Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+
24 декабря 2003

Новые истории - основной выпуск

Меняется каждый час по результатам голосования
Рассказываю с чужих, но заслуживающих доверия слов. Заранее прошу
прощения у авиаторов за возможные технические неточности.

Есть у летчиков примета - перед полетом не фотографироваться. Но по
задумке режиссера съемочной группы, делавшей сюжет об истребителях,
летчик должен подняться в кабину, произвести необходимые маневры, ну,
закрыть фонарь, ружека, и прочее, затем взлет ("герой сюжета отправился
на боевое задание!"), ну и, естественно, посадка.
Летчик отказывался как мог, командование части было на его стороне, и
тоже не поддерживало затею. Но переспорить прожженого телевизионщика -
дело сложное. Главным аргументом было то, что фотографировать никто и не
собирается - будем снимать на видео, а это под примету ну никак по
подпадает. В общем, укатали.
С лицом камикадзе пилот проделал все требуемые манипуляции, и укатил на
рулежку. Мы поснимали всякие красивые планы, отправились к точке взлета,
сняли взмывающие в небо боевые машины, перебрались к точке посадки
самолетов и стали ждать возвращения героя.
Вскоре полеты закончились, приземлился последний истребитель и наступила
тишина. Наша озадаченность была велика - приземлились все, кроме "борта"
нашего героя. Сопровождавший нас, штатских, офицер влез в УАЗик,
связался с командующим полетами, и подтвердил, что полеты окончены. Мы
взвыли: а где же наш борт номер такой-то?! Что за шутки? Офицер опять
занялся рацией, и через пару минут очень мрачно сообщил, что номер
такой-то совершить посадку никак не сможет.
Мы содрогнулись от нехороших мыслей. Но напрасно.
Он не мог приземлиться.
Потому что не смог взлететь.
И сейчас его вытаскивают из какого-то болота за взлетной полосой.
А еще, сквозь зубы добавил наш сопровождающий, гостеприимство исчерпано,
ужин с командованием части отменяется, и вообще, просили вас выгнать на
х..., пока не вернулся с болота пилот, и не набил всем морды!

Наверное все-таки не стоило снимать его перед полетом...
Загадочен и удивителен Восток, тонкое это дело, и коварен восточный
человек! История эта была рассказана одним приятелем, назовем его Юрой,
и рассказ его заставил померкнуть «Тысячу и одну ночь», поскольку по
времени его путешествие заняло меньше суток. Итак...
В один прекрасный день Юра получил задание - доставить на историческую
родину отпрыска своего непосредственного начальника (тот по какой-то
причине этого сделать сам не мог), а, поскольку Юра трудился в инофирме,
и начальник у него был иноземный, то и лететь пришлось не куда-нибудь, а
в... Пакистан.
Задание казалось предельно простым: долететь до Карачи, сдать ребенка
встречающим родственникам, проехаться с ними до дома, посмотреть
достопримечательности - и на самолет домой.
Началось все по плану. Семейство дружно обнимало сына/внука, затем
развернулось и отправилось к выходу. Юра пошел было за ними, но тут к
нему подскочил местный абориген и на ломаном английском объяснил, что в
машине со всеми он не поместится, и его ждет другое авто. Юра послушно
последовал за ним, сел в машину и в результате оказался на берегу океана
километров за 30 от города, где ему любезно предложили позагорать и
искупаться. Где-то через час все это Юре надоело, и он возвернулся к
поджидавшей машине, только для того чтобы узнать, что поездка обратно
будет для него стоить 50 долларов - или пешком. Тут надо сказать, что
всего у Юры было где-то долларов 80, поскольку и прилетел-то он меньше,
чем на сутки.
Короче пришлось раскошеливаться, и в итоге он снова оказался в
аэропорту, но уже без денег, т. к. за то, чтобы открылся багажник с его
вещами, с него было запрошено еще 50 долларов - но он сторговался на
последние 30.
Итак - чужой город, ни копейки денег, ни слова на фарси, до самолета
море времени, хочется есть. Юра решает связяться с семьей своего шефа. С
большим трудом на стойке информации находится местный житель, который
кое-как понимает по-английски. Из рук в руки с огромными
предосторожностями передается бутылка водки - последнее, что осталось у
Юры. Далее следует оживленный разговор на фарси по телефону, и, о чудо,
где-то через час за ним приезжает машина.
На этот раз он доставлен по назначению и лишь только для того, чтобы
услышать, что для него приготовлена поездка на океан. Попытки объяснить,
что на океане он уже вроде как был, ни к чему не приводят. Появляется
еще одна машина, разбитее которой наш Юра не видел в жизни. Ему
поясняют, что та машина, что везла его из аэропорта, будет занята, и
предлагают сесть в эту колымагу, к левому крылу которой приторочена
доска (деталь немаловажная). Деваться некуда, и Юра садится в машину. По
дороге происходит весьма странное действо: время от времени водила
задевает этой доской каменные стенки по краям дороги. Юра недоумевает,
но спросить не может - водила совсем не говорит по-английски. На
обратном пути все повторяется - водила постоянно задевает этой доской за
бортики вдоль дороги.
Наконец, Юра снова доставлен к дому и имеет возможность задать столь
интересующий его вопрос. Отец шефа с грехом пополам объясняет ему, что
(держитесь крепче!) машина старая, тормоза у нее плохие, и, поскольку
новые тормоза водителю не по карману, он таким образом ПРИТОРМАЖИВАЕТ!
Ну а другие истории, произошедшие до конца того дня - как-нибудь в
другой раз. Остается только добавить, что по возвращении Юра
поставил-таки богу свечку - за избавление от напастей.
Фразу "Ну вы, блин, даете!" я услышал задолго до появления "особенностей
национальной охоты".
Восемьдесят восьмой год (бензин еще по 20 копек, а может, после
подорожания, уже 42 копейки, не помню. Почему было именно 42? Кто
знает...) я, только-только получивший права совершаю пробные поездки по
городу. Сейчас можно только с умилением вспоминать полупустые улицы, но
тогда движение казалось серьезно-плотным, а мне, новичку - даже слишком
напряженным. Поэтому иногда выезжал просто покататься, тренируясь
поворачивать там, где нужно, а не там, где получится.
И вот на одном из перекрестков я наталкиваюсь на регулировщика! Паники
не было, все сигналы я знаю, стою первым. И вот тут, пропуская машины
других направлений, этот самый регулировщик меня подзывает, мол,
подъезжай поближе, чтобы я быстрей тебя пропустил... Обычная история. Но
перенапряженный мозг новичка воспринимает все немножко, гм-м, по
другому, и увидев призывный жест гаишника я глушу машину (!), и рысцой
двигаюсь к менту в центр перекрестка! Рысцой, потому как понимаю (не
дурак!)- движение, перекресток и вааще!
Мент смотрел в другую сторону, он аж присел, когда я ему на ухо радостно
гаркнул "Здрассьте!"
"Вы кто?!"
"Я во-о-о-н из тех Жигулей..."
"А чего вы ко мне пришли?!"
"Так вы ж меня сами позвали!"
"Я?! Когда?"
"Ну... вы ж показали, "иди сюда"!"
У него опустились руки, он помолчал, и обреченно пробормотал:
- Ну вы, блин, даете!
Будучи редактором газеты, Марк Твен часто получал анонимные письма
угрожающего или оскорбительного содержания в ответ на свои фельетоны.
Однажды в таком письме было просто написано через весь лист одно слово
-- "Дурак".
На следующий день в газете появилась заметка: "Мы часто получаем письма
без подписи. А вчера нам прислали только подпись, без письма."

Немолодой.
Зашел как-то в продуктовый магазин. На прилавке среди прочих товаров
лежит что-то полупрозрачное, размером и формой напоминающее, простите,
жопу. Причем посередине композиции проглядывает вареный язык. Читаю
ценник: "Язык в жопе, цена такая-то". Понимаю, что где-то меня
накалывают, а где не пойму. Зову продавщицу (П)
(Я) - Что это?
(П) - На ценнике все написано! (раздраженно, ессессно)
(Я) - Прочитайте, пожалуйста, у меня зрение плохое.
П с недовольной миной наклоняется дабы прочесть сей опус. На лице
сначала проявляется сомнение, затем брезгливость. Потом резкое
просветление и дикий смех. После истерики выясняется, что из-за кривого
почерка "е" выглядит как "о", а "л" как "п". Т. е. это "Язык в желе".
В армии я был танкистом, и периодически доводилось на этих самых танках
передвигаться по лесам и прочим танкодромам. Как-то наша рота перегоняла
в расположение части боевые машины, и так уж случилось, что последний
танк заглох на лесной дороге, отстал, в общем, отряд заметил потерю
бойца по имени Олег только на базе.
Только не говорите о рации - это просто смешно, у нас на перегоне даже
шлемофонов не было. И надо ж было так совпасть звездам, что командир роты
с заместителем сразу ушли в глубокий запой, появлялись редко, и на все
разговоры о танках и армии вообще реагировали крайне болезненно. Как
сейчас помню, дурацкий смех замкомроты на очередную попытку донести до
его воспаленного сознания известие о потере где-то в глухом лесу боевой
(почти) единицы с механиком-водителем впридачу.
К счастью, приблизилось очередное комсомольское собрание, а комсоргом и
был тот самый Олег, застрявший в чаще. Командир, наконец-то заметил
потерю, рассказал все, что он знает о наших родственниках и нашей
сексуальной ориентации, и втихаря снарядил поисковую группу. Он даже
выдал было чекушку водки для потерянного, если он еще жив, конечно. Но
потом передумал и отобрал, процитировав устав на тему того, что
военнослужащий обязан стойко переносить все тяготы и лишения воинской
службы.
Короче говоря, не привлекая излишнего внимания два танка ушли в лес на
поиски, в составе этой экспедиции был и я.
Не буду описывать процесс, потерянный танк мы нашли километрах в
тридцати, но вместо изголодавшегося, замученного дружбана-сослуживца, мы
с изумлением обнаружили, двух привязанных к броне злющих собак,
сторожащих грозную хреновину.
На башне красовался кусок фанеры с корявой надписью "Я в селе".
Типа, "Ушла на базу".
Справедливо обидевшись на бросившую его Советскую Армию, Олежка
подождал-подождал, да и отправился в ближайшее село, где все это время
помогал в хозяйстве каким-то сердобольным старичкам, за еду, значится, и
кров.
Мы оторвали его от обеда, когда он вкусно закусывал самогонку домашним
борщом.
Трудно было отказаться от его приглашения пойти вечером на танцы, но мы
заставили его сменить домашние тапочки на сапоги - собрание не ждало. Да
и из вредности тоже.
Сын (3 года) услыхал как в сказке волка назвали дурнем. И так ему это
слово запало, что на следующий дени на совершенно невинную мою фразу
выдал: "Ну и дурень ты, папа".
Постоял в углу. Раскаялся, ессессно. Жена сказала, что еще поговорит с
ним на эту тему.
На следующий день прихожу с работы, а он летит навстречу. Глаза горят,
сам довольный такой: "Папа, я даже и не думаю что ты дурень!"...

Вот мучаюсь теперь: издевается, что ли?
Уходящему году Козла посвящается!
Работа моя тесно связана с силовыми структурами, в рядах которых есть
как народ веселый, так и хмурый. Ровно год назад, дабы поднять
настроение и как-то развеселить хмурую половину, звоню одному из них,
полному так сказать полковнику с вопросом где можно приобрести
милицейскую форму? Тот начал долго рассказывать, что просто так
приобрести нельзя, дело такое, не для всех, понимаешь, не тяп-тебе-ляп,
фома есть форма, на дороге типа не валяется, а в конце повествования
естественно задает с любыпытством вопрос о надобности этой самой формы.
Ну я ему, типа, да ты че, не знаешь что Новый Год надо встречеть в
милицейской форме?!
А он: Почему в милицейской?.....
Ну я: Дак, это, год Козла-же....
Что дальше было рассказывать не буду, полагаюсь на вашу фантазию.
Вспомнилось после прочтения истории о милицейских сержантах и
полковниках.
Случилось это лет 5 назад. Был я тогда совсем зеленым выпускником одного
из ВУЗов, и к великому счастию родителей, да и сам не совсем
расстроился, вместо суровой армейской школы, стал постигать азы службы
на границе России с братским Казахстаном, в качестве инспектора
таможенного поста.
И вот сама история. Лето. Жара примерно +35. Проезжающего народа не
наблюдается, хоть сам себя в журнал регистрации проходящего транспорта
заноси. Делать нечего, но положение обязывает сидеть на улице и бдить,
дабы не одна собака незаконно через границу не просочилась. Надо
отметить, что о пограничниках в то время в нашей стороне и слшать не
слыхивали. К нам на усиление пригнали трех орлов, тогда еще ГАИшников.
Мое начальство, и командир гаишного наряда сидят втихаря дуют пиво, и
развлекаются анекдотами. Я с молодым сержантом из милиции, охраняю
шлагбаум. Вдруг, с нашей стороны к шлагбауму летит весьма раздолбанная
иномарка, причем со скоростью близкой к взлетной. Все находящиеся на
посту выставили уши и травят молодого гайца. Бардак, перед знаком
таможня не остановился. Скорость превысил. А у нас все-таки граница. Мы
же на страже Родины ну и т. д. Пацана завели. Иномарка лихо тормозит.
Наш орел в развалку, медленно подходит к машине и очень вальяжно отдает
честь. Дальше цитирую диалог
сержант:-Здраствуйте, товарищ водитель.
водитель: -товарищ сержант, у Вас лапша на погоне. ( вермишелинка
действительно прицепилась)
сержант:(уже зло)Вот я, товарищь водитель, могу себе позволить не
останавливаться у соответствующего знака.
водитель: (заинтересованно)Почему?
сержант:(Гордо)Потому что между нами существует определенная разница. Я
сержант милиции. И с высокомерием демонстрирует удостоверение.
водитель:(задумчиво)Да-а разница весьма определенная, и спокойно
называет себя и свою должность. Заместитель областного управления ГАИ,
полковник Д-в, при этом тоже спокойно демонстрирует свое удостоверение.
Никогда больше я не видел, чтобы шлагбаум поднимался с такой скоростью.
И такой преданной улыбки, в клубах пыли от лихо стартанувшей иномарки не
забыть.
Еду сегодня на электричке на работу. По вагону прошел БОМЖ. Колоритный
такой... А запах! Просто чудовищный. И, к тому же, потрясающе стойкий.

Рядом со мной сидели студенты, разговаривали. Вот один из них и изрек:
- ЭТО был ОДЕКОЛОН! Я тебе на Новый Год такой же подарю!

Вчера<< 24 декабря >>Завтра
Лучшая история за 08.10:
Расскажу историю, которая приключилась с моей подругой много лет назад. Далее с ее слов.

Тогда Катя познакомилась с парнем и привела его к нам в компанию на чей-то день рождения. Японообразный молчаливый парнишка лет на 5 старше нас, она представила его Павликом, он пожал всем руки, с тех пор мы периодически пересекались по знакомым, на концертах, короче, общались помаленьку.

Немного странно было, что Павлик не откликался ни на Павла, ни на Пашу, ни на другие производные, но мы привыкли, Павлик так Павлик. Тем более у нас среди знакомых была Наташа, которая хотела, что бы ее звали Тая и Дарья, которая впадала в истерику, если ее называли Даша, можно было только Дашка, Дарья, Дарва и еще там что-то на Д, не помню уже.

Прошло месяца четыре читать дальше
Рейтинг@Mail.ru