Несмешные истории

То ли осудить, то ли ещё смеяться. В последних днях лета этого года было…
Время вечернее, стемнело. Площадь торгового зала небольшого «самбери». Из трёх касс, по причине привычного в нашем районе отсутствия вечернего наплыва покупателей работает одна. Стою на кассу за мужчиной в летнем костюме. Мужик лет сорока. Влажные брюки выше колен облепили ноги. Зонтик, истекающий влагой, толком не сложенный, мешается в руках.
Мужчина составил на столик товар, положил купленный пакет и достал портмоне. Копается в нём. На пол выпадает купюра в тысячу рублей. Прямо в лужицу, натекшую с зонтика. Мужчина суетится, переступает, зачем то пытается прижать деньгу пяткой мокрых мокасин. Но не успевает. Сзади подскакивает один из двух лоботрясов. Они уже всю очередь и охранницу задолбали, с грохотом кидаясь пустыми корзинками. Та, что постарше, девочка лет восьми, броском успевает выхватить купюру, передает назад младшему шкету лет шести. Тот в свою очередь комкает мокрую деньгу в карман и заявляет: «Мы нашли… это наше». Надулся и приготовился зареветь.
Мужчина уговаривает: «Это вам не нужно дети, отдайте…». Мои увещевания столкнулись с замахом магазинной корзинкой для товара. Ну, с детьми, особенно девочками, спорить ныне чревато. Мужчина не смирился. Вкладывает обратно, было вынутую пластиковую карту, захлопывает створки гаманца, и спрашивает: «А где родители? У меня других денег нет. Расплатиться нечем». Из очереди напористый женский голос: «Мои дети…».
Дама лет тридцати, интересная, ухоженная. Стоит сразу за мной. До этого безучастно наблюдавшая за шалостями ребятишек, сразу стала в позу. Мол, какого… Со словами: «Растяпа. Сам уронил, а детей провоцирует. На тебе твою «копейку», оставь детей в покое, крохобор!», протягивает мужчине мимо моего плеча тысячную купюру. Коей мужчина, не касаясь купюры, направляя руку дающей к кассиру, расплачивается. Затем, проигнорировав монетки сдачи, сложил товар в пакет и уходит. Женщина вслед ему прошипела, что то вроде: «Ну, мужики пошли…».
Уже поняли?!! А я тогда нет. Не торопясь и дивясь ситуацией, расплачиваюсь и складываю в пакет купленное. Женщина требовательно глядя на мелкого протягивает руку: «Отдай!» Тот с гримасой беззвучного плача, глядя в пол протягивает ту самую тысячу. Девочка глядя на отнятие честно заработанного бабла, разочарованно выдохнула: «Уммм…». Покупательница выкладывает из корзинки две баночки пива, четыре мороженки, две упаковки кальмаров, протягивает отобранную купюру кассиру.
Меня от дверей вернул голос кассира: «Женщина, что вы мне дали? Это билет Банка Приколов. Да еще мокрый и скомканный».
Далее, скандал. Крик-визг: «Подстава… Вы все сговорились…». Попытки наезда на меня, кассира, женщину –охранницу, других покупателей.
Даже когда приехали полиционеры, меня не отпускало…

Зашел в ремонт обуви. Там сидит серьезный седой мужик. Пока я ждал замены набоек, мы с ним разговорились. Темы были разные, от международной обстановки до заметных фигур нашей страны. Мастер с горечью рассказал, что несколько лет назад умер его друг. Заслуженный армейский генерал, служивший в Германии и Афганистане. Он много лет отдал нашей стране, а ушел из жизни тихо и очень скромно, без военного оркестра и салюта на кладбище. Вот так у нас относятся к людям воевавшим за страну. Я спросил, а генерала Николаем звали, фамилия Сидоров? Сапожник оживился: И вы знали этого прекрасного человека? Сказал, что он мой родственник. И это правда. Мой дальний родственник Николай, свою срочную службу прошел в Группе советских войск в Германии. Парень он был довольно видный, хотя ни работать ни учиться никогда не не любил. Вернувшись он стал военруком. Носил военную форму с погонами старлея. В дальнейшем переходил из школы в школу, где директрисами были женщины. С каждым переходом, становился старше в звании. Его карьера резко пошла в гору с появлением казачьих организаций. Ему выписали справку о присвоения генерал-майора казачьих войск. Ношение формы он не потянул, поскольку стал уже пенсионером. Но везде, при необходимости показывал справку, подписанную им самим и скрепленную круглой печатью. О Германии он помнил со времен своей молодости, а об Афганистане писали много, и ему хватало. Разумеется, всего этого я не рассказывал. Мы вместе с сапожником поскорбели об уходящих героях. Я взял свои туфли и пошел домой.

Порадовали горожан.
Провинциальный городок, так называемый "праздник города". Украшен парк, приехали актеры, всякие спонсоры расставили свои палатки. Атмосфера праздника...
За день до этого, организаторы думали: "как еще порадовать дорогих горожан ? Точно... А давайте лавки в парке покрасим !!!."
И покрасили.....
Результат - сотни перемазанных штанов и мат-перемат благодарных горожан.