Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+

Лучшая десятка историй от "MasterIvanov"

Все тексты от "MasterIvanov"

14.05.2020, Новые истории - основной выпуск

БЫЛЬ (актуальная при самоизоляции)

Мы потеряли нашего радиста. Ну как потеряли, он сам ушёл. Собрал все видеокассеты на пароходе в большой пластиковый ящик и пошел меняться фильмами на соседний лесовоз. Там радист обнаружил своего друга - однокашника по Макаровке. Они отметили свою встречу пьянкой, а ранним утром лесовоз закончил погрузку и вышел в море, увозя нашего радиста и коробку с кассетами. Итого: на одном пароходе стало два радиста - а на другом ни одного.

К счастью, двадцать первый век уже наступил и потерянный радист нёс на пароходе ритуальную функцию, выполняя требования международных конвенций. Сегодня радист на судне – почти ушедшая в историю профессия, как золотарь с замполитом или форейтор с фонарщиком. Действительно, зачем возить и кормить специалиста с зарплатой, запасом продуктов и персональным местом в спасательной шлюпке, если у каждого моряка есть мобильник, а на мостике стоит ещё и пара спутниковых телефонов. Плюс вездесущий интернет.

Когда-то давно у нас был первый помощник капитана с громоздким киноаппаратом «Украина», бобинами кинопленок и судовой библиотекой. Замполит исчез вместе с Советским Союзом, «Украиной» и книгами. В библиотеке оборудовали тренажёрный зал, а киноаппарат заменили на видеомагнитофон. Судового врача сократили несколько позже, после очередного финансового кризиса, а на палубе нарисовали круг с буквой «Н» посередине и, в экстренных случаях, посоветовали вызывать вертолёт.

Капитан не сообщил о потере члена экипажа в пароходство (у нас не было радиста.) Поэтому следующие два месяца мы ловили коварный лесовоз по всем портам Европы, чтобы вернуть «заблудшего барана» и восстановить «статус кво».

Неожиданно выяснялось, что на пароходе осталась только одна кассета, которую радист забыл в видеомагнитофоне. Это был фильм “Кин-дза-дза!”, который бессчётное количество раз пересмотрел весь экипаж и, разумеется, разобрал на цитаты. Все на судне, незаметно для самих себя, заговорили на смеси «чатлано-пацакского языка» с морским русским разговорным. Фраза: «Чатланин сказал эцилоппу послать пацака на бак гравицапу крутить» могла, в зависимости от контекста, означать: “мастер приказал боцману отправить матроса проверить работоспособность брашпиля» или «стармех поручил вахтенному механику выделить моториста для чистки фильтра носовой балластной помпы». 

Наконец, спустя два месяца, неуловимый лесовоз, пьяный радист и коробка с кассетами были пойманы в порту города Мальмё. Мастер, как знаток морских традиций, высказал «этому барану» много знакомых и незнакомых, для радиста слов и выражений, подкрепляя свой монолог активной жестикуляцией. А на следующий день протрезвевший радист понял: «что-то не так!» То есть он четко улавливал своим натренированным ухом отдельные звуки, а иногда даже и целые слова родной речи, но смысл сказанного постоянно ускользал от его понимания. Например: на предложение боцмана одолжить тому «чатлов» радист не знал, что надо одалживать. Объявление же вахтенного штурмана по общесудовой трансляции: «внимание, на борту желтые штаны, всем два раза ку!» приводило бедного радиста в сакральный ужас. А когда кок в курилке попросил «кц», испуганный радист почему-то решил, что он сейчас станет жертвой «энергетического вампира».

Вспомнив фразу из детского мультфильма, что «с ума поодиночке сходят, это только гриппом все вместе болеют» радист вывел логическое умозаключение: «всё! - я поехал кукушкой, не мог же весь экипаж одновременно сойти с ума». Команда также начала замечать, что вернувшийся коллега ведёт себя как-то неадекватно, не всегда понимает простых вопросов, переспрашивает очевидные вещи и путается в словах. И когда тот пошел сдаваться к мастеру с признанием в своем помешательстве, то выяснилось, что мнения экипажа и радиста о психическом состоянии последнего полностью совпадают. Требовалось только одно - уточнить диагноз.

Собрали судовой консилиум из капитана, старпома и самого радиста. Долго решали, куда именно у того «поехала крыша». Получалось два возможных варианта, как, впрочем, и положено при всяком приличном консилиуме. Мастер, ссылаясь на свой собственный опыт, предполагал легкое временное слабоумие на фоне беспробудного пьянства и говорил, что ничего страшного, и с этим люди живут, и в море ходят, и даже становятся капитанами. Старпом, гордившийся тем, что единственный на судне, кто не только смотрел, но и читал «Мастера и Маргариту», уверял: «это «шизофрения, как и было сказано». Радист испуганно согласился на оба диагноза. Потом он потребовал немедленно вызвать вертолет и доставить его на берег для прохождения полного медицинского обследования. Мастер ответил так: «пепелаца тебе не будет, мы сейчас в антитентуре. Через два дня зайдем в Котку за луцом. Там тебя отдадим местным эцилоппам, а пока самоизолируйся в эцих – вдруг ты заразен». «Или «впадешь в беспокойство» - поддержал капитана старпом. По итогам консилиума радиста заперли в каюте и реквизировали у него всё спиртное.

Без алкоголя изолируемому стало совсем грустно. Он решил посмотреть какое-нибудь кино и нашел только один фильм, который ещё не видел.
Уже через полтора часа радист позвонил старпому и, захлебываясь от возбуждения, сообщил: «карантин с меня можно снимать, я сейчас учу чатлано-пацакский язык». «Началось обострение и «пациент впадает в беспокойство» - понял старпом. Взяв с собой боцмана, моток проволоки и багор, старпом решил усилить меры самоизоляции вплоть до полной фиксации больного.

Отперев каюту, они увидели, что радист поставил видеомагнитофон на паузу и лихорадочно переписывает «словарь чатлано-пацакский языка» с экрана телевизора к себе в блокнот. Старпом посмотрел на экран и ошарашено спросил: «как же ты умудрился за столько лет так ни разу и не посмотреть этот фильм?!»

23.05.2020, Новые истории - основной выпуск

Пароход – это такой огромный железный ящик с экипажем внутри. Жизнь людей в ящике монотонная, скучная. Выходных дней не бывает, а сутки бегут по кругу: четыре часа вахты – восемь часов на отдых и сон и опять четыре часа вахты.
Приход в порт – суматоха и нервотрепка: сначала разгрузка, потом погрузка, бюрократия с документами и нудное общение с местными агентами и докерами. Портовый пейзаж обычно излишне индустриален и до одури однообразен. Потихоньку все начинают забывать, как выглядит зеленая травка.
И тут мы заходим в небольшой порт, всего-то на два причала, а вокруг зеленый-зеленый лес. Идея сделать шашлыки на берегу, казалась, пришла в голову всем и сразу. Уже в вечер прихода кок замариновывал мясо, а утром на пикник выдвинулся почти весь экипаж. Старпом, оставшийся на разгрузке, глотал слюну и молил принести ему хоть один кусочек.
Лагерь разбили на живописной полянке с видом на родной пароход. Через полчаса манящий запах шашлыка собрал нас и шведских полицейских у мангала. Местные стражи порядка рассказывали престранные вещи: во-первых, мы в Швеции, а не в России, во-вторых, в лесу сучья рубить нельзя, разводить костер нельзя, распивать алкоголь нельзя, мусорить нельзя и даже приносить большой закопченный металлический ящик с углями внутри тоже нельзя. И самое главное: штраф за каждый проступок и с каждого участника пикника суммируется.
Мастер икнул, засунул плоскую бутылку с виски в карман и предложил перенести переговоры в его каюту. Блюстители не возражали. До капитанского салона дошли только трое: мастер, матрос Шурик и кок. (Вискарь, который капитан спрятал от полицейских в свой карман, был Шурика). Остальные же потерялись по дороге вместе с мангалом и шашлыками.
Шведов уменьшение численности правонарушителей не смутило. Вредная полицейская тётка заявила: «у меня все нарушители посчитаны». Капитан стал уверять её, что нарушитель был только один, а остальные, так, мимо проходили. Шведка возражала, что одному человеку не съесть ведро мяса. Её напарник, дядька лет пятидесяти, горестно вздыхал и молча пил диетическую колу, удивляясь этикеткам экзотических бутылок из капитанской коллекции.
Мастер поведал тётке горестную историю о российском моряке, страдающим за свою веру:
- Поймите, он же «правоверный ортонатурал» и из мяса может есть только свиную шею, которую три дня и три ночи мариновали в особом священном сосуде, а потом обжигали на открытом огне под вечнозеленой елью – сочинял капитан, мешая английские, русские и шведские слова - вот «ортонатурал» и мучается, готовит себе мясное сразу на месяц, а то и на два вперед.
Шведка впечатлилась:
- Кто «ортонатурал»? - спросила она.

И тут произошел конфуз. Рассказ капитана об особенностях религиозных ритуалов при приёме пищи матрос Шурик слышал, но, в силу своей слабости знания иностранных языков, суть услышанного не уловил. Поэтому он обрадовался, когда понял вопрос вредной шведской тетки и громко доложил:
- Я натурал!
Тётка плотоядно улыбнулась, мастер нахмурился, кок со шведом понимающе переглянулись.
- Штрафы платить будете! – объявила полицейская тётка Шурику.
- Не буду - ответил тот – нет денег, я на всякий случай всё потратил на месяц вперёд!
- И был прав, как раз такой случай – сказал кок и плеснул шведу в стакан с колой немного виски из капитанской коллекции.
- Сколько денег есть? – не отставала тётка от Шурика.
- Совсем нету – стоял тот на своём.
- Не заплатишь штраф: сядешь в тюрьму – голос тётки стал суровым.
- В шведскую? – уточнил Шура.
- Да! – ответила та.
Кок с завистью посмотрел на Шурика и налил себе виски без колы.
Торг начался. Сначала вредная тетка захотела по восемьсот шведских крон за каждое нарушение, потом по пятьсот, потом по четыреста. Шурик же хотел в шведскую тюрьму. Потом перешли на американские доллары. Ещё через полчаса свобода Шурика стоила всего сто долларов штрафа. Он отказался. Тут у тётки лопнуло терпение: «ты у меня сядешь» - заявила она и открыла папку с бланками.
Её напарник вместе с мастером и коком пили виски с колой и не вмешиваясь в российско-шведские отношения.
- Дети, жена есть? – спросила шведка, заполняя анкету.
- Сын – доложил Шурик – полтора года.
- Жена работает?
- Нет – ответил он – дома с ребенком сидит.
- Мы будем ей платить пособие –подал голос швед – и на ребенка тоже, всё то время, пока вы у нас в тюрьме.
Его напарница перестала писать и спросила у Шурика:
- Может двадцать долларов есть?
Радостно улыбающийся Шурик отрицательно качал головой.
- Пока в тюрьме сидишь – рассказывал швед – можешь работать или учиться, если работаешь, то тебе платят зарплату, а учат бесплатно.
Шведка зло посмотрела на напарника, а тот продолжал:
- Уходить из тюрьмы можно каждый вечер после пяти и до полуночи, а если пригласят в гости, то до утра – швед налил себе виски из самой дорогой бутылки в коллекции капитана и продолжил – а на выходных какая-нибудь вдовушка с дочками может взять тебя к себе домой с вечера пятницы до утра понедельника.
Шурик, зажмурив глаза, блаженно улыбался. Из его приоткрытого рта протянулась тонкая ниточка слюны. Шведка закрыла папку с документами.
- Яннике, пойдем отсюда – предложил тётке её напарник.

Когда шведская полиция вежливо попрощалась и ушла, капитан открыл бутылку Шурика и, наливая ему, сказал:
- Что ж ты за бестолочь такая! Тебя с твоей анкетой даже в тюрьму не берут!

09.05.2020, Новые истории - основной выпуск

«Есть такая профессия»

В канун 75-летия Победы хочется вспомнить не только «героев былых времен», но и профессионалов минувшей войны. 
Тех, кто воевал умением, а не числом, тех, кто, как старшина Васков, понимал, что «Война — это не просто кто кого перестреляет. Война — это кто кого передумает”.
Вспомнить меткость и выучку танкистов Колобанова, уничтоживших 43 неприятельских танка за один день 20 августа 1941 года.
Высочайший профессионализм пограничника Наумова, который, оказавшись летом 1941 года в окружении, вступил в качестве рядового бойца в партизанский отряд, а уже в феврале-апреле 1943 года провел исключительно успешный рейд своего партизанского соединения по тылам противника, за что ему было присвоено звание генерал-майор сразу после звания капитан.
Можно вспомнить об организаторских способностях «вездесущего адмирала» Головко, сумевшего организовывать эффективное прикрытие ледовых конвоев союзников силами, тогда еще небольшого, Северного Флота.
Вспомнить и поклониться памяти генерала Покровского, под руководством которого штаб 3го Белорусского фронта разработал и осуществил блестящую операцию штурма Кенигсберга.
Восхититься гениальностью полководца Василевского, Главнокомандующего Советскими войсками на Дальнем Востоке, выигравшего войну с Японией за неполный месяц.
Вспомнить всех тех, кто понимал, что место подвигу есть только тогда, когда надо исправлять чьи-то ошибки.
Вспомнить победителей, не ставших героями, потому что они были профессионалами.

30.04.2020, Новые истории - основной выпуск

Всегда мечтал побывать в Гондурасе. Мои кузены, обитавшие в городе Чудово, (там, где спички делают) говорили мне, что лучше чудить в Гондурасе, чем гондурасить в Чудово, а почудить хотелось. И вот сбылась мечта идиота – наш пароход заходит на погрузку в Гондурас.
О том, что Гондурас - страна чудная, стало понятно, когда за причальной стенкой обнаружилась разбитая грунтовая дорога и сразу же начинались джунгли. На резонный вопрос озадаченной буфетчицы «а где же порт?» местный шипчандлер весьма односложно ответил «вот!», и тут же категорично посоветовал с борта судна не сходить, особенно одному и ночью.
Но его разумные рекомендации не охладили моего желания почудить. Найдя еще трех единомышленников, мы отправились на поиски приключений, или «почесать Гондурас» как сказал Макс, самый трезвый из нас. Сразу у трапа нас ждала местная полиция, которая тут же предложила свои услуги в виде охраны и такси. Решив, что жизнь налаживается, а тариф в пять вечнозеленых долларов смехотворен, мы радостно скомандовали «в бар!».
И бар был! Правда не сразу, а минут через сорок тряски по проселку через джунгли. Несколько столиков и барная стойка прямо на золотистом песке океанского пляжа. Смеркалось. Мы заказали бутылку водки. Нам принесли литровую бутыль и ведро колотого льда. Бармен начал быстро наливать в высокие и узкие стаканы по 20 грамм из бутыли и до краев засыпать стакан льдом. Макс потребовал лед убрать. Бармен сказал, что лед бесплатно, Макс настаивал, бармен тоже. Другие посетители стали обращать на нас внимание. Тогда Макс взял стакан, выплеснул полурастаявший лед на песок и наполнил его до краев водкой. В баре повисло молчание. Все смотрели на нас. «Надо что-то сказать» - посоветовал я Максу. Он вздохнул, произнес: «Уно моменто» и залпом выпил стакан. Бар охнул (потом мне рассказывали, что еще много лет полный стакан водки в этом баре назывался коктейлем «в один момент»).
Чудили мы до утра. Утром нам принесли счет. Четыре тысячи долларов. Макс сказал, что это перебор и они не правы. Нам пояснили, что в джунглях ягуары, а в океане акулы и платить придется. С собой таких денег ни у кого не имелось. Оставив Макса в заложниках, нас повезли на пароход за выкупом. Обратно в бар мы вернулись уже к обеду и почти протрезвевшие. Макса не было. Обескураженный бармен рассказал, что сразу после нашего отъезда Макс взял из бара еще одну бутылку водки и сбежал в джунгли. Поймать его они так и не сумели.
Обратно на пароход мы возвращались в смешанных чувствах – с одной стороны сэкономили четыре тысячи долларов, с другой стороны теперь нам надо искать партизанящего в джунглях Макса…
Не буду здесь описывать как организовывались поисковые партии и кем нанимались местные аборигены – это отдельная история. Скажу только, что Макс, держа в руках почти пустую бутылку, сам приполз к трапу парохода утром следующего дня. На вопрос, как он избежал встречи с многочисленными хищниками, он ответил: «я же в школе ходил в кружок юного натуралиста, где нам рассказывали, что запах алкоголя отпугивает животных».

01.05.2020, Новые истории - основной выпуск

КАК ЗАМПОЛИТ КОММУНИЗМ ПОБЕДИЛ

Как-то раз, на излете существования ГДР, стояли мы в морском порту города Засниц. Местный портовый начальник постоянно докапывался к нашему пароходу: то противокрысиные щиты у нас на швартовых криво установлены, то сетка под трапом не той системы. При этом он не забывал постоянно ругать коммунистов за все хорошее и все плохое.
Дядечка был сильно в возрасте и очень хорошо говорил по-русски в цензурном и нецензурном вариантах «великого и могучего». Судя по его повадкам, он служил не только в гитлерюгенде, за что, похоже, и был отправлен на интенсивные десятилетние курсы русского языка в места, уже достаточно для Германии отдаленные.
Чтобы прекратить его придирки, наш капитан решил натравить на этого любителя русской нецензурной словесности своего первого помощника (сиречь замполита, просьба не путать со старпомом).
Первый помощник, пожалуй, впервые в истории торгового мореплавания, мог принести реальную пользу своему экипажу и всему пароходству. (За нарушение правил стоянки в порту судно штрафуется).
Сказать, что замполит, получив приказ, заволновался, это значит ничего не сказать. Он реально стал готовиться к предстоящему «батлу». Весь вечер заглядывал в свой блокнот, что-то тихо бормотал себе под нос, был суров и сосредоточен, прекратил пить, с голландского спайса перешел на папиросы фабрики имени Урицкого.
На следующее утро посмотреть на «батл» собрался весь экипаж, свободный от вахты. К первому помощнику, провокационно бросившему окурок, местный бюрократ-антикоммунист кинулся «как Троцкий на буржуазию».
«Батл» начался! Вся критика крикливого немца сводились к одному: «ваш коммунизм половине Германии и мира нормально жить не дает!»
Но замполит был готов, почти не прибегая к морскому разговорному нецензурному, он жахнул по противнику своим самым главным калибром – открыл рот.
Во-первых, сказал первый помощник, коммунизм придумали в Германии местные жители Карл Маркс и Фридрих Энгельс.
Во-вторых, это Германия пропустила Ленина «энд компани» в Россию из нейтральной Швейцарии. «Вот вы, немцы, не удержали в себе «призрак коммунизма», который бродил у вас по Германиям и, ясно дело, перебродил. Зачем вы выпустили это наружу?! Теперь все мучаются!»
Дядечка сразу подсдулся и стал совсем уж нелепо парировать: «а Гитлер был австрийцем, а не немцем». Но окрыленный своим первым успехом замполит не дал врагу ни малейшего шанса на спасение и гордо заявил, что он моряк, а поскольку в Австрии морских портов нету, только речные: «то пусть речники с этой Австрией и разбираются!»
Больше штрафов за нарушение правил стоянки судна в порту города Засниц не было.

25.05.2020, Новые истории - основной выпуск

Сын поступил в частную школу в США. Для оплаты обучения ребенка в школе я открыл себе счет в местном банке. Разумеется, уведомил российскую налоговую о наличии счета за границей. Когда в Питере пришел в банк переводить средства между своими счетами: российским и американским, то на меня тут же свалилась куча анкет и задали множество вопросов:
- Зачем переводите деньги?
- На учебу сыну.
- Покажите договор, ага, здесь за год одна сумма, а вы переводите больше, почему?
- Мальчику же нужны карманные деньги - объясняю я - покупать одежду, ходить в кино...
- А где документы на предполагаемые траты?
Вопросы и анкеты у банкиров не заканчивались, а рабочий день и мое терпение подходили к концу. Решив полностью снять все возможные вопросы, я, в графе анкеты "причина перевода денежных средств за границу", указал: "не доверяю российской банковской системе".
Деньги перевели.

27.04.2020, Новые истории - основной выпуск

Был у нас на пароходе кок Серега. Хорошо готовил, а потом вкусно кормил. Будучи «шефом», гонял «поварешку» и «буфетчицу» так, что летели брызги и искры. 24 часа в сутки на камбузе что-то варилось, жарилось и коптилось. А запахи… эти запахи сводили с ума механиков в ЦПУ и штурманов на мостике. За неделю в судовом меню ни одно блюдо не повторялось дважды. На продуктах же он не экономил от слова «совсем». Старпом с артельщиком только горестно вздыхали, когда закупали по его требованиям всевозможные деликатесы и различные хитроумные приправы.
Но вот что странно, никто никогда не видел – как и когда Серега ел. Обычно он высовывался из окна раздачи и грустными глазами смотрел на экипаж, который радостно поглощал его разносолы, при этом лицо Сереги выражало искреннюю жалость и сострадание к экипажу. На вопросы «Серега, а ты чего сам то не ешь?» он всегда отвечал одно и тоже «Не ребята, я такое говно не ем».

13.05.2020, Новые истории - основной выпуск

Продолжение историй от 09/05/2020 и 11/05/2020

Моё предложение было принято. Выпив, я немного осмелел, вернее захмелел и поглупел, и продолжил опасную тему про трусы Стасика:
- А почему электрик ходит в исподнем?
- Так Маринка всё забирает – сказал Начальник.
- Кто это? – икнул я.
- Его жена, ревнивая стерва – продолжил радист – она привозит его на пароход и забирает с собой всю верхнюю одежду вместе с обувью. Боится, что тот загуляет в рейсе.
- Она, что дура? – от удивления я снова икнул - любую одежду можно купить в первом же порту.
- Стасик за всю зарплату до последней копейки отчитывается перед женой. Теща его работает в бухгалтерии пароходства.
- Так можно же попросить у кого-нибудь брюки и свитер – продолжал я защищать право электрика ходить в штанах – неужели никто на пароходе не одолжит?
Все заржали, мне стало немного обидно:
- И что смешного сказал?
Док примирительно ответил:
- Посмотри внимательно вокруг. Весь экипаж на пароходе под два метра ростом и только Стасик метр с кепкой. Да ему наша одежда будет сильно велика. В любом порту полиция его тут же загребёт за воровство или бродяжничество.
Я посмотрел вокруг, все включая меня и приболевшего Макса, были действительно выше среднего роста.
- Степаныч, инспектор кадров пароходства – продолжал свое повествование доктор – брат тещи Стасика. Он специально подбирает команду так, чтобы оставить электрика без штанов.
- Охренеть – мое изумление зашкаливало – с этим надо что-то делать!
- Не надо - сказал Хабаров и пояснил – Стасика и так все устраивает.

- Но почему? – мне было совсем не понятно, как электрика может устраивать по полгода ходить без штанов. Прямо дикарь какой-то. "А вдруг электрик только прикидывается, что не знает, что он ходит не с зеленым, а с розовым задом?" Я тут же доложил свои сомнения высокому собранию. Собрание задумалось. Выпило.
 Шеф крякнул и начал колоться, что однажды видел Стасика выходящим из каюты буфетчицы Аньки.
- Может он у неё в каюте лампочку менял? – встал на защиту семейной нравственности Чиф.
- А зачем ей лампочка – не сдавался Шеф-повар – она же не красится, а читать не умеет.
В дверь постучали.
- Первый раз за полгода - прокомментировал Хабаров и крикнул – не заперто!
В каюту вошел очень высокий и очень тощий юноша.
- О, король воды, говна и пара – снова весело хрюкнул док – с чем пожаловали?
Юноша покраснел и, увидев меня, представился:
- Четвертый механик Алексей Каратаев. Павел Николаевич – обратился он к доктору - там Валера засунул себе в нос лампочку и вытащить не может, не могли бы вы посмотреть.
Док хмыкнул и поинтересовался:
- Выпьешь?
- Нет – юноша энергично замотал головой – я же не пью, пойдемте пожалуйста!
Доктор засобирался, вместе с ним из каюты Хабарова решил ретироваться и я. До смертельной дозы в 300 миллилитров мне оставалась совсем немного.
- Алексей – спросил я механика – а зачем моторист Валера лампочку в нос засунул?
В МКО – машинно-котельном отделении - очень шумно и мотористы иногда засовывают маленькие лампочки в уши, чтобы не надевать наушники. Но в нос?
- Я попросил Валеру почистить забившийся унитаз в каюте буфетчицы, и он решил, что если лампочка защищает от шума, то защитит и от запаха - ответил Алексей.
- Какой пытливый, развивающийся ум – прокомментировал рассказ механика док – ставит любительские эксперименты не только над насекомыми, но и над собой.
Док с четвертым механиком ушли в машинное, а я поднялся на мостик освежиться.
Там были Вася и третий помощник, представившийся Толиком.
- «Пятнадцатилетнего капитана» знаешь? – спросил меня Вася.
- Роман Жюля Верна? – не понял вопроса я.
- Нет, капитана-наставника по ВМП.
О! Его я знал. Это была легендарная личность во всех флотах. Много лет он командовал подводными лодками, за что его и прозвали «Пятнадцатилетним капитаном». Прославился же он двумя подвигами: сфотографировал в Нью-Йорке Статую Свободы через перископ своего подводного крейсера и был уволен в запас за пьянку.
Боже, как грандиозно надо было бухать, чтобы тебя уволили за пьянку из российского ВМФ, тем более с Краснознаменного Северного Флота. Не понизили в звании, не отстранили от занимаемой должности – а именно уволили!
Покинув ВМФ, он стал «капитаном-наставником гражданских судов по военно-морской подготовке». В чем заключалась сия подготовка точно никто не понимал, но артельщики заказывали тройную норму алкоголя, когда узнавали, что проверяющим в рейс идет «Пятнадцатилетний капитан».
Узнав, что прибывающего проверяющего я знаю лично, капитан Вася поручил мне его встретить и разместить в каюте №16.

На мостик поднялся старпом.
- Деньги есть? - спросил он у меня деловито.
- Нету. Мы же в рейс, а не из рейса.
- Логично – голосом доктора ответил Чиф – там твоего вахтенного матроса привезли, иди, надо выкупать.
- А почему мне? – удивился я.
- Потому что он из твоей вахты - парировал старпом – и это тоже логично.

"Блин! Просто клуб любителей логики". Я закрыл глаза и представил надпись над входом в кают-компанию: «Клуб любителей абсолютной логики «Абсолют»». А что? Доктора изберём распорядителем – разливающим, а Хабарова – Хабаровым. Сделаем фамилию должностью. Розовозадый Стасик будет дворецким. Очень удобно: летом – розовый, зимой – оранжевый. Прямо пассивный датчик определения забортной сезонности…»
- Проснись – Чиф тряс меня за плечо – не спи на вахте, иди, принимай матроса.
- Я не сплю – я длинно моргнул – отмахнувшись от старпома, я спустился с мостика.

На пирсе у кормовой аппарели судна стоял милицейский уазик и два невысоких, но коренастых сержанта.
- Ваш? – один из сержантов открыл заднюю дверь уазика. В отсеке обнаружилось бесчувственное тело, которое, однако, громко храпело.
- Не знаю - честно ответил я – а почему вы решили, что это наше?
Сержант развернул на свет лоб спящего. На лбу шариковой ручкой было написано: «3 район, 74 причал».
- Адрес правильный – согласился я – а можно его всего показать?
Сержанты хмыкнули и вывалили тело на пирс. Тело, свернувшись в позе эмбриона, продолжало храпеть.
- А какой он длинны, то есть роста? – спросил я.
- Какая тебе разница? – удивился один из сержантов.
- Если рост менее 183 сантиметров, то не приму – я был категоричен.
- Тебе что, на продажу что ли? – пошутил сержант.
- Нет, на разведение – поддержал я милицейский юмор – в Исландии не хватает мужиков, но нужны особи исключительно выше шести футов, или 183 сантиметров. За каждый дополнительно сданный сантиметр исландское правительство платит баррель нефти.
- Сантиметр чего? – уточнили менты.
- Всего – ответил я – всё суммируется, потом переводится из баррелей в британские фунты стерлингов по курсу Лондонской товарно-сырьевой биржи.
- Шутишь? – оба сержанта смотрели на меня с подозрением.
- Нет, мечтаю! Давайте, раскатывайте тело максимально в длину. Будем мерить.
- Джинсы с него снимать? – сержанты смотрели на меня вопросительно.
- Зачем? – не понял я.
- Мерить. А потом складывать, ну чтоб большей баррелей, то есть фунтов – пояснили они.
«С милицией шутки плохи» твердили мне с детства, и теперь я понял - почему.
- Штаны снимать ни с кого не будем. С того, с кого надо, штаны уже сняли, причём давно – ответил я и достал из своего рюкзака курвиметр.
Замеры показывали 186 сантиметров, что укладывалось в стандарты Степаныча. Условия по обеспечению отсутствия штанов на Стасике были соблюдены.
- Беру – решился я – сколько с меня?
- Ничего – ответили сержанты – часы и цепочку мы уже сняли, а кошелек забрал ещё бармен в ресторане. Так что все по-честному.
- Вот – мне протянули паспорт моряка. На месте фотографии в паспорте была наклейка с мультяшным Дональдом Даком.
«М-да» - подумал я: «у погранцов явно будут вопросы, а хватит ли нам водки для наших ответов?» - меня терзали «смутные сомнения»: «Впереди еще длинный рейс. Да и самим что-то надо пить. Ладно, будем надеяться, что до ближайшего порта захода мы дотянем».
- Ну хорошо, заносите его на судно – скомандовал я сержантам.
- Сам заноси – не согласились те.
- Смирно! Молчать! Что здесь происходит?! – за моей спиной, блестя золотом погон, стоял «Пятнадцатилетний капитан» в парадной форме капитана первого ранга.
- Произвожу погрузку личного состава, Радмир Константинович! – доложил я.
- А, это правильно. Товарищи сержанты, грузите моряка – капитан-наставник вдруг стал само обаяние.
 - Куда нести? – казалось, сержанты были готовы исполнить любой его приказ.
- В медицинский изолятор, к доктору – решил я – Радмир Константинович, пройдемте, я покажу вам вашу каюту.
- Хорошо – согласился тот и спросил – а почему я не вижу вахтенного матроса у трапа?
- Так вот он – я указал на сержантов, которые несли тело – его же несут за нами.
- Матрос должен стоять у трапа, а не перемещаться в пространстве на чьих–то руках!
- Радмир Константинович – сочинял я на ходу – у нас шефское усиление, моторизированный милицейский патруль обеспечивает пропускной режим и укладывает матросов спать, давая им возможность восстановить силы перед выходом в море.
«Пятнадцатилетний капитан» хмыкнул и спросил: «Хабаров у себя?» Я молча кивнул. «Тогда мне туда, не провожай» – сказал капитан-наставник и скрылся в коридоре.
«Сука!!! Кто такой Хабаров!!!» - внутренне проорал я.

16.05.2020, Новые истории - основной выпуск

МУЛЬТИПАСПОРТ

Мой очень хороший друг Рохер родился в Гаване.
Перед самым путчем, добившим Советский Союз, его отправили учиться на инженера в один из институтов Москвы. Немного освоившись в огромном городе, Рохер сильно удивился богатству русского языка и стал Родриго. Столица постсоветской России ему понравилась больше, чем столица социалистической Кубы и он решил остаться жить в Москве.
В зоопарке Родриго познакомился с девушкой из Витебска. «Россиянка» - подумал он. «Итальянец» - решила девушка. Так Родриго стал белорусом. Семейная жизнь в Витебске не задалась и пришлось вернуться в Москву. «Жениться надо на москвичке» - сообразил белорус Родриго: «москвичка – она точно из Москвы». Так Родриго стал россиянином.
Года шли, постаревший Фидель Кастро дал порулить Кубой своему брату Мигелю, и тот «немного открутил гайки». У нашего Родриго был дедушка, которого ещё в «нежном возрасте» вывезли из Бильбао в Гавану, подальше от ужасов испанской Гражданской войны. Улучив подходящий момент, дедушка, добравшись до родины, восстановил испанское гражданство себе, своим детям и внукам. Так Родриго стал испанцем.
Разумеется, была у Родриго и мама, которая на каком-то корыте перебралась через Флоридский пролив и жила в Майами, постоянно зазывая в гости любимого сына. Тот отнекивался, ссылаясь на муторность получения американской визы. Мама не только скучала, но и действовала: в один прекрасный день любимый сын получил по почте «гринкарту» постоянного жителя США. Пришлось навестить маму, а через пять лет Родриго стал американцем.
Все эти подробности я узнал в аэропорту Гонконга, куда мы с ним прилетели на какую-то выставку. На паспортном контроле его попросили предъявить документы. Мой друг достал стопку разноцветных паспортов и, отдав всю пачку пограничнику, предложил: «выберете, пожалуйста, сами, какой паспорт Вас больше устраивает».

22.05.2020, Новые истории - основной выпуск

Автоматчик (продолжение)

Покинув камбуз, я решил вернуться на мостик и в коридоре встретил автоматчика. В сером камуфляже, каске и бронежилете. Почему-то эта встреча меня не удивила, хотя в моём рейтинге «нежданчиков» – этот «нежданчик» претендовал на первое место, даже возможно, на особый приз.
- Ты кто? – агрессивно спросил автоматчик.
- Второй помощник капитана – представился я.
- Мы где? – продолжил автоматчик допрос.
- В коридоре левого борта четвертой палубы, в районе 106 шпангоута – надо отвечать максимально точно, вдруг за неправильный ответ уже положен расстрел.
- А времени сколько? – продолжал допрос автоматчик
«Ого, он потерялся не только в пространстве, но и во времени, интересно, как у него с восприятием действительности» - подумал я и ответил:
- Два часа сорок одна минута ночи – и, указывав на запястье автоматчика, добавил – у вас свои часы на руке.
- Да? – удивился тот непонятно чему.
- Да! – подтвердил я и решительно перехватил инициативу разговора – а вы кто?
- Прапорщик Мухин – представился автоматчик.
- Адмиралтейское РУВД? – меня осенила догадка – с уазика?
Мухин нерешительно кивнул головой.
- На пароходе мы – поделился я нашими совместными географическими данными.
- Куда мы плывём? – прапорщик выглядел озадаченно.
- Никто никуда не плывёт, и даже не идёт, судно в порту стоит.
- И мои сержанты тоже здесь? – прапорщик перестал быть озадаченным и стал тревожным.
- Да, наш доктор их для опытов забрал – пошутил я, забыв, что «с милицией шутки плохи».
- Каких опытов? – теперь прапорщик выглядел и тревожным, и озадаченным
- Медицинских, устанавливает смертельную дозу алкоголя для человека.
- Им всё неймётся – неоднозначно сказал Мухин и спросил – опыты скоро закончатся?
- Это надо у доктора узнать – я подивился легковерности милиционера и показал на АКСУ – Автомат зачем?
- Проснулся – объяснял прапорщик - в машине никого. Ангар, темно, дверь открываю, смотрю: уазик висит в метре над полом. Вот взял автомат и каску, спрыгнул и пошел выяснять.
- Ну пойдём звонить «субнормальному» механику, выяснять, где висит твой уазик.

На мостике телефон судовой АТС трещал не переставая. Кому-то сильно не терпелось. Сняв трубку, я услышал взволнованный голос Каратаева.
- Там что-то есть!
- Где – там? – не понял я.
- Внутри машины, то есть было, но ушло – ответила трубка.
- Так, Алексей, объясни спокойно и с самого начала! – попросил я механика.
- Как уазик начал поднимать погрузчиком, так там завыли! может милицейская собака? ну, я и убежал, то есть ушёл сообщить на мостик.
- Это не собака – успокоил я механика – это прапорщик, я его уже поймал. Сейчас приведу его к тебе на «кардек», а ты пока уазик поставь обратно на палубу.
Вот так рождаются легенды и создаются репутации «великих капитанов»: доложили о проблеме, а, оказывается, «первый после Бога» не только в курсе происходящих событий, но уже и всё решил. Но я не капитан, а мой вахтенный матрос Шурик продолжает помогать доктору ставить опыты над людьми. Так что прапорщика придётся вести самому. Вдруг этот Мухин опять заплутает и попадет туда же куда рано или поздно попадают все на этом пароходе – в «Хабаровск».

Когда мы с прапорщиком шли мимо камбуза, оттуда вышел человек, который никогда не был в «Хабаровске», и, наверное, никогда там и не будет. Это был электрик Стасик, причём в фартуке.
- Ты куда – остановил я его – пельмени уже почистил?
- К себе в каюту за лейкопластырем – сказал электрик и показал порезанную руку – вот палец стеклом порезал, а доктор из судовой аптеки лейкопластыря не дал, жадина, сказал своим заклеить.
- Ну и правильно – поддержал я доктора – у вас у электриков изоленты много.
Стасик неопределенно хмыкнул в ответ.
- А что – поинтересовался я - теперь пельмени, мало того, что будут без шкурки, так ещё и с кровью?! Человеческой?!
Прапорщик Мухин у меня за спиной удивленно ёкнул.
- Нет, без крови, я порезался, когда стекло около котла собирал – и кивнув на автоматчика, Стасик спросил - а почему ходите с вооруженной охраной.
- Совместный приказ министров Минморфлота и МВД – мой голос был торжественен – участились случаи нападения судовых электриков на других членов экипажа, вот и приставили вооружённую охрану для безопасности мореходства и повышения авторитета институту помощников капитана.
- Не может быть – глаза Стасика округлились.

Рейтинг@Mail.ru