Несмешные истории

Года два назад работал в фирме, занимались пожарной сигнализацией. Генеральный выиграл тендер, на демонтаж и установку в нескольких детских интернатах. И послал туда нашу бригаду. Честно скажу, долго сопротивлялся, для меня очень тяжело смотреть на детей, которых бросили. Но начальник продавил, и мы начали работу. Поначалу детишки нас побаивались, потом привыкли и уже вовсю помогали, разворачивали блоки управления, провод разматывали, а мы им за это чего ни будь вкусненького из дома приносили, воспитатели не возражали. Было даже весело, быстро сдружались, но наставал момент, когда нам нужно было переходить на другой объект. И расставание было не из лёгких. Даже с женой порывались усыновить одного, но нам не дали, т. к. в требованиях нужна была своя квартира, а у нас только съёмная и был еще ребёнок недавно родившийся.
Вообще дети очень жестокие, а здесь, где нет тех, кто бы мог полноценно подарить им свою любовь и заботу, особенно. А особенно дети жестоки к тем, кто не такой как все. А одна девочка в одном из интернатов была именно такой, рыжей, рыжей, как огонь и вся, вся в веснушках, прям, всё лицо усеяно. Понятно дети приставали к ней и часто обижали. Несколько раз, помню, даже разговаривал на эту тему с воспитателями, но разговор был очень холодным.
Т.к. с друзьями у неё не ладилось, мы с ней быстро подружились. Она оказалась очень любознательной, ей все хотелось знать, «а что это за коробка? А что это вы делаете с этой пластмаской? А почему у вас отвертка с лампочкой? и т.д. . Приходилось ей все доходчиво объяснять, а иначе она не отставала и просила объяснить по новой. За это иногда с утра, когда она приходила к нам "помогать", в шутку, я называл её Прищепкой. "Ну вот, опять Прищепка пришла". Она жутко обижалась и краснела, становясь просто огненной. Тогда я спускался со стремянки хлопал её по плечу и говорил что пошутил. Потом доставал печенье или конфету и угощал.
Дело было зимой и я построил им горку во дворе, в перерывах между работой. Купил несколько надувных плюшек и на время прогулок там был целый ажиотаж, все хотели покататься. И как на зло на этой горке, Прищепка сломала руку, неудачное падение, а скорее всего кто - то из детей её толкнул, а воспитатели не доглядели. Помню в этот день домой пришёл расстроенный, когда рассказал жене, оба разревелись. Слава богу, все обошлось и рука быстро зажила, но Прищепку я больше не увидел, т.к. её перевили в другой корпус, который находился в другой части города.
Но история на этом не закончилась, история эта со счастливым концом. Совсем не давно, приехав из очередной командировки, я пошел забирать своего Костика из садика. Как обычно одеваю его в раздевалке и заходит, кто бы вы думали, Прищепка! О, какая была радость, она меня сразу узнала, обняла, здравствуйте, говорит, Владимир Андреевич. Я тоже, говорю, как ты Настенька? И тут мама заходит, вы не поверите, тоже рыжая прерыжая и с веснушками. Мы разговорились, я все рассказал, как и где, при каких обстоятельствах познакомился. Договорились встретиться все вместе в детском парке. Оказалось не вероятное у них в семье все рыжие и папа и мама и сын и теперь Настенька. У них до этого трагедия была, попали в аварию и младшая дочь погибла. И когда уже горе стало не выносимо решили усыновить ребенка, пришли в первый попавшийся интернат и случайно увидели Прищепку, это было как гром среди ясного неба. Они не раздумывая усыновили её и уже год жили в месте.
Надеюсь мы и дальше будем с ними встречаться. И у них все будет хорошо.

ВОЙСКОВАЯ РАЗВЕДКА

На даче собралась задорная компания, человек сорок всего. Это мой друг - старый КГБэшник, Юрий Тарасович, устраивал у себя ежегодный праздник жизни под девизом - «Слава Богу дров хватило дожить до лета». Женщины в беседке резали салаты и жарили мясо, а мужчины играли в волейбол и настраивали гитару. Ближе к вечеру похолодало и все пошли в дом петь советские песни.
На улице осталась одна молодёжь, в основном это были внуки Тарасыча – здоровые лбы пятнадцати, шестнадцати лет, но были ребята и помельче, дети гостей. Все они целый день с нетерпением дожидались темноты, потому что запланировали большую войну: каждый сам за себя. Из оружия – пейнбольные ружья, а из защиты только маски.
И война началась. Взрослые боялись выйти из дома, они обступили открытые окна и, вглядываясь в полную темноту, старались подбадривать своих и комментировать происходящее. А толку? Всё равно не видно же ни черта, даже звёзды заволокло тучами, да ещё и противный дождик заморосил. Хотя, война и сама себя комментировала: «Тоу-тоу-тоу! Тоу! А, сука! Больно как! …Кого убили? …Сука, меня! …О, Гриша убит. Остались ещё четверо: Орест, Славик и... Тоу-тоу-тоу!»

После каждой войны, над полем боя включался свет и убитые нинзя, постанывая, разглядывали свои раны, отряхивались от краски и только очередной победитель был счастлив и весел.
Каждый раз быстрее всех «убивали» самого мелкого - паренька лет восьми, он уже стал похож на коня в яблоках. Старшие пацаны даже отговаривали его, но жеребёнок в яблоках не выпускал из объятий личного оружия. Из дома вышел Юрий Тарасович, он приобнял мальчика и сказал:

- Что, больно?

Боец расплакался:

- Очень больно. Они все меня в упор убивают, я даже не успеваю стрельнуть.
- А тебя как зовут?
- Павел.
- А, ну, да. Слушай Паша, хорош хныкать. Хочешь, я тебе помогу и ты всех этих здоровых балбесов перестреляешь? Будут знать, как маленьких обижать.
- Как же я их перестреляю?
- Павлик, скажи-ка, а ты разбираешься в часах со стрелками?
- Да, а что?
- Молодец, пойдём со мной, я расскажу что делать.

И грянул новый бой.
И на этот раз всех выследил и перестрелял восьмилетний Павлик. Всех семерых. Побеждённые решили, что чудеса иногда случаются и не придали этому особого значения.
Но в следующем бою все повторилось. Павлик, как-то пристрелялся и вошёл во вкус.
На третий раз уже все армии мира объединились, чтобы отыскать и проучить выскочку, но результат повторился – Павлик опять перебил всех и в основном в спину.

Для великовозрастных балбесов, убить Павлика, стало делом жизни, никто не хотел уступать.
Я уже засобирался уезжать и пошёл искать хозяина дома, чтобы поблагодарить и попрощаться, но нигде не мог его найти. Наконец нашёл, аж на третьем этаже, куда он со своими больными ногами очень редко добирается. Старик стоял у открытого окна и тихо разговаривал по телефону:

- Замри. Сиди, не вставай, даже не шевелись. Сейчас он пройдёт мимо тебя, жди. Отлично. Он на два с половиной часа, медленно целься, подожди, теперь на три часа. Где-то так. Огонь. Молодец, попал. Теперь срочно отходи на одиннадцать часов, там вообще никого нет, только в дерево не воткнись…

Я спросил:

- Юрий Тарасович, а что вы тут делаете?
Тарасыч, не отрывая от уха телефон, повернулся. В другой руке он держал чёрный монокуляр:

- Я начальник штаба фронтовой разведки Павлика. Года три назад на день рождения, мне для охоты подарили, вот, тепловизор, но какой уже из меня охотник? А вот смотри ж ты, пригодилась игрушка. Извини, у меня война… Павлик, если ты меня слышишь, подними руку. Так, остались двое: один засел в кустах на пять часов, и последний на двенадцать, но он ещё далеко…

Аллаверды Мише с "неумным пациентом".

В 1997 году наше подразделение квартировало в обособленной казарме, на втором этаже которой был обустроен медпункт бригады.
Вечером, уже после ужина, к нам прибегает дневальный по медпункту с очень срочной просьбой прибыть на второй этаж, там бойца принесли с парка, залез в трансформаторную подстанцию и там его током ударило. Ну, что - электротравмы - наш конек, пошли, посмотрим.
Пришел - картина маслом - тело в отключке, около суетится пожилая фельдшерица, знаний у нее валом, но что делать когда долбануло током - кроме как положить в горизонтальное положение и пощупать пульс пока не придумала.
Тэкс - мне интересно стало - где место поражения, ожог, так сказать. Это нужно, поскольку от пути прохождения лепистричества зависит как тяжесть поражения, так и, надо думать, предполагаемый комплекс принимаемых мер. А вот тут облом - сдернули с него штаны и китель - осмотрели всё, даже перевернули, стянули трусы и взглянули на жопу - мало ли, но вот нет следов.
А время идет. А у меня в голове фарш из знаний, мыслей и догадок - что он туда полез, какого хрена, спрашиваю - кто притащил - да вон бойцы стоят, идите сюда - как нашли, что он там делал один - мнутся, сопли жуют. А у тела уже дыхания считай нет, скорая, которую вызвали из города, явится только труп забрать. Начмед в городе живет, приедет сильно позже скорой, в общем - я уже практически смирился, когда пришел Вадик.
Вадик был легендой ещё с лейтенантских лет, потому как методы лечения препаратом номер 6, к примеру, воспринимал как руководство к непосредственным действиям. А нынче мы с ним были уже капитаны и в своей специфике каждый из нас был демоном, как сейчас бы сказали, 80 левела.
Не удосуживаясь осмотром тушки, едва вбежав в медпункт, Вадик что-то нечленораздельно скомандовал фельдшерице, после чего она понимающе кивнула и спустя 10 секунд принесла, как я понял, заготовленный комплект инструментов и зелий.
Без особых комментариев и эмоций он выбрал из принесенной кучи шприц-тюбик с атропином и впорол его туловищу в ляжку. После чего набрал чуть не полный пятикубовый шприц витамина В12 и всадил его в ягодицу, противоположную использованной ляжке. Случилось чудо - тело застонало и начало подавать признаки жизни.
"Бойцы" - обратился Вадик к принесшим туловище солдатикам - "волоките сюда кислородный баллон из кладовки, фельдшер, покажите им, будем делать интубацию". Когда бойцы притащили баллон Вадик протер пациенту шею йодом и сказал "Держите его за ноги, буду резать шею, он будет дрыгаться".
И тут произошел момент истины. 19-20 летние солдаты пустили сопли и стали упрашивать "товарища капитана" не резать шею ихнему другу, он просто обкурился вместе с ними и полез в тепушку. А там его срубило и они подумали, что он умер, вот и притащили его сюда.

Когда я потом, подлечивая ушатанную нервную систему предусмотрительно заготовленным Вадиком в сейфе для препаратов 1 группы замечательным молдавским коньячком, спросил таки коновала - в чем же секрет экстремально быстрой диагностики и эффективности лечения, то получил ответ - "Понимаешь, я тут служу уж куда дольше этих бойцов, и из каждого призыва мне приносят этих "жертв тепушки", то в алкогольном, то в наркотическом коматозе. Для того, чтобы понять что с очередной сволочью мне достаточно взглянуть на зрачки - у этого были суженные и на свет не реагировали - ну, получите расширитель в форме атропина. Если б расширенные - я бы другой препарат поставил. А В12 я ему поставил чтобы болевые ощущения, которые он получил, затмили кайф от прихода. А тепушка эта уже лет пять как отключенная стоит - иначе была бы на замке и под сигнализацией.

Необычное мошенничество.

DEA.
Drug enforcement agency.
Агентство по надзору за наркотиками.
Само это имя вызывает сильный испуг среди наркодилеров.
И не зря — ребята там суровые, бюджет и ресурсы у них громадные, пощады от них ждать не приходится, поймают — срок впаяют по самые не хочу.
Вызывают они и почтительное уважение у врачей: частью их деятельности является надзор за контролируемыми субстанциями, проще говоря — наркотиками.
Лицензию на прописывание которых выдаёт, как вы уже догадались, DEA.
Процесс этот сложный и недешёвый, врач платит около $800 за двухгодичную лицензию, да и проверки там нехилые.
А без лицензии — никак. Практически невозможно лечить людей, не прописывая им самых необходимых лекарств: опиатов, снотворных и успокаивающих.
И уж точно никакой анестезиолог в США не может работать без такой лицензии. За этим сурово следит администраторы госпиталей — за нарушения госпиталь могут оштрафовать, а то и закрыть.
Я лично испытал на себе эту строгость — в один прекрасный полдень главный администратор госпиталя галопом прибежал в оперблок, вопрошая где, чёрт возьми, твоя обновлённая лицензия?!?
Он был обязан выдворить меня из госпиталя, моя лицензия истекала к концу дня. И выпер бы, заслуженного-простуженного, бывшего главврача госпиталя — вашего покорного слугу, меня, без малейших колебаний, кабы не спас меня Интернет, где уже появилась моя обновлённая лицензия на сайте DEA.
А всего делов-то — я замешкался отправить анкету на возобновление и чек...
Позвольте, спросит читатель, была анонсирована история о мошенничестве, где она?!?
А вот где.
Звонок в моём кабинете, подымает наша секретарша, поскольку я редко в кабинетиках отсиживаюсь, в операционной, как обычно.
Кто говорит?
Ктооо?!?
Он в операционной, перезвонит?
Не терпит отлагательств?
На счастье, я уже приземлился с больным в послеоперационной и смог подойти к телефону.
— Доктор Ашнин слушает.
— Добрый день. DEA. Агент Смит, как поживаете?
— Отлично! Пока вы не позвонили... Чем могу быть полезен?
— Я звоню по поводу ряда нарушений в вашей документации по лечению больных наркотиками. Они исключительно серьёзные, мы отзываем вашу лицензию, пока вы не заплатите штраф.
Тааак.... вот тебе, бабушка, и Юрьев день! Мысли разбегаются, паника, меня даже заменить некем, срываются операции, пациенты готовились, голодали, нервничали, какой кошмар!!
И тут левая половина мозга берёт управление на себя, велит правой не паниковать, а лучше вообще заткнуться.
Задаю ему вопросы, выясняется, что штраф немалый, 25 тысяч, лайсенс будет активирован немедленно по получению денег.
Чеком долго, пока дойдёт, пока пройдёт — займёт неделю, как минимум.
Нельзя ли ускорить?
Можно, платите кредитной картой, дайте ваш номер карточки и код, мы реактивируем вашу лицензию немедленно.
Выясняю детали — тяну время, если честно, лихорадочно набираю их треклятый сайт, ввожу пароль... и не верю своим глазам, лицензия жива и весела, никакого отзыва.
Дела...
— Нет, знаете, лучше письмом и чеком, я пока уйду в отпуск.
— А вы не боитесь судебного разбирательства и тюремного срока, если не уложитесь в срок? Намного проще кредиткой...
Настаивают, звонят, кредитку требуют — не похоже это это на федералов.
Прошу прислать по факсу адрес и прощаюсь.
Немедленно звоню госпитальному адвокату, он смеётся, явное мошенничество, не паникуй.
Да, кстати, спрашивает меня это крючкотвор — Миша, ты когда проверял свою электронную почту?
Занят был, уже с неделю не заглядывал, некогда...
Загляни, не ленись.
Ладно.
Заканчиваю операции, открываю имэйл: сукин кот прав, там среди сотни посланий одно из Отдела Медицинского Надзора Калифорнии.
А в нём предупреждение о новом типе мошенничества, заточенным под врачей, особенно анестезиологов и специалистов по лечению боли.
Еду домой, чувствую себя дураком... уверен, что не в последний раз.
Почту, однако, я читаю чаще, что и вам советую. (с) Michael Ashnin

Марсианин

Загнал тогда машину на сервис, а понадобилось в Москву съездить.
Впервые за много лет предстояло воспользоваться общественным транспортом.
С вечера изломал голову – что обуть и надеть, что взять с собой.
Кроссовки. Это понятно. На улице апрельская слякоть, а на кроссовках грязь не так заметна, как на туфлях. И ногам комфортнее.
А одеться тоже – чтобы в транспорте не упариться, а на улице не мёрзнуть.
Значит надо не с борсеткой ехать, а с сумкой, чтобы при необходимости пуловер снять и в неё убрать.
Ладно.
Еду в автобусе-экспрессе – не комфортно. Ноги в спинку переднего сиденья упираются, и не нахожу ремня безопасности. То и дело поднимаю правую руку к левому плечу. Пристегнуться рефлекторно хочется.
Ладно.
Захожу в метро на Выхино. Вытащил из кармана пластиковую карточку на бесплатный проезд. Почётным донорам их выдали давным-давно, вот и мне пригодилась.
Аналитически посмотрел на турникеты, сообразил, куда её прикладывать. Сработало.
Ладно.

Еду, смотрю, что вокруг творится.
Людей читающих меньше, чем двадцать-тридцать лет назад. На весь вагон – четыре человека. Вытащил книжку, думаю – буду пятым.
Кстати, и побирушек, и торговцев не видно. А лет десять или восемь назад, они по вагонам метро шли один за одним.
Вышел, где надо, спросил у людей – как к трамваю пройти. Прошёл, озираясь. Город совсем по-другому выглядит, чем из машины.
Подошёл трамвай. В телевизоре видел, что теперь все через переднюю дверь входят, где турникет. Вошёл, как надо.
Передо мной женщина моих лет крутит в руках картонную карточку для проезда.
Поворачивается ко мне:
- А вы не подскажете, как ею пользоваться?
Встретились, блин, два одиночества…
- Нет, - говорю, - я сам первый день без машины, и мне всё в диковинку.
Ну, она нашла, куда эту картонку засунуть, прошла.
А я свой пластик прикладываю так и сяк к зелёной полоске на турникете – не срабатывает. Другим людям мешаю пройти.
Посторонился.
Спрашиваю их:
- А вот по этой карте в трамвае можно ездить?
Пожимают плечами. У них-то картонки у всех.
Спросил у вагоновожатой - тоже не знает. Потом выглянула, говорит: «Вы не к турникету, а вот к этому кружку на вот этой панели прикоснитесь, картой-то…» Сделал. Сработало.
Ладно. Еду.
Та женщина, что передо мной заходила, рядом сидит. Разговариваем. Машину на сервис загнала – домой едет.
Обмениваемся впечатлениями.
То, сё, вы откуда… Почти земляки оказались.
То есть, она москвичка, но у них дача в Луховицах. Это из Москвы мимо Воскресенска ещё сорок минут ехать. Места прекрасные! Участок двадцать шесть соток. Пять пчелиных семей держат. А этим летом уже больше будет. Покупной мёд со своим не сравнить. В Москву оттуда возвращаться не хочется. Подумывают вообще туда переселиться, а квартиру в Москве сдавать. И так далее…
Хорошо так поговорили, но мало. Я доехал уже.
Хорошая такая женщина, и собеседник замечательный. А кто говорит, что москвичи плохие, тот сам-то хорош ли?
Ну, где на трамвае, где в метро, с севера на юг всю Москву два раза пересёк.
Решиться на это, - я вам скажу, - было труднее, чем сделать. Но ничего. Справился.

Молодец!

Из истории создания гинекологического кресла: "Позже часть конструкции, в которой предусматривалась опора для ног, была модифицирована акушером-гинекологом Дмитрием Оскаровичем Оттом в 1890 г. Он придумал систему держателей для ног, которые имели вид колец, надеваемых на колени пациентке. Далее при помощи ремней, закрепленных на данных кольцах ноги подтягивали к животу, после чего ремни фиксировали на шее или на держатель за головой пациентки. Сейчас в это трудно поверить, но данная конструкция в то время получила постоянную «прописку» в гинекологической практике."