Поиск по автору:

Разочаровавшись в самоварных ювелирах я начал самостоятельные поиски. Благо в те времена российский интернет кишел историками. Но все понапрасну. При виде кольца впадали в ступор и уходили от темы. Знали кого еб Ленин, какой табак курил Сталин и чем на самом деле болел Брежнев. Дальше их познания не распространялись. Более продвинутые обсуждали слог "Слова о полку Игореве" и зачем Наполеон спалил Москву.
На форуме нумизматов неожиданно повезло. Идентичная эмблема оказалась на Новгородской гривне. Я задумался. Шесть вырезанных ямок на кольце-печатке образуют шесть полусфер. У Медичи что-то такое на гербе. Центральная ямка притом была желтого цвета, а белые ее окружали. На историческом форуме утверждали, что на гербе пилюли, а сами Медичи- Медики. Получается, что они возили пилюли в Новгород или открыли там аптеку. Что-то раньше я про это не слышал.
Я купил бутылку вина и тортик и пошел к Рамоне. Рамона была моей кузиной и другом детства. Моя бабка умерла, когда мне было пять лет и меня часто отдавали в их семью. А ее бабка, хитромудрая латышка, с радостью меня брала. Рамона была на год меня младше и совершенно не понимала по-русски. После общения со мной по-русски она заговорила, а я усвоил по-латышски только несколько слов. Это приподняло их самооценку и часто бывая у нас в гостях с другой родней они могли среди застолья вдруг перейти на латышский и победно посматривать на нас. В школе учили через пень колоду и в основном стишки. Два-три куплета про стрелков или Ленина. Наконец их поведение стало меня раздражать и я приобрел самоучитель. Хватило пары месяцев. И тут я сломал им кайф, когда стал ввертывать реплики. Родня крайне раздосадовалась и стала домахиваться до моего произношения. А Рамона после школы поступила на исторический факультет университета в Риге.
Я заявился, мы тепло обнялись и стали вспоминать детство. А потом я незаметно перешел на Медичи. Через полчаса я закрыл свой род среди звенящей тишины и взглянул на Рамону. Ее же рот остался открытым и она пребывала в прострации.
-Ну что скажешь?
-Что я скажу? Да таких чудес я и от профессоров не слышала. Дай мне переварить. В Латвии тебе никто не поможет, попробуй написать дочке Веры.
Вера была нашей гордостью. В каждом семейном альбоме красовалась ее фотография в бальном платье с голубой лентой через плечо. Еще при той Латвии при Ульманисе в Риге затеяли конкурс красоты. Вера поехала, как победительница волостного конкурса и всех там очаровала. Призового места ей не досталось, но она получила приз зрительских симпатий в виде голубой ленты. После вручения которой один из спонсоров конкурса, молодой англичанин, преклонил колено и признался ей при всех в любви. Вера ответила согласием. Родственные души нашли друг друга и уехали в Англию, а потом и за океан. Рамона достала альбом, перевернула Верино фото и продиктовала мне адрес.
Дочка оказалась тоже приятным и отзывчивым человеком и прислала мне историю Латвии. Не в советской вариации вестимо. А насчет кольца посоветовала обратиться к графу.
Графья Н. поколениями занимались археологическими изысканиями. А по-простому говоря гробокопательством, искали сокровища каганата, Немецкого ордена, алчных епископов, древних греков и прочих. Надо сказать, что с успехом. "Н", которое граф взял за фамилию было псевдонимом. Предки его были голландскими евреями с неблагозвучной фамилией Очкатый. Что-то вроде ван дер Очкатый. А наш прадед заведовал при нем раскопками. Лесом заведовал Мойша Вовси, папаша известного Михоэлса. В 1906м латыши сожгли графский трехэтажный дворец в Венецианском стиле со всеми историческими коллекциями. Заодно сгорел и стоящий неподалеку дом нашего прадеда. И после всех передряг потомки графьев оказались в Лондоне. Я полез в адресную книгу. Фамилия была редкая для Англии.

Графа я отыскал довольно быстро. Интернет завел меня на сайт SIS. Сикрет Интеллижент Сервиз. Он заведовал Восточным отделом.
-Огого!- подумал.
Письмо никак не составлялось и я решил надавить на ностальгию. Графья вели раскопки почти до 1915го года пока к их поселению не приблизилась линия фронта и все они были эвакуированы в Ригу. Поначалу я раздобыл карты раскопок и заказал металлоискатель в Гамбурге. Там же приобрел и несколько исторических фотографий. А потом соблазнил своих домочадцев на поиски сокровищ Медичи. И в ближайшее воскресенье мы отправились в поход. Поиски начали вдоль старого Екатерининского тракта. Я настроил металлоискатель на цветной металл и удача мне улыбнулась. Фонило на артефакт размером в пол аршина.
-Должно быть меч.
И я с воодушевлением налег на лопату. Вместо меча был выкопан кусок толстенного аллюминиевого кабеля. Электрики, когда прокладывали линию, видимо выкинули обрезок. Но я не сдавался и продолжал поиски. Нашел несколько бесформенных кусков олова. Мелкий недовольно забубнил и моя староверка отобрала инструмент со словами:
-Деньги тебя не любят, дай мне!
Пошли на пашню и она довольно скоро нашла медную Николаевскую монету в 3 копейки. Потом на валах круглую пулю от аркебузы и рыцарский медальон с надписями на латыни и готике. Принадлежавший Б.Бергу. Я опять перехватил металлоискатель. В одном месте хорошо фонило. Мелкий побежал за ведром, чтобы сложить монеты. Вместо монет оказались латунные гильзы Первой мировой и неизрасходованные патроны. Ремингтона, Маузера и российских заводов. Ведро заполнилось и мы пошли ужинать.
Вечером по приезду домой я засел за письмо.
-Кому пишешь?- поинтересовалась моя староверка?
-Графу.
-А куда?
-В SIS, в Восточный отдел.
-Да ты ебанутый на всю голову! Пишешь донесение в иностранную разведку. Тебе хоть заплатят? Хочешь подвести нас под монастырь.
На шум появился мелкий:
-Во-во! Восемь лет за шпионаж и еще не забудь послать фотографию патронов, чтобы добавили двуйню за хранение боеприпасов.
-Узнай сначала про этого прощелыгу, стоит ли иметь с ним дело?
Я нашел их доводы весомыми, скомкал бумагу и отправил в мусорник. Надо бы узнать подробности у знакомых грушников, наверняка его ведут.
И я написал армейскому другу. И скоро мне прибыл весь расклад объемом в 500 страниц. Зимой было чем заняться. А фото кольца отослал в Британский музей и какой-то парень мне ответил оттуда.
-Кольцо явно средневековое, предположительно XIIIго века. Носи от сглаза. Клевер на удачу. Сейчас таких не делают.
(но на этом история не закончилась)

Итак, для начала я решил заняться самообразованием по истории. Советская школьная программа была не в счет. В свое время я коллекционировал латышские учебники истории и собрал их от Мееровича до Сталина. Каждые пять лет трактовка менялась в зависимости от обстоятельств и потребностей правящих. Потом перешел на английские и российские. Это было увлекательно и не слабых мозгов. Скупал учебники откуда только мог, искал по старым чердакам. Но это долгая песня, всего почерпнутого не описать.
Наконец друг детства приволок стопку книг по евгенике тридцатых годов выпуска. Отчим его был активным стукачком в КГБ и сделал услугу. После этого позвонили из Комитета и проявили интерес. И сейчас я стал изучать сугубо документы, чтобы понять и связать Медичи с орденом терапевтов, эмблема змея которых была изображена на кольце.
Терапевты имели такое же отношение к медицине, как и семейство Медичи.
Древний герметический египетский орден терапевтов. Гермес был покровителем поэтов, мошенников и воров. Мошенников терапевтов в Египте не любили и периодически наказывали с последующим изгнанием в пустыню, где они ошивались в пещерах Али-Бабы, оставив после себя сакральные тексты с описание трехсот относительно легальных способов относительно легального изъятия денег у населения. Европейцы ознакомились с ними через беглых рабов Архимеда, Пифагора и Платона. А в новые времена через Пизанского купца Леонардо Фибоначчи. Через него они и попали к Медичи.
Медичи же с античных времен были известными скорняками и красильщиками материи. После разгрома англосаксов Вильгельмом, сыном Роберта Дьявола в 1066м году, Римский папа обложил Британию церковной десятиной. И сразу возникла проблема. Золота и серебра на бедном острове не было. По совету Медичи десятину стали брать шерстью. Они же везли шесть на свои Фламандские ткацкие мануфактуры, а красили и подвергали финишной обработке уже в своей родной Флоренции. Шились кафтаны и часть выручки поступала папе. Все были довольны, а львиная доля выручки оседала в карманах семейства.
Уровень поднялся, привлекли художников и наладили производство гобеленов, открыли свой банк для расчетов. И в итоге сами пошли во власть.
Время это совпало с глобальным похолоданием, в связи с чем обратили внимание на меха. Ну меха это Новгородщина и Медичи открывают факторию-пункт скупки мехов и мануфактуру по их выработке и дублению у нас в Динабурге.
Комтурство Динабург было в руках братьев из Немецкого ордена, давших обет бедности и сидевших на натуральном хозяйстве. Серебряные гривны и товары из Италии протекали мимо их носа. После Римского погрома 1527го года очередной комтур Готтард Кеттлер собрал совет. Братья решили отказаться от бедности и перейти в новомодную лютеранскую веру.
До того же дня всяческими хозрассчетами занимался еврей ван дер Очкатый из Фландрии, эффективный мененджер и папский шпион по совместительству, дальний предок графа.
Тем временем в Риме очухались и кинулись возвращать утерянные источники доходов. Папа объявил войну ордену и нанял казанских татар Шигалея. Вильгельм ван дер Очкатый подсуетился и открыл ворота замка. Динабург пал, а ливы с близлежащих ферм бежали в леса, угнав скот и прихватив лодки. Вильгельма же назначили комендантом замка. Меж тем съестные запасы таяли. Татары пытались грабить окрестности дикого края, утопая в болотах и попадая в засады. Ситуация стала тревожной. Перед комендантом поставили выбор: либо он достает провиант, либо его самого поджарят на вертеле и съедят?
Очкатый организовал обоз и отправился в Литву. В Литве поплакался местным евреям и те вникли в ситуацию. Груженный тушами обоз вернулся, на одном возе красовалась громадная бочка вина. Татары на радостях устроили пир. А ночью Вильгельм провел через тайный подземный ход литовских гусар. В вино было подмешано снотворное зелье и татары были густо разбросаны по полу, безмятежно храпя. Перерезать нехристей не составило труда. Тела сбросили в Дину, реку возле которой и располагался замок. Вильгельма наградили и оставили комендантом.

(продолжение истории следует)

Во времена Горбачева работал я в командировке в одном латвийском городке, находившимся в ста километрах от нашего. В семь часов утра садился на поезд и в шесть вечера возвращался. Зато платили 147 рублей командировочных при стоимости проездного в шесть пятьдесят. Собирали югославский колбасный цех для нужд ихней потребкооперации. А рядом хлебокомбинат выпекал неплохую продукцию, не чета нынешней. В частности освоили производство багетов. От Парижских правда они несколько отличались размером, были немного длиннее и толще.
И вот такой багетный батон я приобрел для своих староверов в качестве сувенира. И бережно довез, потому что он торчал наполовину из сетки, а в поезде было толчея. И потом уже в избе положил его на кухонный стол. Теща где-то занималась огородами, а тетя еще не было с работы.
Уже смеркалось, когда послышалась возня у входных дверей и шаркающие шаги. Тесть значит вернулся и сразу же стал наводить порядок.
-Почему батон на столе, а не в хлебнице?!
Хлебница стояла на холодильнике и послышался лязг. Видимо батон не влез с первого раза.
Тесть приоткрыл один пьяный глаз и повторил попытку с тем же результатом.
-Да ты у меня залезешь!
Хлебница при этих словах полетела на пол, роняя из себя баранки.
На счастье заявилась теща, когда тесть уже колотил батоном по столу.
-Это Горбатый придумал такие батоны?
-Какой тебе Горбатый, иди спать. Эдя наверное привез из командировки.
-Э-э-э! Дурак!
Батоны я больше не возил.

Модный приговор.

Безмятежные семидесятые, золотая пора детства. Ходили в трениках, домотканых джемперах и кедах и горя не знали. Завзятые дворовые франты шили брюки клеш на заказ у редких частных портных. В ателье раструб больше 32 см не делали, а частник мог залимонить какой угодно. Рекорд двора, помниться, был 53 у бывалого хулигана.
И вот беда пришла нежданно и со стороны евреев, как обычно. Стоял жаркий июль 74го года, святой городской праздник освобождения города. По этому поводу в городском саду был устроен торжественный концерт с духовым оркестром, народным хором и показом патриотических лент на эстраде. Ветераны блестели медалями и вдруг. Как гром среди ясного неба на публике появилась толпа молодых евреев в невиданных костюмах. Если бы они вышли на эстраду с плакатами типа: "Свободу Мордыхаю Кацу и Даниэлю Синявскому!!!", то эффект был бы гораздо меньше.
А ларчик открывался просто, началась их эмиграция на Брайтон-бич и новоявленные американцы незамедлительно выслали родне посылки с джинсовыми костюмами. Вот так вот! Пришел ты, как фраер в полосатых клешах, а ушел как последний лох. А Додики приковывали внимание барышень и ловили минуты удовольствия от раскрытых ртов обывателей.
Скоро мне довелось ознакомиться с новинкой моды вблизи. Зашел к продвинутому другу брата зачем-то и у него на диване возлежал после стирки костюм "Lee". Он тут же при мне поставил штаны на пол и они стояли колом. Сейчас по происшествии лет я думаю, что очевидно это была сварочная роба?
Друг брата упивался моей завистью и читал лекцию о чудо-штанах. Потом я искал такие штаны и никак не мог отыскать. Даже в Ирландии и Англии никто не слышал про эту фирму. Пока в аутлете нашего английского городка не наткнулся на неприметную лавку с вывеской "Lee-Wrangler". Она медленно издыхала по причине отсутствия спроса. Моего размера уже не было. Пришлось довольствоваться красной мастеркой с надписью "Lee Jeans" на спине и купить штаны для супруги и куртку для мелкого. И напоследок купив кучу футболок этого бренда я похоже положил конец его английскому существованию.
Вот так и возникла проблемка. Народ кинулся за джинсами, цены на которые сразу взлетели с семидесяти рублей до двести. Денег на покупку не было. Мать моя и так была патологически скупа, а папаша со мною не жил. Друзья по приобретению штанов выбывали из круга общения, а девчонки отказывались танцевать на дискотеках.
Самое интересное, что сыновьям полковников или начальников, включая тех самых евреев, на американские штаны было глубоко насрать, а жопы рвали нижние чины.
И кто бы мог подумать? Удивил друг Теодор из малоимущей семьи, ходивший обыкновенно в кофте с драными локтями. Заходим как-то по дороге на танцы, а у него полный комплект: джинсы, двухцветная курточка и боты на платформе, как у солиста "АBBы". Мама побывала в Польше у родственников. Пошли на дискотеку по декабрьскому морозцу. Дошли до горки. Что за хрень? Дружище Теодор в своих платформах не может подняться, подошвы скользят. Присмотрелись- натуральное дерево, индпошив из киоска. Мы конечно же предложили выход:
-А ты сними их и повесь за шнурки на шею, а иди в шерстяных носках и перед дискотекой обуешься. Как раньше крестьяне в сапогах в город ходили.
Но потом взяли его под руки и так и привели. Тут он пожал успех и снял яркую блондинку. Уехали она на трамвае, а там он может до дому в носках и добирался, если не додумался свистнуть у подруги домашние тапки.
Я друга успокоил. В универмаге продавались никому ненужные грузинские джинсы по шесть рублей. Купили по паре, потом анилиновых красителей в "Керосинке". Я поставил на газовую плиту бак-выварку и начался химический процесс.
Но не дождавшись результата друг меня предал. Захожу к нему и вижу в ванной комнате висят мокрые джинсы с подвешенными книзу штанин двумя пудовыми гирями. Мать пожалела и достала ему какие-то польские, но малого роста. По вечерам таким макаром приходилось растягивать. Я плюнул на это дело и достал вельвет. Тоже неординарно ибо в джинсах ходили к тому времени жук и жаба, а вельвет богато и заманчиво блестел и меня стали приглашать.
А джинсы появились само-собою после армии. Папаша был в турпоездке в Будапеште и приобрел настоящий "Levi@s". Только вот беда, мерил он их по своему солидному животу. Джинсы спадали с тонких ножек. Он в ярости колотил ими по дивану. Увидев меня обрадовался и подарил. Ушить их для меня было плевым делом. В армии я от нехер делать тренировался на ушивании подменок из х/б. Притом, что наружный шов у этой марки был простой. Ну и утренние ежедневные пробежки по 3км не давали появится животу. Через пару дней я опять зашел к нему в гости похвастаться результатом. Папаша ничего не сказал, только налил себе стакан водки и выпил махом:
-Вот же пройдоха-еврей, а ведь я не догадался сходить к портнихе!- послышалось его раздраженное бормотание.
Те джинсы были счастливые и не раз приходилось их снимать в теплых компаниях.

Я покинул квартиру и вышел во двор, чтобы вдохнуть густого воздуха летнего вечера вперемешку с ароматом вечерней сирени. Вокруг никого не было, лавочка была пуста и я приземлился на ее разноцветные доски. Тут же окно на первом этаже напротив раскрылось и в него высунулся толстый губатый Алексей:
-Здорова! Шо делаешь? Поехали на дачи!
-Так вроде поздно уже.
-Бабушке коврик надо отвезти.
-Звучит заманчиво!
-Ну а потом зарулим к моей Светке на дачу и кстати у ней гостит наглая Танька.
Я вспомнил Таньку. Она жила в соседнем доме и в школьные годы дразнила и обзывалась со своей симпатичной подругой Катькой. По приходу из армии Катька набрала габариты и меня разочаровала. Правда у ней уже был жених вдвойне тоньше ее, а Танька пропала.
Я плотоядно улыбнулся и задумался.
-А не купить ли нам по этому поводу, Алексей, портвешка?
Алексею идея понравилась и вскоре мы уже стояли на трамвайной остановке с вещами. Алексей с ковриком и я с увесистой торбой с бутылками вина. Трамвай докатил нас до конечной на берегу лесного озера и мы вздохнули полной грудью. Я особо любил этот пригород застроенный старинными дачами с башенками, мелким песком пляжей и лодками на водной глади.
Тут мы прибавили темпа и живенько прошли маршем энтузиастов. Нам были очень рады и девчонки стали нарезать колбасу и ставить на патефон пластинки с Пугачевой: "а потом перепила с перепелками...".
По щеке Алексея покатилась скупая слеза, он наполнил граненый до края и опрокинул содержимое в себя. Предложил пойти искупаться. Дачный участок граничил через дорогу с пляжем, который в этот час уже был безлюден и мы решили пойти сразу в купальных костюмах. Я единственный был без нейлоновых плавок и подумал, что за них сойдут и белые трусы того же покроя.
На т-образных деревянных мостках тоже никого не было и мы с удовольствием наплавались в парной воде. По выходу из которой обратил внимание на затуманенный Танькин взор, нацеленный вниз меня. В отличие от Катьки она не пополнела за эти года, но как-то огрубела. Училась на строительном в Риге и все пыталась умничать. И тут вдруг потеряла дар речи и забыла формулы сопромата. Тут же я почувствовал легкое прикосновение Светкиной руки к моему интимному месту, которая якобы оступилась.
Алексей шел впереди и что-то нес про якобы свою службу в десанте. Мне же достались две дамы по бокам. Случайно глянув под ноги, я понял вдруг причину повышенного интереса. Штапельные плавки намокли и стали совсем прозрачными. Хорошо хоть, что не встречалось прохожих.
Алексей обернулся и расстроился, его бубнеж никто не слушал. Мы уже подходили к домику, когда он перешел от слов к делу:
-А вот так мы брали в десанте полосу препятствий.
С этими словами он нацелился на дачный заборчик и стал набирать разгон. Заборчик из уголка и сетки на вид был невысок, но подбегая к нему Алексей стал менять технику прыжка, смешно зацепился ногой за уголок и плашмя шлепнулся в кучи компоста. Мы дико заржали, но мгновенье спустя нас перекрыл более дикий вопль. Компост был густо зарощен крапивой. И Алексей барахтался в ее огненных объятьях. На тело в красных волдырях было больно смотреть и планы на вечер кардинально изменились. Танька предложила вызвать скорую и я побежал к телефону-автомату.
По дороге повезло. С дач ехал на микроавтобусе кучерявый коллега с работы и я тормознул его. Мы с девками затащили раненого в кузов и доставили прямо к его бабушке, которая однако не растерялась а стала сразу же готовить компрессы с подорожником. Кучерявый двинул дальше своим маршрутом, а мы с подругами вошли в заросли ночного леса. В романтику кустов бузины и густой прибрежной флоры.
Утром уже на работе подбегал взволнованный Кучерявый и горевал, что не остался:
-А той бы светленькой я бы вдул!
-Не расстраивайся, я как мог тебя подменил...

Хотите еще смешную историю?

Смотрел давным-давно дурковатый фильм "Кин-дза-дза." Отрывками, целиком эту муть смотреть было невозможно. Ну думаю пародия на что-то? А на что?
Ну допустим пародия на СССР? Населенный чатланами-аборигенами и пацаками-евреями. А рулят всем эцилоппы.
А тут почитываю на досуги научные труды Константина Эдуардовича Циолковского и осенило. Эцилопп это же составное слово от Эдуарда Циолковского плюс долбоеба. В смысле долбоебы Циолковского.
Эдуард Циолковский-Юмашев кроме проектирования пепелацов, что общеизвестно, разрабатывал доктрину построения совецкого общества, что уже мало кому известно. Только в узких кругах сообщества Геннадия Андреевича.
Сам ли ее этот провинциальный вундеркинд выдумал или где вычитал? Скорее вычитал, но она довольно интересна.
В России малые урожаи зерна, что препятствует ее развитию, а причиною малый процент углекислого газа в атмосфере и первоочередная задача состоит в ее увеличении. Для этого необходимо вырубить на планете все дикие леса. Тайгу, джунгли и прочее под корень. Потом спалить все природные запасы угля, газа и нефти. И тогда пшеница заколосится. И по его расчетам планета сможет прокормить 100 миллиардов человек.
Всю его научную концепцию не буду пересказывать. Отмечу только, что россиян надлежало подвергать эвтаназии по достижении возраста пятидесяти лет. Ну эту мысль полагаю он почерпнул от римлян, где рабов в пятьдесят лет и эвтанизировали кувалдой по макушке.
Вот такое общество создавали на своей планете Плюк-Глюк.

О друге Горации и чудесное на свете.

Пишу по просьбе некоего Мигеля из местечка Лимпопо. Если бы мой друг Гораций был бы рукопожатым, то мы были бы знакомы с Мигелем, как модно нынче говорить, через одно рукопожатие. Гораций, хотя и пытался строить из себя альфача, но был полной тряпкой. Занюханный с виду алкоголик с выцвевшими глазками. Характерный типаж из советского кино. Но всегда густо надушен, в импортном костюме и белоснежной сорочке с ярким галстуком на шее. И по обыкновению, как полное ничтожество, его инстинктивно тянуло к сильным людям. Пожалуй таких в нашем сообществе было двое, я и Жирик.
Несмотря на мои молодые годы, я уже прошел огонь и воду. И дружище завел обыкновение заезжать ко мне по воскресеньям, чтобы хорошо закусить, принять ванну и продать мне энное количество нелегальной литературы. Ну и между делом спросить совета у знающего человека.
А мне он был интересен, как носитель инсайдерской информации. Гораций регулярно посещал Американское посольство в Москве и знал все на пять лет вперед. И пары котлет с червонцем было не жалко за бесценные сведения. Горация прочили в будущие президенты Латвии.
Жил я то время зажиточно и обладал между всем прочим большой коллекцией старинных монет. В детстве я увлекался нумизматикой и друзья евреи и мои богатые родственники, зная мою страсть, дарили различные царские серебряные рубли, марки, франки и латвийские латы. Потом я это дело подзабросил, но гора серебра осталась, как память из детства. Латвийских пятилатовиков у меня было аж 11 штук. Это была большая роскошная монета с бюстом девушки с косою. И каждый латышский националист должен был иметь ее в своем доме.
И вдруг оказалось, что Гораций, вдобавок ко всем своим достоинствам был еще и нечист на руку. И два пятилатовика незаметно перекочевали в его карман. Близился его очередной визит в посольство и он там задумал блеснуть моими монетками в качестве ценного сувенира. Господа вместе с деньгами иногда презентовали ему безделицы в виде транзисторного приемника "Sony" или коробки американских чипсов.
Все шло по плану. Гораций вытянул из кармана штанины монеты и торжественно вручил одну послу Джеку, а вторую секретарше переводчице со словами:
-Вот вручаю вам деньги прошлой независимой Латвии и надеюсь, что будущей тоже!!!
Господа растрогались и Гораций решил сдуру взять быка за рога:
-Я как профессиональный врач-проктолог планирую заняться в новой Латвии частной практикой. А у вас в Америке, я слышал, есть в продаже специальные наборы в чемоданчиках и я хотел бы получить их два насколько это возможно.
Прием закончился и посол позвонил в Нью-Йорк уточнить детали. На обратной конце агент ФБР поинтересовался, зачем послу набор анальных насадок. В те времена гомосеков за океаном еще третировали. Посол сплюнул в досаде и позвал секретаршу:
-Переходим к кандидату номер два.
И все. Двери закрылись для проктолога-профессионала. А президентом стал щекастый губошлеп, банщик Семенов. Который по такому случаю сменил фамилию и облачился в казенный костюм, надув щеки. В отличие от Горация он не пиздаболил, а молчал с достоинством и лучезарно улыбался.
После обнаружения пропажи было отказано от дома и с моей стороны. Гораций был в бешенстве и вопил:
-Этому пройдохе и аферисту похую Латвия, ему только деньги подавай!
А я только усмехался: "Мели Емеля, твоя неделя!"

Как мой предок стал первым химиком на Руси.

Напишу что-нибудь позитивное. По версии евреев первый химик был Дмитрий Менделеев с его таблицей. Однако огорчу. Периодических таблиц и до Менделя было множество. А предку моему было суждено родиться на территории нашей иезуитской миссии, где была уникальная библиотека с книгами по химии, доставшихся от самого Медичи. И так как все в нашем роду обладали пытливым умом, то Александр эту отрасль науки постиг досконально.
Правда химиком он становиться не планировал и поступил в Александровское артиллерийское училище в Петербурге. А судьбу его решил случай. К власти пришел новый император Александр Второй и обратил свое внимание на город Одессу, в котором в те времена царил еврейский разгул. Тут сделаю паузу и вставку из ИИ:

Что и как подделывали в Одессе& Местные торговцы и владельцы подпольных артелей фальсифицировали практически все категории товаров:Колониальные товары (чай и кофе): Спитой чай собирали в трактирах, сушили, подкрашивали купоросом или синькой и продавали заново. В дорогой кофе подмешивали цикорий, жженый ячмень, бобы и даже обычную дорожную пыль. Существовали целые артели, которые вручную лепили «кофейные зерна» из глины, крахмала и цикория с помощью специальных форм.Молочные продукты и масло: Молоко массово разбавляли водой (для плотности добавляли мел, известь или крахмал). В сливочное масло для веса подмешивали дешевое свиное сало, мятый картофель, кокосовое масло и даже столярный клей.Мясо и колбасы: До появления холодильников мясо в Одессе быстро портилось. Чтобы вернуть тухлым кускам товарный розовый вид, их вымачивали в растворе селитры. В колбасный фарш для объема добавляли огромное количество крахмала, гороховой муки и некачественного шпика.Хлеб и мука: Для отбеливания дешевой темной муки в нее добавляли мышьяк или квасцы. Для веса в тесто подмешивали тяжелые минеральные добавки вроде мела или гипса.Спиртные напитки и вина: Южные порты страдали от подделок дорогого импортного алкоголя. Дешевую водку и спирт разливали в бутылки из-под французских коньяков, добавляя для цвета жженый сахар, а для «крепости» и жгучести — капсаицин (вытяжку перца) или даже каплю серной кислоты. В вино добавляли ядовитые химические красители (например, фуксин) для имитации насыщенного цвета.Икра и бакалея: Дорогую паюсную икру подделывали, смешивая рыбные остатки с перетертой вареной картошкой и сажей для цвета. В мед массово подмешивали сахарный сироп и крахмальную патоку.

Вот так травили православных и не было на них управы. Мое предку было присвоено звание профессора химии и выделены средства на создание лаборатории по выявлении фальсификатов. И за пару лет он навел порядок в пищевой отрасли. Так, что у виновных только пейсы трещали. Далее он стал доцентом, приват-доцентом, зав кафедрой химии Императорского Новороссийского университета. Издал множество научных трудов на немецком. Биографию его разместил Брокгауз в своей энциклопедии. А после революции одесские евреи взялись за старое и вытащили с помойки уже Менделя, заказали его портреты и разместили на каждом углу. И что сейчас мы приобретаем в продуктовых лавках, одному Б-гу известно.

Как-то раз теплым июльским вечерком мы собрались в пивбаре на мальчишник. Назавтра в субботу намечалась свадьба друга детства. Мальчишники в нашем городке не были приняты, но продвинутый Альфонс недавно приехал из Польши и сказал, что надо обязательно провести. И вот мы впятером собрались в погребке, заказав по литровому горшочку пива и серого горошка на брата. Виновник торжества запаздывал, а потом появился уже в состоянии полной кондиции. Видимо с других мальчишников. Присел за стол, отхлебнул пивка и засобирался в туалет. Уже половина пивка была выпита, горошек съеден, а Вольдемара все не было и народ стал волноваться. По приходу из армии Вольдемар стал какой-то чудной и я его не узнавал. За пару недель до этого приглашал меня на встречу с подругами в бар. Я явился при параде и малость охренел. Подруге Вольдемара был тридцатник, а я должен был по его замыслу оттрахать 29ти летнюю старушку. Старушка светила сочными грудями из-под полосатой безрукавки, но полового желания это у меня не вызывало. Водка не помогала и я наклюкался. В конце концов компания смоталась оставив меня на витринном подоконнике. Сил хватило только на то, чтобы добрести до колхозного рынка по дороге домой и уснуть там на прилавке. Хорошо, что в час ночи мимо проходил парень из нашего двора и дотащил меня до дверей квартиры.
Потому туалетная пропажа меня не сильно волновала. Подумалось, что он встретил очередную шалаву. Невеста ему до свадьбы видимо не давала, строя из себя интеллигентшу. Но пара спортсменов боксеров из нашей компании наконец поднялась из-за стола и пошла на его поиски. Время шло, но никто не возвращался. Тогда поднялись и мы, но уже было поздно. Навстречу нам шли два раскрасневшихся боксера и Вольдемар с сочным фонарем под левым глазом.
Мы накинулись с расспросами, но те только отмахивались. Пиво допили и засобирались. Один из боксеров достал из кармана солнечные очки и надел их на Вольдемара. И потом по дороге домой он мне открыл подоплеку событий.
Пивбар был бюджетным заведением, состоявшим из двух отделений. На первом этаже за столиками тусила алкашня, а в погребке за дубовыми столиками, покрытыми льняными скатертями публика посолидней. Студенты из институтов, курсанты военного училища в гражданке.
Курсанты легко узнавались по характерной стрижке. И чудной Вольдемар встретив их в туалете ни с того, ни с сего скомандовал:
-Встать смирно! Я сын полковника Камбелова!
Кадеты, отливавшие у писсуаров дернулись, и один так неудачно, что обоссцал себе джинсы. А это была большая проблема. Гражданку они обычно покупали вскладчину на четверых. В комплект входили джинсы, дипломат, куртка из кожзама и солнечные очки. На одном очке обязательная бумажная треугольная этикетка с цветами итальянского флага и надписью made in Italy.
По приходу из самоволки комплект сдавался и тщательно осматривался на предмет порчи. Обоссцанные джинсы могли не принять и товарищ влетал на покупку новых, теряя доверие коллектива.
Кадеты застыли в растерянности, но тут из кабинки раздался писклявый голосок:
-А это не сын полковника Камбелова, Пашу я хорошо знаю!
Паша Камбелов учился в нашем классе, но спутать его с Вольдемаром было проблематично. Паша был коренастым полуармянином, а Вольдемар строен и белобрыс.
-Ах ты гад, не сын полковника Камбелова!!!
Кадеты вышли из ступора и Вольдемара побили. Наши боксеры застали жениха сидящим на унитазе и плачущим. Выслушав его внимательно они выскочили и застали компанию кадетов в полуквартале от бара. Вычислили виновника дебоша по сцанным джинсам и с ходу надавали всем по щам. У одного от хука справа отлетели очки made in Italy.
В зале Загса Вольдемар выглядел солидно в светлом костюме и солнечным очках. На второй день на свадьбе выставили бочку деревенского пива и мы оторвались по полной. Но чудить он не перестал и я думал, как время меняет людей.

Древние считали, что боги создали людей для потехи. Поэтому смелым улыбается удача. А всякие карьеристы, живущие по плану и графику кончают плохо. Много знавал таких, что имели свой план по жизни уже с раннего детства. Ну там прилежно учиться, заниматься гантельной гимнастикой, потом вступить в ряды КПСС и стать начальником. Приобрести торшер и автомобиль "Москвич".
Вольдемар был не из таких. Раз мы засиделись компанией в ресторане, который закрывался в час ночи и в самый разгар веселья нас выперли на улицу. В полном разочаровании побрели по домам через колхозный рынок. Вольдемар узрел стоящую у павильона бочку пива и предложил продолжить банкет во дворе. Что нашло отклик в наших сердцах. Бочку потрясли за фаркоп и внутри что-то булькало. Тогда взялись впятером и покатили. Катили метров пятьсот до ворот, но как назло ворота в тот день были закрыты. И тут я вспомнил, что у меня в гараже в подвале стоит 20ти литровая бутыль с яблочным вином. Идти было всего да ничего, километра три вдоль железки. По пути я зашел к себе и взял ключи и стрелочный фонарь.
В гаражный погреб можно было попасть через люк 60Х60 по приставной металлической лестнице. Я разлил вино по баночкам из-под сметаны. Вольдемару напиток однако не понравился:
-Эдя, ты опять подъебал друзей, угощаешь каким-то соком!
-Ну что есть, то есть.
Другие были не столь привередливы. Вольдемар тоже навернул четыре баночки за компанию. В три ночи засобирались. Вылезали из погребка кое-как, а Вольдемар никак. Коварный яблочный сок вдарил по ногам и он был в состоянии сосиски. Оставить друга мы не могли и двое спустились в подвал толкать его снизу, а мы сверху тянули за руки. Вольдемар никак не поддавался. Вот-вот уже показывалась голова, как у кого то в подвале подкашивались ноги и Вольдемар нырял вниз на их тела. Через полчаса страданий я вспомнил о тельфере. Вольдемара обвязали веревками и фалами, наподобие почтовой посылки и зацепили концы за крюк и потом в вертикальном положении транспортировали до гаражных ворот. Но когда развязали, он был почти труп. До дому его несли вчетвером, освещая себе путь фонарем.
Вскоре Вольдемар взялся за ум и устроился в милицию. Мы иногда заезжали по ночам к нему в гости в будку поста ГАИ. Служебный стол украшала ваза из латвийской керамики с полевыми цветами. Вольдемар вынимал цветы, доставал из ее внутренностей бутылку портвейна и угощал нас. Потом гоняли на милицейском мотоцикле и так я обучился вождению.
Но милицейская служба ему быстро надоела. Вскоре он подал в отставку и поехал в Рижское отделение сдавать обмундирование и документы. Я в то время учился в Риге на курсах. Жил в общаге еще с тремя латышами из деревни. Группа была латышская и учились в основном дети крестьян. Вольдемар решил навестить меня в милицейской форме. Как назло меня в то время не было.
Вольдемар не растерялся, представился как следователь Жеглов и достал какие-то бланки.
-К нам поступил сигнал, что у вас проживает рецидивист гражданин К.
Латыши побледнели и стали давать показания. Сообщали мои особые приметы и странности в поведении.
Вечером я заявился и услышал от них:
-Беги, тебя разыскивает милиция! Заходил следователь.
-Такой из себя губатый и белобрысый?
-Ага!

Вырос я в сталинке со всеми удобствами, а когда перебрался к староверам меня стал весьма расстраивать их домик-сортир во дворе и умывальник системы плясь-плясь с пипочкой и поганое ведро под ним. Особенно некомфортно в сортире ощущалось в лютый зимний мороз. Как-то не сталкивался раньше по жизни с этим. В пионерлагере и в армии были оборудованные кабинки с унитазами.
И вот когда теща уговорила меня строить дом, то я решил оборудовать все мысленные удобства. Подвал с гипокаустом лабораторией для выгонки спирта, мастерскую, баню и конечно же водопровод с общей канализацией. Канализации в проекте не было, но я достал соответствующую литературу и спроектировал сам. А друзья-сантехники подкорректировали и подогнали за пару литров нужные детали, а недостающее купил по объявлению. Кольца для колодца отлили с соседом сами, а канализационный люк нашел у тестя на задворках. Он работал водителем на "Мазе" и тащил все, что плохо лежит.
И наконец, как делу венец, установил югославский унитаз "Македония". Он был обклеен весь лентами с этим логотипом и так я узнал его марку.
Осталось подключится к общей магистрали. Но тут произошел облом, трубопровод, который к счастью проходил по нашей улице принадлежал местному спиртзаводу. Предстояло подключится нелегально и я пошел с этим предложением к соседу цыгану.
-Наивный ты человек- посмеялся тот.
В понедельник он вышел в черном костюме, белой рубашке и с портмоне в руках. А в среду к нему приехала бригада с экскаватором и трубами и довольно быстро управились. А я уже подключился к нему, компенсировав часть расходов.
В воскресенье я собрал семью на запуск в эксплуатацию этого нужного в быту удобства. Ну и тещу с тестем пригласили.
Я гордо смыл бачок в белоснежный фарфор с импортными надписями. Теща вдруг позеленела.
-Таня, Таня, говно в доме не допущу! Стройте сортир, как у людей!!!
Поднялся крик и гам. Меня еще разозлило, что туалетные дела никто не спонсировал и это был сугубо мой личный вклад. Но учитывая ее возраст и состояние здоровья, я хамить не стал, а предложил компромисс. Они строят для Тани домик во дворе, где она будет справлять свою нужду по староверскому обычаю, а я как еретик буду использовать македонский горшок со смывом. На что Таня скроила фигу:
-А хрен вам всем, не лезьте в чужие дела!
В понедельник заявился тесть. И я собрался пойти с ним в огород и выбрать место для домика. Но тот отмахнулся от меня.
-Показывай свои трубы.
Мы полезли в подвал. Он все щупал руками. Особенно ему понравился гидрофор. Который он начал включать и выключать и я его выпроводил. И на этом было вся история закончилась.
Вечером я предложил подключится к нам следующему соседу Брониславу тоже на условиях компенсации части расходов. Но назавтра он заявил:
-Ничего не выйдет, Лариса Пантелеевна против.
Лариса Пантелеевна, супруга его, была родом из Северного Причерноморья из серии баб "Мы сами с усами" и держала всех под каблуком. И говно она пускала в дело. По осени Бронислав черпал его из очка и укладывал по ящикам. Слой говна и слой ботвы, типа торта "Наполеон". И потом этот фирменный компост они укладывали под помидорные кусты.
-Ну и хрен с тобой!
А еще через пару недель моя Таня пришла радостная с красочным буклетом в руках. Точно уже не помню, что там было написано. Что-то вроде того:
"Бюро внеземных технологий имени Арманда Хаммера приглашает вас с друзьями на банкет-презентацию Суперспейс технолоджи миква-бурбулятора в кафе "Голубой Дунай" такого-то числа в 18:00.
Таня не удержалась и похвасталась приглашением перед Ларисой Пантелеймоновной, но той тоже где-то всучили аналогичное. Ну и сглазила удачу ибо вскоре позвонили и презентацию отменили. А поехали Лариса с Брониславом. Лариса вся лучилась в роскошном платье, увешанная брошками и прочими украшениями.
Потом она рассказывала Тане:
-Презентация прошла великолепно, было вино, различные деликатесы и танцы. И главное, что она с Брониславом приобрели чудо-бурбулятор за какие-то сраных 600 латов. Лат тогда в середине 90х меняли на два доллара. Бурбулятор произведен ограниченным количеством в пустыне Невада по секретным военным технологиям и работает по принципу ионного излучения. Я разинул рот и собрался идти смотреть, но нас не пустили. Секретные технологии не хухры-мухры.
Правда потом мелкий засек Ларису Пантелеймоновну во дворе за необычным занятием. Корпулентная дама сидела перед домом на табуретке, сунув ноги в тазик к которому шел электрический шнур и читала книгу. В тазике что-то булькало.
-О! Лариса Пантелеймоновна приобрела джакузи?
-Пиздун, как и его батя- ответила та грустно.
Если верить инструкции к бурбулятору, то за две недели она должна была получить прилив сил, уменьшение живота и омолаживание кожи. Но вот уже прошло три недели и никакого эффекта. Я заинтересовался, подкрался и заглянул из-за угла к ней в тазик. На дне лежала стеганая резиновая подушка с дырочками, через которые выходили пузырьки. Внутри что-то жужжало.
Репутация экономно-хозяйственной дамы упала в моих глазах ниже плинтуса.
Весной я уехал в Ирландию.
И как-то прогуливаясь по Дублину по О"Коннел-стрит ощутил в своем кармане телефонный звонок. Звонила моя Таня из дома, а казалось что с Луны. Так я отвык от староверской слободы.
-Эдя! Беда!! Нас застукали с канализацией!
-С какой канализацией и кто?
-Это все ты со своими фантазиями. Приезжали, смотрели, похвалили правда работу и спрашивали кто делал? Теперь надо платить за проект 15 латов и 15 латов штраф.
-Говно вопрос, жди перевод.
Зашел на почтамп и отправил ей сотню евро через "Вестерн юнион", скинул код эсэмеской. Потом пошел в торговый центр набрать для нее французских шмуток побольше. Пусть Пантелеймоновна удавится.
Таня все заплатила, а на сдачу понакупила вина и закусок и презентовала в бухгалтерию "Водоканала". Все были счастливы. А через четыре года утвердили новые расценки на подключение канализации. Разрешение стало стоить две тысячи латов. И я поблагодарил в душе неизвестного стукача.

Стоял жаркий июль горячего 1991го года. В пятницу вечером мы расположились по простому на досках в неоштукатуренной комнате моего строящегося дома. Два каменщика, мой тесть и блудный папа, который никогда не пропускал важные мероприятия подобные этому. Я сидел на видавшем виде кресле сталинских времен и разливал водку по стаканам. Решил побаловать трудовой народ. Теща передала от души кастрюлю сдобных шанишек.
Стройка подходила к концу, оставалось бросить брусы перекрытия и доложить евеля. Последние дни я был весь на нервах. Друзья по партии предупредили, что нерушимый вот-вот превратится в тыкву, а рубли в никчемную ботву. А каменщики все тянули Яшу за хуяшу. Но вот почти все позади и можно выпить и пошутить. Выпили, подзакусили, но только каменщик Арон оставался грустным.
-Ну что ты так грустен?- похлопал его по плечу коллега Ивар- рассказывай!!!
Арон опрокинул стакан, закусил зеленым луком с моего огорода и начал:
Рая ушла от него полгода назад, а он все страдал и хотел помириться. Но не было повода и денег. А тут он получил неделю назад от меня тысячу рублей аванса и пошел в вино-водочный. Взять бутылку коньяка "Наполеон", который стоил 50 рублей, но продавался без талонов. И после коньяка планировал приобрести на базаре букет красных роз.
Но в вино-водочном он встретил малознакомого своего знакомого. И тот предложил ему почти новый цветной телевизор. Арон задумался. Рая не так давно при случайной встрече на улице пожаловалась, что телевизор ее накрылся и ей нечем заняться вечерами.
Арон взял коньяк, потом поймал такси и они со знакомым заехали на базар за розами, а потом к нему за телеком. Знакомый же помог его затащить на нужный этаж и настроить. Рая конечно же его сразу простила.
И вот на третий день вечером, когда они уютно устроившись на диване, кушая булочки, смотрели передачу "Вокруг смеха", раздался звонок в дверь.
Рая пошла открывать и узрела на пороге участкового. Участковый прошел в комнату и заинтересовался телевизором, попросил на него паспорт. Паспорта не оказалось. Тогда мент достал из кармана свой, сверил номер и торжественно изрек:
-Данный предмет проходит по уголовному делу о хищении из квартиры гражданина Ж. и подлежит изъятию.
С этими словами мент выдернул штепсель и телек унес. Через пять минут вслед ему отправился и Арон.
Мы стали его утешать:
-Не грусти, больше года твоему знакомому не дадут. А вот тогда с ним и поговорим.
Я подцепил на вилку копченую стремигу и задумался о превратностях судьбы. Почему-то вспомнился мой друг Вольдемар, который семь лет тому назад уехал на Урал и пропал там без вести. Обернулся, чтобы пойти включить магнитолу и обмер. В углу стоял Вольдемар в домашних тапочках и ехидно улыбался.
-Свят, свят!- я перекрестился.
К чему этот глюк? Переутомление или прогрессирующая шизофрения? Опять обернулся, но видение не исчезло.
-Здорова были!- раздался веселый голос тестя- Присоединяйтесь!
Вольдемар поздоровался, выпил предложенный стакан:
-Я друг Эдвинса и позвольте мне его у вас похитить?
Никто не возражал. На дороге стояла вишневая "девятка" с Уральскими номерами. Мы уселись в авто, Вольдемар достал из бардачка бутылку виски и два стопарика, мы чокнулись за встречу и он втопил на газ до упора. Машина рванула с места в карьер, подымая клубы пыли.
-Ну показывай город!
Вольдемар рулил одной левой, лихо обгоняя и гремя пластмассой салона на трамвайных рельсах. Мотор гудел и нес нас вдаль.
(продолжение следует)

-

В ходе беседы я понял, что Вольдемар решил возвратиться к родным березкам и сосенкам, чему я несказанно обрадовался. Но оказалось, что зря. Выслушивая мои бизнес-планы, он лишь скептически причмокивал губами. Вскорости мама купила ему двухкомнатную квартиру. Он приоделся, развеялся, поговорил с разными людьми и поймал свою тему.
В то время в нашем городке бушевала медная лихорадка. Народ тащил все блестящее, как вороны, и сдавал на пункты приема цветного металла. Медь по три, никель по восемь долларов. С дверей откручивали бронзовые ручки, с домов таблички. Как-то ночью на кладбище провал трехметровый памятник жертвам Холокоста. Я уже хотел покрасить у себя медную ручку на входных дверях, чтобы не привлекать внимание публики. А оказалось, что на Урале Вольдемар работал на никелевом комбинате.
После недолгих раздумий он сделал звонок другу. И ему пообещали килограмм двести-триста никелевых чушек в обмен на два ящика водки. Вольдемар закинул два ящика "Столичной" в свою девятку, несколько банок шпрот и рванул. Где-то через неделю разгрузил товар на приграничном хуторе нашего школьного друга на белорусской стороне и перевез частями на мотоцикле по лесной дороге. И пошло-поехало. Купил жене сапоги и себе мощный музыкальный центр, прицеп к авто, грузовичок, завел пассию под городом Горьким.
Друганы только успевали таскать чушки к прорехе в заборе. Платили им тогда на производстве нерегулярно и гостинцы были кстати. Потом попросили пригнать им автомобиль "Жигули". Вольдемар купил лаковые туфли и золотой перстень. Потом в городе Горьком приобрел большой пакет акций общества "МММ". Я стал его редко видеть. Он либо отсыпался, либо пил в кабаках до одури.
Но все хорошее когда-нибудь кончается. Вдруг рухнуло "МММ", на комбинате началась компания по борьбе с хищениями. Вольдемар полетел спасать что можно, но в Минске напоролся на ментовскую проверку. Показал свою фальшивое удостоверение сотрудника КГБ, но не проканало на этот раз. А может быть и не фальшивое. Еще и конфисковали машину. По возвращению он зашел к нам в гости и просил одолжить денег.
-У кого ты просишь? У бедного слесаря. Вот остались последние четыре доллара.
Вольдемар покрутился, попил чаю и ушел. Четыре доллара с подоконника пропали. Четыре бутылки водки "Столичной".
-Ему видимо были нужней- сказал я своей.
Деньги у нас были. Удар судьбы он выдержал в отличие от своего компаньона. У того вообще съехала крыша и он на последнее пошел к гадалке. Гадалка лепетала что-то о пробитой ауре и штопала ее раз в неделю.
Через года три кто-то окликнул меня на улице:
-Эдвинс!
Я обернулся и увидел улыбающегося во весь рот Вольдемара. На нем был дорогой с виду джемпер, хорошие брюки и щегольская тросточка в руке.
-Ну как живешь?- спросил я.
Вольдемар стал Альфонсом. Ходил по престижным магазинам, типа искал что-то с "перламутровыми пуговицами". Вскользь упоминал о своем бизнесе. Дамы очарованно слушали и шли на близкое знакомство. Месяца два-три Вольдемар жил в ожидании "товара". "Товар" никак не приходил, его прогоняли и все повторялось снова но с другой.
Все повторялось, пока он не нашел свою настоящую любовь. Они пришли ко мне за советом на стройку, когда я делал жестянку очередному скупердяйскому еврею. Выслушал их внимательно и предложил:
-А не махнуть ли нам, дружища, в Лондон!?
-А что? Хорошая идея!
(продолжение следует)

Мы пробрались через оплывшие мартовские сугробы к автобусу "Даугавпилс-Лондон". Я, Вольдемар и мой мелкий, которого я решил избавить от начинающегося пристрастия к алкоголизму путем воздействия сильного стресса. Провожающие женщины махали нам руками в рукавичках и плакали. Уже при подъезде к Польше Вольдемар стал знакомится с привлекательной попутчицей. А мне зазвонил еврей:
-Есть новый объект- прохрипел в трубку он тяжело дыша и волнуясь.
-Ну и хуй с ним, я уже в Германии.
-Как?
Я глянул в автобусное окно и отдался воспоминаниям. По возвращению Вольдемара никак не удавалось его посетить и серьезно поговорить. После завершения строительства бани у очередного еврея, тот обещал расплатиться вечером. И вот этот еврей по имени Рихард слово сдержал и позвонил с предложением приехать за расчетом. Квартира его была в трех трамвайных остановках от моей в доме царской постройки с внутренним двором с гаражами. Был вечер пятницы.
Толкнув калитку и зайдя во двор его трех-этажки пошел на звуки бравурной музыки, что раздавалась из распахнутых ворот. Рихард был намазан каким-то бриолином. Лысина блестела, как новый бильярдный шар, а голую волосатую грудь крест-накрест пересекали два ремня. На конце одного болтался пейнджер, а на конце другого солидный кожаный чехол с мобильником. А низ гардероба состоял из наутюженных шорт и остроносых лаковых туфель с гольфами.
Перед гаражом стояла лазурная японская легковушка, которую надраивали щетками с шампунем два мента в форме. Только мыльные пузыри витали вокруг этого действа. Один из них был в чине капитана.
Рихард завидя меня, пригласил широким жестом войти. Гараж внутри напоминал филиал мелкой оптовой базы. Стояли ящики с токайским, рислингом, везде небрежно были сложены блоки сигарет, свалены на полки сыры и колбасы.
-Ну сколько я должен?- спросил Рихард.
Я полез в карман за писюлькой со сметой.
-Где-то 225 долларов.
На что Рихард махнул рукой и протянул конвертик с тремя стами. Тут я заметил, что компания была слегка пьяна. Мы уселись в кресла, покрытые ковровыми дорожками. Рихард стал рассказывать о своей поездке в Барселону и Таиланд. В перерывах покрикивал на ментов и подливал мне напитков в стакан:
-Выпей, закури, закуси!
Потом мобильник Рихард спрятал, а я взял скотч и приклеил конверт с деньгами себе на живот. Потом Риша решил кому-то позвонить, но не мог найти телефон. Вышел во двор и стал истошно орать жене:
-Жанна, позвони мне!
Та высунулась в окно:
-Зачем? Говори так.
-Позвони!!!
Тут я и засобирался домой. Риша схватил мою руку:
-Вот он довезет тебя.
И мы уселись с капитаном на свежепомытые кожаные сидения. Капитан однако не справлялся с управлением. Сначала чуть не вышиб дворовые ворота, потом отрубался во время езды и выскакивал на встречку. Я пересрал и указал на дом Вольдемара:
-Вот тут я живу.
И дальше решил идти пешком, но заглянуть к другу. Вольдемара дома не оказалось и жена скучала у стола. Ксению он привез с Урала и она никого еще толком не знала в городе.
-Подумать только, вышел на 20 минут по делам и пропал. Ты подожди. -Только сейчас я заметил, что держу в руке пакет, любезно всученный мне на прощанье Рихардом.
Я полез в него и достал бутылку рислинга, бутылку какого-то импортного ликера с золотой этикеткой, кумпяк буженины и полкруга сыра с тмином. Ксения повеселела и взялась нарезать продукты. Когда она наклонялась над столом, то из ворота халатика можно было видеть ее подергивающуюся в такт движениям грудь. Мы выпили, потом еще. Ксюша закинула ногу на ногу и закурила, а когда стала давить окурок в пепельнице, то привстала. Халатик распахнулся и миру предстал пышный куст серо-рыжих волос. На Урале в те времена интимные места не подстригали. Я не удержался и погладил его, дурацки запев:
-Степь да степь кругом, путь далек лежит!
И на этом мое сознание отрубилось. Проснулся я от бьющего в глаза сквозь гардины яркого солнечного луча. Я был полностью голый в постели, а спиною ко мне спала Ксения. Но вспомнить ничего не мог. Не придумав ничего лучшего, я протянул руку с промежности Ксении, чтобы проверить наличие нижнего белья на ней. Рука уже проскользнула между голых ног, как где-то рядом раздался знакомый голос:
-C добрым утром, Эдвинс!
Я заглянул чрез плечо Ксении и увидел Вольдемара. Оказалось, что ночью он пришел совсем никакой, скинул в темноте шмотки и плюхнулся с другого края кровати, не заметив меня.....

PS. Полностью эту историю и множество других можно будет прочитать в моей книге, которую я буду продавать на вокзалах Риги, Вильнюса и Варшавы ориентировочно в октябре-декабре. О чем дополнительно и сообщу в комментариях. Приятного чтения!

В восьмом классе один мальчик из нашего класса записался в "Клуб юных мореходов". В пригороде у нас большое лесное озеро диаметром километров семь-десять и они там занимались мореходством на озере. Ну и он так интересно об этом рассказывал, что почти полкласса напросилось покататься на яле.
И как-то раз после уроков понапокупали ликеров, закусок и поехали на трамвае в его клуб. Там он отпер сарайчик, где хранились весла и паруса и они с товарищем парус поставили, а сам ял был десятивесельный. Но ветер был попутный и поплыли на другой берег под парусом с большим комфортом. Сзади за нами еще какие-то школьники поплыли. На берегу устроили завтрак на траве, покупались, в карты поиграли, волейбол, ликеров попили, в общем чудесно провели время.
Когда повеяло вечерней прохладой, то собрались в обратный путь, расположившись на скамейках. И только развалились в неге, как наш Синдбад нас огорчил. Ветер теперь стал естественно встречным и придется идти на веслах.
Но это легко сказать, команда то не обучена. Кто быстро гребет, кто медленно, кто вообще ни разу не греб. Но кое-как выгребли на простор волн. И тут из соседней заводи показался второй ял с теми школьниками среди которых половина была девчонок. По виду шкеты и на пару лет нас младше. И какой-то юный мореход кричит с кормы:
-А давайте-ка устроим соревнование!
Мы мелкоту послали. А они отплыли немного, стали рожи корчить, смеяться. Нарываются на пиздюлину. Тут наш Синдбад скомандовал:
-Все на весла! Берем клопов на абордаж!
Ну тут уж все налегли на весла и погнались за ними. Но маневры плохо удавались. Рулевой назначили нашу комсомольскую активистку, но та больше кричала без толку. В общем гопота ускользнула и видно они догадались, что пиздюлей мы им можем отвешать и на берегу и они довольно дружно набрали скорость и пошли в отрыв. А мы выдохлись с непривычки, некоторых вообще развезло от ликера, капитан отрубился и заснул на дне яла. А тут и стемнело.
Ночь как назло беззвездная, нихера не видно, компаса нет и куда плыть непонятно. Но на наше счастье на том берегу зажегся фонарь и тогда погребли в четыре весла с активисткой, которая уже немного со страха стала соображать, как прокладывать маршрут. Наверное только через часа два приплыли к пионерскому лагерю с фонарем, а там уже вдоль берега догребли до причала. Еще и успели на последний трамвай.

Субботний полдень. Жарит горячее сардиническое солнце. Я, как тот Том Сойер, крашу забор у сеньора Джованни. Забор этот однако не в классическом русском стиле, а чудная комбинация из камней и растрескавшихся от времени досок из местного саксаула. Последний раз его красили видать во времена визита святого Фомы Аквитанского. Я густо наношу широкой кистью краску и через полчаса она впитывается в древесные поры и трещины не оставляя видимого следа. И на дворе мочало, начинай сначала.
К тому же нещадно крутит живот. Я решила сэкономить и с утра вместо минеральной воды взяла трех-литровку яблочного сока, подаренного мне поляком с нашей фабрики. И теперь он играет в моих кишках полонез Огинского. Я оглядываю местность в поисках кустов. Напрасно, местность эта голая песчаная плешка и лишь вдали виднеются заросли терновника. Кончается третья банка краски, а результатов ноль. Надо бы зайти в сортир к Джованни, но в голове никак не выстраивается нужная фраза:
-Разрешите посрать!- слишком грубо.
-Сеньор, разрешите воспользоваться вашим унитазом!- чорт, как на сардиническом наречии будет "унитаз"? Господи милостливый!!!
А время не ждет и я решаюсь рвануть до зарослей пока ситуация позволяет. Совсем некстати в карман моего рабочего комбинезона начинает вибрировать и я достаю из него двумя пальцами мобилу. На экране высвечивается длинный номер и надпись Дублин.
Опять не повезло, очевидно вызывают на мою фабрику "Сардинские сардины", где я работаю клинером. Отмываю конвейеры от прилипшей рыбьей чешуи, клею этикетки, что-то подкрашиваю. Откуда у меня и запасы краски. Ну и разделываю рыбу в аврал. Очевидно сегодня такая ситуация и нежданно пришла дублинская шхуна с палтусом.
С досадой принимаю вызов:
-Пронто? Си дика?
-Добрый день! Можете говорить?- говорят по-русски с гортанным "гх".
-Вас беспокоят из инвестиционного фонда Ротшильда-Фейербаха. Не хотели бы вложиться в наш европейский филиал компании "Тэсла"?
Я кидаю телефон в карман и кидаюсь в заросли. Я, это русская блондинка со следами былой красоты, с выцветшими на южном солнце васильковыми глазами. Про то, как я оказалась на Сардинии, расскажу во второй части повествования.
В зарослях я рву с себя комбинезон и присаживаюсь.
-Тра-та-та!!!
Из кармана внезапно раздается голос неизвестного фрондера-инвестора.
-Простите, не понял, слышно очень не разборчиво.
-Тра-та-та та-та!- пускаю я очередную трель.
-Гх, гх- откликается трубка.
Я лезу в карман, почему-то вспоминая школьную экскурсию во Львов. Которая оставила на меня незабываемое впечатление. Вверху позеленевшие медные чудо-башенки с резными флюгерами, а внизу заплеванный подсолнечной шелухой тротуар. Тот день был базарным и нас постоянно обгоняли бабки в белых платках со вязанками укропа за сгорбленной спиной чуть не сбивая с ног.
-Ты, долбанный хохол, когда в вашем сраном Житомире открылся филиал "Тэслы"? Что-то я пропустила эту важную новость.
-Но позвольте!!!- голос пытается корчить из себя интеллигента.
Но мне уже не до него. Надо чем-то подтереться, но листочки терновника не наши уральские чудо-лопухи. Я смотрю задумчиво на свой отманекюренный палец, но тут же отвергаю крамольную мысль. Жаль, что не додумались делать факс в мобильнике. Пару акций компании "Тэсла" сейчас здорово бы пригодились. Читала где-то, что арабы подтираются галькой. Нахожу на земле кусок кремния и он больно впивается между моих ягодиц.

Ox Anna.
ждите продолжения новеллы

Эта история приключилась в эпоху проекционных телевизоров. Ими тогда торговал Грыня Шкваркович, дядька моего приятеля детства нумизмата, в малой хоральной синагоге. До войны в нашем городке было 66 синагог. В местном путеводителе суеверно написано, что больше шестидесяти пяти. И вот в новую эру уцелевшие в годину войн эти учреждения культа перешли по реституции еврейской общине. Где-то больше двух десятков, а богомолов по городу набиралось, дай Б-г, на полтора миньяна. И вот одну приспособили под молитвы, а остальные под коммерческие нужды.
И в бывшей синагоге, которая была при Советах уже фехтовальным залом, Грыня открыл торговлю бытовой техникой. Отнесся к делу ответственно и предоставил публике лучшие мировые образцы пылесосов, газовых плит и кухонных комбайнов. Все "уважаемые люди" сразу же закупились у него, включая меня, и все. У остальных попросту не было денег. И простолюдины приобретали аналогичный китайский товар на местном рынке или восстановленный с германских свалок. Удачно начатый бизнес стал затухать.
Грыня покумекал и заказал у моего приятеля нумизмата, который уже жил на Брайтон-бич, партию проекционных телевизоров. Контейнер прибыл и "уважаемых" оповестили о новинке. И торговля оживилась. Стоило это чудо прогресса тысяча латов за штуку или две в пересчете на зеленые. Мне довелось его видеть у моего соседа. Эта довольно громоздкая бандура с виду чем-то была похожа на старую радиолу, но более больших размеров. Внизу тумба с самим проектором, а на ней внушительных размеров кинескоп. Смотреть надо было строго по центру ибо сбоку ни хрена не было видно. Но в общем аппарат внушал уважение.
И вот как-то мне предложили перекрыть крышу на доме, за которую не бралась ни одна фирма, но это меня не смутило. В пятницу мы пошли осматривать объект и там на площадке лестничного марша между третьим последним этажом и чердаком стояла картонная коробка из такого вот телевизора. Грыня не принимал дефектные товары по гарантии без упаковки. На шум открылась квартирная дверь и вышла мадам характерной национальности и заявила.
-Гебята, не тгогайте кагобку!
"Уважаемая" работала санитарным врачом, курировшая мелкий продуктовый бизнес, и соответственно имевшая средства на приобретение дорогой аппаратуры. Мы заверили ее в наших добрых намерениях и в понедельник уже приступали к работе. Однако там нас ожидал неприятный сюрприз. Открыв чердачную дверь, мы чуть не вступили в кучу дерьма. Кто-то вывалил за порог кучу отходов своей жизнедеятельности: селедочные хвосты, картофельные очистки, использованные тампоны и прочую гадость. Пока отгребли мусор лопатой в сторону. В среду история повторилась. А в пятницу я вернулся вечером за забытым инструментом и случайно засек нашу мадам с помойным ведром. Она уже заходила в двери и меня не заметила. И опять на чердаке я обнаружил кучу свежих отходов.
Я призадумался, ругаться с ней было чревато, могли бы быть в дальнейшем проблемы со сдачей кровли. Вспомнился рассказ одного выходца из Белоруссии, у которого отец Йоська держал шинок. Ночью у нему пришли партизаны, заказали водки и пирожков со шпеком. Жена его по скорому их слепила и поставила в духовку. И тут один из партизан зашел на кухню, открыл дверцу и посцал на них. В расстроенных чувствах хозяйка побежала к Йоске, который резонно заметил на ее жалобу:
-Так они сами их и поедут.
И в понедельник мы сгребли отходы и отправили их в "кагобку" из-под телевизора. Мадам санврач гадила и "кагобка" понемногу наполнялась. Все были довольны и вскоре окончив свою работу, мы получили расчет. Напоследок проклеив "кагобку" скотчем для пущей сохранности. Через пару месяцев позвонила управляющая и предложила сделать еще козырек над входом. И когда перед монтажом я заглянул в подъезд, то мне в нос неожиданно ударил сильный запах гнилой селедки. А сверху доносился диалог на повышенных тонах:
-Это все габотяги-свиньи!!!- визжал голос санврачихи.
-Какие тебе работяги? Они что там готовили по-твоему форшмак или селедку под "шубой" на чердаке? Залупа ты грешная!- гудел чей-то бас.
Я прикрыл дверь и отдался работе, не в силах сдержать смех.
Оказалось, что телевизор накрылся, и от Шкварковича прибыла бригада за аппаратом и упаковкой. Лучше бы они ее не открывали. Шкваркович отказывался принимать возврат в просоленной коробке, а в договоре по этому поводу ничего не было прописано. Мадам растрезвонила в кагале по поводу его непорядочности. Откуда-то еще узнали, что партия телевизоров была бракованной. Масла в огонь подлили конкуренты, открывшиеся неподалеку от синагоги, с плазмой. И это был окончательный финиш. С тех пор на дверях той синагоги висит табличка "сдается в аренду".
Случился там и мордобой, но я вынужден урезать историю дабы меня не обвинили в махровом антисемитизме.