Поиск по автору:

Дьявол фашизма умер, но черти его живут.

Проиграл я как-то своему ученику. Прихожу домой, жена говорит:
— Не расстраивайся. Проигрыш ученику — это выигрыш!
Наш восьмилетний сын, не поднимая головы от уроков, многозначительно тянет:
— М-да... Мало нам было одного афориста в доме.

Да я за нимб хоть на край света!

Пацаны не извиняются, пацаны раскаиваются.

Бульварный роман — это литературное фальшивомонетничество.

Полковникам ближе коньяк «три звезды».

Иногда лучше вдохнуть нашатырный спирт критики, чем выпить димедрол похвалы.

Пешеходные зебры размножаются перекрёстным опылением.

В семье мы как падежи: для одних — родительные, для других — винительные, для третьих — дательные...

— Доктор, помогите! Я, кажется, отравился.
— Присаживайтесь. А как это произошло? Что вы ели?
— Да захотелось мне зелени. Вышел в огород, чтоб прямо с грядки съесть — да темно было. По ошибке сорвал отраву.
— Что за отрава?
— Забыл название этого растения. На языке вертится, но никак не вспомню.
— Как же так? Очень важно, чтобы вы вспомнили.
Пациент резко встаёт и отвешивает доктору пощёчину.
— Вы что, — кричит доктор, — белены объелись?
— Да.

Рваные джинсы — это хлопчатобумажное сквернословие.

Странное дело: обмануть не моргнув глазом можем, а чихнуть — нет.

Лучше свежо писать о табуретках, чем банально — о смысле жизни.

Не отождествляйте знак копирайта со знаком качества.

Сатира — это литературная рапира.

Япония — это нация, которая твёрдо сидит на своих ногах.

Если цены смешные, значит — это розыгрыш.

Иные друзья как шасси самолёта — после взлёта исчезают, во время снижения появляются.

И живое пиво даст пивной живот.

Успех — это вершина небоскрёба, в котором наверх движешься по крутой лестнице, а вниз — на скоростном лифте.

Раз есть в стихосложении понятие «стопа», неплохо бы ввести и «плоскостопие поэта».

Навозные мухи не жалуются на своё меню.

Аббревиатура — буквы, которые много на себя берут.

Петух, случайно взлетевший на крышу курятника, мнит себя орлом.

У шахматистов не только слоны бывают разноцветными, но и носки.

У жены несколько дней сильно болела нога. Пошли к врачу. Тот отправил на ультразвуковое исследование. Через десять минут ответ был готов. Жена взяла в руки справку УЗИ-диагноста, стала читать и побледнела. Однако ещё через две секунды облегчённо вздохнула. Смеясь, дала мне почитать заключение врача. Там было: «Нарушения проходимости артерий нижних конечностей, глубоких и поверхностных вен не выявлено».

Только хочешь побыть с удачей тет-а-тет, как неудача тут как тут.

Диета Аткинса увеличивает наши шансы дожить до болезни Альцгеймера.

Дело было во времена Союза. Местком поручил моему отцу собрать членские взносы со всех сотрудников парикмахерской, где он работал. Со списком в руках отец пошёл собирать «дань». Очередь дошла до Раисы Гришиной, дамского мастера. Отец смотрит в список и не видит её фамилии.
— Рая, — спрашивает он, — а почему твоей фамилии в списке нет?
— Лютая я теперь, вот почему.
— Я тоже временами лютый, и что?
Рая засмеялась и говорит:
— Серёжа, ты не понял. Я ведь недавно замуж вышла, и моя фамилия теперь Лютая!

Хотел я как-то купить небольшой земельный участок. Вышел на одного брокера, который взялся помочь. Мы договорились встретиться возле супермаркета на окраине города. Когда я подъехал на своей машине, он предложил оставить её возле супермаркета и пересесть к нему, так как необходимо было по грунтовой дороге забираться на возвышенность, а туда мой седан с низкой подвеской мог и не доехать. Я сел в «Рендж-Ровер» брокера, и мы поехали. «Хорошая машина! — похвалил я по дороге его внедорожник. — Впервые на ней еду». Вскоре мы, немного не доехав до нужного места, остановились, так как даже его «джип» дальше бы не проехал. Мы вышли из автомобиля, и брокер сказал, что оставшиеся сто метров нужно пройти пешком. И мы стали взбираться по каменистому крутому подъёму. Мой попутчик был весьма грузным и тяжело дышал. Одышка безжалостно душила его. Я то и дело замедлял ход, чтобы он не отставал. Когда мы добрались, брокер шумно отдышался, вытер со лба пот, а потом выдал самый что ни на есть афоризм:
— Хорошей машиной должна быть не та, в которой сидим мы, а та, которая сидит в нас.

Так настойчиво преследовал цель, что та обратилась в бегство. (Ашот Наданян)

Лишь вначале жизнь мужчины — игра и фуа-гра. Дальше обычно — подагра и виагра. (Ашот Наданян)

Супружеское взаимопонимание — это когда храп в спальне является не монологом, а диалогом. (Ашот Наданян)

Порядочный парикмахер должен продолжать здороваться с облысевшим клиентом. (Ашот Наданян)

Бедуины не дерутся за место под солнцем. (Ашот Наданян)

Свадебный пир — это такой же акт гуманизма в отношении новобрачных, как последний ужин для приговорённых к смертной казни. (Ашот Наданян)

Ни один мужчина не наступил бы дважды на одни грабли, будь их черенок в два раза короче. (Ашот Наданян)

Если приговоренный к смерти чихнул, тактичный палач должен промолчать. (Ашот Наданян)

Стринги покупать легко: фасон не выбираешь, только цвет. (Ашот Наданян)

Особого внимания требуют: пешеходный переход, пеший проходимец и проходная пешка. (Ашот Наданян)

Не всегда движение вперёд — хорошо, а назад — плохо. В перетягивании каната, например, совсем наоборот. (Ашот Наданян)

Только великих шахматистов бьют по голове доской. Неудачники бьются об неё сами. (Ашот Наданян)

Ах, если б испытывать нужду было так же приятно, как справлять! (Ашот Наданян)

Миротворческий контингент — это примерно то же самое, что вегетарианский бешбармак. (Ашот Наданян)

Жизнь как заботливая мать — то одевает, то раздевает. (Ашот Наданян)

Афоризмы как эстрадные певцы: если поют плохо, то должны быть хотя бы красивыми. (Ашот Наданян)

Анекдот — это непутёвый брат афоризма. (Ашот Наданян)

Больше всех товарищей у тамбовского волка. (Ашот Наданян)

Пошляки шутят ниже пояса, джентльмены — выше колен. (Ашот Наданян)

Сложил руки — значит, нет желаний; протянул ноги — значит, нет возможностей. (Ашот Наданян)