Поиск по автору:

Думала, что лучше истории с цитатой из Довлатова в питерском метро ничего уже быть не может, но я ошибалась.
Напомню - лет десять назад вдоль эскалаторов повесили портреты Довлатова, подписанные словами: "Сочетание воды и камня порождает здесь особую, величественную атмосферу. В подобной обстановке трудно быть лентяем". Я, узрев это дело, с одной стороны, обрадовалась, а с другой, растерялась. Ну не мог Довлатов такую назидательную патетику завернуть. Дома первым делом кинулась к книжной полке. Оказалось, чиновники конфузливо отрезали продолжение фразы: "...но мне это удавалось".
А теперь в Москве появилась самопальная доска:
"В этом микрорайоне в отдельной трехкомнатной квартире проживал с семьей Пелевин Виктор Олегович, всемирно известный русский и советский писатель, лауреат 23 литературных премий, противник культуры потребления и автор цитаты: "Антирусский заговор, безусловно, существует".
Интересно, знают ли поклонники творчества Виктора Олеговича, что дальше следует: "...проблема только в том, что в нем участвует все взрослое население России".

Татьяна Мэй

Приходит к тебе в студию такой весь из себя заказчик. Точнее говоря, подрядчик. Весь, разумеется, в брендах, с головы до ног. Достает из крокодилового портфельчика макбук самой последней марки, рядом по обе стороны кладет два, а то и три айфона, тоже распоследние, и сложив над этой выставкой гаджетов руки, украшенные золотым "Ролексом", начинает выторговывать копейки.
Торгуется не рыночно (типа "эту работу я могу дешевле заказать") - а скорее эмоционально. Заглядывая в лицо своими честными глазами и проникновенно говоря, что эта работа (речь идет о дизайне помещения) им очень, ну просто очень нужна, но вот ведь какая досада и неловкость, проблема и незадача - денег у них именно сейчас очень, ну просто очень мало....
Помню, дело было в самом начале нулевых, делали мы к Новому году оформление одного бутика. Бутик предметов самой что ни на есть роскоши, и располагался он в самом что ни на есть престижном месте в центре столицы, два шага от Красной площади.
Сделали им новогоднюю праздничную декорацию. Гирлянды, плафоны, экраны. И остались они нам должны что-то около трехсот тысяч рэ. То есть половину от суммы заказа.
И вот тридцатое декабря, время полдень, а в три часа - открытие. Презентация, банкет-фуршет. Ожидаются всякие суперские гости, випы со своими випихами.
Мы приезжаем на последнее тестирование. Нас четверо. Четыре стремяночки привезли, поставили, забрались, проверили включение. Все мигает, все сияет, все поет.
Заказчики аплодируют.
Я говорю:
- Ну как, все хорошо?
Они:
- Все отлично! Спасибо!
Я говорю:
- Давайте рассчитаемся, раз всё отлично. С вас триста тысяч рэ, ну или десять штук баксов, если вам так будет удобнее.
Они прост взвыли:
- Ребята! Совесть имейте! У нас вообще ни копья! Шаром покати! Конец года! Налоги! Откаты! Вот к концу января наторгуем, и отдадим! Честное слово! Даже больше отдадим! С процентами за просрочку!
А у меня в руках кусачки.
Я - раз - и перекусываю провод. Четверть всего - гаснет и умолкает. Говорю своим:
- Парни! Если через три минуты не будет бабок, крушим всю эту шарманку.
Ребята тоже достают кусачки, накладывают их на провода.
- Стоп!!! - орет заказчик. - Не надо! Сейчас... Сейчас...
Дрожащими руками достает из кармана "котлету" ($10.000) в банковской упаковке - протягивает мне.
Я говорю одному из своих:
- Прими, пересчитай. Потом выходи, садись в машину и езжай.
А остальные держат кусачки на проводах.
Принял, пересчитал. Сел в машину, уехал.
Тут я снова соединил и заизолировал перекушенные провода, еще раз оттестировал систему...
На том и распрощались с заказчиками.
Друзьями распрощались, что характерно. Ручкались и обнимались.
Мораль такая, мораль простая: с ними по-хорошему нельзя.

Жил пару месяцев осенью в Праге в 14 году. Рядом был Бржевновский монастырь, по-чешски "клаштер". Место старинное, барочное, пересеченное, резкие перепады деревьев, камней, гротов и троп. Пруд с ивами, часы на колокольне бьют время. Монастырь действующий, живут монахи-бенедектинцы.
Часто по вечерам ходил в сады, заросли, каменные отвалы, кладка выкрошенных стен оплетена черным плющом.
Завел себе любимую скамейку в монастырском саду, пару раз на ней даже спал, хорошо, никто не трогает. Как-то раз на закате пошел в сады гулять. Иду, зарево в кронах деревьев алое, ветреное, завтра дождь обещали. За спиной окликнули. Обернулся и увидел, что за мной бежит фигура в балахоне с косой за плечом. Весело так:
- Пан! Стойте!
Маленькая такая смерть с косой, шустрая, семенит, балахон поддернула и ноги под подолом туп-туп-туп.
Остановился, присмотрелся, думаю, какой я, такая и смерть мне положена - одного со мной мелкого роста, толстенький с лысиной, симпатичный, похож на молодого Калягина в роли Чичикова.
Смерть с косой добежал до меня, запыхавшись и заговорил. Язык я разумел плохо, но сообразил, что он говорит, когда с извинениями попросил повторить. Как собака, вечно понимаю музыку языка, а первые слова, которые выучиваю это "спасибо" и "извините". Ну и еще бессмертное "как пройти в туалет".
Меня догнал монах-садовник, который косил траву. Он просто предложил мне вишни. В монастырском саду Бржевнова созрели вишни и уже падали их срочно было надо собрать, потому что скоро будет муниципальная обработка ядом от насекомых и ягоды пропадут, поэтому они всем их бесплатно раздают.
Я пошел с монахом и он дал мне лестницу и мятый пакет из Биллы, мы долго собирали вишни, за стеной громыхал любимый мой двадцать второй трамвай и уже зажгли фонари.
Слаще тех перезрелых монастырских вишен не ел в жизни ничего.
Потом мы попрощались, я и человек с косой на плече.

Nomen Nescio

Мне везло на хороших людей.
Приехал в США по рабочей визе, давно. Первый работодатель, американец Лэрри, знакомый ещё по Москве, был нормальным компанейским мужиком. В Штатах однако выяснилось, что по ряду объективных причин его фирма сделать мне гринкарту не может. Поэтому мы с ним через пару лет договорились, что я "пускаюсь в свободное плаванье", ухожу, но визу на весь срок действия он мне не закроет.
Отучился в Кремниевой Долине на совершенно новую для меня ай-тишную специальность, поднабрался там же навыков, как вести себя на интервью. Однако встал вопрос о рекомендациях с прошлой работы. Тем более, что в резюме моём (составлял его русский владелец IT-школы) всё было "по понятиям", дескать опыт у меня в этой специальности есть, и неплохой. На мой недоумённый вопрос, как же я этот опыт подтверждать буду, владелец школы ответил: "Не дрейфь. Тебе главное, чтобы взяли. Раньше чем через 2 месяца в ай-ти не увольняют, а за 2 месяца постарайся себя проявить". Но рекомендации, брат, ищи, на них-таки в процессе приёма внимание обращают. И лучше, чтобы это был настоящий американец. Что делать, отправил резюме с просьбой о рекомендациях первому работодателю, Лэрри, и получил ответ: "С ума сошёл?! Я и слов-то таких не выговорю! А шпаргалки нет?" С этим обратился опять к владельцу школы, и он, удовлетворённо хмыкнув, немедленно набросал, что надо говорить. Лэрри, получив от меня это, сказал: "Совсем другое дело, пусть звонят". После очередного интервью в Санта-Крузе, Калифорния у меня-таки попросили рекомендаций, и я им дал телефон Лэрри. Через пару дней он мне сам позвонил и сказал: "Был хороший разговор с твоим будущим менеджером. Сказал ей всё по писанному. Ты им понравился, похоже тебя возьмут".
И взяли. Зарплату положили такую, я и мечтать не мог. И работа оказалась сравнительно не сложной. Полученных в школе знаний, плюс предшествующего опыта в другой специальности вполне хватало. Главное же, что атмосфера в фирме (совсем небольшой, 24 человека, это был лишь филиал основной кампании, расположенной в Бостоне) была не просто дружественной, а прямо-таки родственной. Шутки, совместные пикники и т.д. Шёл на работу, как на праздник. Но недолго музыка играла. Прошло полтора месяца и весь хай-тек в Штатах повалился, как карточный домик. Произошёл знаменитый dot com crash 2000-го года. Фирмы по стране закрывались тысячами, лопнул т.н. "венчурный пузырь". Не обошла беда и нас. Всех созвали в кабинет к боссу филиала Дэвиду, и вице-президент кампании из Бостона стал рассказывать, что они приложат все усилия, чтобы остаться на плаву, и прочую сопутствующую хрень. А пока, дескать, работайте, и ни о чём не волнуйтесь.
К вечеру уже меня одного вызвали всё к тому же Дэвиду. Где я услышал такое, от чего у меня отвисла челюсть. Дословно было сказано:
"Майкл, из работающих 24-х человек половину я должен уволить к концу недели, оставшиеся 12 будут работать ещё только 4 месяца, будем готовить офис к закрытию. Потом и эти 12, включая меня, будут уволены. Тебя взяли на работу последним, по идее тебя и уволить должны первым. Но догадываюсь о твоих визовых проблемах. Поэтому уйдёшь вместе с нами, через 4 месяца. Теперь основное. Каждый день из оставшихся ты приходишь на работу, садишься к компу, и начинаешь рассылать свои резюме. Твоя обязанность - найти себе новую работу. Что здесь по работе тебе надо делать, это - вторично, твоего менеджера я предупредил. Ты меня понял?"
Конкуренция была жуткой, тысячи людей оказались на улице. Причём без моих проблем с трансфером визы. За 4 месяца разослал более 2-х тысяч резюме. За день до закрытия офиса-таки получил оффер. С другого конца страны.
Дэвид ведь вообще меня не знал, но поступил таким образом.
Этих Лэрри и Дэвида вовек не забуду…

Michael Sapozhnikov