Лучшие анекдоты, истории и фразы зарегистрированных пользователей

Однажды наблюдал сцену, которую можно увидеть только у...

Судите сами: мужик лет 50-ти топает по железнодорожным путям от "Нижних Котлов" к центру. Весь из себя прилично одетый, с кожаным портфельчиком. Почему по путям? Да потому что так быстрее.
Кратчайший путь к "Ресо гарантии". А через "Варшавку" приходится в обход.

В том же направлении, по той же колее, ему в спину несется, будто ошпаренная, электричка Домодедово-Павелецкий. Называемая в народе "Белая Анаконда". Хотя домодедовский аэроэкспресс бывает и красным.

На этом участке чуть ли не ежемесячно "Анаконда" кого-то давит.
Раздавит, расчленит и уползает дальше. Машинисты не всегда замечают. Особенно если в темное время суток, или при ударе "хвостом".

Но наш машинист внимателен. Он - умница. Он издали примечает мудака с портфелем и принимается истошно сигналить, притормаживая. Резко тормозить нельзя - поезд развивает скорость под стольник даже в пределах города.
В общем, машинист продолжает во всю ивановскую гудеть и посильно замедляться.
Но человек-дрезина непоколебим. Он тут по делу. Рвите шапки, расступитесь столбы - боярин на шпалах.

Когда до мужика с портфелем остаются считанные метры, машинисту удается значительно снизить скорость, но поезд все равно в опасной близости от человека.

Наконец, потенциальная жертва "анаконды" соблаговоляет обернуться, видит приближающуюся Смерть и прытко отстреливает с путей.

Но действо на этом не заканчивается.
Пеший "боярин" неожиданно осознает всю меру унижения. Еще бы. Самого Его заставили прыгать как лягушку, которая спасается от юного натуралиста.
"Лягушка" проникается жаждой мести .
Она хватает с земли палку, бежит рядом с головным вагоном поезда и пытается колотить палкой по кабине машинистов.
Но машинист не страус и голову в кабину не прячет. Он, свесившись из окошка бронепоезда чуть ли не по пояс, поливает мужика водичкой из пластиковой бутылки. Помощник машиниста тоже не скучает: он оказывает старшему товарищу артиллерийскую поддержку, обстреливая "пехотинца" огрызком от яблока.

Вся картина, разумеется, обильно приправлена витиеватыми специями трехэтажного свойства, самая слабая из которых звучит как "пидарас", а уж варианты покрепче и упоминать неловко.

Пообщавшись несколько секунд, стороны завершают прения и
"каждый идёт своей дорогой..."

Ну и в какой еще стране можно увидеть, как спасенный от неминуемой смерти пытается угнаться за электричкой, чтобы высечь ее хворостиной?
Где еще несостоявшиеся убийцы, они же - герои-спасители, они же операторы многотонной махины, будут отбиваться от спасенного посредством брызгалки и недоеденного яблока? : )

В незабываемые события августа девяносто первого, с утреца, узнав, что
за ночь в стране власть переменилась, скидавай сапоги и по всем каналам
крутили «шоу за столом», созвонились мы с приятелем на тему «Что
делать-то? »
Решили, что надо выйти на улицу, оглядеться, как и что, встретиться,
простимулировать мыслительный процесс и уж тогда принимать какое-то
решение. Встретиться решили на Баррикадной. Символично. И в гуще
событий.
От Баррикадной к Белому дому, как в первомайскую демонстрацию, тек поток
народу. Мы тоже влились. Я не буду подробничать. Все слышали, видели и
помнят.
Потаскали мы вместе со всеми какую-то арматуру с ближайшей стройки.
Записались в какие-то списки (казаков, что ли?), подписались под
какими-то протестами, подвигали туда-сюда троллейбус. Решили, что пока
гражданский долг нами выполнен, надо пожить для себя. И мы пошли на
прогулку вокруг Белого дома. Что б оценить масштаб шоу, решили забраться
на какую нибудь высоту. Я показал на ближайший жилой дом. Костя
возразил, что указанный дом имеет стратегическое значение как для
нападающих, так и для обороняющихся. И там наверняка все перекрыто.
На поверку дом сиял распахнутыми подъездами. Мы без проблем добрались до
чердака и вылезли на крышу. На крыше тусовалось еще человек шесть. В
дальнем углу целовалась парочка. Белый дом с кишащими вокруг защитниками
был как на ладони.
Костя загрустил. У Кости за плечами четыре года Афгана, два срочных и
два сверхсрочных. Костя мне авторитетно показал, куда и сколько надо бы
установить пулеметов, гранатометов и посадить снайперов, что б всю эту
оборону разогнать без единой жертвы с той и другой стороны. И сказал,
что все это лажа. И вспомнил, хлопнув себя по лбу, что дома у него сидят
две немки, и наверное сходят с ума. Когда он уходил, они еще спали и ни
про какой путч ни сном ни духом… И мы рванули к нему в Останкино.

Русским людям после антиалкогольного указа никакая революция не страшна.
Другое дело - немцы. Вернее - немки. Две симпатичные, несмотря на то,
что немецкие, девки, филологини, изучают русскую литературу. На этой
почве и сошлись с Костей. Приезжают пару раз в год, останавливаются у
него. Сносно, но с диким акцентом говорят по русски. В совершенстве и
без акцента владеют русским матом. Последствия общения с русской
литературной элитой. В этот раз они приехали в Россию за неделю до
путча.

Когда мы с Костей добрались до дома, немки были вусмерть пьяны. Спустя
какое-то время, под угрозой не дать опохмелиться, мы добились от них
правды в последовательности событий.

В этот день им надо было к часу дня обязательно быть то ли в банке, то
ли в посольстве, то ли еще где. За давностью лет не помню. Да и не
важно. Важно, что обязательно надо было Быть. То есть, выйти из дома.
Когда они проснулись и привели себя в порядок, Костина мама им
ненавязчиво сообщила, что вот, мол, а у нас Рэволюция опять. В Москве
танки. Жутко стреляют.
Немки не поверили. Пощелкали пультом телевизора. Покрутили приемник.
Естественно, что глаза их по мере получения информации становились все
больше. Еще бы! Во попали, да?
При этом немок революция в России, конечно, здорово напугала. Но еще
больше их беспокоило состояние собственного разума. Где никак не могли
состыковаться две вещи.
Первая. В стране переворот. Это факт. Поскольку не только местное
российское ТВ, но и СНН, и другие не менее авторитетные источники,
включая шпрехающие на родном немецком, это подтверждали. И танки на
улицах. И образованные немки понимали, что переворот в России это не то
же, что переворот в какой нибудь банановой республике. Как
прокомментировала одна из них: «Ебнет так ебнет! » В немецком аналога не
нашлось.

Вторая. Глядя на улицу из окна, в пределах видимости они не обнаруживали
никаких изменений от обычного состояния дел. Работали магазины. Спешили
по делам прохожие. Не пригнувшись. Не перебежками. Квасили во дворе
бухарики. Торговала семечками бабка. И у нее покупали. Не патроны. Не
фальшивые документы для побега из страны. Семечки!
Все это вместе и не укладывалось у немок в голове.
Но они ж немцы. Пунктуальные и обязательные. И надо быть. А для этого
надо выйти из дома. «А где Костя? » - спросили они. «А на Баррикады
пошел» - очень спокойно ответила им Костина мама. Мама Костю четыре года
из Афгана ждала.
Немки позвонили туда, где им надо было быть. Нельзя ли перенести? Им
сказали: «Приезжайте! »
Делать нечего. Собрались они. Вышли из подъезда. И мелкими перебежками
двигаются к углу дома. Непрестанно оглядываясь и непроизвольно втягивая
головы в плечи. Будто только что половину квартир в этом доме обнесли.
А с лавочки во дворе за ними наблюдает местный бомжик Митюха. И
выдвигается им наперерез с целью стрельнуть сигаретку. Услышав нерусскую
речь, решает блеснуть знанием языка. И нагоняет их сбоку-сзади со
словами «Хенде хох! Аусвайс! » Коленки у немок задрожали и подогнулись.
Митюха, исчерпав познания в иностранном, перешел на родной.
Принимая из дрожащей руки пачку и видя состояние подружек, Митюха нагнал
на них еще большего страху. Типа, куда, мол, вас несет. Застрелют вас, а
то и еще хуже. Сидели бы дома.
Немки говорят: «Нам ошшень нато! »
И тут Митюхе приходит в голову замечательная мысль. И он предлагает
немкам свои услуги. Проведу, говорит, вас тайными ходами, в полной
безопасности, доставилю обратно целыми и невредимыми, и еще буду
выступать в роли телохранителя. И всего-то за каких-то паршивых сто
долларов.
Тут в немках проснулся, заслоняя страх, нормальный немецкий практицизм.
И одна из них, Аннет, произносит фразу, выученную с подачи Кости
специально для шереметьевских бомбил: «Охуел совсем? Я что, расценок не
знаю?! »
Проникнувшись уважением к знанию иностранцами нашего фольклора, Митюха
сразу падает вдвое. Надо отдать ему должное - ниже он не прогнулся даже
после фразы второй немки: «Соси хуй! Мы за такие деньги пешком дойдем! »
Сошлись на полтиннике плюс дорога. Митюха быстенько поймал машину.
Водила всю дорогу косился на двух расфуфыренных немок в сопровождении
бомжа. Причем бомж командовал. «А ну, немчура, вон на том светофоре
головы пригните! » или «Хорош шпрехать! По-русски говорите! » Немки
огрызались, но слушались.
Вообщем, всю дорогу Митюха нагонял на них страху, отрабатывая деньги. По
его просьбе на обратном пути водила пару раз провез их мимо танковых
колонн с курящими на броне хмурыми ребятами.
Вернулись. Немки, рассчитавшись с сопровождающим, уже готовы были
нырнуть в подъезд, но Митюха сказал: «Куда?! А отметить возвращение? »
И в течение часа двор наблюдал, как возле детской песочницы две
иностранки и один отечественный бомж хлещут водку из пластиковых
стаканчиков под однообразные тосты Митюхи: «Ну что, буржуи? Страшно вам?
Ну, будем! »
В результате до квартиры немок дотаскивал тот же Митюха. В этом
состоянии мы их и застали.
На следующее утро ни свет ни заря в квартире у Кости раздался звонок.
На пороге стоял Митюха со словами: «Ну что? Куда едем? »
Отгремели канонады. Все утряслось А Митюха еще раза три приходил
предлагать свои услуги. Пока у Кости не кончилось терпение и он не
спустил его с лестницы.

Случай был. Натурально. Два года тому назад, в Таллине.
Пивной ресторан "Биир Хаус". Сидим с женой и детенышем, за соседним
столиком - компания литовцев. Подходит к ним официант. Завязывается
"диалог". На "английском":
Г - гости
О - официант

Г - Вот из зис. Хау мач?
О - Зис ис зе мит. Столько-то крон.
Г - Вот зис? Хау мэни грамс?
О (переходит беспомощно на эстонский) - Ыстырукуаалайне. Эхуалиамаэ
граамс (типа)

(Далее все в том же духе, с языка на язык, минут десять)

Г (по-русски) - Слушайте, вы по-русски говорите?
О - Да
Г - А ЧЕГО ЖЕ ВИ НАМ ЕБЕТЕ МОЗГИ?
О - Я не ебу, ви первые начали.

(заказ был оформлен через минуту)

злоботрясов

Прочитал тут, в лучших историях прошлых лет изумительную историю про
страшный сон сварщика Гриши от 23.12.2008г. и сразу вспомнилось что я
видел также в поезде.
Поехал я нынче летом в командировку. Время в пути ровно сутки. C утра
заселившись в купе, нахожу там двоих попутчиков очень приятные люди, с
которыми постепенно завязалась простая беседа людей на сутки сведенных
вместе. Это были женщина в годах, к сожалению её имени я не помню, и
мужчина в самом расцвете сил, т. е лет 40-45. Звали мужика Василий, про
него собственно и история. В процессе беседы выяснилось, что они уже
едут двое суток и также разговаривая, они выяснили, что очень давно они
служили на одной пограничной заставе у нас на дальнем востоке. И
когда-то, покойный муж этой женщины, особист заставы спас молодого
медика прапорщика Василия от неминуемой ломки его служебной карьеры по
каким-то там партийным делам. За что Василий неоднократно поминал мужика
добрым словом и искренне сожалел этой женщине что муж так рано умер. К
вечеру Василий ушел к своим знакомым в соседнее купе отмечать день
рождения своего внука. Поздно вечером он вернулся в прекрасном
расположении духа с поллитрой, которую мы на троих и выпили. Выпили
соответственно своих способностей, т. е. как и все нормальные женщины в
чужой компании, наша попутчица только пригубила, я выпил от силы сто
грамм-завтра спозаранку встреча с заказчиком, а Василий приговорил
остальное. Подъем мужика на вторую полку в объятия сна осуществляли
втроем. Я, хрупкая женщина и могучий и богатый русский язык в части
матов сквозь зубы. Василий при этом вел себя как нормальный русский
мужик, офицер, напоминал сосиску. Т. е. никак. А фигли, солдат спит,
служба идет. При этом достойно и прилично не как какой-нибудь алкаш. Я
вспомнил рассказ своих друзей, как они когда-то поднимали меня. Поверьте
мне, вели мы себя по разному. Одним словом настоящий офицер. Ну, слава
богу, подняли. Мы еще немного поговорили об их жизни на заставе,
попутчица что-то рассказывала из жизни пограничников и постепенно, под
стук колес купе отошло ко сну. Оказалось ненадолго.
Жуткий грохот падающего со второй полки тела об столик со стаканами и
разной посудкой мгновенно разбудил нас с женщиной. Разбудил грохот нас,
но не Василия который собственно и храпел теперь уже на полу. Первые
попытки поднять его очень быстро дали понять, что сосиску в стоячем
положении мы хоть и смогли запихать наверх, но теперь, то тесто которое
он собой представлял из ямы между полками мы уже точно не вытащим. Наши
позывы Василий, Василий, Ва-а-сссилий вставай! Сопровождались только
сладким сонным похрапыванием.
И тут наша попутчица с радостной присказкой, А! Вспомнила! выдает:
Василий вставай, ГЕНЕРАЛ идет.
Мгновенно! Человек оказался на ногах! Трезвый!!! «К-к-какой генерал?
Где?!» спросил он.
Это надо было видеть. У меня случился шок. А Василий оценив ситуацию,
спокойно, сам(!), залез к себе на вторую полку и захрапел дальше. Только
после этого меня пробрал смех. Очень громко и на весь вагон. Когда я
успокоился, эта женщина добила меня контрольным в голову, сказала, Да
вот, Сергей, муж давно уже умер, не сразу вспомнила я, раньше, когда его
нужно было поднять из такого же состояния, я кричала ему «Застава в
ружьё!» и он мгновенно поднимался. Ни разу не было осечки.
Только при этом «застава в ружье» она произнесла тихо. Пусть спит
спокойно пограничник Василий, граница на замке. И пока у нас такие
пограничники, в этом можно быть уверенным.

Пожар. По этажам пожарники носятся, дым, гарь, суета. В одну комнату
залетает начальник расчета, видит такую картину - его боец спокойно
трахает девицу. Начальник орет:
- Ты что, охренел?
- Да я ничего, товарищ лейтенант. Вот, девушку спас, а то задыхалась
совсем. Вот, искусственным дыханием.
- Какое искусственное дыхание? Искусственное дыхание рот в рот делают.
- Ну, я в принципе, так и начал.

Странные люди, эти человеки...
Копошатся по своим важным и не очень делам, встречаются-расходятся, знакомятся-ссорятся... Бывает мимолетное знакомство перерастает в дружбу, а бывает превращаются во врагов на ровном месте... Иногда на подобные изменения уходят годы, а бывает и секунды многое решают...
Причем от самых простых случаев, когда "их только двое", до коллективов самых разных форм, состава и размеров...

Электричка сбросила свой быстрый загородный бег и начала солидно перемещаться от станции к станции. Знакомая многим ситуация, когда электропоезд пересекает городскую черту и скоро конечная, но до нее еще несколько остановок.
В тамбуре, в ожидании подходящей кому - какой станции, образовался один из таких коллективов совершенно незнакомых людей :
- Дедок - деревенского вида, не высокий, худощавый. Не смотря на свои годы, довольно крепкий, про таких еще говорят - жилистый. Побритый/умытый, в чистеньком, но не глаженном костюмчике. Видимо с утра уже успел пропустить стаканчик, а может и не один, запашок есть. Но выпившим его назвать у меня язык не повернулся бы, добрый такой дедуля, светящийся от счастья, видимо благодаря, и не смотря на ранний час...
- Пара девчушек, видимо ПТУ-шниц (простите, может Колледжницы по нынешнему). Одеты довольно вызывающе - и сверху не образец целомудрия, и снизу коротковато. Прически и агрессивный макияж соответствуют общему имиджу. По обрывкам разговора, сквозь перестук колес, похоже знают в свои годы гораздо больше, чем надо было бы. Острые на язычок, слегка хриплые, прокуренные голоса.
- Женщина средних лет, про таких еще говорят "серая мышка". Я бы и внимания не обратил, если бы не ее взгляд, даже слегка приглушенный линзами очков. Добавим строгий стиль одежды и манеру держаться... Я бы сказал, что это учительница.
- Парень, телосложения "крепче среднего". Не выспатый, прическа и одежда - не образец для эффективного менеджера. Настроение тоже не очень - явно что-то такое было, что пришлось ехать из природы в душные джунгли в такую рань... Стоял себе, никого не трогал, созерцал окрестности...
- Было еще несколько человек, но давайте я назову их зрителями.

Изначально диспозиция была примерно такая: дедок довольно быстро достал своим бравым настроением с цитатами о моральных устоях своей молодости ПТУ-шниц, а так же учительницу в попытке привлечь ее в качестве мирового судьи. Учительница не одобряла ни утренний запашок от деда, ни форму одежды/макияжа/темы разговоров ПТУ-шниц. А девчушки в силу особенностей возраста/воспитания были против всех, кто не с ними... Не хотелось портить пока еще относительно мирную обстановку возможными звуками на повышенных тонах в связи с ежесекундно углубляющимися противоречиями, поэтому отвлек деда на себя болтовней на философские темы. Он в моем лице нашел благодарного слушателя и в тамбуре восстановилось хрупкое перемирие...

Перемирие, однако, длилось недолго. В тамбур вплыло ОНО. Это существо было женского пола, непонятно какими ветрами занесенное в общественный транспорт. Дорого одето/намикияжено, приличный парфьюм, В том, не простом возрасте, когда привлекательность и связанные с ней преференции уже идут на убыль, а самомнение еще продолжает расти бурными темпами.
Первым влетело деду: "уж в ее-то доме не принято квасить с утра даже садовникам".
Затем девчушкам ПТУ-шницам: "возрастом еще не вышли, а уже проститутки, что само по себе просто немыслимо в ее доме".
Потом учительнице: "такой мерзкий парфьюм в ее доме запрещено использовать даже в туалете".
Далее пошло по кругу, на безразличных до сего момента зрителей...
Мадам в силу высокой, но специфической квалификации, за несколько секунд своего пребывания в тамбуре, умудрилась объединить разношерстный народ, ранее частично разъедаемый противоречиями, а частично безразличный ко всему, в коллектив, у которого появилась общая цель. Повисла обманчивая тишина...
События же разворачивались все более стремительными темпами. Народ еще размышлял над адекватными мерами противодействия, когда в тамбур вошел полный мужчина средних лет, уткнувшийся носом в какой-то гаджет. Судя по толщине стекол очков - у мужчины сильная близорукость. На окружающую действительность он не особо обращал внимания, и из за близости гаджета к носу, похоже шел на ощупь. То ли он действительно наступил ей на ногу, то ли такая возможность была чисто теоретической, осталось непонятным в рамках этой истории...

"Да чтобы у меня дома, меня топтали среди белого дня!!!" - тишина перешла в визг, и еще толком не успевший войти мужчина, уже оказался вовлечен в наш веселый тамбурный междусобойчик. Он даже еще не успел понять, что его в чем-то обвинили, а мадам уже победоносно рассматривала то меня, то лохматого парнишку в качестве заступников поруганной чести.
Растрепанный парнишка, вдохновленный испепеляющим то его, то меня взглядом, видимо решил, что дальше уже нет смысла откладывать. Расправил плечи, поправил растрепанную прическу и грозным тоном обратился к мужику-обидчику: "Мужик, а у тебя проблемы!".
Мужчина, как то слегка испугано, взглянув на него, из за своих толстенных очков: "А что собственно случилось?". Видимо предположил по суровому тону, что будут бить, а за что не понимал. Парень грозно продолжил: "Мужик, тебе дама открытым текстом говорит, что ее дома никто не топчет!!! Ты хочешь сказать, что это для тебя ничего не значит?".

После доле-секундной паузы, гмыкнул смешком дед, затем к мужику-обидчику подлетели и взяли за руки ПТУ-шницы: "Ну и что, что она такая страшненькая? Такие тоже хотят немного женского счастья! А Вы видный мужчина... и т.д". Мужчина моментально покрылся испариной (а как Вы думаете, когда берут за руки и слегка прижимают их к себе два симпатичных молодых создания, хотя и не совсем соответствующие моральному облику строителей коммунизма). Но нашел в себе силы и приподняв в воздух одну из девиц показал всему тамбуру обручальное кольцо на безымянном пальце: "Я женат!", выдохнул он из себя, даже не понятно с гордостью или сожалением.
Однако учительница не дала ему воспользоваться этим призрачным шансом: "Мужчина, у женщины проблема видимо настолько обострена, что она вынуждена обратиться к Вам, даже не смотря на присутствие людей в тамбуре. Неужели не в Ваших силах помочь человеку, который смог переступить через ..."...
Закончить фразу не получилось - до мадам дошло, что это все о ней! Лицо приняло боевую раскраску а ля свекла, из горла вырвался рев раненой белуги о предстоящих карах для нашего тамбура и с ловкостью сильно испуганного носорога она выскочила обратно в вагон и начала прокладывать себе тропу куда-то там, в невидимые для нас дали...
Точку же поставил дедок, похлопывая мужика рукой по плечу, второй указывая на удаляющуюся спину: "Глянь-ка, глянь, а твоя-то пошла, пошла... Обиделась поди... Догоняй скорей, чего люди подумают!"

Отброшенные куда попало, прорвавшимся сквозь вагон стихийным бедствием, люди не могли понять причины веселого смеха из нашего, неожиданно ставшего таким дружным тамбура.
Хмурый вначале рассказа парнишка заулыбался. Близорукий мужчина, вынужденно и неожиданно для себя сыгравший не последнюю роль, наконец то все понял и от смеха аж присел. Зрители хлопали в ладоши, а незнакомые люди, неожиданно объединившиеся главные герои этого рассказа весело смотрели друг на друга и уже не кривились ни от легкого запаха спиртного от деда, ни от достаточно вольной формы одежды ПТУ-шниц, ни от строгого взгляда учительницы.
Пусть и на короткое время, но они были великолепно сработавшей командой...

В продолжение истории про первый вылет с трассы.

Друг у меня ездит очень аккуратно. Но случилось так, что за полгода два раза с семьёй перевернулся.
Рассказывает: "Перевернулся я в Прикарпатье. Машина ещё толком не остановилась, а я краем глаза вижу, как из дворов люди выбегают, машины останавливаются. Вытащили, успокоили, накормили, напоили, с пацаном всё село набивалось в игры поиграться...
Спустя полгода, летом, перевернулся в Черногории. Собралась разношёрстная толпа на безопасном расстоянии, фотографируют, кричат одобрительные слова. Полчаса из авто выбраться не могли, пока проходящие мимо пьяные (странно!) русские не вытащили всех и ... не напоили до уср"чки."
Вот такие вот дела.
Да, и я ещё заметил, что наши люди берут на улицах рекламки не для того, чтобы прочитать, а чтобы раздающий их человек заработал пресловутые 1.5 копейки за бланк.
Так что цените наших людей, они у нас (и у вас) хорошие.

Алексея Баталова пригласили на главную роль в фильме "Дама с собачкой" по рассказу А.П.Чехова. Фильм консультировала старая дворянка, дотошная и въедливая, помнившая дореволюционную эпоху. Увидев, как ходит Баталов, старушка сразу же заявила:
- Он косолапит. Русские интеллигенты той эпохи так не ходили.
Замечание расстроило артиста, и он взялся исправлять походку, тем более, что и режиссёр всё время делал ему замечания. Баталову это надоело, а походка никак не хотела исправляться. Поехали в Крым, в Ялту, стали обходить места будущей съёмки. И вдруг старичок-лодочник, увидев одетого для съёмок Баталова, обрадованно закричал:
- Вы поглядите-ка, шляпа точь-в-точь как до революции носили! Такая была, помнится, у Антона Павловича Чехова. И между прочим, молодой человек,- обратился он к Баталову,- у вас походка чрезвычайно напоминает походку Чехова. Он тоже чуть косолапил...

Дачное товарищество брало воду у соседнего товарищества. Но их старенькая скважина воды стала давать все меньше и меньше и они уведомили соседей, что через пару месяцев трубу перекроют. А как жить без воды? Ведь под словом дача у россиян в реальности скрывается надел интенсивного земледелия и без полива тут никак. Поэтому решили срочно бурить свою. Наняли специалистов, те воду нашли прямо под территорией товарищества. И единственная проблема оказалась в том, что участок на котором будет скважина со всей своей инфраструктурой, придется изымать в пользу дачного сообщества. А денег на компенсацию за сию конфискацию нет. Все что с дачников наскребли плюс еще и кредит, все пошло на скважину. Председатель с замом после недолгих раздумий решили «бросить под танк» бабулю лет восьмидесяти. С ней проблем не должно быть никаких, посчитали они. Отослали ей извещение о изъятие участка без всякой компенсации и занялись самым важным.

А самым важным этапом всей этой эпопеи была встреча с государственным инспектором, поскольку без его разрешения проводить никакие работы нельзя. Пригласили. Собрали по этому поводу расширенное правление человек где-то 35, ждут. А тут эту бабку принесло. Начальство стало выкручиваться, вы мол если недовольны решением, то соберем общее собрание, там все и обсудим, а сейчас не время. А бабушка ситуацию уже прекрасно поняла, к моменту когда собрание соберется, скважину уже пробурят и участка у нее считай не будет. И компенсацию тоже не выпросишь, в закромах товарищества минуса. О чем она им без обиняков и заявила.

А затем достала из портфельчика папочку, поправила жакет и четким голосом произнесла: «Но я здесь не для обсуждения своих личных проблем».
Народ переглянулся, явно не понимая о чем это она. А бабулька, сделав небольшую паузу добавила: «Я и есть тот самый чиновник, без подписи которого никто бурить вам скважину попросту не сможет. И я жду от вас все положенные документы по перечню который вы получили подавая заявление».

Сказанное произвело эффект разорвавшейся бомбы, причем бомбы психотропной. Поскольку сделало всем присутствующим такие идиотские лица, каких не бывает даже у настоящих идиотов.

Пока бабуля оказавшаяся инспектором проверяла бумаги, толпа вывалила на улицу и стала нервно обсуждать ситуацию. Пришли к мнению, что эта старая карга ничего не подпишет, будит пить их кровь и скважине не бывать до второго пришествия. И что же теперь делать? Так и осталось вопросом без ответа. Народ негодовал, но понимал, что виноваты, в принципе, они сами. И сейчас заслуженно огребут по самые помидоры.

Прервала их дискуссию, превратившуюся к этому моменту в базар, бабушка-инспектор. попросив внимания произнесла: «Я ознакомилась со всеми бумагами. Вами собраны все необходимые документы с соответствующими подписями и печатями. В связи с чем сообщаю, что я завизировала разрешение на бурение скважины. Ваша подрядная организация может приступать к работам хоть завтра. У меня все. До свидания».

Говорят бомба два раза в одну воронку не падает, но это ,наверное, обычная, а психотропная падает. Опять шок, опять эти глупейшие лица... Была стопроцентная уверенность, что продолжение будет иным. Что бабка им покажет Кузькину маму. А чтобы человек поступил честно, имея возможность жестко ответить им за их абсолютно несправедливый поступок, исключительно в целях обороны, такого точно не ждал никто.

Бабуля скрылась за поворотом, подписанные бумаги лежали на столе. Со словами: «неправы мы», сказанные кем-то, у народа начала просыпаться совесть.
Участок под изъятие переголосовали, без надела оказался зам председателя.

ПРОМЫШЛЕННЫЙ ШПИОНАЖ
Едем вторые сутки.
Вчера еще ничего – дождик, зелень, свежий ветерок, а сегодня с утра
проснулись в горячем, наглухо задраенном вагоне. Такое впечатление, что
наш поезд стал личным врагом самого солнца. За окном песчаный
марсианский пейзаж. Марсиане попадаются очень редко и в основном на
верблюдах из зоопарка.
Мне лет двенадцать и я еду с родителями к бабушке во Фрунзе. Все
вагонные дела переделал – облизал дверные ручки с микробами, належался
на разных полках, побегал по коридору. Все. Я накатался. Меня уже бесили
и поезд и жара и унылые марсианские просторы, а ехать еще двое суток.
Единственная радость - это местные кладбища. Красивые и цветные, как
города из восточных сказок, а вот живые на этой планете обходятся
маленькими, грязными, глиняными хибарками.
Липкие пассажиры, обмахивались журналами и начинали роптать:
- Товарищ проводник, откройте у нас в купе окно, хоть ветерком обдует.
Проводник со снисходительной улыбкой пояснял:
- Не положено, в вагоне работает кондиционер.
- А когда ближайшая станция, хоть на воздух выйти?
- Через четыре с половиной часа, стоянка две минуты.
А и то правда, на Марсе обитаемых станций мало, вот и полустанки так
редки. Спасибо, хоть железная дорога еще не провалилась в зыбучие пески.
Народ изнывал и еще за два часа до остановки начал создавать в коридоре
живую очередь, чтобы быть в первых рядах тех, кому достанутся
долгожданные 120 секунд свежего марсианского ветерка.
Последние десять минут юмор у очереди закончился, и она особо ревностно
следила за чистотой своих рядов: «Э! Але, мужчина! Вы вышли из туалета,
так и идите к себе в купе! Самый умный что ли!? Пристроился первый!» «А
Вам, бабушка, кипяточку набрать? Проходите пожалуйста, только потом не
спрячьтесь там за титаном…»
Проводник, конечно же, знал - что будет дальше и эта очередь его заметно
забавляла.
Поезд остановился.
- Ну, открывайте уже дверь. Что так медленно?! Невозможно уже!
- Не толкайтесь, на всех хватит… Уже открываю.
Дверь открылась и первый в очереди счастливчик полной грудью хапнул
обжигающего легкие марсианского кислорода.
Эффект такой, как подышать под одеялом над картошкой, но визгливый хвост
очереди напирал, ведь он еще не знал, что на две минуты открылась дверь
в паровозную топку.
Потный, веселый проводник, закрывая дверь:
- Ну что, все вдохнули или кто-то не успел?
Только теперь люди поняли, что кондиционер в вагоне все-таки работает и
неплохо. Все познается в сравнении.
Спустя несколько минут после неудачной массовой попытки выхода в
открытый космос, проводник прошел по вагону стуча ключами по дверям и
произнося магическое заклинание:
- Холодная вода! Кому холодная вода? Одна бутылочка без стоимости
посуды - пятьдесят копеек.
Через каких-нибудь парочку километров, все жаждущие упивались
живительной влагой, не отрываясь от горла, как пионеры-трубачи.
Я принялся канючить:
- Папа, дай денег, я куплю холодной воды.
Отец денег не дал, а не поленился и пошел вместе со мной.
Проводник в ажиотации денежного конвейера, сосредоточенно наполнял из
питьевого крантика батарею бутылок:
- Нет, ребята. Пока не охладилась, всю холодную уже выпили. Подойдите
через полчасика.
Подошли.
- Вам сколько бутылочек?
Папа:
- Одну на пробу.
Проводник:
- Хорошо, выйдите из купе, пока я буду доставать воду из холодильника.
Перед нами с лязгом схлопнулась дверь его каморки, но уже через пару
секунд приветливо отворилась и проводник вручил нам холодную стеклянную
бомбу. Даже просто прижимать к себе ее было уже счастьем.
Нам показалось, что всей семьей мы опустошили бутыль быстрее, чем из нее
вытекла вода.
Я:
- Папа, побежали еще купим, пока есть холодная.
Отец сидел задумчиво изучая пустую стеклянную бутылку:
- Нет, сынок, больше мы у него покупать не будем, а займемся
промышленным шпионажем. Сходи, незаметно глянь – он всегда выгоняет
людей из своего купе, когда лезет в холодильник за водой?
Я добыл информацию и доложил:
- Выгоняет всех и закрывает дверь на ключ.
Папа, потирая руки:
- Это очень хорошо, я так и думал, значит у него вообще нет никакого
холодильника...
Я:
- Как нет холодильника, папа, ты что? Мы же пили.
Папа:
- Подожди, помолчи, не мешай, я подумаю, как нам самим сейчас сделать
холодильник.

Мой папа был самым умным человеком на свете и мог сделать все что угодно
из ничего и знал ответ на любой мой вопрос. Жаль, только что я спрашивал
у него в основном всякую ерунду…
Так он и ушел, унеся с собой бесчисленное количество жизненно важных
ответов, оставив меня с одними вопросами…

Я влез на верхнюю полку и принялся наблюдать, как он размышляет, рисуя
на полях газеты. Понятно было, что так или иначе, холодильник папа
построит, но из чего? Где он возьмет белую железную коробку с дверью, да
еще и чтобы она урчала, а внутри горела лампочка?
Папа рисовал незнакомые мне тогда формулы (к сожалению, я и сейчас не со
всеми из них подружился) Нарисовал даже нашего проводника в фуражке и с
бутылкой воды в руках. Временами папа размышлял вслух: «Розетка у него
есть, но она ему не нужна, ведь без розетки никто не перехватит его ноу
хау». «Эх, был бы справочник теплопроводности… У стекла примерно
полтора, у воды – половина или чуть меньше. Что это нам дает?
Ни-че-го!...» «Так, спасибо хреново, зайдем с другой стороны».

Было видно, что он получает колоссальное удовольствие от возникновения
непредвиденной задачи, ведь все газеты перечитаны еще вчера и мозгу
нужна была работенка.
Вскоре мне наскучило смотреть на исписанные края газет, а к постройке
холодильника мы так пока и не приступали. Да и как добыть холод, если в
купе сорок, а на улице пятьдесят…?
Я вышел в коридор, разговорился с мальчиком. Мимо нас то и дело ходила
мама, то с чаем, то с мытыми помидорами.
Прошел час, за спиной открылась дверь нашего купе, на пороге стоял папа
с игриво невозмутимым лицом фокусника (которое могло быть только у него)
и буднично протянул мне бутылку с водой:
- На, попей водички и мальчика угости.
Вода была не прохладная и даже не холодная, она была ледяная!
По температуре в денежном эквиваленте она тянула не на полтинник, а
минимум на рубль двадцать.
Я, схватившись за обледеневшую челюсть, ворвался в купе, но холодильника
нигде не было…
Так мы с неограниченным источником холодной воды и доехали к бабушке, я
сдуру даже горло простудил.
Устройство самого холодильника несколько разочаровало меня своей
простецкостью.
Ни белого ящика, ни лампочки внутри.

При помощи пряжки от ремня и ключа от квартиры, папа открыл наше окно,
две бутылки с водой завернул в очень мокрые полотенца, все это засунул в
авоську и повесил за окно. Двадцать минут, и зубы немели от холода...

Подлетает очередной трамвай, из полуоткрывшейся двери выпадает на полкорпуса пьяный в пластилин мужик, обводит мутными глазами остановку и произносит: ".... вашу мать, уже час ночи!!".
Чья-то рука рывком втаскивает его обратно, двери захлопываются, трамвай исчезает.
После минутной паузы кто-то из толпы произносит: "Так вот они какие, часы с кукушкой..."

Не смешно, но трогательно...

Моя любимая еврейская мама.

Мой отец чеченец и мама чеченка. Отец прожил 106 лет и женился 11 раз. Вторым браком он женился на еврейке, одесситке Софье Михайловне. Её и только её я всегда называю мамой. Она звала меня Мойше. - Мойше, - говорила она, - я в ссылку поехала только из-за тебя. Мне тебя жалко.

Это когда всех чеченцев переселили В Среднюю Азию. Мы жили во Фрунзе. Я проводил все дни с мальчишками во дворе. - Мойше! - кричала она. - Иди сюда. - Что, мама? - Иди сюда, я тебе скажу, почему ты такой худой. Потому что ты никогда не видишь дно тарелки. Иди скушай суп до конца. И потом пойдёшь. - Хорошая смесь у Мойши, - говорили во дворе, - мама - жидовка, отец - гитлеровец.

Ссыльных чеченцев там считали фашистами. Мама сама не ела, а все отдавала мне. Она ходила в гости к своим знакомым одесситам, Фире Марковне, Майе Исаaковне - они жили побогаче, чем мы, - и приносила мне кусочек струделя или еще что- нибудь.

- Мойше, это тебе. - Мама, а ты ела? - Я не хочу.

Я стал вести на мясокомбинате кружок, учил танцевать бальные и западные танцы. За это я получал мешок лошадиных костей. Мама сдирала с них кусочки мяса и делала котлеты напополам с хлебом, а кости шли на бульoн. Ночью я выбрасывал кости подальше от дома, чтобы не знали, что это наши. Она умела из ничего приготовить вкусный обед. Когда я стал много зарабатывать, она готовила куриные шейки, цимес, она приготовляла селёдку так, что можно было сойти с ума. Мои друзья по Киргизскому театру оперы и балета до сих пор вспоминают:

«Миша! Как ваша мама кормила нас всех!»

Но сначала мы жили очень бедно. Мама говорила: «Завтра мы идём на свадьбу к Меломедам. Там мы покушаем гефилте фиш, гусиные шкварки. У нас дома этого нет. Только не стесняйся, кушай побольше».

Я уже хорошо танцевал и пел «Варнечкес». Это была любимая песня мамы. Она слушала ее, как Гимн Советского Союза. И Тамару Ханум любила за то, что та пела «Варнечкес».

Мама говорила: «На свадьбе тебя попросят станцевать. Станцуй, потом отдохни, потом спой. Когда будешь петь, не верти шеей. Ты не жираф. Не смотри на всех. Стань против меня и пой для своей мамочки, остальные будут слушать».

Я видел на свадьбе ребе, жениха и невесту под хупой. Потом все садились за стол. Играла музыка и начинались танцы-шманцы. Мамочка говорила: «Сейчас Мойше будет танцевать». Я танцевал раз пять-шесть. Потом она говорила: «Мойше, а теперь пой». Я становился против неё и начинал: «Вы немт мен, ву немт мен, ву немт мен?..» Мама говорила: «Видите, какой это талант!» А ей говорили: «Спасибо вам, Софья Михайловна, что вы правильно воспитали одного еврейского мальчика. Другие ведь как русские - ничего не знают по-еврейски».

Была моей мачехой и цыганка. Она научила меня гадать, воровать на базаре. Я очень хорошо умел воровать. Она говорила: «Жиденок, иди сюда, петь будем».

Меня приняли в труппу Киргизского театра оперы и балета. Мама посещала все мои спектакли. Мама спросила меня: - Мойше, скажи мне: русские - это народ? - Да, мама. - А испанцы тоже народ? - Народ, мама. - А индусы? - Да. - А евреи - не народ? - Почему, мама, тоже народ. - А если это народ, то почему ты не танцуешь еврейский танец? В «Евгении Онегине» ты танцуешь русский танец, в «Лакме» - индусский. - Мама, кто мне покажет еврейский танец? - Я тебе покажу. Она была очень грузная, весила, наверно, 150 килограммов. - Как ты покажешь? - Руками. - А ногами? - Сам придумаешь.

Она напевала и показывала мне «Фрейлехс», его ещё называют «Семь сорок». В 7.40 отходил поезд из Одессы на Кишинёв. И на вокзале все плясали. Я почитал Шолом-Алейхема и сделал себе танец «А юнгер шнайдер». Костюм был сделан как бы из обрезков материала, которые остаются у портного. Брюки короткие, зад - из другого материала. Я всё это обыграл в танце. Этот танец стал у меня бисовкой. На «бис» я повторял его по три-четыре раза.

Мама говорила: «Деточка, ты думаешь, я хочу, чтоб ты танцевал еврейский танец, потому что я еврейка? Нет. Евреи будут говорить о тебе: вы видели, как он танцует бразильский танец? Или испанский танец? О еврейском они не скажут. Но любить тебя они будут за еврейский танец».

В белорусских городах в те годы, когда не очень поощрялось еврейское искусство, зрители-евреи спрашивали меня: «Как вам разрешили еврейский танец?». Я отвечал: «Я сам себе разрешил».

У мамы было своё место в театре. Там говорили: «Здесь сидит Мишина мама». Мама спрашивает меня: - Мойше, ты танцуешь лучше всех, тебе больше всех хлопают, а почему всем носят цветы, а тебе не носят? - Мама, - говорю, - у нас нет родственников. - А разве это не народ носит? - Нет. Родственники.

Потом я прихожу домой. У нас была одна комнатка, железная кровать стояла против двери. Вижу, мама с головой под кроватью и что-то там шурует. Я говорю:

- Мама, вылезай немедленно, я достану, что тебе надо. - Мойше, - говорит она из под кровати. - Я вижу твои ноги, так вот, сделай так, чтоб я их не видела. Выйди. Я отошел, но все видел. Она вытянула мешок, из него вынула заштопанный старый валенок, из него - тряпку, в тряпке была пачка денег, перевязанная бечевкой. - Мама, - говорю, - откуда у нас такие деньги? - Сыночек, я собрала, чтоб тебе не пришлось бегать и искать, на что похоронить мамочку. Ладно похоронят и так.

Вечером я танцую в «Раймонде» Абдурахмана. В первом акте я влетаю на сцену в шикарной накидке, в золоте, в чалме. Раймонда играет на лютне. Мы встречаемся глазами. Зачарованно смотрим друг на друга. Идёт занавес. Я фактически ещё не танцевал, только выскочил на сцену. После первого акта администратор подает мне роскошный букет. Цветы передавали администратору и говорили, кому вручить. После второго акта мне опять дают букет. После третьего - тоже. Я уже понял, что все это- мамочка. Спектакль шёл в четырёх актах. Значит и после четвёртого будут цветы. Я отдал администратору все три букета и попросил в финале подать мне сразу четыре. Он так и сделал. В театре говорили: подумайте, Эсамбаева забросали цветами.

На другой день мамочка убрала увядшие цветы, получилось три букета, потом два, потом один. Потом она снова покупала цветы.

Как- то мама заболела и лежала. А мне дают цветы. Я приношу цветы домой и говорю:

- Мама, зачем ты вставала? Тебе надо лежать. - Мойше, - говорит она. - Я не вставала. Я не могу встать. - Откуда же цветы? - Люди поняли, что ты заслуживаешь цветы. Теперь они тебе носят сами. Я стал ведущим артистом театра Киргизии, получил там все награды. Я люблю Киргизию, как свою Родину. Ко мне там отнеслись, как к родному человеку.

Незадолго до смерти Сталина мама от своей подруги Эсфирь Марковны узнала, что готовится выселение всех евреев. Она пришла домой и говорит мне:

- Ну, Мойше, как чеченцев нас выслали сюда, как евреев нас выселяют ещё дальше. Там уже строят бараки. - Мама, - говорю, - мы с тобой уже научились ездить. Куда вышлют, туда поедем, главное - нам быть вместе. Я тебя не оставлю.

Когда умер Сталин, она сказала: «Теперь будет лучше». Она хотела, чтобы я женился на еврейке, дочке одессита Пахмана. А я ухаживал за армянкой. Мама говорила: «Скажи, Мойше, она тебя кормит?» (Это было ещё в годы войны).

- Нет, - говорю, - не кормит. - А вот если бы ты ухаживал за дочкой Пахмана… - Мамa, у неё худые ноги. - А лицо какое красивое, а волосы… Подумаешь, ноги ему нужны.

Когда я женился на Нине, то не могу сказать, что между ней и мамой возникла дружба.

Я начал преподавать танцы в училище МВД, появились деньги. Я купил маме золотые часики с цепочкой, а Нине купил белые металлические часы. Жена говорит:

- Маме ты купил с золотой цепочкой вместо того, чтоб купить их мне, я молодая, а мама могла бы и простые носить. - Нина, - говорю, - как тебе не стыдно. Что хорошего мама видела в этой жизни? Пусть хоть порадуется, что у неё есть такие часы. Они перестали разговаривать, но никогда друг с другом не ругались. Один раз только, когда Нина, подметя пол, вышла с мусором, мама сказала: «Между прочим, Мойше, ты мог бы жениться лучше». Это единственное, что она сказала в её адрес. У меня родилась дочь. Мама брала её на руки, клала между своих больших грудей, ласкала. Дочь очень любила бабушку. Потом Нина с мамой сами разобрались. И мама мне говорит: «Мойше, я вот смотрю за Ниной, она таки неплохая. И то, что ты не женился на дочке Пахмана, тоже хорошо, она избалованная. Она бы за тобой не смогла все так делать». Они с Ниной стали жить дружно.

Отец за это время уже сменил нескольких жён. Жил он недалеко от нас. Мама говорит: «Мойше, твой отец привёл новую никэйву. Пойди посмотри.» Я шёл.

- Мама, - говорю, - она такая страшная! - Так ему и надо.

Умерла она, когда ей был 91 год. Случилось это так. У неё была сестра Мира. Жила она в Вильнюсе. Приехала к нам во Фрунзе. Стала приглашать маму погостить у неё: «Софа, приезжай. Миша уже семейный человек. Он не пропадёт. месяц-другой без тебя». Как я её отговаривал: «Там же другой климат. В твоём возрасте нельзя!» Она говорит: «Мойше, я погощу немного и вернусь». Она поехала и больше уже не приехала.

Она была очень добрым человеком. Мы с ней прожили прекрасную жизнь. Никогда не нуждались в моем отце. Она заменила мне родную мать. Будь они сейчас обе живы, я бы не знал, к кому первой подойти и обнять.

Литературная запись Ефима Захарова

Тут на днях была история от повара - любителя Ребел, пострадавшего от нападений разъяренных оппоненток на кулинарном сайте из-за невинного замечания о преимуществах подсолнечного масла перед оливковым.
Не поверите, но это ему еще повезло. Меня однажды при обсуждении рецепта греческой мусаки вообще чуть не линчевали.
Основных центров спора там было два - какой именно фарш в мусаке использовать и какие травы и пряности класть. Слово за слово, страсти разгорались, спор воспалился до стадии личных оскорблений и "А ты кто такой?". У поваров, наверное, от ежедневной практики с ножами и окровавленным мясом агрессивность развивается. Я неосторожно влезла с замечанием о том, что в некоторых странах в мусаку кладут кабачок вместо баклажана, и она от этого становится гораздо нежнее. Этот подрыв коренных догматов кулинарии был встречен с таким же негодованием, как в свое время заявление о том, что Земля не плоская и вертится вокруг Солнца, а не наоборот. Мусака без баклажана? Еретичка! На костер!
Весь спор прихлопнул какой-то, судя по ФИО, натуральный грек, написавший: "Бараний фарш, говяжий, класть мускат или базилик...Анекдот! Собрались тут, понимаешь, крупные знатоки греческой кухни на российском сайте.
Настоящий грек кладет в мусаку тот фарш, который был в холодильнике, и те пряности, какие нашел у себя в шкафу."
Вот на это ни у кого из кулинарных крестоносцев возражений не нашлось.

Запускалась новая станция по очищению канализационных стоков от этого
самого, что в воде не тонет. А на выходе должны были получаться брикеты
для сжигания на тепловой станции.
Кто так пошутил, осталось неизвестно. Но когда под фанфары перерезали
ленточку, то под аплодисменты из агрегата выпала конфетка.

Я сегодня чувствую себя сорокой: кашу сварила, деток накормила, спать уложила, дров наколола, воды наносила... Вот теперь сижу и думаю - этому давать?

Когда Запад жалуется на непослушное поведение России, всегда вспоминаю письмо жены немецкого солдата, найденное на его трупе в 1942 году:
«Мы тут все в Гамбурге до глубины души возмущены упрямством и бессовестностью русских, которые никак не соглашаются прекратить своё глупое и бессмысленное сопротивление».

- Ты - девушка моей мечты! Красивая, остроумная, веселая...
- Ты говоришь так только для того, чтобы меня трахнуть!
- К тому же, еще невероятно умная!

Об относительности мировосприятия

Почти 10 лет назад довелось мне работать на арктических островах со студенткой. Отношения были чисто рабочие - это предупреждение для тех, кто читает в надежде на клубничку. Полтора месяца мы бродили в грязище вдоль побережья, копали ее и тонули в ней же, мерзли и мокли в море и под дождями со снеговыми зарядами. За все это время не видели ни одного человека, зато живности кругом хватало: песцы, лемминги, чайки, белухи и прочая живность. Студентка все ждала белого медведя, но было непонятно: хочет она его увидеть, чтобы увидеть, или чтобы как следует испугаться и понять, каково это – испугаться по-настоящему. Ружье у меня с собой было, но иллюзий на его счет я не имел: чтобы завалить белого медведя в ближнем бою из двустволки надо иметь очень большой блат у Бога или взвод боевых ангелов, однако ни того ни другого у меня не было. Но время шло, а медведи обходили нас стороной...

В середине августа море очистилось ото льда совсем, и мы начали вдольбереговые маршруты на надувной лодке. Чтобы не таскать с собой лишнее барахло, палатку оставили в базовом лагере, а жили в маршрутах в лодке, под тентом. Лодку на берег вытаскиваешь, барахло из нее вдоль бортов снаружи ставишь – и получаешь квартиру размером 1.1 на 3.5 м, хорошая однушка на двоих:) В спальниках на надувном днище – одно удовольствие! В тенте были прозрачные вставки-окошки, так что светло и все видно.
Как-то после шторма, немного промокнув, вытащились на берег меж двух холмов, организовали пространство, поели и залегли спать. Ружье я всегда клал заряженным на надувной борт лодки, так что моя готовность к отражению неожиданностей складывалась из времени на то, чтобы проснуться, и чтобы протянуть руку, т.е. секунд 5 на все про все.

Ночь полярного дня, сумерки, по тенту слабо шумит моросюн, в спальнике тепло и сухо... Студентка тоже почти с головой в своем спальнике, лежим валетом. Дрыхну.
Вдруг раздается мощный удар по тенту и почти сразу – второй! Спросонок первое ощущение – землетрясение! Лодка качается! Открываю глаза. Надо мной покосившийся с одного боку тент, в нем окошко, покрытое каплями дождя, в окошке – морда медведя с выражением «Че это вы там делаете?!». Потом морда отодвигается, появляется лапа с когтями и хреначит (с точки зрения мишки – не сильно) по дуге тента. Дуга лопается, в окошке появляются пять дырочек веером. «Ах ты ж падла, мы же теперь промокнем!» - думаю я и со всей силы бью ладонью по баллону лодки. Раздается гулкий удар, медведь от неожиданности отскакивает и его становится видно целиком. Здоровый, гад! Размером почти с лодку... От удара на меня сваливается с баллона ружье, я его высовываю из-под тента и даю дуплет в воздух. Медведь отскакивает чуть дальше и ожидает продолжения шоу: надо же – три раза всего потрогал какую-то упругую инопланетную фигню и столько сразу событий со звуковым сопровождением. Я быстро перезаряжаю ствол, беру еще пару патронов в руки, впрыгиваю в болотники и в одних трусах выпрыгиваю из лодки. Краем глаза успеваю увидеть: студентка сидит в лодке, не вылезая из спальника и МОЛЧА и очень СПОКОЙНО смотрит на шоу с другой стороны баррикад. Из меня же адреналин бьет фонтаном: в трусах на медведя – это даже для меня круто. Помня, что лучшая защита – наступление, бегу на медведя, чвакая по размокшей тундре болотниками на босу ногу, ору что-то типа «Пошел вон, козел белобрысый!» (не матерюсь, рядом дамы!). Ствол в руках, но не стреляю... До мишки метров 20, он сидит на попе и смотрит на клоуна. Метрах в пяти от него мы не выдержали – я остановился (ну не прыгать же на него!), а он, наоборот, встал (ХЗ, чего от этой обезьяны ждать...). Несколько секунд мы смотрели друг на друга. «Миша, ну я не могу не прогонять тебя, там же студентка!». Это я сказал вслух, потому что надо было что-то сказать. «Да ладно, я понял. Давай я сделаю вид, что тебя испугался, но имей в виду, это я чисто так, для отвода глаз» - это сказали мишины глаза. Медведь развернулся и неторопливо побежал вглубь острова, а я пошел за ним. Он оглянулся – ты идешь? – я выстрелил в воздух. Тут он перешел на трусцу, я побежал за ним, постреливая в воздух. Через 50 метров у меня кончились патроны и я остановился, а медведь – нет. Он так и убежал неторопливо за холм. Я подождал немного, увидел его на следующем холме и понял, что он ушел по-честному. Мокрый от дождя, адреналина и пота я пошел к лодке. Студентка так и сидела в ней, не шевелясь, и глядя на меня. «Ушел, можно спать дальше». «А он не вернется?». «Кто его знает, но надеюсь, что нет». «Красивый медведь» - сказала она и легла спать. Я залез в спальник, немного выправил тент, и долго думал, пока не заснул, почему же я, опытный полевик, так дрожал и стремался этого медведя, пока мы с ним гонялись, а студентка молча и спокойно на все это смотрела и даже не испугалась? Что ж я, совсем никудышный трус?

Утром за завтраком спросил ее о наболевшем. Она с удивлением посмотрела на меня и говорит: «Вы же моей маме пообещали, что вернете меня целой и невредимой, чего мне было бояться? Я же Вам верю!». Я застыл, переваривая услышанное. Вот почему я так боялся – за меня никто никому ничего не обещал! А она добавила: «Тем более Вы так бегали в трусах по тундре за медведем, Вас любой испугался бы!».

Я до сих пор не могу понять, был ли это комплимент или я правда такой страшный. И до сих пор стараюсь найти перед полевыми работами кого-нибудь, кто кому-нибудь пообещает, что я вернусь. Мне так спокойнее.

История из пяти фактов, одного предположения, и одной робкой надежды.

Факт 1.
16 апреля 2018 года официальный сайт НИА Узбекистана опубликовал Указ Президента республики: в связи с 73-й годовщиной победы над фашизмом КАЖДОМУ участнику и инвалиду Второй мировой войны в Узбекистане в торжественной и праздничной обстановке выдадут денежное вознаграждение в размере 5 млн сумов. Расходы, связанные с реализацией настоящего Указа, произведут за счет средств республиканского бюджета Республики Узбекистан.

Факт 2.
Узбекистан - страна многолюдная, бедная, не торгующая в огромных размерах нефтью, газом, металлами, лесом, минеральными удобрениями и т.д. Зарплаты там невысоки. Пять миллионов сум, или 38,5 тысяч рублей, или 618 долларов США (по рыночному курсу того момента) - там это, ни много ни мало ЧЕТЫРЕ СРЕДНИХ МЕСЯЧНЫХ ЗАРПЛАТЫ.

Факт 3.
7 мая 2018 года на официальном интернет-портале правовой информации РФ был опубликован Указ Президента России (№ 195 от 06.05.2018 "О единовременных выплатах отдельным категориям граждан в связи с 73-й годовщиной Победы в Великой Отечественной войне"), суть которого сводится к единовременной выплате ветеранам и инвалидам ВОВ в России и странах Балтии суммы в 10 тысяч рублей.

Факт 4.
Россия - не очень бедная страна. Она сохраняет первое место в мире по экспорту нефти и газа.
Четыре средних месячных зарплаты в России - это почти 162 тысячи рублей (последние данные Госкомстата - фквраль 2018 г. - 40443 руб.)
Страна провела Олимпиаду которая обошлась в несколько раз дороже, чем три предыдущих зимних, вместе взятые. Расходы на ЧМ по футболу и мелкие шалости типа летаюших на бизнес-джетах собачек корги считать не будем, ибо говорим о документально подтвержденных на данный момент фактах.
Например о том, что программа создания отечественного лимузина "Кортеж", который очень пригодился в тот же день, 7 мая, во время инаугурации Президента России, стоила бюджету 12,4 миллиарда рублей (это только по 2017 год, не считая расходов текущего года).

Факт 5.
Средства, направленные на разработку президентского автомобиля (видимо, после того, как парк бронированных Мереседесов-Пульманов выработал ресурс и превратился в вёдра с гайками) позволили бы выплатить КАЖДОМУ ИЗ ОСТАВШИХСЯ В ЖИВЫХ к данному моменту 97 058 российских ветеранов и инвалидов ВОВ сумму, равную 127 тысяч 758 рублей 66 копеек.
Считая с ветеранами трёх стран Балтии - по 123 тысячи 461 рубль 70 копеек.
Если добавить исходную десятку от щедрот российского Президента - то получится сумма, уже не так уж страшно далёкая от узбекского показателя в четыре средних зарплаты.

Предположение и робкая надежда:
Я полагаю, что российскому Президенту было приятно и удобно проехать 250 метров в новом автомобиле по Кремлю во время инаугурации.
И поскольку машина у него теперь наконец есть, хочу надеяться, что через год, к 74 Годовщине Великой Победы, "отдельные категории граждан", число которых за год, увы, вновь сократится, получат от страны не унизительную ничтожную подачку, а сумму, наконец, хотя бы отчасти достойную их подвига, нашего народа и нашей памяти.