История №1576425

История Соломона Марковича (https://www.anekdot.ru/id/1575947) разблокировала личное отпускное воспоминание.

Сразу предупреждаю - в истории присутствует алкоголь и подростково-незрелое хулиганское поведение, у отдельно взятых высокоморальных личностей моя история, возможно, даже вызовет гневно-нервное порицание.

Было это в начале 90-х, когда российские граждане только начали выезжать на рубеж с естественной целью отдохнуть (в Санкт-Петербурге работала кажется одна или две турфирмы всего). Посчастливилось поехать первый раз за границу и мне, страна была выбрана из немногочисленных тогда "загранично-бюджетных", по совету папиного друга-бизнесмена - Кипр. По настоянию родителей я поехал с мамой (папа работал как проклятый на ответственной должности и поехать не смог, очень обидно за него было, но отправить нас отдыхать было именно его решение). А учитывая, что я на тот момент уже жил пару лет без всяких родителей в общаге такого мегаполиса как Санкт-Петербург ("будь осторожнее, в этом городе пять миллионов бандитов" - наша студенческая поговорка, когда кто-нибудь собирался в двенадцатом часу к метро за сигаретами), и справедливо считал себя уже взрослым человеком (19 лет - это уже возраст, когда пора становиться самостоятельным), в обществе мамы я сильно скучал по своим институтским друзьям. Но это только поначалу.

Моя мама, человек очень общительный, попав первый раз за границу, бросилась знакомиться с соотечественниками. Сначала она познакомилась с какой-то пафосной семьёй, состоящей из мамы и дочки примерно моего возраста и я попытался подкатить к дочке, но безуспешно - будучи довольно привлекательной внешне, внутренне эта особа оказалась совершенно избалованной "принцесской", которой студент из провинции, судя по ее надменному взгляду, никак не проходил статусно (а что вы хотите от "того кто в 17 лет убежал из дома" в общагу жить, пытающегося "понять того кто учился в спецшколе"). Сейчас таких особей много, они становятся героинями мемов, но тогда для меня было удивительно, что девочка моего возраста общается со мной с неохотой. Потом моя общительная мама познакомилась с мамой и сыном моего возраста (видимо, в тот год на Кипре был бум отдыхающих мамочек с великовозрастными дитятками). Сын мамы номер 2, студент судостроительного института, мой ровесник, аналогично скучал на кипрской жаре, томясь от отсутствия общения с соотечественниками и соотечественницами. Мне надоели надменные взгляды и фразы высокомерной "принцесски" и я мысленно послал её нахуй, в реальности просто избегая ее компании. Мы подружились со студентом судостроительного. Вечером свалили от наших предков и пошли "по барам".

Кипрский городок Протарас, бывшая рыбацкая деревушка, застроенная отелями и апартами - кто бывал тот знает. Улица центральная, проходящая через весь курортный городок, состояла из плотного ряда баров, ресторанов, клубов и караоке. У нас с собой были карманные деньги (у судостроителя побольше) и стойкое желание повеселиться (при этом мы оба были первый раз за границей и знали манеры поведения разве что на уровне "руссо туристо, облико морале"). В первом баре мы взяли коктейль "черный русский", исходя из соображений - ну мы же русские, мы обязаны такое попробовать! "Черный русский" скорее надо было назвать "Смыв в ду́ше с тюменского нефтяника" - в исполнении какого-то третьесортного кипрского бара он оказался низкосортным высокоградусным пойлом, которое застревало в глотке, хотя градусами нас было не удивить, живя в общаге мы пили водку и даже спирт "Рояль". Во втором баре, уже слегка хмельные, мы попросили порекомендовать нам что-нибудь. Нам принесли два дорогих коктейля "Рэмбо спешиал" в огромных стаканах чуть ли не по литру, в которые было намешано много разных алкогольных и безалкогольных субстанций, очевидно, воедино слитых в кухне бара из каких-то остатков недопитых коктейлей. Потом были ещё третий и четвертый бары, где мы мешали всё что только можно и нельзя с точки зрения даже прожженного алкоголика. В результате в нас одновременно проснулся мультяшный волк "щас-спою" и нас понесло на караоке. Окосев от коктейлей, мы долго водили косыми взглядами по списку песен (на дворе было начало 90х и там не было ни одной песни на русском), потом наконец выбрали песню, это была единственная неоднократно слышанная нами обоими и популярная тогда "Crying" группы "Aerosmith" (как мы думали, в списке почему-то не было названия исполнителей). Наизусть эту вещь ни я, ни мой друг не знали. Ничего, буквы на экране-то мы прочитать сумеем, решили мы, глядя на то, как какой-то английский пухляш тужится на сцене, выдавливая пьяные аккорды под какую-то композицию под одобрительные возгласы своих друзей. И вот наш час настал! Два российских студента в состоянии "врагу не сдается наш гордый Варяг" вылезли на сцену и мутными взглядами уставились на спасительный экран, предвкушая бурные овации. До моего уха донеслось начало мелодии и... это был совсем не "Аэросмит". Неизвестная мелодия с совсем другим, каким-то блюзовым, кажется, ритмом заполнила караоке-клуб. По экрану поползли знакомые с точки знаний английского, но незнакомые с точки знания песни, фразы. Мы начали петь... Иноземный народ затих и смотрел на это безобразие, охреневший. Такого непопадания в ноты, растягивания отдельных слов и наоборот, нелепой скороговорки в стиле «англо-русский рэп» (потому что по экрану уже подсвечивалась другая фраза, а мы ещё пели предыдущую), этот клуб не видел с момента своего основания. Если бы где-то проводился конкурс на худшее исполнение, мы бы точно в нем победили. Если бы тогда были массово смартфоны, мы бы точно стали героями интернета и вошли в мемы раньше той тётки с заголовком "Мы не знаем эту песню, если бы мы знали эту песню, но мы не знаем эту песню". Когда шок посетителей прошел, начались робкие посвистывания и английский мат с мест, намекающий на непрофессионализм нашего искренне-душевного исполнения незнакомой песни. Тогда я решил объяснить нашу позицию и как мог сказал в микрофон: «Люююуди, аууууу! Тврищи! (Что я имел в виду, то ли тварищи, то ли товарищи) Этож… икск…кьюз ми… икспромт!», и тут замученный нашим исполнением диджей забрал у меня микрофон и включил какую-то попсу, а поскольку мы не застали на сцене, стоя в позе "Матрос Железняк и его боевой друг перед расстрелом", народ взобрался на сцену и стал танцевать возле нашей скульптурной композиции. Мой друг судостроитель недовольно сказал: «Я под ткое гвно нне танцую!» и неожиданно вынул кассетный плеер из кармана, о наличии которого я не подозревал, включил и нацепил наушник один себе, второй мне. В наушниках зазвучала классика, это была группа «The Doors». Под нее даже стоять было кайфово.

После нашего позора мы пошли на пляж, смотреть на лунную дорожку и еще что-нибудь выпить. «Че мы как девочки коктейлями пытаемся набухаться?» - спросил судостроитель. «Точно, давай в маркет зайдем нормальной водяры бутылку возьмем» - ответил я. В маркете мы неожиданно передумали и решили из уважения к Кипру выпить «ихней водки «узо». Как я потом прочитал, местные в большинстве своем этот напиток пьют слегка разбавленным. Мы этого не знали, поэтому взяв что-то из закуски, поперли на пляж.
Была громкая протарасская ночь, со всех сторон бубухала музыка с дискотек, а мы сидели на лежаках и думали, где взять стаканы (светлых мыслей о том, что их надо было купить в магазине, в наши замутненные алкоголем головы не пришло). На пути к пляжу попался ларечек, где днем выдают напитки. В нем мы нашли целую стопку совершенно новых стаканов и взяли парочку. А вот пивной кран там почему-то не работал, но может это и к лучшему. Не оценив искренности нашей нужды в стаканах, за нами погнался какой-то не то охранник, не то работник отеля, мы от него каким-то нелепым образом убежали, спотыкаясь, вдоль пляжа. Совсем выбившись из сил, примостились на лежаки и стали уничтожать «водку имени Ивана Грозного» (так мы ее прозвали, ибо анисовая она).

...Как я пришел в отель, как нашел свой этаж и номер, что говорила бедная мама непутевому сыну – не помню. Теперь-то я понимаю, чего она, родная, натерпелась - в чужой "капиталистицкой" стране чадо свалило в неизвестном направлении, просто сказав что пошло погулять и приперлось среди ночи "в дрова". Ночью мне было очень плохо, утром – очень стыдно, с судостроителем мы больше не бухали, я боялся что он захочет продолжения банкета (надеюсь он сейчас не бухает на работе, проектируя суда), и провел оставшиеся дни отпуска с пафосной девушкой, которая от скуки снизошла, позволив находиться рядом и худо-бедно общаться. А я перенял её манеру общения и тоже начал с ней лениво общаться. Сейчас я практически не употребляю спиртное, только символически по праздникам - не тот возраст, хуже переношу последствия употребления, да и желания нет.

Всем отпускникам - хорошего отдыха!

28.01.2026