Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+
23 февраля 2011

Новые истории - основной выпуск

Меняется каждый час по результатам голосования
О любви и IT

Как-то давным-давно, прошлым жарким летом, завалил я со своей девчонкой
в отель на час. Ну такой, знаете, для влюбленных. Удушенные торфяным
смогом, взяли мы хороший номер, двухкомнатный, с кондиционером, знаете,
с джакузи, шестом, с зеркалами разными по стенам.
Девочка мне говорит:
- Я сегодня нормально у мужа отвязалась, до вечера, только у меня в 4
часа телеконференция минут на 20-30, мне придется звонить в Штаты,
поэтому мы прервемся…
- Без проблем, - говорю, - тейк йор тиме бэби (мол, делу время – потехе
час).
Побултыхались мы с ней часик-полтора в джакузи, потом переместились в
койку, а потом я слегка размяк. Моя милая отправилась в другую комнату,
открыла ноутбук с рабочими файлами и завела песню со штаб-квартирой. Я
покимарил, потом почитал журнальчик под музыку, так и провел, наверное,
около часа.
В конце концов стал местами скучать по любимой, а она все за дверью
«бу-бу-бу». Тут меня какое-то хулиганство разобрало. Я встал с дивана и
слегка прихорошился: натянул чулочки с кружевными резиночками на свои
мохнатые копыта и заодно надел ее супер-микро-нанотрусики, состоящие из
двух шнурков с цветочком на жопе. Посмотрел на себя в зеркало, остался
доволен и… открыл дверь в соседнюю комнату.
Лапочка сидела перед компьютером спиной ко мне и что-то задумчиво
слушала в наушнике. Я подошел к ней сзади, достал меч-кладенец и решил
пощекотать ей ушко. Но остановился, подумав, что могу ей помешать, и
просто обошел ее спереди, явившись во всей красе. Последовал дикий крик,
хлопок крышки ноутбука и трехэтажный мат любимым нежным голосом. Это
была конференция по Скайпу!..
Через пять минут после повторного дозвона выяснилось, что уже через
несколько минут от начала того звонка видеосвязь вырубилась, и она
общалась со своим руководством просто в режиме телефонного разговора… Но
в тот вечер мне еще долго пришлось просить прощения, и самыми разными
способами.
Урок биологии в школе.
Учительница рассказывает о полезности мёда для организма человека:
- В состав крови человека входит 24 микроэлемента, 22 из них содержит
мёд.
На что девочка-гот мрачно добавляет:
- Значит, выпивая кровь человека, мы получим все 24.
Ловите.
Приключилась эта история в середине девяностых в общежитиях Воронежского
гос. Университета на улице Энгельса.
Будучи студентом одного из гуманитарных факультетов, я проживал в
абсолютно интернациональном общежитии – кого только там не было!
Буквально народ со всего света. Стоит ли упоминать, что жизнь в таком
муравейнике зачастую была поинтересней любой самой интересной науки и
кипела в общаге на всю мощь…
Комнату свою я делил в тот год с китайцем по имени Минь – 150 см
плёхо-плёхо говорящих по-русски. После второй или третьей жестокой
студенческой пьянки у нас в комнате Минь переселился куда-то к своей
подружке Линь, я их встречал иногда в стенах университета, но они оба
два смотрели на меня как на прокажённого, поэтому частота пьянок в
теперь уже «моей» комнате возросла значительно. Было всё – и из окон
выпадали, и покакулю делали в тазик прямо в комнате, и девушек своих
ночью путали, блевали на курсовые работы, декана принимали в свою
компанию покушать варёной вермишели с майонезом…
И вот на одно из таких мероприятий я решил пригласить своего
одноклассника – теперь он учился на строгом математическом факультете и
жил в соседнем общежитии в одной комнате с не менее серьёзными
одногруппниками-математиками.
Зазываю, значит, старого своего кореша к себе на вечеринку при них:
- Бабуль (так я его ласково называю уже много-много лет), давай сегодня
подгребай ко мне – у нас там куча девчонок будет – погудим!
- Да ну вас, знаю я ваше бухалово. У меня завтра семинар, не могу… А
пожрать-то чего есть??
Зря он спросил, с этого всё и началось.
- Да куча всего!!! - молвлю я, не представляя даже, чтО там вечером у
меня будет твориться. Короче, договорились.
Вечер наступил, собрался народ, галдящий на всех языках мира, бутылки
водки на столе, несколько буханок хлеба там же и килограмма два крекеров
в пакете.. а, ну и как шикарный соус к вышеперечисленным блюдам –
майонез провансаль. Девчонки что-то готовили, но мы смели всё за 3
минуты… В большой семье клювом нихт клац-клац – я предупреждал всех
голодных не опаздывать.
Когда вошёл Бабуля, мы все уже были немного ужаленные, поэтому совсем не
удивились хмурому вопросу Бабули:
- А чё жрать будем?
- Так вот её родимую и будем жрать!! – указывая на водку, совершенно
искренне и жизнеутверждающе заявил один из присутствующих..
- Бля, я так и знал. Дергалыч, - обратился он ко мне с надеждой в
голосе, - а чё правда закусывать нечем что ли?
- Не ссы, Бабуль, давай – вот тебе стакан, пей-ешь на здоровье.
И понеслась, скоро Бабуля уже ломал свой язык с какой-то немецкой
девушкой, рассказывая ей про тригонометрические функции на вражеском
языке…
Пьянка постепенно перемещалась в коридор, смешивалась с проходящим по
своим делам народом, количество симпатичных девушек росло с каждым
тостом, чуть позднее полуночи первые счастливые пьяные парочки начали
рассасываться по углам и комнатам.
Комната моя находилась на четвёртом этаже, однако, свою симпатичную
девушку в тот вечер я каким-то образом нашёл в её комнате на втором.
Какое-то время мы просто обнимались, сидя на кровати и общаясь с тусой
человек в 15, но т. к. я всё дальше запускал свои руки-щупальца ей под
майку, мы всё-таки решили подняться ко мне - я свято верил в то, что
комната моя уже кому-то пригодилась и настала наша очередь.
На моей кровати, раскинув звезду, храпел Бабуля. Когда я начал его
будить, то и представить себе не мог, что он такой пьянющий! На все мои
«шнеля-шнеля унд уёбн зе битте» он, как и полагается, мычал что-то про
судьбы Германии и России. Девушка оказалась терпеливой, она была из
Англии, видимо, воспитание (или, может, ещё чего) не позволило ей уйти -
она присела напротив на кровать китайца и смотрела как я пинаю своего
кореша и лью ему на лицо оставшийся в пластиковой бутылке «сок» -
растворимый порошок Invite+. А сдаваться я и не собирался! Через
какое-то короткое время Бабуля привстал и решил убить меня следующим
аргументом, лишь бы только я отстал. Он сконцентрировался и не без труда
как мог быстро выпалил:
- Я потерял ботинки в вашей общаге, везде искал - не нашёл. Без ботинок
домой не пойду!! (март месяц, ночью минус). И устраивается дальше на
бочок….
Откуда у меня под кроватью лежали коньки, я не знаю. Скорее всего,
предыдущий жилец оставил, такое часто случается в общежитиях. Не долго
думая, сажаю Бабулю на кровать, свешиваю его ножонки и начинаю напяливать
на его 40 размер коньки 45-го.. Шнурки, благо, длинные оказались –
зашнуровал его на пьяную совесть, с фанатизмом – не дай бог соскочат!
Осмотрел, куда я столько усилий вложил – ну кот в сапогах, бля, вылитый!
Красные такие коньки с чёрными носами… шляпы с пером вот только не
нашлось. А в целом понравилось мне, как Бабуля в них выглядел.
Видя мою решимость, он и не сопротивлялся. И вот торжественный момент –
выставляю его в коридор, показываю направление – лестница-ступеньки, даю
ЦУ – пиздуй домой! - и лечу суперменом назад к англичанке завершать
ночь.
В общем, саму историю я услышал через пару дней – суровая вахтёрша – и
та смеялась до слёз.
3 часа ночи, пьяный Бабуля в основном с помощью перил достигает первого
этажа, неописуемой походкой с характерным звуком скребущего металла по
бетону проходит мимо вахты и машет вахтёрше ручкой, пытаясь сказать
бай-бай (вежливый он человек. Всегда.) Той же неописуемой походкой
проходит 200 метров до дверей своего общежития по улице, но
математическое общежитие порядка имело больше, чем наше, и было закрыто
на ночь на засов изнутри. Математическая вахтёрша оказалась
бесчеловечной и не открыла Бабуле дверей, несмотря на его стуки, мольбы
и даже угрозы.
У Бабули осталась одна задача – попасть внутрь и упасть на свою кровать.
Сам он не смог вспомнить, чтО им тогда двигало, но всё в тех же коньках
он по пожарной лестнице взбирается на крышу своего общежития, ползёт к
голубятне, где его ожидает очередная засада – дверцы, через которые
можно попасть на чердак общаги, - на замке! Вот где и пригодились
коньки! Он ложится на спину, выбивает ими те деревянные дверцы и валится
вниз на пол чердака. Там, естественно, полно голубиного помёта, перьев,
паутины, пыли и другого чердачного говна.
Увидев в другом углу чердака узкую полоску света, он правильно логически
предполагает, что там находится крышка-лаз, ведущая куда-то в его
общежитие ближе к кровати, и направляется туда. Через каждые 2 метра он
спотыкается об балки-брёвна, проложенные на уровне колен по всему
чердаку, из этих балок торчат гвозди, которые изорвали одежду Бабули в
ровные длинные клочья, но, слава богу, не оставили ни единой царапины на
теле.
Достигает этого лаза и уже с определённой злостью начинает терзать
крышку, т. к. по его словам – «заебало всё».
В ту самую минуту уже ближе к 4 утра, под крышкой, ведущей на чердак,
или просто в конце длинного коридора, несколько студентов-математиков
курят табак и разговаривают о насущных проблемах своей непростой жизни
- в общежитиях мало кто спит ночью…
Тут с треском распахивается дверца чердака внутрь его, и из темноты на
свет появляется недовольная рожа Бабули в перьях и помёте, оценивает
обстановку, здоровается с братьями по разуму, скрывается на мгновение в
темноте чердака... А теперь - внимание!!! – коньки!!! Появляются коньки,
изодранные в совершенные клочья штаны и куртка, всё это кряхтя, сначала
виснет на руках, а через пару секунд приземляется на пол коридора и в
спокойствии чинном, но знакомой нам неописуемой походкой, направляется
от курящего люда в сторону своей комнаты.
Какие лица, какие чувства были в тот момент у юных математиков – мы
можем только предполагать… я думаю, они на всю жизнь запомнили эту сцену
– ночью, с чердака, в перьях-говне и коньках спрыгивает чел и ковыляет в
безмолвии под бУхающие звуки коньков по коридорному линолеуму… никто
даже и не подумал улыбнуться - с открытым ртом-то непросто это сделать..
Хотя один из них очнулся чуть раньше всех и успел в своём ужасе спросить
Бабулю в спину:
- Ты де был??!!!
- Где-где… Ответа в рифму не последовало, хотя к ситуации очень бы
подошло, – вежливый человек Бабуля продолжил:
- у Дергалыча…
- Аааа… – вроде как понимающе тянет тот…

Так потом они и смотрели на меня - с благоговейным ужасом и в тишине, -
когда я заходил к Бабуле в гости рассказать, чем окончилась очередная
пьянка в моей комнате…
Старый анекдот помните?
Соседка на лавочке "А мой-то - алкоголик проклятый, совсем спился..."
А другая ей в ответ вторит "А мой и того хуже - сифилитик он!"
Дядька из окна высовывается и грустно басит во двор "Вот дура, ну
сколько можно повторять. Не сифилитик я, а ФИЛАТЕЛИСТ!"

Ну а теперь сам случай... Рассказал знакомый.

Звонок. "Кто там?"
Стоит парочка, в руках брошюрки. Адвентисты 7-ого дня.
"Бла-бла-бла-свет истины-бла-бла-Иисус-распятый-бла-бла- А вы верите в
Бога?"
И тут мой знакомый выпаливает "Нет, не верю, я антисемит!!!"
Гости смутились и ретировались. Больше они к нему не приходили.
На мой вопрос "а при чем здесь антисемиты?" знакомый, покраснев, ответил:
- Ой, да перепутал я, хотел сказать "АТЕИСТ".
4-х летняя Дочь приносит Папе какую-то рекламку с нарисованным Айболитом
(из тех, что в ящик почтовый бросили) и говорит: "Папа! Я дарю тебе
жизнь!" Папа читает, и медленно сползает со стула от смеха. Смотрю, что
в рекламе. "Усыпление без боли! Вывоз на кремацию. Кастрация,
стерилизация... и другие виды ветеринарных услуг". Надо же было так
выбрать бумажку из кучи других рекламок...
Друзья едут в Абхазию рассматривать предложенный бизнес.
Говорят: машины лучше оставить на границе.
То есть, бизнес можно перевезти через границу, а машины лучше оставить..
Подруга рассказала. Когда ей было лет 20 она со своей подругой стоя в
магазине в очереди очень серьезно обсуждают что у обеих прически каре и
никак волосы не лежат правильно - у одной с правой стороны не в ту
сторону выгибается - а у другой с левой. И пришли они к выводу что одна
спит на правом боку а другая на левом вот и заминается - вот ведь
проблема! И тут сзади раздается тяжелый вздох и "пожилой", лет 40, мужик
которий стоял за ними и говорит: "Эээх, девки, переворачивать вас
некому!"
На этой неделе выходной в среду.
Поэтому по ощущениям последовательность дней выглядит так:
- понедельник, пятница, воскресенье, понедельник, пятница...
Вчера сын загадал загадку:
- В бассейне тренировка у мальчиков и девочек. Кто из них купается, а
кто плавает?
После пятиминутных философствований на эту тему (как потом выяснилось -
ошибочных) я сдаюсь, и сын победно объявляет:
- Мальчики в плавках - значит плавают, а девочки в купальниках - значит
купаются.
Ванкувер. Приближается Олимпиада. Беседуют мама с 7-летней дочкой. Дочка
выросла в Канаде и свободно говорит на русском и английском языках, чего
нельзя сказать о маме ;). Разговор идет на русском.
Мама: "Доча, а как называется эта штука, в которой они несут Олимпийский
огонь?"
Доча: "Это называется торч" (torch)
Мама: "Странное название... :)"
Доча: "А как это называется по-русски?"
Мама: "Факел"
Доча: "Тоже странное название..."
Смотрел сейчас „Спокойной ночи, малыши!” и песня напомнила мою работу
вожатым первого отряда в пионерском лагере Строитель-80: после отбоя мои
пионеры пели: „Обязательно по дому в этот час тихо-тихо ходит дремов
возле нас.... ” Ну такая у меня фамилия. Спасибо им.
Рассказ знакомого еще в советские времена.

=Гебня=

Выезжаю сегодня утром из своего двора на дорогу, а там два мужика
голосуют. Один постарше, лет тридцати пяти, хорошо «под шофе». Другой
помоложе, лет двадцать семь, примерно, вроде, трезвый и держится как бы
в тени первого, то есть, вперед не вылезает. Остановился я. Тот, что
постарше, спрашивает:
- В центр подбросишь?
- Садитесь.
- Сколько?
- Да садитесь, мне по дороге, - буду я еще на своем «Запорожце»
калымить, позориться.
- Ну, спасибо...

Сели. Молодой протиснулся на заднее сиденье, тот, что постарше, сел на
переднее. Едем. А на выезде из нашего поселка стоит будка ГАИ, тут меня
и тормознули. Подходит гаишник, представляется: «Лейтенант такой-то,
предъявите водительское удостоверение и документы на машину». А у них
сейчас такая установка – бороться с «левым» извозом. «Влип,- думаю,-
теперь долго объясняться придется.»

Тут мужик справа от меня, который уже, вроде бы, задремал, приоткрывает
глаза и негромко говорит:
- Лейтенант, подойди-ка сюда.
- А в чем дело?!
- Вас просят подойти, значит, подойдите, - это уже советует молодой у
меня над ухом, прижавшись щекой к моему подголовнику.

Гаишник, так и не взяв еще мои документы, идет вокруг машины и с той
стороны упирается в открытую красную книжечку пассажира.
- Извините, товарищ майор госбезопасности. Можете ехать, - это уже
мне. Мужик прячет удостоверение во внутреннй карман, а я, находясь в
легком ступоре, пока не трогаюсь. Летеха, чувствуя себя неуютно,
спрашивает:
- Разрешите быть свободным, товарищ майор?
- Свободен. Пошел на...! - устало разрешает тот и снова закрывает глаза.
- Счастливого пути, товарищ майор! - с облегчением козыряет летеха.

Ну, довез я их, высадил в центре, услышал еще раз спасибо, и они ушли
усталой походкой людей, озабоченных государственными проблемами.
Еду в маршрутке. Над окнами развешаны рекламки, сижу, читаю. "Средство
от простуды ДОКТОР КАШЕЛЬ". Ни фига ж себе, до чего медицина дошла!
Простуду кашлем лечат. Воображение сразу же подсказало еще пару-тройку
подобных креативов. "Доктор Синяк" (средство от ушибов). Или так:
"Доктор Шанкр" (лекарство от сифилиса). Как говорится, лишь бы на
здоровье!
Дочка на побывку приезжала из Киева. Умница, красавица, закончила с
нашей помощью тамошний универ, работает на телеканале стилистом. А за
два дня до её приезда, собачка прибилась к нам (до полугода) - такса.
Крошечная такая, весёлая, ножки маленькие, булками - красапета одним
словом. Подумали мы с женой: внуков нам пожалуй не дождаться, при
гламурной жизни дочки, решили взять собачку, для потехи на старости лет.
Все были в восторге. Собачка радовалась как могла и выражала своё
счастье в частом покусывании.
То ли красапета не удержалась, то ли заигрались они, но факт остаётся
фактом: дочка тоже прихватила зубами за "булку" Джульку...
До самого отъезда "Джульетта(Юлия) Владимировна" с ней не разговаривала.
Обиделась. Даже на конфеты не реагировала...
Бабы - что с них взять.
14
Сидели как-то в компании с одним ботаником. Кто-то рассказал анекдот:
"Почему пишут семерку с горизонтальной черточкой посередине?
Когда Моисей сошел с горы Синай со скрижалями и стал читать десять
заповедей, то когда он дошел до седьмой заповеди “Не прелюбодействуй” —
народ хором стал кричать: “Зачеркни семерочку, зачеркни! ”
Ну посмеялись, а ботаник, утирая от смеха слезы, - какой смешной
анекдот! Ведь, в 15 веке до нашей эры арабских цифр еще не было!
Попалась мне по телику реклама – конфеты фирмы «Рафаелло». Эта контора
предлагает своим покупателям поучаствовать в конкурсе, главный приз
которого – полет на воздушном шаре! Уж не знаю, какие у фирмы второй и
третий призы, но, надеюсь, что-нибудь не менее экстремальное.
Так и представляю: преподносишь любимой женщине (например, теще)
упаковку этих конфет и добавляешь: «А в придачу приз – прыжок с
парашюта». То-то она обрадуется!
16
Как стать бизнесменом
Надо втюриться в кого-нибудь по самую заглушку.
Так, во всяком случае, следует из жизненного опыта моего дальнего
родственника Алексея. Этот молодой человек лет шесть-семь назад закончил
МАИ, устроился по специальности в какое-то авиационное конструкторское
бюро и, хотя и считался перспективным профессионалом (а может быть,
именно поэтому), ни хрена там толком не зарабатывал.
И вдруг он встретил девушку своей мечты. Вообще-то Алексей был пареньком
жизнерадостным и коммуникабельным, слыл душой общества, но, в отличие от
большинства современных юношей, в отношениях с антагонистическим полом
как-то терялся. (Отсутствие должной финансовой базы здесь тоже влияет
негативно). Он видел эту юную девицу, как она каждый вечер шествовала в
метро мимо их конторы, но не мог придумать хороший повод, чтобы к ней
подкатить. «Богиня, - вздыхал он, - жениться бы на такой». Однако ничего
до поры до времени не предпринимал.
Но вот однажды Алеша решился на подвиг. В прекрасный весенний денек он
собрал всю свою наличность и купил огромный букет роз, не миллион,
конечно, но несколько десятков штук. Со всей этой икебаной паренек
расположился метрах в пятидесяти от входа в метро, в скверике, через
который обычно проходила та самая девушка. Ждет он ее, ждет не дождется,
а она как на грех не идет.
А гуляющий и просто проходящий мимо народец между тем интересуется его
розами, и Алеша, смирившись с тем, что девица не придет, стал их
распродавать. Позиция у него оказалась коммерчески выгодная – это у
метро флоры было навалом, а в скверике перед ним у Алексея конкурентов
не имелось. Полбукета он скинул просто по номиналу, чтобы только
избавиться от ненужных теперь и раздражающих его цветочков, но,
поскольку они ушли влет, Алеше пришло в голову, что на своем несчастье
он может и подзаработать. Алексей удвоил цену и успешно реализовал
вторые полбукета. Когда подсчитал наличность, выяснилось, что он за
полчаса заработал больше, чем за три дня на службе.
Оказалось, что бабло побеждает не только зло, но и саму любовь. На
следующий день Алеша стоял в том же скверике с еще большим букетом роз и
уже не высматривал свою мечту, а реализовывал флору. Акция прошла
успешно, и днем позже он опять расположился на той же торговой точке. На
этот раз его, правда, шуганул было мент, но с ним удалось договориться
всего лишь за стольник.
Конечно, теоретически он и раньше знал, что покупать и перепродавать
куда как выгоднее, чем что-то производить, но, лишь когда столкнулся с
этим постулатом на практике, Алексей в полной мере осознал его мудрость.
В результате паренек самым серьезным образом занялся бизнесом, в нем
обнаружился настоящий коммерческий талант, и сейчас Алексей уже является
владельцем оптовой конторы, торгующей всякой там бакалеей. А с
«богиней» он, в конце концов, познакомился, но отнюдь на ней не женился,
а взял ее личным секретарем.
Но смотрю я на него, и мне не кажется, что он счастливее стал по жизни.
Может, занимался бы лучше конструированием своих аэропланов.
17
Ещё о дурацких звонках. Попав школьником первый раз в Ленинград, я
поразился тому, что в номерах тут аж семь цифр – во Владивостоке тогда
было только пять. Из любопытства я с замиранием сердца набрал семь
одинаковых цифр, кажется одни семёрки или одни пятёрки. К моему
изумлению, трубку подняли, в ней раздалось хмурое мужское алё. Я уж не
помню, что пролепетал ему тогда про замечательный город Ленинград и про
причину моего звонка, но в ответ раздалось сердитое рычание, чисто по
питерски всё-таки на "вы": «Кто вам дал мой телефон???!!!»
18
Грузинский футболист Реваз Челебадзе рассказывает.
Нападающий тбилисского "Динамо" приехал в ЦСКА, знакомится с начальником
команды Плахетко. Тот подходит:
- Как тебя зовут?
- Важа Жвания.
Начальнику послышалось другое - "ваше звание?". Отвечает:
- Я - майор Плахетко. Как тебя зовут?
- Важа Жвания.
- Майор Плахетко.
Как в известной миниатюре Жванецкого про тупого доцента.
Ещё случай. Однажды Бесков вызвал меня в сборную, и в болгарской
гостинице нас поселили в одном номере с юным Черенковым. Там стояла
большая кровать и маленький диванчик. Вечером прихожу - он лежит на
кровати. Я разделся до плавок и спрашиваю:
- Федя, вместе спать будем?
- Что ты, Резо?! - перепугался Черенков.
- Тогда прыгай на диван.
А через месяц со сборной приезжаем в Швецию. Живу снова с Черенковым.
Когда в комнату зашли, он улыбнулся:
- Реваз Владимирович, выбирайте любую кровать.
Вообще, Фёдор - добрый и светлый. Таких мало.
В 2001 году в Ереване на 75-летии Никиты Павловича Симоняна тамадой был
грузинский футболист Александр Чивадзе. И вот армяне затянули старую
песню:
- Ну что у вас за Тбилисское море? Стыдно сказать: километр в одну
сторону, километр - в другую. Просто насмешка какая-то. А наш Севан:
ширина 30 километров, длина - почти 80. Но это - озеро.
Чивадзе отвечает:
- Знаете, в чём уникальность нашего моря по сравнению с остальными?
- В чём?
- У Тбилисского моря есть генеральный директор!
Как однажды метеослужба чуть не начала третью мировую
*** *** ***
Аэродром Мамоново (бывший немецкий Хайнлигенбайль), куда меня, курсанта
третьего выпускного курса, судьба занесла для стажировки в должности
синоптика в полку морской авиации, располагался совсем рядом с
советско-польской границей. Так что для полётов каждый раз командованию
приходилось «согласовывать» с пограничниками и «открывать границу».
Соседний, «братский» полк располагался на территории Польши, у озера
Леба, куда чаще всего и летали пилоты, выполняя лётные задания. Связь с
их метеостанцией осуществлялась по ужасно хилой телефонной линии, шедшей
по польской земле и, очевидно, проложенной ещё во время войны. Телеграф
вообще шел по арендованным польским линиям. Так что в первую очередь
меня очень строго «проинструктировал» и просветил обо всех местных
особенностях связи сначала начальник метеослужбы дивизии, потом
начальник штаба полка, потом начальник связи, начальник полковой
метеостанции, а завершил начальник Особого Отдела, после «беседы» с
которым я сначала с ужасом отскакивал от зазвонившего телефона, потом
поймал себя на том, что, вынужденно говоря по телефону, меняю голос и
стараюсь так «шифровать» свой разговор, что иногда и сам толком не
пойму, что я говорю и о чём идёт речь. Но постепенно всё вошло в норму и
я освоился на своём рабочем месте, так что через пару недель меня
приказом допустили к дежурству без права обслуживания полётов.
Я начал осматриваться и присматриваться. Впервые в жизни я увидел
бетонную взлётно-посадочную полосу с вмонтированными в неё
электрическими цветными посадочными огнями и огнями подхода, но, к
сожалению, так и неиспользующимися из-за как отсутствия схем
подключения, неисправности дизельных электрогенераторов, да и пилоты не
имели никакого опыта в полётах в таких условиях. Для обеспечения ночных
полётов здесь, как и везде в то время, вдоль полосы с обеих сторон
расставлялись плошки самого разного вида, заправленные керосином, в
лучшем случае керосиновые фонари типа «Летучая мышь» и выводилась тройка
мощных зенитных прожекторов, освещавших при посадке полосу. С
наступлением темноты плошки и фонари зажигались и горели до конца лётной
смены. Иногда дождь и ветер гасил огни и обслуга в лице пропахшего
керосином матросика неслась бегом зажечь снова. Помню, как перед началом
полётов на инструктаже руководитель полётов проверял наличие у него пары
коробок спичек и заправленной бензином зажигалки. Балтийская погода не
требует, по-моему, дополнительных характеристик. Всякая «бяка» чаще
всего приходит с запада, с моря, где нет метеостанций, которые могли бы
предупредить об изменениях в состоянии погоды. Только АМС полка на озере
Леба могла хотя бы косвенно предупредить о таких изменениях.
Поняв для себя, как важно иметь сведения оттуда, я нашел дополнительную
линию связи, подружившись с радистами, «сидевшими» на командной линии.
Однажды, во время очередного срочного перелёта в сложных метеоусловиях,
я таким обходным путём «добыл» сведения о погоде и прогноз, необходимый
для перелёта, что без особой скромности (мол, знай наших!) и предъявил
дежурному синоптику, уже охрипшего от попыток дозвониться до Лебы.
Командир экипажа, ждавшего разрешение для вылета на Лебу, пустил
очередную, не совсем цензурную реплику, коротко расписался на бюллетене,
буквально выдрал его из рук и потопал на стоянку к ждавшему его
транспортному Ли-2 с давно сидевшими в нём генералами. Синоптик, вытирая
потный затылок, уныло поинтересовался, где это я умудрился выдрать этот
трижды клятый прогноз. «Уж не по командирской ли линии связи?». Когда я,
очень довольный собой, гордо похвастался своими успехами среди радистов,
он только вздохнул и позвал покурить на крыльце. И оказалось, что из-за
моей инициативы оказался почти сорваным хитроумный план. Как выяснилось,
сидевшая в самолёте министерская комиссия летела для
«неожиданной» проверки порядка и общего состояния гарнизона, стоявшего
«костью в горле» у поляков, на территории которых он размещался, и только и
мечтавших доказать необходимость убрать его. Задержка вылета «по
объективной причине - отсутствия необходимых погодных условий для приёма»
борта с высокопоставленной комиссией была необходима для окончательного
наведения блеска и проводилась по просьбе командования. Так что мне надо
молить бога, чтобы «пронесло», иначе в конце концов я буду крайним, а
так как я «чужак» да ещё временно прикомандированный, то тут уж, моли - не
моли, а достанется по «самой полной». Увидев мой ошарашенный и сразу
погрустневший вид, капитан в утешение мне рассказал бывший на его памяти
случай.
Дело было в самый разгар «холодной войны», с её постоянными нарушениями
государственной границы разными «неопознанными летательными аппаратами»,
которые, как писала тогда «Правда», после встречи с советскими
истребителями, по словам той же «Правды», «удалялись в сторону моря» и
«о дальнейшей их судьбе больше ничего не известно».
Во время крупных общевойсковых учений с перелётами на «чужие» аэродромы,
дозаправкой там и новым перелётом, а на освободившееся место должен
сразу же садиться «конвеером» новый полк, так что от синоптиков для
обеспечения реальной безопасности перелётов требовалась высочайшая
оперативность, максимальная точность прогнозов и оценки состояния
фактической погоды. Как водится, во время таких учений, одной из вводных
обязательно был «выход из строя линий связи», в первую очередь,
проводных, телеграфных и, соответственно, радио. Так что метеослужба, по
мнению связистов, «не самая важная», то и «страдала» от этого в первую
очередь. Никакие, самые слёзные вопли о необходимости узнать, «какая там
погода», чтобы не отправлять лётчиков на верную гибель в туман или
грозу, не помогали абсолютно. Не помогали и самые соблазнительные
искушения в виде традиционного спирта, предназначенного официально для
протирки, так сказать, «оптической оси теодолита». На аэродроме - куча
перелётных экипажей, колонны керосинозаправщиков, толпы совсем
замотавшихся техников, спешащих осмотреть самолёты, убедиться в их
исправности и удостоверить это своей подписью, группки пилотов, жадно
затягивающихся сигаретами, делящихся впечатлениями о закончившемся этапе
перелёта и готовящимися к очередному. А среди их неторопливо
прохаживаются доктора в белых халатах как символе профессии, дающий
допуск в самые потаённые места, бдительно вглядываясь в лица, изредка
неожиданно берущий кого-то из пилотов за руку и с загадочным видом
считающий пульс. При этом окружающие невольно притихают, ожидая
окончания процедуры.
Что в это время происходит на метеостанции, лучше и не говорить.
Радисты-кодировщики из воя, свиста, завывания и мяукания пытаются
выловить хоть какие-нибудь данные, шарахаясь по всем диапазонам,
выискивая хоть какую-нибудь станцию, пробивающуюся сквозь сбесившийся от
глушилок эфир и хоть что-то нанести на «кольцовку», которую ждёт
навалившийся на плечи и совсем уж неприлично и непривычно матерящийся
синоптик. Метео-наблюдатель охрипшим голосом умоляет телеграфистов
принять очередную порцию запросов о состоянии погоды «по шестнадцати
адресам», в это же время по второй телефонной трубке, прижатой плечом к
уху, умоляет какой-то «обрез» соединить его с «семафором» или дать
«весну». Ещё один наблюдатель, отдежуривший сутки, абсолютно не
выспавшийся и оттого злой и не совсем соображающий, расталкивая толпу
командиров групп, требующих немедленно выдать им метеобюллетени для
сверх-срочного вылета, несётся на метеоплощадку для снятия очередных
показателей приборов, которые немедленно требует вышестоящее метеобюро
для доклада командованию. Начальник АМС, взяв себе в помощь ещё не
совсем отошедшего после суточного дежурства синоптика, пытается
разобраться в метеоданных, закодированых международным кодом и
перекодированным новым кодом, введёным на «особый период». При этом
получается совсем чепуха, так как при приёме сквозь помехи радисты
вносят и свою лепту. Ещё один синоптик, так сказать - «на подхвате»,
ожесточённо заполняет бланки, подготавливая материалы для консультации
перелётчиков и - в качестве «громоотвода» - пытается хоть как-нибудь
утихомирить совсем разошедшихся и грозящими всеми возможными карами от
командира какой-то прославленой дивизии, командующего флотом, округом, а
то и министра, как минимум, а от господа бога - так уж обязательно. Что
происходит у связистов, на которых обрушивается со всех сторон лавина
запросов, докладов, справок, уточнений к ним, команд, и прочей
информации, без которой войска жить не могут в мирное время, а уж в
войну - так тем более. Вводные, обрезающие большинство действующих в
обычное время линий связи, необходимость перекоммутации и переключения,
приводят частенько просто к чудесам. Работающие «на ключе» радисты не
могут дать обычную скорость передачи, принимающие на слух не могут найти
«свою» станцию. Вой и рёв подстройки, щебетание морзянки, завывание
подстраиваемых гетеродинов, крики переговаривающихся в надетых наушниках
и оттого не слышащих даже себя радистов. Начальники смен носятся по залу
от одного рабочего места к другому, не снимая своих наушников и пытаясь
помочь своим подопечным.
Вот в такой суматохе и подсуетился расторпный синоптик к своему
дружку-радисту с просьбой запросить погоду. В обычной ситуации в метео
службе давно в ходу незамысловатый код, обычно состоящий из адреса (из
пяти цифр, из которых первые две - номер района по синоптической карте и
три последующие - номер самой станции или же ближайшей по синкарте
гражданской). Далее следует пятизначный текст. Так, пять «единичек»
означает - «шлите фактическую погоду», пять «двоек» - «шлите прогноз
на ближайшие три часа». Ну, и так далее. В случае же сверхсрочной
необходимости получения фактической погоды и прогноза на ближайшие три
часа (а в авиации такое случается сплошь и рядом) посылался запрос из
группы из трёх «девяток». Вот с такой телеграммкой и подсунулся синоптик
к своему дружку-радисту, слёзно моля помочь. Кажется, всё было
отработано и чётко рассчитано: и наименее загруженная линия связи, и
отличный радист, и чёткий адрес начальника метеостанции, и случившаяся
пауза в работе. Да кто мог предусмотреть, что к защебетавшей вдруг
радиостанции подскочит такой же чересчур активный штабист и, не слишком
вникая в суть адресата, вручит бланк радиограммы совсем замотавшемуся, в
продолжающейся третьи сутки кутерьме, шифровальщику. Тот, торопливо
порывшись в своих шифровальных блокнотах и таблицах, под торопящими
подстёгиваниями сидящего рядом начальства, выявил в строчке
раскодированого текста группу цифр из трёх «девяток». Попытка начальника
смены перезапросить текст злополучной радиограммы была прервана
очередной вводной: «Радиосвязь выведена из строя». Инициативный
штабист, не слишком вникая в причины остолбенения связистов и
кодировщиков, выхватил бланк радиограммы, сунул её в свою папку «Для
доклада» и рысью рванул к командованию. Начальник штаба ткнулся в свои
кодовые таблицы, ошеломлённо прочёл: «Немедленно начать боевые действия,
немедленно открыть огонь по раннее указаным целям» и вручил командиру.
Прочитав текст, генерал резко побледнел и, жёстко глядя на подчинённых,
внятно сказал: «Война! Война по-настоящему! Всем взлёт!» В командном
зале сразу возникла тишина. Большинство офицеров ещё захватили войну,
помнили её и хорошо знали, что это такое. Только не сразу «врубившийся»
метеоролог попытался попытался сказать, что с моря наползает туман и
видимости не будет, но начальник штаба разъярённо сунул ему под нос
бланк с текстом принятой радиограммы и её расшифровкой: «Тут не уже
не «игрушки»! Теперь всё по-настоящему»!
Растерявшийся синоптик в абракадабре кодированого текста вдруг уловил
знакомую группу цифр из его личного позывного, злополучной группы
«девяток» и кодовой подписи его коллеги, которые шифровальщики посчитали
за «балластные» или ошибочные, принятые из-за помех. Когда начальник
штаба, а затем и командир с огромным трудом поняли, о чём им пытается
сказать начальник метеослужбы и через каналы связи, известные только
связистам, да и то только долго прослужившим на одном месте, уточнили,
кому, от кого и о чём радиограмма, то, не смотря на огромное облегчение,
упавшее с их души, синоптику довелось услышать такое, что могут
высказать только старые заслуженные пилоты морской авиации с их опытом
общения, как на аэродромных стоянках, так и на корабельных палубах. Ну,
а «фитиль» и связистам, и метеослужбе был вставлен такой, что и
вспоминать не хочется.
И, тяжело вздохнув, капитан резюмировал: «Запомни! Первое: любая
инициатива обязательно наказуема. Второе: самый страшный дурак - дурак с
инициативой».
Прослужив много лет, я в этом твёрдо тоже убеждён.
Со мной приключилось.
Таксовал я в 2009. Забираю клиента - "едем, пьяную супругу забрать надо с
клуба". ОК. Забираем, реально-накусаная садится. Когда к их дому
подъезжали... Она - "меня тошнит". Я - "химчистка салона стоит
(столько-то)". Несколько секунд, и слышу БЛУАААААА. Представляете о чем
я подумал! Поворачиваюсь, а парень (муж её) - молодец (для меня),
вместо пакета (для БЛУАААААА) открыл её же сумочку! Рассчитались как
обычно. В салоне чисто. НО ДО СИХ ПОР ИНТЕРЕСНО, ЧТО СКАЗАЛА ОНА УТРОМ
МУЖУ?
Может быть байка, а может быть и быль.
В разгар холодной войны, на какой-то военной «точке», где-то в районе
вечной мерзлоты, служил старший лейтенант. Как правило, отдаленные точки
по численности личного состава были всегда «кастрированные», и офицеры
да прапорщики исполняли как минимум по три–четыре должности. Тот
старший лейтенант, кроме своей основной должности, исполнял обязанности
пожарника, еще за ним была закреплена секретная комнатушка с секретной
чудо-хрень машинкой по приему и отправке еще более чудо-хрень секретных
депеш.
Все бы ничего, но в один, не очень прекрасный день (или длинную полярную
ночь), чудо машинка забарахлила, придет чудо депеша, а не разобрать ни в
жисть. С отверткою в середину лезть старший лейтенант не стал, ума
хватило, да и учился он совсем по другому профилю. Понял, что разобрать
то разберет, а вот назад сложить и чтобы заработало, то 100% не
получится. Надо спецов искать. Ближайшие спецы по таким игрушкам были за
полтыщи верст. Делать нечего, доложил выше, и начальство отреагировало
быстро – вези к спецам и немедленно, без спецсвязи ну никак (а то как
же, подрыв боеготовности, «холодная война» в разгаре). Сообщение с
«большой землей» было сложным, последним участком эстафеты был вертолет –
раз в неделю. Вертолет был вчера, прилет его вне графика только по
случаю ЧП, проверки или комиссии. Потому командир принял волевое решение
и утвердил маршрут – до вертолета (около 150 км) своим ходом (на
собачьих упряжках, два перехода, два дня ходу), там вертолет доставляет
до основного признака цивилизации - ж/д станции (знали, на станцию
летает каждый день), далее сутки поездом до вожделенного большого
города, с штабом Округа (где спецы обитают и служат). Итого - 3 суток,
экономия еще 3 суток, назад как получится (это уже головная боль штаба
Округа). Про вертолет и билеты на поезд договорились по телефону, с
аборигенами (у коих собачки ездовые) контакт был всегда, военные им
спирт и ящики старые, аборигены – рыбу там мороженую, пушнину и т. д.,
в том числе услуги местного безотказного транспорта.
Канистра спирта местным и что-то пообещали еще. А местные что - надо
однакО, значит однакО надо. Ст. лейтенанту пистолет в зубы (конвой и
охрана секретного груза однакО), командировочное удостоверение и еще
кучу документов, пару часов на сборы и в путь. Ему сначала было по
приколу (город за два года увидит, а там говорят прямо на улице можно
живую женщину, не местной национальности увидеть, и все дела,
цивилизация короче).
До воинской части, где была, так сказать, вертолетная площадка
подскока, добрались, как и планировал командир, меньше чем за двое
суток. Ночевали (или просто отдыхали) как положено - в тундре, в
импровизированном чуме (вместе с собаками, для теплоты, то еще
удовольствие). Вертолет – поезд – город, и вот он штаб Округа.
Спецы в мастерской покрутили машинку, включили – работает. Прогнали по
всем параметрам – работает. Прием, передача – все в норме. Спрашивают –
«чудик, ты нахрена ее сюда притащил? Свежим воздухом захотелось
подышать, город увидеть?» Старший лейтенант глазами похлопал,
побожился, что эта зараза «дома» не работала.
Связались с командиром «точки», доложили, как и что. Тот пообещал
разобраться с раздолбаем, и строго-настрого приказал – немедля домой
(он за отсутствие спецсвязи уже втык получил). Города так и не увидевши,
старший лейтенант первым же поездом (а он, как назло, через пару часов)
тронулся в пункт постоянной дислокации, поближе к уже родным белым
медведям.
Добрался назад без собак, вертолет привез прямо на точку. Старший
лейтенант первым делом узнал про себя много нового от командира, тот
пообещал, что пока он здесь командир, то капитана ему не видать.
Бедолага сплюнул, но служить надо, да и необработанной информации
накопилось, надо разгребать.
Машинку распаковал, включил – не работает! В отчаянии промучившись не
один час, понял, что нужно отгребать от командира второй раз за сутки
(кстати, время было под утро). Тот армагеддон, который устроил ему
местный царь и бог без матерных слов (многоэтажных), не передать.
Вызывают вертолет, те отвечают – надвигается буран, лететь не можем,
ждите. А ждать и бездействовать в армии не умеют. Как-то снова уломали
местных, что уже посулили, не знаю, старлею пинок под зад, изыди с глаз
и без удачи не возвращайся. До вертолета добирались уже намного хуже,
буран сильно помешал. К исходу третьих суток буран затих, тут и старлей,
который уже проклинал и Советскую армию, и машинку, и собак с буранами в
придачу, к вертолету прикатил. Вертолет – станция – поезд и вот, наконец
он опять в мастерской у спецов.
Спецы покрутили машинку, включили – работает. Прогнали по всем
параметрам – работает. Прием, передача – все в норме. Да не может быть!
Подошли к делу основательно: разобрали на узлы и блоки, каждый из них
проверили и прогнали на стендах, взаимозаменили с другими подобными
аппаратами. Проваландались целый день, вердикт однозначный: машинка -
рабочая, старлей - или саботажник или даун. Старший лейтенант глазам
своим не верит, клянется, но чувствует, что вскоре наверное получит
новое воинское звание – лейтенант. Про эти мансы и обрядовые танцы над
машинкою, уже был в курсе даже начальник штаба округа (в звании, как
минимум, генерал-лейтенант). Начштаба для начала провел акт
эмоционально-психологического воздействия над несчастным, пока еще
старшим лейтенантом. Потом пообщался по ВЧ телефону с командиром этой
богом забытой точки, и довел до его сведения, что он является не
командиром и начальником вверенного ему военного объекта, а вожаком
стада нетраханых бегемотов, которое он (начштаба) вскоре посетит и
приведет в чувство.
Путь бедолаги старлея на точку описывать не будем, добрался почти что
быстро (маршрут знал уже как «Отче наш»). По прибытию, все пошло по
старому сценарию: жестокий моральный трах (посулили «лейтенанта»
«присвоить»); распаковка и подключение проклятой спецтехники;
констатация, что она вновь не работает; признание в собственном
бессилии. Следует заметить, что произвели все это оперативненько,
вертолет при этом не отпускали, и обратным же рейсом отправился старлей
со своим горем (чудо-машинкою) навстречу новым приключениям. В штаб
Округа командир конечно все доложил, и там с нетерпением старлея ждали.
Бдительные «чекисты» тоже про эту трагикомедию уже узнали, и после того,
как в мастерской, третий раз подряд вынесли тот же вердикт – «она
работает», старшим лейтенантом занялись уже они. А то как же: налицо
явный саботаж или даже может быть шпионаж. Бедолагу на гарнизонную губу
и давай его разрабатывать.
Обмороженный во время переходов по тундре, провонявший псиной, не
спавший толком уже вторую неделю (а как же, с ящика (с аппаратурой)
глаза спускать нельзя, даже в туалет с собой умудрялся брать, да еще
пистолет с собой, документы), он на губе почувствовал себя немного
счастливым. А когда еще поспал положенных 7 часов в ночное время, утром
в положенное время умылся, побрился и сходил в туалет, наконец, даже
дали похлебать что-то теплое, то и вообще прибодрился, жить можно.
А тучи над его старлеевской головой сгущались. Начались допросы, даже
отконвоировали в местный госпиталь в психиатрическое отделение (все-таки
по городу прошелся, никуда не спеша, ну и что, что под конвоем), там
поставили диагноз – психически здоров (хотя сам знаю, что
«военнослужащий» - это само по себе звучит как диагноз, своеобразный).
То что машинка на точке не работала, уже никто не верил, поэтому
разрабатывали версию – саботаж, правда шпионаж тоже хотели
инкриминировать. Да и вообще по ходу разбирательства выплыло много
неприятной гадости: перевозка вертолетом, а уж тем более собаками не
положено; кроме сопровождающего спецгруз, должна быть отдельная охрана,
а не «два в одном»; в сопроводительных документах много несоответствий,
да и еще много чего, за что получили по шапке много должностных лиц.
Судьба бедолаги старшого лейтенанта была бы незавидна, но где-то сверху
(на небесах) кто-то есть. Для окончательного вывода (по
работоспособности данной спецтехники), нужно было решение более
компетентных спецов–ремонтников, чем реммастерская Округа, и
комитетчики решили не мелочиться, а минуя некоторые инстанции прямо на
завод где клепали эту хрень, брякнули телеграмму, типа: «Прошу Вашего
содействия, в оказании компетентного инженерно-технического вывода по…».
Повезло нашему герою, что эту дрянь недавно поставили на вооружение,
рекламации почти не приходили, но на заводе смекнули, что надо серьезно
разобраться, а то кого-то посадят. Буквально через недельку прилетел
заводской представитель. Толковый, еще не старый
инженер-головастик-практик-техник, да и к тому же он принимал
непосредственно участие в разработке этого специзделия. Следует
заметить, что времена были на заре эпохи электроники, поэтому упор
ставился, в подобных изделиях, на электрику и механику в
железно-стальном исполнении.
Инженер вошел в курс дела, и никому не доверяя, закрылся в мастерской с
проклятой машинкой. За два дня разобрал ее на составляющие, вплоть до
винтов и гаек (кстати, в ней до 2000 отдельных деталей) и, как уже
говорилось, инженер был толковый, нашел причину этого театра абсурда и
комедии.
Оказывается: в одном из узлов (который разбирать в мастерской не имели
права, он был под заводскими пломбами), в механике, на одном храповом
колесике, была хитрая спиральная пружинка. В пружинке отломалось часть
упорного усика, а часть осталась. Допустимый люфт (хоть и механика была
очень точная), все-таки был, и поэтому, иногда пружинка заходила в зацеп
с храповым колесиком, тогда все работало как надо. Когда же (из-за
люфта) пружина не заходила в зацеп – ни хрена не работало. И комедия в
том, что по закону подлости, повлиять на процесс никак было нельзя без
замены этой дрянной пружины. Дефект инженер заменил в минуты (нашел в
ЗиПах очень похожую), все объяснил чекистам и начальству, даже оформил
документально, что старлей не виноват. Не мог только объяснить, почему в
мастерской три раза подряд (при свидетелях) работала, а на точке не
хотела? Развел руками, мистика, пожал руку чуть было не отчаявшегося
старшего лейтенанта, пожелал военного счастья и укатил в города большие.
Военное счастье, это когда несправедливо не наказывают.
Лучшее военное поощрение – снятие ранее наложенного взыскания.
«Учите матчасть!» – классика военного афоризма.
К истории Грубаса о драках между районами города по поводу и без.
Я выросла в небольшом городке, в котором было расположено военное
училище. Многие наши ребята после окончания школы поступали именно туда.
У курсантов по субботам в доме офицеров были танцы, благодаря которым
многие девчонки неплохо выходили замуж.
А у городских по тем же субботам было развлечение под названием “бей
курсантов”. Поэтому и те и те ходили большими группами.
У моей подружки парень курсант, но из наших местных. Живет все равно в
казарме, изредка выходя на свободу домой. Идем как-то втроем по улице,
навстречу его бывший одноклассник – тоже курсант. Оба слегка с синяками.
Смотрят друг на друга вопросительно. Ты что – спрашивает одноклассник –
вчера тоже в драке участвовал? Ну да! – наш друг отвечает. А за кого? За
городских. Надо же, я ведь за курсантов! Это мы с тобой, получается,
дрались, а в толпе и в темноте даже не поняли? Во придурки!
Еще раз к вопросу к бюрократии и к проблеме российского
законодательства.
В одном провинциальном вузе решили отремонтировать один из корпусов. Все
по закону - составили заявку, объявили конкурс (тендеры эти проклятые),
и указали, что в конкурсе имеют право участвовать только организации,
имеющие лицензию от министерства культуры на ремонт памятников
архитектуры - т. к. этот корпус таковым является. Не успевает этот
конкурс начаться, как антимонопольная комиссия снимает заявку,
выписывает штраф ректору и членам конкурсной комиссии этого вуза. Ремонт
завис. Ректор собирает все бумажки, прется в эту комиссию и спрашивает -
за что? Те ему: документы оформлены идеально, но вот пункт про лицензию
от министерства - это нарушение закона, ограничений быть не должно.
Позвольте, - говорит ректор, - а как же закон об охране культурных
памятников? Комиссия - не слыхали мы про этот закон! Вот в нашем законе
про памятники культуры говорится, но здания к таковым не относятся! Их
просто нет в перечне!
Ректору удалось добиться отмены штрафов, но заявку пришлось переделать.
Убрали этот злополучный пункт, вывесили в сеть. Не успели начаться торги
- тут взбеленилась комиссия по охране памятников культуры. Опять ремонт
завис. Так прошло 4 года. Ректор сгреб бумажки, полетел в Москву
разбираться. Не знаю, что сделали в Министерстве, но еще через год
ремонт все же начался.
Про персональные данные: от работодателя в вуз поступает запрос на
информацию о выпускнике. Работа престижная, без рекомендаций не
устроиться. Вуз выдает информацию - и тут же получает предостережение,
мол, персональные данные разглашаете! И это при том, что без согласия на
обработку данных не устроишься на работу, не сможешь получать зарплату,
не возьмешь кредит, и проч. и проч. Теперь мы просто подписываем одну
дополнительную бумажку. А во всяких конторах по-прежнему требуют
паспорт...
И к теме тендеров. Из-за этого закона к библиотекам пришла толстая
полярная лисичка. Два раза библиотека размещала заказ на подписку на
периодические издания. Первый раз выиграла какая-то фирмочка, ей
перевели всю сумму сразу (порядка трех миллионов рублей), она выполнила
заказ процентов на 30, объявила себя банкротом и исчезла из поля зрения.
Подписка, ессстесссно, сорвалась. На следующий год опять заказ, опять
какое-то ООО, но все деньги платить не стали, перевели только треть.
Заказ выполнили на 10%, фирма обанкротилась, и снова спросить не с кого.
Ни денег, ни журналов.
Третий год - третье ООО. Ждем, что будет.
Знакомая задала вопрос, который всех уже достал: "Какой антивирус
лучше?".

Хотел сказать, что это - отсутствие компьютера. Но потом полазил по
форумам и нашел ответ, который меня порадовал, а ее удовлетворил.

Касперский
Пехотный батальон. Становится лагерем вокруг компьютера, роет
окопы и противотанковые рвы, минирует все к чертовой матери, обматывает
колючей проволокой в сорок рядов, распределяет сектора обстрела орудий и
пулеметов. Получившуюся оборону можно прорвать лишь при пятикратном (как
минимум) численном превосходстве и только после многочасовых
бомбардировок. Преимущества: Враг сможет пройти лишь одним способом -
превратив компьютер в выжженную пустыню. Недостатки: Солдат надо
кормить, а минные поля и окопы затрудняют перемещение гражданских, так
что от ресурсов системы не остается почти ничего.

Avast
Артиллерийская батарея. Эффективна против лобовой атаки - врага,
наступающего на нее с фронта, способна перемолоть практически в любых
количествах, почти без потерь для себя. Однако для ударов c фланга и,
тем более, против заброшенных в тыл диверсантов, весьма уязвима.
Разумеется, после того, как орудия будут развернуты в нужном
направлении, перемалываются и диверсанты, но на это требуется время.
Преимущества: Артиллеристы кормят себя сами. Не спрашивайте, как - не
знаю. Но система остается почти незатронутой. Недостатки: Низкая
оперативность.

NOD32
Кавалерийский эскадрон. Оборону держать не обучен вовсе, при виде
врага тут же бросается на него в атаку. Пытается взять нахрапом, обычно
- психической атакой с шашками наголо. Если это не удается с первого
раза, рассеивается по оврагам, уходит в партизаны и ждет подходящего
момента чтобы повторить процедуру. Преимущества: Лучшая оборона - это
нападение, так что подобная тактика срабатывает всегда, пусть и не с
первого раза. Недостатки: Иногда приходится ждать очень долго. У местных
красоток уже рождаются первые детки, похожие на солдат неприятеля, а
эскадрон все еще партизанит по лесам и пускает под откос вражеские
поезда с женскими подвязками.

AVG.
Батальон фольксштурма. Вооружён до зубов, но пользоваться оружием не
умеет совершенно, периодически стреляя по своим и взрывая снаряды в
глубоком тылу, нанося ущерб мирному населению. При появлении противника
на горизонте начинает судорожно строиться в стройные колонны, не
успевает, плюёт на всё и лупит по наползающим танкам из берданки, обычно
без особого толку. Преимущества: фольксштурмовцы обходятся подножным
кормом, так что ресурсы системы практически не страдают. Недостатки:
беспорядочная пальба и куча вирусов на диске, постоянно - хоть, правда,
и безуспешно - пытающихся запуститься и нагадить.

Panda.
Женский батальон, составленный из институток. При малейшем шорохе
начинает истошно визжать и палить в небо. При серьёзной атаке теряет
сознание. Преимущества: не заметен. Недостатки: эффект тоже не заметен.

McAfee.
Танковая бригада. Рычат моторы, пахнет смазкой, чумазые танкисты хватают
пробегающих мимо девушек за ягодные места и где-то за лесом идёт пальба.
Враг внутрь проникнуть не может хотя бы просто от страха. Преимущества:
надёжность. Недостатки: танковая смазка нынче очень дорога, не говоря
уже о снарядах.

Нортон.
Вражеская оккупационная армия. Офицеры бесплатно пьют шнапс в роскошных
ресторанах на правах победителя, а солдаты бегают по дворам и
реквизируют съестное. Другой-то враг в страну, конечно, уже не пролезет,
это да. Но и жизнь в условиях оккупации, знаете ли, тоже не сахар.
Преимущества: граница на замке. Намертво.
Недостаток: враг уже внутри.

Вчера<< 23 февраля >>Завтра
Лучшая история за 29.09:
В Приморье начали выдавать дрова по электронному списку.
Какое чудесное сочетание "дрова" и "электронный список".
Рейтинг@Mail.ru