую сану, искреннюю и деятельную заботу не только о своей пастве, но и вообще обо всяком нуждающемся и за то что он не разделял людей по расам и национальностям, и уж тем более по степени и глубине их горя. С течением времени, когда Клеменс стал епископом своего родного города и не побоялся открыто выступить против беззакония, осудить варварство и предать огласке грехи властителей своей страны, его стали называть не иначе как Мюнстерским львом.
История этого человека - это история судьбоносных выборов, веры и верности своим идеалам. И в качестве эпиграфа к ней прекрасно подходит девиз, который взял себе молодой фон Гален: "Nec laudibus nec timore". На русский язык его можно перевести так: "Не восхищаюсь и не страшусь".
Но начать стоит издалека. Клеменс Августин Эммануил Йозеф Пий Антоний Губертус Мария фон Гален (оцените масштаб ф.и.о., да) родился в самую что ни на есть историческую эпоху: весной 1878 года. Буквально только что под грохот пушек и торжественные марши провозглашена Германская империя, в Европе стремительно набирают популярность немецкие наука и искусство, прусский орёл расправляет крылья, дающие тень сумрачному тевтонскому гению. Такое состояние дел на континенте дает юному отпрыску древнего вестфальского дворянского рода практически неограниченные возможности. И он не упускает своего шанса. Клеменс фон Гален, наследник графского титула, вместе с братом уезжает в австрийский Форарльберг, где практически оканчивает иезуитскую католическую школу "Звезда Утренняя" (потому что в окрестностях родного Мюнстера приличных католических школ не было, а в протестантскую идти не позволяла родовая гордость), а затем блестяще сдает экзамены в Германии, подтверждая свои солидные наследственные интеллектуальные возможности и живость ума. После этого возмужавший фон Гален ничуть не менее блестяще оканчивает доминиканский университет в Фрайбурге, окончательно утвердившись на традиционном для своей семьи пути служителя церкви.
Отличительными особенностями Клеменса были его строгость, и даже аскетичность. Сокурсники молодого вестфальца говорили, что он практически не пьет и осознанно избегает общества кокетливых женщин, которых всегда хватает рядом с любым уважающим себя европейским университетом. Особенно же всеми отмечалась последовательность в нелюбви к фальши мира: потомка древнего рыцарского рода натурально коробило от лжи и лицемерия, особенно - исходивших от представителей власти.
В годы своего обучения в университете, Клеменс активно путешествует по Германским землям, достаточно долго и тщательно знакомясь с народом, который ему в скором будущем предстоит вести к богу. Фон Галена заносит и в горные общины верхней Австрии, и в тихие городки среднего течения Рейна и в промышленные центры севера империи, и даже в прусский хартленд нового Рейха. Во многом именно в этих поездках окончательно формируется характер будущего епископа и кардинала - строгий, суровый внешне, и не терпящий несправедливости, как и подобает потомку рыцарей и прелатов, но вместе с тем деятельный, открытый и благодушный, как и полагается честному немцу.
В 1904 году Клеменс фон Гален был рукоположен в священники, а с 1906 года обосновался в Берлине, рьяно взявшись за дело укрепления католической веры. Он не посещал модных салонов и особняков знати - его паства обитала в бедняцких кварталах, рабочих бараках и общежитиях мигрантов - вчерашних крестьян, приехавших в город в поисках лучшей доли. Фон Гален разворачивается по-крупному, отдавая всего себя служению. Он открывает несколько школ для бедных (церковно-приходского типа, чтобы дети просто обучились грамоте, письму и счету, но это лучше чем ничего), занимается тем, что сейчас бы назвали социальной работой - физически помогает больным и увечным, приносит утешение умирающим и помогает людям, оказавшимся в сложной жизненной ситуации, параллельно проповедуя среди рабочих и бедноты. За свою искренность и деятельное участие в жизни практически каждого из своих прихожан, Клеменса начинают называть не иначе как "папа Гален". Двухметровый широкоплечий вестфалец, на котором бы куда лучше смотрелись кольчуга и шлем, а не сутана, никогда не отказывал в помощи нуждающимся, а его маленькая нищенская квартирка, заваленная книгами, нередко играла роль хосписа.
В 1914 году Клеменс, как и положено немецкому аристократу, приветствует начало войны, но, как и положено хорошему священнику, осуждает кровопролитие и всеми правдами и неправдами выбивает себе разрешение выезжать на фронт и нести слово божье солдатам кайзера. В постоянных разъездах между Бельгией, Прибалтикой, Галицией, Румынией и Лотарингией проходят для Клеменса следующие долгие четыре года. Поражение Германии в войне фон Гален воспринимает крайне тяжело, особенно на фоне волнений социал-демократов, социалистов и коммунистов, которых он с той поры считал не иначе как врагами Германии и церкви. Возвратившись в послевоенный обнищавший и озлобленный Берлин, Клеменс с жаром начинает клеймить их позором с высоты церковных кафедр, причем зачастую агитаторам нечего ему противопоставить, поскольку рослый и статный пастор, обладающий громоподобным голосом, смотрится куда выигрышнее простого распропагандированного работяги или интеллигента из венской кофейни. Но за идеологическими баталиями фон Гален не забывает о своем пастырском долге - он продолжает свою гуманитарную деятельность, помогает открывать общественные столовые для бедноты и проводит занятия в школах.
Так продолжается до 1933 года, когда Клеменс получает назначение в свой родной Мюнстер, дабы занять епископскую кафедру. На этом моменте история "папы Галена" завершается и начинается история "Мюнстерского льва".
Шикльгрубер был недобрым католиком но не хотел портить отношения с церковью, особенно с учетом борьбы с атеистическим движением внутри Германии, а после и с Советским Союзом, хотя и грозился спросить с нее после войны "до последнего пфеннига".
Приятным бонусом к защите фон Галена от весьма активных нападок воинствующих молодчиков в черном и доносчиков, стало международное признание его правоты: опираясь в том числе на материалы Мюнстерского Льва, Папа Римский выпустил энциклику "Со жгучим беспокойством", в которой осудил нацизм. О епископе Мюнстера услышал весь христианский мир, а значит его смерть моментально возведет его в ранг мученика, пострадавшего за веру. Партийные бонзы Третьего Рейха прекрасно это понимали, и потому были вынуждены терпеть несносного святошу, продолжавшего клеймить их позором и обвинять в забвении христианской морали и нравственности - основ европейской культуры и западной цивилизации.
Вот так, балансируя на краю пропасти (потому что желание заигрывать с элитами и не злить церковников это весьма эфемерная вещь и приказ о ликвидации несносного попа мог быть отдан кем угодно и когда угодно), Клеменс фон Гален доживает до конца войны, принимая поражение Германии как должное наказание за грехи ее вождей и молчаливо примкнувшего к ним большинства. В 1946 году он получает из рук нового Папы кардинальскую шапку, став кардиналом-пресвитером, и в этом же году мирно умирает в своей постели.
Однако в отличие от других борцов с гитлеровским режимом, имя фон Галена практически неизвестно не то что за пределами Германии, но даже за городской заставой его родного Мюнстера. И этому есть несколько причин.
Клеменс фон Гален был человеком твердым в своей вере и своих убеждениях. Зачастую - излишне твердым, если так можно выразиться. Он радел прежде всего о благе немцев как народа, но не был готов безоговорочно молиться о благе немецкого государства. Поэтому Союзникам, странам антигитлеровской коалиции неслабо доставалось от него на орехи, и он клеймил их позором тем сильнее, чем агрессивнее становилась война на западном фронте. Например после варварской бомбардировки Дрездена он с высоты епископской кафедры проклял тех, кто превратил город в пылающие руины. Он ставил во главу угла служение церкви, последовательно негативно отзываясь обо всех ее противниках. Так, в день начала операции Барбаросса, в своей проповеди он отметил, что и от чертей бывает польза, раз они борются с безбожным Советским Союзом. Если нацисты и большевики рвут друг друга на части - тем проще потом будет христианской Европе сбросить ярмо и тех и других. Фон Гален не заигрывал ни с кем - ни с немецкими антифашистами, ни с оккупационными администрациями, ни с прежней властью, он оставался верен церкви и только ей. А принципиальные и честные люди, особенно из числа священнослужителей, оказались не нужны никому из победителей.
В 2005 году Клеменса Августа фон Галена, кардинала-пресвитера Римско-католической церкви посмертно беатифицировали по решению Папы Римского Иоанна Павла II, хотя информации о чудесах, прижизненных или посмертных, необходимых для причисления к лику блаженных не обнаружено.