Необычная история: как сифилис лечили малярией — и получили за это Нобелевскую премию
Заразить больного одной тяжёлой болезнью, чтобы лечить другую, звучит безумно.
Но именно такой метод принёс Нобелевскую премию в 1927 году.
До появления антибиотиков одним из самых страшных осложнений сифилиса был нейросифилис, в том числе прогрессивный паралич. Австрийский врач Юлиус Вагнер-Яурегг (7 марта 1857 Австрия -27 сентября 1940 г Германия)заметил, что высокая температура иногда временно улучшает состояние таких пациентов.
В 1917 году он начал заражать больных малярией. Болезнь вызывала повторяющиеся приступы высокой температуры, а после курса малярию можно было лечить хинином.
Метод был рискованным, но в эпоху, когда эффективного лечения позднего сифилиса почти не существовало, он действительно давал результаты. В 1927 году Вагнер-Яурегг получил Нобелевскую премию по физиологии или медицине «за открытие терапевтического значения прививки малярии при лечении прогрессивного паралича».
Все дни сентября 2026
Повторные истории
Меняется каждый час по результатам голосования
Есть такая штука - режим идиота.
Включается по необходимости.
Иногда непроизвольно, иногда - сознательно.
Самое опасное - понять, что у твоего собеседника он по каким-то причинам вдруг сломался и больше не выключается.
Совсем.
Обсуждаешь с ним очередной идиотский запрет.
Он включает упомянутый режим.
Режим имеет всего три шага.
Шаг первый - «ты ничего не понимаешь, закон направлен только на ограничения злоупотребления».
Шаг второй - «ты ничего не понимаешь, факты злоупотребления законом не говорят о его ненужности».
Шаг третий - «ну, кто ж знал, что так выйдет...».
Этот режим идиота включается непроизвольно после облучения ящиком пропаганды, минуя сознание человека.
И если просмотром ящика злоупотреблять - человек навсегда теряет способность к хоть и периодическому, но выключению режима идиота.
И превращается, собственно...
Включается по необходимости.
Иногда непроизвольно, иногда - сознательно.
Самое опасное - понять, что у твоего собеседника он по каким-то причинам вдруг сломался и больше не выключается.
Совсем.
Обсуждаешь с ним очередной идиотский запрет.
Он включает упомянутый режим.
Режим имеет всего три шага.
Шаг первый - «ты ничего не понимаешь, закон направлен только на ограничения злоупотребления».
Шаг второй - «ты ничего не понимаешь, факты злоупотребления законом не говорят о его ненужности».
Шаг третий - «ну, кто ж знал, что так выйдет...».
Этот режим идиота включается непроизвольно после облучения ящиком пропаганды, минуя сознание человека.
И если просмотром ящика злоупотреблять - человек навсегда теряет способность к хоть и периодическому, но выключению режима идиота.
И превращается, собственно...
Послать донат автору/рассказчику
В Институте исследований морских млекопитающих (Миссисипи) ученые решили научить дельфинов чистоте. Формула казалась безупречной: подбираешь мусор в бассейне, несешь тренеру — получаешь рыбу.
Но они не учли, что в бассейне жила дельфиниха по имени Келли — гений корпоративных уловок и пассивного дохода.
Келли быстро сообразила, что за любой обрывок бумаги — неважно, гигантский это лист или клочок — дают ровно одну рыбу. Вместо того чтобы честно сдавать найденную бумажку, она спрятала её под камень на дне. Когда приходило время перекуса, Келли отплывала к камню, аккуратно отрывала крошечный кусочек и шла «кассировать» награду. Один лист — десятки порций.
Когда в бассейн по неосторожности залетала чайка, Келли ловила её и сдавала руководству. За крупную птицу давали целое ведро рыбы. Келли оценила маржинальность бизнеса и изобрела инвестиционную стратегию: она перестала съедать всю рыбу, а использовала её как венчурный капитал. Келли выкладывала рыбешку на воду, терпеливо ждала чайку, ловила её и меняла на ведро рыбы.
Поняв, что схема работает, Келли обучила «стартапу» своего детеныша, а тот раздал франшизу остальным дельфинам. Вскоре весь бассейн превратился в эффективную мафиозную группировку по крышеванию и отлову местной пернатой фауны.
Ученые хотели научить дельфинов уборке, а в итоге случайно вырастили топ-менеджеров с идеальным пониманием оптимизации процессов и отложенного вознаграждения.
Но они не учли, что в бассейне жила дельфиниха по имени Келли — гений корпоративных уловок и пассивного дохода.
Келли быстро сообразила, что за любой обрывок бумаги — неважно, гигантский это лист или клочок — дают ровно одну рыбу. Вместо того чтобы честно сдавать найденную бумажку, она спрятала её под камень на дне. Когда приходило время перекуса, Келли отплывала к камню, аккуратно отрывала крошечный кусочек и шла «кассировать» награду. Один лист — десятки порций.
Когда в бассейн по неосторожности залетала чайка, Келли ловила её и сдавала руководству. За крупную птицу давали целое ведро рыбы. Келли оценила маржинальность бизнеса и изобрела инвестиционную стратегию: она перестала съедать всю рыбу, а использовала её как венчурный капитал. Келли выкладывала рыбешку на воду, терпеливо ждала чайку, ловила её и меняла на ведро рыбы.
Поняв, что схема работает, Келли обучила «стартапу» своего детеныша, а тот раздал франшизу остальным дельфинам. Вскоре весь бассейн превратился в эффективную мафиозную группировку по крышеванию и отлову местной пернатой фауны.
Ученые хотели научить дельфинов уборке, а в итоге случайно вырастили топ-менеджеров с идеальным пониманием оптимизации процессов и отложенного вознаграждения.
17 сентября 1859 — Джошуа Нортон провозгласил
себя «императором США» Нортоном I
17 сентября 1859 года Джошуа Абрахам Нортон пришёл
в редакции газет Сан-Франциско и раздал письма, в
которых провозглашал себя императором США. В тексте
он писал: «По категорическому требованию значительного
большинства граждан этих Соединённых Штатов я, Джошуа
Нортон декларирую и провозглашаю себя Императором этих
Соединённых Штатов, так как большинство жителей страны
сами этого хотят».
Редакция San Francisco Daily Evening Bulletin напечатала
это объявление — скорее в шутку. И вот так неожиданно
для самого Нортона и для всех остальных началось его
21-летнее «правление».
Сам Нортон родился в Лондоне, молодость провёл в Южной
Африке. В 1849 году он эмигрировал в Сан-Франциско,
получив наследство около 40 тысяч долларов.
В США он занимался бизнесом, но, вложив все деньги в
поставки перуанского риса, прогорел.
После долгих безрезультатных судебных тяжб по аннулированию
контракта Нортон объявил о банкротстве и на время исчез из
города. Когда он вернулся, многие сочли, что неудачи лишили
его рассудка. И тогда он и решил «исправить» политическую
систему США, став императором.
В роли «императора» Нортон с энтузиазмом издавал «указы» и
«декреты». В октябре 1859 года он издал указ об упразднении
Конгресса США, объясняя это тем, что в парламенте царят
коррупция и мошенничество. Естественно, Конгресс его проигно-
рировал. Позже он даже обращался к армии с требованием силой
распустить законодательный орган — конечно, безрезультатно.
Он объявлял о роспуске самих Соединённых Штатов, требовал
упразднить две главные политические партии (демократов и
республиканцев), пытался назначать губернаторов и «снижал»
налоги. Нортон выступал за строительство моста и туннеля
через залив Сан-Франциско. Многие тогда восприняли это как
блажь, но позже эти проекты реализовали.
Нортон отправлял послания иностранным лидерам, предлагал
создать международную организацию для разрешения конфликтов.
В 20 веке эти проекты также реализовали в виде Лиги наций
и ООН.
При этом жители Сан-Франциско не отвергли «императора», а
скорее приняли эту игру. Они с интересом следили за его
«указами», приветствовали его на улицах. Нортон даже получил
некоторые привилегии: ему разрешили выпускать собственные
деньги, которые местные бизнесмены охотно принимали и даже
обналичивали, а также бесплатно пользоваться городским
транспортом. У него была своеобразная «свита» — два пса
Буммер и Лазарус, которые сопровождали его во время прогулок
и тоже стали местными знаменитостями.
Позже, в 1866 году, Нортон добавил к своему титулу ещё и
звание «Протектор Мексики» — после того, как в страну
вторглись французы.
Нортон «правил» до самой смерти. Он умер 8 января 1880 года
прямо на улице. На его похороны пришло около 30 тысяч человек.
При нём обнаружили всего около 6 долларов и ворох телеграмм
и писем от якобы царственных особ.
История Нортона стала частью городского фольклора Сан-Франциско
и вдохновила многих писателей. Это прежде всего Марк Твен. Он
лично наблюдал за Нортоном, когда работал журналистом в
Сан-Франциско. Твен увидел в нём колоритный материал и
использовал как прототип для персонажа «Короля» в
«Приключениях Гекльберри Финна». У Роберта Льюиса Стивенсона
в романе «Потерпевшие кораблекрушение», Нортон появляется как
самостоятельный персонаж. Один из героев, Джим Пинкертон, говорит:
«Из всех наших посетителей мне больше всего нравился император
Нортон». Стивенсон включил его в текст романа, чтобы подчеркнуть
атмосферу Сан-Франциско того времени и показать, как город
«поощрял» эту безобидную иллюзию.
Почему эта история так цепляет писателей и их читателей соответственно?
В ней есть идеальный коктейль: реальный человек с явными психическими
особенностями, который при этом стал городской легендой, а общество не
отвергло его, а в какой-то мере даже поддержало его иллюзию. Это даёт
людям простор для размышлений о природе безумия, социальной терпимости,
человеческой доброте и потребности в смысле жизни.
себя «императором США» Нортоном I
17 сентября 1859 года Джошуа Абрахам Нортон пришёл
в редакции газет Сан-Франциско и раздал письма, в
которых провозглашал себя императором США. В тексте
он писал: «По категорическому требованию значительного
большинства граждан этих Соединённых Штатов я, Джошуа
Нортон декларирую и провозглашаю себя Императором этих
Соединённых Штатов, так как большинство жителей страны
сами этого хотят».
Редакция San Francisco Daily Evening Bulletin напечатала
это объявление — скорее в шутку. И вот так неожиданно
для самого Нортона и для всех остальных началось его
21-летнее «правление».
Сам Нортон родился в Лондоне, молодость провёл в Южной
Африке. В 1849 году он эмигрировал в Сан-Франциско,
получив наследство около 40 тысяч долларов.
В США он занимался бизнесом, но, вложив все деньги в
поставки перуанского риса, прогорел.
После долгих безрезультатных судебных тяжб по аннулированию
контракта Нортон объявил о банкротстве и на время исчез из
города. Когда он вернулся, многие сочли, что неудачи лишили
его рассудка. И тогда он и решил «исправить» политическую
систему США, став императором.
В роли «императора» Нортон с энтузиазмом издавал «указы» и
«декреты». В октябре 1859 года он издал указ об упразднении
Конгресса США, объясняя это тем, что в парламенте царят
коррупция и мошенничество. Естественно, Конгресс его проигно-
рировал. Позже он даже обращался к армии с требованием силой
распустить законодательный орган — конечно, безрезультатно.
Он объявлял о роспуске самих Соединённых Штатов, требовал
упразднить две главные политические партии (демократов и
республиканцев), пытался назначать губернаторов и «снижал»
налоги. Нортон выступал за строительство моста и туннеля
через залив Сан-Франциско. Многие тогда восприняли это как
блажь, но позже эти проекты реализовали.
Нортон отправлял послания иностранным лидерам, предлагал
создать международную организацию для разрешения конфликтов.
В 20 веке эти проекты также реализовали в виде Лиги наций
и ООН.
При этом жители Сан-Франциско не отвергли «императора», а
скорее приняли эту игру. Они с интересом следили за его
«указами», приветствовали его на улицах. Нортон даже получил
некоторые привилегии: ему разрешили выпускать собственные
деньги, которые местные бизнесмены охотно принимали и даже
обналичивали, а также бесплатно пользоваться городским
транспортом. У него была своеобразная «свита» — два пса
Буммер и Лазарус, которые сопровождали его во время прогулок
и тоже стали местными знаменитостями.
Позже, в 1866 году, Нортон добавил к своему титулу ещё и
звание «Протектор Мексики» — после того, как в страну
вторглись французы.
Нортон «правил» до самой смерти. Он умер 8 января 1880 года
прямо на улице. На его похороны пришло около 30 тысяч человек.
При нём обнаружили всего около 6 долларов и ворох телеграмм
и писем от якобы царственных особ.
История Нортона стала частью городского фольклора Сан-Франциско
и вдохновила многих писателей. Это прежде всего Марк Твен. Он
лично наблюдал за Нортоном, когда работал журналистом в
Сан-Франциско. Твен увидел в нём колоритный материал и
использовал как прототип для персонажа «Короля» в
«Приключениях Гекльберри Финна». У Роберта Льюиса Стивенсона
в романе «Потерпевшие кораблекрушение», Нортон появляется как
самостоятельный персонаж. Один из героев, Джим Пинкертон, говорит:
«Из всех наших посетителей мне больше всего нравился император
Нортон». Стивенсон включил его в текст романа, чтобы подчеркнуть
атмосферу Сан-Франциско того времени и показать, как город
«поощрял» эту безобидную иллюзию.
Почему эта история так цепляет писателей и их читателей соответственно?
В ней есть идеальный коктейль: реальный человек с явными психическими
особенностями, который при этом стал городской легендой, а общество не
отвергло его, а в какой-то мере даже поддержало его иллюзию. Это даёт
людям простор для размышлений о природе безумия, социальной терпимости,
человеческой доброте и потребности в смысле жизни.
ГЕРОЙ БЕЗ ЗВАНИЯ: ШАВАРШ КАРАПЕТЯН И ЭПОХА, КОТОРАЯ НЕ ЛЮБИЛА ГОВОРИТЬ СПАСИБО
Евгений ДОДОЛЕВ, журналист
Полвека его подвигу, о котором никто не узнал бы, если бы не мой коллега, журналист «Комсомолки».
Советский спортсмен в дисциплине «подводное плавание», одиннадцатикратный рекордсмен мира, тринадцатикратный чемпион Европы, пятнадцатикратный обладатель Кубка СССР, семикратный чемпион СССР, заслуженный мастер спорта СССР Шаварш Карапетян. Его история — это не просто рассказ о спасённых жизнях, это зеркало целой эпохи.
16 сентября 1976 года Шаварш совершал утреннюю пробежку с братом Камо (также входившим в сборную СССР по подводному плаванию) вдоль Ереванского водохранилища. Всплеск! Троллейбус с пассажирами рухнул в воду. Он рассказывал: «Я тогда не думал, как быть, а сразу прыгнул. Вода была градусов 12—13, а это температура, неприемлемая для изношенного тела, которое с 25 кг на спине пробежало 21 км. Но об этом я тоже не думал. Нырнул к троллейбусу. Сконцентрировался, сжался и ногами разбил стекло. Поранился, но боли не чувствовал. Не помню, сколько раз нырял...»
В интервью телеканалу «МИР» десять лет назад (в 2016-м) Карапетян рассказал, что всё это время не может простить себе одну ошибку: «Я дошёл до глубины, откуда должен был взять человека. В состоянии полупотери сознания схватил что-то — и вышел на поверхность. Подушка от кресла… Для спортсмена такого класса потерять сознание — это критически. До сих пор анализирую свои потери — это одна жизнь моей вины».
Это была работа на пределе человеческих возможностей. Каждое погружение — бой с холодом, с течением, с темнотой… Но он продолжал и продолжал... Пока хватало сил.
В интервью Шаварш Владимирович рассказывал, что сначала стали прорываться матерные слова, потом — слова на армянском: «Милиционера, полковника, я матом! Это когда дурацкие вещи сделали, а потом мы потеряли минуты».
Сергей Лесков, первым написавший о подвиге Карапетяна, вспоминал: «Это было году в 1983-м. Я познакомился с тренером Карапетяна. Он мне и рассказал о подвиге Шаварша. После вышедшей небольшой заметки редактор командировал меня в Ереван — писать развёрнутый материал. Надо заметить, что в СССР была практика замалчивания больших катастроф. Официально никто ничего не говорил, поэтому информацию пришлось собирать по крупицам, ходя по домам и беседуя с очевидцами. Сам Шаварш тоже оказался не очень разговорчивым молодым человеком. Но я до сих пор помню имена его замечательных родителей — Владимир и Асмик. Думаю, именно их заслуга, что они вырастили таких великолепных детей — Шаварша и его братьев. А после выхода статьи Шаварш стал национальным героем — бесспорно, заслуженно».
Карапетян выжил, но его спортивная карьера фактически закончилась. Рекорды, чемпионаты, медали — всё осталось в прошлом.
Герои никогда не говорят о своих подвигах как о чём-то особенном: «Я оказался рядом». И это, пожалуй, главный маркер настоящего героизма — когда ты не считаешь себя героем, а просто делаешь то, что должен. Потому что не можешь пройти мимо. И Шаварш Карапетян — человек, который в 1976 году нырнул в ледяную воду и спас 20 человек, в 1974-м предотвратил падение автобуса и, наконец, 15 февраля 1985 года, оказавшись в центре пылающего Еревана, потушил пожар, — этот человек, как никто другой, иллюстрирует эту истину.
Его называют героем, примером, символом мужества. Но звание Героя Советского Союза Карапетяну так и не присвоили. И если вчитаться в детали его свершений, становится ясно: это не просто история о спасённых людях. Это история о времени, которое требовало от своих граждан невозможного и не всегда было готово сказать за это спасибо.
История Шаварша — это история о том, как в СССР относились к подвигам и к тем, кто их совершал. С одной стороны, общество ценило силу, выносливость, готовность к самопожертвованию — всё то, что олицетворял собой Карапетян. С другой — оно не было готово признавать, что за каждым таким поступком стоит огромная личная цена: здоровье, карьера, иногда сама жизнь. Ну а с третьей — наша культура требует от нас бескорыстия. Она ждёт, чтобы всё хорошее, что мы делаем другим, мы делали не за спасибо или публичное признание, а потому что считаем это должным. То есть просто делаем мир таким, каким хотели бы его видеть.
Евгений ДОДОЛЕВ, журналист
Полвека его подвигу, о котором никто не узнал бы, если бы не мой коллега, журналист «Комсомолки».
Советский спортсмен в дисциплине «подводное плавание», одиннадцатикратный рекордсмен мира, тринадцатикратный чемпион Европы, пятнадцатикратный обладатель Кубка СССР, семикратный чемпион СССР, заслуженный мастер спорта СССР Шаварш Карапетян. Его история — это не просто рассказ о спасённых жизнях, это зеркало целой эпохи.
16 сентября 1976 года Шаварш совершал утреннюю пробежку с братом Камо (также входившим в сборную СССР по подводному плаванию) вдоль Ереванского водохранилища. Всплеск! Троллейбус с пассажирами рухнул в воду. Он рассказывал: «Я тогда не думал, как быть, а сразу прыгнул. Вода была градусов 12—13, а это температура, неприемлемая для изношенного тела, которое с 25 кг на спине пробежало 21 км. Но об этом я тоже не думал. Нырнул к троллейбусу. Сконцентрировался, сжался и ногами разбил стекло. Поранился, но боли не чувствовал. Не помню, сколько раз нырял...»
В интервью телеканалу «МИР» десять лет назад (в 2016-м) Карапетян рассказал, что всё это время не может простить себе одну ошибку: «Я дошёл до глубины, откуда должен был взять человека. В состоянии полупотери сознания схватил что-то — и вышел на поверхность. Подушка от кресла… Для спортсмена такого класса потерять сознание — это критически. До сих пор анализирую свои потери — это одна жизнь моей вины».
Это была работа на пределе человеческих возможностей. Каждое погружение — бой с холодом, с течением, с темнотой… Но он продолжал и продолжал... Пока хватало сил.
В интервью Шаварш Владимирович рассказывал, что сначала стали прорываться матерные слова, потом — слова на армянском: «Милиционера, полковника, я матом! Это когда дурацкие вещи сделали, а потом мы потеряли минуты».
Сергей Лесков, первым написавший о подвиге Карапетяна, вспоминал: «Это было году в 1983-м. Я познакомился с тренером Карапетяна. Он мне и рассказал о подвиге Шаварша. После вышедшей небольшой заметки редактор командировал меня в Ереван — писать развёрнутый материал. Надо заметить, что в СССР была практика замалчивания больших катастроф. Официально никто ничего не говорил, поэтому информацию пришлось собирать по крупицам, ходя по домам и беседуя с очевидцами. Сам Шаварш тоже оказался не очень разговорчивым молодым человеком. Но я до сих пор помню имена его замечательных родителей — Владимир и Асмик. Думаю, именно их заслуга, что они вырастили таких великолепных детей — Шаварша и его братьев. А после выхода статьи Шаварш стал национальным героем — бесспорно, заслуженно».
Карапетян выжил, но его спортивная карьера фактически закончилась. Рекорды, чемпионаты, медали — всё осталось в прошлом.
Герои никогда не говорят о своих подвигах как о чём-то особенном: «Я оказался рядом». И это, пожалуй, главный маркер настоящего героизма — когда ты не считаешь себя героем, а просто делаешь то, что должен. Потому что не можешь пройти мимо. И Шаварш Карапетян — человек, который в 1976 году нырнул в ледяную воду и спас 20 человек, в 1974-м предотвратил падение автобуса и, наконец, 15 февраля 1985 года, оказавшись в центре пылающего Еревана, потушил пожар, — этот человек, как никто другой, иллюстрирует эту истину.
Его называют героем, примером, символом мужества. Но звание Героя Советского Союза Карапетяну так и не присвоили. И если вчитаться в детали его свершений, становится ясно: это не просто история о спасённых людях. Это история о времени, которое требовало от своих граждан невозможного и не всегда было готово сказать за это спасибо.
История Шаварша — это история о том, как в СССР относились к подвигам и к тем, кто их совершал. С одной стороны, общество ценило силу, выносливость, готовность к самопожертвованию — всё то, что олицетворял собой Карапетян. С другой — оно не было готово признавать, что за каждым таким поступком стоит огромная личная цена: здоровье, карьера, иногда сама жизнь. Ну а с третьей — наша культура требует от нас бескорыстия. Она ждёт, чтобы всё хорошее, что мы делаем другим, мы делали не за спасибо или публичное признание, а потому что считаем это должным. То есть просто делаем мир таким, каким хотели бы его видеть.
В 1958 году журнал "Лайф" задумал сравнить двух школьников из США и СССР.
Космическая гонка в самом разгаре. Страна, которая только оправилась от последствий Войны, полным ходом опережает благополучные Штаты, первой запускает искусственный спутник в космос!
Найти секрет успеха решили в системе образования.
Штаты представлял Стивен Лапекасу из Чикаго. Советский Союз – Алеша Куцков из московской школы №49. Обоим по 16 лет. Они абсолютно не похожи друг на друга. Стивен — румяный тинейджер. Алексей — серьёзен, только отрастил свои первые усы.
Решено было проводить наблюдения на протяжении месяца.
"Я до сих пор не знаю, почему выбор пал именно на меня, - рассказывал Алексей - Директор школы, Мария Скворцова объяснила — американцы хотят понять, как живут и учатся советские школьники. Акцента, что мне надо представлять страну, она не делала, но попросила постараться."
О существовании друг друга и что их будут сравнивать, мальчики не знали до выпуска журнала. Журналисты попросили их жить своей жизнью, и целый месяц везде сопровождали ребят.
Корреспонденты, один в Москве, другой в Чикаго, каждый день анализировали, как учатся и что делают по вечерам старшеклассники, и потом выпустили «двойной репортаж».
Алексей рассказывал, что вместе с журналистами на уроках сидел и переводчик, но дома у Куцковых им побывать не удалось.
Леша не дал согласия на это из-за болеющего дедушки. Но они были на его тренировках по волейболу, в музеях, на школьных вечеринках и собраниях.
По результате была напечатана объемная статья с развернутым фотоотчетом.
В ней говорилось, что советский школьник гораздо более образован, чем американский. Перечень дисциплин в советской школе был намного больше и особое внимание уделялось естественным наукам. На уроках химии и физики школьники постоянно проводили опыты.
Американские ученые оценили подкованность Алексея в литературе. За месяц Стивен прочитал «Приключения Робинзона Крузо», а Алексей – Уильяма Шекспира и роман Бернарда Шоу.
Единственный предмет, с которым у советского школьника возникли сложности, - это история.
Но американцы признали, что в послевоенные годы процесс изучения истории был затруднен.
Это было естественно.
Различались подходы юношей к процессу учебы. Стивен учился, потому что так было надо. А Алексей старался, уделял занятиям больше времени, чтобы поступить в институт.
Самое главное – у советского образованного человека, было больше возможностей войти в интеллектуальную элиту. Это достигалось не деньгами, а знаниями, целеустремленностью и трудом.
Журналисты сделали вывод, что школьник из СССР обошел ровесника из США на 2 года по уровню образования.
Этот вывод так сильно шокировал американскую общественность, что там серьезно задумались о реформах в образовании.
После школы Стивен окончил Университет Иллинойса, стал пилотом. Дважды женат, дважды разведен, двое детей. С журналистами после той статьи общался лишь однажды.
"Та статья была нелестной, мягко говоря, - рассказывал Стивен 40 лет спустя. Инцидент с "Лайфом" отбил у него охоту общаться с журналистами на всю жизнь. - Они сделали из меня какого-то придурка, который все свое время проводит на танцульках."
Алексей окончил Московский авиатехнический институт, дослужился до замдиректора Норильских авиалиний, работал в Межгосударственном авиационном комитете, занимался расследованиями авиационных происшествий.
В личной жизни тоже все сложилось.
Как итог, та самая статья, о сравнении двух школьников, стала переломным моментом: в США начались реформы. Власти изменили школьную и вузовскую программы, подняли зарплаты преподавателям, выделили стипендии лучшим ученикам и смогли вывести образование на новый уровень.
То есть, переняли преимущества советской школьной системы…
Инет
Космическая гонка в самом разгаре. Страна, которая только оправилась от последствий Войны, полным ходом опережает благополучные Штаты, первой запускает искусственный спутник в космос!
Найти секрет успеха решили в системе образования.
Штаты представлял Стивен Лапекасу из Чикаго. Советский Союз – Алеша Куцков из московской школы №49. Обоим по 16 лет. Они абсолютно не похожи друг на друга. Стивен — румяный тинейджер. Алексей — серьёзен, только отрастил свои первые усы.
Решено было проводить наблюдения на протяжении месяца.
"Я до сих пор не знаю, почему выбор пал именно на меня, - рассказывал Алексей - Директор школы, Мария Скворцова объяснила — американцы хотят понять, как живут и учатся советские школьники. Акцента, что мне надо представлять страну, она не делала, но попросила постараться."
О существовании друг друга и что их будут сравнивать, мальчики не знали до выпуска журнала. Журналисты попросили их жить своей жизнью, и целый месяц везде сопровождали ребят.
Корреспонденты, один в Москве, другой в Чикаго, каждый день анализировали, как учатся и что делают по вечерам старшеклассники, и потом выпустили «двойной репортаж».
Алексей рассказывал, что вместе с журналистами на уроках сидел и переводчик, но дома у Куцковых им побывать не удалось.
Леша не дал согласия на это из-за болеющего дедушки. Но они были на его тренировках по волейболу, в музеях, на школьных вечеринках и собраниях.
По результате была напечатана объемная статья с развернутым фотоотчетом.
В ней говорилось, что советский школьник гораздо более образован, чем американский. Перечень дисциплин в советской школе был намного больше и особое внимание уделялось естественным наукам. На уроках химии и физики школьники постоянно проводили опыты.
Американские ученые оценили подкованность Алексея в литературе. За месяц Стивен прочитал «Приключения Робинзона Крузо», а Алексей – Уильяма Шекспира и роман Бернарда Шоу.
Единственный предмет, с которым у советского школьника возникли сложности, - это история.
Но американцы признали, что в послевоенные годы процесс изучения истории был затруднен.
Это было естественно.
Различались подходы юношей к процессу учебы. Стивен учился, потому что так было надо. А Алексей старался, уделял занятиям больше времени, чтобы поступить в институт.
Самое главное – у советского образованного человека, было больше возможностей войти в интеллектуальную элиту. Это достигалось не деньгами, а знаниями, целеустремленностью и трудом.
Журналисты сделали вывод, что школьник из СССР обошел ровесника из США на 2 года по уровню образования.
Этот вывод так сильно шокировал американскую общественность, что там серьезно задумались о реформах в образовании.
После школы Стивен окончил Университет Иллинойса, стал пилотом. Дважды женат, дважды разведен, двое детей. С журналистами после той статьи общался лишь однажды.
"Та статья была нелестной, мягко говоря, - рассказывал Стивен 40 лет спустя. Инцидент с "Лайфом" отбил у него охоту общаться с журналистами на всю жизнь. - Они сделали из меня какого-то придурка, который все свое время проводит на танцульках."
Алексей окончил Московский авиатехнический институт, дослужился до замдиректора Норильских авиалиний, работал в Межгосударственном авиационном комитете, занимался расследованиями авиационных происшествий.
В личной жизни тоже все сложилось.
Как итог, та самая статья, о сравнении двух школьников, стала переломным моментом: в США начались реформы. Власти изменили школьную и вузовскую программы, подняли зарплаты преподавателям, выделили стипендии лучшим ученикам и смогли вывести образование на новый уровень.
То есть, переняли преимущества советской школьной системы…
Инет
В далеком 1985 году я работал директором объединения
по ремонту и изготовлению мебели под названием:
"Смоленскоблмебельбыт".
На улице Октябрьской революции располагался наш выставочный зал с вывеской на фасаде:
"САЛОН МЕБЕЛИ".
А шестого августа того года по Смоленску пронесся жестокий смерч с ливнем и грозой вперемешку.
Через пару дней после этого стихийного бедствия мне позвонили из областного управления
бытового обслуживания населения (УБОН), в чьем ведении находилось объединение,
и попросили сообщить какие повреждения получили здания и наружная реклама на них.
По правде сказать, никакого ущерба моим объектам этот смерч не причинил, но я в шутку
сказал:
"На рекламе из названия салона исчезли две буквы: первая "М" и четвертая "Е".
Но в УБОНе видимо не поняли моего юмора и никоим образом не отреагировали на него.
А вы сумеете прочесть эту "рекламу" без названных букв?
--------------------
Спасибо за внимание.
С уважением, инженер-пенсионер
из древнего Смоленска
Вячеслав Дмитриевич
Email:
estasico1948@gmail.com
по ремонту и изготовлению мебели под названием:
"Смоленскоблмебельбыт".
На улице Октябрьской революции располагался наш выставочный зал с вывеской на фасаде:
"САЛОН МЕБЕЛИ".
А шестого августа того года по Смоленску пронесся жестокий смерч с ливнем и грозой вперемешку.
Через пару дней после этого стихийного бедствия мне позвонили из областного управления
бытового обслуживания населения (УБОН), в чьем ведении находилось объединение,
и попросили сообщить какие повреждения получили здания и наружная реклама на них.
По правде сказать, никакого ущерба моим объектам этот смерч не причинил, но я в шутку
сказал:
"На рекламе из названия салона исчезли две буквы: первая "М" и четвертая "Е".
Но в УБОНе видимо не поняли моего юмора и никоим образом не отреагировали на него.
А вы сумеете прочесть эту "рекламу" без названных букв?
--------------------
Спасибо за внимание.
С уважением, инженер-пенсионер
из древнего Смоленска
Вячеслав Дмитриевич
Email:
estasico1948@gmail.com
Честно мною украдено. Интеллигент сопротивлялся, но был хилым..
*********
Проплывая на лодке мимо уездного городка N, заметил в камышах мужика с удочкой.
-Приветствую любезнейший! - вежливо поздоровался я, -А щуки-то в здешних местах водятся?
-Грыбы - ответствовал мужик.
-Какие грибы? Опята или же трюфеля какие? - блеснул я интеллектом.
-Грыбы нах отседова - мрачно повторил мужик и плюнул на цветок кувшинки.
Я погрёб, оставив сей недружелюбный городок N за кормой. Смеркалося..
Конец
*********
Проплывая на лодке мимо уездного городка N, заметил в камышах мужика с удочкой.
-Приветствую любезнейший! - вежливо поздоровался я, -А щуки-то в здешних местах водятся?
-Грыбы - ответствовал мужик.
-Какие грибы? Опята или же трюфеля какие? - блеснул я интеллектом.
-Грыбы нах отседова - мрачно повторил мужик и плюнул на цветок кувшинки.
Я погрёб, оставив сей недружелюбный городок N за кормой. Смеркалося..
Конец
Про публичные выступления у меня любимая история – как лектор в израильском ВУЗе, новый репатриант, перевёл пословицу про двух зайцев одним выстрелом. Но перепутал "арнавим" с "аравим".
Арнавим - заяц. Аравим - араб.
Часть публики была в шоке, русскоязычные рыдали под столами. Лектор в ужасе стал подпрыгивать и изображать заячьи уши руками: пытался объяснить жестами, что имел в виду. Забыл слово "арнавим". Один из арабов подсказал: "Циборим!" На самом деле "циПорим" - птицы, с арабским акцентом. Это он пытался объяснить лектору, что на иврите в таких случаях говорят про птиц, а не про зайцев.
На иврите: "убить двух птиц одним камнем."
Инна Соколовская
Арнавим - заяц. Аравим - араб.
Часть публики была в шоке, русскоязычные рыдали под столами. Лектор в ужасе стал подпрыгивать и изображать заячьи уши руками: пытался объяснить жестами, что имел в виду. Забыл слово "арнавим". Один из арабов подсказал: "Циборим!" На самом деле "циПорим" - птицы, с арабским акцентом. Это он пытался объяснить лектору, что на иврите в таких случаях говорят про птиц, а не про зайцев.
На иврите: "убить двух птиц одним камнем."
Инна Соколовская
«Практически все истории про то, как плохо заграницей, - это истории от людей без денег, без приличной работы и без особых талантов.
Каждый раз:
– Нью-Йорк – помойка! Я поняла это, живя в самом дешёвом районе Бронкса.
– В Израиле нет медицины! Мне с моей бесплатной страховкой пришлось ждать.
- В Париже нет возможности пользоваться такси! А вот у меня в Ростове, помню поездки по 200 рублей...
- Стамбул некрасивый город! Да, я жил в 100 км от центра и мне не понравилось.
- В Италии невкусная еда! Был там пару раз в Макдональдсе и один раз в привокзальной закусочной.
- Ой, тут в ЕС так сложно открыть счёт без паспорта!
Эти люди сравнивают свою нынешнюю жизнь со своей жизнью в Москве или Питере. А надо бы с жизнью мигрантов в этих городах.
И попробовали бы они открыть счет без паспорта в Москве, например.
А жизнь на чужбине, конечно, непростая, спору нет»
Каждый раз:
– Нью-Йорк – помойка! Я поняла это, живя в самом дешёвом районе Бронкса.
– В Израиле нет медицины! Мне с моей бесплатной страховкой пришлось ждать.
- В Париже нет возможности пользоваться такси! А вот у меня в Ростове, помню поездки по 200 рублей...
- Стамбул некрасивый город! Да, я жил в 100 км от центра и мне не понравилось.
- В Италии невкусная еда! Был там пару раз в Макдональдсе и один раз в привокзальной закусочной.
- Ой, тут в ЕС так сложно открыть счёт без паспорта!
Эти люди сравнивают свою нынешнюю жизнь со своей жизнью в Москве или Питере. А надо бы с жизнью мигрантов в этих городах.
И попробовали бы они открыть счет без паспорта в Москве, например.
А жизнь на чужбине, конечно, непростая, спору нет»
Послать донат автору/рассказчику
- Это что? – святой Петр с изумлением посмотрел на мятую бумажку, которую протянул благообразный старичок. – Опять небось справка о праведности из РПЦ? Ну не действуют у нас кирюхины грамоты, устал я говорить. Устал.
- Да ну, какие справки. Я тут просто набросал, пока летел. Чтоб время не терять.
- Что набросали?
- Гимн.
- Акафист? Или что?
- Гимн. Гимн Царствия небесного.
Петр надел на нос потертые очки и начал читать с середины:
«Гордись, обитатель небесного рая,
Теперь ты спасен, и прославлен в веках.
Одна ты на небе, одна ты такая,
Хранимая богом страна в облаках!
Славься Спаситель наш и Богородица,
Славься седой охранитель ключей!
Партия праведных к небу возносится
В ясном сиянии светлых лучей».
- А вы, собственно, кто? – спросил изумленный Петр.
- Вы что, не узнали?
- А, ну да, так вам и не сюда, собственно, - пробормотал Петр, нащупывая под столом кнопку сброса.
Почувстовав, как облако уходит из под ног и увидев внизу разверстую багровую пропасть, старичок вздохнул, достал из кармана блокнот, и начал торопливо записывать:
«Сквозь дыры в земле ад сияет нам ярко,
И дьявол великий нам путь озарил!
Министр и премьер, хлебороб и доярка, -
Здесь хватит на всех сковородок и вил.
Славься подземное наше узилище…»
Иван Давыдов,
«Смерть гимнософиста»
- Да ну, какие справки. Я тут просто набросал, пока летел. Чтоб время не терять.
- Что набросали?
- Гимн.
- Акафист? Или что?
- Гимн. Гимн Царствия небесного.
Петр надел на нос потертые очки и начал читать с середины:
«Гордись, обитатель небесного рая,
Теперь ты спасен, и прославлен в веках.
Одна ты на небе, одна ты такая,
Хранимая богом страна в облаках!
Славься Спаситель наш и Богородица,
Славься седой охранитель ключей!
Партия праведных к небу возносится
В ясном сиянии светлых лучей».
- А вы, собственно, кто? – спросил изумленный Петр.
- Вы что, не узнали?
- А, ну да, так вам и не сюда, собственно, - пробормотал Петр, нащупывая под столом кнопку сброса.
Почувстовав, как облако уходит из под ног и увидев внизу разверстую багровую пропасть, старичок вздохнул, достал из кармана блокнот, и начал торопливо записывать:
«Сквозь дыры в земле ад сияет нам ярко,
И дьявол великий нам путь озарил!
Министр и премьер, хлебороб и доярка, -
Здесь хватит на всех сковородок и вил.
Славься подземное наше узилище…»
Иван Давыдов,
«Смерть гимнософиста»
Послать донат автору/рассказчику
как Великий Гетсби стал великой американской классикой
1925 год. Скотт Фицджеральд публикует свой роман и ждет триумфа. А получает... сдержанную реакцию критиков и жалкие 20-40 тысяч проданных экземпляров. Читатели прошли мимо. Когда Фицджеральд умер в 1940 году, он был искренне убежден, что вскоре все его забудут. И, казалось, так оно и есть - "Гетсби" тихо пылился на складах, доживая свой век.
А потом случилось чудо, которое сам Фицджеральд не мог бы вообразить.
Начало 2-й мировой, в Нью-Йорке собралась компания издателей, редакторов, библиотекарей и производители бумаги. Они назвались «Совет по книгам военного времени» и озвучили цель: дать каждому американскому солдату по книге. Потому что книги - это же тоже оружие, только против скуки и уныния. Да и бизнес надо двигать
И вот тут начинается самое интересное. «Великого Гэтсби» включили в программу вовсе не за художественную ценность. О, нет! Причины были до смешного приземленными:
Нужно было заткнуть дыру. Список «легкого чтива» для бойцов внезапно закончился, а под рукой не оказалось ничего подходящего - пришлось рыться в запасниках.
К началу 1940-х никто не хотел покупать «Гэтсби». Остатки второго тиража мертвым грузом лежали на складах издательства Scribner's. Включив роман в программу, Совет убил двух зайцев: и солдат обеспечил чтивом, и склад подчистил.
Роман оказался идеально коротким, чтобы сунуть маленькая книжечку в карман военной формы или положить за пазуху
Ещё 155 000 экземпляров, специально отпечатанных для армии, разлетелись по всему миру. Солдаты читали историю о Гэтсби в Европе, в Африке, на Тихом океане. Они зачитывали книгу до дыр, передавали друг другу и писали домой: «Вы только почитайте, что делается!» Так роман, который никто не хотел покупать, превратился в народный хит.
А дальше - как снежный ком. В 1950-х годах, когда ветераны вернулись домой и стали учителями, они включили «Великого Гэтсби» в школьную программу США. И вот тогда-то роман официально объявили шедевром, величайшей американской классикой.
1925 год. Скотт Фицджеральд публикует свой роман и ждет триумфа. А получает... сдержанную реакцию критиков и жалкие 20-40 тысяч проданных экземпляров. Читатели прошли мимо. Когда Фицджеральд умер в 1940 году, он был искренне убежден, что вскоре все его забудут. И, казалось, так оно и есть - "Гетсби" тихо пылился на складах, доживая свой век.
А потом случилось чудо, которое сам Фицджеральд не мог бы вообразить.
Начало 2-й мировой, в Нью-Йорке собралась компания издателей, редакторов, библиотекарей и производители бумаги. Они назвались «Совет по книгам военного времени» и озвучили цель: дать каждому американскому солдату по книге. Потому что книги - это же тоже оружие, только против скуки и уныния. Да и бизнес надо двигать
И вот тут начинается самое интересное. «Великого Гэтсби» включили в программу вовсе не за художественную ценность. О, нет! Причины были до смешного приземленными:
Нужно было заткнуть дыру. Список «легкого чтива» для бойцов внезапно закончился, а под рукой не оказалось ничего подходящего - пришлось рыться в запасниках.
К началу 1940-х никто не хотел покупать «Гэтсби». Остатки второго тиража мертвым грузом лежали на складах издательства Scribner's. Включив роман в программу, Совет убил двух зайцев: и солдат обеспечил чтивом, и склад подчистил.
Роман оказался идеально коротким, чтобы сунуть маленькая книжечку в карман военной формы или положить за пазуху
Ещё 155 000 экземпляров, специально отпечатанных для армии, разлетелись по всему миру. Солдаты читали историю о Гэтсби в Европе, в Африке, на Тихом океане. Они зачитывали книгу до дыр, передавали друг другу и писали домой: «Вы только почитайте, что делается!» Так роман, который никто не хотел покупать, превратился в народный хит.
А дальше - как снежный ком. В 1950-х годах, когда ветераны вернулись домой и стали учителями, они включили «Великого Гэтсби» в школьную программу США. И вот тогда-то роман официально объявили шедевром, величайшей американской классикой.
У театральной звезды спросили:
- Что для актёра самое главное на сцене?
- Главное на сцене – это чтобы ширинка была застёгнута.
- Что для актёра самое главное на сцене?
- Главное на сцене – это чтобы ширинка была застёгнута.
2008 год, Дима Агарков получает спам с предложением кредитки.
Обычно такое выкидывают, но он решил поугарать.
Сканирует анкету, открывает фотошоп и меняет мелкий шрифт.
Тот самый, который никто не читает.
Прописывает свои условия, что ставка 0%, лимит - безлимитный и комиссии нет.
И главное, он добавляет штрафы для банка.
Если они меняют условия, то штраф 3 миллиона.
Если расторгают договор - 6 миллионов, отправляет обратно
Ребята в банке на автомате ставят печать и договор заключен. Дима 2 года пользуется картой, проценты не платит.
Банк подает в суд и требует 45 тысяч долга. А тут начинается самое интересное.
Дима достает договор с их печатью и говорит, читайте, что подписали.
У меня 0% ставка, а за суд вы мне должны 24 миллиона.
Суд признал договор валидным.
В итоге банк простил долг,а Дима забрал иск...
Показал системе, каково это, когда не читают мелкий шрифт
Обычно такое выкидывают, но он решил поугарать.
Сканирует анкету, открывает фотошоп и меняет мелкий шрифт.
Тот самый, который никто не читает.
Прописывает свои условия, что ставка 0%, лимит - безлимитный и комиссии нет.
И главное, он добавляет штрафы для банка.
Если они меняют условия, то штраф 3 миллиона.
Если расторгают договор - 6 миллионов, отправляет обратно
Ребята в банке на автомате ставят печать и договор заключен. Дима 2 года пользуется картой, проценты не платит.
Банк подает в суд и требует 45 тысяч долга. А тут начинается самое интересное.
Дима достает договор с их печатью и говорит, читайте, что подписали.
У меня 0% ставка, а за суд вы мне должны 24 миллиона.
Суд признал договор валидным.
В итоге банк простил долг,а Дима забрал иск...
Показал системе, каково это, когда не читают мелкий шрифт
Японец увидел это на заводах СССР и отказался от сделки на миллионы: как Sony закрыли нам дверь
Советский Союз умел принимать нужных гостей. Правительственная машина у трапа, переводчики с безупречным японским, двери закрытых предприятий распахнуты настежь. Всё это – ради одного человека, чья компания к тому моменту уже переписала представления мира о том, каким должен быть потребительский электронный прибор.
Акио Морита прилетел. Посмотрел. И уехал ни с чем. Точнее, с очень многим – только не с тем, на что рассчитывала советская сторона.
Контекст: зачем Москве понадобился японец
Семидесятые годы стали для советской электронной промышленности временем неудобных вопросов. Японские транзисторные приёмники умещались в кармане пиджака. Американские цветные телевизоры давали картинку, от которой перехватывало дыхание. Sony в это время выпускала Trinitron – кинескоп с принципиально иной геометрией экрана, без искажений по краям, с такой насыщенностью цвета, что конкуренты первые годы просто смотрели и молчали.
Советские инженеры были образованными людьми. Они понимали: разрыв есть, он измерим и он растёт. Госкомитет по науке и технике курировал переговоры с зарубежными компаниями. Джермен Гвишиани, зять Косыгина и человек с хорошим пониманием западного делового мира, лично занялся визитом Мориты.
Расчёт был прагматичным: показать лучшее, произвести впечатление, получить технологии. Схема уже работала с итальянцами – Fiat передал документацию, на её основе запустили ВАЗ. Почему бы не повторить с японцами?
Пирожки как диагноз системы
Перед отъездом знакомые засыпали чету Морита советами, характерными для того времени: везите питьевую воду, берите туалетную бумагу, запаситесь полотенцами. Они ожидали бытового ада. Вместо этого их поселили в правительственную гостиницу, где не было недостатка ни в чём.
Советский Союз умел создавать параллельную реальность для тех, кому это считалось нужным.
Разрыв между этой реальностью и настоящей страной обнаружил себя случайно. Супруга Мориты, прогуливаясь по Москве, остановилась у лотка с пирожками. Горячие, с мясом, с капустой. Захотела попробовать.
Сопровождающая переводчица впала в замешательство. Пирожки – еда для рабочих. Иностранным гостям такого уровня не положено стоять в очереди к уличному лотку. Последовали звонки, согласования. В итоге разрешили.
Морита наблюдал за этой сценой молча. Страна, где поход к пирожковому лотку требует согласования с начальством, рассказывала о себе больше, чем любая официальная экскурсия.
Что увидел человек, построивший культ качества
Гвишиани возил гостей по флагманским предприятиям Москвы и Ленинграда. Отбор был, очевидно, тщательным. Показывали лучшее.
Морита смотрел на это лучшее с профессиональным вниманием человека, который знает производство изнутри. В молодости он лично стоял у конвейера Sony и разбирался в каждой операции. Он понимал, что значит хорошо организованный процесс, и видел, когда процесс организован иначе.
Оборудование было устаревшим. Организация труда – неэффективной. Но это можно было бы объяснить и преодолеть. Настоящий приговор вынесли лица рабочих.
В Sony существовала культура, которую сложно передать коротко. Инженеры по несколько месяцев занимались температурным режимом паяльника – не потому что начальник приказал, а потому что от этого зависело качество пайки, от качества пайки зависела надёжность устройства, от надёжности зависела репутация компании, а репутация компании была их собственной репутацией. Эта цепочка работала, потому что каждый в ней чувствовал себя её звеном.
На советских предприятиях Морита видел людей, которые эту цепочку оборвали – или никогда не выстраивали. Конвейер шёл. План выполнялся. Результат никого не волновал. Конкуренции не было, стимула не было, гордости за продукт не было.
Позднее в своих мемуарах «Сделано в Японии» он оценит отставание советской электроники от японской и западной в восемь-десять лет. Но добавит кое-что важное: дело не в цифрах. Дело в том, что технологический разрыв – это следствие. А причина лежит глубже.
И здесь хорошо видно, что проблема была не только в конкретных телевизорах или заводах. Советская инженерная школа умела создавать сильные, иногда даже уникальные вещи, но часто не умела превращать их в массовый качественный продукт.
Разговор, который расставил всё по местам
Кульминация визита разыгралась в переговорной. Гвишиани изложил преимущества сотрудничества: стабильная рабочая сила, низкие издержки, отсутствие профсоюзных конфликтов, предсказуемая среда.
Морита выслушал. Ответил без дипломатических смягчений.
Он объяснил, что коммунистическая система производства и философия Sony несовместимы по одной конкретной причине: качество не бывает принудительным. Его невозможно получить от человека, которому безразлично, что он делает. А человеку безразлично то, что никак не связано с его личным результатом – ни материально, ни профессионально, ни морально.
Передать технологию Trinitron в такую среду означало одно: на выходе получится не Sony, а карикатура на Sony. И эта карикатура будет продаваться в Европе под именем, которое покупатель будет путать с оригиналом.
Именно это уже произошло с Fiat. Итальянцы передали документацию – и по европейским дорогам поехали автомобили, внешне похожие на их продукт, но собранные иначе и служащие иначе. Репутационный ущерб был реальным. Покупатель не разбирается в лицензионных тонкостях – он видит похожую машину и делает выводы о марке.
Sony не хотела такого урока.
Финальную точку поставил эпизод с телевизором. Морите показали советский чёрно-белый аппарат, предназначенный для экспорта в Европу. Грубый корпус, неряшливые пропорции, полное равнодушие к тому, как это выглядит в руках человека.
«Как страна с таким искусством, с таким балетом и живописью, может создавать настолько некрасивые вещи?» – спросил он.
Ответ представителя Министерства связи оказался исчерпывающим: «Искусство не по нашей части».
Чем кончилась история
Морита уехал без договора о передаче технологий. Sony была готова продавать СССР готовую продукцию и даже консультировать по отдельным вопросам производства. Но ключевое – не отдавать никогда и никому. Этот принцип распространялся не только на Советский Союз. В те же годы аналогичный ответ получил Китай.
Прошло полвека. Sony до сих пор остаётся маркером в разговорах о качестве изображения. Их телевизионные панели используют профессиональные фотографы для цветокоррекции, потому что им доверяют. Это не случайность и не везение. Это цена решений, которые в короткой перспективе выглядят как отказ от денег.
Московский визит Акио Мориты мог бы стать началом крупного партнёрства. Вместо этого он стал точным диагнозом – поставленным тихо, без публичных заявлений, просто наблюдением человека, который знал, из чего на самом деле складывается хороший продукт.
Технологии передаются в документации. Культура качества – нет.
Советский Союз умел принимать нужных гостей. Правительственная машина у трапа, переводчики с безупречным японским, двери закрытых предприятий распахнуты настежь. Всё это – ради одного человека, чья компания к тому моменту уже переписала представления мира о том, каким должен быть потребительский электронный прибор.
Акио Морита прилетел. Посмотрел. И уехал ни с чем. Точнее, с очень многим – только не с тем, на что рассчитывала советская сторона.
Контекст: зачем Москве понадобился японец
Семидесятые годы стали для советской электронной промышленности временем неудобных вопросов. Японские транзисторные приёмники умещались в кармане пиджака. Американские цветные телевизоры давали картинку, от которой перехватывало дыхание. Sony в это время выпускала Trinitron – кинескоп с принципиально иной геометрией экрана, без искажений по краям, с такой насыщенностью цвета, что конкуренты первые годы просто смотрели и молчали.
Советские инженеры были образованными людьми. Они понимали: разрыв есть, он измерим и он растёт. Госкомитет по науке и технике курировал переговоры с зарубежными компаниями. Джермен Гвишиани, зять Косыгина и человек с хорошим пониманием западного делового мира, лично занялся визитом Мориты.
Расчёт был прагматичным: показать лучшее, произвести впечатление, получить технологии. Схема уже работала с итальянцами – Fiat передал документацию, на её основе запустили ВАЗ. Почему бы не повторить с японцами?
Пирожки как диагноз системы
Перед отъездом знакомые засыпали чету Морита советами, характерными для того времени: везите питьевую воду, берите туалетную бумагу, запаситесь полотенцами. Они ожидали бытового ада. Вместо этого их поселили в правительственную гостиницу, где не было недостатка ни в чём.
Советский Союз умел создавать параллельную реальность для тех, кому это считалось нужным.
Разрыв между этой реальностью и настоящей страной обнаружил себя случайно. Супруга Мориты, прогуливаясь по Москве, остановилась у лотка с пирожками. Горячие, с мясом, с капустой. Захотела попробовать.
Сопровождающая переводчица впала в замешательство. Пирожки – еда для рабочих. Иностранным гостям такого уровня не положено стоять в очереди к уличному лотку. Последовали звонки, согласования. В итоге разрешили.
Морита наблюдал за этой сценой молча. Страна, где поход к пирожковому лотку требует согласования с начальством, рассказывала о себе больше, чем любая официальная экскурсия.
Что увидел человек, построивший культ качества
Гвишиани возил гостей по флагманским предприятиям Москвы и Ленинграда. Отбор был, очевидно, тщательным. Показывали лучшее.
Морита смотрел на это лучшее с профессиональным вниманием человека, который знает производство изнутри. В молодости он лично стоял у конвейера Sony и разбирался в каждой операции. Он понимал, что значит хорошо организованный процесс, и видел, когда процесс организован иначе.
Оборудование было устаревшим. Организация труда – неэффективной. Но это можно было бы объяснить и преодолеть. Настоящий приговор вынесли лица рабочих.
В Sony существовала культура, которую сложно передать коротко. Инженеры по несколько месяцев занимались температурным режимом паяльника – не потому что начальник приказал, а потому что от этого зависело качество пайки, от качества пайки зависела надёжность устройства, от надёжности зависела репутация компании, а репутация компании была их собственной репутацией. Эта цепочка работала, потому что каждый в ней чувствовал себя её звеном.
На советских предприятиях Морита видел людей, которые эту цепочку оборвали – или никогда не выстраивали. Конвейер шёл. План выполнялся. Результат никого не волновал. Конкуренции не было, стимула не было, гордости за продукт не было.
Позднее в своих мемуарах «Сделано в Японии» он оценит отставание советской электроники от японской и западной в восемь-десять лет. Но добавит кое-что важное: дело не в цифрах. Дело в том, что технологический разрыв – это следствие. А причина лежит глубже.
И здесь хорошо видно, что проблема была не только в конкретных телевизорах или заводах. Советская инженерная школа умела создавать сильные, иногда даже уникальные вещи, но часто не умела превращать их в массовый качественный продукт.
Разговор, который расставил всё по местам
Кульминация визита разыгралась в переговорной. Гвишиани изложил преимущества сотрудничества: стабильная рабочая сила, низкие издержки, отсутствие профсоюзных конфликтов, предсказуемая среда.
Морита выслушал. Ответил без дипломатических смягчений.
Он объяснил, что коммунистическая система производства и философия Sony несовместимы по одной конкретной причине: качество не бывает принудительным. Его невозможно получить от человека, которому безразлично, что он делает. А человеку безразлично то, что никак не связано с его личным результатом – ни материально, ни профессионально, ни морально.
Передать технологию Trinitron в такую среду означало одно: на выходе получится не Sony, а карикатура на Sony. И эта карикатура будет продаваться в Европе под именем, которое покупатель будет путать с оригиналом.
Именно это уже произошло с Fiat. Итальянцы передали документацию – и по европейским дорогам поехали автомобили, внешне похожие на их продукт, но собранные иначе и служащие иначе. Репутационный ущерб был реальным. Покупатель не разбирается в лицензионных тонкостях – он видит похожую машину и делает выводы о марке.
Sony не хотела такого урока.
Финальную точку поставил эпизод с телевизором. Морите показали советский чёрно-белый аппарат, предназначенный для экспорта в Европу. Грубый корпус, неряшливые пропорции, полное равнодушие к тому, как это выглядит в руках человека.
«Как страна с таким искусством, с таким балетом и живописью, может создавать настолько некрасивые вещи?» – спросил он.
Ответ представителя Министерства связи оказался исчерпывающим: «Искусство не по нашей части».
Чем кончилась история
Морита уехал без договора о передаче технологий. Sony была готова продавать СССР готовую продукцию и даже консультировать по отдельным вопросам производства. Но ключевое – не отдавать никогда и никому. Этот принцип распространялся не только на Советский Союз. В те же годы аналогичный ответ получил Китай.
Прошло полвека. Sony до сих пор остаётся маркером в разговорах о качестве изображения. Их телевизионные панели используют профессиональные фотографы для цветокоррекции, потому что им доверяют. Это не случайность и не везение. Это цена решений, которые в короткой перспективе выглядят как отказ от денег.
Московский визит Акио Мориты мог бы стать началом крупного партнёрства. Вместо этого он стал точным диагнозом – поставленным тихо, без публичных заявлений, просто наблюдением человека, который знал, из чего на самом деле складывается хороший продукт.
Технологии передаются в документации. Культура качества – нет.
Мой коллега по работе как-то рассказал историю из своего детства. Его очень раздражало, что мама заставляла его выносить мусор и, начитавшись в очередной раз умных книжек, сказал, что "в демократических семьях этот вопрос решается голосованием". Мама сказала, что нет проблем. Но так как их двое, то для возможного принятия решения большинством, к голосованию придется привлечь кота Кузю. Так как Кузьма говорить не умеет, его голос озвучит его представитель, то-есть мама. И, таким образом, голосами 2 против 1 обязанность выносить мусора остается за сыном. Сын возмутился, почему интересы кота представляет именно мама. Ответ был прост: она его кормит, убирает за ним лоток, формально осуществляя опекунство за недееспособным. Мой товарищ был вынужден согласиться, но затаил коварный план. Всю следующую неделю он убирал за котом и кормил его. В конце недели победно заявил, что требует повторного голосования, но на этот раз требует пересмотра прав опекунства над котом. Мама не без оговорок, но согласилась. И голосами 2 против 1 всю следующую неделю (как и все последующие), сын был освобожден от "мусорной повинности".
— Вот как работает реальная демократия! Я отстоял свои права в честном голосовании.
— Т. е. ты обменял вынос мусора на уход за котом? Хотя, по мне выносить мусор менее запарно, чем лоток за котом убирать.
— Нет, ну я же... В смысле. .. Вот бляха-муха!
— Не переживай, так и работает реальная демократия.
— Вот как работает реальная демократия! Я отстоял свои права в честном голосовании.
— Т. е. ты обменял вынос мусора на уход за котом? Хотя, по мне выносить мусор менее запарно, чем лоток за котом убирать.
— Нет, ну я же... В смысле. .. Вот бляха-муха!
— Не переживай, так и работает реальная демократия.
Сегодня мало упоминают о роли самого первого союзника СССР в борьбе с фашисткой Германией. Этим союзником стала Тувинская Народная Республика.
Переписанная современная история безжалостно стирает лица и судьбы тех, кто стоял до конца в одной из самых кровавых войн ушедшего века. Гитлеровцы во время Великой Отечественной войны называли тувинцев «Der Schwarze Tod» — «Чёрная Смерть».
Тувинцы стояли насмерть даже при явном превосходстве противника, пленных не брали. Такое прозвище они получили уже в самом первом бою.
31 января 1944 года в бою под Деражно (Украина) кавалеристы-тувинцы выскочили на маленьких лохматых конях с саблями на передовые фашистские части.
Чуть позже пленный немецкий офицер вспоминал, что зрелище деморализующе подействовало на его солдат, на подсознательном уровне воспринявших «этих варваров» как полчища Аттилы. Фашисты после этого боя дали тувинцам название der Schwarze Tod — Черная Смерть».
В своих мемуарах генерал Сергей Брюлов пояснял:
«Ужас немцев был связан и с тем, что тувинцы, приверженные собственным представлениям о воинских правилах, принципиально не брали противника в плен. И командование Генштаба СССР не могло вмешиваться в их воинские дела, все-таки они наши союзники, иностранцы-добровольцы, и на войне все средства хороши».
Из доклада маршала Жукова :
«Наши иностранные солдаты, кавалеристы слишком храбры, не знают тактику, стратегию современной войны, войсковой дисциплины, несмотря на предварительную подготовку, плохо знают русский язык. Если дальше будут так воевать, к концу войны никого из них в живых не останется».
На что Сталин ответил:
«Беречь, не бросать первыми в атаку, раненых возвращать в деликатной форме с почестями на родину. Живые солдаты из ТНР, свидетели, расскажут своему народу о Советском Союзе и роли их в Великой Отечественной войне».
Тувинская народная республика стала частью Советского Союза уже во время войны, 17 августа 1944 года. Летом 1941 года Тува де-юре была самостоятельным государством.
В августе 1921 года оттуда были изгнаны белогвардейские отряды Колчака и Унгерна. Столицей республики стал бывший Белоцарск, переименованный в Кызыл (Красный город).
Советские войска были выведены из Тувы к 1923 году, но СССР продолжал оказывать Туве посильную помощь, не претендуя при этом на её независимость. Принято говорить, что первой поддержку СССР в войне оказала Великобритания, однако это не так.
Тува объявила войну Германии и её союзникам 22 июня 1941 года, за 11 часов до исторического заявления Черчилля по радио. В Туве сразу же началась мобилизация, республика заявила о готовности отправить свою армию на фронт.
38 тысяч тувинских аратов в письме Иосифу Сталину заявили: «Мы вместе. Это и наша война». По поводу объявления Тувой войны Германии есть историческая легенда, что когда об этом узнал Гитлер, то его это позабавило, он даже не удосужился найти эту республику на карте. А зря.
На момент вступления в войну с Германией в рядах армии Тувинской Народной Республики насчитывалось 489 человек. Но грозной силой стала не армия Тувинской Республики, а её помощь СССР.
Сразу же после объявления войны фашистской Германии Тува передала Советскому Союзу не только весь золотой запас республики, но и добычу тувинского золота — на общую сумму 35 миллионов тогдашних рублей (платёжно-покупательная способность которых в десятки раз выше, чем нынешних российских).
Тувинцы приняли войну как свою. Об этом свидетельствует тот объём помощи, который небогатая республика предоставила фронту. С июня 1941 по октябрь 1944 года Тува поставила для нужд Красной армии 50 000 боевых коней, 750 000 голов скота. Каждая тувинская семья отдала фронту от 10 до 100 голов скота. Тувинцы же в прямом смысле поставили Красную армию на лыжи, поставив на фронт 52 000 пар лыж.
Премьер-министр Тувы Сарык-Донгак Чимба в своём дневнике написал: «Извели весь березняк рядом с Кызылом». Кроме этого, тувинцы отправили 12 000 полушубков, 19 000 пар рукавиц, 16 000 пар валенок, 70 000 тонн овечьей шерсти, 400 тонн мяса, топлёного масла и муки, телеги, сани, упряжь и другие товары на общую сумму около 66,5 миллиона рублей.
В помощь СССР араты собрали пять эшелонов подарков на сумму более 10 миллионов тувинских акша (курс 1 акша — 3 рубля 50 копеек), продуктов для госпиталей на 200 000 акша. Почти всё это безвозмездно, не говоря уже о мёде, плодово-ягодных консервах и концентратах, перевязочных бинтах, целебных лекарственных травах и лекарствах национальной медицины, воске, смоле…
Из этого запаса Украине в 1944-м было подарено 30 тысяч коров. Именно с этого поголовья началось послевоенное возрождение украинского животноводства. В телеграмме Президиума Верховного Совета Украинской ССР Президиуму Малого Хурала Тувы отмечалось: «Украинский народ, как и все народы СССР, глубоко ценит и никогда не забудет той помощи фронту и освобождённым районам, которую оказывают трудящиеся Тувинской Народной Республики…».
Осенью 1942 года советское правительство разрешило принимать на военную службу добровольцев из Тувы и Монголии. Первые тувинские добровольцы — около 200 человек — вступили в ряды Красной армии в мае 1943-го и были зачислены в 25 отдельный танковый полк (с февраля 1944 года он был в составе 52 армии 2 Украинского фронта). Полк воевал на территории Украины, Молдавии, Румынии, Венгрии и Чехословакии.
А в сентябре 1943-го вторую группу добровольцев — 206 человек — зачислили в состав 8 кавалерийской дивизии, участвовавшей, в частности, в рейдах по фашистским тылам и бандеровским (националистическим) группам на западе Украины.
Первые тувинские добровольцы представляли собой типичную национальную часть, они были одеты в национальные костюмы, носили амулеты. Только в начале 1944 года советское командование попросило тувинских воинов отправить свои «предметы буддистского и шаманского культа» на родину.
Всего за годы войны в рядах Красной армии служили до 8 000 жителей Тувы. Около 20 воинов-тувинцев стали кавалерами ордена Славы, до 5 000 тувинских воинов награждены другими советскими и тувинскими орденами и медалями.
Двум тувинцам было присвоено звание Героя Советского Союза — Хомушку Чургуй-оол и Тюлюш Кечил-оол. Хомушку Чургуй-оол был всю войну механиком-водителем танка Т-34 52 армии того самого 25 танкового полка. Другой тувинец, Кыргыз Чамзы-рын, кавалер многих советских орденов, в том числе ордена Славы, встретил 9 мая в Праге.
Можно привести множество других боевых эпизодов, характеризующих храбрость тувинцев. Вот только один из таких случаев: Командование 8 гвардейской кавалерийской дивизии писало тувинскому правительству: «…при явном превосходстве противника тувинцы стояли насмерть. Так, в боях под деревней Сурмиче 10 пулемётчиков во главе с командиром отделения Донгур-Кызыл и расчёт противотанковых ружей во главе с Дажы-Серен в этом бою погибли, но ни на шаг не отошли, сражаясь до последнего патрона.
Свыше 100 вражеских трупов было насчитано перед горсткой храбрецов, павших смертью героев. Они погибли, но там, где стояли сыны вашей Родины, враг не прошёл…». Тувинцы не только помогали фронту материально и храбро сражались в танковых и кавалерийских дивизиях, но и обеспечили постройку 10 самолётов Як-7Б для Красной армии.
16 марта 1943 года на подмосковном аэродроме «Чкаловский» делегация Тувы торжественно передала самолёты в распоряжение 133 истребительного авиационного полка ВВС РККА. Истребители были переданы командиру 3 авиационной истребительной эскадрильи Новикову и закреплены за экипажами. На каждом было написано белой краской «От тувинского народа».
К сожалению, до конца войны не сохранился ни один самолёт «тувинской эскадрильи». Из 20 военнослужащих 133 авиационного истребительного полка, составлявших экипажи истребителей Як-7Б, войну пережили только трое.
Помощь Тувы СССР в годы войны вполне вписывается в известную поговорку: мал золотник, да дорог. А если отбросить метафоры — тувинский народ делился самым последним с народами СССР во имя Победы.
История республики и её народа впечатляет. Всего один штрих. Поистине беспрецедентно политическое долголетие одного из лидеров Салчака Калбакхорековича Тока (1901 — 1973), руководившего Тувой с конца 1920-х до своей кончины в 1973-м.
Так долго ни один деятель не руководил ни одной страной!
Его уважали Сталин, Хрущёв, Брежнев, генералиссимус Чан Кайши (руководитель Китая в 1928 — 1949 годах, затем Тайваня до 1975 года), руководитель и маршал Монголии Хорлогийн Чойбалсан (1930 — 1952 годы), его преемник Юмжагийн Цеденбал.
После преобразования республики в октябре 1944 года в Тувинскую автономную область РСФСР Тока стал первым секретарём Тувинского обкома партии.
С 1971 года он член ЦК КПСС и Герой Социалистического Труда. Кроме того, Салчак Калбакхорекович Тока считается основоположником тувинской советской литературы: его рассказы и статьи стали появляться в тувинской и советской печати ещё в начале 1930-х годов. Автобиографическая повесть Токи «Слово арата» (1950 год) была удостоена в 1951 году Сталинской премии по литературе.
Изий Гармин
Из сети
Переписанная современная история безжалостно стирает лица и судьбы тех, кто стоял до конца в одной из самых кровавых войн ушедшего века. Гитлеровцы во время Великой Отечественной войны называли тувинцев «Der Schwarze Tod» — «Чёрная Смерть».
Тувинцы стояли насмерть даже при явном превосходстве противника, пленных не брали. Такое прозвище они получили уже в самом первом бою.
31 января 1944 года в бою под Деражно (Украина) кавалеристы-тувинцы выскочили на маленьких лохматых конях с саблями на передовые фашистские части.
Чуть позже пленный немецкий офицер вспоминал, что зрелище деморализующе подействовало на его солдат, на подсознательном уровне воспринявших «этих варваров» как полчища Аттилы. Фашисты после этого боя дали тувинцам название der Schwarze Tod — Черная Смерть».
В своих мемуарах генерал Сергей Брюлов пояснял:
«Ужас немцев был связан и с тем, что тувинцы, приверженные собственным представлениям о воинских правилах, принципиально не брали противника в плен. И командование Генштаба СССР не могло вмешиваться в их воинские дела, все-таки они наши союзники, иностранцы-добровольцы, и на войне все средства хороши».
Из доклада маршала Жукова :
«Наши иностранные солдаты, кавалеристы слишком храбры, не знают тактику, стратегию современной войны, войсковой дисциплины, несмотря на предварительную подготовку, плохо знают русский язык. Если дальше будут так воевать, к концу войны никого из них в живых не останется».
На что Сталин ответил:
«Беречь, не бросать первыми в атаку, раненых возвращать в деликатной форме с почестями на родину. Живые солдаты из ТНР, свидетели, расскажут своему народу о Советском Союзе и роли их в Великой Отечественной войне».
Тувинская народная республика стала частью Советского Союза уже во время войны, 17 августа 1944 года. Летом 1941 года Тува де-юре была самостоятельным государством.
В августе 1921 года оттуда были изгнаны белогвардейские отряды Колчака и Унгерна. Столицей республики стал бывший Белоцарск, переименованный в Кызыл (Красный город).
Советские войска были выведены из Тувы к 1923 году, но СССР продолжал оказывать Туве посильную помощь, не претендуя при этом на её независимость. Принято говорить, что первой поддержку СССР в войне оказала Великобритания, однако это не так.
Тува объявила войну Германии и её союзникам 22 июня 1941 года, за 11 часов до исторического заявления Черчилля по радио. В Туве сразу же началась мобилизация, республика заявила о готовности отправить свою армию на фронт.
38 тысяч тувинских аратов в письме Иосифу Сталину заявили: «Мы вместе. Это и наша война». По поводу объявления Тувой войны Германии есть историческая легенда, что когда об этом узнал Гитлер, то его это позабавило, он даже не удосужился найти эту республику на карте. А зря.
На момент вступления в войну с Германией в рядах армии Тувинской Народной Республики насчитывалось 489 человек. Но грозной силой стала не армия Тувинской Республики, а её помощь СССР.
Сразу же после объявления войны фашистской Германии Тува передала Советскому Союзу не только весь золотой запас республики, но и добычу тувинского золота — на общую сумму 35 миллионов тогдашних рублей (платёжно-покупательная способность которых в десятки раз выше, чем нынешних российских).
Тувинцы приняли войну как свою. Об этом свидетельствует тот объём помощи, который небогатая республика предоставила фронту. С июня 1941 по октябрь 1944 года Тува поставила для нужд Красной армии 50 000 боевых коней, 750 000 голов скота. Каждая тувинская семья отдала фронту от 10 до 100 голов скота. Тувинцы же в прямом смысле поставили Красную армию на лыжи, поставив на фронт 52 000 пар лыж.
Премьер-министр Тувы Сарык-Донгак Чимба в своём дневнике написал: «Извели весь березняк рядом с Кызылом». Кроме этого, тувинцы отправили 12 000 полушубков, 19 000 пар рукавиц, 16 000 пар валенок, 70 000 тонн овечьей шерсти, 400 тонн мяса, топлёного масла и муки, телеги, сани, упряжь и другие товары на общую сумму около 66,5 миллиона рублей.
В помощь СССР араты собрали пять эшелонов подарков на сумму более 10 миллионов тувинских акша (курс 1 акша — 3 рубля 50 копеек), продуктов для госпиталей на 200 000 акша. Почти всё это безвозмездно, не говоря уже о мёде, плодово-ягодных консервах и концентратах, перевязочных бинтах, целебных лекарственных травах и лекарствах национальной медицины, воске, смоле…
Из этого запаса Украине в 1944-м было подарено 30 тысяч коров. Именно с этого поголовья началось послевоенное возрождение украинского животноводства. В телеграмме Президиума Верховного Совета Украинской ССР Президиуму Малого Хурала Тувы отмечалось: «Украинский народ, как и все народы СССР, глубоко ценит и никогда не забудет той помощи фронту и освобождённым районам, которую оказывают трудящиеся Тувинской Народной Республики…».
Осенью 1942 года советское правительство разрешило принимать на военную службу добровольцев из Тувы и Монголии. Первые тувинские добровольцы — около 200 человек — вступили в ряды Красной армии в мае 1943-го и были зачислены в 25 отдельный танковый полк (с февраля 1944 года он был в составе 52 армии 2 Украинского фронта). Полк воевал на территории Украины, Молдавии, Румынии, Венгрии и Чехословакии.
А в сентябре 1943-го вторую группу добровольцев — 206 человек — зачислили в состав 8 кавалерийской дивизии, участвовавшей, в частности, в рейдах по фашистским тылам и бандеровским (националистическим) группам на западе Украины.
Первые тувинские добровольцы представляли собой типичную национальную часть, они были одеты в национальные костюмы, носили амулеты. Только в начале 1944 года советское командование попросило тувинских воинов отправить свои «предметы буддистского и шаманского культа» на родину.
Всего за годы войны в рядах Красной армии служили до 8 000 жителей Тувы. Около 20 воинов-тувинцев стали кавалерами ордена Славы, до 5 000 тувинских воинов награждены другими советскими и тувинскими орденами и медалями.
Двум тувинцам было присвоено звание Героя Советского Союза — Хомушку Чургуй-оол и Тюлюш Кечил-оол. Хомушку Чургуй-оол был всю войну механиком-водителем танка Т-34 52 армии того самого 25 танкового полка. Другой тувинец, Кыргыз Чамзы-рын, кавалер многих советских орденов, в том числе ордена Славы, встретил 9 мая в Праге.
Можно привести множество других боевых эпизодов, характеризующих храбрость тувинцев. Вот только один из таких случаев: Командование 8 гвардейской кавалерийской дивизии писало тувинскому правительству: «…при явном превосходстве противника тувинцы стояли насмерть. Так, в боях под деревней Сурмиче 10 пулемётчиков во главе с командиром отделения Донгур-Кызыл и расчёт противотанковых ружей во главе с Дажы-Серен в этом бою погибли, но ни на шаг не отошли, сражаясь до последнего патрона.
Свыше 100 вражеских трупов было насчитано перед горсткой храбрецов, павших смертью героев. Они погибли, но там, где стояли сыны вашей Родины, враг не прошёл…». Тувинцы не только помогали фронту материально и храбро сражались в танковых и кавалерийских дивизиях, но и обеспечили постройку 10 самолётов Як-7Б для Красной армии.
16 марта 1943 года на подмосковном аэродроме «Чкаловский» делегация Тувы торжественно передала самолёты в распоряжение 133 истребительного авиационного полка ВВС РККА. Истребители были переданы командиру 3 авиационной истребительной эскадрильи Новикову и закреплены за экипажами. На каждом было написано белой краской «От тувинского народа».
К сожалению, до конца войны не сохранился ни один самолёт «тувинской эскадрильи». Из 20 военнослужащих 133 авиационного истребительного полка, составлявших экипажи истребителей Як-7Б, войну пережили только трое.
Помощь Тувы СССР в годы войны вполне вписывается в известную поговорку: мал золотник, да дорог. А если отбросить метафоры — тувинский народ делился самым последним с народами СССР во имя Победы.
История республики и её народа впечатляет. Всего один штрих. Поистине беспрецедентно политическое долголетие одного из лидеров Салчака Калбакхорековича Тока (1901 — 1973), руководившего Тувой с конца 1920-х до своей кончины в 1973-м.
Так долго ни один деятель не руководил ни одной страной!
Его уважали Сталин, Хрущёв, Брежнев, генералиссимус Чан Кайши (руководитель Китая в 1928 — 1949 годах, затем Тайваня до 1975 года), руководитель и маршал Монголии Хорлогийн Чойбалсан (1930 — 1952 годы), его преемник Юмжагийн Цеденбал.
После преобразования республики в октябре 1944 года в Тувинскую автономную область РСФСР Тока стал первым секретарём Тувинского обкома партии.
С 1971 года он член ЦК КПСС и Герой Социалистического Труда. Кроме того, Салчак Калбакхорекович Тока считается основоположником тувинской советской литературы: его рассказы и статьи стали появляться в тувинской и советской печати ещё в начале 1930-х годов. Автобиографическая повесть Токи «Слово арата» (1950 год) была удостоена в 1951 году Сталинской премии по литературе.
Изий Гармин
Из сети
Про клички
У пацана погоняло Муравей. Потому что он постоянно фигню несет.
У сына в классе была девочка у которой были светлые и очень кудрявые волосы. Кличка – ролтон!
Во дворе парень крепкий, спортивный, прозвище Пятачок. Потому что у него дома есть ружье.
Серега альденте. Родился недоношеным
Николай Николаевич Николаев. Погоняло тройник
Погоняло у Ольги "княжна" потому что случайно упала за борт
У Инны кличка Графиня, потому что в драке графином по голове получила
Знакомый попросился к другу в автосервис вечером. Свою машину подшаманить. И поставил баллон с антигравием рядом с печкой. Рвануло так, что двое ворот распахнуло, стекла вылетели и две машины возле сервиса помяло. С тех пор он Бен Ладен.
У человека 18 судимостей. Кличка – коллекционер!
У мужика была кличка Симба, потому что его отца убил дядя.
В Павловске в реабилитационном центре работал однорукий сурдопереводчик. Кликуха среди глухонемых была – Шепилявый!
Мой папа преподавал в колледже электротехнику до 82 лет. Студенты его прозвали Электродед
Одного мужика во дворе звали Люк Скайуокер, потому что он отца в пьяной драке убил.
Знаю мужика его Петр зовут. Он в аварии потерял ухо и теперь он Пьер Безухов.
У чувака была кличка «Нострадамус». Выпивали как-то зимой в бане с пацанами. Чел вышел на уличу и со словами «я в дрова» – нырнул в сугроб… В сугробе были дрова.
В параллельном классе учился мальчик.
Кличка была «Четвёртый». Потому что его мама была директором мясного магазина
«Три поросёнка».
У пацана погремуха Аладдин. Потому что при разводе жена оставила только ковёр.
Витя Дробовик - чихнул однажды с набитым ртом.
В одном селе парень на мотоцикле поехал на дискотеку. По дороге попал в аварию. С тех пор кличка дискотека авария.
У нас в ПВИ РВ преподаватель был без одной руки.
Курсанты за глаза звали Монорук.
Преподавательницу по ФИЗО звали Железный клитор
В Кахетии любят давать прозвища. По разным поводам, или просто чтобы точно различать, знать о ком идет речь. По некоторым можно сценарии писать, как в фильмах Данелии.
Леван Лего - Его по частям после автомобильной аварии собирали.
Леван ДиКаприо - Он четыре года врал родителям, что учится в театральном в Тбилиси.
Лексо Бермуда - пьяный постоянно теряется.
Гурам Путин - по ночам спускается в поля и границы своего участка отодвигает.
Георгий святой - проколол тещу копьем.
Двурукий Гоги - у него сосед тоже Гоги и однорукий, но того постеснялись прозвать.
Гига адекватный - учился в Тбилиси и однажды это слово в разговоре на деревенском базаре вставил.
Добрый Нугзар - женился на очень некрасивой.
Гия Брюс Ли - любит китайские массажные салоны.
Белоснежка Эльза - у нее 7 детей.
Гиви Кабриолет - ему делали трепанацию черепа.
Илья Нерон - он пьяный заснул с зажженной сигаретой, был пожар - три дома сгорело.
Говнюк Ромео - в юности любил девушку, им не разрешали жениться, она с собой покончила, а он нет.
Гурам Красная Шапочка - у него бабушку волки съели
Пацану яичко прооперировали по малолетке - Джон кровавое яйцо стал
Коллега в прошлом году споткнулся на лестнице пару раз за день получил погремуху Байден
У пацана погоняло Муравей. Потому что он постоянно фигню несет.
У сына в классе была девочка у которой были светлые и очень кудрявые волосы. Кличка – ролтон!
Во дворе парень крепкий, спортивный, прозвище Пятачок. Потому что у него дома есть ружье.
Серега альденте. Родился недоношеным
Николай Николаевич Николаев. Погоняло тройник
Погоняло у Ольги "княжна" потому что случайно упала за борт
У Инны кличка Графиня, потому что в драке графином по голове получила
Знакомый попросился к другу в автосервис вечером. Свою машину подшаманить. И поставил баллон с антигравием рядом с печкой. Рвануло так, что двое ворот распахнуло, стекла вылетели и две машины возле сервиса помяло. С тех пор он Бен Ладен.
У человека 18 судимостей. Кличка – коллекционер!
У мужика была кличка Симба, потому что его отца убил дядя.
В Павловске в реабилитационном центре работал однорукий сурдопереводчик. Кликуха среди глухонемых была – Шепилявый!
Мой папа преподавал в колледже электротехнику до 82 лет. Студенты его прозвали Электродед
Одного мужика во дворе звали Люк Скайуокер, потому что он отца в пьяной драке убил.
Знаю мужика его Петр зовут. Он в аварии потерял ухо и теперь он Пьер Безухов.
У чувака была кличка «Нострадамус». Выпивали как-то зимой в бане с пацанами. Чел вышел на уличу и со словами «я в дрова» – нырнул в сугроб… В сугробе были дрова.
В параллельном классе учился мальчик.
Кличка была «Четвёртый». Потому что его мама была директором мясного магазина
«Три поросёнка».
У пацана погремуха Аладдин. Потому что при разводе жена оставила только ковёр.
Витя Дробовик - чихнул однажды с набитым ртом.
В одном селе парень на мотоцикле поехал на дискотеку. По дороге попал в аварию. С тех пор кличка дискотека авария.
У нас в ПВИ РВ преподаватель был без одной руки.
Курсанты за глаза звали Монорук.
Преподавательницу по ФИЗО звали Железный клитор
В Кахетии любят давать прозвища. По разным поводам, или просто чтобы точно различать, знать о ком идет речь. По некоторым можно сценарии писать, как в фильмах Данелии.
Леван Лего - Его по частям после автомобильной аварии собирали.
Леван ДиКаприо - Он четыре года врал родителям, что учится в театральном в Тбилиси.
Лексо Бермуда - пьяный постоянно теряется.
Гурам Путин - по ночам спускается в поля и границы своего участка отодвигает.
Георгий святой - проколол тещу копьем.
Двурукий Гоги - у него сосед тоже Гоги и однорукий, но того постеснялись прозвать.
Гига адекватный - учился в Тбилиси и однажды это слово в разговоре на деревенском базаре вставил.
Добрый Нугзар - женился на очень некрасивой.
Гия Брюс Ли - любит китайские массажные салоны.
Белоснежка Эльза - у нее 7 детей.
Гиви Кабриолет - ему делали трепанацию черепа.
Илья Нерон - он пьяный заснул с зажженной сигаретой, был пожар - три дома сгорело.
Говнюк Ромео - в юности любил девушку, им не разрешали жениться, она с собой покончила, а он нет.
Гурам Красная Шапочка - у него бабушку волки съели
Пацану яичко прооперировали по малолетке - Джон кровавое яйцо стал
Коллега в прошлом году споткнулся на лестнице пару раз за день получил погремуху Байден
Самый смешной анекдот за 05.09:
Факт:
Самое длинное в мире сольное выступление на барабанах длилось 13 часов и 26 минут.
Его исполнил пятилетний маленький ублюдок на спинке моего кресла во время полёта из Лондона в Сингапур.
Самое длинное в мире сольное выступление на барабанах длилось 13 часов и 26 минут.
Его исполнил пятилетний маленький ублюдок на спинке моего кресла во время полёта из Лондона в Сингапур.