Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+

Лучшая сотня историй от "Немолодой"

Все тексты от "Немолодой"

09.01.2005, Новые истории - основной выпуск

У меня есть друг. Пять лет назад он впервые сел за руль. Это была
старенькая «шестерка». За полгода он проехал по области больше двадцати
тысяч километров, после чего созрел для покупки новой машины. Пригнали
ему ВАЗ 2111. Очень он был доволен обновкой. Ну, еще бы, - после
шестерки-то. Собрался на ней ехать к теще в Киевскую область. Пригласил
меня на совет. Я к тому времени наездил больше полумиллиона километров
по СССР и СНГ. Потому со знанием дела надавал ему рекомендаций насчет
маршрута и различных дорожных ситуаций. Зная его слабости, (в том числе
и к прекрасному полу), я особо подчеркнул опасность путешествия в
одиночку. Говорю: «В дороге никому не останавливай. Машина все-таки не
самая дешевая. За нее не только убьют, но и закопают».
Через две недели он, вернувшись, пригласил нас на Киевский торт.
Конечно, где торт, там и «Зубровка», «Перцовка», а особенно нам
понравилась водка «Чумацкий шлях».
Рассказал он и о дороге. Выехал он вечером. В сумерках, увидел на левой
обочине «пятерку» с мигающей «аварийкой». Возле машины стоял понурый
мужик, держа в руках пластмассовую флягу и шланг, рядом две женщины
отчаянно махали руками каждой машине. Все проносятся мимо. Кругом лес.
Наш герой бьет по тормозам, и достает из багажника двадцатилитровую
канистру с бензином, которую на всякий случай взял с собой. Тут я
прервал его рассказ: «Зачем ты остановился? Я же тебя предупреждал! »
А он отвечает: «Так ведь уже смеркалось. И лес кругом. А ночью-то им
вообще никто не поможет. И бензин у меня был, как специально…»
Через часа полтора, он увидел на обочине бортовую «Газель», с
«аварийкой», возле которой суетились два мужика. Опять остановился. Взял
в машину одного из них. В восемнадцати километрах дальше по трассе была
их деревня, откуда тот должен был взять какие-то инструменты и запчасти
для ремонта.
Я опять его прерываю: «Ты обалдел. А если бы тебе по башке дали? »
Возражает: «Так ведь я осторожно. Проехал чуть дальше, оставил машину на
первой передаче, нога на сцеплении, если бы почувствовал угрозу, -
газанул бы и уехал. В машину посадил только одного».
В эту ночь он останавливался еще. Довез какого-то незадачливого водилу с
канистрой до заправки, и в какой-то деревне подобрал мужика в камуфляже,
- вез его километров семьдесят. Ну, этот, зато оставил на сиденье
сколько-то денег в благодарность.
С пограничного пункта он вез украинского таможенника-отпускника. И,
потом, еще одной его пассажиркой, была древняя старушка.
Я подытожил: «Йопть! Ему сказали «Никому не останавливай!», а он, как
таксист ехал».
Так до сих пор и ездит.
Больше того, он так и ходит.
На днях звонит мне на мобильник. Спрашивает, не знаю ли я, где у нас в
городе можно платно воспользоваться факсом. Я ответил, что такая услуга
есть на центральном переговорном пункте и поинтересовался, что
случилось. Оказывается, с этим вопросом к нему на улице подошел какой-то
дальнобойщик, чью машину задержали гаишники. Что-то с документами не в
порядке, и тому теперь надо факсом получить с Уфы копию ПТСки. Ну,
представьте, подходит к вам на улице незнакомец с вопросом. Ответа вы не
знаете. Другой так и скажет: «Извините, я не знаю». И идет дальше. А
этот чешет репу, и начинает обзванивать всех знакомых, чтобы помочь. Все
хочет мир спасти.
…Помогай ему Бог.

Интернационалист.

26.02.2008, Новые истории - основной выпуск

Заяц.

Водитель такси был словоохотлив.
- Домой везти? Не удивляйся - я тебя уже подвозил раз - помню.
Ты, ведь, игрушками торгуешь? Хорошее дело! Сейчас много игрушек всяких.
И красивые, и ходят и разговаривают.
А, вот я тебе про одну игрушку расскажу.

Алешке - моему двоюродному брату - пять лет тогда исполнилось. И он со
двора привел мальчишек к себе на день рождения. Времена простые были.
Кто-то из них сразу пошел в гости, а один забежал домой за подарком.
Просто из своих игрушек что-то выбрать.
Принес плюшевого зайца.
Брат, как его увидел - зайца этого - обнял, прижал к себе, и весь вечер
не расставался с ним. Другие подарки посмотрел, и все, а зайца не
выпускал из рук.
И потом этот заяц был его любимой игрушкой.
Мать ему как-то сказала:
- У тебя и машинки, и солдатики, что ты в этого зайца вцепился?
Брат согласился с ней.
Собрал машинки и другие игрушки в охапку, вынес на улицу и раздал
ребятам. Одного этого зайца оставил.

Подросли когда, он уже, конечно, не играл с ним. Другие интересы
появились. А зайцем завладела его младшая сестра – Иринка.

Мы росли, а заяц старел.
Однажды тетка разбиралась в кладовой. Отнесла на помойку мешок хлама.
А Иринка, возвращаясь домой из техникума, шла мимо помойки и увидела,
что из мешка на нее этот заяц смотрит.
Принесла его домой, отстирала, высушила, и забрала к себе в комнату.
Матери скандал закатила: "Разве можно было так с ним поступить!"

Прошло еще несколько лет.
Приезжаю к ним в гости я со своей двухлетней дочкой.
Ну, уже понятно, да?
Сейчас Ксюхе пять, и она с ним не расстается.
Вот, скажем, куклу ей подарят, день-два поиграет, а потом в куклиной
кофточке уже заяц красуется.
Я думал - распороть его по швам, снять выкройки и нового такого сшить.
Не стал.
Это, ведь, уже не он будет.
Правда, мы его постепенно обшиваем новым плюшем.
Ксении объяснили, что у него будет вырастать новая шерстка. Туловище уже
обшили.
А то, - мало, что плюш вытерся, уже и ткань протираться стала.
Ведь, брату его двадцать лет назад подарили, и он уже не новый был.

И, знаешь, что интересно, - вот приходит она с ним в садик, или на улицу
выходит к ребятам, - все они бросают свои игрушки, и тянутся этого зайца
подержать, или хотя бы потрогать.
Неодушевленный предмет, - значит, души у него нет. Но, что-то есть,
ведь, в нем, как ты думаешь?

Я записал номер телефона этого таксиста, и, через несколько дней,
созвонившись, приехал посмотреть этого зайца.
Ксюша неохотно протянула мне его и ревниво наблюдала, как я его
разглядывал.
Обычная неказистая игрушка советских времен.
На ножки его были натянуты кукольные носочки, а на ушках повязан
аккуратный розовый бантик.

20.02.2012, Новые истории - основной выпуск

Дорожная история.

Отец с вещами шел впереди, прокладывая дорогу в вокзальной толпе, мама
со мной – трехлетним - старательно не отставала.
Вдруг они услышали громкий плач.
У стены стояла девушка, и рыдала в голос.
Две какие-то сердобольные женщины её утешали.

Пассажиры с узлами и чемоданами останавливались, и, любопытствуя,
вытягивали шеи.

Отец решительно свернул, извинился, нечаянно толкнув кого-то, поставил
возле девушки чемодан и рюкзак, и спросил у неё – что случилось?

Всхлипывая, девушка объяснила, что она приехала в Киев из Томска
поступать в институт, экзамены завалила, собралась возвращаться домой,
но сейчас - на вокзале - у неё украли кошелек с билетами, и всеми
деньгами.

Отец повернулся к собравшимся, снял с головы кепку, положил в неё
трешницу, и громко сказал:
- Так! Граждане! Давайте быстро поможем девушке!
Деревенские тетки отворачивались к стене, и доставали из-за пазух узелки
с деньгами. Мужики полезли в карманы. Кепка быстро наполнялась.

Позже, когда после смерти отца уже прошли годы, мама вспоминала:

«Я просто стояла рядом, и держала тебя за ручку. Чтобы не потерять тебя
в толпе. Ты очень шустрый был. Стояла, наблюдала за Колей, и гордилась
им. Вот он подошел к какому-то военному. Тот копался в портмоне. Я
знала, что офицеры все богатые. Но подивилась – сколько у него в
бумажнике крупных купюр.
Он достал одну банкноту, и я обрадовалась, что этих денег девушке уже
точно хватит. Но он прикинул, сколько денег в кепке, и сказал, что там
еще мало ему на сдачу. Когда люди еще добавили, он положил свою купюру в
кепку, вытащил оттуда, сколько посчитал нужным, и ушел. Я и Коля
посмотрели ему вслед и переглянулись. Мы очень хорошо понимали друг
друга.
Девушка уже не плакала.
Она стеснялась внимания людей. Очень смущена была и тем, что вот ей
незнакомый мужчина помогает.
Отец твой был очень мужественно красив. Ты помнишь, да? И фотографии
есть.
Девушка эта уже стала говорить: «Хватит! Тут уже хватит на билет!»
Николай посмотрел на часы, и ответил: «Сейчас еще немножко, Вам же и
кушать в дороге нужно».

Потом он отдал ей деньги, вскинул рюкзак на плечо, поднял чемодан, и
сказал мне: «Бежим! Опаздываем!»

«Понимаешь, сынок, - заключила мама, - добрых людей много! Инициативных
мало!»

04.05.2009, Новые истории - основной выпуск

Говорили о квартирных кражах. Монолог одного из участников мне так
понравился, что я его воспроизвел.

Нет, мужики, самое лучшее спасение это собака. Вот ты говоришь –
вневедомственная охрана. А твоя вневедомственная охрана будет у тебя в
доме жить? – Нет! А собака живет.

Я еще мальчишкой был, когда мы взяли щенка ротвейлера.
Заводчик сказал мне, чтобы я и не думал в нем злость воспитывать! Он,
говорит, сторож от природы. Мы с моим Каро вместе росли. Всю нашу семью
он, конечно, знал, но хозяином признавал только меня. Когда я ложился
спать, он приходил в мою комнату и плюхался у двери. И никто не мог
войти. Он сразу нос морщил, клыки показывал и порыкивал.
Мать моя кормила его. Он ей руки лизал. А разбудить меня в школу, она
могла только из коридора.
Твоя вневедомственная будет у тебя на полу у входа спать?
Драться он любил с чужими собаками. Глаза при этом у него под лоб как-то
закатывались. Вроде прямо белками смотрел. Или не смотрел вовсе.
Я, помню, еще не знал, что дерущихся собак надо за задние лапы
растаскивать, когда он с соседским кобелем сцепился. Я, пытаясь их
разнять, между ними влез. Он, сгоряча, и хватанул меня пару раз за ногу.
В дырки от клыков мизинец влезал.

Раз цыгане хотели нас обчистить.
Дед в огороде ковырялся, а я в доме был.
Пес спал где-то в тенечке за домом.
Цыгане же наглые.

Идут гурьбой по улице. Видят, что один дед в огороде ковыряется, в доме
тихо, окна и двери нараспашку. Ну, человек шесть отделились от толпы, и
шасть через калитку к нам во двор. Деду бросили коротко: «Мы попить». А
сами через двор к дому. Быстренько. Я из своей комнаты их увидел,
услышал, только и успел подумать: «Собака же не привязана».
А они уже от собаки бегут. Один разорванную клыками ляжку рукой
придерживает. Они даже в калитку все не поместились. Через забор
перемахнули. Пес успел-таки еще двоих цапнуть. Но он спокойный был.
Посмотрел им вслед, и снова за дом ушел.

Я уже говорил, что всю нашу семью он знал. И в степени родства
разбирался. Вот тетка моя жила неподалеку и часто к нам заходила. Он ей
позволял заходить и выходить, даже если никого из нас дома не было.
Только брать ничего не разрешал.
Вот принесла она рассаду. Выложила ее из ведра, посадила, хотела взять
лейку, чтобы полить, он зубы показал. Ага, нельзя значит. Хотела свое
ведро забрать, - черта с два! Тоже нельзя! Принесла, поставила, - значит
уже наше.

Гулять я его мог и одного выпускать со двора.
Он любил приходить к песочнице и смотреть, как детишки играют. Лежал
рядом, поглядывал, подремывал, и снова поглядывал.
Других собак отгонял.
Деткам надоедали их формочки и ведерки, они с ним играли. Сыпали ему
песок в глаза и уши. Я тогда еще удивлялся – чего у него глаза красные?
Бабульки поначалу его побаивались, сердились на меня, потом привыкли.

- Это хорошо, что он здесь. Вот вчера его не было, так бродячие собаки в
песочнице нагадили. Ты, его почаще сюда присылай. Только и сам
временами подходи. А то он нам не разрешает детей из песочницы
забирать.

11.04.2016, Новые истории - основной выпуск

Из жизни одной мамы:
Сына Степу отвезли маме. Муж Дима на работе. Я была одна дома! Весь день! Никто не орал (Степа), не хотел есть (Дима), не давал мне советы (мама), не сосал кота (Степа), не разбрасывал вещи (Дима), не убирался нон-стоп (мама), не таскал меня за волосы (Степа), не оставлял на столе кофейные ободки от чашек (Дима), не вытирал эти ободки (мама). Только я. Слушала громко музыку, разбросала все, ходила с растрепанной головой, не мыла чашки и спала на постели в одежде (всем запрещено). Хотя мне даже жалко было спать в этот день. Потому что сон – это бессознательное состояние. А мне хотелось ощущать каждую минуту, понимать ее, чувствовать.
Раньше же все это не ценилось. То, что раньше я называла одиночеством и тоской, сейчас это средиземноморский круиз и отвязная вечеринка.
Первый раз за год осталась одна дома. Первый раз за год я одна в этой квартире. Пойду, думаю, поползаю на пузе в коридоре.
Потом перевернусь и поползу на спине, отталкиваясь ногами и разводя руки в стороны.
И включу такую музыку, про которую обычно говорю: "Да ты с ума сошел? Я сроду такое не слушаю, это же Юрий Антонов".
P.S. Про кота. Как только дверь за всеми закрылась, кот упал там, где шел. Уснул или потерял сознание.
15

18.06.2017, Новые истории - основной выпуск

Народный врач Дегтярев
О его мастерстве хирурга, универсальности врача, рассказывали легенды, которые оказывались реальностью, и реальные истории, похожие на легенды.
Прокопий Филиппович Дегтярёв возглавлял Барановскую больницу три исторические эпохи – довоенный период, послевоенный и развитого социализма. С 1935 по 1974 год, с перерывами на Финскую и Великую Отечественную войну исполнял он обязанности главного врача.
Предоставим слово людям, его знавшим.
Анна Григорьевна Романова 1927 года рождения. Медсестра операционного блока Барановской больницы с 1945 по 1989 год.
В июне 45 года после окончания Егорьевского медицинского техникума меня распределили в Барановскую больницу. Прокопий Филиппович ещё с фронта не вернулся. И первую зиму мы без него были. Всю больницу отопить не могли – дров не хватало. Мы сами привозили дрова из леса на санках. Подтапливали титан в хирургии, чтобы больные погрелись. К вечеру натопим, больных спать уложим – поверх одеял ещё матрацами накрываем.
Потом Прокопий Филиппович с армии вернулся – начал больницей заниматься. Сделал операционный блок совместно с родильным отделением. Отремонтировал двери-окна, чтобы тепло было. Купил лошадь, и дрова мы стали сами завозить, чтобы топить постоянно. Когда всё наладил – начал оперировать.
Сейчас ортопедия называется – он оперировал, внутриполостная хирургия – оперировал, травмы любые… Помню, - к нему очень много людей приезжало из Тульской области. Там у него брат жил, направлял, значит. После войны у многих были язвы желудка. И к Прокопию Филипповичу приезжали из Тулы на резекцию желудка. После операции больным три дня пить нельзя было. А кормили мы их специальной смесью, по рецепту Прокопия Филипповича. Помню, - в составе были яйца сырые, молоко, ещё что-то…
Позднее стали привозить детей с Урала. Диагноз точно не скажу, но у них было одно плечо сильно выше другого. Привезли сначала одного ребёнка. Прокопий Филиппович соперировал и плечи стали нормальные. Там на Урале рассказали, значит, и за 5-6 лет ещё двое таких мальчиков привозили. Последнего такого мальчика семилетнего в 65 году с Урала привозили. Уезжали они от нас все ровные.
Он был очень требовательный к нам и заботливый к больным. Соперирует – за ночь раз, еще раз, и ещё придёт, проверит – как больной себя чувствует.
Сейчас ожогами в ожоговый центр везут, а тогда всё к Прокопию Филипповичу. Зеленова девочка прыгала через костер и в него упала. Поступила с сильнейшими ожогами. Делали каркасы, лежала под светом, летом он выносил её на солнышко и девочка поправилась.
В моё дежурство Настю Широкову привезли. Баловались они в домотдыхе. Кто-то пихнул с берега. И у неё голеностопный сустав весь оторвался. Висела ступня на сухожилиях. Прокопий Филиппович её посмотрел, говорит: «Ампутировать всегда успеем. Попробуем спасти». Четыре с половиной часа он делал операцию. В моё дежурство было. Потом гипс наложили – и нога-то срослась. Долго девочка у нас лежала. Вышла с палочкой, но своими ногами. Даже фамилии таких больных помнишь. Из Кладьково мальчик был – не мог ходить от рождения. Прокопий Филиппович соперировал сустав – мальчик пошел. Вырос потом, - работал конюхом. Даже оперировал «волчья пасть» и «заячья губа». Заячья-то губа несложно. А волчья пасть – нёба «нету» у ребенка. И он оперировал. Какую-то делал пересадку.
Порядок требовал от нас, чистоту… Сколько полостных операций – никогда никаких осложнений!
Гинеколога не было сначала. Всё принимал он. Какое осложнение – бегут за ним в любое время. Сколько внематочных беременностей оперировал…
Уходит гулять – сейчас зайдёт к дежурной сестре: «Я пошёл гулять по белой дороге. Прибежите, если что».
…Сейчас легко работать – анестезиолог есть. Тогда мы – медсестры - анестезию давали. Маску больному надевали, хлороформ капали. И медсестра следила за больным всю операцию – пульс, дыхание, давление…
Надю Мальцеву машина в Медведево сшибла. У ней был перелом грудного, по-моему, отдела позвоночника. Сейчас куда-то отправили бы, а мы лечили. Тогда знаете, как лечили таких больных? – Положили на доски. Без подушки. На голову надели такой шлём. К нему подвесили кирпичи, и так вытягивали позвоночник. И Надя поправилась. Теперь кажется чудно, что кирпичами, а тогда лечили. Завешивали сперва их – сколько надо нагрузить. Один кирпич – сейчас не помню, - два килограмма, что ли, весил… И никогда никаких пролежней не было. Следили, обрабатывали. Он очень строгий был, чтобы следили за больными.
Каждый четверг – плановая операция. Если кого вдруг привезли – оперирует внепланово. Сейчас в тот центр везут, в другой центр, а тогда всех везли к нам, и он всё делал.
Много лет добивался газ для села. Если бы не умер в 77-ом, к 80-му у нас газ бы был. Он хлопотал, как главный врач, как депутат сельсовета, как заслуженный врач РСФСР…
А что он фронтовик, так тогда все были фронтовики. 9 мая знаете, сколько люду шло тогда от фабрики к памятнику через всё село… И все в орденах.
***
Елена Николаевна Петрова. Медсестра Барановской сельской больницы 06.12.1937 года рождения.
Я приехала из Астрахани после медучилища в 1946-ом. Направления у нас были Южный Сахалин, Каракалпакия, Прибалтика, Подмосковье. Тогда был ещё Виноградовский район. Я приехала в райздрав в Виноградово, и мне выписали направление в Барановскую больницу. 29 июля 56 года захожу в кабинет к нему – к Прокопию Филипповичу. Посмотрел диплом, направление. И сказал: «С завтрашнего дня вы у меня работаете». Так начался мой трудовой стаж с 30 июля 56 года и продолжался 52 года. С ним я проработала 21 год. Сначала он поставил меня в терапию. Потом перевёл старшей медсестрой в поликлинику. Тогда начались прививки АКДС (Адсорбированная коклюшно-дифтерийно-столбнячная вакцина - прим. автор).
У нас была больница на 75 коек. Терапия, хирургия, роддом, детское отделение, скорая. Рождаемость была больше полутора сотен малышей за год. В Барановской школе было три параллели. Классы а-б-в. 1200 учащихся. В каждой деревне была начальная школа – В Берендино, в Медведево, Леоново, Богатищево, Щербово – с 1 по 4 класс, и все дети привитые вовремя.
Люди сначала не понимали, - зачем прививки, препятствовали. Но с врачом Сержантовой Ириной Константиновной ходили по деревням, рассказывали – что это такое. Придём – немытый ребёнок. На керосинке воду разогреют, при нас вымоют, на этой же керосинке шприц стерилизуем, - вводим вакцину. Тогда от коклюша столько детей умирало!.. А как стали вакцинировать, про коклюш забыли совсем. Оспу делали, манту… Детская смертность пропала. Мы обслуживали Богатищево, Медведево, Леоново, Берендино, Щербово. С Ириной Константиновной проводили в поликлинике приём больных, а потом уходили по деревням. Никакой машины тогда не было. Хорошо если попутка подберёт, или возчик посадит в сани или в телегу. А то – пешком. Придём в дом – одиннадцать детей, в другой – семь детей. СЭС контролировала нашу работу по вакцинированию и прививкам, чтобы АКДС трёхкратно все дети были привиты, как положено. Недавно показали по телевизору – женщина 35 или 37 лет умерла от коклюша. А у нас ни одного случая не было, потому что Прокопий Филиппович так поставил работу. Он такое положение сделал - в каждой деревне – десятидворка. Нас распределил – на 10 дворов одна медсестра. Педикулёз проверяли, аскаридоз… Носили лекарства по дворам, разъясняли – как принимать, как это важно. У нас даже ни одного отказа не было от прививок. Потом пошёл полиомиелит. Сначала делали в уколах. Потом в каплях. Единственный случай был полиомиелита – мама с ребёнком поехала в Брянск, там мальчик заразился.
Вы понимаете, - что такое хирург, прошедший фронт?! Он был универсал. Оперировал внематочную беременность, роды принимал, несчастные случаи какие, травмы – он всегда был при больнице. Кто-то попал в пилораму, куда бежит – к нам? Ребенок засунул в нос горошину или что-то – сейчас к лору, а тогда – к Прокопию Филипповичу. Сельская местность. Привозят в больницу с переломом – бегут за врачом, а медсестра уже готовит больного. Я сама лежала в роддоме – нас трое было. Я и ещё одна легко разрешились, а у Зверевой трудные роды были. Прокопий Филиппович её спас и мальчика спас. И вон – Олег Зверев – живёт. Прокопий Филиппович и жил при больнице с семьёй. Жена его Головихина Мария Фёдоровна терапевт, он – хирург.
Раз в две недели, через четверг, он проводил занятия с медсестрами – как наложить повязку, гипс, как остановить кровотечение, как кровь перелить, - всему нас учил. Мы и прямое переливание крови использовали. А что делать, если среди ночи внематочная… Кого бы ни привезли – с переломом, с травмами… К нему и из Сибири я помню приезжали. Он всё знал.
Квалификация медсестёр и врачей – все были универсалы. Медсестра – зондирование. Он учил, чтобы мы были лучшими по зондированию. Нет ли там лемблиоза. Мы всеми знаниями обладали – он так учил. На операции нас приглашал смотреть. Он тогда суставы всё оперировал. Помню – врожденный дефект голеностопного сустава оперировал. Медсестёр собрал и врачей на операцию. Мальчик не мог ходить. Он его соперировал - мальчик пошёл.
…На столе у него всегда лежал планшет «Заслуженный врач РСФСР» и он выписывал на нем рецепты, назначения…
Какой день запомнился ещё – 12 апреля 1961 года. У нас через вторник проходила общая пятиминутка. Медсёстры докладывали все по отделениям, по участкам… И он вбегает в фойе больницы и прямо кричит: «Юрий Алексеевич Гагарин в космосе!» Он так нам преподнёс – все так обрадовались. И пятиминутки-то не получилось. Как раз все в сборе были. Большой коллектив! Одних медсестер 50 человек.
40 лет будет, как его не стало. Хоронили его все – барановские, Цюрупы, воскресенские, бронницкие, виноградовские… Такой человек! Мы сейчас говорим – почему мемориальной доски нет? Нас не станет – кто о нем расскажет. Нельзя забывать! Столько людей спас - они уже детей и внуков растят… Дети его разъехались, нечасто могут приехать, но люди за могилкой смотрят. Помнят его. И нельзя забывать!
***
Виталий Прокопьевич Дегтярев. Доктор медицинских наук, профессор Московского медико-стоматологического университета, Заслуженный работник высшей школы
Отец родился в Оренбургской области в крестьянской семье. Он и два его брата – Степан Филиппович и Иван Филиппович линией жизни избрали медицину. Отец учился в Оренбурге в фельдшерско-акушерской школе. Потом закончил Омский мединститут. В 1935 году он был назначен главным врачом Барановской больницы, в которой служил до конца, практически, своих дней.
Был участником финской и Великой Отечественной войн. На Великую Отечественную отец был призван в 42-ом. Это понятно, что в сорок первом Барановская больница могла стать прифронтовым госпиталем, и главный врач, хирург, был необходим на своём месте. А в 42, как немцев отбросили от Москвы, отца призвали в действующую армию, и он стал ведущим хирургом полевого подвижного госпиталя. Это госпиталь, который самостоятельно перемещается вслед за войсками и принимает весь поток раненых с поля боя. Отец рассказывал, что было довольно трудно в период активных боевых действий. По двое-трое суток хирурги не отходили от операционных столов. За годы службы в армии он провел более 20 тысяч операций. День Победы отец встретил в Кёнигсберге. Он был награжден Орденом Красной Звезды, медалью «За победу над Германией», юбилейными наградами, а ещё, уже в послевоенные годы, - Орденом Трудового Красного Знамени. Ему было присвоено почетное звание Заслуженного врача РСФСР.
После возвращения с фронта отец был увлечен ортопедией. Он оперировал детей и взрослых с дефектами верхних и нижних конечностей, плечевого пояса и вообще с любой патологией суставов. Долгое время он хранил фотографии пациентов, сделанные до операции, например, с Х-образными конечностями или с искривлённым положением стопы, и после операции – с нормальным положением конечностей. А в 60-х годах он больше сосредоточился на полостной хирургии.
Он был истинный земский врач, который хорошо знает местное население, их проблемы, беды и старается им помочь. Земский хирург – оперировал пациентов с любой патологией. Травмы, ранения, врожденные или приобретённые патологии…. Все срочные случаи – постоянно бежали за ним, благо недалеко – жил тут же. По сути дела, у него было бесконечное дежурство врача. На свои операции отец собирал свободных медсестер и врачей – это естественное действие хирурга, думающего о перспективе своей работы и о тех людях, которые с ним работают. И я у него такую школу проходил, когда приезжал на каникулы из института.
Он заботился о том, чтобы расширить помощь населению, старался оживить работу различных отделений и открыть новые. Было открыто родильное отделение. Оно сначала располагалось в большом корпусе. А потом был отремонтирован соседний корпус, и родильное перевели в него. Позже открыли ещё и инфекционное отделение. Долгое время было полуразрушенным здание поликлиники. Отец потратил много времени и сил на ремонт этого здания. Поликлинику в нём открыли.
Отец очень хорошо знал население, истории болезней практически всех семей, проживающих в округе. Когда я проходил практику в Барановской больнице, после приёма пациентов случалось советоваться с ним по каким-либо сложным случаям. Обычно он пояснял, что именно для этой семьи характерно наличие такого-то заболевания… И то, что вызвало моё недоумение, по всей вероятности является следствием именно этого заболевания.
Отца избрали депутатом местного Совета. И он занимался вопросами газификации села Барановское. Много сил отдал разработке, продвижению этого проекта…
Своей долгой и самоотверженной работой он заслужил уважение и признательность жителей округи. На гражданскую панихиду, которая была организована в клубе, пришли жители многих окрестных сел, а после нее гроб из клуба до самого кладбища люди несли на руках.
Он был настоящий народный врач.
***
Главе Воскресенского района Олегу Сухарю поступило обращение жителей села Барановское с просьбой установить мемориальную доску на здании Барановской больницы, в память о П.Ф. Дегтярёве. Ещё жители просили, чтобы в районной газете «Наше слово» была опубликована статья о Прокопии Филипповиче.
Доску глава заказал, место для неё определили, статью поручил написать мне, и в сегодняшнем номере газеты она опубликована. Текст вот этот самый, который вы прочли. В Барановском газету ждут.
Добавлю ещё, что когда приезжал в Барановское сфотографировать эту самую дореволюционной постройки больницу, разговаривал ещё с людьми, и каждый что-то о Прокопии Филипповиче хотел рассказать.
И ещё оказалось, что такие уникальные врачи разных специальностей и в разных больницах района ещё были. Мне их назвал наш уважаемый почетный и заслуженный главный врач станции переливания Станислав Андреевич Исполинов.
Но, получается, - в нашем районе минимум четверо, и в других районах должно быть так примерно. Писать о них надо. Рассказывать.

08.06.2018, Новые истории - основной выпуск

Татьяна Исаковна увидела ребенка, стоящего на подоконнике второго этажа.
Он, прижавшись носом к стеклу, наблюдал за детьми, играющими на участках.
Всех детишек уже вывели на прогулку после полдника, а этот глазел на них из окна спальни…

Вообще-то это был я.
Я очень редко спал в «тихий час», и в тот раз воспитатели решили меня наказать, заперев в спальне на время прогулки.
Я вылез на подоконник.
Татьяна Исаковна вела на прогулку свою группу, когда увидела меня, опасно стоящего. Ужаснулась, нехорошо высказалась в адрес моей воспитательницы, прибежала и забрала меня в свою группу. Насовсем.

Она вообще была человек решений и действий.
Несколько лет спустя мы с ней ехали в Москву. На электричке. Мы – это я и мама. Мы тогда уже сдружились с ней и её семьёй.
И вот зашли мы в электричку, двери зашипели, закрываясь, с лёгким толчком состав тронулся, я начал высматривать место у окошка, когда в тамбуре люди взволнованно загомонили, и снаружи женский крик послышался.
Эта женщина не успела заскочить в вагон. Полу её пальто зажало дверьми, и теперь электричка тащила её по перрону.

Кто-то из мужчин тщетно пытался разжать двери. А Татьяна Исаковна, расталкивая мужчин и женщин, метнулась к стоп-крану в тамбуре, откинула две такие желтые ручки на нем, и за эти ручки повернула штурвал. Электричка встала. Двери открылись.
Мы прошли снова в вагон.
Я сидел у окна, и, не замечая проносившиеся пейзажи, думал: «Откуда она знает, как пользоваться стоп-краном? Почему именно она остановила состав? Как она поняла, что именно она должна сделать именно сейчас и именно это?..»

Ещё через двадцать лет ехал на электричке из Москвы.
Это было днём. Вагон полупустой.
Я поглядывал в окно и по сторонам, обращая внимание на молодых женщин.
В тамбуре какая-то стояла с коляской. Выходить собиралась.
Через стекло двери мне было её толком не разглядеть, и я думал, что вот когда она сейчас выйдет, через окно вагона оценю её фигурку.

Электричка остановилась. Женщина покатила коляску к выходу. А на перроне не появилась.
То есть она в тамбуре осталась. Хотя явно собиралась выходить.
А машинист уже сказал: «Осторожно, двери закрываются».
Я сообразил, что вероятнее всего, колесо коляски опустилось между краем перрона и порогом вагона. И застряло. Другого объяснения просто не было.
В подтверждение моей догадки из тамбура послышался слабый встревожено-жалобный крик.

И никто в вагоне этого не мог видеть. И перрон был пуст.
Кинулся через половину вагона к стоп-крану, и дёрнул вниз красную ручку.
Пассажиры смотрели на меня круглыми глазами.
А я выскочил в тамбур и увидел, что она уже на перроне, нервно плачет, и коляска на перроне рядом с ней, и какой-то мужчина рядом стоит, который, видимо, ей помог.

А в вагоне никто ничего не видел и не понял. Представляете, как изумлённо они меня разглядывали?!

Если бы не тот поступок Татьяны Исаковны, сейчас я бы не догадался рвануть стоп-кран.
А если бы догадался, то не решился бы.
Такое понимание пришло в детстве – бывают ситуации, когда нельзя оглядываться на других, а надо самому решать и решаться.

28.05.2015, Новые истории - основной выпуск

Кот олигарха (рассказ старого ветеринара)

Приехала раз ко мне очень богатая супружеская пара. Такие просто так, с улицы, не приезжают. Предварительно звонок был от моего высокого начальства, что, дескать, очень важные и нужные люди привезут кота на осмотр и лечение. И, мол, надо принять должным образом.
Ну, приехали они, достают из переносной клетки разжиревшего и ленивого кота, а на стол кладут историю болезни сантиметра три толщиной. Выслушал долгий и взволнованный рассказ хозяйки, что кот потерял интерес к жизни и всё такое… Между тем, кот живет в собственных апартаментах, размером больше моей квартиры, у него собственная прислуга, и нужды ни в чём не знает. Тревогу они забили. когда он начал отказываться от паштетов из гусиной печёнки.
Историю болезни я сразу отодвинул в сторону, а хозяину шепнул, чтобы он жену отослал из кабинета. Когда тот попросил супругу принести что-то из машины, посоветовал ему отправить её недельки на три-четыре на какие-нибудь Карибы. Чтобы мы за это время могли животное без помех вылечить.
Звонит вскоре. Сообщает, что жена улетела, и он готов привезти кота.
«Кота, - отвечаю, - не надо. Сам приезжай».
Приезжает. Я ему объясняю, что кота надо недельку не кормить вообще. Только воды давать вволю. Потом купить на «Птичке» штук шесть лабораторных мышей («Птичка» ещё на старом месте была в Москве), поставить в клетке в его комнате, и, когда он проявит интерес, клетку открыть.
Ещё через пару недель звонит – сообщает, что кот выздоровел полностью. Скачет по апартаментам, ловит мышей, играет, требует кошку.
А месяца через два я случайно узнал, что вернувшейся с островов хозяйке прислуга сообщила об издевательствах над её любимцем, и она развелась с мужем.

17.11.2018, Новые истории - основной выпуск

Про одного дагестанца (рассказ офицера запаса)

В 91 служил на окружных складах. Воинская часть в черте Москвы. Был дежурным по части, когда вызывали на КПП сообщением, что привезли к нам двоих новобранцев.
Прихожу на КПП – в сопровождении офицера сидят два солдатика-дагестанца. Направлены к нам на прохождение срочной службы. Предвижу кучу проблем в связи с этими ребятами, забираю документы на них у сопровождающего офицера, иду с бумагами к командиру части.
Тот хватается за голову, и начинает названивать по телефону. От одного дагестанца ему удалось отказаться, а второй остался у нас.
Он был единственным кавказцем в части, и ему пришлось хлебнуть лиха. Синяки не раз мы у него видели, а однажды даже челюсть ему в казарме ночью сломали.
Я ему говорю: «Скажи – кто». Мы его сразу под трибунал, а тебя выведем из части. Надо – в другую переведем. А дагестанец всегда – «Это я сам. С табуретки упал».
Прикидывал я - как его отделить от остального личного состава. Спрашиваю:
- Что умеешь делать? Может строительные какие работы знаешь?
Говорит:
- Знаю строительные. Дома всё, что нужно, сам строил.
- Штукатурить умеешь?
- Умею.
Показываю ему склад. Здание ещё дореволюционной постройки. Метров четыреста длиной.
- Фасад сможешь один заштукатурить?
- Смогу!
Я ему тогда сказал, что, если эту работу сделает, получит отпуск и благодарность от командира части.
И вот каждый день после утреннего развода он брал тачку, инструмент, цемент, и шел к этому складу. Соорудил себе из подручных средств мостки, стремянку и каждый день – туда. Рота на другие работы, а он – приносит себе цемент с другого склада, воду ведрами, замешивает, штукатурит и штукатурит. В столовую без строя ходит. В казарму – после отбоя приходит. Сам по себе – и на виду всё время. Деды и вся борзота перестали его дергать. Зампотылу его работу проверяет. «Качественно», - говорит.
Я про него уже и забыл, - проблем же не создает, - когда однажды приходит: «Товарищ старший лейтенант, разрешите обратиться!»
- Что такое?
- Ваше приказание выполнено! Склад оштукатурен!
- Ну, молодец! А чего пришел-то?
Мнётся…
- Вы про благодарность говорили.
Тут я внутренне охнул. Про обещанный отпуск он молчит, а я вспомнил. Напомню – 91 год. В армии нищета, и война на Кавказе. Отпускать его домой никак нельзя – велики шансы, что не вернется, придется за ним кому-то ехать, а кто поедет – тоже могут не вернуться. Да и бланков «Благодарность» нет. Хорошо – были у меня большие открытки типа к 23 февраля, но без надписей. Там орденская лента, героические лица бойцов, ещё что-то соответствующее. На этой открытке машинистка штаба написала под мою диктовку примерно следующее:
- Уважаемая Хатима Магомедовна (имя-отчество здесь условны)!
Ваш сын … … с (дата)… по настоящее время исполняет почетную обязанность защитника Родины в вверенной мне воинской части №…
За время несения службы рядовой …(фамилия) показал себя … проявил…
Благодарю вас за воспитание…
С искренним уважением – командир войсковой части № …. подполковник …
Дата подпись, печать.
Командир подписал, печать в штабе поставили, отдал эту открытку бойцу. Он, как я потом узнал, отправил эту открытку матери заказным или даже ценным письмом, что подразумевало вручение адресату лично в руки. Что касается отпуска, - ему объявили отпуск по месту дислокации части. То есть, - после утреннего развода он волен покидать территорию части, гулять по Москве, приходить или не приходить на приём пищи в солдатскую столовую, снова покидать территорию части, но в 21-00 возвращаться в казарму. Не будем углубляться – насколько это поощрение соответствовало уставу. Но я пообещал, и моё обещание командир реализовал таким образом.
Отгулял парень свой отпуск. В роте его отношения с сослуживцами давно уже нормализовались, когда в часть пришло заказное письмо из Дагестана.
Мама этого парня на двух страницах каллиграфическим почерком и с безукоризненной грамматикой благодарила командира части за полученное письмо о сыне. Сообщила, что это письмо прочитали все ближние и дальние родственники (это я здесь нам говорю «дальние» а у них нет дальних родственников. Все ближние.), сказала, что гордится своим сыном, и рада, что он попал служить в такую хорошую часть, с такими хорошими командирами и сослуживцами.
Тогда, среди других дел и обязанностей, я выбрал время пообщаться с парнем.
Его отец рано умер, и их троих воспитывала мама – учительница русского языка в маленькой школе. На медкомиссии в военкомате у него нашли что-то в лёгких, и маме пришлось назанимать у родственников денег, подмазать врачей, чтобы парня признали годным к воинской службе.
И это письмо командира части о хорошей службе сына мама отвезла одним родственникам, те отвезли другим… Письмо это прочла половина Дагестана.
Такая вот история.
Чуть не забыл сказать, - за всё время моей офицерской службы, этот дагестанец был единственным из знакомых мне солдат, который писал по-русски с безупречной грамотностью.

11.02.2008, Новые истории - основной выпуск

На обочине стоял снеговик, одетый в светоотражающий жилет и старую
милицейскую фуражку. Черно-белая палочка тоже у него имелась.
Проезжающие мимо водители снижали скорость и восхищенно сигналили.
Проезжающие мимо гаишники остановились, вышли из машины и стали
фотографироваться с этим снеговиком.
Проезжающие мимо водители стали останавливаться и фотографировать
гаишников, фотографирующихся со снеговиком.

04.06.2017, Новые истории - основной выпуск

Архангельский зимник
Товарищ рассказал историю.
В начале девяностых ехал он на «Москвиче» по Архангельской области. Узкая дорога, по обочинам высокие сугробы.
Машин практически нет, но случилось так, что он уперся в «Жигуль», и такая же классика за ним шла.
Шли друг за другом, потому что не обогнать, и скорость, видимо, всех устраивала.
На обочине стоял мужик «голосовал». Первая машина прошла, а товарищ мой остановился, подобрал человека.
А жигуль, что за ним ехал, заблокировал его, водитель вышел, спрашивает: «Ты подобрал мужика, а передний не остановился, что ли?»
Потом этот, который спрашивал, запрыгивает за руль и с пробуксовкой рвет с места вдогонку за первым. Догоняет, притирает к сугробу, выходит, вытаскивает того первого водителя из машины, и мудохает его в кровь.
Товарищ-то мой остановился, спрашивает – что, мол, случилось? Тот отвечает: «А ты представь, - мороз за сорок, ты на обочине стоишь, а машина мимо проехала? У нас так нельзя!»

12.12.2004, Новые истории - основной выпуск

Сын пришел из школы в слезах. «Папк, меня Мишка ударил по голове рукой.
Мы поссорились, и вдруг он вскакивает и бьет меня по голове. Я не
ожидал. Ведь мы с ним друзья, хоть и ссорились иногда. Я не думал, что
он вот так может вдруг ударить. До сих пор голова болит».
Успокаиваю его: «Ничего, сын, голова поболит и перестанет. Это - жизнь,
в жизни всякое бывает. А если Мишка нечестно, несправедливо поступает,
то жизнь его накажет».
На следующий день прибегает из школы радостный. «Папка, представляешь, а
Мишка сегодня в школу в гипсе пришел. Он вчера, оказывается, руку сломал
об мою голову…»
Немолодой.

07.01.2010, Новые истории - основной выпуск

От Деда Мороза лично в руки!

Тридцать первого декабря одна тетенька поздравила моих продавцов с
праздником, вручила им бутылку шампанского и коробку конфет. И
растроганно благодарила за помощь.
Я поинтересовался причиной такого внимания, и вот, что мне рассказали:

Она пришла в магазин числа двадцать пятого, и сказала, что её
внук-третьеклассник не верит, что Деда Мороза не существует, и ждет от
него в подарок вот такой автомат, который у нас за четыреста двадцать
продается.
И нельзя ли сделать так, что вот сейчас она этот автомат купит и оставит
у нас.
А потом её внук придет, и получит его, как будто для него этот автомат
сюда Дед Мороз прислал. А?
Даша, с которой эта бабушка разговаривала, ответила, что, конечно, можно
так сделать.
Тетенька автомат оплатила, а Даша его проверила, и снова упаковала. Хоть
работы и много было в эти дни, но девчонки нашли время, чтобы на
листочке бумаги красиво написать: «Егорову Сергею лично в руки от Деда
Мороза».
И листочек этот наклеили на упаковку.

Через пару дней приходит мальчишка и протягивает Даше телеграмму.
Настоящая телеграмма с марками и штемпелями.
Текст примерно такой: «Сергей! Поздравляю тебя с Новым Годом! К
сожалению, не успеваю приехать к тебе лично, но подарок, который ты
просил, получи в известном тебе магазине «Игрушки». Дед Мороз».

Телеграмму протягивает, и дыхание затаил!
Даша внимательно прочла, и отвечает:
- Да, прислал Дед Мороз для тебя подарок. Вот – получай!

Мальчишка на седьмом небе! Прочел надпись эту на упаковке, кричит:
- Бабушка, бабушка, смотри – прислал, правда!
Бабушка тает от счастья:
- Ну, а как же он не пришлет! Ты же писал ему, как он мог не
прислать-то!

Покупательница рядом стояла:
- Ну, надо же! Вот ведь, как он может сделать, Дед Мороз-то! А я и не
знала!
Слезы умиления у людей, слюни, сопли и праздничное настроение.

Мальчишка с бабушкой ушли счастливые, и Дашка-то говорит, что в тот
день, как на крыльях летала.

Такие вот чудеса бывают...

11.02.2009, Новые истории - основной выпуск

- Пап, я тебе говорил, что Диману и его младшему брату запретили по
будням играть в компьютерные игры, потому что они учебу запустили.
- Да, помню.
- Вчера они устроили акцию протеста. Пришли из школы и прямо в верхней
одежде легли на пол в своей комнате. И голодовку объявили.
- Интересно! И чем дело закончилось?
- Через два часа встали, пообедали и уселись за уроки.
- Проголодались?
- Нет. У их мамы кончилось терпение, и она рассердилась.

19.02.2018, Новые истории - основной выпуск

Про одного крановщика

На стреле автокрана надпись - "ИВАНОВЕЦ". А у него родители родом с Иваново, и он пацаном там все летние каникулы у бабушки проводил. И что-то раз под настроение надпись эту на стреле переправил на "ИВАНОВО". И его тогда остряки на работе прозвали Убахобо. Дескать, если "Иваново" прочесть, как латинский шрифт, прозвучит "убахобо".
Я раз случайно оказался у них на автобазе вечером в пятницу. И столько историй разных наслушался под кильку в томате.
Этот Убахобо рассказал случай из девяностых.
На трассе, возле съезда к кооперативным гаражам, тормозят его два южанина на "Волге".
Попросили поднять шесть плит перекрытия на стены гаража. Им их привезли, а сосед котлован вырыл, к их гаражу не подъехать. Кран, что они заказали, был с короткой стрелой. Плиты сгрузил, и уехал. А "Ивановец", своей телескопической стрелой, через этот котлован вполне поднимет и положит на стены.
Убахобо озвучил тогдашнюю обычную цену за подьём. Я уж сейчас не помню - пусть 500 рублей, для примера. За шесть подъемов получается три тысячи. Хлопнули они по рукам, доехали до котлована.
Выдвинул он стрелу, один клиент цеплял крюками плиты на земле, другой наверху принимал и отцеплял. Подняли и положили на место все плиты, дело к расплате... А эти двое что-то горгочут между собой по-своему, смеются... Потом один говорит: "Слюшай, друг, у нас денег нет с собой. Мы вот тебе 500 рублей даем. Подожды дэсат минут. Сечас наш друг приедэт, остальное прывезот".
Убахобо молча забирает эти 500 рублей. Они снова между собой погоркотали, рассмеялись опять, сели в "Волгу", уехали.
Он остался. Подождал не 10, а минут 20 прошло, когда в гаражи мужик какой-то идёт.
Убахобо ему: "Мужик! Помоги, - с меня пиво".
Дал он мужику 200 рублей из тех 500. Тот залез на стену, зачалил плиты. Сложил их Убахобо на прежнее место.
И уехал.

02.08.2017, Новые истории - основной выпуск

О путче и не только. Воспоминания десантника

Призвали осенью 89-го. Направили в десантную учебку в Литву. Город Рукла. Там не доучился, потому что в Союзе начались беспорядки, решался вопрос о расформировании части, - досрочно присвоили младшего сержанта и отправили в Рязанский полк ВДВ. Несколько дней всего в полку пробыл, и кидают нас в Тбилиси. На аэродроме просидели два дня в ангарах. Потом в закрытых фургонах перевезли в строительную часть, где переодели в стройбатовскую форму. Там была какая-то заваруха. Каких-то заложников освобождали. Меня и ещё «молодых» под пули не отправили. «Вам ещё рано, - сказал взводный, - успеете». - и поставил нас в оцепление. Сам он и человек десять наших десантников полегли в этой операции. Весна 90-го это была, наверное. Черешни много было спелой и крупной.
А потом, уже на алычу, мы попали в Баку-2. Или нет…. Это надо альбом смотреть. 26 лет прошло, и как сказка все вспоминается. Приехали в Баку, - старшина договорился, что кормить нас будут в ресторане. И мы реально, как гражданские, приходили в ресторан, они гостеприимные люди – азербайджанцы, - такие столы нам накрывали… Военным был везде почёт в те времена. В Баку была табачная фабрика. Мы ходили туда. В России как раз проблемы начались с табаком. То мне отец курево посылал в армию, а из Баку уже я ему курево отправлял.
К ордену я был представлен вместе с командиром взвода за десантирование внутри БМД. Сначала нас три месяца обучали десантироваться в системе «Кентавр». Там ещё такие кресла были космические. Если честно – я в итоге не прыгнул в этом кресле. До этого только сын Маргелова внутри БМД прыгнул. И ему за это Героя дали. Сейчас бы я не пошёл. А тогда спросили: «Кто будет внутри БМД десантироваться?» - сразу вызвался. На всё готов был.
Из БМДэшки всё повыкидывали и поставили эти космические кресла.
Ветер в день учений был сильно выше допустимого. А министр обороны со свитой, с иностранцами все здесь уже. Загружаемся в самолет вместе с нашими БМДшками, - командир роты, взводный, я, три водителя. И взводный говорит мне: «Пусть меня уволят-расстреляют, но в БМДшке мы с тобой при таком ветре прыгать не будем. Прыгнем отдельно – замешаемся в этой толпе. А на земле прибежим к машине, - вроде мы в ней были». По плану учений мы с ним вдвоём должны были внутри находиться. БМДшка сползает по рампе, мы – за ней. У нашей роты были экспериментальные парашюты – Д-6 серии 4. Приземляюсь – купол погасить не могу, ветер тащит. Об землю бьюсь… На этом парашюте есть второе кольцо – дернёшь его, - половина подвесной системы отстегивается, и купол погаснет тогда. Собрался дергать, а меня уже ветром подняло, земля внизу далеко. Семнадцать человек в тот день стёрлись насмерть – с Костромской дивизии, ДШБшники ещё… Их ветром носило по полю, било об землю… Шестьдесят шестыми «Газонами» догоняли купола, гасили колёсами.
Вот земля снова приближается, шлеп, дернул второе кольцо, отцепился от парашюта. Из ушей и носа кровь, комбинезон слева разодран и кожа стерта-сбита, хромаю к своей БМДшке. Нам же с командиром взвода надо внутрь залезть – вроде мы там были. Подбегаю – а люк в метре под землёй. Из-за ветра система приземления не сработала как надо, и машина ушла мордой в землю. Причем, не болото, не пахотная какая земля, а в плотную слежавшуюся землю так воткнулась. И торчит. И мы со взводным вылезать оттуда должны, а там до люка ещё и не докопаться. Что дальше делать не знаю, а взводного нет.
Вокруг стрельба, МИГи в небе – учения-то комплексные. А они летят низко и беззвучно. Вот он уже скрылся, а потом рёв двигателей и уши закладывает.
Командира нет. Бегаю ищу. Орёт на высоковольтке. Он на одной стороне проводов, купол – на другой. Под своим весом сползает вниз, тут порывом ветра купол наполняется и тянет его к проводам. Открыл он запаску, по её стропам спустился, спрыгнул. Доложил ему, что БМДшка из земли торчит, и в неё не залезть. Побежали сразу к трибуне, с которой Грачев – министр обороны, Лебедь – командующий ВДВ, иностранцы наблюдают за учениями. Мы стоим в крови, взводный отрапортовал: «Упражнение такое-то выполнено!» Грачёв говорит: «Представляю лейтенанта такого-то и сержанта такого-то к награждению орденом «Красной Звезды»!» Там никто не разбирался – внутри мы были или нет. 17 погибших… Три полка десантировалось – Костромской, Рязанский, Тульский и ещё десантно-штурмовые батальоны.
Так и не знаю – достоин я этого ордена или нет. Но мне всё равно его не дали из-за путча.
А до этого прошел ещё Киргизию. Ездили мы туда чисто на патрулирование. Показать народу, что вот власть есть и у власти есть сила. На озере Иссык-Куль были ранней весной. Красивое очень! Обгорели там за час до волдырей.
Лебедя я за службу раз десять видел. Он точно, как генерал в «Особенностях национальной охоты». Только без сигары. Он мне галстук раз повязывал. Привезли нашу роту после Баку в Москву, на склады какие-то. Там нас переодевают в штатское. Костюмы, рубашки, плащи, туфли лакированные, галстуки… Кручу этот галстук в руках – что с ним делать. Лебедь подходит: «Помочь, сынок?» Повязал мне галстук. Туфли были узкие, а у меня ступня широкая. Чтобы ногу втиснуть, пришлось сорок пятый взять, при моём сорок втором. И вот мы такие неприметные в одинаковых костюмах, одинаковых туфлях, плащах и галстуках, все ранней весной с бакинским загаром, с АКСУ под плащами, патрулировали Москву попарно. Мой маршрут был на Арбате. День мы там патрулировали, и вернулись в полк.
А за несколько месяцев до этого раз целые сутки сидел с гранатомётом на чердаке в Москве. Трое срочников и офицер.
За всё время службы в полку месяца три провёл. Остальное время – командировки или разведвыходы, когда берёшь палатки, сухпаи, и километров за 60 в леса-поля. Бегать любил тогда. Случалось, в субботу или воскресенье, когда уже старшиной роты был, с другом: «Давай пробежимся…» И чисто для удовольствия километров пять нарежем… В казарму возвращаемся – ротный орет: «Старшина! Где тебя носит?! Строй роту на марш-бросок!» И с ротой ещё сороковничек легко пробегал…
Путч 91 год – тоже интересно. Самое трудное, самое жестокое было туда добраться. На гусеничном ходу от Рязани до Москвы по асфальту доехать – ни один водитель не выдержал. БМДшка на асфальте – как корова на льду. Я своего подменил. Половину дороги вёл. От асфальта из-под гусениц пыль-крошка летит. Доехали до МКАДа, у всех веки распухли - глаза-щёлочки. БМДшки одна на другую заезжали, остановку где-то снесли, легковушку задели… Реально тяжело.
Где-то перед МКАДом нас встретил Лебедь. Командиру полка и офицерам объяснил обстановку. Полк оставили здесь, а одну нашу роту отправляют к Белому Дому. 7 или 9 БМДшек у нас тогда было… И вот через все баррикады едем к Белому Дому. С тротуаров нам что-то кричат, обкидывают яйцами… Обзывают карателями. Мы после очередного юга – все загорелые… Ты спрашиваешь – за Ельцина мы были или за ГКЧП? Чего мы об этом знали?! Если Лебедь сказал, командир полка сказал – надо ехать, надо исполнять. А какое там ГКЧП, что это и зачем, - мы и знать не знали, и не надо солдатам это знать. Исполнять надо.
Приезжаем к Белому Дому, выходит президент Ельцин. Каждому из нас пожал руку, обнял, дыхнул водочкой. Руку его потную как сейчас помню. Жаркий август был. Что-то такое сказал вроде «ребятушки», «солдатушки»… Я так понял, что его обижают. Заняли оборону вокруг Белого Дома. И тут мы оказались для всех своими. Те же, наверное, кто в нас на марше яйцами кидался и карателями обзывал, теперь понесли нам жратву, курево и бухло.
Сначала мы думали, что сможем всё съесть. У нас был ГАЗ-66 в сопровождении, так мы его весь забили жратвой, и жалели, что столько боезапаса у нас место занимает. Мы ж срочники. Почти все из глубинки. А тут чипсы, пепси-кола, вина красные и белые, колбасы, коньяки, торты-пирожные, и это всё надо употребить. Ночь переночевали. В ручье каком-то умылся-побрился. Утром зарядку провел для роты. Такой миниспектакль для гражданских. И тут весь полк к нам приехал. Что вот давили кого-то из мирного населения – не видел и не слышал от наших.
А когда полк наш пришёл – началось ещё интереснее. Командира нашей разведроты, командиров взводов и меня, как старшину, вывели перед строем полка, сорвали с нас погоны, объявили предателями Родины, назвали какие-то статьи серьёзные, связали каждому руки. Я стою, не понимаю – за что? Попал, как кур в ощип. Президент руку пожал, а командование руки связывает. Чем я виноват?! Разведрота – 29 человек, весь полк стоит, и замполит полка объявляет, что мы за кусок колбасы Родину продали…
Со связанными руками отвезли в полк на гауптвахту. Офицеров - в офицерскую камеру, меня – в камеру для сержантов и старшин. С рядовых и сержантов нашей роты тоже погоны сорвали. А на губу только офицеров, и меня. Старшина роты - должность прапорщика была.
Ребята передали мне в камеру транзистор – слушаю новости. Думаю: «Если Ельцин победит – меня должны выпустить. Не зря же он мне руку жал…»
Проходят эти два дня. Слышу по радио – Ельцин победил. Прыгаю от радости чуть не до потолка. И меня действительно выпускают. Никто, конечно, не извиняется.
Возвращаюсь – в роте нет офицеров. Ни один после такого позора не стал восстанавливаться. Все написали рапорта.
И всю нашу роту вдруг отправляют за 40 километров от Рязани убирать яблоки в каком-то колхозе. Никогда для разведроты такого не было. Я – старший. Своим ходом. Зачем яблоки, куда… Взяли палатки, сухпай на пару дней… Ни задания, ни – куда яблоки сдавать… Ни корзин, никакого инвентаря, ни ящиков, ни мешков… Ребятам говорю: «Нас сюда выживать отправили. Вы - в поле за картошкой, вы – кому по деревне что работой помочь, чтобы продуктами расплатились». Прожили мы там две недели. С самогоночкой деревенской, - не без этого, конечно. Потом приезжает командир полка, представляет новых командира роты и командиров взводов. Отругал нас, что пьяные, и отправил бегом в полк. Для нас тогда 40 километров пробежать ничего не стоило. А потом выгнали меня из армии. Даже не помню – дождались осеннего приказа, или раньше. Выдали документы. Парадку не дали надеть. Сказали – у тебя «гражданка» есть, дуй в «гражданке». Так понимаю, что из-за политической ошибки командования полка там у Белого Дома. Чтобы не всплыло, что они предателями не тех объявили.
А несколько лет назад наша разведрота списались все в интернете. И мой адрес нашли. И приехали человек двадцать ко мне в гости сюрпризом. А я перед тем квартиру сменил. Они приезжают на адрес, который у них был – никто не открывает. Они соседям жмут звонки. Сосед один открывает – спрашивают про меня. А он им что-то ответил: «Его уж нет давно».
Ну, ребята возвращаются на вокзал, садятся в ресторане, наливают лишний стакан водки, накрывают куском чёрного хлеба, поминают меня. Потом разъехались.
Но вскоре один нашёл в интернете сестру мою. И осторожно так пишет ей, что, мол, - я с твоим братом служил. Она в ответ: «А он сейчас на охоте. На неделю уехал». Тут уж они ко мне снова приехали, и мы увиделись. Повспоминали…
Про орден «Красной Звезды» и не знаю – надо ли интересоваться. С одной стороны – представили, вроде. А с другой – на самом-то деле я же не внутри БМДшки прыгал. Ну, обещали орден и не дали. Зато и посадить потом обещали, но не посадили же. Отслужил, как все.
***
Послесловие от Немолодого:
Познакомился с ним в отпуске. Хорошо как-то сошлись, общались… Очень мне понравились его воспоминания. Некоторые истории из его жизни выкладывал в июне. А эту приберёг к Дню ВДВ.
Позвонил ему сейчас. Согласовал текст. Он кое-что поправил, и попросил добавить:
- С праздником, десантники!.. За войска дяди Васи!.. И вечная память павшим...

02.04.2008, Новые истории - основной выпуск

Знакомый звонил из России в один из египетских отелей. Когда на
рецепшене сняли трубку и сказали что-то по-арабски, он поинтересовался:
- Do you speak English?
Ему ответили:
- Да.

16.02.2020, Новые истории - основной выпуск

Рассказал сын фронтовика Александр Васильевич Курилкин 1935 года рождения.

Моего отца звали Василий Андреевич Курилкин. Жили мы в деревне Хуторовка Муравлянского района Рязанской области. В семье было шесть человек – отец с матерью, бабушка и трое детей, из которых я – старший. Весной 1941 года отец продал корову, чтобы выучиться на шофера. Обучение было платным. Что такое для деревенской семьи с детьми лишиться коровы – на это трудно решиться. Но, видимо, дело того стоило. Стать водителем для колхозника с трехклассным образованием тогда было, как мы назовем теперь – социальным лифтом.

Отец прошел в Моршанске обучение, получил удостоверение «Водитель-стажер». И начал стажировку в организации «Райторф». Места у нас степные. И все организации отапливались торфом. Для населения выделялись участки, где жители сами копали себе торф, сушили его и потом вывозили.

Началась война

22 июня 41 года запомнилось мне сильной грозой, от которой загорелся дом напротив. Крыши у всех были соломенные. И на пожар сбежались люди, которых перед этим собрали в сельсовете объявить о начале войны. Телефон и тарелка радиовещания были только в сельсовете, размещенным в соседней большой деревне в полутора километрах от нашей Хуторовки. Прибежали они, и мама сказала: «Война!»

Через два дня отцу пришла повестка – явиться 27.06.41 в райвоенкомат. Я с соседской девочкой, которая была двумя годами старше, понесли повестку отцу в «Райторф». Он сразу рассчитался, пришел домой… Торф на отопление не заготавливали ещё в эти дни – вода недостаточно спала. Так отец, чтобы обеспечить нам тепло на зиму, срубил шесть ветел, что росли возле дома, напилил и наколол нам дрова на зиму, и ушел на войну.
Уже годах в 70-х расспросил его обо всем.

Прибыли они мобилизованные в Ряжск. Их построили. Скомандовали шоферам и трактористам выйти из строя. Отец вышел – показал удостоверение стажера. Его сразу привели к фотографу, и в этот же день выдали удостоверение шофера. Потом – Москва, Алабино, где формировался полк реактивных минометов «Катюша». Назначили его водителем полуторки – не с реактивной установкой, а машины обеспечения.
Из Алабино он написал домой: «Голодно! Если можете, - пришлите посылку. Хоть сухарей…».

Мама сходила в правление – там выделяли хлеб семьям красноармейцев. Дали хлеб, мама насушила, отправила посылку, потом – ещё и еще. Всего отправила четыре посылки. Но получил он только первую – попал в окружение. Письма от него шли сначала. В октябре – прекратились.

В окружении

В первой половине октября сформировали из них колонну с воинским имуществом и отправили под Смоленск. Везли обмундирование, продукты, боеприпасы, перевязочные средства и лекарства. Навстречу – беженцы. На подводах и пешком, с узлами, детьми, с колясками и тележками – кто как. И красноармейцы идут – кто с винтовками, кто безоружный, кто раненый… И машинами раненых везут. Приехали на место, разгрузились где-то в леске… Прилетел «немец», отбомбил, и сидят они в этом лесу метрах в 150 от дороги – как понимаю, это было Варшавское шоссе, - а по шоссе пошли уже немцы. Танки, артиллерия, пехота, обозы и грузовики… Немцы знали, что в лесу окруженцы, и, один танк по эту сторону дороги, другой – на той стороне, ездили вдоль обочины взад-вперед, и временами постреливали из пулеметов по опушке.

День, так прошел, второй, неделя… – стало незаметно командирского состава… Я читал книгу про эти события, в которой говорилось, что из окружения в первую очередь выводили командный состав.

Тут им поступила чья-то команда – сжигать машины. Сожгли. И вот, - отец рассказывал – лежит он на опушке, смотрит на дорогу. И подползает один парень, говорит: «Пойдем в плен сдаваться!» Отец ответил: «Нет! В плен – не пойду». Тот отползает, отец слышит шорох, а потом – какой-то шлепок и тишина. Отец оглядывается – тот лежит с дыркой во лбу. И выстрела-то отец не слышал. Тот, видимо, поднялся, и поймал шальную пулю.

Ещё неделя прошла – ночи холодные стали… Однажды утром появился у них какой-то человек. Бросалась в глаза его, как отец сказал, «новая одежда». У них-то у всех обмундирование от лазания по лесу было грязное, изношенное. А этот – в чистой новой форме или в гражданском – отец не пояснил – и с планшеткой, а потом оказалось, что компас у него был, фонарь… И он говорит: «Желающие выйти из окружения сегодня вечером собирайтесь на этой поляне. Мы, как хорошо стемнеет, накопимся перед дорогой, сделаем рывок через неё. За дорогой – тоже лес. И я всех вас выведу к своим. При себе иметь оружие и военное имущество». Держался он уверенно. Вызывал доверие, подсознательное желание слушаться.

У отца был только противогаз. Как стемнело – собрались на поляне. Пришел тот человек – привел ещё людей. Он, значит, по всему лесу собирал. Сгруппировались поближе к дороге, сделали рывок через неё, бежали минут сорок лесом, потом на просеке остановились, собрались. Группа большая – человек 150, или больше. Повел он их дальше. К утру вышли к лесничеству. Здесь, похоже, их ждали. Были приготовлены продукты. Подкрепились картошкой, чаем, сухари были…

Шли до Москвы больше двух недель. Ночевали в ригах, сараях каких-то, на скотных дворах. Питались колхозными продуктами. Где-то картошку им варили. А в одном колхозе годовалую телку зарезали. Телку съели сразу всю. Правда, отец там противогаз выкинул, и немножко мяса положил в противогазную сумку. Позже сварили, съели. Некоторые местные жители относились к обросшим и грязным окруженцам скептически: «Бежите?». Отец и другие отвечали: «Мы же вернемся». А те снова: «Ну, да… вы вернетесь…»

Привел этот товарищ их в Москву, в какой-то клуб, и передал кому-то. Они разместились в этой импровизированной казарме. Отец вышел из клуба, смотрит – стоит машина. По номерам – с их полка. Подошел к сержанту в клубе – так и так, там стоит машина с нашего полка. Сержант – к лейтенанту. Тот приказывает сержанту привести старшего – кто там есть с машиной. Сержант привел. Ваш? – Наш! – Забирай! Так отец вернулся в полк. Никаких проверок, ничего…

И тут я сейчас сделаю небольшое отступление – расскажу от себя. Раз в одной компании, в которой не всех знал, шел разговор о войне, и я рассказал эту историю. А один там был узбек немного помладше меня, он заметно удивлялся, волновался во время моего рассказа. Потом отвел меня в сторонку, говорит: «Вот, что вы сейчас рассказывали, про окружение, рывок через дорогу, выход в Москву и размещение в клубе – мне отец то же самое рассказывал. Он в 30-х годах закончил военное училище. Был офицер. И, как вы сейчас рассказывали, слово в слово, выводил людей из окружения под Ельней». И я с этим узбеком не договорил тогда. И до сих пор жалею, что не взял его адрес, не расспросил подробнее… Пытался потом найти его – не получилось. Но это ещё не все. Попалась мне однажды книга о войне «Невидимый фронт». Составлена она из отдельных случаев, эпизодов. Автор – бывший сотрудник НКВД. И, когда он описывает, как сотрудники НКВД забрасывались в партизанские отряды, откуда потом вывозили обозами через линию фронта раненых, детей и женщин.. – автор между прочим говорит: «Я сам более пяти раз пересекал линию фронта под Ельней, выводя группы окруженцев». Может быть, автор этой книги и вывел из окружения моего отца. Ещё вероятнее, что НКВД посылал десятки своих офицеров за линию фронта, с целью организовывать и возглавлять выход окруженцев к своим. Не допустить их напрасной гибели или попадания в плен. А как наши там в немецком плену «выживали» в кавычках, мы все знаем. Поэтому, я преклоняюсь перед этим офицером, и перед всеми остальными, которые выводили окруженцев.

Фронтовые дороги

А у отца дороги потом лежали… Он называл Юхнов, Старая Русса, Можайск, Калинин, Сталинград… Про Сталинград он тяжело вспоминал. Когда много было погибших, копали длинный ров, и с одной стороны сваливали, как придется, немцев, а с другой – укладывали бережно рядком наших бойцов. Это его слова. Ещё случай рассказывал… на передовой выбьют батальон или полк – приходят новые. Тех, что остались – отводят, этих – в их окопы. В лощине – там их называют «балки» - собрались, те, что прибыли, тут воздушный налет, и очень хорошо отбомбились – почти всех положили. Вошь там очень страшная была. На это и немцы жаловались. У наших ещё и холера там начиналась – вовремя остановили. Один раз – отец говорит – туманно, решили «вшей пожарить». Бочку на костер. Внутрь прутки, на них одежду разложили, - а тут туман разошелся, немец прилетел. Начал бомбить. Все – кто куда. Кто одетый, кто голый. Разбили немцы 11 машин. Но буквально на следующий день пригнали новые из резерва.

Про Белоруссию он рассказывал. После 42 года отец чаще всего возил разведку. Что это значит для полка «Катюш»? - Если где-то надо произвести стрельбу, к нему машину садится офицер, они едут, определяют площадку, откуда по намеченным площадям можно ударить, и чтобы там были условия для скрытного быстрого развертывания, и ещё более быстрого отхода после залпа. Чтобы не попасть под ответный артиллерийский огонь .

И едут они по лесной дороге, то ли карта была неверная, то ли офицер чего перепутал, или обстановка изменилась, о чем офицер не знал, но вдруг буквально в десяти метрах перед машиной из кустарника выскочили немцы с винтовками. Отец газанул на них – они назад в кусты. Немцы окрыли вслед огонь, изрешетили кузов, и прострелили колеса задние. Хорошо, что дорога через 10-15 метров поворачивала, и прицельная стрельбы была недолгой. Это был ЗИС-5. У него на ведущем заднем мосту спаренные колеса.. Внешние были прострелены, но до своих они все-таки смогли доехать.

Ещё был случай. Привез какой-то груз на передовую. Вышел из кабины – щелк, чиркануло по волосам. Кричат ему: «Ложись! Снайпер!» Упал на землю – ему кричат, что двоих уже убило. Лежал дотемна. Ночью машину разгрузили.

После Победы

Победу отец встретил в Кенигсберге. Уже после победы очень много пришлось ездить. Как не больше, чем во время боевых действий. И в Германию катался, и куда ни пошлют. Из-за этого и «на губу» попал. Мотался из рейса в рейс, и в очередной раз вернулся в расположение, ему на завтра новое предписание. Он возмутился: «Что всё я да я?! Других шоферов, что ли, нету?!» Какой-то командир говорит: «Отведите его на губу!». Отвели его в подвал, принесли матрац, еды нанесли… Закрыли… Наелся, выспался… назавтра, уже ближе к обеду, приходят:

- Выспался?

- Выспался!

- Поехали?

- Поехали!

А в июле 45-го построили личный состав: «Кто желает ехать в Польшу на уборку урожая?» Отец же крестьянин. Вызвался. Поехал в Штеттин. Работал он на молотилке. Подавал в неё снопы. Поляки все нормально к русским относились, кроме одной женщины. Та была очень злая на русских. Отец сказал: «Буквально загрызть готова». Другие объяснили, что её муж воевал на стороне немцев и погиб.
В октябре отец вернулся с уборочной в полк, и оказалось, что его призыв уже демобилизован, и сформированный поезд на Москву уже ушел. Отец в штабе: «Как же мне-то теперь?» Начштаба говорит: «Отправьте его с киевским поездом. А там он доберется».

Ещё про Победу

В нашу школу прискакал нарочный – посыльный с сельсовета. И сказал: «Ребята! Скачите в поля, собирайте народ. Война кончилась!»

Какие тут уроки! Мы бегом на конюшню. Поразбирали коней. И охлюпкой – без седел, конечно – поскакали в поля. На лошадях-то мы лет с трех катались все. Лошадей у нас в деревне было сотни полторы. Хотя, как война началась, 20 или 30 отдали в армию.

И вот все собрались на конном дворе. Вся деревня. Из них только два мужчины. Один – по возрасту не ушел на фронт, второй – комиссован по ранению. Сняли с петель ворота, положили на телегу – общий стол. Принесли люди у кого что было еды. Самогонка, конечно – у нас ее гнали из сахарной свеклы. Много плакали. Потом пошли по деревне с песнями, с плясками. Музыка – печная заслонка и ножом по ней стучали.

Отец вернулся домой 27 октября 1945 года. Работал шофером.
Награжден медалями «За боевые заслуги», «За отвагу», «За оборону Сталинграда», «За победу над Германией». Вручили их ему уже после войны. Была у него еще какая-то бумага, справка, что награжден медалью «За оборону Москвы». Он отдал её в военкомат, но она потерялась, и нет этой медали. Я запрашивал в Подольском архиве – ответ был какой-то несуразный, но отрицательный.

Ушло из деревни человек 60. Почти все – первым военным летом. Первая похоронка пришла в июле. А потом – одна за одной. А после 43 года у нас уже перестали и похоронок бояться. Не на кого стало получать. Всех повыбило. Вернулись всего 15-18 человек. Из них пять шоферов. Остальные – кто после ранения комиссован, а большинство и на самой передовой не воевали. Кто кузнецом был – кузнецы и в армии были нужны. Кто – в обозе, еще где… Большинство же – сразу в окопы на самую передовую, и погибли.

А, как наша деревня войну пережила, как работали и старые и малые на оборону, армию и страну кормили – в следующий раз расскажу.

Записал – Виктор Гладков

03.06.2017, Новые истории - основной выпуск

Подстава от вороны
В станционном буфете взял порцию вермишели с сосиской и устроился за столом возле открытого по летнему времени окна.
С такой же порцией подошел молодой парень, спросил - свободно ли, поставил свою тарелку на стол и отошёл за хлебом.
В окно влетела ворона, приземлилась на столе, схватила с его тарелки сосиску, и улетела.
Я сижу с наколотой на вилку своей сосиской, с разинутым от изумления ртом, смотрю вслед вороне.
Парень возвращается, смотрит на свою тарелку, на мою сосиску на вилке, и на меня с немым вопросом.
Я говорю: «Ворона унесла», и понимаю, что не поверит.
Он молча переставил свою тарелку на другой стол.
А кто бы поверил...

20.11.2019, Новые истории - основной выпуск

Психологический подход к мамам

Провожал маму в Киев.
Привез на Киевский вокзал.
Заходим в купе - там супружеская пара возрастом чуть постарше меня. Они вещи уже разложили.
Ну, я затаскиваю мамины баулы - её соседи вышли на перрон, чтобы нам не мешать.
Мама хмурится - считает, что эти соседи слишком много места заняли своими вещами. Хотя сама столько подарков и гостинцев родне везёт, что "мама не горюй".
Я её вещи разместил, вышел на перрон, говорю этим соседям: "Вы, пожалуйста, если что, на маму не сердитесь..."
Женщина отвечает: "Даже не волнуйтесь! У меня такая же мама - я все понимаю. Доедем прекрасно!"
Я снова ей говорю: "Вы, пожалуйста, сейчас вернетесь в купе, и сразу ей скажите, что у неё сын очень хороший. И завоюете её сердце".
Ну, не успел выехать с площади Киевского вокзала, мама звонит: "Сыночек! Мне так повезло с соседями по купе! Такие люди хорошие!.."

11.12.2018, Новые истории - основной выпуск

Кризис среднего возраста

Впервые прыгнул с парашютом в 39 лет.
Что-то тогда в дружеской компании неожиданно выяснилось, что большинство собеседников в юности занимались в парашютной секции, сделали, кто один, а кто – три прыжка. Я подумал: «Мечтал же в детстве с парашютом прыгнуть. А если не сейчас – то когда?»
Узнал, что в Егорьевском районе есть аэродром, на котором по выходным организуют прыжки для желающих. Приехал в это Костылево. Стоило это удовольствие тогда рублей четыреста, что ли.
Думал – разок, и хватит. Но получилось не так. Потому что очень сильно испугался в этот свой первый раз.
Вот сижу я тогда в самолёте на прочной жёсткой металлической скамейке. Под ногами – надежный пол. А выходить предстоит просто в никуда.
Люк открыт. И мне видна там далеко внизу земля, ниточки дорог, машинки - как муравьи, лес – как трава, а людей вообще не разглядишь.
И предстоит выходить из такого прекрасного надёжного самолёта просто в это самое никуда.
Коленки не дрожали. Страх был в районе желудка. Невообразимый! Никогда раньше неиспытанный. Когда в армии отказался дедушке кровать заправить, то меньше боялся. Хотя, на самом деле, для здоровья это было гораздо опаснее.
И вот, смотрю я в этот раскрытый люк, и знаю, что сейчас от прыжка откажусь. И никто меня выталкивать не будет.
Просто вернусь на аэродром в самолёте.
Такие случаи бывают.
Ничего особенного.
Деньги мне не вернут. Нас об этом предупреждали. Ну и хрен с ними!
И вот я в этом самолете уже почти решил, что не буду прыгать, а останусь сидеть на этой прекрасной скамеечке, вцепившись в неё побелевшими от напряжения пальцами, и замечательно так буду сидеть до самого приземления, когда самолет, подпрыгивая на кочках, прокатится по грунтовой взлётно-посадочной полосе, и развернётся, и лётчики выйдут из кабинки в салон, откроют мне люк, откинут лесенку, пропустят вперёд, и техник подаст мне руку, а я не приму этой его помощи, а ловко выпрыгну, минуя лесенку, на такую замечательную землю, и мне будет безразлично, - что про меня говорят и думают лётчики, инструкторы, парашютисты, потому что я сяду в машину и уеду, и никто меня не сможет заставить приехать сюда снова.
Кроме меня самого.
Потому что еще я знаю, что там - на земле - буду клясть себя, что не прыгнул. Буду смотреть в небо, которое было так близко, а я не воспользовался этим случаем, чтобы в это небо шагнуть.
И я снова приеду сюда. Но в следующий раз перебороть страх будет труднее. Потому что дорожку-то возвращения в самолете я уже сейчас проторю.
Вот как-то так я думал, заворожено глядя в открытый люк, и ожидая команды выпускающего.
А он на первом круге выкинул грузик с парашютиком, чтобы посмотреть – куда его отнесёт.
На втором – выпустил «пристрелочного» парашютиста, который тоже «перворазник», но уже совершал несколько прыжков.
А я всё это время трясся от страха.
И только потом он скомандовал: «Первая пятёрка приготовиться!»
Мы встали.
Я шел вторым.
Уткнулся глазами в спину первого, чтобы ничего больше не видеть, и вывалиться сразу за ним.
Но инструктор, уперевшись ладонью мне в грудь, придержал меня.
Он посмотрел, как вышел первый, как раскрылся его парашют, и только потом сказал мне:
- Пошёл!
Я ткнул рукой в сторону открытого проёма, за которым ничего не было, и спросил:
- Туда?
Он засмеялся и кивнул.
Вообще-то нас перед этим полдня инструктировали.
Перворазники подъезжали и подъезжали. А подъемов не было. Ждали – когда ветер стихнет.
И время от времени то один, то другой инструктор собирал всех, и рассказывал, - что и как.
Как выходить.
Надо руки прижать к груди, сделать шаг, и ноги сжать вместе.
Как проконтролировать раскрытие парашюта.
Что купол должен быть ровным и круглым.
И что делать, если его стропой перехлестнёт.
В каких случаях открывать запасной.
И как его открывать.
Как контролировать обстановку при спуске. Чтобы не столкнуться с другим парашютистом.
Как управлять парашютом.
Как приземляться.
Как собирать парашют.
Они повторялись. Но мы всех внимательно слушали.

Один парень, помню, спросил у женщины-инструктора:
- А если что-нибудь забудешь?
Она махнула рукой:
- Там времени достаточно. Вспомнишь!
- А вдруг что-нибудь случится?!
Она успокоила:
- Никогда ничего не случается…

И вот теперь, в самолёте, я спросил:
- Туда?!
Выпускающий засмеялся и кивнул.
Разинув рот в немом крике, растопырив ноги и руки, вывалился за борт. Потоком воздуха закрутило так, что перед глазами невероятно быстро мелькали поле аэродрома, небо, лес, удаляющийся самолет, снова лес и снова небо.
Если бы я на выходе прижал руки к груди и сжал вместе ноги, то падал бы ровно, как капелька. А я же растопырился. Вот и крутануло.
Успел подумать: «Йёооо… Как же тут чем-то управлять-то…»
И тут почувствовал хлопок раскрывшегося парашюта, и почти сразу лямки подвесной системы врезались в промежность.
Это было не очень удобно. Но это была опора. И было уже совсем не страшно.
Рев двигателей самолета удалялся.
Простор, открывшийся мне, оглушал.
Вспомнилось встреченное в какой-то книжке слово – «окоём». То есть то, что вмещается в око. То, что можешь охватить взглядом. Этот окоём был невероятно просторен. Небо было рядом и вокруг меня, и немножко ниже. Казалось даже заметно, что Земля круглая.
Я вертел головой, чтобы увидеть больше, и всё запомнить.
Потому что не собирался снова лезть с парашютом в самолет и снова чувствовать там свой сжимающийся от жуткого страха желудок.
Хотелось петь, или просто орать. Это нормально. Это у многих так.
Между тем, земля приближалась.
Тут понял, что мне уже давно снизу орут в мегафон:
- Второй в первой пятёрке! Правую тяни!
Это я же был второй в первой пятёрке. И это мне надо было потянуть правую бобышку управления, чтобы развернуться лицом к ветру для более мягкого приземления.
Вообще предпочтительнее, чтобы перворазники всегда сразу разворачивались лицом к ветру, чтобы их меньше сносило. Я про это ещё потом, может, расскажу. И как однажды умничал и не слушался команд с земли.
А сейчас потянул правую, развернулся к ветру.
А инструктор снова кричит:
- Второй в первой пятерке! Ноги на приземление!
Это я должен ноги сдвинуть вместе, и слегка согнуть их в коленях.
Выполнил команду, и смотрю вниз.
А земля приближается всё быстрее! И ещё быстрее! И ещё!..
Только успел подумать:
- Бля! Она меня как сейчас ёбнет по ногам!
И она действительно – каак ёбнула по ногам! (хм... не заменить ли «ёбнет» на «вдарит» И «Бля» надо придумать, чем заменить, чтобы так же коротко и эмоционально)
Повалился я. Купол гасить не пришлось – он как-то сам опал.
И вот лежу на спине, раскинув руки и ноги.
И мне так хорошо!
Так хорошо…
И тут вспомнил, что с самолета на нас смотрят. Смотрят до самого приземления, и после приземления. И эта моя теперешняя поза, когда я лежу с раскинутыми ногами и руками, означает, что мне требуется помощь. Я вскочил, и помахал самолёту рукой. Так надо было сделать сразу.
Потом собрал парашют «косичкой», как учили на инструктаже, и пошел его сдавать.
И тут ещё вспомнил!
Вспомнил, что неправильно вышел. И крутило меня из-за этого.
Что после раскрытия парашюта не осмотрел купол.
Что, спускаясь под куполом, не смотрел – где находятся другие парашютисты, и нет ли опасного сближения с ними.
Что не смотрел вниз – не опускаюсь ли на другой купол. (Хоть и в первой пятерке, но всё равно – надо было посмотреть.)
Что поначалу не слышал команд с земли.
В общем – всё сделал неправильно, и всё это надо было переделать…
За следующие два месяца сделал 14 прыжков. Где-то на шестом заметил, что страха уже нет, а мысли только о том, чтобы сделать всё правильно – и выход, и спуск, и приземление. Потом, забросил это дело, но через десять лет свозил туда сына и сам спрыгнул с ним за компанию.
Выйти «на поток» и сейчас смогу.

30.07.2007, Новые истории - основной выпуск

Стояли с сыном возле подъeзда. Мимо прошла девушка. Очень миленькая, и
фигурка ладная. Проводив ее взглядом, я сказал сыну: "Видал, какая
красавица?!"
Oн, уcмехнувшись, ответил: "Нет, папа. Я, даже, ее не разглядывал.
Наблюдать за тобой было гораздо интереснее!"

(Гладков Виктор).

13.01.2019, Новые истории - основной выпуск

Случай в поликлинике

На банкетке в коридоре поликлиники сидит бабушка.
Проходит мимо женщина в белом халате - на вид не сильно моложе этой бабушки. Уже мимо прoшагала, потом вернулась:
- Здравствуйте! А вы с чем пришли? Я вас и вчера здесь видела...
Старушка протягивает листочек-направление, что ли. Говорит:
- Мне в седьмoй кабинет. Я вчера здесь просидела - он все время закрыт. Сегодня вот сижу.
Женщина в белом халате смотрит этот листочек:
- Вам в 507 кабинет. А это - 207. Пойдемте к лифту. Я вас провожу. Это на пятом этаже.
Ушли.
Прoсто внимательная. Прoсто не прошла мимо.

27.02.2012, Новые истории - основной выпуск

Лет в сорок я впервые нанял водителя.
Сорвал спину и разгрузка коробов с товаром превратилась в сущую муку.
Торговля была неплохая, денег хватало, и я обзвонил знакомых, чтобы порекомендовали какого-нибудь непьющего добросовестного спокойного человека.
Вскоре я встретился с кандидатом.

Он раньше водил "Газель" какого-то рыночного торговца, но недавно тот свернул дела, и теперь Саша работал сторожем на стоянке, и был готов перейти ко мне.

Я рассказал ему, что надо будет с экспедитором ездить в Москву за товаром, грузить-разгружать, ревизировать в магазине неработающие игрушки и, при возможности, ремонтировать их, либо отсортировывать на возврат поставщикам, готовить к продаже детские велосипеды, и вообще быть в магазине мастером на все руки. Ну и обычные водительские обязанности на нём, как-то - эксплуатировать машину надлежащим образом, и вовремя производить все регламентные работы.

Предложенная зарплата его устроила, и он был готов приступить к работе хоть прямо сейчас.
Я осведомился - не подставит ли он своего теперешнего работодателя неожиданным увольнением, и сказал, что готов подождать, пока на автостоянке ему найдут замену.
Он ответил, что с этим никаких проблем, и назавтра принес уже мне свои документы.
Однако вскоре я случайно встретился с этим его работодателем.
Он оказался моим старым приятелем.
Шутливо, но с долей серьёзности он мне сказал:
- Что же ты, Витя, чужих работников переманиваешь? Нехорошо, нехорошо... Хоть бы позвонил, переговорил...
Я расстроился:
- Серёга, извини! Я же разговаривал с ним на эту тему. Он сказал, что никаких проблем...
- Всё равно нехорошо. Проблем действительно никаких. Но надо было позвонить. Проблемы будут... У тебя... С ним... Но я тебе о них заранее рассказывать не буду. Нет, не пугайся, - воровать он не будет. Но ты поймешь, что я подразумевал.

Саше я показал особенности управления Транспортёром, на котором ему предстояло ездить, покатался пассажиром с ним по городу, доброжелательно проконтролировал, как он собирает велосипеды и ковыряется с браком, предложил, чтобы для простоты общения он называл меня Николаичем и на "ты", и, несмотря на появившееся у меня к нему чувство необъяснимой антипатии, полагал, что с работой он справится, и я вздохну свободно.

Экспедитором ездила с ним Лена - мой зам.
Я уже давно приказом назначил её заведующей. Большую часть повседневных вопросов в магазине и возникающих проблем решала она. И товаром она занималась.

И вот, не прошло и недели, как она заговорила об увольнении этого Саши:
- Николаич, ищи другого. Я не могу с ним ездить! Ты знаешь - после того, как мы с тобой перевернулись на "шестёрке", я не терплю быстрой езды. Но он вообще полный тормоз! Вот мы подъезжаем к нерегулируемому перекрёстку. У нас - главная. Справа и слева стоят - нас пропускают, в соответствии с Правилами. И он встаёт. Смотрит испуганно по сторонам, потеет, сморкается и не трогается с места. Сзади сигналят, с боков мигают, он - стоит. Потом те, что стоят на второстепенных, начинают трогаться, а он теперь наконец рожает, и тоже трогается. Они пугаются, сигналят, и встают. Он - тоже.
Или, едем по Рязанке. Он всегда в правом ряду. Упрется в фуру, и едет за ней. Две полосы для движения в нашем направлении, но обогнать кого-то для него мука смертная. Фура - шестьдесят, и он - шестьдесят. Фура сорок, а его это не напрягает, так за ней и едет... Николаич! У него всегда сопли! И он, с бульканьем, постоянно втягивает их в себя! Меня от него тошнит!

Я возразил:
- Ну, как я его теперь уволю? Он же ту работу потерял! Потерпи - может насморк у него пройдет, и на дороге он освоится...
- Тебе легко говорить! Ведь, терпишь-то не ты, а я!

На выходные я разрешил Саше воспользоваться фургоном - что-то перевезти на дачу.
В понедельник он с гордостью продемонстрировал мне линолеум, которым он застелил фанерованный пол в фургоне, закрепив его по периметру саморезами через каждые десять сантиметров.
Очень удобно при погрузке - картонный короб с товаром поставил в фургон, толкнул его, и он едет по скользкому линолеуму аж до передней стенки.

Я огорчил его:
- Это ты зря! Зимой ты на обуви занесёшь в кузов снег, и на этом полу будешь здесь падать с кувырками. Да и после дождя мокрыми подошвами мы здесь будем опасно скользить.
- Нет, Николаич! Нормально! Я не буду падать!
- Будешь. И я буду! Сними!
Поговорка мне тут вспомнилась - услужливый дурак опаснее врага.

Через пару дней Лена позвонила мне из Москвы, и попросила приехать на Форде, забрать товар, который не помещается в Транспортер.
Приехал.
Саше сказал, чтобы он отправлялся в Воскресенск разгружаться, а мы, дескать, с Леной дополучим остальное, расплатимся, и подъедем скоро после него.
Он, выслушав меня, как-то заменжевался, потом нырнул в помещение для клиентов, где нас бесплатно угощали чаем в пакетиках и кофе "три в одном", быстро вышел оттуда, сел в машину и уехал.
Следом за ним из этого буфетика выскочила сотрудница, что-то возмущенно крикнула ему в спину, но он не обернулся.
Оказалось, что он, зайдя туда, схватил горсть пакетов Липтона, и сунул их в карман. Хотел ещё и кофе набрать, но она его остановила.

Я потом высказал ему своё возмущение:
- Как ты не понимаешь, что это не халява с помойки, а угощение! Ты и в гостях так себя ведёшь?

Прошла ещё неделя.
Снова неприятный разговор с Леной:
- Николаич! Я отказываюсь с ним ездить за товаром. Езди ты! Плати мне меньше. Я буду заниматься только магазином и товаром в магазине. А в Москву с ним ездить отказываюсь! Несколько часов в день проводить с ним невозможно! Он хлюпает носом. Я всё время сижу отвернувшись, чтобы меня не вырвало! У меня от этого уже шея болит. Тебе жалко его, но не жалко меня! Хорошо! Твоё право. Но не надо жалеть его за мой счет. Давай, закупками будешь заниматься ты!

По ряду причин её предложение меня не устраивало.

Я позвонил Сергею - хозяину автостоянки. После обмена приветствиями перешёл к главной теме:
- Слушай, а ты возьмешь Сашу назад сторожем?
- Ха-ха! Помнишь, ты мне рассказывал анекдот про диагноз: "Психических отклонений нет, - просто мудак!" Вот этот Саша и мне на хер не нужен был. Я его терпел только из жалости, потому что он убогий. А, когда ты его забрал, я, на самом деле, обрадовался. Вот, думаю, пускай Витя теперь с этим дуралеем лиха хлебнёт! И поделом тебе! Не будешь работников переманивать!
- Серёг, ну я же тебе объяснял - не переманивал я! Я специально с ним этот вопрос обговаривал...

В общем - Сергею этот Саша был не нужен.

Сашу я попросил написать заявление об уходе, выплатил ему месячный оклад в качестве компенсации, и мы расстались без обид. Очень скоро он нашел работу на грузовой "Газели".
А я начал закидывать удочки через знакомых в поисках нового водителя, будучи при этом сам и водителем, и грузчиком, и бракёром, и администратором.
Свято место пусто не бывает, и вскоре я познакомился со следующим претендентом.
Лёша тоже пришел ко мне через знакомых.
Если Саша был заторможенный, то этот напротив – очень бойкий. Что бы я ни начинал ему говорить или объяснять, он вскоре перебивал меня, чтобы высказать своё аналогичное мнение и полное со мной согласие. Это слегка раздражало.
Я вполне закономерно поинтересовался его прежним местом работы и причиной увольнения.
Оказалось, что он водил «Газель» какого-то предпринимателя, работал много и добросовестно, но козёл-начальник не оценил Лёшины старания, и платил явно недостаточно.
Я в ответ сказал, чтобы он никогда не отзывался так о старых работодателях в присутствии нового.
- Потому что, - добавил я, - первое, что мне приходит в голову, это: «А что он про меня потом будет говорить?»
- Не, Николаич, ну, ты же не такой!
- Ты ещё не знаешь, какой я. И я не знаю – какой ты. Нам обоим рано обольщаться.
Сели в «Транспортёр». Я за рулём. Показываю – на каких скоростях переключать передачи, как разгоняться…
Я выезжал с второстепенной дороги, и БМВ мигнул мне фарами, пропуская. Я вырулил на главную перед ним и благодарно мигнул «аварийкой».
Леша удивленно спросил:
- Николаич! А зачем ты его на хуй послал?
- Кого?!
- БМВ этого? Ведь, мигнуть аварийкой, это значит «пошел на хуй»! В Москве всегда так – кто-нибудь влезет перед тобой, и обязательно аварийкой потом мигнет – пошел на хуй!

Я, услышав такое, просто оторопел. Потом ответил:
- Да кто тебе такое сказал?
Аварийкой в таких случаях мигают, чтобы поблагодарить или извиниться!
Это тебе, верно, в шутку кто-то объяснил так. А ты, что же, всегда думал, что тебя посылают?

Вот он за рулем. Выезжаем на главную у светофора. Машинам красный, пешеходам - зеленый. Выезжая на дорогу в этом месте, я всегда сначала останавливаю машину в раскоряку, пропуская пешеходов, после их прохода выравниваю машину и жду зеленого.Леша же,.выезжая, принялся вовсю сигналить, распугивая пешеходов и чуть не расталкивая их бампером.
У меня - глаза на лоб:
- Ты что делаешь?! Пропусти их! Вон человечек на светофоре зеленый, - у них же приоритет!

Ему было непонятно моё возмущение.

Он постоянно генерировал идеи.
- Николаич! Я вот что придумал, - давай уберем одну кассовую кабину. Место освободится в магазине, на которое можно товар поставить.
- Леш, а если кассиру понадобится в туалет отойти, или покушать?
- Так сменщица в её кабинку и сядет!
- А случись недостача, с кого из них спрашивать?
- Ааа...

- Николаич! Я вот что придумал, - давай грузчика наймем!
-...
- Ну я только водителем буду, а товар грузить-разгружать-носить - он.
- А платить ему из твоей зарплаты? А если твою зарплату располовинить, найдется работник на такие деньги? А браком кто будет заниматься - ты или он? Или нам потом ещё надо будет бракера нанять? И вообще тогда, ты-то зачем мне нужен? Не проще ли найти грузчика с водительским удостоверением, который будет и шоферить, и грузить, и браком заниматься, и лампочки в магазине менять при необходимости, и прокладки в смесителе тоже. Ведь до твоего прихода я один со всем этим справлялся, ещё и администрированием занимался...

- Николаич! Я не буду больше велосипеды собирать. У меня друг есть. Он пенсионер и живет в деревне - семь километров отсюда. Дом у него большой - места хватает. Я буду отвозить ему короба с велосипедами и потом забирать готовые.
- Хм... Инструмент у него есть?
- А я отсюда ему привезу.
- А если здесь обнаружится какая-то недоделка, - велосипед надо будет к нему в деревню везти? А если какой-то некомплект окажется в коробе? Все запчасти тоже к нему надо будет заранее отвезти? И по всякой неожиданной обнаруженной неисправности надо будет к нему ехать? Ну, хорошо. А платить ему как?
- Я из своей зарплаты буду ему отстегивать.

По сравнению с предыдущим местом работы, теперешняя зарплата казалась ему очень приличной. Я в виде эксперимента согласился с ним, но расплатившись со своим другом один раз, Леша стал собирать велосипеды сам.

- Николаич! Колесо спустило. Где домкрат?
- Я же показывал тебе - под твоим сиденьем. А запаска сзади под кузовом. Ты умеешь колесо-то снимать?
- Обижаешь, начальник.
Через некоторое время я почувствовал легкое беспокойство и вышел проверить, - как он справляется.
Он сумел меня удивить. Домкрат стоял не в специально предназначенном для этого месте возле арки колеса, а посредине порога, сминая этот порог. Автомобилисты поймут мои чувства.
После этого я начал подыскивать ему замену, но он ещё успел сделать мне заманчивое предложение:
- Николаич! Я вот что придумал! Давай ещё один магазин откроем! Где-нибудь в центре. Только там я буду уже заведующим.

Лёшу я попросил написать заявление «по собственному…», и принял на его место Филиппа.

Вот о нём мне нечего рассказать забавного..
Просто хороший человек.
Она проработал у меня четыре года.
Не припомню за ним ни одного косяка.
Выдержанный, корректный, с чувством собственного достоинства и развитым юмором.
Не болтун, но случалось, рассказывал интересные истории из жизни.
Компетентный. Толковый.
Я советовался с ним по самым разным вопросам, и, принимая потом решение, учитывал его мнение.
Он один из тех людей, которых я очень уважаю, и чьим уважением дорожу, если, конечно, его заслуживаю.
Он моложе меня лет на пятнадцать, но какого-либо превосходства в житейской мудрости или жизненном опыте я не чувствовал.
Настоящий мужчина, муж, отец.
Он видел, что магазин приходит в упадок.
И для него не было неожиданностью моё признание в том, что в ближайшем будущем для меня будет непозволительной роскошью платить ему зарплату.
Мы расстались.

И это печально.

03.05.2019, Новые истории - основной выпуск

Советские люди

Коллега рассказал немножко из истории своей семьи. Они из Казанских татар. В тридцатых годах были раскулачены. Старший из восьми детей уже женатый, ссылки избежал – уехал в Узбекистан и там прижился. Остальные провели весь срок ссылки в Красноярском крае. После окончания срока ссылки вся семья вернулась в Казань. А его дед Назиб остался в Енисейске. Жил там с семьёй, оттуда ушел на войну, туда же вернулся в 43-ем, когда комиссовали после тяжелого ранения. Уже после войны родные уговорили его вернуться с семьей в Казань. Продал дом, имущество, скотину-птицу, - вернулся на родину. Год прожил – не по нему здесь всё. Не нравится. Старший брат звал к себе в Узбекистан. Приехал он туда, и там ещё год прожил – тоже не понравилось. Тосковал по Сибири. Написал об этом своему другу в Енисейск. Тот ответил: «Приезжай, конечно, поможем!» А это как раз весна была – начало огородных работ. И этот друг, будучи уверен, что Назиб скоро с семьей приедет, пашет огород не только себе, но и Назибу, сажает картошку, сеет всё на две семьи… мало того - разгораживает свой дом перегородкой напополам, и прорубает отдельный вход. Назиб приехал – вот тебе дом, вот тебе огород… Вырастил Назиб восемь детей в Енисейске, дождался там и внуков.
Один из этих внуков, который и сам уже дедушка, рассказал мне это. Говорит: «Мы тогда не удивлялись такой дружбе между людьми, помощи… Это просто пример взаимоотношений, которые считались нормальными… Звали этого друга моего деда – Семен Ермолаев».

23.06.2015, Новые истории - основной выпуск

Год или два назад в конце марта у нас случился невиданный снегопад. Вся техника была брошена на основные магистрали, а жительница одной из сельских улиц написала возмущенное письмо президенту, в котором пожаловалась, что снег у них совсем не убирается и она даже не могла выехать из гаража, из-за чего опоздала на работу.
Из аппарата президента её письмо было перенаправлено в правительство Московской области, оттуда – в район, из района – в поселение.
В июне тётенька получила ответ: «При выезде по указанному Вами адресу, факты, изложенные в Вашем обращении, не подтвердились».

13.01.2018, Новые истории - основной выпуск

Из маминых воспоминаний о послевоенном детдоме

… У нас была уборщица, которая иногда бурчала себе под нос: «Моом-моом, вытирам, зарплату не давам…»
Мы её так и звали – Мом-мом вытирам.
- Кто сегодня дежурит?
- Мом-мом, вытирам.
_
Я попала в детдом сразу с Украины. Русского языка не знала. Смущалась и стеснялась этого. Старалась отмалчиваться. А ко мне подходил заводила мальчишек и спрашивал какое-нибудь украинское слово. Благодарил, возвращался к мальчишкам, и гордо провозглашал: «Цыбуля!». Все почтительно затихали. Иностранец, же. Полиглот! И только он в этот день был вправе щеголять этим знанием. Остальные не смели.
__
Дамбу между прудами в парке ремонтировали пленные немцы. Мы мимо них ходили в школу. Они мерзли в своих тонких шинельках. И выглядели истощенными. Мы их иногда угощали какими-то крохами своей еды.
Они отказывались. Они знали, что мы детдомовцы. Дети погибших на войне.
__
Все учителя-мужчины были фронтовики. Донашивали военную форму. И если на каких-то мероприятиях мы собирались гурьбой возле кого-то из них, или просто общались после уроков, то каждый норовил прикоснуться к военной форме. Оттесняли друг друга, подбирались поближе…
__
В школе нам на большой перемене давали «паек». Мы это так называли. Кусочек черного хлеба размером со спичечный коробок, с лежащей на нем конфетой «подушечка». Такая кофейная карамелька без обертки с повидлом внутри.
__
В детский дом привели двух братьев-погодков – Толю и Женю.
Отец их, как и все наши отцы, погиб на фронте, а мама умерла вскоре после войны. Изголодавшиеся они были. А хлеб нам давали по норме на каждого. Допустим, 150 или 200 грамм на каждый прием пищи – не помню точно. Повариха резала буханку ломтями. И ещё нарезала кусочки маленькие. Клала на весы кусок, и добавляла подходящий довесок. С этим строго было. И каждому выдавали порцию эту по весовой норме. Кусочек хлеба с довеском.
А Толя и Женя подходили потом к ней, и Толя – старший – просил:
- Марьиванна, дайте, пожалуйста, хлеба ещё кусочек!
А Женя сразу добавлял:
- Ну хоть довесочек!
Они всегда были вместе, эти братья.
Их в детдоме звали – Кусочек и Довесочек.
__
Милка Григорянц была заводилой. Боевая, энергичная, быстрая и смышленая.
Однажды прибегает из парка, (Мы считали своей территорией не только огороженную усадьбу Лажечникова, в которой жили, но и весь парк..) и кричит: «Быстро все за мной! В парке шпион! Его надо поймать и отвести в милицию!»
Мы – гурьбой за ней.
Подкрадываемся к парню, который спит, вольготно раскинувшись на траве. Под головой – книга.
Мы окружили его кольцом, взялись за руки, Милка крикнула: «Вставай! Ты попался!» Парень недоуменно смотрел на нас:
- Дети! Что случилось!
Милка сурово пояснила:
- Поведем тебя в милицию, шпион!
- Почему же шпион? Я – студент.
- А чего книжку под голову положил?!
Мы, вот так, окружив его кольцом и взявшись за руки, довели его до милиции. Он шел мелкими осторожными шажками, чтобы не наступить на нас.
Это был первый студент, которого я видела. Я тогда уяснила, что студенты спят, положив под голову книжку.
А Милку в детдоме с тех пор звали – Герой Советского Союза.

30.09.2009, Новые истории - основной выпуск

Я раз в деревне у тещи решил крыс повыловить.

Нашел несколько обычных крысоловок-рамок, и один настоящий капканчик.
Маленький такой. Как две стальные челюсти смыкаются, когда срабатывает.

Крысоловки просто наживил и расставил в летней кухне.
А капканчик поставил у стены в сарае. А над ним подвесил кусочек сала.
Типа, крыса будет к салу тянуться, будет топтаться на задних лапах, и
тогда создаст достаточное давление, чтобы капкан сработал.

И что вы думаете?!
Наутро в капкане была крыса прищемлена за заднюю лапу.

А рамки ни одна не сработали, хоть наживка и съедена.

Настроил снова.

Через полчаса в летней кухне дурниной заорала курица, проникшая туда
через приоткрытую дверь, и клюнувшая приманку на рамке. Рамка
захлопнулась у нее на голове, и она бегала с этой фанеркой по кухне.

Пока ковырялись с курицей, в сарае заорал кот, который на свою беду
заинтересовался салом на веревочке.

Тесть сказал: "Витя! Хай им грець цим крысам! Не объедят!"

09.01.2008, Новые истории - основной выпуск

Гаишники.

- Ваше водительское, документы на машину и страховка...
- А Вы кто?
- Вы, что, не видите форму, патрульную машину?
- Вижу, но Вы должны представиться.
- Вам моя фамилия обязательно нужна? А Вы потом на телевидение напишете,
что я у Вас деньги вымогал?
- А Вы собираетесь вымогать?
- Ну, ладно. Покажите просто из своих рук, что они у Вас есть, и Вы их
не потеряли.
- Да здесь они у меня – в кармане. А Вы свою фамилию назовите.
- Хорошо. Я Вам верю. Счастливого пути!
А фамилию так и не назвал.

24.11.2019, Новые истории - основной выпуск

Про врача и не только

- Алло, Виктор, здравствуй… Я тебе не говорила… У моей мамы тоже инсульт. Почти тогда же, как и у твоей… Я просто не говорила… Она там же лежала… Но я не поэтому звоню...

- Погоди! Ты выходила из палаты своей мамы, и заходила в палату к моей? Мы там встречались… И ты молчала о своей беде?.. А как её состояние?

- Не очень… Я не об этом хочу рассказать… Маму выписали… то есть не выписали, - перевели в паллиативное отделение. И там врач… Напиши про него. Ты пишешь… люди читают – напиши! Молодой врач Сослан Ахсарбекович… … …

- Алло!

- Да. Я просто…

- Я понимаю. Говори.

- Перевели её туда. Где до этого лежала... Она ни на что не реагировала. А здесь стали делать массаж, ещё что-то… Она стала реагировать, поднимать левую руку, ногу, идти на контакт… Взгляд у неё… Я сейчас оттуда… И я вчера встретилась с этим молодым врачом… … …

- Говори. Плачешь, но рассказывай.

- Мы купили памперсы, пеленки, матрац специальный, а он сказал: «Зачем, - это всё здесь бесплатно!» Он с нами поговорил, обнадежил. Простые добрые слова… Взгляд его… Неравнодушие, понимание, сочувствие… Напиши про него. Добрый, отзывчивый… Он её лечит... Мама моя тоже ветеран труда… На химкомбинате работала… Ей в апреле будет 80. Напиши про врача… Он молодой совсем. Просто поблагодари. Такие люди есть. Прости меня за эти слезы. Напиши про него...

***

Когда тебе тяжело – не надо себя жалеть. Почти наверняка рядом есть люди, которым гораздо труднее, - просто ты о них не знаешь.

А ещё - есть люди, и есть Люди. Есть врачи, и есть Врачи. Они есть.

Сослану Ахсарбековичу Наниеву – низкий поклон. И его родителям – тоже. Они, конечно, гордятся своим сыном, и с полным на то основанием.

22.02.2017, Новые истории - основной выпуск

Ногу сломал месяца за два до дембеля – в марте 84 года.
Стоял ночью на посту, пришла смена. Разводящий, не дожидаясь, пока мы проговорим «пост сдал – пост принял», пошёл с поста, Я за ним вдогонку, когда подошва моего левого валенка соскользнула вперёд по накатанному снегу, и я с маху сел на подвернувшуюся правую ногу.
Острая боль в лодыжке, с трудом встал, на правую ногу ступить не могу.
Снял автомат с плеча, поковылял кое-как, используя его в качестве трости. Приклад вниз, а на мушку опирался рукой. Временами просто скакал на левой ноге. Останавливался отдыхать. Идти было километра два, наверное.
Пришёл в караул, доложил начкару о неприятности, вижу его раздумье – что делать. Хлопотно это – вызывать из роты мне замену. Это надо звонить кому-то из офицеров домой – будить, объяснять, в чём дело. Тому идти в роту – смотреть составы завтрашних караулов и нарядов, определять – кого сейчас поднимать на замену Гладкову. Выдавать автомат и патроны, перед этим звонить дежурному по части - объяснять необходимость открытия ночью комнаты для хранения оружия, потом сопровождать этого нового караульного до караульного помещения. И решать – что делать с Гладковым, как доставлять его в санчасть. А завтра ещё и кучу рапортов отписывать о происшествии и принятых мерах.
А я же ещё и не уверен, что перелом. Вдруг просто растяжение, завтра может всё пройдёт, а я такой переполох этой ночью устрою. Говорю начкару: «Товарищ лейтенант! Я на девятом стою, он же двухсменный-ночной. Утром склады откроют, часового снимут. Мне осталось одну смену отстоять. Так я эту смену могу на губе отстоять, а с губы часового на девятый можно отправить».
Начкару моя схема понравилась, и я пошел отдыхать. Но сначала снял валенок – посмотрел ногу. Лодыжка начала отекать. Понятно, что если лягу на топчан разутый, то через час нога в валенок не влезет. Лёг обутый.
Через час – «Смена подъём!»
На одной ноге доскакал до пирамиды, взял автомат, встал в строй. Томский, которому вместо тёплого коридорчика гауптвахты достался мой девятый пост, недовольно на меня посматривает и шёпотом матерится по-якутски: «Абас кынси!»
Отстоял свои два часа на губе, сдал пост. Начкар говорит: «Оружие и патроны оставляй здесь – двусменники отнесут в роту, а сам иди в санчасть. Разрезаю штык-ножом голенище валенка, снимаю его, рассматриваю чудовищно распухшую лодыжку.
Прыгаю на одной ноге из караулки. До санчасти километр-полтора. Из тёплого бокса выезжает командирский УАЗик. Водила охотно соглашается меня подбросить. В санчасти хирург осматривает лодыжку, и отправляет меня на санитарной машине в госпиталь. Там прыгаю по коридорам и лестнице на второй этаж до кабинета хирурга. Хирург выписывает направление на рентген, который на четвёртом этаже. Скачу туда. Делают снимок, велят подождать на стуле в коридоре. Рентгенолог выходит с результатом: «У тебя перелом лодыжки».
Встаю, спрашиваю:
- К хирургу идти?
- Куда ты пойдёшь?! С переломом нельзя ходить! Сиди, сейчас костыли принесут…

02.08.2003, Новые истории - основной выпуск

Вызвал такси. К моему удивлению водителем была милая девушка лет 19-ти.
Завязал разговор, распросил, как устроилась на эту работу, давно ли, то
да се. Потом спросил: " А бывают проблемные пассажиры?", подразумевая
приставучих мужиков.( Напомню, что девушка была весьма мила.) Она
отвечает: " Да нет, все нормально. ... А хотя погодите, один раз было...
... Вы знаете, пьяные бабы такие дуры..!

20.01.2018, Новые истории - основной выпуск

Ловкость рук

Коллега рассказала, как у неё вытащили из сумки кошелек.
"Захожу, - говорит, - в вагон метро, через плотный поток выходящих из него пассажиров. Дочь - она взрослая уже была тогда - немного отстала. Я села на освободившееся место, когда Настя кричит от дверей вагона, размахивая моим кошельком - Мама! Ты когда перестанешь с раскрытой сумкой ходить?!
Оказывается, когда я входила в вагон, встречная женщина ловко вытащила из моей сумки кошелёк. Настя шла немного позади меня и это видела. Не останавливаясь, она выхватила кошелёк из рук воровки".

12.02.2019, Новые истории - основной выпуск

Север

Север, воля, надежда,- страна без границ,
Снег без грязи, как долгая жизнь без вранья.
Воронье нам не выклюет глаз из глазниц,
Потому что не водится здесь воронья.

- Это четверостишие увидел в альбоме кого-то из дембелей, и был поражен его точностью. Тогда ещё не знал, что автор - Высоцкий.

Вместо воронья там были бакланы. С поселковой помойки далеко разносились их противные крики. Это нечто среднее между плачем младенца и кошачьим мяуканьем.

Из диких животных поначалу видел там только песцов и леммингов.
Офицеры ездили куда-то на ГТСке охотиться на оленей. С автоматами. Водитель сказал - километров за сорок. Привезли туш тридцать. Потом один из солдат - якут - выделывал головы, чтобы они могли повесить их на стены.
И полярная ночь, и полярный день, и северное сияние - все, как положено.

Первый мой вечер на Севере.
Роту вывели на вечернюю прогулку. Полярная ночь. Вечер - понятие условное.
Я иду в конце строя, среди низкорослых якутов, потому что еще не распределен в отделение. Замечаю на небе светло-серую полосу. Спрашиваю идущего рядом якута:
- Что это?
Он невнятно отвечает:
- Сьяне.
Я догадываюсь, что это означает "сияние" и жадно разглядываю. Трудно идти в ногу, задрав голову вверх. Я запинаюсь, забитые якуты с удовольствием тычут мне острые кулачки в спину:
- Иди в ногу, кадет!

Опять ночь. Полярная закончилась, потому что уже апрель. Но день длится совсем недолго. После двух месяцев сплошных нарядов по роте, впервые заступил на пост. В двадцать часов по местному времени уже стемнело.
Брожу по территории поста между складами. Мне это очень нравится. Два месяца не оставался один. Все время был в казарме. Но скоро начал мерзнуть. Мороз был обычный - не больше сорока пяти, но, почему-то никогда потом так не замерзал, как в эту первую смену на посту в Тикси.

Сияние уже не в диковинку.
Обычное, в виде светло-серой полосы можно видеть почти всегда.
А иногда бывает цветное!
Почти над головой висит что-то вроде друзы горного хрусталя. Цветные кристаллы расходятся в стороны из одной точки. Один-два обычно длиннее других. Ближе к горизонту они теряют правильную геометрическую форму и переходят в занавес. Разноцветный занавес слегка, еле заметно колышется и немножко мерцает.
Много позже видел по телевизору рекламу, в которой пингвин засовывал голову в снег. Вот в этом ролике сияние было изображено очень похоже…

Начало лета. Днем температура поднимается выше нуля. "Ночью" солнце у горизонта и заметно холодает. Тундра там каменистая, растительности очень мало. Иногда можно увидеть мелкий невзрачный цветочек. Редкие деревья вьются по камням. Стволы не толще пальца. Листочки с ноготь.
Иногда по камням пробегает ласка. Услышав мое движение, останавливается, Поднимает голову. Голова, шея, тело - всё вместе одинаковый ровный цилиндрик. Кажется, что шея длиной в половину тела. Нервно шевелит ноздрями в мою сторону и мгновенно исчезает в камнях.
Неподалеку пасется стайка полярных куропаток. Зимой их не встречал. При моём приближении перепархивают чуть дальше. Не могу понять - что они здесь находят, растительность донельзя скудная.
Лемминг заметил меня, когда я подошел почти вплотную. Принял угрожающую позу - встал на задние лапки, передние развел в стороны, раздулся и зафыркал. Наш ротный кот Базиль, однажды увидев такое, отпрянул и пошел в казарму жрать свою сгущенку, которая не умеет принимать угрожающую позу.

Первого июня 84 года было минус тринадцать. Мы разомлели от этого неожиданного тепла, не стали отворачивать уши шапок и на построении перед нарядом я обморозил левое ухо.

В ночь с пятого на шестое июня восемьдесят четвертого года с распухшим левым ухом в Домодедово выхожу из самолета и вдруг - тепло!
Организм перед выходом из помещения был настроен на мороз.
На уровне подсознания.
Кожные поры и капилляры заранее сжались. А тут вышел и погрузился в духоту летней ночи. Нет, я прогноз погоды смотрел, знал, что в Москве плюс двадцать восемь ночью, но все равно испытал потрясение какое-то.

Это было самое сильное впечатление от дембеля.

16.07.2015, Новые истории - основной выпуск

Ломка

Женщина жалуется подруге: "Муж с сыном уехали на неделю на рыбалку. День одна в картире, второй... На третий началась ломка - кормить некого!!!"

14.02.2018, Новые истории - основной выпуск

Стоматология
Измучившись приступами боли, к визиту в стоматологию подготовился. Набрал в ворде и напечатал на А-4 все симптомы. Чтобы ничего не забыть рассказать.
Врач внимательно прочел. Отправил на рентген. Потом посмотрел снимок. "Ха, - говорит, - у вас же зуб мудрости растёт. Он-то и даёт всю эту картину. Удалять рано. Он ещё не показался. Это придётся кость пилить - вам самому не понравится. Подождать придётся..."
Я порадовался, что такая ясность. Спрашиваю: "Лечение-то, наверное, симптоматическое?"
"Да, - отвечает, - принимайте обезболивающие, которые вам обычно помогают".
Говорю: "Мне поначалу очень помогало полоскание коньяком"
- Отличное средство!
- Но потом перестало действовать.
- Ром можно ещё или джин попробовать...
Хороший доктор!

16.07.2007, Новые истории - основной выпуск

Мой постоянный парикмахер очень привлекательная женщина, остроумная, но
речь ее несколько грубовата.
Спрашивает меня сегодня, не знаю ли я, какой положен штраф за превышение
скорости на 40 км/ч?
Оказывается, когда она ехала на работу, ее остановил гаишник. Знак был
сорок, а она ехала восемьдесят.
Гаишник поинтересовался, где она работает и куда так спешит. Она
ответила, что нигде не работает, спешит на блядки, а знак не заметила,
потому что задумалась - новые трусы она одела, или в старых едет.
Ошеломленный таким ответом, страж порядка вернул ей документы и
посоветовал следующий раз выезжать заблаговременно.

(Виктор Гладков).

21.09.2009, Новые истории - основной выпуск

Рыська.

Рыська у меня уже двенадцать лет.
Я тебе не рассказывал, как она ко мне попала? Сейчас узнаешь.
Я работал, как и сейчас на химкомбинате, а подрабатывал охранником в
музее-усадьбе Лажечникова.
Я собак-то с детства любил. И в армии при них был в погранотряде. Ну и в
усадьбе этой собаками занимался. Вольер им построил. Выпускал на ночь
побегать по территории, наутро запирал их. Кормил, лечил, если случалась
необходимость.

И раз ночью слышу – собака воет неподалеку в городском парке. Всю ночь
выла.
И на следующую ночь тоже.
На третью ночь, когда завыла снова, я уж фонарик взял, пошел искать.
Шел на звук, подсвечивал под ноги себе.
И за танцверандой, в самой гущине, посветил вперед, - ты веришь, она,
как живой скелет стояла. Скелет, шкурой обтянутый, и глаза в луче фонаря
горят.

Ну, я подошел поближе, присел, руку протянул к ней. Посмотреть, как
среагирует, - укусит, или отпрыгнет…

А она голову опустила, и тянется лбом к руке.

Я ладонью провел по лбу ее к шее – пощупать, чем она привязана, а у нее
проволока на шее.
Проволокой к дереву привязана была.

Ну, я раскрутил проволоку, освободил, смотрю, упадет, нет?
Пошатывается, но стоит.
Говорю ей: «Ну, пошли, пошли со мной. Рядом!»

Идет.
Привел в усадьбу.
Я в вольере том построил отсек для щенков, он пустовал тогда, я ее туда
завел, как в карантин, вроде. Принес ей сразу воды. Как же долго она
пила! Живот раздувается, она голову поднимает от ведра, посмотрит на
меня, и снова лакает.

Потом принес ей еды. Совсем немножко, чтобы заворота кишок не случилось
после голодухи. Утром снова чуть-чуть покормил.

Ну, через неделю, примерно, она оправилась. Мясо немножко наросло,
шерсть залоснилась. Я решил ее уже выпустить. Отпустить совсем. У
меня-то была тогда собака своя.
Вывел за ограду, говорю: «Ну, иди! Гуляй!»
Она бегает, обнюхивает землю, как обычно собаки гуляют, но все
неподалеку от меня.
А тут мужик какой-то идет.
Как она начала его облаивать, кидается прямо на него!
Я кричу ей: «Стоять! Назад!» Подошла ко мне, морду подняла, в глаза
смотрит.

Мужик поругался на нас, да и пошел дальше.

Я говорю ей: «Да, ты, прямо сторож и охранник! Со мной, что ли
останешься?»
Молчит, в глаза смотрит.
Так она при мне и осталась.
Я, видишь, - и подработки такие нахожу, чтобы было, где ее держать.
Сейчас вот на стоянке.
Ну, а что она умна необыкновенно, понятлива, и чувство собственного
достоинства у нее развито, это ты и сам заметил.

Ты, когда косточки им приносишь, видишь, ведь, Витка сразу кидается на
еду, пакет из рук зубами выхватывает, а Рыська подождет, пока ты перед
ней положишь, посмотрит, что ты Витке положил, подставит тебе голову,
чтобы ты сначала ее погладил, а потом только есть начинает.

Не от всех еще и берет.

Тут один мужик мимо ходит в свой гараж. Так он тоже им часто приносит
кушать.
Но, он, когда пьяный, орет на них, дразнит.
Рыська его не любит.
И еду от него не берет.
Ну, если проголодалась, то подождет, пока он уйдет, полает еще ему
вслед, а потом только ест.
Но, ты бы видел, с какой брезгливой мордой!

Димка – сторож автостоянки – закончил свой рассказ, и протянул руку
Рыське, которая счастливо скакала на задних лапах, и натягивала цепь ему
навстречу …

02.10.2005, Новые истории - основной выпуск

Сижу с сыновьями на кухне. Они ужинают, я уже поел и потягиваю пиво.
Телефонный звонок. Подруга жены просит позвать к телефону мою
благоверную. Я отвечаю, что, дескать, уехала она навестить маму свою,
и не брала обратного билета, поэтому мы не знаем, когда вернется.
Младший, вдруг, меня перебивает:
- она завтра приедет, папк.
- а ты откуда знаешь?
- да она вчера звонила.
- а почему ты мне не сказал?
- не хотел тебя расстраивать.

23.02.2020, Новые истории - основной выпуск

Войну мы встретили в Луге, где папа снял на лето дачу. Это 138 километров на юго-запад от Ленинграда, как раз в сторону немцев. Конечно же, войны мы не ожидали. Уехали мы туда в конце мая. 15 июня сестренке Лиле исполнился год, она уже ходила. Мне – семь. Я её водил за ручку. Было воскресенье. Утром мы с мамой отправились на базар. Возвращаемся – на перекрестке перед столбом с репродуктором толпа. Все слушают выступление Молотова.

Буквально через месяц мы эту войну «понюхали». Начались бомбежки, артобстрелы… На улице полно военных… У меня про это есть стихи. Прочту отрывок.

Летом сорок первого решили,
Что мы в Луге будем отдыхать.
Папа снял там дачу. Мы в ней жили…
Если б знать нам, если б только знать…
Рёв сирен, бомбёжки, артобстрелы, -
Вижу я, как будто наяву.
Лилечку пытаюсь неумело
Спрятать в щель, отрытую в саду.
Как от немцев вырваться успели
Ночью под бомбёжкой и стрельбой?
Вот вокзал «Варшавский». Неужели
Живы мы, приехали домой?

Из Луги в Ленинград мы уехали буквально на последнем поезде.

В Ленинграде мама сразу пошла работать в швейное ателье – тогда вышло постановление правительства, что все трудоспособные должны работать. В ателье они шили ватники, бушлаты, рукавицы – всё для фронта.

Папа работал на заводе заместителем начальника цеха. Август, наверное, был, когда его призвали. На фронт он ушел командиром пехотного взвода. В конце октября он получил первое ранение. Мама отправила меня к своей сестре, а сама каждый день после работы отправлялась к отцу в госпиталь. Лилечка была в круглосуточных яслях, и мы её не видели до весны.

Госпиталь вторым стал маме домом:
Муж – работа – муж, так и жила.
Сколько дней? Да две недели ровно
Жил тогда у тёти Сони я.

Второй раз его ранили весной 42-го. Мы жили на Васильевском острове. В «Меньшиковском дворце» был госпиталь – в семи минутах ходьбы от нашего дома. И мама меня туда повела.

Плохо помню эту встречу с папой.
Слезы, стоны крики, толкотня,
Кровь, бинты, на костылях солдаты,
Ругань, непечатные слова…

В 1 класс я пошел весной 42-го в Ленинграде. Всю зиму школы не работали – не было освещения, отопления, водоснабжения и канализации. А весной нас собрали в первом классе. Но я уже бегло читал, и мне было скучно, когда весь класс хором учил алфавит. Писать учиться – да – там начал. Потому что сам научился не столько писать, сколько рисовать печатные буквы. И запомнился мне томик Крылова.

«Крылов запомнился мне. Дело было в мае,
Я с книжкой вышел на «Большой» и сел читать
И вдруг мужчина подошёл и предлагает
Мне эту книжку интересную - продать.
Я молчу, растерян и не знаю,
Что ответить. Он же достаёт
Чёрствый хлеб. Кусок. И улыбаясь
Мне протягивает чуть не прямо в рот.
Дрогнул я, недолго упирался.
Он ушёл, а я меж двух огней:
Счастье - вкусом хлеба наслаждался,
Горе - жаль Крылова, хоть убей».

У мамы была рабочая карточка. С конца ноября её полагалось 250 граммов хлеба. И мои 125 граммов на детскую карточку.

Мама вечером приходила с работы – приносила паек. Я был доходягой. Но был поражен, когда одноклассник поделился радостью, что его мама умерла, а её хлебные карточки остались. Поступки и мысли людей, медленно умирающих от ужасающего голода нельзя оценивать обычными мерками. Но вот эту радость своего одноклассника я не смог принять и тогда.

Что там дальше было? Хватит стона!
К нам пришло спасение – весна!
Только снег сошёл – на всех газонах
Из земли проклюнулась трава.
Мама её как-то отбирала,
Стригла ножницами и – домой,
Жарила с касторкой. Мне давала.
И я ел. И запивал водой.

Лиля была в круглосуточных яслях. Их там кормили, если можно так сказать. Когда мы перед эвакуацией её забрали, она уже не могла ни ходить, ни говорить… Была – как плеть. Мы её забрали в последний день – сегодня вечером надо на поезд, и мы её взяли. Ещё бы чуть-чуть, и её саму бы съели. Это метафора, преувеличение, но, возможно, не слишком сильное преувеличение.

Сейчас опубликованы документальные свидетельства случаев канибализма в блокадном Ленинграде. А тогда об этом говорили, не слишком удивлялясь. Это сейчас мы поражаемся. А тогда… Голод отупляет.

В коммуналке нас было 12 семей. И вот представьте – ни воды, ни света, ни отопления… Печами-буржуйками обеспечили всех централизовано. Их изготавливали на заводе, может быть и не на одном заводе, и раздавали населению. Топили мебелью. Собирали деревяшки на улице, тащили что-то из разрушенных бомбежками и артобстрелами домов. Помню, как разбирали дома паркет и топили им «буржуйку».


Эвакуация

А летом 42 года нас эвакуировали. Единственный был узкий коридор к берегу Ладоги, простреливаемый, шириной два километра примерно. Привезли к берегу.

«На Ладоге штормит. Плывет корабль.
На палубе стоят зенитки в ряд.
А рядом чемоданы, дети, бабы.
Они все покидают Ленинград.
Как вдруг – беда! Откуда не возьмись
Далёкий гул фашистских самолётов.
Сирена заревела. В тот же миг
Команды зазвучали. Топот, крик.
И вот уже зенитные расчёты
Ведут огонь… А самолёт ревёт,
Свист бомб, разрывы, детский плач и рёв.
Недолго длился бой, минут пятнадцать.
Для пассажиров – вечность. Дикий страх
Сковал людей, им тут бы в землю вжаться,
Но лишь вода кругом. И на руках
Детишки малые. А рядом - взрывы.
Летят осколки, смерть неумолимо
Всё ближе, ближе. Немцы нас бомбят
И потопить корабль норовят.
…Фашистов отогнали. Тишина.
И мама принялась … будить меня.
Я крепко спал и ничего не видел.
Со слов её всё это написал.
А мама удивлялась: «Как ты спал?»

Потом – поезд. Целый месяц мы в теплушке ехали в Сибирь. Каждые 20-30 минут останавливались – пропускали встречные поезда на фронт. Обычно утром на станции к вагонам подавали горячую похлебку. Иногда это была фактически вода. Днем выдавали сухой паек. Но мы все страдали диареей – пищеварительная система после длительного голода плохо справлялась с пищей. Поэтому, как только остановка, благо они были частыми, мы все либо бежали в кусты, либо лезли под вагоны. Было не до приличий.


В Сибири

Приехали в Кемеровскую область. Три дня жили на станции Тяжин – ждали, когда нас заберут в назначенную нам для размещения деревню. Дорог – нет. Только просека. Приехали за нами на станцию подводы.

Деревня называлась Воскресенка.
Почти полсотни стареньких домов.
Была там школа, в ней библиотека,
Клуб, пара сотен баб и стариков.
Начальство: сельсовет и председатель -
Владимир Недосекин (кличка – «батя»),
Большая пасека, конюшни две,
Свинарник, птичник, ферма на реке.
Я не могу не вспомнить удивленья
У местных жителей, когда они
Узнали вдруг, что (Боже, сохрани!)
Приехали какие-то… евреи.
И посмотреть на них все к маме шли,
(Тем более, к портнихе). Ей несли
Любые тряпки, старые одежды,
Пальто и платья, нижнее бельё.
Всё рваное. Несли его с надеждой:
Починит мама, либо перешьёт.
Купить одежду было невозможно,
Но сшить чего-то – очень даже можно.

Вокруг деревни – тайга, поля… Речка Воскресенка. Ни телефона, ни электричества, ни радиоточки в деревне не было. Почту привозили со станции два раза в месяц. В Воскресенку я приехал доходягой. Примерно за месяц отъелся.

«Соседи удивлялись на меня,
Как целый котелок картошки
Съедал один…»

Мама была потомственная портниха. С собой она привезла швейную машинку Зингер. И на этой машинке обшивала весь колхоз. Нового-то ничего не шила – не с чего было. Ни у кого не было и неоткуда было взять отрез ткани. Перешивала, перелицовывала старые вещи. Приносили тряпки старые рваные. Мама из них выкраивала какие-то лоскуты, куски – что-то шила. Расплачивались с ней продуктами. Ниток мама много взяла с собой, а иголка была единственная, и этой иголкой она три года шила всё подряд. Когда обратно уезжали – машинку уже не повезли. Оставили там. А туда ехали – отлично помню, что восемь мест багажа у нас было, включая машинку. Чемоданы, мешки…

В Воскресенку мы приехали в августе, и меня снова приняли в первый класс. Но, поскольку я бегло читал, писать скоро научился, после первого класса перевели сразу в третий.

В то лето в Воскресенке поселились
Четыре ленинградские семьи.
И пятая позднее появилась -
Немецкая, с Поволжья. Только им
В отличие от нас, жилья не дали.
Они не то, что жили – выживали,
В сарае, на отшибе, без еды.
(Не дай нам Бог, хлебнуть такой беды.)
К тому же, мать детей – глава семейства
На русском языке – ни в зуб ногой.
И так случилось, с просьбою любой
Она шла к маме со своим немецким.
Ей мама помогала, как могла…
Всё бесполезно… Сгинула семья.
Не скрою, мне их очень жалко было…
Однажды немка к маме привела
Сыночка своего и попросила
Устроить в школу. Мама с ней пошла
К соседу Недосекину. Тот долго
Искал предлог, но, видя, нет предлога,
Что б немке отказать, он порешил:
«Скажи учителям, я разрешил».
И сын учился в том же первом классе,
В котором был и я. Но вдруг пропал.
Его никто, конечно, не искал.
Нашёлся сам… Конец их был ужасен…
От голода они лишились сил…
Зимой замёрзли. (Господи, прости!)…


Победа

Уже говорил, что связь с внешним миром у нас там была раз в две недели. Потому о Победе мы узнали с запозданием:

Немедленно всех в школу вызывают.
Зачем? И мы с друзьями все гадаем:
Какие ещё срочные дела?
«Что?», «Как?» Победа к нам пришла!
Нет, не пришла - ворвалась и взорвалась!
Учительница целовала нас
И строила по парам каждый класс,
Вот, наконец, со всеми разобралась,
«Ты – знамя понесёшь, ты – барабан,
Вперёд, за мной!» А где–то, уж баян
Наяривает. Бабы выбегают,
Смеются, плачут, песни голосят,
Друг друга все с победой поздравляют.
И - самогонку пьют! И поросят
Собрались резать. В клубе будет праздник!
Сегодня двадцать третье мая!... Разве
Девятого окончилась война!?
Как долго к нам в деревню почта шла...»

С Победой – сразу стали думать, как возвращаться домой. Нужно было, чтобы нас кто-то вызвал официально. Бумага от родственников - вызов – заверенный властью, райсоветом.

От маминого брата пришла из Ленинграда такая бумага. Нам разрешили ехать. На лошади мой друг и одноклассник отвез нас в Тяжин. Довез до станции, переночевал с нами на вокзале, и утром поехал обратно. Сейчас представить такое – 11-летний мальчик на телеге 30 километров один по тайге… А тогда – в порядке вещей… И я умел запрягать лошадь. Взять лошадь под уздцы, завести её в оглобли, упряжь надеть на неё… Только у меня не хватало сил стянуть супонью хомут.

А мы на станции ждали теплушку. Погрузились, и недели две, как не больше, ехали в Ленинград.

Вернулись – мама пошла работать в ателье. Жили мы небогато, прямо скажем, - голодно. Поэтому после 7 класса я пошел работать на часовой завод. Два года работал учеником, учился в вечерней школе. На третий год мне присвоили 4 разряд. Но впервые после Победы я досыта наелся только в армии, когда после окончания вечерней школы поступил в Артиллерийское военное техническое училище. Дальше – служба, военная академия, ещё служба, работа «на оборонку», развал страны… - но это уже другая история.

А стихи начал писать только лет в 50. Сестра попросила рассказать о своем и её детстве, о блокаде, о войне, о том, чего она не могла запомнить в силу малого возраста - ответил ей стихами.

***

Рассказал - Семен Беляев. Записал - Виктор Гладков. В текст включены фрагменты поэмы Семена Беляева "Ленинградская блокада".

23.02.2017, Новые истории - основной выпуск

Канун 23-го. Прохожу утром мимо автобусной остановки. Стоят женщина с мужчиной. Она говорит: "Бабы будут поздравлять - не целуйся! Будешь целоваться - мне не признавайся! Признаешься - не обижайся!"

07.01.2018, Новые истории - основной выпуск

Некоторые подробности спасения Крыма
В мае 14 года мне рассказал один крымчанин: «Бойни не произошло благодаря Путину и Кадырову. Спасибо Путину, что прислал вежливых людей, и Кадырову, что поговорил с меджлисом. Мы – ополчение – стояли на перешейках. Правый сектор, майдан, мы бы не пропустили. Но у нас за спиной татары были. А Кадыров сказал меджлису: «Русские наши братья и за братьев мы стеной встанем». Вот татары и притихли».
Теперь я случайно узнал, что эти слова Рамзана Кадырова (произносил он их на самом деле, или нет – про то Бог весть) были подкреплены реальными действиями.
Мой сегодняшний собеседник – сотрудник Центроспаса примерно моих лет. Он участвовал в десятках спасательных операций по всему миру. Весну 2014 года он провел в Крыму и рассказал об этом интересное:
- Центроспас направили в Крым сразу после референдума. Разбросали нас по всему полуострову. Наша группа базировалась в Алуште. Задачи обычные - спасение людей в случае ЧС. Все два месяца провел в Алуште. И там по улицам постоянно гуляли чечены. Молодые крепкие парни – они же все борцы – в спортивных костюмах с надписью Россия. Ходят по 2-3-4 человека, улыбчивые, вежливые, к женщинам не пристают, на мужчин не задираются, разговаривают тихо-спокойно. Кушают мороженое, фантики относят в урну. Воспитанные, как гимназистки. Реально было приятно их видеть. Спокойствие и ощущение безопасности от них исходило…

01.12.2016, Новые истории - основной выпуск

Гранатометчица
Рассказ офицера вооруженных сил одного из постсоветских государств.
Навязали мне контрактницу. Свободная вакансия была единственная – гранатомётчик. На эту должность и взял. Подразделение у нас было действительно боевое, обучение личного состава велось серьёзное. Эта крепенькая такая деревенская девушка скоро научилась буквально снайперски стрелять из РПГ-7. И бегала, и ползала… Есть такое упражнение на время – пробежать определённое расстояние, преодолеть 50 метров по-пластунски, и поразить из гранатомёта цель. Так за отведённые на «отлично» секунды она успевала выстрелить трижды, и ни разу не промахнуться.
Научилась даже попадать в цель, стреляя из гранатомёта по баллистической траектории. То есть, держит гранатомёт под углом градусов 70 к горизонту, и стреляет навесом. Граната падает вертикально вниз в окоп или в щель. У нас на полигоне в качестве мишени стояла разбитая бээмпешка, так наша гранатомётчица укладывала гранату сверху точно в моторный отсек.
Командиры других подразделений иной раз просили её к ним прислать, чтобы показала своё мастерство, для мотивации бойцов к обучению.
К сожалению, не бывает людей без недостатков. Наша гранатомётчица была «слабовата на передок». Заразила несколько человек гонореей, и пришлось её уволить.

02.07.2018, Новые истории - основной выпуск

Чинарик

В тундре несколько складов и избушка – это наш дальний караул ВВ.
Склад артвооружений и боеприпасов нашей части, склад взрывчатых веществ «Тиксистроя», и еще какие-то.
Караул состоял из сержанта – начальника караула, и троих рядовых – караульных («штыки» по-нашему).
Паек в дальние караулы завозили на десять дней, а караул – на сутки.
Если начиналась пурга, караул не меняли до её окончания. Потому что во время пурги снег летит стеной. Бывает, что вытянув вперед руку, не видишь рукавицу на ней.
Большую часть суток начкар спал. В остальное время писал письма, болтал по телефону с другими начкарами, «дрючил» штыков.
Штыки готовили еду на встроенной в печь плите, наводили чистоту, кололи дрова, по очереди заступали часовыми, и спали тоже по очереди.
Два часа стоишь на посту, потом два часа в бодрствующей смене, и два часа в отдыхающей смене – спать не раздеваясь, но можно разуться. В «бодряке» - поддерживать огонь в печи, отвечать на телефонные звонки, готовить ужин/завтрак/обед, мыть посуду. В оставшееся время, а его в «дальнике» хватало, - читать, писать, мечтать).
На посту курить нельзя, а в остальное время – смоли, сколько влезет. Если курево есть.
Рассказывали, что в старые времена солдатам было положено табачное довольствие. В казарме на тумбочке дневального всегда стояла коробка с махоркой, и лежала пачка нарезанной бумаги для самокруток.
В начале восьмидесятых, когда я служил, этого уже не было.
А денежное довольствие было – семь рублей в месяц.
Два рубля сразу сдавали старшине на ротные нужды, а на остальные могли шиковать, ни в чем себе не отказывая.
Сигареты без фильтра стоили 14-18 копеек, «Беломор» - 25, «Ява» в мягкой пачке – 30, Болгарские «Аэрофлот», «Стюардесса» и «Opal» - 50.
Хотелось и в «Чайную» сходить. Там продавались пирожные «Полоска» за 22 копейки, пряники, печенье, сгущенка, другие деликатесы.

Дальние караулы мы любили. Там не чувствовалось давления армейской системы.
Просто делаешь свое дело, и как будто сам себе хозяин.
Однажды мы заступили на «ВВ», с одной пачкой «Беломора» на четверых. Ну, так получилось. Может, перед получкой дело было. Что все оказались без денег, и не у кого было занять. Поэтому курили очень экономно, - втроем одну папиросу. Каждый делал две затяжки, и передавал следующему. Втроем, - потому что один же на посту.
Начкар Андрюха Линьков пару раз позволил себе выкурить целую.
В четырнадцать часов сменившийся с поста Савинов сообщил, что начинает «задувать».
Встревоженный Линьков вышел наружу и вернулся помрачневший, - мороз упал, и ветер гнал злую поземку. Именно так пурга всегда начиналась. У нас оставалось две папиросы. А пурга могла задувать и один-два дня, и две недели.

Была еще надежда, что до восемнадцати часов, когда должна была приехать смена, пурга не успеет разгуляться, но уже через час, увидев, что ветер усиливается, а снег все гуще, Линьков вызвал с территории поста Томского, чтобы тот не потерялся в тундре. Во время пурги часовые дальних караулов не выходили на посты, а отстаивали смену в тамбуре караульного помещения.
Позвонил дежурный по части и сообщил, что смены не будет.
Время тянулось медленно и скучно.
Служба шла заведенным порядком. Караульный третьей смены кулинарил, первой – мыл посуду и производил уборку. В свои смены выходили на «пост» в тамбур.
Очень хотелось курить.
Обшарили все углы, заглядывали в щели у плинтусов, в надежде отыскать уроненные кем-нибудь раньше, или заныканные чинарики.
К сожалению, предыдущий караул чем-то прогневал своего начкара, и он их заставил сделать генеральную уборку.
Всё помещение было вылизано, кафель, которым была обложена печь, сиял чистотой, нигде не было ни соринки.
Скрутили «козью ножку», насыпали в неё чай, но он был негодной заменой табаку.
Пурга мела третьи сутки.
Я отсидел свои два часа в «бодряке», разбудил Савинова.
Он надел полушубок, зарядил автомат и сменил в тамбуре Томского.
Линьков спал.
У меня началась отдыхающая смена.
Прежде, чем завалиться на топчан, я обычно отодвигал его на несколько сантиметров от печи, чтобы потом, привалившись к ней боком и с головой укрывшись полушубком, дышать прохладным воздухом из щели между печью и топчаном.
В этот раз я решил, что хватит уже пролеживать правый бок, и развернул топчан изголовьем в другую сторону, чтобы теперь спать на левом.
Лёг, укрылся, и увидел, что чуть ниже изголовья уголок одной кафельной плитки отколот. За плиткой пустота, а из образовавшегося на сколе отверстия выглядывает сигаретный фильтр.
Я сразу восхитился белизной его набивки. При курении ведь фильтр желтеет, а этот был почти девственно белый. Значит, бычок должен быть больше, чем в полсигареты!

Затаив дыхание, протянул к торчащему кончику фильтра руку.
Представил, как мы будем отбивать кафель от печи, и сколько потом будет мусора, если сейчас неловким движением столкну окурок глубже.
Осторожно взялся за фильтр, и потянул его вверх и на себя.
Я все ещё не дышал.
Томский позвякивал кастрюлями на кухне. Савинов громыхнул прикладом о дощатую стену тамбура. Повернувшись во сне, скрипнул топчаном Линьков. В печи гудел огонь, и потрескивали дрова. Снаружи, сотрясая стены и вбивая снежную пыль в мельчайшие щели, завывал ветер. А я все вытягивал эту обыкновенную болгарскую сигарету из-за скверно положенной плитки.
Она – сигарета - казалась мне длинной, как железнодорожный состав.
Вот она вся у меня перед глазами.
Совсем целая.
Только краешек бумаги на кончике опален.
Линь! Линь! – позвал начкара.
Линьков рывком поднялся.
Показал ему сигарету, держа её, как восклицательный знак.
Не сводя с неё глаз, он вытащил из кармана спички.
Я прикурил, и после второй легкой затяжки, чувствуя приятное головокружение, протянул сигарету ему.
Из кухни выглянул Томский.
- Табуретку захвати, - посоветовал ему Линьков. Томский подсел рядом, и воспользовался своей очередью затянуться.
Савинов в тамбуре перестал топотать ногами, и, скрипнув дверью, заглянул в помещение.
Линьков позвал и его.
Мы сидели. Сделав по две лёгкие затяжки, передавали сигарету друг другу, провожали её взглядом, и снова делали две затяжки…


«Курение вредит вашему здоровью». Но вот так было.
Тундра. Пурга. Жарко натопленная печь. Четверо возле одной сигареты…

23.04.2018, Новые истории - основной выпуск

Устами ребенка

Другу надо было просверлить сложный металлический профиль. Он пытался сам - не получилось. Он всю жизнь кабинетный работник. Так я выкроил пару часов - приехал. Поставил для начала тонкое сверло, и на малых оборотах давлю посильнее.

А у него две дочки 6 и 9 лет. Они спрашивают: "А где вы работаете?"
Я так понял их вопрос, что им хотелось понять - почему я берусь справиться с проблемой, непосильной их отцу.
Ответил им, что сейчас работаю вместе с их папой, а раньше были самые разные работы, в том числе и слесарем, и грузчиком, и плотником, и учителем труда... Жизненный опыт, в общем...
Девочки внимательно выслушали, и старшая спросила: "Вас отовсюду выгоняли?"

23.02.2019, Новые истории - основной выпуск

Одна девушка рассказала:
- Утром на самом выезде со двора забуксовала. Заднее колесо в ямке, передние – на льду скользят. Сзади уперся в меня джип. Мигнул фарами. Я буксую на месте. Из джипа вышел здоровенный мужик. Думала подойдет на меня поругаться. А он уперся в багажник моей машины, я даже передачу включить не успела, как вытолкнул мою машину. Хороший мужик! Настоящий!

25.07.2019, Новые истории - основной выпуск

Коломна. Подземный переход

Это в середине восьмидесятых было. Я тогда на химкомбинате слесарем работал. И учился заочно в Коломенском пединституте на общетехническом факультете.
Посетовал мужикам в бригаде, что электрошнур к пылесосу пришёл в негодность. А кто-то ответил:
- Ты же в Коломну ездишь по субботам. Ну и зайди там в "1000 мелочей". Не знаешь где? Спроси у местных, - покажут.
В субботу после занятий вышел из института к трамвайной остановке, и спросил у какого-то дедушки:
- А где тут у вас в Коломне магазин "1000 мелочей"?
Он приветливо и быстро ответил:
- О! Это Вам через подземный переход надо!
После чего шустро запрыгнул в подошедший трамвай, и был таков.
Я остался один на остановке.
Покрутил головой - подземного перехода поблизости не было видно. Подошёл к старушке, ожидающей трамвая на противоположной стороне. Вспомнил фразу: «Одинаковые действия рождают одинаковый результат». Подумал: «Ну не может быть! Нет же здесь нигде подземного перехода!» Увидел приближающийся трамвай и поспешил обратиться к бабушке:
- Здравствуйте! Подскажите, пожалуйста – где в Коломне находится магазин «1000 мелочей»?
- Это Вам через подземный переход идти.
Я снова начал оглядываться..
- А где? Где этот переход?
- Ну, что Вы его здесь ищете! Вам надо на трамвае четыре остановки проехать. Потом пересесть на другой, и ещё три остановки. А после пешком ещё немножко пройдете, и будет подземный переход. А за ним сразу «1000 мелочей»!
Я выполнил инструкции старушки.
Один трамвай, потом другой.
Вышел, где бабушка говорила. Огляделся. Спросил у кого-то про «1000 мелочей», привычно выслушал ответ про подземный переход, прошел метров двести в указанном направлении и увидел Его.
Обычный подземный переход под улицей.
Единственный в Коломне.
Недавно торжественно открытый.
Достопримечательность.
А на той стороне улицы в круглом здании старинной архитектуры был магазин «1000 мелочей».
За ним – площадь и автостанция.
А чуть дальше и левее – кремль, ровесник Московского.

Граждане привычно скакали через улицу.
В подземный переход спустился только я.

Я не мог им не воспользоваться.

31.08.2015, Новые истории - основной выпуск

Мужчины беззащитны перед женщинами, у которых красота сочетается с острым умом, находчивостью, целеустремлённостью и практичностью.
Есть у меня одна такая знакомая.
Рассказала, как успешно и быстро оформила некий пакет документов в некоем госучреждении:
"Чтобы там в очереди не провести целый день, записалась заранее. Еду туда - на мосту авария и пробка. На улице жара - под тридцать в тени. Движок на моей "Ниве" начал в пробке греться. Чтобы не перегреть, пришлось печку в салоне включить на полную. Двигаюсь по этой пробке на жаре с включенной печкой - истекаю потом. На часы смотрю - опаздываю. Вся на нервах. Лицо и плечи хоть как-то через окна обдувает, а под грудью и сзади платье - хоть выжимай.
Приехала в эту контору с опозданием. Мне говорят:
- Ваше время прошло. Теперь в общую очередь!
Я делаю большие глаза и показываю на грудь:
- Какая очередь?! Не видите - молоко подошло!
Все оторопели, - прошла в кабинет.
Документов целая папка. Проверили их у меня, сказали, что нет того-то и того-то. "Это, - говорят, - Вам надо туда идти и туда... Там месяц и там месяц..." Вышла я от них в коридор, смотрю - рядом кабинет их начальника. Дёрнула ручку - закрыто. Не успела отойти - какой-то мужик в костюме идёт по коридору, подходит к этой двери и открывает её своим ключом.
Делаю томные глазки и говорю с придыханием:
- Здравствуйте! А я к Вам.
Ну, что он мог сказать, кроме "проходите"?
Достаю документы, он их посмотрел:
- А это Вам не ко мне. Это в соседний кабинет.
Отвечаю:
- Да я знаю... Но Вы же мне поможете?
Он удивляется:
- А мы разве знакомы?
Теперь я сделала удивлённый вид, и шепнула:
- Ну как же... А в бане-то... Помните?
Он наверное что-то своё вспомнил, потому что смутился, ответил - "Ах, да...", проводил в соседний кабинет, и сам отдал мою папку кому-то из подчинённых. Так дело и сделалось".

03.11.2019, Новые истории - основной выпуск

За веру...

Моего деда звали Василий Афансьевич Карнов. Я никогда его не видела, и знаю о его судьбе из рассказов бабушки. Они жили в Рязанской области в деревне Бахметьево, от которой сейчас уже ничего не осталось. В 1936 году, когда его забрали, у них было семеро детей, из которых младшей исполнилось только два года.
Бабушка рассказывала, что пришли к ним в дом люди, показали на иконы в Красном углу, лампадку, Евангелие… Сказали: «Снимай сам – отдавай иконы, все остальное, тогда останешься с семьей. Если нет - забираем». Дедушка ответил: «Мои родители верили – как я могу от веры отказаться…» И его увели.
Никакой информации о нем семья не имела. Единственное рассказал односельчанин, арестованный вместе с дедушкой. Этот односельчанин был, как говорили в деревне, - «слаб на голову». Его освободили вскоре после ареста. Он и сказал бабушке, что деда отправили куда-то «на Север».
Недавно мой сын нашел в интернете «Книгу памяти республики Коми», а в ней информацию, что мой дед, а его прадед расстрелян в 19 декабря 1941 года в Печерском ИТЛ НКВД. Место захоронения неизвестно.
После ареста деда у его семьи отняли всё имущество, отобрали и дом, выгнав бабушку с семью детьми на улицу. Бабушка, видимо на нервной почве, обезножела, и дети возили её на санках от деревни к деревне, побираясь и прося пристанища. Дети в движении немножко согревались, а бабушка очень страдала от холода, и просила оставить её на морозе, чтобы отмучиться. Люди подавали, а в пристанище отказывали, боясь репрессий властей за размещение семьи «врага народа». Но одна женщина приютила их. Сказала: «Я вас приму. Что сами едим, то и вы будете». Она и подняла на ноги бабушку – травами и народной медициной. Так спаслись бабушка и её дети – моя мама, её братья и сестры. Я жалею, что не записала и не запомнила имени этой женщины. А теперь спросить не у кого. В церкви я молюсь за всех своих, и за эту женщину – «имя ее Господи веси».

02.01.2006, Новые истории - основной выпуск

Шли новогодней ночью из гостей. Младший сын, увидев, что в его школе
светится несколько окон, сказал: "Зло не дремлет!"

13.03.2019, Новые истории - основной выпуск

Мой младший в детсадовском возрасте очень был увлечен супер-героями.
Отдыхали под Евпаторией - он там держал в банках пауков, и кормил их мухами - хотел вырастить Человека-паука.
Когда пошел в школу, поостыл как-то к этим супер-героям. Но перед Новым Годом я увидел в магазине костюм Человека-паука. Приношу вечером домой… Глаза у него загорелись. Надел. Крутится перед зеркалом, и его оживление на глазах гаснет... Снимает этот костюм, аккуратно складывает в пакет. Отдает мне, и говорит со вздохом: "Жаль, что у меня в детстве такого не было..."
***
Всё хорошо вовремя...

13.11.2006, Новые истории - основной выпуск

Пять дней y меня не было интернета. Когда связь восстановили, многие
спрашивали в аське – где я пропадал?
Я отвечал, что была такая вот проблема, чтo за эти дни я переделал кучу
дел, читал книги, занималcя семьeй, ходил в гости и принимал гостей, и,
что сейчaс мне дaже не очень хотелось заходить в сеть.
Один посочувствовал: "Да я знаю – рeал это тaкая штука, он затягивает.
После него тpудно вoзвращаться к нормальной жизни..."

16.01.2019, Новые истории - основной выпуск

Про ежей

Приятель живет за городом.
У него были кот и две кошки.
Пара мисок для их кормления стояли в тенечке за домом.
В июле 10 года, во время жуткой засухи, к мискам начал приходить еж. Потом другой.
Однажды Филипп видел, как четыре ежа одновременно ели из одной миски.
Кошки на ежей никак не реагировали. А что они могут ежам сделать?
Бывало, что из одной миски питаются ежи, а из другой кошки. А бывало, что кошка и еж из одной миски едят.
Когда дожди пошли, ежи перестали приходить.

19.07.2015, Новые истории - основной выпуск

Это в Луховицком районе был фестиваль авторской песни.
Всё просто, красиво, душевно.
Что характерно - несколько тысяч человек бухают, и ни одной драки. Но сейчас не об этом.
Одна компания собралась уезжать. Мужик бухой, - жена садится за руль.
Колёса оставались вырулеными в сторону, она газанула задним ходом, приложилась к берёзке, сделав вмятину в арке переднего левого колеса.
Вышли из машины, осмотрели повреждения, свидетели охают, муж орёт: "Дура! Куда смотрела!.." Она молчит, вздыхает...
Муж садится за руль, выкручивает руль в другую сторону, газует задним ходом, прикладывается аркой теперь правого переднего колеса к другой берёзке. Повреждения симметричны.
Зрители ржут. Муж молчит. Жена откровенно радуется вслух: "Ура! Я больше не дура!"

07.07.2015, Новые истории - основной выпуск

Карпы и справедливость

Ездили мы с одним «другом» в рыбхоз на карпа.
Ну, заплатили на въезде, выбрали место, закинули снасти.
Таскаем потихоньку средненьких. И вдруг у меня сильная такая поклёвка! Тяну к берегу, а карп мощный – в одну сторону сместился, спутал лесы удочек, в другую – две резинки в кучу собрал. Думаю: «Хрен с ними, со снастями, этого я вытащу».А я ещё и возле куста стоял, увлёкся, махнул в ту сторону удилищем, и за ветки лесой зацепился. Ну, катушку кручу, всё-таки подвожу карпа к берегу. И уже вижу его. Килограммов на пять, наверное. Кричу этому-то: «Возьми подсак, вытащи, а то мне удочку не положить».
Он прибегает, хватает подсак, подходит с ним к берегу.
Тут надо знать, и он знает, - давно рыбачит-то, - подсачник надо было осторожно снизу-сбоку подвести под карпа, чтобы тот не забеспокоился и не сорвался.
А он вдруг бросает подсак на берег и лезет вытаскивать моего карпа голыми руками.
Ну, понятно, что карп рванулся, и ушёл.
И вот сижу я злой, режу-разбираю запутанные лески-поводки, а он мне вдруг кричит: «У меня здоровый попался. Помоги вытащить!»
Беру подсак, подвожу под действительно здорового карпа, выкладываю его в сачке на берег и возвращаюсь к своим снастям.
А он ещё и приговаривает: «Нет, ты посмотри – какой здоровый! Сегодня у нас таких ещё не было!»
Ну, ковыряюсь с лесками, а краем глаза вижу, как он берёт карпа из подсачника, несёт его к воде, чтобы пустить в садок, подскальзывается на кромке берега, шлёпается с маху на жопу, а карпа при этом высоко подкидывает, тот плюхается в воду и уходит.
Вот тогда я понял, что высшая справедливость есть.

24.04.2017, Новые истории - основной выпуск

Повороты судьбы

Советским призывникам предписывалось явиться в военкомат, имея при себе смену белья, миску, кружку, ложку, и еду на три дня.
Понятно, что отправляясь на два года в армию, парни надевали на себя то, что не жалко будет выбросить.
И вот во дворе военкомата прапорщик, направляясь в свой отдел, проходит через толпу призывников, и видит стоящего чуть отдельно от всех парня в дефицитнейшем в те временам адидасовском спортивном костюме, в адидасовских же, и не ленинградских лицензионных а в настоящих германских адидасовских кроссовках. Завершающим штрихом этого оксюморона была завернутая в газетку палка сырокопченой колбасы, которую спортсмен держал в руке.
Прапорщик осведомился у парня – и почему он здесь именно в такой экипировке.
Парень охотно пояснил, что насчёт него «всё договорено», направят его сейчас в Москву в спорт-роту, а ночевать он уже сегодня будет дома.
Прапорщик спросил у него фамилию, зашел в отдел призыва, и переложил одну папку в другую стопку. Это было утром.
А обедал спортсмен в тот день уже на борту самолёта летящего в Комсомольск-на-Амуре, в составе команды призывников распределённых на Краснознамённый Тихоокеанский флот.

28.06.2009, Новые истории - основной выпуск

«Значит, женщина приходит к ребе и говорит:
- Ребе, мне муж изменяет, что делать?
Он говорит:
- Я вам посоветую вот что. Возьмите ночью, отрежьте у него кусочек
бороды, сожгите, пепел поделите на две части, часть положите себе под
подушку на всю ночь, часть насыпьте ей под порог. Вы знаете, с кем он
вам изменяет?
- Конечно, знаю.
- Насыпьте ей под порог.
- Поможет?
- Не повредит.»

Рассказал я мужикам этот анекдот от Жванецкого, а в ответ один из них
свою историю рассказал:

«Моя жена одно время зачастила по бабкам ездить. То у нее спина
разболелась, то голова, то еще что-то. И подруги ей якобы посоветовали в
Золотово к какой-то бабке съездить, а потом в Хорлово, и вот еще в
Петровское.
Ну, я нахожу время, и вожу ее.
И к каждой бабке надо привезти определенный реквизит. То платочек
беленький надо иметь с собой, то пяток яиц вкрутую, а в тот раз, про
который я рассказываю, мы заскочили в магазин, и купили пакет пшенки.
Крупы.

Ну, нашел я адрес, припарковался у заборчика, и вышел из машины
покурить.
А жена зашла в дом.

И вот я стою у штакетника, а сразу за заборчиком этим дом, и окошко
открытое.
И мне слышно, как жена рассказывает бабке свою проблему.
Не на болячки свои она жалуется, а на то, что я от нее гуляю!

Ну, я-то ко всем этим бабкам очень скептически отношусь, поэтому я
докурил, плюнул, и пошел в машину покемарить.

А через несколько дней нашел это пшено заговоренное рассыпанным у себя
за подкладкой карманов куртки, и в машине под ковриками, под сиденьями и
в разных углах».

Мы с интересом слушали его, и кто-то спросил:
- Ну, и что? Пшено-то помогло?

- Да, главное, что не помешало!

20.04.2018, Новые истории - основной выпуск

Кран и наперсточники

В девяностых годах на всех вокзалах работали бригады напёрсточников. Понятно, что выиграть у них невозможно. Завлечённый в игру «лох» сражался с одним из «подставных». Они выигрывали оба, что вынуждало обоих делать новые и новые ставки с постоянным повышением. Причем, у подставного деньги закончиться не могли, потому что сообщники незаметно передавали ему ставки, сделанные и им, и его соперником.
Однажды наблюдал, как мужик, поставивший уже много денег, решил уйти. А во время игры у него были болельщики, подбадривающие в процессе. И когда этот мужик сказал, что денег больше нет и он уходит, один такой «болельщик» говорит: «Да ты что?! Сейчас выиграешь! Ставь вон кольцо обручальное!» Мужик отвечает: «Оно не снимается». Болельщик: «Да я помогу!» Он без тени брезгливости облизал мужику палец, стянул кольцо и кинул его на кон. Помог. После проигрыша кольца мужика отпустили.

Один мой хороший приятель учился в те годы в институте в Москве. Прозвище его было – Кран. Двухметровый атлет с интеллигентным лицом. Носил из-за лёгкой близорукости очки в элегантной тонкой оправе. Слегка опущенные от природы уголки губ придавали лицу задумчиво-печальное выражение.
В ожидании электрички на Казанском вокзале он подошел к наперсточникам. Про игровые технологии был наслышан, но решил в познавательных целях изучить процесс изнутри, заранее назвав себе сумму, с которой готов распрощаться.
Одна-две ставки, несколько подставных отпали, ему надо продолжать, соревнуясь с оставшимся соперником, но он сказал: «Больше не хочу. Я – пошел!»
«Болельщик» схватил его за локоть со словами: «Куда ты пойдешь?! Играть надо!»
Кран со своей обычной печалью посмотрел на него сверху и интеллигентно сказал: «Убери свою руку, не то я её сломаю!»
«Болельщик» оторопел.
Кран задумчиво уточнил: «Нет. Не сломаю. Оторву». После чего ушел беспрепятственно.

05.01.2019, Новые истории - основной выпуск

Дынц-дынц-дынц

С таким звуком переключались телепрограммы на телевизоре «Старт-3».
Ручку поворачиваешь – два щелчка – следующий канал.
Ручка эта скоро отвалилась, и возле телевизора всегда лежали плоскогубцы.
Мне лет пять было, и силенок не хватало зажать плоскогубцами штырек переключателя. А отец подойдет – дынц-дынц!
Среди жильцов нашего подъезда поначалу телевизор был только у нас. Соседи приходили к нам с табуретками. Не часто. Но когда фигурное катание транслировали, то приходили. Тогда на всех крупных соревнованиях по фигурному катанию выступали и побеждали Белоусова с Протоповым. А они были наши! Воскресенские! Потому что подолгу жили у нас и тренировались.
Тогда на весь Союз было всего четыре, или пять ледовых дворцов спорта. И они Воскресенск выбрали.
Мужики и пацанва приходили к Дворцу Спорта или к гостинице посмотреть на форд, который по слухам подарил этой звездной паре сам Генри Форд, восхищенный их выступлением. Ну, если не сам, то кто там вместо него… Да это было и понятно, - ведь не может простой спортсмен заработать в капиталистической стране столько денег, чтоб купить машину. Это им сам Форд подарил, точно!
Они – Людмила Белоусова и Олег Протопопов – жили в единственной тогда в нашем городе гостинице, питались в единственном у нас ресторане, - на первом этаже этой же гостиницы. Спортсменам давали талоны на питание, вот на эти талоны их в ресторане и кормили. Там – в ресторане – мы с ними и познакомились.

Не знаю, по какой причине отец решил маленький праздник устроить. Может годовщина их с мамой знакомства была, может еще что-то… Он взял с собой фотоаппарат и кинокамеру. Кинокамера «Кварц», кажется, называлась. Такой металлической ручкой сбоку заводишь – вжик-вжик-вжик – полминуты снимаешь. Потом снова заводишь. Вот фотоаппарат и кинокамера в чехлах у него на плечах висели. Без фотоаппарата он вообще из дома не выходил – любил фотографировать.
Когда мы зашли в ресторан, во всем зале были только Белоусова и Протопопов. Мы с ними поздоровались. С ними все в городе здоровались. Их же все знали! Они тоже с нами поздоровались, и пригласили за свой столик.
Я мало что запомнил из их взрослых разговоров. Олега я называл Портопопов. Людмила смеялась и расспрашивала меня о разном. А над моими ответами смеялась снова.
Я спросил: «А у вас есть мальчик, или девочка?» Я подразумевал «сын», или «дочка».
Они меня поняли. Людмила ответила: «Нет». Олег сказал: «И у меня нет».
Я удивился, что они порознь ответили! Ведь их только вместе называли и на афишах, и по телевизору, и в разговорах – "Людмила Белоусова и Олег Протопопов!" Спросил:
- А вы разве не муж и жена?
Они, смеясь, ответили – нет! – но, кажется, Людмила смутилась.

Мама расспрашивала её о спортивном режиме, о диете. Тут Олег отошел к буфету, и Белоусова быстро пожаловалась, что он очень строг с нею. Не дай Бог, если её вес превысит сорок девять килограммов! Это очень важно для поддержек, которые он выполняет на тренировках и выступлениях.
Отец поинтересовался, какие у них ближайшие планы, к каким соревнованиям они сейчас готовятся.
Олег ответил, что они скоро поедут в Японию. А Людмила спросила у меня, что мне из Японии привезти?
Я сказал, что мне очень нужны коньки! И если в Японии в магазине есть коньки, то пусть она мне привезет.
Людмила ответила, что постарается. И еще, что она после выступления обязательно помашет мне ладошкой в телекамеру. Вот я буду смотреть их выступление, и увижу, как она мне машет.

Из ресторана мы вышли вместе.
Они проводили нас до площади.
Отец не фотографировал их. Счел это нескромным.
Потом они повернули к Дворцу Спорта, а мы – к своему дому.

Я оглянулся, и они мне помахали. Оба.

Почему я про это рассказал?
Просто вспомнилось…

Я маленький, наивный и непосредственный.
Со мной родители – самые лучшие в мире!
И нам всем очень повезло, что мы живем в самой прекрасной стране!
...
Дынц-дынц-дынц…

01.01.2019, Новые истории - основной выпуск

Без соли

По утрам у меня обычно нет аппетита.
Вот и в тот раз (19 августа 2008) зашел в ресторанчик при гостинице и заказал яичницу с ветчиной просто потому что надо. Потом расплатился за номер, и узнал у администратора, - как проще проехать к их владикавказской мэрии.
Покрутился по городу - нашел.
В городской администрации спросил – кто занимается беженцами, и куда мне посоветуют отвезти гуманитарку, находящуюся у меня в машине?
Какой-то дяденька расспросил меня – что и откуда я везу, и кто меня прислал.
Узнав, что никто меня не присылал, а я просто сам купил игрушек, и из Московской области везу их беженцам из Цхинвала, он поцокал языком, и предложил отвезти это в Алагирскую школу-интернат, где размещены, дескать, беженцы с детьми.
Не нашел я школу эту интернат. Где-то мимо проскочил. Алагирские гаишники сказали, что, дескать, дуй в эту сторону, там есть санаторий, в котором тоже беженцы из Цхинвала есть. Еду – паренёк голосует. Сел он в машину, сказал, что когда грузины напали, его отец отправил с матерью и младшими детьми сюда от войны. А теперь уже все возвращаются. Ну, я и повез его в Цхинвал. Ещё он рассказал, что видел, как его земляки какого-то грузина вешали. Кричали, что шпион. А уж был ли тот бедняга шпион на самом деле – про то Бог весть.
Приехали мы с ним на пропускной пункт на границе Северной и Южной Осетий перед самым уже Рокским тоннелем. Машин и микроавтобусов куча. Беженцы возвращаются. Всех записывают в журнал. У многих нет документов – им выписывают что-то временное. Здесь мой пассажир нашел знакомых и пересел в их машину.
В очереди этой несколько часов провел. Там девочка маленькая одна плакала. Порылся в коробках и тюках – вынул ей красивый детский мячик. Передо мной стоял микроавтобус НТВ. Они там немножко с камерами поснимали.
Уже под вечер подошла моя очередь.
Люди в камуфляже спросили «куда-зачем», как должное приняли мой ответ, посмотрели на короба и тюки с игрушками, и махнули – «проезжай».
Пустился догонять Этот НТВешный автобус. Так за ним и ехал.
Дорожные указатели то ли на осетинском, то ли на грузинском – непонятно ничего.
Едем по селу какому-то – все дома и справа, и слева разрушены, и сожжены. Я ещё удивился, что на дороге только воронки небольшие кое-где, а обломков никаких.
На следующий день рассказали мне, что война застала в Цхинвале несколько бригад грузинских шабашников. И их задержали осетины. Закрыли где-то. Собственно, это было и в их интересах, потому что после грузинского нападения народ мог этих работяг просто растерзать. Так мне сказали. А когда Российские войска грузин отогнали, то этих самых интернированных грузин заставили расчищать дороги от камней и обломков. А, кстати, про то село напрочь разрушенное (просто сплошь и полностью – ни одного целого дома), один дед там сказал, что это грузинское село было. И, то ли русская артиллерия это село разнесла по осетинской наводке, (но жителей там не было уже) то ли осетины его разрушили и сожгли после грузинского нападения. Такие нюансы они неохотно рассказывали. Да ещё и собеседник тот плохо по-русски говорил. Старенький дедушка такой. Но это я узнал на следующий день. А тогда въехал в Цхинвал я за бусиком НТВ. По сторонам не смотрел поначалу – боялся отстать. А они заехали на какую-то охраняемую территорию, куда их пропустил солдат, подняв шлагбаум. Я и соваться туда не стал.
Крутнулся на площади перед этим шлагбаумом, поехал, пока не стемнело, город смотреть.
Разрушен он был, как мне показалось, процентов на двадцать. Целых стекол вообще не видно было. Сфотографировал разбитые школу №5, и несколько домов.
Сгоревшую библиотеку фотать не стал - она выглядела очень эффектно, и я был уверен, что её снимки будут сотнями опубликованы.
А во дворе школы №6 – почти неповрежденной - заметил мужчину. Остановил машину, подошел к нему, и спросил совета – куда и кому мне лучше сдать свой груз.
Он приветливо очень со мной пообщался, сказал, что его зовут Мираб, он завхоз этой вот шестой школы, и завтра утром охотно проводит меня в гороно, где я всё и сдам.
Уже смеркалось. Еще прокатился по неосвещенному городу, посмотрел, как людям раздают хлеб возле пекарни, вернулся к этой же школе, и устроился на ночлег.
Я на Форде-Гэлакси приехал. Удобная машина. Задние сиденья перед отъездом снял и оставил в гараже, чтобы больше вместить товара. Теперь весь груз сдвинул в одну сторону и ещё на передние сиденья переложил. Достаточно места получилось, чтобы лечь, вытянувшись во весь рост. Погрыз завалявшиеся в бардачке сушки, запил водичкой, и лег.
Через дорогу – на стадионе, - ровными рядами стояли палатки российской части МЧС. Слышал ночью один далекий орудийный выстрел и гулкий полет снаряда.

Утром встретился с Мирабом. С его разрешения загнал машину во двор школы, где умылся до пояса, и соскоблил станком свою щетину.
Поехали в гороно.
Там встретились с заведующим, и ещё человека четыре сотрудников было. Все мужики.
Женщины, как я понимаю, там, в основном, рожают и воспитывают детей. Мужики – работают.
Ну, они тоже были ко мне очень приветливы. Игрушки сказали отвезти в детский сад – Мираб, мол, покажет дорогу – а спортинвентарь тому же Мирабу в школу.
Заведующая детсадом была женщина – русская. А завхоз – осетин.
Мираб потом уже в школе забрал мячи, скакалки, теннисные и бадминтонные ракетки, не помню, - что там ещё у меня было, - и спросил:
- А ты, может, кушать хочешь?
Я ответил, что хоть и ел вчера на завтрак яичницу, но сейчас уже немножко сильно проголодался.
Он схватился за голову, потащил меня к моей машине, и мы поехали к нему домой.
Спрашивает:
- Куриный суп будешь?
- Ой, - отвечаю, - это как раз то, что я сейчас больше всего хочу!
Он поставил передо мной бутыль с вином, и кинулся разогревать суп.
Я не любитель и не знаток вин.
Из вежливости выпил полстакана, отговорившись, что мне за рулем нельзя и этого, и начал метать в себя вкуснейшее очень густое варево, которое он назвал супом. Мы бы назвали это - тушеная курица с картошкой и овощами.
Он спохватился:
- Слушай! Может тебе соли надо? А то мы в семье всё без соли едим.
Я ответил, что это, оказывается, так вкусно, что теперь я и дома буду тоже всё готовить без соли.
Налил он мне пятилитровку вина домашнего в качестве гостинца, и отправился я восвояси.

Про «готовить без соли» потом, конечно, забыл.

03.11.2019, Новые истории - основной выпуск

Причина смерти - расстрел

"Репрессия – наказательная мера, применяемая государственными органами"

Репрессии тридцатых годов сломали миллионы судеб. Истинную боль людей, их горе, не могут отразить цифры статистики. Воспоминания, устные рассказы позволяют понять и почувствовать мрачную для многих действительность тех лет.
...

- Я родилась 28 января в 1926 года в городе Амвросиевка. Нас было трое детей в семье. Мама не работала в связи с инвалидностью «по сердцу». Отец - Михаил Федорович Гончаренко - преподавал математику, физику и астрономию в средней школе. Его уважали коллеги и любили ученики. Семья у нас была благополучная. Отец – выходец из обычной крестьянской семьи, в которой был старшим из девяти детей. Жили они в селе Благодатное недалеко от Амвросиевки. В школе он учился настолько хорошо, что его при царском режиме бесплатно отправили учиться в Ростов в церковно-учительскую семинарию. После окончания семинарии он работал учителем в сельской школе. С началом Первой мировой войны в 1914 году был призван в армию. Как имеющему образование, ему присвоили первый офицерский чин – прапорщик. После революции 1917 года их часть перешла на сторону красных, но какое-то время он провел в лагере, где его проверяли на благонадежность. Проверку он прошел благополучно, его выпустили, и назначили заведующим школой в селе Новоивановка под Амвросиевкой.
Он заочно учился и закончил Ворошиловградский учительский институт и одновременно учился в Московском госуниверситете. Я храню его студенческие билеты и зачетные книжки.
1 марта 1938 года его забрали последним из 12 учителей школы. Тогда было ходовое слово – «забрали». Не «арестовали», не «осудили», конечно же, не «репрессировали», а «забрали».
Это случилось ночью. Пришли, перетрясли всю квартиру, все его книги, записи… Детям не разрешили вставать с постели… Я была средняя по возрасту, - мне было одиннадцать. После обыска, когда отца уже выводили, мама хотела подойти к нему, обнять, попрощаться, - ей не разрешили. Отец полуобернулся в дверях, сказал ей: «Таня, учи детей!». Это были последние его слова, которые мы слышали. Так мы его потеряли.
После его ареста многие школьники переживали за него, и интересовались его судьбой.
Житье у нас наступило нищенское. Мама положила все силы, чтобы нас учить. Очень много времени она провела под стенами тюрьмы – хоть что-то о нём узнать, услышать… Никаких известий мы о нем не получали. На наши запросы и обращения либо ответов не было, либо нам отвечали, что он «находится в северных лагерях».
Началась война – три раза через нас перекатывался фронт. Жили не в доме, а в степи, чтобы не попасть под снаряды. В оккупации сажали кукурузу – ею выживали. В 1941 году я была в восьмом классе. Когда нас освободили в 1943, - пошла учиться в девятый, потом – в 10 класс. Старший брат погиб на фронте. Я окончила школу с Золотой медалью в 1945 году, и была принята без экзаменов в Днепропетровский мединститут. Студенческие годы тоже были очень трудными. Особенно памятен голодный 1947 год. Весомой поддержкой к скудной стипендии были выплаты за сдачу донорской крови.
После института в 1950 году по распределению три года работала в железнодорожной больнице на станции Яр Пермской железной дороги. Потом меня перевели на Донецкую железную дорогу, в большую больницу в Иловайске. Все хирурги в этой больнице были с фронтовым прошлым и, работая с ними, я приобрела бесценный опыт.
В Воскресенск перебралась, выйдя замуж. Мой муж Андрей Михайлович Захаров был главным инженером Восцемзавода. Работала во второй городской больнице, в других больницах и поликлиниках. Здесь у нас родился наш единственный сын. Он трагически погиб в зрелом возрасте. У меня есть внук, с которым у меня прекрасные взаимоотношения. Он – врач. Занимается и клинической медициной и научной работой, и я горжусь его успехами.
Я продолжаю трудиться по специальности в медкомиссии воскресенского военкомата. С 50-года по сегодняшний день продолжается мой трудовой стаж.
Что до информации об отце, то во времена Хрущевской оттепели нам ответили, что он умер в «северных лагерях» от брюшного тифа. Но и это оказалось неправдой. В 90-х годах были открыты новые архивы, и я в Москве получила официальный ответ, что он был расстрелян через полтора месяца после ареста. В справке так и написано – «Причина смерти – расстрел».
Состою членом Воскресенской ассоциации жертв политических репрессий, всегда посещаю эти наши печальные митинги, и вспоминаю отца.

08.12.2018, Новые истории - основной выпуск

Про любовь

В июле 82-го это было. Шел домой в третьем часу ночи через спящий город. На площади Ленина передо мной остановился милицейский уазик. Дверь его распахнулась. Милиционер сказал: "Садись!"
Я, не выходя из своей эйфории, ответил:
- Я - трезвый. Домой иду.
Мент в ответ:
- Да видим. Садись. Подвезем... В Новлянск, небось?
Довезли до подъезда.
А в машине по пути он ещё спросил: "С блядок?"
Я с достоинством ответил: "Нет. Со свидания..."

16.10.2019, Новые истории - основной выпуск

ГИБДД и шуба

Женщина принесла в ГИБДД нечто вроде досудебной претензии.
В тексте подробно и убедительно рассказывалось, как она такого-то числа в такое-то время при переходе проезжей части пролезла под тросовым ограждением, и при этом её шуба была безнадежно испорчена солидолом, которым по мнению заявительницы, сотрудники намеренно обмазали трос, чтобы люди через него не перелезали. Были приложены фотографии указанного участка дороги и этого самого ограждения. Завершалось заявление требованием возмещения ущерба.
В ГИБДД к данному документу отнеслись серьёзно. Хотя, в возмещении ущерба заявительнице было отказано, зато на неё оформили административный протокол по статьям 12.29 и 12.30 КОАП РФ с наложением штрафа на нарушительницу в размере 500 рублей.

09.07.2017, Новые истории - основной выпуск

Подвиг деда

Деду доверили укачать на руках двухмесячную внучку, которая совсем недавно научилась плакать в голос. И, хотя она не злоупотребляет этим своим умением, но один раз уже расплакалась на случайный дедов громкий возглас.
Так значит, дед спокойненько так и с удовольствием, с внучкой на руках ходит по комнате. Тихим проникновенным голосом он рассказывает обязанности дневального и порядок применения оружия часовым, которые не сумел забыть за тридцать пять лет, прошедших после срочной службы. Глазки у младенчика слипаются. Ничто не предвещает беды… А у этого деда есть небольшая индивидуальность – чихает очень громко. Случаи, когда верхние соседи кричат ему «Будь здоров!» нередки.
И вот, он вдруг прерывает перечисление «что запрещается часовому», и тревожным шёпотом предупреждает бабушку: «Возьми ребёнка, - щас чихну!»
И обоим понятно, что отдать малышку он может и успеет, а убежать в другую комнату – уже нет. Потому что воздух в лёгкие рефлекторно набран, а лицо перекосилось.
Бабушка решительно приказывает: «Чихай в себя!»
И дед сделал это!
Впрочем, сон малышке перебила бабушка, расхохотавшаяся над выпученными глазами деда.

24.05.2019, Новые истории - основной выпуск

Звонок учительнице

Голос взволнованный. Речь скорая:
- Алло! Галина Моисеевна, здравствуйте! Вы меня не помните, наверное. Вы были моей учительницей в начальных классах с 66-го по 69 год. Потом мы уехали. И я всю жизнь мечтала когда-нибудь с вами встретиться-поговорить. Рассказывала о вас мужу, детям… А тут услышала «Полонез Огинского»… Когда-то вы нам в классе его включили. Нам всем понравилась эта музыка. Вы сказали, что пусть этот полонез будет для нашего класса паролем, когда мы уже взрослыми решим встретиться. И теперь я набрала в интернете Воскресенск и ваше имя. Нашла статьи о вас, обрадовалась, что вы во здравии, и даже ещё работаете. Позвонила в управление образования, в школу, вымолила номер вашего телефона… Меня зовут Ирина. Я была маленькая и…
- Чернышова? Ирочка Чернышова!

Долго разговаривали. Вспоминали школу, учителей… В эту субботу Ирина приедет. Она уже закачала на телефон «Полонез Огинского».

07.06.2017, Новые истории - основной выпуск

Толерантность?
Товарищ рассказал.
Прямая речь: "Вы верите, что гаишники могут пьяного водителя отпустить без знакомства, блата или денег? А у меня такое случилось в нулевых Еду домой из бара. Захватил подбросить случайного знакомого. Дагестанец. Скорешились за выпивкой. Видим гаишников. Он предлагает: "Тебя лишат или оштрафуют, а мне пофиг - всё равно прав нет. Давай за руль сяду". Сказал, и лезет прямо на ходу ко мне за руль. Гаишники может меня и не останавливали, всё равно встал, потому что он мне спиной и дорогу, и даже руль загородил. Гаишник подходит - мы двое за рулём на одном сиденье. Гаишник сплюнул: "Тьфу, педики! Езжайте на хуй отсюда!"
Досадно было. Я бы и так отмазался, а тут ни за что педиком назвали, и ещё по двери сапогом пнули".

24.12.2003, Новые истории - основной выпуск

Будучи редактором газеты, Марк Твен часто получал анонимные письма
угрожающего или оскорбительного содержания в ответ на свои фельетоны.
Однажды в таком письме было просто написано через весь лист одно слово
-- "Дурак".
На следующий день в газете появилась заметка: "Мы часто получаем письма
без подписи. А вчера нам прислали только подпись, без письма."

Немолодой.

11.07.2018, Новые истории - основной выпуск

Психология драки

Мой дядька однажды разогнал на танцах парней моржовым бивнем.
Бивень этот он привез с Камчатки, где служил срочную.
И однажды к нему в общагу прибежал его младший брат Володька в крови:
- Иван! Мне на танцах нос разбили.
- Бывает...
- И рубашку порвали...
- Рубашку порвали!!!
Иван схватил первое, что подвернулось под руку - этот самый моржовый бивень, - они вдвоем побежали на танцы.
Это было конец пятидесятых-начало шестидесятых.
Если бы он с ножом прибежал - была бы драка и поножовщина. А от бивня что-то все разбежались.
На следующий день принесли в общагу Володьке новую рубашку, и извинились.
Потому что каждому понятно, что рвать рубашки - это нечестно, неправильно. Рубашка - не нос, она денег стоит.

27.05.2012, Новые истории - основной выпуск

Это я лежал в больнице с аппендицитом.
А одна из медсестер была моя бывшая ученица. Я у них в восьмом классе физкультуру вел.
Ну, зашел в процедурную на укол, а там - она.
Говорит:
- Снимайте штаны, Виктор Николаевич. Знакомиться будем.

01.06.2004, Новые истории - основной выпуск

О доброте. И милосердии.
В феврале 1983 года я и Женька Суханов, после отчисления с 3-го курса
ГВВСКУ, пришив на скорую руку на шинели солдатские погоны вместо
курсантских, ехали служить рядовыми в в/ч № 30223, что располагалась в
п.г.т. Тикси. Мой попутчик - этакий хозяйственный мужичок, в
противоположность мне очень практичный.
Выезжая из Горького, имели на двоих около 70 р. (для справки: батон
хлеба тогда стоил 18 коп, водка - 4р 30коп, десяток яиц - 1р 30коп,
бутылка крепленого вина - около трех рублей), несколько банок разных
консервов, батон полукопченой колбасы и приличный кусок сала. В тот
вечер, глядя, как я кромсаю ножом колбасу и хлеб, Женька говорил: «Ты,
что, не видишь, - колбасы много, а хлеба мало, - режь колбасу толще, а
хлеб тоньше».
К новому месту службы мы не очень торопились, задерживались на
приглянувшихся нам станциях, и на почтово-пассажирский поезд Тайшет -
Усть-Кут мы сели только через две недели. У нас оставалось 23 коп. и
кусок сала грамм на сто. Впереди у нас были сутки в этом поезде и два
авиарейса - Усть-Кут - Якутск и Якутск - Тикси. Поэтому мы очень
экономно натирали черный хлеб салом и с удовольствием поедали эти
бутерброды, запивая их дармовым кипятком. На эту картину с удивлением
смотрел сидящий напротив весьма колоритный дяденька возрастом около
пятидесяти, высокий, дородный, с породистым крупным лицом и в кожаном
пальто на меху. Вдруг он спрашивает: «Ребята, а почему вы в ресторан не
сходите? » Мы с Женькой переглянулись, - издевается, что ли? А он
протягивает нам пятирублевку и продолжает: «Так нельзя! Сходите в
вагон-ресторан, пообедайте». Я, было, начал отказываться - что, Вы, не
надо, у нас есть деньги. … А он продолжал: « Возьмите, ребята, я
фотограф, для меня эти деньги ничего не значат». Женька говорит: «Ну,
если фотограф…»
Когда мы, насытившись, вернулись из вагона-ресторана, он уже сошел на
какой-то станции…
В Якутске несколько дней жили в аэропорте. То из-за пурги отменялись
рейсы, то не было мест, то нам не хотелось лететь. Но есть очень
хотелось. Не хотелось и вина, - после пьянки в Тайшете у меня в чемодане
оставалась бутылка портвейна 777. Тщетно мы пытались продать кому-нибудь
Женькины часы или мои кроссовки. Напившись газировки, я присоединился к
игрокам в «тысячу», а Женька пошел продавать портвейн. Вернулся он не
скоро. В руках у него был кулек из оберточной бумаги, от которого
восхитительно пахло жареным мясом. На мой вопросительный взгляд Женька
коротко ответил: «Из ресторана». Из кармана шинели он извлек завернутый
в ту же бумагу нарезанный серый хлеб, из кармана брюк - горсть мелочи и
скомканных купюр разного достоинства (больше восемнадцати рублей
оказалось). И после того, как наелись, он достал из другого кармана
шинели ту самую бутылку портвейна.
Как вы, наверное, уже догадались, люди охотно выручали солдата деньгами
и отказывались забирать вино.
Немолодой.

22.10.2019, Новые истории - основной выпуск

Полиция и тишина

Вчера в 23-20 началась дискотека из машины, стоящей на разворотной площадке метрах в ста перед нашей многоэтажкой. Ещё громче музыки звучали вопли людей возле машины. Они, видимо, просто общались, вынужденно перекрикивая музыкальные децибелы.

Позвонил через 112 в полицию, сообщил о происходящем.

Дежурный спросил мои ФИО и адрес, записал, поинтересовался - не видно ли мне номер машины. Не видно было, конечно. Он тогда сказал, что мне надо завтра прийти в отделение, написать "Объяснение".
Я ответил, что завтра не смогу, потому что взял на завтра донорский отгул, чтобы в первой половине дня переделать кучу личных дел, а потом планирую стать нетрезвым.

Он тогда сказал, что если приду и напишу "Объяснение" во вторник, то ни я, ни он ничего не потеряем.
Поговорили мы с ним, когда смотрю в окно - к той музыкальной машине подъехал УАЗ-Патриот с люстрой на крыше, и сразу же из ниоткуда появилась тишина.

Из УАЗа вроде вышел кто-то, через минуту-другую вернулся в свою патрульку, и она уехала. А тишина - осталась. В этой тишине минут через десять уехала и та машина.

Мои вчерашние предположения насчет возможной сегодняшней нетрезвости не подтвердились. Поэтому перед вечером пришел в отделение, где капитан на каком-то бланке изложил с моих слов вчерашние события, и предложил подписать, а если хочу, добавить комментарий.

Я написал, что благодарен им за чуткое отношение к проблемам жителей, и профессиональные действия при поддержании общественного порядка.
Слишком пафосно, конечно, но я действительно им благодарен.

12.03.2019, Новые истории - основной выпуск

Введение в иппологию

Впервые управлять лошадью мне довелось в военном училище (ГВВСКУ).
По фильмам «Неуловимые мстители», «Буян», «Три мушкетера» и т.д. и т.п., каждому было понятно, что в этом деле нет ничего хитрого. И однажды в наряде по столовой нам надо было освободить крыльцо большой мойки от наполненных фляг с пищевыми отходами. Эти фляги гражданский возчик отвозил на телеге в свинарник. Лошадь, запряженная в телегу, стояла тут же – неподалеку от крыльца. А возчик куда-то отошел.
Ожидая его возвращения, мы устроили короткую фото-сессию, а потом я взялся за вожжи.
Телегу надо было продвинуть вперед и влево. Я прищёлкнул языком, и послал вожжи «волной» вперед, чтобы они коснулись крупа кобылы. Она поставила уши торчком и недоуменно оглянулась. Я таким же движением вожжей повторил свою команду. Она тронулась с места, а я вожжами пытался управлять ею, чтобы с хирургической точностью припарковать телегу точненько к крыльцу. Сначала она остановила телегу напротив крыльца, но в метре от него. Я пытался заставить её двигаться то вперед, то назад, чтобы переместить телегу влево. Лошадь явно меня не понимала и нервничала.
За четверть часа наших с ней обоюдных мучений, я осознал, что вовсе не обладаю врожденными способностями кучера. Лошадь оказалась загнана в угол, образованный стеной здания и крыльцом. Мои попытки заставить её двигаться задним ходом ни к чему не привели. Я выпустил вожжи, и стал прикидывать – как буду оправдываться перед возчиком, когда он вернется.
Кобыла оглянулась назад. Убедилась, что я бросил управление, попятилась, выводя телегу из тупика, описала широкий круг по двору, подкатила телегу впритирку к крыльцу, остановилась и снова оглянулась на меня, ехидно усмехнувшись. У неё были большие желтые зубы.
Уже лет в сорок мне вздумалось взять несколько уроков верховой езды. Это уже другая история, но тот первый опыт молодости был нелишним. Лошадь – вишь ты – не машина. У неё своя голова есть.

02.02.2019, Новые истории - основной выпуск

На границе

Нас тридцать семь человек было в группе. Мы занимали весь вагон. Границу Белоруссия/Польша пересекали ночью.
Таможенница почему-то выбрала меня в качестве объекта проверки. Попросила остальных выйти из купе и пересчитала мои еврики, убедилась, что у меня их не больше, чем я написал в декларации. Потом показывал содержимое своего чемодана.
Спросила:
- у Вас больше нигде нет еще денег?
- Нет, - говорю, - хотя, погодите, надо вот в кармане ветровки проверить.
- А это ваша ветровка? Думаю, там не может быть.
- Вполне может, - возразил я. Бывает, дневную выручку положу туда, потом о ней забываю, и ношу в этом кармане неделями. Нет, - сегодня здесь пусто.
Она продолжает:
- Вы меня извините, это моя работа, давайте еще вот эту вашу сумку проверим.
Я охотно согласился:
- Вам не в чем извиняться! Вы же действуете в моих интересах! Давайте проверим.
При этих моих словах она как будто слегка испугалась:
- Я действую не в ваших интересах!
Теперь удивился я:
- Как не в моих?! Я же законопослушный человек, а вы действуете в интересах закона! Значит и в моих интересах!
Согласилась:
- Аааа… Ну в этом смысле, конечно.
Проверку быстро свернула и ушла.
В коридоре наш разговор было слышно.
Сосед мне потом сказал:
- Ты хоть на обратном пути над ними не издевайся.
А я и не издевался.

25.06.2005, Новые истории - основной выпуск

Ярмарка в Лужниках.
На одной из торговых точек, три расторопных продавца бойко обслуживают
нескольких оптовиков. Уплатив деньги, один из покупателей вдруг
спрашивает: «А сертификаты качества у вас есть?». Помедлив, продавец
ностальгически произносит: «Ведь были времена, когда за такой вопрос
могли побить…». Покупатель спрашивает с возросшим интересом: «А как
сейчас?». Продавец философски отвечает: «Как повезет…». Покупатель не
унимается: «А мне - повезло?». И слышит в ответ: «Наполовину, - бить не
будем, но и сертификат не дадим».

16.10.2019, Новые истории - основной выпуск

ГИБДД и семейные отношения

«Палево» неверных мужей через «письма счастья» давно уже перестало кого-либо удивлять. Но соблазн силен, а человек – слаб, и эти истории происходят снова и снова.
В отдел ГИБДД пришла поскандалить женщина, ведя чуть на за руку мужа, который явно не радовался её активности.
Она размахивала «письмом счастья», сообщавшим о наложении на её мужа административного штрафа 1000 рублей за превышение скорости.
Возмущение заявительницы было вызвано тем, что в день, указанный датой совершения административного правонарушения, её муж был в командировке в другом городе.

Заявительницу вместе с мужем пригласили пройти в кабинет административной практики, где на компьютере показали изображение автомобиля в момент нарушения.
Причем, в базе ГИБДД данное изображение оказалось не черно-белым с размытыми деталями, как в письме, а цветным и в хорошем качестве.
На фото в мониторе отчетливо с мельчайшими деталями можно было разглядеть машину, её госномер, лицо водителя – этого самого мужа, и лицо его пассажирки, и даже приветливое выражение её лица.
Пассажирка сидела на заднем сиденье, но в момент фотосъемки она, как раз, наклонилась вперед к водителю, приобняла его, и, видимо, что-то шептала ему на ушко.
Увидев этот снимок, заявительница поняла всю безосновательность своих претензий к ГИБДД, зато к мужу у неё возникли такие претензии, что сотрудникам отдела пришлось сказать ей о недопустимости рукоприкладства в стенах их учреждения.

01.07.2004, Новые истории - основной выпуск

У меня есть знакомый, - он в параллельном классе учился, - ездит на
семерке. И жена его тоже ездит на Жигулях. Прибедняются, я думаю, потому
что у него свой автосервис на три подъемника, плюс сход-развал и
жестянка. Но дело не в этом. Выпивали мы как-то случайно в одной
компании. Зашла речь о гаишниках и он рассказывает:
«Еду я с юга. До дома еще километров семьсот. Сижу за рулем в шортах и
своей драной маечке. Знаете мою драную маечку? (Несколько слушателей
хором подтверждают, что знают.) И на спуске обгоняю грузовую с выездом
на «встречку» через «сплошную». А гаишники, со следующей горы в бинокль
секут. Останавливают меня, и старлей говорит, вот, мол бинокль, все
видели, что делать будем? Я отвечаю:
- Что хошь делай, но денег у меня на бензин в обрез и два яблока детям
осталось.
- Что, действительно так плохо?
- Да, впритык на бензин и два яблока.
- Может тебе взаймы дать?..
- …

Немолодой.

11.09.2019, Новые истории - основной выпуск

Сторож, голоса, психушка…

В 94 был студентом-первокурсником. Субботним утром зовут меня к телефону у вахтера – сестра звонит. Говорит, что в магазин, где она работает, срочно требуется сторож на ближайшие две ночи, а потом, дескать, найдут постоянного.
Приезжаю вечером в магазин, пристроенный к жилому дому. Показывают мне – где чайник, где чего, список телефонов экстренных служб, директора магазина и его зама. Интересуюсь – что случилось с их постоянным сторожем. Оказалось, - предыдущей ночью он вызвал директора и вневедомственную охрану. Ему слышались голоса в магазине. Менты и директор вместе со сторожем обошли все помещения – ничего не обнаружили. А этот сторож немножко попивал. И той ночью был с запахом. Прошло часа два – снова звонит директору, и во вневедомственную. Снова обошли весь магазин. Снова всё нормально. Сторож клятвенно уверяет, что слышал голоса. Вызвали ему психиатричку, белые братья пригласили его в скорую, и увезли. Это было уже под утро, и ночь додежурил директор. Ну, а потом вот меня пригласили.
Я взял с собой что-то перекусить, трехтомник Яна, и был вполне доволен такой удачной подработкой. На вторую ночь вдруг слышу голоса. Обошел магазин – все обычно, и голоса пропали. Но слышал же явно. Сел дальше читать. Снова голоса. Взял какую-то палку-дубинку снова обошел помещения… И обнаружил стену, возле которой голоса были слышнее. Сообразил тогда – за этой стеной было что-то вроде запасного выхода из дома, в тамбуре которого ночами тусовалась молодежь. Когда они говорили громко – их было слышно в магазине.
Утром рассказал о своем открытии директору. Говорю: «Вы сторожа-то своего забирайте из психушки»… Но, как я понимаю, - психиатрия наука сложная. Сторож этот не вернулся на прежнюю работу, и я там работал почти всё своё студенчество.

08.08.2018, Новые истории - основной выпуск

В 98-м отдыхали в Крыму, в Рыбачьем.
В кафе прочли объявление, что местные горноспасатели приглашают на экскурсию в горы, с посещением ледяной пещеры.
Пошел сразу на их базу, договориться на завтра.
Там спасатель мне объяснил, что экскурсия на целый день. Поднимемся на плато, дойдем до пещеры, которая зимой наполняется льдом и снегом, и за лето это всё не успевает вытаивать. Спустимся в неё, поудивляемся, и отправимся назад. По пути - красоты, уникальные горные луга, свежий воздух, завтрак и обед с невероятным аппетитом, незабываемые впечатления. Ещё он сказал, что в поселок мы вернемся часов в 17 примерно. Потому что и подъем в гору и спуск трудны для неподготовленных людей. Очень ноги с непривычки устают. Поэтому делаются остановки для отдыха. И ещё, - дескать, - инструктор, с которым я завтра пойду, сегодня повёл трех парней из Люберец. Вернётся он часа через три, поэтому я с ним познакомлюсь завтра утром.
Вот так мы переговорили, когда заходит парень, как оказалось - этот самый мой завтрашний инструктор.
Мой собеседник удивился: "Ты так рано!"
Тот усмехнулся в ответ:
- Я за ними насилу угнался. Оказались футболисты...

24.02.2017, Новые истории - основной выпуск

Был тут в воинской части. Спрашиваю солдата:
- Парень, ты срочник?
Он вытягивается по стойке "смирно":
- Так точно!
- Да ладно тебе, "так точно...". Нормально разговаривай.
Парень расслабляется:
- Да въелось уже. Домой звоню, и то: "...разрешите уточнить..."

16.09.2003, Новые истории - основной выпуск

У меня есть хороший знакомый -- умный, работящий и малопьющий мужик.
Приходит он как-то к своему начальнику и просит оказать материальную
помощь по случаю рождения шестого ребенка.
Начальник:"Шестой..! Костя, да ты с нее небось не слезаешь!!!"
На что Костя скромно ответил:"Да нет, только вот в шестой раз и залез."

Немолодой.

31.05.2019, Новые истории - основной выпуск

Заклинило

Вспомнил ещё интересный случай, о котором лет двадцать назад рассказал приятель-гаишник. Дежурили они на Рязанском шоссе на посту 81 километр. Видят – от Москвы мигая «аварийкой» ползет «Жигуль-шестерка» задним ходом. Водитель рулит, полуобернувшись назад, глядя на дорогу через правое плечо.
Остановили.
Оказалось – коробку передач у него на заднем ходу заклинило, и он от самой МКАД едет таким образом домой в Рязань.
Что интересно, с гаишниками он так и разговаривал – стоя к ним спиной и глядя на них через правое плечо. Шею уже тоже заклинило, - не поворачивалась.

07.12.2003, Новые истории - основной выпуск

Магазин "Игрушки". Зарисовки.

Женщина лет 50-ти холеная, ухоженная и продавец.
- Девушка, будьте любезны, подойдите пожалуйста.
- Слушаю вас.
- Не могли бы вы показать мне поближе этого зайца?
- Да, пожалуйста.
- Чудесно! А сколько он стоит?
- Вот же ценник, - 235 рублей.
- Совсем охуели!..
***
Дама купила несколько пакетиков бисера. Направилась было к выходу, но
потом оглянулась и спросила: "А лески для бисера у вас нет?" Продавец
вежливо отвечает: "У нас нет в продаже лески, посмотрите рядом, - в
магазине "Рыболов". Дама: "Сама знаю, не дурее вас!"
***
Дело к закрытию. В магазин входит пьянющий мужик с початой бутылкой
водки в руке, затуманенным взглядом обозревает пестрые витрины, замечает
продавца, подходит и ставит на витрину перед ней свою бутылку.
- Дочка, оставь у себя до завтра, а то до дома не дойду...
***
Немолодой.

02.08.2004, Новые истории - основной выпуск

Когда я уехал в Киев, где меня уже три недели ждали жена и дети, на моем
предприятии вовсю шла налоговая проверка. Под такое пристальное и
напористое внимание органов я еще ни разу не попадал. Поэтому некоторые
невинные шалости с налогами уже не казались мне столь невинными, и
некоторое беспокойство я испытывал.
Жена притащила меня в какой-то магазин на Крещатике. Девушка-продавец не
отходила от нас, поскольку мы были единственными посетителями, и
внимательно и трепетно прислушивалась к нашему диалогу. Жена спрашивает:
- Тебе эта сумочка нравится?
- Как она может мне понравиться, если я цену вижу? В качестве кошелька
она велика, а как сумка - мала, А стОит, как кошелек с деньгами…
- Так покупать, или нет?
- Я тебе уже объяснял, не трать деньги ни на что, без чего можешь
обойтись. Кто знает, что там на меня этот опер накопал. Может, меня
посадят, когда домой вернемся…
- Ну, это ж тебя посадят, а не меня. … Беру!
Продавец выбивает чек и вполголоса произносит: «Как я люблю москвичей!..

Немолодой.

27.12.2004, Новые истории - основной выпуск

Райцентр, где все друг друга знают. Предновогодье. По большому магазину
«Игрушки» ходит расстроенный папа с пятилетним сыном. Вот отец
присаживается на корточки и что-то объясняет своему отпрыску. Подхожу
ближе, и слышу последнюю фразу: «…Ну, где ж тебе Дед Мороз возьмет, если
в магазине у дяди Вити этого нет?.. »

Немолодой.

19.10.2009, Новые истории - основной выпуск

Шутиха.

В девяносто втором, кажется, году в России появились в продаже первые
китайские шутихи.
Пашка покупал курево в киоске и зацепился взглядом за что-то вроде
сигаретки в синеватой бумаге, приклеенной к тоненькой хворостинке.
Продавец пояснил, что это китайский фейерверк.
Пашка заинтересовался:
- А как он действует?
- Ну, не знаю… Наверное, как бенгальский огонь… Вот это фитилек снизу
поджигаешь, а за палочку держишь.

Вечером Пашка решил испробовать свою покупку.
С годовалой Анечкой на руках зашел в ванную комнату, где на горшке сидел
двухлетний Ромка.
Дети же должны были видеть эту заморскую красоту! Для кого живем-то?!
Люда – Пашкина жена – с опаской поднесла спичку. Когда фитилек зашипел и
начал искрить, Пашка, из предосторожности, вытянул руку над ванной.

Уже предвкушаете, да?

Сноп искр ударил из ракетки Пашке в руку!
Он разжал кулак, и ракета начала летать по ванной комнате, шипя,
сверкая, рассыпая искры, и тыкаясь в стены!

Пашка рассказывал:
- Только мигнул, - и мы все четверо за дверью оказались! А Ромка успел
на горшке сделать даже больше, чем собирался!

13.07.2015, Новые истории - основной выпуск

Тётенька жалуется представителю муниципальной власти на автомобилистов, ставящих машины под её окнами:
- ...А я им не вреда не наношу. Печенье только крошу на их машины, чтобы птички клевали... А чтобы крошки ветром не сносило, сначала водичкой поливаю..."

17.07.2018, Новые истории - основной выпуск

Лет двадцать пять назад мне удалили аппендикс.
Сначала почувствовал острую боль и тошноту. Поскольку аппендицит это распространенное заболевание, прочитал о нем заметку в популярной медицинской энциклопедии, и тут же себе его диагностировал.
Кинул в сумку шлепанцы, спортивный костюм, новую колоду карт, шахматы и мыльно-рыльные принадлежности. Зашел к приятелю в соседний подъезд и попросил отвезти меня в больницу.
Жена и дети гостили на Украине, и было как-то чудно, что со мной такая штука случилась, а самые близкие ничего об этом не знают.

В приемном покое хирург подтвердил мой диагноз и велел сразу готовиться к операции.
Медсестра поинтересовалась, - есть ли у меня бритвенный станок, а то она принесет казенный многоразовый, чтобы я мог подготовить операционное поле. Предупредила, что в том станке стоит очень хорошее лезвие «Восток», которое она самолично поставила лет пять назад.
Отказавшись от халявы, я выбрил лобок и гениталии своим собственным инструментом.
В тот же день меня оперировали.
Наутро в палату зашел хирург, осмотрел шов, поинтересовался самочувствием.
Спросил его:
- А, в самом деле, аппендикс был воспаленный?
Врач закивал головой:
- Да, да! Такой уже ядреный был, налитой. Ещё чуть-чуть и мог лопнуть.

Позже я убедился, что так он отвечал всем своим пациентам, чтобы не терзались мыслью, что их зря порезали.

В восьмиместной палате нас было шестеро. Всем удалили аппендикс. Мы перезнакомились и обвыклись. Интересную закономерность заметили – если кто-нибудь начинал рассказывать анекдот, все подтягивали к животу правую ногу. Чтобы было не так больно смеяться.

В палату зашел парень лет двадцати. Поглядев на него, я подумал, что так, должно быть, одеваются сельские хлопцы, когда хотят выглядеть «по-городскому».

Оглядел нас, заговорил:
- Здорово, мужики! Как дела? Не тушуйтесь, все путем будет! Тут как? Аппендициты умеют удалять? Не ссыте, все будет ништяк!

Мы, удивленные его напором и непонятной многословностью, молчали.
В палату зашла медсестра. Показала ему свободную койку, тумбочку, предложила переодеться. Спросила - есть ли у него бритвенный станок. Узнав, что нет, сказала, что сейчас принесет.
Парень, пощупав на скуле трехдневную щетину, продолжил свою речь.
Теперь я понимаю, что он просто глушил свой страх перед операцией, а тогда его говорливость казалась раздражительно неуместной.

Медсестра принесла старенький бритвенный станок, который уже многие годы использовался незапасливыми больными для эпилирования операционного поля.
Вот - сказала она – побрейтесь.
Парень снова потрогал щетину на лице и удивленно поблагодарил.
Медсестра улыбнулась, и выходя, сказала в пространство:
- Объясните ему.

Я сказал новичку:
- Ты что думаешь? Тебе надо лицо брить?
Он, все еще не понимая, ответил:
- Ну да, а то что же?!
- Нет, дорогой! Этим станком ты побреешь лобок и яйца!
- Не буду!
- Будешь! А то медсестрам придется самим тебе твое хозяйство обривать, когда ты под наркозом уснешь. Еще и порезов наделают… Да ты не сомневайся! Это не прикол, а обязательная процедура.
- Врешь!
- Да на, смотри!
Я спустил штаны, и он визуально убедился, что это бритье не придумано специально для него.

Вздохнув, и все еще недоверчиво покачивая головой, он направился к туалету.

В полной тишине двенадцатилетний мальчишка, лежащий на койке, хихикнул, и подтянул правую ногу к животу.
Все настороженно повторили его движение, и кто-то поинтересовался:
- Ты чего?
Мальчишка, давясь от смеха, сказал:
- Повезло ему, что не успел лицо этим станком побрить…

04.06.2007, Новые истории - основной выпуск

Сосед менял у себя дома батареи отопления. Нанял людей, они перекрыли
стояк, сняли старые батареи и пошли обедать. А в это время, кто-то
спустился в подвал, и снова пустил этот стояк. В минуту горячей водой
залило всю комнату, и, конечно, пока хозяин нашел подходящий чопик,
чтобы забить его в трубу, много воды протекло вниз.

Работники пришли через час. Саша - хозяин квартиры - показал им
последствия их труда, и объяснил, что этажом ниже живет Ланский, который
за полгода до этого закончил хороший дорогостоящий ремонт в своей
квартире.
Фамилия эта была им знакома, - Ланский один из крупнейших, в масштабах
нашего города, предпринимателей, - поэтому, потоптавшись, работники
сказали, что пойдут покурить и ушли навсегда, не забрали, даже,
инструменты и ацетиленовый генератор.

Коля Ланский человек неплохой, мы все были знакомы по-соседски, но Саша
со Светой с тревогой ждали, когда он приедет с работы в свою залитую
квартиру.
Надо пояснить, что Света учительница музыки, а Саша тогда работал
водителем и, имея трех детей, они с трудом сводили концы с концами.

Машину Николая они увидели из окна. Потом прошумел лифт. Минут через
десять раздался звонок в их входную дверь. Ланский поздоровался и
спросил: "Саша, что случилось?" Саня, с извинениями, рассказал ему о
произошедшем. Ланский покивал головой и поинтересовался: "А у вас сухая
раскладушка есть?"

Батареи устанавливали другие рабочие.

Ланский претензий не предъявлял. Раскладушку вернул на следующий день,
еще и сказал "спасибо".

06.07.2018, Новые истории - основной выпуск

Сеточка

Мы тогда аквариумами увлекались. Нам лет по тринадцать было. Ездили в Москву в зоомагазины за рыбками и инвентарем всяким. В Москве тогда было четыре зоомагазина. Мы это из справочника узнали. Самый лучший был на Старом Арбате, который много позже стал пешеходным. Вот туда-то и ездили периодически.
Конечно, еще и продукты покупали домой в «Диете». Пресловутую «Докторскую» по два-двадцать и еще что-нибудь.

И вот раз летом идем мы с Лехой от метро по этому узенькому Арбату. Уже и «Зоомагазин» виднеется, а навстречу небольшая компания молодежи студенческого возраста. Человек, может пять, или восемь, не суть важно. Парни, и две девушки. Все они оживленно общаются, хохочут… Заметная такая компания. И мы идем прямо им навстречу. Не свернуть. Глянул на них, и забыл, о чем мы с Лехой говорили. И он тоже замолчал. Потому что на девушке, которая впереди шла, был надет такой легкий свитерок крупной вязки, навроде рыболовной сети. И грудь отлично было видно. И сосок крупный, и общий силуэт. Она еще так полуоборачивалась к своей компании в разговоре.

Минуя их, с трудом удержался, чтобы не свернуть себе шею.
Прошел, как деревянный солдат Урфина Джюса.
Потом взглянул на Леху. А он смотрел куда-то внутрь себя. («Я повернул глаза зрачками в душу...».)

Тут я увидел переулок, перпендикулярно отходящий от Арбата, и свернул в него. И побежал. Леха молча бежал рядом.
Мы обогнули квартал, и снова, такие довольные, прошли навстречу этой компании. И опять свернули в проулок, обежали другой квартал, но больше их не встретили.
Это был семьдесят пятый, или семьдесят шестой год.
Очень смело та девушка была одета (или раздета?) для той эпохи.
Спасибо ей за это!

22.01.2018, Новые истории - основной выпуск

Устами младенца

Мама разменяла пятьдесят восьмой год педагогического стажа. Сейчас заведует школьным музеем.
В эту субботу проводила экскурсию для первоклассников. Как часто бывает, чтобы установить контакт с детьми, сначала заговорила на тему, непосредственно не связанную с темой экскурсии.
Спросила – как они уже освоились в школе, нравится ли учиться, не хотелось бы им вернуться в детский сад.
Как оказалось, - в детсад многие согласились бы вернуться. Из названных преимуществ – там они высыпались, играли, там не задавали домашних заданий.
Мама им сказала, что и сама не отказалась бы вернуться в детский сад. Один мальчик ей ответил: «Конечно! Вы бы там помолодели!»

30.05.2019, Новые истории - основной выпуск

Неначинающий водитель

Вспомнился случай с тех времён, когда «Жигулей» на наших дорогах бегало много, а про «детские кресла» мы ещё не знали в принципе.
Вышел из магазина, подошел к своей машине. Немножко удивился номеру на припаркованных рядом «Жигулях» - 29 регион в Подмосковном райцентре встретишь нечасто.
Тут же к этой машине подошел экипаж. Молодая женщина усадила на заднее сиденье девочку дошкольного возраста, рядом с ней – старушку, сама села за руль. Выезжать ей надо было задним ходом, и не очень удобно. Опытный водитель выехал бы без особого труда, но ему пришлось бы энергично вертеть головой, поглядывая в оба зеркала. Этой женщине опыта явно не хватало, что было понятно по первым же суетным манёврам.
Я встал так, чтобы она видела меня в зеркало, и жестами помог ей правильно вырулить.
Проезжая мимо, она притормозила и опустила стекло в двери:
- Спасибо!
- Не за что! Все мы когда-то начинали…
Возмущенно округлив глаза, она возразила:
- Я не начинающая! Я уже тысячу километров проехала!

07.03.2019, Новые истории - основной выпуск

Один дома

Девушка рассказала.
Шла на работу - мальчик лет шести высунулся из окна третьего этажа, плачет, криком зовет маму. Остановилась, заговорила. Велела ему надеть куртку и шапку, и выйти на балкон. Пацан объяснил, что проснулся - никого дома нет. Потом успокоился, рассказал про родителей, про садик... Эта моя знакомая говорит: "Минут двадцать общались. Я уже конкретно замерзла - не рассчитывала же стоять на улице, - когда его мама выбежала на балкон и забрала его. Наверное в магазин бегала".

06.08.2007, Новые истории - основной выпуск

Любовь и верность.

Пробирался по перрону через толпу приехавших и встречающих.
Обогнал молодую пару. Парень нес сумку и свободной рукой обнимал за
плечи прильнувшую к нему девушку.
Она, счастливо улыбаясь, заглянула ему в глаза и спросила: "Соскучился?"
Парень, со сдержанной нежностью ответил: "Да он у меня от моей правой
руки уже шарахается!"

(Гладков Виктор).

21.07.2018, Новые истории - основной выпуск

Чаевничали как-то с друзьями. Заговорили о детях. Шурик обратился ко мне:
- Вот ты в школе работал, посоветуй, как мне там завтра лучше разобраться? Ленка наша в десятом сейчас. И у них в классе парень есть, который всех изводит. Учителя чуть не плачут от него. Не слушается, уроки срывает. Может под хмельком в школу явиться. Его родителям всё пофиг. Он здоровый – одноклассников бьет. В дочку кинул ранец – у неё второй день спина болит. Синяка нет, но ей двигаться и дышать больно.
Я воспылал праведным гневом:
- Шурик, давай вместе сходим. Его надо запугать и дезориентировать. А, чтобы охрана и педагоги не вмешались, надо там, на месте как-то с умом все провести.
На следующий день встретились у школы. Предъявили паспорта охраннику, сказали – в какой класс идем и к какому учителю.
Он записал нас в журнал. Посмотрели расписание и поднялись на третий этаж.
Прозвенел звонок. Мы ускорили шаг. Дети сидели в классе, а учительницы еще не было.
Вошли в класс.
Оглядели всех.
Поздоровались.
Дети нестройно ответили.

Я:
- Кто Левашов?
В последнем ряду встал здоровый парень. Помельче меня, но такой, как Шурик.
Саня ему серьёзно и строго:
- Выйди-ка из класса, поговорить надо.
Левашов, - испуг уже читался в его лице и движениях, - направился к двери.
Я поторопил его:
- Быстрее ногами шевели, мы тебя ждать, что ли, будем!
Он послушно ускорил шаг.
Вышли с ним в рекреацию. (За нашими спинам в классе раздались аплодисменты, и послышались реплики: "Ура!", "Наконец-то!", "Сейчас ему будет!", "Во, огребет!"), поставили в угол, и я начал психологическую обработку:
- Ты чо борзый такой?! Ты чо думаешь, что тебе все можно?! В глаза смотри! Ты чо так нагло смотришь?!
Шурик:
- Ты, скотина, чем думал, когда на мою дочь руку поднял? На меня смотри! Думаешь, легко мне сейчас видеть твою подлую рожу и сдерживаться, чтобы не урыть тебя здесь?!
Я:
- Мы в школу детей отправляем, чтобы они учились, на меня смотри, сука, а не для твоего развлечения! Ты, падла, уроки срываешь, а нам потом репетиторов нанимать!
Шурик:
- Нам проще тебя один раз изувечить, чем снова и снова сюда приходить, тебя – гнусь - воспитывать! В глаза смотри! Ты все равно через пять или десять лет сдохнешь от водки или наркотиков, а у других детей вся жизнь впереди!
Я:
- Не опускай морду! Смотри в глаза! Дети наши не будут бояться в школу приходить! Ты будешь бояться их обидеть! Мы, если захотим, заставим тебя в штаны нассать, и обоссаного в класс отправим! Ты понял, мразь? Иди, учись!

Он кивнул головой и пошел в класс.
Мы проводили его.
Учительница уже вела урок. Мы и не заметили, как она мимо нас прошла.
Я сказал:
- Извините его за опоздание! Это мы его своим разговором задержали.
Она приветливо ответила:
- Ничего-ничего. Я понимаю.
Ленка – дочка Сашкина – потом рассказала, что, в тот день первые два урока Левашов вообще, как мышка сидел. Учителя тихо млели от удовольствия, и опасались подвоха. Потом он начал потихоньку приходить в себя. Но еще с неделю его поведение было приемлемым.
Со временем взялся за старое.

Но Ленку трогать, оскорблять или как-то задевать не осмеливался уже никогда.

03.03.2008, Новые истории - основной выпуск

Катер

Сыну моему тогда было шесть. Игрушками он, как и большинство детей тех
лет, не был избалован. Я часто уезжал на месяц-два, а, когда
возвращался, конечно, хотел порадовать его чем-то.
В тот раз жена сказала мне, что он - наш Витюшка - заприметил в Детском
Мире катер за три рубля. Тогда, в каждом городе был, по примеру Москвы,
свой магазин Детский Мир.
Я повел сына гулять. Зашли мы в этот магазин, и Витя показал мне
кораблик.
Скутер, размером немного больше моей ладони, работал от большой
квадратной батарейки, которая помещалась в его корпусе. При включении,
электромоторчик негромко жужжал, а трехлопастный винт быстро молол
воздух. Глаза моего ребенка горели, но он не просил, чтобы я купил ему
эту игрушку. Он понимал, что такие дорогие подарки делают детям только
на Новый Год и на день рождения. Тем больше была его радость, когда я
протянул продавцу деньги и попросил упаковать нам этот катер.
Мы шли по улице Менделеева. Сын вынул катер из коробки и искал
подходящую лужу, где можно было бы испытать наше приобретение. Катер
немножко поплавал в фонтане перед недавно построенным Дворцом Спорта, но
Витя сообразил, что падающие струи воды могут опрокинуть и потопить эту
замечательную вещь.
Нижние ступени деревянной лестницы, спускавшейся от парка к реке, были
затоплены паводком.
Мы спустились к самой воде. Витя дал мне подержать катер, а сам кидал
камушки в воду. Потом я, по его просьбе, бросал камни так, чтобы они
отскакивали от поверхности воды.
Витя включил моторчик катера и пустил его плавать вдоль крайней ступени.

Я не останавливал его.
Пусть приучается оценивать риск и ответственность своих поступков.
Вдруг, он спросил меня, - Папа, а можно я катер туда пущу? - он махнул
рукой в сторону противоположного берега.
Я пожал плечами, - Пускай, почему же нельзя?
Сын завертел головой, стараясь понять, как мы заберем потом игрушку из
реки. Ширина ее - разлитой - была метров восемьсот, и лодок поблизости
не было.
Потом он, видимо, подумал, что у меня есть какое-то решение этой
проблемы, еще раз переспросил - Можно, папа? - и, включив моторчик,
поставил кораблик на воду.
Какие-то люди стояли рядом с нами и смотрели на удаляющийся катер.
Витюшка, наконец, спросил: "Пап, а как мы его теперь заберем?"
- Никак, сынок.
Жужжание моторчика было уже еле слышно.
Сын мой моргал глазами, отгоняя слезы, и пытался проглотить комок в
горле.
Вечерело.
Мы шли домой.
После долгого молчания, он, вдруг сказал: "Ничего! Какой-нибудь мальчик
на другом берегу найдет мой катер, обрадуется, и будет играть".
Но я разочаровал сына: "Нет, Витя! Батарейка сядет раньше, чем кораблик
пересечет реку. Его опрокинет волной и он утонет".
Жестоко, я поступил, да?
Но он на всю жизнь запомнил, что человек должен сам принимать решения и
оценивать последствия своих действий.

А, когда Вите было семь, я умер.
Сын мой вырос, вырастил уже и своих сыновей.
Он и рассказал вам эту историю.

20.07.2016, Новые истории - основной выпуск

Заберите труп

Хирурги и полицейские, даже не утратившие способность к состраданию, часто кажутся циниками. Такая работа…
Рассказ ветерана МВД
Весна. Паводок. На исходе дня в отделение тогда ещё милиции позвонил местный житель: «Здравствуйте! Тут в Нерской труп плавает. Заберите, а то дети пугаются…»
Дежурный уточнил – где, и на место выехала опергруппа. Смеркалось. В нескольких метрах от берега на поверхности воды был действительно виден труп со связанными за спиной руками.
Участковому пришлось буквально повиснуть над водой, чтобы зацепить его багром за одежду, высвободить из кустов ивняка, и подтянут поближе. Оперативники, увязая в грязи, держали участкового за поясной ремень.
Держак багра сломался, участковый упал в воду, труп унесло течением.
К этому времени уже совсем стемнело, решили продолжить поиски утром.
Наутро в отделении звонок: «Ну, вы чего?! Я же просил забрать труп!»
- Да едем уже, едем!
Приехали, нашли недалеко ниже по течению, вытащили, оформили, увезли на «труповозке». Явный, конечно, криминал, - возбудили уголовное дело.
Вечером звонок : «Ну, вы чего труп-то не забираете?! Сколько ему тут плавать?»
Дежурный пробурчал себе под нос: «День сурка, в натуре…». А в трубку:
- О чём вы говорите? Забрали же утром.
- Чего вы там забрали? Сейчас с работы шёл – плавает на том же месте.
Дежурный подробнее уточнил место. Выходило – утром забрали не тот труп.
Приехали, нашли, вытащили. Тоже связанные за спиной руки и аналогичный характер прижизненных и повлекших смерть повреждений.
Это были девяностые. По удачному стечению обстоятельств, ну и профессионализм не будем отрицать, дело было завершено достаточно быстро. Банда, в составе которой был нотариус, убивала соседнем районе людей за квартиры. Все пошли под суд. Его результаты мой собеседник не отслеживал. Он свою работу сделал.

01.11.2014, Новые истории - основной выпуск

Мимими

Супружеская пара среднего возраста приобрела в Москве квартиру. Нашли в столице и работу.
Но поочерёдно ночуют в Воскресенске, а на работу ездят. Потому что их собаке Москва не понравилась.

22.06.2009, Новые истории - основной выпуск

Тетка, которая должна была сделать отметку в справке «На учете в
психдиспансере не состоит», потребовала с меня военный билет.

Я удивился – причем здесь военник? И предложил ей просто проверить
журналы учета психов и убедиться, что моей фамилии там нет.

Она почему-то начала сердиться. Сказала, чтобы я не учил ее работать, и
что справку получу, когда военник принесу.

Я объяснил ей, что у меня экзамены в ГАИ через три дня, и что жена
уехала на месяц в отпуск, а без нее я просто не смогу найти дома военный
билет.

Тетенька сказала:
- Ну, значит справку не получите.
Я возмутился:
- Вы нарушаете Конституцию! Мое конституционное право на выбор профессии
вы ставите в зависимость от наличия или отсутствия военного билета!

Она очень спокойно ответила:
- Вы лучше не горячитесь. А то мы вас на учет можем и поставить.

Я на такси смотался домой, убедился, что военный билет найти не могу,
зато нашел две подходящие фотографии.
С этими фотографиями и коробкой конфет приехал в военкомат, объяснил
ситуацию, и на следующий день получил новый военный билет.
Тетенька в психдиспансере пролистала его, поставила штампик в справку, и
сказала:
- Видите, как все просто!

06.02.2019, Новые истории - основной выпуск

В ресторане

Объявляют белый танец. Меня приглашает миловидная женщина. Танцуем, обмениваемся любезностями.
Говорит:
- А вы ведь знаете моего мужа.
- Вашего мужа?
- Ну, да. Это такой-то такой-то...
- Ааа...Знаю, конечно. Мир тесен...
- Вы, пожалуйста, не говорите ему, что меня здесь видели...

01.12.2003, Новые истории - основной выпуск

Лежим расслабленные после секса. Вдруг моя милая без всякой связи с
только что происходившими движениями, вздохами, всхлипами и возгласами,
не открывая, глаз задумчиво произносит: "Э-эх, какой же хороший человек
был..!"
Я лихорадочно анализирую весь этот день в обратном хронологическом
порядке от этой минуты и до самого рассвета, пытаясь понять кого она
имеет в виду и почему "был".
Наконец осторожно спрашиваю: "Кто?"
- Который секс придумал.

Немолодой.

Рейтинг@Mail.ru