Был у нас преподаватель начальной военной подготовки — Григорий Иванович Чепурков. Сын полка, фронтовик,подполковник, орденоносец рассказывал истории так, что половина класса падала со смеху. Одна история запомнилась: командир застал двух бойцов за любовью с немкой.
— Что делаете, бойцы?!
А те в ответ:
— Так это… мы ей горб правим!
И ведь девушка реально была сутулая.
Но главные подвиги начались, когда мы сами решили «повоевать». У каждого своя пристреленная винтовка, патроны малокалиберные… и вдруг у ребят созрел план: делать самодельные пистолеты! Для этого, конечно, нужны патроны. Решение простое: стреляем не все, а дырки в мишенях прокалываем гвоздём. Всё честно: и пистолеты есть, и патроны экономятся.
Первым делом пострадал соседский гараж с закатками: банки огурцов и помидоров вмиг превратились в тренировочные мишени. Потом мы пошли на уток. Тут было особенно весело: пуля из нашего пистолета, ударяясь о воду, начинала лететь боком и выла, будто волк воет на Луну.
Но рекорд глупости был побит на переходе команды в тир ДОСААФа. По правилам винтовки должны быть зачехлены. Всё чинно-благородно… пока один из наших гениев не достал винтовку, зарядил «сэкономленный» патрон и — хлоп! — уложил ворону прямо над остановкой, где сидели бабушки с авоськами. Бабки подпрыгнули, как будто их током шандарахнуло. Чепурков подлетел к стрелку и влепил такую затрещину, что того потом реально откачивали.
При этом, несмотря на суровый вид, Григорий Иванович был добрейший мужик. Меня, например, он пытался научить стрелять, хотя я был «криворукий снайпер»: стрелял хуже всех, зато бегал и подтягивался лучше других.
И вот наступил день соревнований. В подтягивании — первый, в кроссе — третий. Осталась стрельба. Надо набрать 45 очков, чтобы стать чемпионом. Я спокойно отстрелял, прохожу мимо жюри, а они считают:
— Так, три десятки и две девятки. 48!
Я чуть не присел прямо там. Получилось, что я стал лучшим стрелком, хотя стрелять «не умел». Видимо, просто никто не давил, и даже Григорий Иванович смотрел спокойно.
Мы с детства тренировались на утках, гаражах и собственных нервах. Но всё равно Чепурков сделал из нас нормальных пацанов.
А ему самому — вечная память. Без него у нас бы и мишеней, и историй было куда меньше.