Самые смешные истории за месяц!

Удар ниже пояса!
На разработку своей Виагры - лекарства от импотенции из мускуса кабарги (саблезубого оленя) - из бюджета потратили около 1 млрд рублей, но проект не завершён. Питомник ввели в эксплуатацию в июне 2024-го, а вот лабораторию - нет. Научный центр расторг договор с прежним подрядчиком и заключил новый, но работы так и не начались.
На проект выделили 2,4 млрд рублей, что в 1,6 раза больше первоначальной оценки.
В питомнике планируют сократить численность кабарги до 250 особей из-за высокой себестоимости мускуса - 145 тыс. рублей за грамм.
Ранее KP.RU сообщил, что глава Минпромторга рассказал о всплеске создания отечественных брендов.

У нас - кипеж по поводу срочного перевода с Винды на Астра-линукс.
Подкалываю пострадантов: вы дружно уходите в астрал. Астрапитеками будете.

Что объединяет криминальный наезд, свадьбу и новоселье? ну кроме обычной пьянки и разбивания голов? на самом деле, это пережиток тех времен, когда грамотных можно было пересчитать по пальцам, а законы и их исполнение были в руках того, кто имел силу, то есть мог набрать нужное количество людей для силового решения вопроса (того самого наезда). Чем больше свидетелей было в округе, что вот эта хата принадлежит такому-то Яну по наследству, а что такая-то Марыся замужем за этим Вацлавом, тем меньше был шанс того, что это кто-нибудь оспорит. Ведь большинство претендентов были скорее всего приглашены за стол и тем самым сами подтверждали свое согласие с происходящим. Оттуда же проистекает страшная обида за отказ в приглашении - на самом деле, это отказ в признании прав хозяина.

"— «Что ужинали в замке, — то не худое дело,
Скорей большую пользу я вижу в этом смело:
Идет о замке тяжба, и этим на него
Выказываем силу мы права своего.
Противникам упрямым отлично мы ответим;
Мы им права на замок доказываем этим:
Кто приглашает в замок на ужин, верно, тот
Владеет этим замком, или владеть начнет,
И сам противник может свидетельствовать это.
Видал такие вещи и я в былые лета.»"
А. Мицкевич. Пан Тадеуш или последний наезд в Литве

-Выбираете что-нибудь вкусное!
-Мне нужен салат "Оливье", если у вас нет, закажите такси - поеду готовить сам!
-Так, я уже заказал, что приедет через 7 минут машина на Hyundai Sonata! Поедешь на ней?
-Да.

Вы когда-нибудь видели аэропорт Самуи? Прикрепил фотографию аэропорта. Это то место, где осуществляется регистрация пассажиров и оформление багажа - оно все в глубине, отсюда плохо видно. Куда у нас можно пройти через сканер. А если вышел - снова заходи через сканер.
Слева на фото - стоит пара машин, похоже, привезли пассажиров. Пассажир выходит из машины, достает свой багаж, делает пару шагов - и он внутри аэропорта. Чуть правее центра - два таких пассажира, похоже, регистрация их рейса еще не началась.
После регистрации идешь направо-направо-направо (в смысле фотографии), там вход в зал ожидания, на входе тебя уже шмонают обычным образом - сканируют ручную кладь, пропускают тебя через сканер, если ты пришел в шлепанцах, то обувь снимать не заставляют, если в ботинках на высокой подошве - обувь тоже заставляют снимать и сканируют, в-общем, как и везде.
Но такой свободный проход на регистрацию вызвал у меня когнитивный диссонанс...

Смотрю на ценники, вспомнил мини историю. Ещё при союзе мой дядька с тёткой разговорились о своём бедном положении. Дядька как мог успокаивал и выдал.
- не расстраивайся будет и у нас с тобой 10 тыщщ !!!
Потом пришли 90-е и у них появились 10000, даже больше:)))

Когда учился в школе был прикол попросить кого нибуть поискать в магазинах электроники микросхему 'П.И. ТРИ Д.А.'.
-Ты запиши чтобы не забыть!
и у очередного олуха в кармане оказывалась записка с надписью пи3да...

После беседы с одним типапрограммистом родилась идея для кликбейта:
"Чтобы написать игру своими силами в одиночку достаточно только С++, парочки либ и..."

Да никто не спорит что достаточно только в XXI этот программист будет свою игру писать до морковкиного заговения пока все остальные забив на оптимизацию и гордость будут казуалки на Unity или Unreal по 5 штук в месяц выпускать.

История богопротивного XX века изобилует персонажами, олицетворяющими собой верность тезиса о том, что на детях гениев, героев или просто сильных людей, природа обычно отдыхает. Представители древней европейской аристократии, ставшие прихлебателями и подпевалами мелких лавочников, пивоваров и безграмотных нуворишей в стильной форме от Хуго Босс, церковные иерархи, почтенные прелаты, вещающие с высоких кафедр об общечеловеческих ценностях и травоядном пацифизме в то время когда в ядерном огне сгорают тысячи людей, министры огромных государств, политики высшего эшелона, не моргнув глазом сдающие приобретения своих предшественников и разваливающие свою родную страну "чтобы тусоваться красиво" - несть им числа...
Тем необычнее выглядят и ярче смотрятся на фоне происходящего вокруг безумия люди, подобные герою этого текста.
Итак, прошу любить и жаловать: Клеменс Август фон Гален, епископ Мюнстера с 1933 года, кардинал-пресвитер Римско-католической церкви с 1946 года, причисленный к лику блаженных в 2005 году.

Еще при жизни этот добродетельный муж обрел любовь и уважение окружающих, признание и славу "пастыря доброго" и, разумеется, жгучую ненависть со стороны некоторых власть предержащих. Фон Галена именовали сперва "папой Галеном", за аскетичность, подобающую сану, искреннюю и деятельную заботу не только о своей пастве, но и вообще обо всяком нуждающемся и за то что он не разделял людей по расам и национальностям, и уж тем более по степени и глубине их горя. С течением времени, когда Клеменс стал епископом своего родного города и не побоялся открыто выступить против беззакония, осудить варварство и предать огласке грехи властителей своей страны, его стали называть не иначе как Мюнстерским львом.
История этого человека - это история судьбоносных выборов, веры и верности своим идеалам. И в качестве эпиграфа к ней прекрасно подходит девиз, который взял себе молодой фон Гален: "Nec laudibus nec timore". На русский язык его можно перевести так: "Не восхищаюсь и не страшусь".
Но начать стоит издалека. Клеменс Августин Эммануил Йозеф Пий Антоний Губертус Мария фон Гален (оцените масштаб ф.и.о., да) родился в самую что ни на есть историческую эпоху: весной 1878 года. Буквально только что под грохот пушек и торжественные марши провозглашена Германская империя, в Европе стремительно набирают популярность немецкие наука и искусство, прусский орёл расправляет крылья, дающие тень сумрачному тевтонскому гению. Такое состояние дел на континенте дает юному отпрыску древнего вестфальского дворянского рода практически неограниченные возможности. И он не упускает своего шанса. Клеменс фон Гален, наследник графского титула, вместе с братом уезжает в австрийский Форарльберг, где практически оканчивает иезуитскую католическую школу "Звезда Утренняя" (потому что в окрестностях родного Мюнстера приличных католических школ не было, а в протестантскую идти не позволяла родовая гордость), а затем блестяще сдает экзамены в Германии, подтверждая свои солидные наследственные интеллектуальные возможности и живость ума. После этого возмужавший фон Гален ничуть не менее блестяще оканчивает доминиканский университет в Фрайбурге, окончательно утвердившись на традиционном для своей семьи пути служителя церкви.
Отличительными особенностями Клеменса были его строгость, и даже аскетичность. Сокурсники молодого вестфальца говорили, что он практически не пьет и осознанно избегает общества кокетливых женщин, которых всегда хватает рядом с любым уважающим себя европейским университетом. Особенно же всеми отмечалась последовательность в нелюбви к фальши мира: потомка древнего рыцарского рода натурально коробило от лжи и лицемерия, особенно - исходивших от представителей власти.
В годы своего обучения в университете, Клеменс активно путешествует по Германским землям, достаточно долго и тщательно знакомясь с народом, который ему в скором будущем предстоит вести к богу. Фон Галена заносит и в горные общины верхней Австрии, и в тихие городки среднего течения Рейна и в промышленные центры севера империи, и даже в прусский хартленд нового Рейха. Во многом именно в этих поездках окончательно формируется характер будущего епископа и кардинала - строгий, суровый внешне, и не терпящий несправедливости, как и подобает потомку рыцарей и прелатов, но вместе с тем деятельный, открытый и благодушный, как и полагается честному немцу.
В 1904 году Клеменс фон Гален был рукоположен в священники, а с 1906 года обосновался в Берлине, рьяно взявшись за дело укрепления католической веры. Он не посещал модных салонов и особняков знати - его паства обитала в бедняцких кварталах, рабочих бараках и общежитиях мигрантов - вчерашних крестьян, приехавших в город в поисках лучшей доли. Фон Гален разворачивается по-крупному, отдавая всего себя служению. Он открывает несколько школ для бедных (церковно-приходского типа, чтобы дети просто обучились грамоте, письму и счету, но это лучше чем ничего), занимается тем, что сейчас бы назвали социальной работой - физически помогает больным и увечным, приносит утешение умирающим и помогает людям, оказавшимся в сложной жизненной ситуации, параллельно проповедуя среди рабочих и бедноты. За свою искренность и деятельное участие в жизни практически каждого из своих прихожан, Клеменса начинают называть не иначе как "папа Гален". Двухметровый широкоплечий вестфалец, на котором бы куда лучше смотрелись кольчуга и шлем, а не сутана, никогда не отказывал в помощи нуждающимся, а его маленькая нищенская квартирка, заваленная книгами, нередко играла роль хосписа.
В 1914 году Клеменс, как и положено немецкому аристократу, приветствует начало войны, но, как и положено хорошему священнику, осуждает кровопролитие и всеми правдами и неправдами выбивает себе разрешение выезжать на фронт и нести слово божье солдатам кайзера. В постоянных разъездах между Бельгией, Прибалтикой, Галицией, Румынией и Лотарингией проходят для Клеменса следующие долгие четыре года. Поражение Германии в войне фон Гален воспринимает крайне тяжело, особенно на фоне волнений социал-демократов, социалистов и коммунистов, которых он с той поры считал не иначе как врагами Германии и церкви. Возвратившись в послевоенный обнищавший и озлобленный Берлин, Клеменс с жаром начинает клеймить их позором с высоты церковных кафедр, причем зачастую агитаторам нечего ему противопоставить, поскольку рослый и статный пастор, обладающий громоподобным голосом, смотрится куда выигрышнее простого распропагандированного работяги или интеллигента из венской кофейни. Но за идеологическими баталиями фон Гален не забывает о своем пастырском долге - он продолжает свою гуманитарную деятельность, помогает открывать общественные столовые для бедноты и проводит занятия в школах.
Так продолжается до 1933 года, когда Клеменс получает назначение в свой родной Мюнстер, дабы занять епископскую кафедру. На этом моменте история "папы Галена" завершается и начинается история "Мюнстерского льва".
Шикльгрубер был недобрым католиком но не хотел портить отношения с церковью, особенно с учетом борьбы с атеистическим движением внутри Германии, а после и с Советским Союзом, хотя и грозился спросить с нее после войны "до последнего пфеннига".
Приятным бонусом к защите фон Галена от весьма активных нападок воинствующих молодчиков в черном и доносчиков, стало международное признание его правоты: опираясь в том числе на материалы Мюнстерского Льва, Папа Римский выпустил энциклику "Со жгучим беспокойством", в которой осудил нацизм. О епископе Мюнстера услышал весь христианский мир, а значит его смерть моментально возведет его в ранг мученика, пострадавшего за веру. Партийные бонзы Третьего Рейха прекрасно это понимали, и потому были вынуждены терпеть несносного святошу, продолжавшего клеймить их позором и обвинять в забвении христианской морали и нравственности - основ европейской культуры и западной цивилизации.
Вот так, балансируя на краю пропасти (потому что желание заигрывать с элитами и не злить церковников это весьма эфемерная вещь и приказ о ликвидации несносного попа мог быть отдан кем угодно и когда угодно), Клеменс фон Гален доживает до конца войны, принимая поражение Германии как должное наказание за грехи ее вождей и молчаливо примкнувшего к ним большинства. В 1946 году он получает из рук нового Папы кардинальскую шапку, став кардиналом-пресвитером, и в этом же году мирно умирает в своей постели.
Однако в отличие от других борцов с гитлеровским режимом, имя фон Галена практически неизвестно не то что за пределами Германии, но даже за городской заставой его родного Мюнстера. И этому есть несколько причин.
Клеменс фон Гален был человеком твердым в своей вере и своих убеждениях. Зачастую - излишне твердым, если так можно выразиться. Он радел прежде всего о благе немцев как народа, но не был готов безоговорочно молиться о благе немецкого государства. Поэтому Союзникам, странам антигитлеровской коалиции неслабо доставалось от него на орехи, и он клеймил их позором тем сильнее, чем агрессивнее становилась война на западном фронте. Например после варварской бомбардировки Дрездена он с высоты епископской кафедры проклял тех, кто превратил город в пылающие руины. Он ставил во главу угла служение церкви, последовательно негативно отзываясь обо всех ее противниках. Так, в день начала операции Барбаросса, в своей проповеди он отметил, что и от чертей бывает польза, раз они борются с безбожным Советским Союзом. Если нацисты и большевики рвут друг друга на части - тем проще потом будет христианской Европе сбросить ярмо и тех и других. Фон Гален не заигрывал ни с кем - ни с немецкими антифашистами, ни с оккупационными администрациями, ни с прежней властью, он оставался верен церкви и только ей. А принципиальные и честные люди, особенно из числа священнослужителей, оказались не нужны никому из победителей.
В 2005 году Клеменса Августа фон Галена, кардинала-пресвитера Римско-католической церкви посмертно беатифицировали по решению Папы Римского Иоанна Павла II, хотя информации о чудесах, прижизненных или посмертных, необходимых для причисления к лику блаженных не обнаружено.