Несмешные истории

Было это давным-давно, когда люди еще всю пользовались пейджерами, а первый серийный смартфон еще не был выпущен. Иду я перед днем города по Невскому, вижу оборудованную сцену Евросети и объявление, что завтра в 16:00 здесь будет разыгран мобильный телефон. И тут внутренний голос мне говорит: Если завтра придешь сюда в 16:00, то этот телефон будет твой. На следующий день пришел пораньше, пробрался к самой сцене, жду. Сперва было шоу "Желтая подводная лодка", потом стали разыгрывать желтый пластилин, желтую бейсболку, желтую футболку, желтые резиновые сапоги, желтый зонтик. Я на такую мелочь не отвлекаюсь, жду когда мобилу разыгрывать будут. И вот приглашают шестерых желающих поучаствовать в конкурсе. Я первый рванул на сцену. Конкурсы были на выбывание, всех уже и не помню. Сперва, кто первый разденется до пояса. Надели на нас желтые футболки, дали кисть и банку белой краски, и кто больше моряк, кто больше себе полосок на футболке нарисует. Молодежь дурачиться стала, всякую херню на себе изображать. А я не торопясь рисую полосочки и больше всех нарисовал. Потом велели спуститься со сцены, надеть ласты, взять кого угодно из зрителей, и на руках принести на сцену. В ластах и так по лестнице подниматься не очень, а с грузом подавно. Молодежь своих дородных девах понесли, а ко мне подскакивает мелкая старушка-божий одуванчик: Я, мил человек, легкая, неси меня. И действительно, не тяжелая оказалась. Мы с ней так бодренько на сцену вспорхнули, я в ластах запутался, и мы под общий хохот грохнулись. Потом еще с мячом задание было. Короче выиграл я мобилу и еще футболку Евросети дали.

История не моя. Прочитал в комментариях под роликом в Ютюбе.

"Было мне лет 8-9. Пошли с отцом на рыбалку в родном селе. Через село протекает речка, совсем рядом с домом. Там часто рыбачили люди из округи. Отец дал мне маленькую удочку, метра полтора длиной, мож чуть больше. Это старый советский спиннинг, только без катушки. Это была моя первая рыбалка и отец меня просто взял с собой, так как я давно просился. Приходим значит, разматываем снасти. У отца нормальной длины удочка, метра 2-3 (точно не помню). И у всех такие же, дабы закинуть снасть подальше и поглубже, у некоторых по 2-3 крючка было привязано аж.
Ну мужики посмотрели на мою удочку и с ухмылками подшучивали) отцу говорили мол "чё, всю рыбу привел парня выловить?" я уселся у берега и совсем рядом с берегом стал закидывать удочку. Отец мне и червя показал как насаживать.
Сижу значит рядом с удочкой. И начинается у меня клёв. Да не просто клёв, а каждые минуты 2-3)) и это на фоне того что все остальные сидят практически без улова. Я значит одну рыбу поймал, вторую, третью... Мужики сменили шутки из разряда мега рыбак, на шутки в стиле новичкам везёт.

Кстати нужно отдать им должное, где-то после 5-й рыбы они начали подсказывать мне.
Посоветовали не сидеть у самой воды, дабы не спугнуть рыбу покрупнее. Как только я так сделал, клюнула серьезного размера рыба. По незнанке я неправильно начал её вытаскивать и сорвался хороший карась. Но в последующем я выловил ещё двух таких. Когда мой пакет с рыбой заполнился на половину, всё внимание было приковано ко мне. Ох и удивленные лица у них были тогда, некоторые аж смотали удочки и ушли, другие, более смекалистые стали тоже у берега закидывать снасти, но удали не сыскали. Тогда я впервые почувствовал что такое утереть нос шутникам и принёс домой больше половины пакета рыбы".

Марселя Пруста однажды вызвал на дуэль писатель, малограмотный и самоуверенный.
Вручая Прусту свою визитную карточку, он презрительно сказал:
— Я разрешаю выбрать вам род оружия.
— Прекрасно! – воскликнул Пруст. – Я выбираю орфографию. Вы убиты.

Вот бывает такое состояние у меня. Какое-то обыденное такое, бытовое, неброское. Привычное состояние. Скучное.

Ну, чтобы было понятнее, вот, шаритесь вы в какой-то пыли, темноте, седой, залыселый, пованиваете, среди тряпья какого-то развешенного, жадно досасываете чужие окурки из банки, выбредаете на сцену случайно. А там конкурс красоты среди фотомоделей мира. Вы подслеповато щуритесь, ладошка у глаз навроде козырька, вглядываетесь в чей-то персональный Лас-Вегас, едва прикрытый. С качарек не встаёте, не всё на вас свежо.

А вас выбирают победителем этого конкурса красоты! Во всех номинациях и ещё две специально придумают. Стоите в женской шубе, в двух коронах, третья в руках, на шее гирлянда из часов золотых, которые вам зрители накидали пока вы лезгинку перед митрополитом танцевали. Митрополит вышибает кулаком икону из оклада. Оклад поверх гирлянды из часов. Волокут баранов, ковры, красавиц проигравших.

А вы смотрите на всё это дело и понимаете, что это уже с вами не в первый раз. Что хоть в город не приезжай.

Так и с убеждениями вашими.

Убежденность, которую вам внушили, блестит ярче и выглядит гораздо наряднее, чем убежденность, полученная вами лично в шахте у отсыревшей тачки, которую вы катали последние лет семь за кусок черного хлеба и серую картофелину.

Видите, что аж звените весь от убеждений, что все у вас стройно и точно в оценках, что тезисы выстроились на вахт-парад и даже оркестр (вон государь! вон Соженицын! по плюмажу отсюда вижу! монетизация! до моря! сладчайший запах общественного труда! город-сад! истинно!), то знайте, убеждения вам внушены.

А когда убеждения ваши горбятся в неровной шатающейся шеренге, кого успели под руки подхватить, а кто валяется лицом в дымящейся луже, то перед вами собственные взгляды, добытые самостоятельно. Посредством личного опыта, когда, к примеру, выходишь мусор выбросить, а уже в подъезде ждут опасные старушки, лампочку выкрутили, шушукаются с заточками в лапках.

Есть цинга у убеждений - они ваши.
Есть стеклокерамика у убеждений - они заехали к вам на гастроли.

Есть плешь у любимой идеи, одетой кое-как в бабушкино - она ваша.
А если соболя и четвертый в декольте - она ваша только на время сеанса.

Своих собственных убеждений стесняться не надо. Это то ополчение, которое ляжет костьми за вас. Это приехавший из деревни с охотничьим ружьём дедушка, выбравшийся, чтобы не отжали у вас гараж. И чтобы в конкурсе красоты поучаствовать.
Нарядные убеждения - это наёмники. Они от вас немедленно отъедут, как только станет, к ужасу вашему, неизбежным приезд дедушки.

Джон Шемякин

Талейран ухаживал за Анной Сталь и в то же время добивался расположения другой дамы.
Сталь, желая испытать его преданность, задала ему коварный вопрос:
- Скажите, если бы я и моя соперница одновременно бы стали тонуть, кого бы вы кинулись спасать?
- Я уверен, сударыня, вы божественно прекрасно умеете плавать, - вывернулся Талейран.

Дело давнее...
В возрасте 13 лет волею родительской отправлен был в пионерский лагерь на летний "отдых".
В целом отдохнул.
Кроме режима дня, идиотских линеек и запрета на вольное купание, мне там нравилось всё.
То есть, природа, кормёжка. И танцы.
Там я вкусил все прелести танцев с девочкой под духовой ансамбль.
Не с девочками, — с девочкой, с одной.
Эта мелкая поганка с белоснежными волосами (в природе таких не бывает, я знаю. Но иногда...)
Так вот эта мелочь разгоняла конкуренток ссаными тряпками.
В то время этого выражения ещё не было, но тряпки были.
Да я, если честно, не очень и сопротивлялся. Оленька была очень красивая, а в красоте я толк понимал ещё с детского сада.
Помимо удовольствия парных танцев я дико завидовал пацанам постарше, которые на площадки выделывали чёрт-те что.
Называлось это новым для меня словом "шейк". Не очень и новым на самом деле, по-аглицки я уже сносненько чирикал.
А танец, если то можно было называть танцем, точно был для меня открытием.
И я дал себе слово, что дома обязательно стану в нём лучшим.
Про данное слово я благополучно забыл, и вспомнил лишь спустя 3 или четыре года, когда младшая сестра однажды сказала:
— А ты не знал?... Тебя давно уже называют королём шейка.
Но главное было третье, имеющее прямое отношение к обсуждениям в ГГ последние несколько дней.
Научился я там игре в стёклышки.
Правил уже не помню, лишь приблизительно.
Горсточку подбрасываешь, принимаешь тыльной стороной ладошки, как-то их собирать надо было...
Среди пацанов я оказался круче всех, и к концу смены накопил четыре упаковки из-под зубной пасты.
С этим богатством я и вернулся в дом родной. Ну, думаю, щаз я вам покажу стёклышки, все тут у меня...
В общем, так и случилось. Почти. То есть все, конечно. Дружно послали меня нахуй с этим стеклом.
Помыкавшись пару дней с "фишками" никому не нужного "казино", я выбросил их на помойку.