Ехал я в электричке и мирно читал Кундеру, как, вдруг поднял глаза
и увидел, что на меня с необъяснимой злобой пронзительно сморит
какая-то старушка, вот я ей и мелко отомстил :)
Ага, ага Бабушка напротив, что через скамейку,
Хавает уродски, чавкает плебейски,
Взгляд в окошко грустный устремила дико,
Коркой от арбуза внучку угостила.
Желтая кофтейка в память канарейки,
Под слюну попала бабушки-злодейки,
В этих слюнных пятнах взглядом безразличным,
Бабка в меня палит как-то горемычно.
В прошлом этой бабки: ебля, страсть, походы;
Голова седая, нос торчит неловко,
Уши от сережек вниз свисают грустно,
Вот еще и дочка постарела тускло,
Только внучка жаром пышет междуножным,
От ее кумара спасу нет прохожим -
Лапают, мелькают в ее жизни сложной,
Да, она такая, всем ее не можно…
Да и всем не хоцца трогать ее писю,
Что от ласк неловких ловко шелушится,
Что покрыта пеной от арбузных корок,
От парней залетных, брезговать не ставших,
От укоров бабки похотью отдавших,
Да от разных гадов на пути словивших
В откровенной позе, грязью наградивших.
Так семья старушки, что сидит напротив
На меня влияет, заставляет против
Воли своей думать гадости и лажу,
Лучше подремлю я, чтобы удержаться,
Не избить бабульку, да ее дочурку, да еще внучульку.
Где же им, беднягам, знать, что мои мысли
Так ужасно, гадко в голове повисли.
Бабушка напротив, что через скамейку,
Хавает уродски, чавкает плебейски,
Взгляд в окошко грустный устремила дико,
Коркой от арбуза внучку угостила.
Желтая кофтейка в память канарейки,
Под слюну попала бабушки-злодейки,
В этих слюнных пятнах взглядом безразличным,
Бабка в меня палит как-то горемычно.
В прошлом этой бабки: ебля, страсть, походы;
Голова седая, нос торчит неловко,
Уши от сережек вниз свисают грустно,
Вот еще и дочка постарела тускло,
Только внучка жаром пышет междуножным,
От ее кумара спасу нет прохожим -
Лапают, мелькают в ее жизни сложной,
Да, она такая, всем ее не можно…
Да и всем не хоцца трогать ее писю,
Что от ласк неловких ловко шелушится,
Что покрыта пеной от арбузных корок,
От парней залетных, брезговать не ставших,
От укоров бабки похотью отдавших,
Да от разных гадов на пути словивших
В откровенной позе, грязью наградивших.
Так семья старушки, что сидит напротив
На меня влияет, заставляет против
Воли своей думать гадости и лажу,
Лучше подремлю я, чтобы удержаться,
Не избить бабульку, да ее дочурку, да еще внучульку.
Где же им, беднягам, знать, что мои мысли
Так ужасно, гадко в голове повисли.