Предупреждение: у нас есть цензура и предварительный отбор публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+

Анекдоты про войну

Анекдоты и истории про войны и ветеранов.

Знаете другие анекдоты? Присылайте!
Упорядочить по: дате | сумме
текст удалён
текст удалён
текст удалён
текст удалён
текст удалён
текст удалён
текст удалён
текст удалён
Про дружбу ( посвящается 21 сентября 2022 года)

Вчера у всех был нелегкий, а для некоторых - решающий день в их жизни. Это решение у всех было разным. Я ни с кем не спорил - просто консультировал по насущным вопросом и успокаивал тех, кто был слишком на нервах.
Одно я заметил с удивительной точностью - из всего этого хаоса звонков и сообщений только два человека реально хотели чем то помочь- а не поделиться своими проблемами, или найти их решение.
Первый - весьма мутный партнер по бизнесу, про которого я до конца мало чего знаю, несмотря на то, что не один год вместе работали по разным историям. Он сразу спросил, есть ли проблема и нужна ли помощь. И только потом начал взаимообмен информацией. Причем как выяснилось, решение, которое он предлагал, было крайне неординарным.
А второй - знакомый руководитель крупной общественной организации, крайне надменный товарищ с которым мы взаимно друг друга недолюбливаем. Набрав, он коротко сказал в трубку:
- У меня есть одно место в самолете. Держу под тебя. Вылет через 3 часа. Решайся.

Иной раз люди оказываются совершенно не такими, как кажутся нам, особенно в экстренной ситуации. Поэтому не судите их по отношению к себе - судите по Поступкам в тот момент, когда тяжело ВСЕМ.

Всего вам самого наилучшего, дорогие мои читатели!

P.S. Я остался.
Когда я вижу рассуждения о физических недостатках оппонента как последний довод, то вспоминаю, что рябой курильщик с усохшей рукой, калека на коляске и заика с алкоголиком победили зожников.
- Г-н Шольц заявил, что Киев НЕ ПОЛУЧАЛ из Германии ОРУЖИЯ СПОСОБНОГО ВЕСТИ ОГОНЬ по территории России...
- Кто-нибудь объясните г-ну Шольцу, что даже из сраной берданки с территории Украины на территорию России стрелять вполне можно.
Я убежден, что убийство под предлогом войны не перестает быть убийством.
8
Война — это когда за интересы других гибнут совершенно безвинные люди.
7
Маленькие победоносные войны как наркотик. Со временем прежняя доза перестает действовать, и требуется ее увеличить.
- По какому праву СССР вторгся на территорию суверенного государства Германии в 1945?
- Потому что в 41...
- Я вас спрашиваю про 45. Что вы мне издалека рассказываете? Хотите запутать?
19
Война 1956 год. Операция "Кадеш".
Израильский сержант взял в плен взвод египтян.
- Что мы могли сделать, – говорят пленные, – он нас окружил.
-------------------------------------------------------------
Шестидневная война. 1967 год.
Два египетских солдата лежат в тель-авивском госпитале:
- Да, наш Насер всё-таки великий полководец. Ведь обещал же он нам, что мы через три дня будем в Тель-Авиве. И вот мы уже здесь.
Мне одному кажется смешным, что Шольц требует газ от России, чтобы сделать танки и отправить их воевать против России?
В 1915 году, в разгар Первой мировой войны, Альберт Марр присягнул на верность Британии. Отправляясь на фронт, Марр попросил лишь об одном — взять с собой домашнего павиана Джеки.

На фронте солдатам не до развлечений, и никому бы не было дела до обычной обезьяны, если бы не удивительная манера поведения и исключительный характер Джеки, благодаря которому он из обычного павиана превратился в талисман 3–го Южно–Африканского пехотного полка. Ему даже выдали особое обмундирование и головной убор с отличительным знаком пехотного полка. Джеки был настоящим пехотинцем и вместо просиживания в блиндаже, он участвовал в боях, ползая по траншеям. Павиан научился отдавать честь старшим офицерам, использовать вилку и нож по назначению и раскуривать табак в трубке для однополчан.

Позднее неразлучную парочку отправили громить турок и немцев, где природные способности Джеки оказались весьма кстати, например, он мог засечь противника на гораздо большем расстоянии, чем позволяло зрение человека, что не раз спасало солдат от неожиданных вылазок противника.

В 1916, в битве при Агагиа, Альберт был ранен и Джеки начал зализывать ему рану до тех пор, пока не появились медики. А в 1918 году, в сражении при Пашендейле, ранение получил сам Джеки. Отряд попал под обильный обстрел и сквозь дым, повисший от оглушительных залпов орудий, можно было увидеть Джеки, пытающегося построить примитивное оборонительное сооружение из обломков и камней. Шрапнель повредила его правую ногу, которую пришлось ампутировать. Доктор Вудсенд, проводивший операцию, сделал в своем дневнике такую запись:
«Мы думали дать пациенту хлороформ: если бы он умер, то лучше бы это была смерть под анестезией. Еще никогда в моей практике мне не приходилось давать анестетик такому пациенту. Но Джеки выхватил склянку с анестетиком и стал жадно пить, будто это была бутылка виски! Этого было достаточно, чтобы сделать ампутацию и привести все в порядок».

По окончании Первой мировой, капрал Джеки — кавалер «Преторианской медали», обладатель золотой нашивки за ранение, трех синих шевронов — за каждый год военной службы и военной пенсии, принял участие в лондонском Параде Победы, сидя верхом на лафете.
Закон "за сотрудничество с Россией". Вопрос: кого и когда посадят за транзит газа?
- Слыхал? Тик-ток уходит из России из-за закона о фейках...
- Ну, почему, блядь, всё хорошее для россиян оплачивается кровью...
Не знаю, кто там сказал, что вирусы не разумны. Во всяком случае ковид на войну не захотел...
В любой войне важно помнить, что есть оружие массового поражения, но нет оружия массовой победы.
По итогам миротворческой операции в Украине все граждане РФ перешли на карты МИР.
- Что общего между участниками митингов против войны в Украине и полицаями их разгоняющими?
- И те и другие воевать ехать не хотят...
Продам контрольный пакет акций ПАО «Сбербанк». Или меняю на мужские ботинки 44 размера.
Итак, вы проснулись, а вокруг война и эпидемия. Это, наверное, средние века.
3
Беда многих людей в том, что они мыслят категориями типа "Этого не может быть потому что такое невозможно даже представить".
Дожили

То, о чём так долго врала вражеская пропаганда, сбылось.
46
На злобу дня

Если власти хотят военных действий, то в первую очередь на фронт должны быть отправлены депутаты Госдумы, члены Совета Федерации и многочисленные эксперты с разных телеканалов страны.
- Как вы относитесь к решению Думы признать независимость и защитить население ЛДНР?
- Положительно я к этому отнесусь при условии, что поедет защищать население и отстаивать независимость этих государств хотя бы рота из депутатов Госдумы...
Абсолютная пожизненная власть в стране - такая сладкая штука, что чем ее лишиться, лучше сгореть вместе со всей страной и со всем миром.
Военные прячутся в бункере, а политики - в больнице...
А куда спрятаться народу?
Житель городка Хомстеде(Флорида) Дуэйн Смит и его 11-летний внук Аллен Кадваладер 30 января извлекали из водоема с помощью мощного магнита железные предметы. Мальчик страдает аутизмом и дед таким образом пытается его развлечь. Но на этот раз на "магнитной рыбалке" им удалось поймать пару снайперских винтовок, завернутыми в термоусадочную пленку. Оружие было покрыто отложениями, поэтому, как только они вернулись домой, дед с внуком очищали его в течение часа, чтобы обнаружить, что серийные номера были стерты.Винтовки были переданы полиции Майами.
Дедуля оценил стоимость находки в 14000 баксов и как я понял из статьи его ожидает крупная награда, если подтвердится что находка где то стреляла по знойным американцам.
- Сергей Кужугетович, у нас хоть какой-то план на боевые действия на Украине есть?
- Да у нас этих планов, Владимир Владимирович... Вот из "Бильд", вот от англичан, вот от америкосов... Можно выбрать чё-нить потолковей...
Городок у нас маленький, но есть в нём две достопримечательности: узловая станция, с которой идут поезда в разные концы страны, и две загородные улицы. Там только одноэтажные дома, и у каждого — сад и масса цветов.
И вот мой муж Фёдор — золотые руки — построил там дом, настоящий дворец, в два этажа, с верандой, балконами и даже двумя входами. Я тогда удивлялась, зачем разные входы, а он объяснил, что для сыновей — у нас их двое было, Иван и Костя.
Но всё сложилось по-другому. Началась война с фашистской Германией. Сначала ушёл мой Фёдор, потом один за другим два сына, а через несколько месяцев пришла из части похоронка — погибли оба…
Я сходила с ума. Хожу по пустому дому-дворцу и думаю: как жить?
Работала я в это время в райкоме, мне очень сочувствовали, успокаивали, как могли. Однажды иду я около вокзала, и вдруг летят три самолёта. Люди как закричат: “Немцы, немцы!” — и рассыпались в разные стороны. Я тоже в какой-то подъезд забежала. И тут зенитки стали по самолётам бить: узловая станция сильно охранялась, через неё шли поезда с солдатами и техникой. Вижу — бежит по площади женщина с девочкой на руках. Я ей кричу: “Сюда! Сюда! Прячься!” Она ничего не слышит и продолжает бежать. И тут один из самолётов сбросил бомбу прямо на площадь. Женщина упала и ребёнка собой прикрыла. Я, ничего не помня, бросилась к ней. Вижу, она мёртвая. Тут милиция подоспела, женщину забрали, хотели и девочку взять. Я прижала её к себе, думаю, ни за что не отдам, и сую им удостоверение райкомовского работника. Они говорят — иди, и чемодан той женщины отдали. Я — в райком: “Девчата, оформляйте мне ребёнка! Мать на глазах у меня убили, а об отце в документах — прочерк…”
Они сначала стали отговаривать: “Лиза, как же ты работать будешь? Малышку в ясли не устроишь — они забиты”. А я взяла лист бумаги и написала заявление об увольнении: “Не пропаду, — говорю, — надомницей пойду, гимнастёрки солдатам шить”.
Унесла я домой мою первую дочку — Катю, пяти лет, как было указано в документах, и стала она Екатериной Фёдоровной Андреевой по имени и фамилии моего мужа.
Уж как я любила её, как баловала… Ну, думаю, испорчу ребёнка, надо что-то делать. Зашла я как-то на свою бывшую работу в райком, а они двух девчушек двойняшек, лет трёх-четырёх, в детдом оформляют. Я к ним: “Отдайте их мне, а то я Катю совсем избалую”. Так появились у меня Маша и Настя.
А тут соседка парнишку привела шести лет, Петей звать. “Его мать беженка, в поезде умерла, — объяснила она, — возьми и этого, а то что у тебя — одни девки”.
Взяла и его.
Живу с четырьмя малютками. Тяжело стало: и еду надо приготовить, и постирать, и за детьми приглядеть, да и для шитья гимнастёрок тоже нужно время — ночами их шила.
И вот, развешиваю как-то во дворе бельё, и входит мальчик лет десяти-одиннадцати, худенький такой, бледный, и говорит:
— Тётенька, это ты детей в сыновья берёшь?
Я молчу и смотрю на него. А он продолжает:
— Возьми меня, я тебе во всём помогать буду, — и, помолчав, добавил: — И буду тебя любить.
Как сказал он эти слова, слёзы у меня из глаз и полились. Обняла его:
— Сыночек, а как звать тебя?
— Ваня, — отвечает.
— Ванюша, так у меня ещё четверо: трое девчонок да парнишка. Их-то будешь любить?
А он так серьёзно отвечает:
— Ну так, если сестры и брат, как не любить?
Я его за руку, и в дом. Отмыла, одела, накормила и повела знакомить с малышами.
— Вот, — говорю, — ваш старший брат Ваня. Слушайтесь его во всём и любите его.
И началась у меня с приходом Вани другая жизнь. Он мне как награда от Бога был. Взял Ваня на себя заботу о малышах, и так у него складно всё получалось: и умоет, и накормит, и спать уложит, да и сказку почитает. А осенью, когда я хотела оформить его в пятый класс, он воспротивился, решил заниматься самостоятельно, сказал:
— В школу пойду, когда подрастут младшие.
Пошла я к директору школы, всё рассказала, и он согласился попробовать. И Ваня справился.
Война закончилась. Я запрос о Фёдоре несколько раз посылала, ответ был один: пропал без вести.
И вот однажды получаю письмо из какого-то госпиталя, расположенного под Москвой: “Здравствуй, Лиза! Пишет незнакомая тебе Дуся. Твой муж был доставлен в наш госпиталь в плохом состоянии: ему сделали две операции и отняли руку и ногу. Придя в себя, он заявил, что у него нет ни родственников, ни жены, а два сына погибли на войне. Но когда я его переодевала, то нашла у него в гимнастёрке зашитую молитву и адрес города, где он жил с женой Лизой. Так вот, — писала Дуся, — если ты ещё помнишь и ждёшь своего мужа, то приезжай, если не ждёшь, или замуж вышла, не езди и не пиши”.
Как же я обрадовалась, хоть и обидно мне было, что Фёдор усомнился во мне.
Прочитала я письмо Ване. Он сразу сказал:
— Поезжай, мама, ни о чём не беспокойся.
Поехала я к мужу… Ну, как встретились? Плакали оба, а когда рассказала ему о новых детях, обрадовался. Я всю обратную дорогу о них говорила, а больше всего о Ванюше.
Когда зашли в дом, вся малышня облепила его:
— Папа, папа приехал! — хором кричали. Всех перецеловал Фёдор, а потом подошёл к Ване, обнял его со слезами и сказал:
— Спасибо, сын, спасибо за всё.
Ну, стали жить. Ваня с отличием закончил школу, пошёл работать на стройку, где когда-то начинал Фёдор, и одновременно поступил на заочное отделение в Московский строительный институт. Окончив его, женился на Кате.
Двойняшки Маша и Настя вышли замуж за военных и уехали. А через пару лет женился и Пётр.
...И все дети своих дочек называли Лизами — в честь бабушки.

автор: Борис Ганаго
СТРЕЛОК-РАДИСТ

Я хочу извиниться за то, что этот рассказ не соответствует теме юмора. Но может быть это кому-нибудь будет интересно. Из этого маленького печального рассказа вы сделаете вывод о том, сколько героев стрелков-радистов не вернулось с войны домой.

Мой отец заслуженный военный летчик очень уважал зятя. При этом мне, сопляку, было непонятно, почему батя так его уважал:

- Ты кто? Командир корабля - ооо!
- А ты кто? Второй пилот - ааа...
- А ты кто? Стрелок - эээ...

То есть зять воевал стрелком-радистом на Пе-2, но батя его ОЧЕНЬ уважал.

Понимание пришло много позже. Последнее место службы бати проходило под руководством маршала Пстыго Ивана Ивановича. Этот человек - уникум! За 25 боевых вылетов на Ил-2 присваивали звания Героя Советского Союза. Иван Иванович совершил 165 вылетов!

И как-то довелось мне, тогда студенту, посидеть с Иваном Ивановичем на лавочке, и задал я ему, как мне казалось, невинный вопрос: с кем, то есть с какими стрелками он летал? Иван Иванович погрустнел: «У меня был один стрелок, с которым я полетов пять сделал… А так, выбивали моих стрелков на второй-третий полёт».

Вот тут я и понял, почему батя уважал зятя, воевавшего в качестве стрелка на Пе-2 и выжившего.
Давно собирался, решил всё же запостить это в день 20-летней годовщины.

Это был вторник. День был прекрасный: безветренный и солнечный, в Нью Йорке сентябрь - безусловно самый лучший месяц. Я ехал на сабвее линии R, и должен был выходить на остановке "Всемирный Торговый центр".
Было почти 9 часов. Поезд встал на предыдущей остановке. Передали, что из-за задымленности поезд дальше не пойдет. Я вышел и прошел одну остановку пешком.

В это время один из самолётов уже врезался в один из близнецов. Но я это не сразу увидел, я же не турист, чтобы ходить по Нью Йорку с задранной головой. Но я увидел много валяющихся бумаг, странно для даунтауна, обычно там всё вылизано. Потом я увидел много машин скорой помощи и несколько людей в бинтах. И только потом я посмотрел наверх и увидел один из горящих близнецов, горели несколько этажей процентов на 20 ниже крыши. В 2х стенах зияли черные проёмы и из них вырывалась пламя. Помню, это меня почему-то не очень-то и поразило, я отнесся к этому спокойно. Ну думаю, горит - потушат, да и всё. Я не помнил случая, чтобы горящий дом рухнул до этого, но и горящего небоскреба такой величины, я конечно, не видел.

Совсем недавно у нас была ежегодная конференция с клиентами на 107-ом этаже северного близнеца, а в прошлом году была на 55-том. Мы е смотрели на самолёты в Ньюарке, летящие на более низкой высоте, чем были мы.

Пришел на работу, она была в двух кварталах от близнецов. Помню еще, что начал что-то делать, прочитал е-майл из Финляндии от клиента. Но большинство давно уже стояло у окон и обсуждало "пожар". Я прочитал статью на Yahoo, где было сказано, что в близнец врезался небольшой самолет. Сайт работал очень медленно, потом вообще заглох, видимо не выдержал множества запросов. Вдруг люди в офисе стали орать - я спросил, что происходит - они сказали, что видели, как во второй близнец только что врезался самолет. Вот только тогда до меня стал доходить масштаб случившегося. Я сразу понял, что это теракт и мысль об арабах-террористах сразу же пришла в голову.

Я позвонил жене, она тогда работала на другой стороне Гудзона. Я ей сказал - выйди на улицу и посмотри на Манхэттен. Люди с ее работы тоже вышли. Она села в машину и включила русское радио, по которому теракт уже активно обсуждался. На радио позвонил один инженер и сказал, что оба близнеца точно упадут, и если возможно, надо убегать оттуда как можно дальше. Ведущие ему не верили, но он настаивал. Я уже перестал работать (стало не до этого) и просто стоял у окна и смотрел. Администрация здания передала по громкой связи, что всем надо оставаться на своих местах. Но одна женщина вдруг прибежала заплаканная и сказала, что видела, как люди прыгают с близнецов. Я иду домой - сказала она - не могу больше здесь оставаться. А я все продолжал стоять и смотреть на пожар, и тут один из близнецов стал складываться, как карточный домик и потом стал реально падать на нас.

Некоторые люди полезли под столы. А я просто стоял и не верил своим глазам. Как будто бы смотрел кино. Мозг отказывался верить, что такое может быть. Как оказалось, это не небоскреб падал, а просто огромные клубы пыли , осколков и всяких частиц двигался на нас. Потом всё утихло, но другой небоскреб оставался стоять. Вот тогда нам сказали эвакуироваться. Паники не было, все шли спокойно, но молчаливо. Мы держались впятером, 4 мужика и одна девушка. Вышли на улицу. Сказать, что улица нас впечатлила - это ничего не сказать. Это был как первый день ядерной войны. Небо, которое до этого было голубым, стало совершенно черным. Диск солнца был чисто белым, и на него можно было спокойно смотреть. Улица была покрыта какой-то белой пылью с химическим запахом. Примерно по щиколотку пыли. Дома вокруг тоже были ею покрыты - что-то вроде пепла. У одного из нас был фотоаппарат и он все фотографировал. Съемки получились - охренеть. Брошенный лоток с фруктами, покрытый пеплом сантиметров на 20. Горящий книжный магазин "Borders", в который мы обожали ходить. Черное небо и солнце, превратившееся в Луну. Какие-то люди, полностью покрытые белым пеплом и куда-то бегущие.

Мы отошли несколько кварталов в сторону от близнецов, естественно. Один из нас, американец, сказал, что ему трудно дышать, разорвал свою белую футболку и сделал повязку на рот. Я потом пожалел, что не сделал тоже самое. Это химический запах въелся мне в лёгкие и потом не проходил несколько недель. Но тогда я просто отмахнулся. Но вот земля под ногами задрожала, как при землетрясении. Мы поняли, что рушится второй близнец, но не видели конечно, другие дома закрывали. Мы просто залезли в нишу какого-то дома и сидели там, обнявшись, пока земля не перестала дрожать и грохот прекратился. Потом мы встали, и я , помнится, сказал, что все, их было всего два, больше не будет, пошли домой. Встретили какого-то русскогоязычного мужика, который сидел на парапете с голым торсом, его знал один из нас. Он рассказал, что работал в самих близнецах, с 1992 года и за это время ему удалось уйти живым из двух терактов: 1993 и 2001. Но чувствовалось, что на еще один его уже не хватит.

Решили пойти в Бруклин через мост. Первым был Бруклинский, но мы по нему идти не стали. Решили: кто-то напал на Америку, началась война. А значит, мосты тоже могут бомбить, Бруклинский самый старый и самый знаменитый и лучше не рисковать. Пропустили и следующий, Манхэттенский, потому, что он слишком близок к Бруклинскому. Перешли через Вильямбургский, третий по счету. Мобильники не работали, полегчало на душе только когда добрался до дома и лично увидел жену, детей и родителей, хотя и знаешь, что их там рядом быть не могло, но пока лично не увидишь, все равно волнуешься.Вот в принципе и всё.

Вряд ли я смогу рассказать какой-либо другой день своей жизни в таких подробностях. У меня не такая хорошая память на такие вещи. Но этот день я могу прокручивать, как плёнку, у себя в мозгу.

У нас в то время был один москвич в командировке, впервые в Нью Йорке и в Америке. "Перед отьездом сюда я был уверен, что у меня будут незабываемые впечатления, но такие впечатления я точно не ожидал " - говорил он.
Работаю на мотоэвакуаторе, перевожу мотоциклы в Санкт-Петербурге и по России. Техника попадается разная, дорога зачастую неблизкая, иногда хозяева мотов интересные истории рассказывают. В тот раз мы везли на выставку в Питер тяжелый довоенный немецкий мотоцикл BMW R35 и вот, что рассказал его владелец.

Такие мотоциклы стояли на вооружении регулярных частей Вермахта, и достался он мне в наследство от отца, который получил его от моего деда, партизанившего в лесах Белоруссии во время войны.

Когда я был пацаном, дед рассказывал, что партизаны отбили мотоцикл у фашистов во время нападения на железнодорожную станцию. Немецкому офицеру не удалось на нем сбежать, и партизанам достался мотоцикл с коляской «под завязку» нагруженной штабными документами.

Дед оказался единственным человеком в отряде, способным не только ездить, но и ремонтировать немецкую технику, поэтому мотоцикл закрепили за ним, как трофейную лошадь.

Переодетые в немецкую форму партизаны, часто проводили рейды по захваченным территориям, но особенно отличились дед с якутским оленеводом Николаем – отрядным снайпером. Дед садился за руль мотоцикла, Николай в коляску и они ехали «охотиться на оленя», так у них называлась вылазка за «языком».

Обнаружив на территории оккупированной деревни отбившегося от стада немца или полицая, партизаны подъезжали поближе, якобы узнать дорогу, и Николай набрасывал на него аркан, сделанный из оленьей шкуры, которым якуты мастерски владеют с самого детства. Дед давал по газам, заглушая рёвом мотоцикла вопли жертвы, а в удобном месте перегружали пленника в коляску и отвозили в отряд.

После освобождения Белоруссии, деда с его мотоциклом зачислили в стрелковый полк, с которым он дошел до Германии, где по окончании войны, приказом командования, его наградили тем самым мотоциклом, с которым он дошёл до Германии. С ним же и вернулся домой, вот только коляску пришлось оставить из-за трудностей с перевозкой.

Такой героический аппарат мы перевезли из Минска, а если интересны его фотки, то по ссылке.

http://motohelpspb.ru/novosti/baykerskie-istorii/nemetskiy-mototsikl-bmw-r-35
Послевоенный детдом, тётя Клава, "Лягушка-путешественница"

Она выросла в послевоенном детдоме.

Книг у них было мало.
Воспитательницы вечерами читали им вслух перед сном.
А у Гали была тяга к чтению.

И вот вечером почитали им не до конца "Лягушка-путешественница".
Наступило время "отбоя", воспитательница закрыла книгу, выключила свет и вышла из девочковой спальни.

Галя выждала какое-то время, встала с кровати, нащупала книгу на столе, проскользнула в коридор.
Посредине коридора горела тусклая лампа дежурного освещения. Рядом - почти до самого потолка, возвышалась стопа уложенных матрацев.
Галя забралась на них - поближе к лампочке, дочитала про лягушку-путешественницу до конца, потом начала читать сначала. Там и уснула.

Уже глубокой ночью ей приснились немцы, она во сне заплакала, закричала. Память об оккупации и раньше, и потом отражалась в её снах.

На её слезы прибежала дежурная нянечка тётя Клава. Сняла её с матрацев, успокоила, привела в свою комнатушку. Выкатила из печи печеную картошку - накормила, отпоила чаем, отнесла вновь уснувшую на руках в спальню.

Через 25 лет Галя в рейсовом автобусе присматривалась к женщине напротив. Подошла:
- Извините! А Вы не тетя Клава?

Та, всматриваясь в лицо интеллигентной молодой женщины ответила:
- Да. Меня Клавдией зовут.

Галя продолжила:
-А вы не помните Галю Шкапа из детского дома?
Та радостно отвечает:
- Помню, конечно! А где она сейчас?
...
Из автобуса они вышли вместе. Долго не могли расстаться. Потом Галя с подругой-детдомовкой приезжала к тете Клаве в гости в деревню.
На детдомовских встречах тетя Клава была в числе почетных гостей.
,,,
Сейчас разговаривали с мамой о чтении, о книгах, и она вспомнила эту историю.
Фамилию тёти Клавы она сейчас не припомнила.

О педагогах, обо всем персонале детского дома Воскресенского химкомбината у мамы самые светлые и благодарные воспоминания.
Мы отпраздновали 76 годовщину победы во Второй Мирой войне. Дай бог отпразднуем и 100 летнюю. Вряд ли кто из ветеранов до этого доживёт. А вот до столетнего юбилея Бородинского сражения один участник точно дожил ! Это невероятно но факт ! В том сражении он получил два тяжёлых ранения, но прожил ещё сто лет ! И в 1912 году его нашли и привезли на открытие памятника в честь столетия победы в отечественной войне 1812 года. А всего современников той войны в 1912 в живых было аж 25 человек от 108 до 123 лет!
Вот ведь раньше были Люди ! Богатыри, самые настоящие а не былинные!
6
Две судьбы, часть вторая

Эту историю рассказал зампред совета ветеранов, бывший в нулевых уже глубоким стариком.

Среди его подопечных в начале 70-х был один крайне необщительный ветеран. В отличие от других, пусть и не любивших говорить о войне, но все же хотя бы поддерживавших кой-какие связи с другими ветеранами и сослуживцами, этот человек жил полным бирюком, мало общаясь даже с родными. В предверии 30-ти летия Победы в 1975 году рассказчик решил сделать ветерану приятное и самостоятельно разыскать его сослуживцев. Что оказалось весьма легко - так как наш ветеран в звании подполковника занимал не последнюю должность среди политработников дивизии. Однако после расспросов, от которых часть сослуживцев вежливо уклонилась, а другая отвечала несколько разное, рассказчик лично встретился с одним из офицеров той дивизии. Итогом встречи была весьма неприятная история - наш подполковник, собирая посылку для своей семьи в тылу, не только залез во всевозможные общие запасы, но и покусился на святое - личные вещи погибших во время недавней атаки бойцов, хранившиеся у старшин. В итоге ночью, за пару часов до широкомасштабного наступления, неизвестные подкараулили его по время похода по нужде и оттащив в ближайший пролесок, устроили ему полноценную темную, после которой оставили связанным на месте избиения. Нашли его уже после начала атаки, и расследовать дело можно было только после окончания боев, которые затянулись на трое суток. Подполковник попал в госпиталь, из которого его комиссовали. А виновных в итоге так и не нашли - потери при атаке были огромными, что завело расследование в тупик.

Разумеется, никакого знакомства с сослуживцами не состоялось, но и историю эту до самой смерти ветерана рассказчик хранил при себе. У каждого своя судьба.
Не успел к 9 мая, но все же хочу поделиться воспоминаниями деда о начале ВОВ.

Дедушка родился в конце ноября 1925 года, летом 1941 ему было 15 лет. Вместе с товарищами поехал копать противотанковые рвы куда то под Смоленск. Работали полный день, под начальством какого-то военного. Правда, ров получался каким то странным - слева от него был высоченный крутой берег реки, на который танки явно не могли забраться, но приказ есть приказ. На третий день в живую увидел сцену, много раз после этого повторявшуюся в кино: возвращались вечером в лагерь с работы, летит самолет. "Наши, наши" - закричали товарищи. Но самолет, снизившись, дал пулеметную очередь, и сын нашего деревенского соседа больше уже никогда не поднялся. Ещё через пару дней посреди рабочего дня приехала машина с парой офицеров, нас построили на 2 шеренги, 1925 год и младше ( была пара 14-ти летних) в одну сторону, остальным раздали винтовки из машины, патроны и начали наспех обучать заряжать и стрелять( базово то большинство умели, тогда были типа ОБЖ нашего курсы в школах). Нам же дали проводника и сказали идти на станцию Вязьма ( около 50 км), где ждать попутного поезда в сторону столицы. Шли полутора суток, спали в лесу, так как летали немецкие самолеты. Дошли до станции, Вязьму уже эвакуировали, с трудом смогли найти буфет в парке, чудом открытый, и купить что то из съестного. На ж/д станции долго ждали поезда, но большинство не останавливалось и шло в сторону фронта. И вот, наконец, один поезд в сторону столицы остановился, ребята пошли по вагонам- теплушкам. Услышал крики "Сюда, тут свои!". Прибегаю - точно свои. Человек 15. Большинство - раненые. ВСЕ, кто остался ЖИВ после боя с немецким десантом, высадившимся в лесу напротив места, где мы копали окопы. Но цель была достигнута- десант уничтожен. С этим поездом добрался до столицы, дальше до родной деревни и пришел домой к матери, уже получившей известие о гибели соседского сына и с тревогой ждавшей моего возвращения.
ФАШИСТ

Часы шли примерно сто лет, потом родился я, папа купил эти часы и повесил на стену, чтобы они продолжали идти уже у нас дома. Обычные такие старинные часы с боем, на циферблате гордая надпись «ПАВЕЛЪ БУРЕ»
Но вдруг, как всегда неожиданно, часы остановились и в доме сразу стало пусто и тревожно без их цокота, урчания и звона. Комнату наполнила ватная тишина, такая бывает сразу после оглушительного взрыва.
Я-то, вообще без Павла Буре никогда не жил и у меня как будто бы соску отобрали. Хотелось сразу зареветь, но пионеры не плачут. Мы с папой сняли мёртвые часы со стены и конечно же понесли их к Фашисту в танк. А к кому же ещё?
Фашист -это милый, белобрысый дядька, часовщик из будки через дорогу. Как только, кому-нибудь нужен был ключик для велика, или хитрый совет по технической части, все сразу бежали в танк к Фашисту. Это мы, дети, за глаза звали его Фашистом, во первых потому что дети, во вторых потому что был он этническим немцем, а в третьих, потому что он свою будку обшил серыми металическими листами . И никаким фашистом он конечно же не был, а с точностью до наоборот , был простым, советским, хромым ветераном войны с орденскими планками на пиджаке. (Хотя, в те времена, почти каждый мужик под пятьдесят и старше, был фронтовиком. Славные были времена.)
В глаза, конечно, мы называли его дядя Роберт.
Больше всего на свете дядя Роберт любил часы, просто фанатично любил. Ремонтировал он их по немецки качественно, вдумчиво, с полуулыбкой и всегда в срок. Теперь я просто уверен, что сидел Фашист в своём «танке» не ради денег, а ради того, чтобы решить очередную зубчато-пружинную головоломку. Если бы ему принесли одну только кукушку от часов, дядя Фашист посмотрел бы на неё сквозь лупу и со вздохом сказал бы: тут очень много чего не хватает, но я попробую. Приходите в четверг, не переживайте, отремонтирую я ваши ходики.
И вот, глянул Фашист на наши мёртвые часы, прислонился к ним ухом, пошевелил заводным ключом, зыркнул на нас огромным глазом сквозь лупу и строго сказал:

- Всё ясно, пружину перетянули. Лопнула.

Нам с папой стало стыдно.

Дядя Фашист положил Павла Буре на фетровую полку, накрыл специальной фланелевой тряпочкой и продолжил уже более миролюбиво:

- Ладно, завтра после обеда приходите, сделаю конечно. Три рубля будет стоить, деньги после ремонта.
- Спасибо, дядя Роберт. До свидания.

На следующий день после обеда мы вернулись к Фашисту в танк и очень расстроенный дядя Роберт сказал:

- Тут, вот какое дело, всё складывается не так просто как хотелось. Пружину-то я заменил, механизм работает конечно, но не совсем так, как должен. Оказывается, какой-то, в кавычках, майстер, хорошо покопался в ваших часах, руки бы ему поотрывать. Правда, скорее всего- это было лет пятьдесят тому назад, ещё при Ленине. Короче так, я на днях должен кое-куда уехать и, если повезёт, найду там правильные запчасти, иначе никак. Это хорошо ещё, что вы ко мне пришли, другой бы даже и не понял что там к чему, тикают и ладно.
Заходите через месяц, не раньше. Надеюсь, что достану нужную деталь. И не переживайте, цена не изменится.

Что нам оставалось? Мы сказали — спасибо, дядя Фа-а-э-э-роберт. До свидания.

Через месяц часы действительно были готовы и радостный Фашист объявил:

- Хух, сделал. Не ожидал, что с таким трудом придётся искать вашу детальку. Но, всё же я её нашёл, как раз от такого механизма. Что касается пружины, заводить часы нужно раз в две недели в одно и то же время и считайте полуобороты. Должно быть шестнадцать, а лучше пятнадцать, тогда послужат ещё двести лет. Забирайте. От поролона избавитесь, когда уже повесите на стену.
С вас три рубля.
Если интересно, то я расскажу что там было. Ваш механизм немецкий, 1878-го года выпуска, редкий механизм, а какой-то недоделанный майстер, кое что оттуда вытащил, чтобы вместо этого впихнуть вот эту маленькую детальку, она зацепляется за такие, как бы вам объяснить, штифтики, как лопаточки, с такими крючками и они в свою очередь... сейчас я вам подробно нарисую.
Так вот - эту детальку, которую он впихнул, изобретут только в 1907-м году, так что на ваших часах её быть ни в коем случае не должно. Это никуда не годится - это самодеятельность. Эту штучку придумали для того, чтобы ход часов стал точнее. Ваши часы ведь ходили плюс-минус полминуты в сутки? Так?
- Ну, вроде того, даже может быть точнее.
- Ну, вот, а такой точности для вашего механизма никак не может быть. Но я нашёл оригинальную деталь, всё вернул назад и ваш Павел Буре будет ходить ровно так, как его и создали на фабрике - это плюс -минус две минуты в сутки. Вот, я вам отдельно в бумажку завернул неправильную детальку. Не забудьте её.

Мы расплатились с Фашистом, от души поблагодарили, аккуратно прикрыли дверь в танке и пошли домой, не зная, плакать нам, или хохотать.
С тех пор прошло лет сорок пять, часы сменили много стен, городов и даже стран, но хозяева пока остались в основном прежними. Часы всё так же, как и в 1878-м, не особо переживают о точности хода времени. Всё так же непредсказуемо гуляют на полторы минуты в сутки, но главное - идут и своим музейным звоном превращают всё вокруг в родной дом…

P.S.

Сегодня я вспомню своих стариков переживших войну, да и не только своих. Не забуду и с Фашистом чокнуться через стекло часов. Хоть времени для него давно не существует, но пусть у него там всегда под рукой будут нужные детальки…

9 мая 2021
За отвагу

Дед мой воевал, но не любил вспоминать об этом. На расспросы отвечал: «Ну что, они стреляли, мы стреляли».
А сосед наш, Николай Сергеич, однополчанин деда, часто и много рассказывал про войну. Приходил в мою школу каждый год, на День Победы, всё говорил о руководящей и направляющей роли.
«Что с него взять, – сокрушался дед, – политработник…»
Ругались они часто.
Когда хоронили Николая Сергеича, дед плакал.
– Знаешь, хоть и политработник, но мужик был отважный. Он ведь Лёху от тюрьмы спас. Не знаю, чего ему это стоило…
– Кто это Лёха?
– Друг наш. Коля отказался подписать тогда бумагу. И ещё по верхам ходил, доказывал. Вот Лёху и не посадили, после плена.
Потом тихо добавил:
– Я Кольке в гроб свою медаль «За отвагу» положил.

© Алекс Ершов
Смерти вопреки

"Командир танка «М-4 А2» 58-й гвардейской танковой бригады (8-й гвардейский танковый корпус, 2-я гвардейская танковая армия, 1-й Белорусский фронт) гвардии младший лейтенант Алексей Афанасьев отличился в боях за город Люблин (Польша).
23 июля 1944 года его танк первым ворвался в центр города, огнём и гусеницами уничтожил большое количество боевой техники и живой силы врага, рассеял колонну противника, потом захватил мост и удерживал его до подхода основных сил. В конце боя гвардии младшего лейтенанта Афанасьева выбросило из горящего танка взрывной волной. Обожжённого и контуженного, его подобрали местные жители."
***** ***** *****

Штурм Люблина к середине дня 23 июля 1944 года был в полном разгаре когда танк Алексея Афанасьева появился в центре города, что для обороняющихся немцев стало неприятной неожиданностью. Танк на полном ходу двигался и маневрировал стреляя из пушки, броня гудела от лязга немецких пуль и осколков гранат. Несколько раз танк тряхнуло от попаданий снарядов в его лобовую броню, перед глазами командира и экипажа проносились огненные хвосты от летящих фаустпатронов.
Удар снаряда сбоку перебил гусеницу и заставил танк остановиться, но не смотря на это экипаж продолжал сражаться – стреляло орудие и пулемёты. От второго попадания в танке вспыхнул огонь, и командир отдал приказ покинуть броню.

Поляки жители ближних домов стали очевидцами смертельного боя, который проходил на их глазах посреди главной площади города и видели как танк, который первым ворвался в центр города Люблин, был подбит и загорелся. Из него смогли выбраться двое. Из командирского люка на землю спрыгнул младший лейтенант, из другого люка выбрался раненный танкист–водитель.
Окружившие танк враги поползли к ним, ведя огонь из автоматов и желая захватить в плен. Из окна дома по танкистам бил пулемёт. Танкисты бросили в сторону наступавших врагов по нескольку гранат и отстреливались из автоматов. Плотный огонь автоматных очередей и пулемёт не давали им возможности отбежать. В горящий танк попал ещё снаряд из пушки, которую немецкие артиллеристы выкатили из подворотни старинного дома. Теперь они били по краснозвёздной машине прямой наводкой. Следующий снаряд пробив боковую броню танка, попал в укладку боевых снарядов.
Взрыв был такой силы, что башню танка отбросило на двадцать метров. Когда красноармейцы выбили немцев из центра и бой передвинулся к окраине, жители подошли к танкистам.
Механик-водитель был убит взрывом, а офицер... ещё подавал признаки жизни. Его сильно обожжённого и контуженного взрывом, польские жители передали медикам советского полевого госпиталя.

Представляя командира танка А. Афанасьева к высшей награде Родины, командование и боевые товарищи считали его погибшим.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 августа 1944 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм гвардии младшему лейтенанту Афанасьеву Алексею Николаевичу посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

Когда через несколько дней Алексей очнулся в госпитале, то первое что он произнёс: «Где я?».
Потом он начал понемногу осознавать окружающее:
– Мы город взяли?
– Взяли, взяли, – успокоил его военврач, – выздоравливай, герой.
– Кто герой? Героев хоронят с почестями, а я живой пока.
– Ты хоть помнишь как тебя зовут, кто ты и что было до того как сознание потерял?
– Помню, – обожжёнными губами прошептал танкист, – я младший лейтенант Афанасьев. Я командир танка.
– Молодец. По документам так и есть. Значит, в строй мы тебя вернём. Здоровье и характер у тебя железные, да и звёзды, видно, так сошлись, что ты жив остался.

Командир героического танка Алексей Николаевич Афанасьев смерти вопреки остался жив. Лечение в госпитале было долгим, но довелось ему, командовать танковым взводом и штурмовать Берлин.
Знамя бригады с прикреплённым к нему орденом нёс по Красной площади на параде Победы 24 июля 1945 года герой Советского Союза гвардии старший лейтенант Афанасьев.
В предверии великого (без преувеличения, особенно, для жителей постсоветского пространства) праздника, стукнула в голову одна мысль. Если вернуться, хотя бы в начало 90-х, когда меня, будучи ребенком, дед-ветеран вел в сквер Победы, то отчетливо помню, как видя маленького меня (и не только меня, но остальных внучков, которых привели с собой деды), ветераны, как наказ, говорили одну фразу, смысл которой: «Мы воевали, чтобы вы жили в мире, и лучше вам не знать, что мы пережили и никогда не повторять». Но, по мере взросления, видел, что ветеранов становиться все меньше и меньше, но посыл оставшихся был неизменным. И вот теперь, когда я вижу граждан, которые «можем повторить», то у меня ёкает такая мысль: жалко, что нельзя этих «повторюшек» закинуть туда, в 90-е, когда ветеранов было много и многим еще не было семидесяти. Ох, посмотрел бы я на них! Думаю, что профилактическая беседа с суровыми участниками, мигом вернула мысли в нужное направление. Без рукоприкладства, эти люди умели подобрать суровые слова, чтобы хватило испугать и вызвать стыд у «повторюнов» одновременно.
Про очковтирательство из мемуаров генерала Батова:
От штаба фронта ему (командарму) в числе прочего поступает приказ - взять пять холмов.
Батов ставит задачу командиру своей дивизии и занимается другими делами. К вечеру тот докладывает в штаб армии - первый холм взят! Штаб армии радостно доносит в штаб фронта. На следующий день снова донесение от комдива - второй холм взят! Замечательно! Снова докладывают в штаб фронта. И тут оттуда - вспоминает Батов - звонит лично комфронта Константин Константинович Рокоссовский и ледяным тоном, безукоризненно вежливо, интересуется у Батова - и сколько же еще холмов тот намерен взять?! Тот удивленно смотрит на карту и смущенно крякает: "Пять Холмов" - название ОДНОЙ высоты…
Люди пишут на своих мерсах: "Можем повторить". А вы верите, что они могут повторить качество немецкого автопрома?
Тяжело в ученьи, но легко в бою ?
Киборгам и дронам это по х*ю.
Десять лет назад записал на видео военные воспоминания моей дальней родственницы, участницы войны.
Начал записывать ее почти что случайно - новую видеокамеру попробовать. Начал снимать - и не мог остановиться, столько всего интересного было рассказано.
Вчера снова сел смотреть получившийся довольно длинный ролик, один случай из тех, что услышал, решил пересказать.
Осенью 1941 года ее, 26-летнюю учительницу, отправили копать окопы под Москвой. Отправили ее и других учительниц "как есть", прямо из школы, в платьицах и туфельках. Осень, дожди, грязь, холод. Пару недель бригада девчат в таких условиях, впроголодь, копала окопы. Никакой информации, что творится на фронте, у них не было. Выкопали несколько окопов там, где им сказали.
Через две недели приезжают к ним несколько военных, кричат, машут руками, радостные такие (как им показвлось):
- Девушки, кончаем копать! Все! Больше не надо!
Девушки (воспитанные на том, что войну СССР планировал вести "быстро, малой кровью на чужой территории") в ответ радостно закричали:
- Ура! Война кончилась!!
Военные, после длительной паузы, смущенно кашлянув:
- Нет пока... Просто немцы нас обошли, теперь окопы надо копать не с западного направления, а с северного...
Потом у моей родственницы было обучение на курсах радистов, Сталинград, Курск, закончила войну она в 1945 году в Румынии. Дальше - долгие десятилетия работы в школе.
Умерла она в полном сознании в возрасте 95 лет, вскоре после той моей съемки.

Рейтинг@Mail.ru