Поиск по автору:

Я живу в довольно быдляцком районе, гопников более чем достаточно.
Позавчера ночью слышу в подъезде истошный, нечеловечий, утробный рёв.
Впчеталение, что кого-то страшно и мучительно убивают, и он в отчаянной
борьбе и агонии расстаётся с жизнью. Хватаю молоток, распахиваю дверь...
возвращаются домой соседские дети, девочка лет 14 и мальчик лет 10.
Смотрят на меня с изумлением. Оказывается, это они между собой так
общались. Разговаривали.

Замечательные студенты, не ходившие в течение семестра, как водится,
набежали сдавать лабораторные работы. Желают, чтобы я их немедленно
принял. Я говорю, что сейчас ими заниматься не могу, назначаю другое
время. Спрашивают, нельзя ли всё-таки кому-нибудь работы показать,
именно сегодня и прямо сейчас. Например, лаборанту компьютерного
класса... Я отвечаю, что с равным успехом они их могут показать и
уборщице.

В ответ – с надеждой, всерьёз: – Что, вправду и ей тоже можно?

Уже значительно позже моего изгнания из одного рыбохозяйственного института, где проработал довольно долго, рассказала знакомая и коллега, как пришла по какому-то делу в мою бывшую лабораторию. Собственно, к тому времени назвать этот коллектив "лабораторией", не погрешив против очевидной истины, было уже никак нельзя. Какая уж там лаборатория, ведь само слово это – от laboro, "работаю". А работой давно уж и не пахло. "Чистки", проведённые паранойяльной заведующей, исторгли оттуда напрочь всё мало-мальски дееспособное. В первую очередь - мужиков. Во вторую - вменяемых женщин. В итоге осталось лишь несколько пожилых кумушек-приживалок, совершенно потерявших (а то и никогда не имевших) лицо и погрязших в самом низкопробном и откровенном холуйстве.

И вот заходит, значит, эта самая знакомая в лабораторию, просит позвать заведующую. Приживалки напыщенно отвечают, что Галина Михайловна сейчас занята, обедает в соседней комнате (ну, тут ничего удивительного нет – поскольку это и было основное её времяпрепровождение). Посетительница села, ждёт. А в людской жизнь идёт своим чередом – продолжается прерванная беседа. Одна из тётушек вбрасывает актуальную тему:
– А кто у нас самый умный в лаборатории?
Нестройный хор заунывно подхватывает:
– Гааалиииинааа Михаааайловнааа!
Пауза. Знакомая моя столбенеет. Что это было?
А мяч переходит к следующему игроку – энергично, с воодушевлением:
– А вот кто же у нас самый красивый в лаборатории?
Общий восторженный стон, с изнеможением:
– Гааалиииинааа Михаааайловнааа!!
И опять небольшой перерыв для восстановления сил.
Знакомая – сидит ни жива, ни мертва. Непривычный мозг отказывается воспринимать такую реальность.
А слово уже берёт наиболее вдохновенная шестёрка:
– А кто у нас ваааще самый-самый выдающийся в институте?
Крепнет, нарастает благоговейный всеобщий вой, крещендо и фортиссимо:
– Гааалиииинааа Михаааайловнааа!!!

Тут знакомая моя наконец одолела оцепенение. Тихонько встала – и задом, задом к двери, да и стремглав оттуда восвояси. Фиг с ним, с этим делом, по которому приходила. Рассудок, говорит, дороже.

Недавно на одной конференции:
- Вот Вами использован генератор случайных чисел. А это кто, такой
специальный сотрудник?
- Мнэээ... Не совсем...

Когда ректор вуза, в котором мне когда-то довелось работать, ещё только раскручивался, пробавлялся он перманентным ремонтом во всём этом институте. Заказывались материалы и работы строительной фирме, которой, как говорят, его жена заправляла. Поэтому ремонт наш пассионарий вёл постоянно и везде. У него была даже кликуха "ремонтфюрер". Закончив ремонтировать какой-либо корпус, этаж, коридор, его немедленно снова обдирали, громили - и принимались отделывать заново. День сурка.

Мы над этим всячески прикалывались на институтском форуме, пока его не подвергли такому же "ремонту" и не сделали насквозь простреливе... то есть жёстко модерируемым. И вот одна молодая преподша вступилась за ремонтфюрера. Она написала: эх, вы, да Вы же не цените то, что имеете. Посудите сами. Толпы диких ремонтярников циркулируют по вузу, постоянно его громят и курочат. А наш их мужественно терпит. Держит их в периметре. Это ж ведь такое испытание человек на себя взял добровольно. Да если б не он, они бы небось по всему Питеру разбрелись - и живо его точно так же разворотили. А так они хоть изолированы...

В нашей парадной затеяли косметический ремонт, маляры пришли. Срочно заказал я по этому случаю на Вайлдберриз съёмный чехол на дверь. А чтобы сэкономить время, запросил курьерскую доставку, хотя живу от пункта выдачи, куда пришёл заказ, всего-то метрах в пятидесяти. Курьер нашёлся далеко не сразу, но наконец забрал заказ (о чём возвестило уведомление)... и пропал с концами, напрочь. Опуская всяческие занятные подробности, скажу лишь, что в итоге героически преодолел он это пятидесятиметровое расстояние всего лишь за каких-то два часа. На звонки мои вообще не реагировал: ну а чо размениваться, отвлекаться-то. Целеустремлённый, цельная личность, такого с пути к клиенту не собьёшь.

Заявился он, когда маляры уже развели свою грязюку, а я давно уж вынужденно кое-как задрапировал дверь подручными материалами. Надо ли говорить, что ни тени раскаяния на светлом челе юноши бледного со взором горящим не обнаружилось. Да и крупная надпись белыми большими буквами на его чёрной футболке так прямо и гласила: "МНЕ ВСЁ ПОХУЙ". Строго следуя этому личному (или корпоративному?) девизу, принёс он мне только два из заказанных предметов, третий же он или потерял по дороге, или тот ещё ранее был утрачен в ПВЗ его достойными коллегами.

С трудом пробившись через чудовищно тупого бота к одушевлённому оператору, убедился я, что и столь желанный живой человек Анастасия, увы, полностью гармонирует с ботом и курьером. Она написала мне номер телефона курьера, который я знал и так, и на том резко самоустранилась. А искомый предмет так до сих пор и числится на их сайте и в приложении за этим самобытным курьером, которому всё... индифферентно. Причём сообщение об отмене доставки мирно соседствует с уведомлением, что курьер скоро придёт вчера утром. Удивительно слаженная организация, все как на подбор. Видимо, в маркетплейсе всё должно быть одинаково прекрасно: и курьеры, и боты, и ТП, и клиентоориентированность.

Позавчера на одной интересной конференции разговорился с
коллегой, профессором одесского университета. Ессесссна, помимо
профессиональных экологических дел, разговор наш коснулся студентов
вообще и их нынешнего жуткого разубоживания и удручающего регресса, в
частности.

Так вот, украинский коллега поделился секретными боевыми приёмами -
рассказал, как у них вводят в разум закоренелых оболтусов. Оказывается,
там для этого есть два страшных вида оружия. Ну, первое - это
пожаловаться родителям. Когда я в ответ сообщил, что у нас это давно не
действует, мне было раскрыто ещё более мощное средство, правда, как
сказал собеседник, "несколько иезуитское", зато - страшно эффективное.
Если дурака валяет студент из сельской местности, то из вуза могут
сообщить в сельсовет, и соседи застыдят нерадивого студня и его
родителей. Очень помогает.

Тут я чота даже загрустил.

В своё время было у меня двое товарищей. Вместе занимались мы в кружке биологов, ездили в экспедиции, чудили и веселились. Потом мы с одним из приятелей поступили в университет, а второй наш кореш попал в медицинский институт. Ну, прошло, значит, время, закончили мы вузы, получили свои дипломы. Последним обрёл его будущий врач - там ведь учиться на год больше. Я к тому времени уже работал в НИИ. А подельник мой по разгильдяйству своему никакой работы не нашёл - и, по тогдашнему укладу, автоматически угодил в школьные учителя биологии.

И вот по поводу всеобщего нашего одипломливания была устроена грандиозная многодневная пьянка. На определённом её этапе оказались мы все трое почему-то на Невском. Мы с учителем кренились, качались и спотыкались, но ещё кое-как передвигались самостоятельно. А новоиспечённый эскулап уже и вовсе перемещаться не мог. Висел между нами бесчувственной сосиской, волоча ноги и повесив чубатую голову. Выглядели мы дико. Прохожие от нас, в основном, шарахались. Но вот кто-то замешкался, не отскочил, мы в него врезались и остановились. И это пробудило вдруг юного врача. Он с трудом поднял хмельную голову, хмуро оглядел встречных мутным взором и вдруг визгливо заорал:

- С дороги, сволочь! Что, не видите? Наука, здравоохранение и народное просвещение идут!

Стою на карачках на пенополиуретановых садовых подколенниках, делаю коту Бублику уборку в подвальном продухе, ставлю свежую еду. Бублик на радостях прыгает снаружи, мурлычет, бодает меня лбом, трётся и поёт песни. Рядом с нами стоит, призадумавшись, наша с ним общая знакомая бабуля-кошатница, пенсионерка (тоже, кстати, биофак универа окончила в своё время). Слышу вдруг её грустный голос:
- Вот Вы с Бубликом своим делом заняты и не видите, а мимо нас сейчас мужик какой-то прошёл с хамской рожей, так он с такой ненавистью вас с Бубликом оглядел, аж остановился, давай харкать, гримасничать, вибрировать чего-то, чуть не лопнул от злобы. А я смотрела на это и пыталась понять, что тут может вызвать такую реакцию. Бублик – кот очень миловидный, добрый. А Вы хорошее дело делаете. Чего же он тут кривляется, трясётся и плюётся, спрашивается?
Отвечаю:
- А! Так это ж дярёвня. У них животное можно кормить только затем, чтобы потом вдруг перерезать глотку и сожрать его самому. А милосердие - это им непонятно.
- Ну хорошо. Пусть. Непонятно – ну так и иди себе мимо. Мне вот или Вам непонятно чужое поведение - мы и пройдём мимо, ещё и постараемся плечами явно не пожать, чтобы не обидеть. А эти-то чего бесятся?
- А! Так это ж дярёвня. Им до всего дело есть. Им надо соседу в окно свою харю всунуть, о стекло её аж расплющить, и злобно комментировать, что у того в избе творится.
- И опять непонятно. Зачем? Хлопотно же это. Неинтересно. Ну, казалось бы, вот непонятно тебе - так ты и пренебреги, иди себе спокойно по своим, более интересным тебе делам, куда уж лучше-то.
- А! Так это ж дярёвня. То, что непонятно мне или Вам - нас просто не касается, и это прекрасно, ибо своих дел вполне хватает. Но то, что непонятно дярёвне - её прямо-таки оскорбляет, бесит, воспринимается как таинственная упущенная выгода, обман, коварно нанесённый им убыток, и побуждает это непонятное уничтожить, подпереть этому непонятному поленом дверь снаружи и поджечь. Генетически детерминировано.

И Ленин такой молодой, он скачет верхом впереди

Дело было в нашей студенческой юности, в одной конно-спортивной школе. Как-то раз после тренировки мы с приятелями выпили. Потом бесцельно слонялись по конюшне. Заглянули в одну из комнат – а там стоит посерёдке нечто непонятное, большое, куском ткани укрытое. Приподняли покрывало – смотрим, ух ты... гипсовая скульптура лошади. Вспомнили – точно, в конюшне же скульптор работает. С натуры лепит. Тихий такой мужичок, сосредоточенный, старательный. Правда, регулярно пьющий, но что с него возьмёшь – творческая личность. (Да и то сказать, нам ли пьяниц-то критиковать. Сами вон который уж день что-то празднуем.) Да, верно: сегодня же он как раз и хвалился, что работу заканчивает. Обещал завтра днём всех собрать и торжественную презентацию устроить. Вот почему скульптура-то тканью укрыта. Задрапирована... Это сюрприз нам всем приготовлен!

Глядим, а ушёл-то он совсем недавно. Вон, гипс ещё влажный. И ведь много как его в миске осталось, гипса-то... Помяли его, пощупали, посоветовались – да и принялись за дело. Вылепили замечательного карикатурного Ильича. Страшненький получился, живенький, инфернальненький такой карлик. Со всеми положенными атрибутами – сам в пиджачке, в кулаке кепка зажата, стоит враскоряку, зубы по-азиатски скалит, лысиной сверкает. У трезвых бы нипочём такой гомункулус не получился.

Посадили страшилище на лошадь, примазали, закрепили хорошенько. Тканью аккуратненько накрыли, растянули, расправили – чтобы всё смотрелось так же, как и было. Ну чо, если особо к рельефу не приглядываться, то под покрывалом нового бугра, считай, и не видно. Оставили сохнуть. Дверь закрыли и домой пошли.

А наутро обещанное открытие памятника состоялось. Да мы вот, жаль, в университете были. Так что не довелось нам увидеть лицо ваятеля, когда он весь народ конюшенный собрал – и в торжественной обстановке покрывало со скульптуры сдёрнул. Говорят, сильное было зрелище. Скульптор после этого даже пить на какое-то время бросил.

Очень страшная история

Поехали мы как-то в начале 90-х на гидробиологическую съёмку на Рязанскую ГРЭС, в небольшой городок. Коллега-зоопланктонолог, юная барышня-лаборантка Светлана, только из универа, и я. Днём приехали, заселились в гостиницу. Вариантов, как оставшееся время скоротать, было немного. Дело в том, что у меня сорвался маленький бартер – в прошлый приезд мне обещали новую электродрель отдать за спирт. Время тотального дефицита, кто помнит. Но обмена не вышло, и спирт остался при мне. Коллега же приехал прямиком из гостей, от тёщи, и был щедро укомплектован самогоном. Всё одно к одному. Поэтому вечер сложился предсказуемо.

Светлане, однако, быстро стало с нами скучно. Спирт и самогон она пить не привыкла, тем более в диких количествах, плоские тупые шутки наши ей тоже не нравились. Несколько раз попыталась она меня убедить, чтобы бросил я уже это безобразие и лучше погулял бы с ней по городу, а то одной вечером в гоповатом рабочем, по сути, посёлке как-то неуютно фланировать. Но куда там... В итоге плюнула она на нас, хлопнула дверью и ушла к себе.

Долго ли, коротко ли шло наше веселье, уже никто не понимал. Но наконец, подобрев и размякнув, вспомнили мы про Свету. Решили, что нехорошо вышло. Обиделась. Надо бы снова её позвать. Стучимся к ней в комнату – тишина. Стучимся громе – снова тихо. Колотились, кричали – нет ответа. И тут коллега вдруг глухим страшным голосом вещает:
- ВОТ! Неладное у нас. Светка одна ночью гулять в таком месте не сунется. Раз не отвечает – значит, беда стряслась. Это ты виноват! Отказался с ней гулять пойти. А у тёток в башке сам знаешь какие тараканы. Обиделась небось не на шутку, намылила верёвку да и повесилась на люстре. Вот и не открывает.

Ну, тут мы струхнули и давай уже со всей дури в дверь колотиться и орать. Прибежала дежурная, спрашивает, что это вы, товарищи учёные, тут безобразите, гостиницу нам разносите.

Поделились мы своими опасениями. Девушка в незнакомом городе ночью пропала из закрытого номера. Давайте дверь ломать!

Странно посмотрела на нас дежурная, подвела к окну – а там солнышко ясное светит. Полдень. Светка давно на работу ушла...

P.S. После жена коллеги, выслушав эту историю, прокомментировала её так. Отвратительный, говорит, вы народ, мужики. Тупые, наглые дебилы, а самомнение – выше крыши. Как это вы, даже в хлам пьяные, додумались-то до такого? Мало того, тут же сами и поверили, макаки. Погулять он с ней не пошёл... Ну да. Чем не повод повеситься.

О превратностях озвучения

То, что все наперебой вдруг принялись у нас:
- не говорить, а "озвучивать", отнюдь не будучи звукооператорами;
- все "я-вас-услышали", а не хрен собачий;
- у всех что-либо не просто "есть", а "на данный момент имеется в наличии" и т.д. и т.п.–
- невольно напоминает мне один давний мелкий эпизодик из экспедиционной юности.

Зашли это мы как-то на маршруте в одну деревню. И сунулся я наугад в какой-то дом. Не помню уже, то ли насчет провизии поинтересоваться, то ли просто узнать что-то. Хозяйка - простая, милая молодая баба, встретила приветливо, доброжелательно, пригласила сесть. Но всё же решила притом, однако, показать заезжему ферту, что тоже не проста, лыком не шита, изящной словесности не чужда. И скомандовала сынишке:
- Ну-ка, принести гостю стульчак.

Довелось мне, как преподу, поработать одно время по так называемой
программе "школа-вуз" - проще говоря, профориентация и агитация
школьников. Замечу, в далеко не худшем районе СПб. Обходил я школы,
встречался с директорами, выступал перед учениками. Детишки оставили
впечатление, как бы это сказать... маловменяемых, что ли. Особо
запомнился какой-то истерично ревущий, визжащий ком из их тел,
катившийся по коридору на манер "перекати-поля", но несравненно быстрее.
Ударившись об меня, жуткий шар с воем развалился, тут же собрался вновь,
вроде фрагментов раздолбанного жидкометаллического терминатора, и
покатился себе дальше. В первый момент я просто опешил, а затем вспомнил
знаменитую механическую тучу в "Непобедимом" у Лемма - ожившее злобное
скопление примитивных элементов. И это ещё когда было-то... С тех пор
ситуация в школах несоизмеримо ухудшилась.

Так что школьные учителя у меня прям какое-то благоговение вызывают, я
бы и получаса там не выдержал.

Я тут с девчонками на работе вспомнил, как впервые к ним пришёл ещё в роли консультанта. Несколько дней сидел с ними, ущербы рыбохозяйственные разбирали. И были у них ДР чьи-то регулярно. И меня барышни постоянно кормили конфетами и торты приносили! Вот я тогда и решился переходить сюда! Ещё бы - небывалое дело: тут девчонки не дразнятся, не обзываются, конфет не требуют. Даже наоборот - сами говорят мне разные хорошие слова и кормят вкусным! Подумал тогда - во какие хорошие!

Тут они, значит, эти мои ретроспекции грозно перебивают: мол, и что теперь!!!??? Оказались мы плохие, что ли??!! ААА??!!

Я струсил и забормотал: нууу... теперь вот уже и вкусным не кормят, теперь, наоборот, всячески дразнятся и сами конфет требуют... даже побить грозят!

А они мне хором: "ТАК ТО БЫЛА ДЕМОВЕРСИЯ!"

Сценка неизбежно проиграет в пересказе. Её, конечно, смотреть
надо, а не читать или слушать.

Обедаю в одиночестве в нашей офисной столовой. Сижу за длинным пустым
столом. Входит коллега, милая дама. Подходит ко мне, стоит рядом,
задумчиво смотрит. Потом со вздохом достаёт конфету и молча кладёт её на
стол, прямо перед моим носом. С улыбкой благодарю, беру
угощение. Слышу в ответ:

- Это моя конфета!

(пауза)

- И моё любимое место!

Как-то раз припёрся ко мне неизвестный студент с уже готовой,
престраннейшей "курсовой работой" - сплошной бред листках на десяти. И
потребовал её тут же принять. На вопрос мой, кто давал ему задание на
эту курсовую, объяснил, что никто. Он сам себе тему придумал и сам же её
реализовал. На следующий мой вопрос - почему же он тогда принёс её мне?
- брезгливо оглядел меня и тоскливо сказал: "так больше же некому...
остальные-то ещё хуже..."

Знакомая "кормилица" задумчиво сказала мне, пока подопечные наши бездомные котики обедали:

- Володя, обратите внимание. Вон детская площадка, на которую выходят Ваши окна. Рёв, мат и визг постоянно такие, что находиться поблизости без вреда для слуха и психического здоровья невозможно. И ничего, всех всё устраивает, детишечки, это святое, попробуй, сделай замечание – бешеные хабалки съедят с дерьмом.

А в этом доме "наливайка". Алкаши повсюду сидят, бродят, валяются в блевотине, гомонят ночами, дерутся, даже пытаются совокупляться на лавочках во дворе – ерунда, всё понять, всё простить.

Горожане-неофиты публично оправляются, мочатся прилюдно – ну и что, нормально, не будьте ханжами.

Мой сосед-гопник ночью с грохотом делает ремонт, спать не даёт всей парадной, и все соседи терпят, c'est tres joli – ну что Вы, будьте терпимее, человек благоустраивает своё жилище.

И только несчастных бездомных животных, которых сами же они и выкинули на улицу, терпеть не могут – их нельзя кормить, их надо убить, всё зло этого города и этого мира от них и от таких, как мы с Вами.

Ресторан, начало новогодней корпоративной вечеринки. Наши девочки меня
спрашивают:
- А вы сегодня выступать будете? Когда начинаете? Мы хотим посмотреть!

Подумав, честно отвечаю:
- Ну, выступать начинаю примерно после литра... И лучше вам этого не
видеть.

Знакомый диковатую историю рассказал. Остался он почему-то без зарплаты.
Всем выдали, а ему – нет. Пошёл он в расчётный отдел выяснять, в чём
дело. А расчётчица ему и отвечает возмущенно: "Ну, да, ну, забыла
начислить! Ну и что?! Подумаешь! Это же Ваша зарплата, вот Вы за ней и
следите!" Своеобразная шизофреническая логика в этом, конечно, есть...

Был у нас в горном старичок один, хоть и профессор, однако
непосредственный такой, простой - дитя природы. Да и в силу почтенного
возраста всё ему уже стало, какгрицца, фиолетово. То есть не шибко
обременял он себя разными там условностями.

Так вот, пришел он как-то перед 8 марта к секретарше кафедры, милой
молодой даме, и спрашивает: "а ты не знаешь, кому на баб деньги
сдавать?"

Это мне один водолаз рассказал, из "Памяти Балтики" (слышали или читали
о них, наверно: они разыскивают затонувшие суда, поднимают их,
реставрируют – от шведских галер до боевых кораблей Второй мировой).

Вот работает как-то один их коллега, водолаз, на затонувшем судне. Связь
с катером двойная – по радио и через сигнальный трос. Шурует он там
довольно долго. И притом радиосвязь почему-то всё хуже, невразумительнее
становится, хотя подергивания сигнального "конца" вполне адекватные:
всё, мол, ништяк, работаем. А потом он и вообще отвечать перестал. И
вдруг говорит странным, заплетающимся голосом: погружайте, мол, дублёра,
пусть иллюминатор к шлему запасной захватит. А то я свой разбил...

!?!?!?

У всех волосы дыбом! Срочно готовят дублёра! Он спешно погружается. И
выясняется, что тот, первый деятель просто нашёл на затонувшем судне
ящик водки. Затем в какой-то каюте обнаружил под потолком воздушный
купол. Втащил туда ящик. Отвинтил у шлема иллюминатор. И бухал там, пока
после очередной дозы свой иллюминатор в воду не выронил…

Конечно, враки это, скорее всего. Нет, бухают-то водолазы, как теперь
принято говорить, не по-детски, но в таком воздушном куполе шлем
разгерметизировать – полагаю, пойти на это ни один алкаш всё же не
рискнет, даже самый забубённый. Но если и придумано, то неплохо, на
байки водолазы тоже большие мастера.

Умеет же у нас народ сформулировать, ох, умеет...

Дело было во время моей последней полевой практики в Вырице, жарким летом. Шли мы как-то раз с группой студенток по берегу реки Оредеж на экологическую экскурсию. Были на мне цветастые шорты и жилетка с карманами, почти как у Онотоле. Краснела обгорелая физиономия. Чернели очки-хамелеоны...

А на берегу расположились с бутылкой какие-то местные алкаши. Один из них лениво поднял голову, не торопясь, осмотрел меня, моих юных подопечных и вдруг громко спросил:

- Эй! Плохиш! А ты куда это пионЭрок повёл, ААА?

"Россияне постепенно становятся господами"
http://news.rambler.ru/12346565/

Ага. Всё верно. Вот не далее, как 31-го декабря, я как раз подходящую
сценку видел. Пожилой паре не понравилось, что на пешеходном переходе
водитель прямо перед ними остановился на "зебре". И действительно,
такого хамья полно. Но это-то ладно, это что... Они ж его тут же стали
наказывать! Сперва ногами помяли ему дверь и крыло. Тут водила выскочил
- смотрю, лет 35, здоровый мужик. И подумал я - ну, всё, пришёл деду
конец. Однако лишний раз убедился, что в драке побеждает самый
е..нутый, а отнюдь не наиболее сильный. Дед сходу разбил оппоненту
физиономию и, когда тот согнулся, несколько раз гулко пробил ему по
голове и по лицу ногой и кулаками. И с матом погнал обидчика, направляя
пнями и тычками, прочь от его же собственной машины.

Пока я уходил, они всё так и удалялись, сзади же бежала бабка и яростно
выкрикивала избиваемому мужичку, что они его номер машины запомнили и
ему теперь - кердык.

Не дай Бог, чтобы в поверье "как Новый год встретишь - так и проведёшь"
закралась хотя бы доля истины. Потому, что ровно в 24:00 31-го декабря,
с боем курантов, дверь моя содрогалась от ударов господина
соседа-алкоголика. Он - больной старик, глух и нем, электрических
звонков не признаёт, с реальностью не очень-то дружит. Дома ему выпить,
видимо, не дали, вот он и колотился во все двери, томимый жаждой.
Объяснять ему что-либо бесполезно, бить такого - рука не поднимается.

Для пущего эффекта всё это дело сопровождалось ещё и разрозненным
хоровыми воплями пьяных господ-россиян-гастарбайтеров, без меры
набившихся праздновать в соседнюю квартиру, которую снимают их собратья.
Звать господинов-полицейских в этой ситуации никакого смысла не имело...

В общем, аффтыр кругом прав. Кругом господа, ёптть.

У нас в университете на 3-м курсе был анекдотический,
невероятный случай. На лабораторных (по физике, если не путаю) приятель
мой долго не мог осилить одну работу, даже впал к преподше в немилость.
Она заподозрила издевательство и саботаж, поскольку вообще-то парень был
явно неглупым. Просто предмет ему не давался. Он, собственно, скорее
гуманитарием был по складу ума, а не естественником (и сейчас, кстати,
нашёл себя - английский преподаёт и очень доволен). Но я отвлёкся.

Так вот, наконец-то, кое-как вымучил он эту работу, записал результаты
и, сам в них сильно сомневаясь, неуверенно пошёл за своей мучительницей.
И в это время один "юморист" из соседней группы подбежал к его тетради и
вывел внизу крупными синими буквами самое короткое и распространённое
плохое слово. Вскоре приятель вернулся c преподшей, предъявил ей свою
раскрытую тетрадь и, не заглянув туда, сказал ей ясным, чётким, громким
голосом буквально следующее: посмотрите, пожалуйста, вот, собственно,
всё, что я могу Вам предъявить.

И, видя, как вытягивается её лицо и круглеют глаза, доверительно
сообщил: ну нет у меня никакого другого ответа на Вашу задачу...

Так она ему в итоге и не поверила, что вообще-то всё планировалось
иначе. Сдавал очень долго.

Один знакомый разволновался вдруг, сокрушается:

– Ну не дурак ли этот Перельман, а? Ну и лох! Ну конкретный же дебил,
придурок законченный! От таких бабок отказался! Эх, мне бы предложили
этот миллион! Ну, уж я бы не растерялся! Уж я бы им классно
распорядился! Да я уже всёёё продумал! Перво-наперво, значит, купил бы
я…

Тут я ему и говорю:

– Так за чем же дело стало? Давай по-быстренькому докажи гипотезу
Пуанкаре, и в кассу с рюкзаком!

Он удивился, поперхнулся. Да так возмутился, аж взревел:

– Гипо… Чегоооо?

Псевдофекалии

Несколько лет тому назад сдавала мне одна студентка экзамен, тогда – ещё
устный. Надо сказать, что изо всех лекций была она на
одной-единственной, да и там сразу же заснула. И проснулась только один
раз, случайно, очень ненадолго, когда речь у нас шла о каких-то
второстепенных вопросах экологической физиологии. В частности – об
образовании псевдофекалий. Есть у некоторых животных (например, у
двустворчатых моллюсков) такой экономичный способ избавляться от
излишков потреблённой пищи сразу же, ещё до начала её переваривания.
Потому и "псевдо", а не просто фекалии (которые, как всем известно,
являются отходами, остающимися уже после усвоения пищи). Вот эти самые
"псевдофекалии" она случайно и запомнила. Вернее, запомнила-то она
только звучание термина, а смысл его тоже остался загадочным. И больше в
её памяти, видимо, вообще ничего не отложилось. Возможно, новое
непонятное слово заняло всю "оперативку"…

Сами знаете, устный экзамен – это не новомодные тесты, тут матрицу с
правильными ответами заранее не добудешь и у соседей не спишешь, так что
вся дурь твоя становится сразу же видна. В общем, трудновато ей было с
таким скромным багажом знаний выдерживать опрос по всему курсу. Однако,
как это нередко бывает в таких случаях, держалась она весьма
самоуверенно, даже агрессивно, и на любые вопросы пыталась отвечать, так
или иначе оперируя псевдофекалиями. Было это очень смешно и грустно.
Жаль, в пересказе получился бы не тот эффект: чтобы полностью
прочувствовать и оценить ситуацию, нужны некоторые специальные знания… В
общем, закончился наш диалог так:

………….
П.: Ладно, последняя попытка. Может быть, Вы все-таки ну хоть
что-нибудь, хоть чуть-чуть, да знаете, а? Ну, скажите хотя бы, как
происходит антропогенное эвтрофирование водоёмов?
С. (угрюмо молчит)
П.: Ладно, упростим вопрос. Почему происходит так
называемое "цветение" воды? Чем вызывается массовое развитие
сине-зелёных и водорослей, которое мы часто наблюдаем летом, например, у
берегов Финского залива, на мелководье?
С. (молчит, с ненавистью глядя исподлобья на изверга – "препода")
П.: Ну, так какие же вещества поступают в водоем с водосборной
территории, заставляя водоросли бурно расти и размножаться?
С. (молчит, криво усмехается, глядя в пол)
П.: Да ведь те же самые, что используются для ускорения роста
высших растений. И входят в состав удобрений, которые Вы применяете
у себя на огороде! Какие же биогенные элементы обязательно имеются
в составе минеральных удобрений?
СуперФОСФата, например? Или аммоФОСки?
С. (молчит, передергивает плечами, шумно и нетерпеливо вздыхает,
красноречиво закатывает глаза: мол, сколько же можно, долго ли ты, гад,
будешь тут ещё надо мной издеваться?)
П.: Да ведь Вы сами побывали на крупнейшем предприятии, где
изготавливаются минеральные удобрения. На реке Луге. Около города
Кингисеппа. Мы туда со всей вашей группой приезжали на экскурсию,
помните? Сразу же после первого курса! Ну же!
Как это предприятие называется?
С. (вызывающе): Ну, типа "Фосфорит", что ли?
П.: Ну, наконец! Хоть что-то… Итак, "Фосфорит". "Ф-О-С-Ф-О-Рит"!
Видите, даже название его – говорящее. Так что же поступает в воду,
вызывая "цветение" фитопланктона?
С.: (с явным недоверием): Неужели псевдофекалии?!

Есть только путь

В студенчестве зашёл я как-то за своим приятелем, студентом-медиком, к нему на кафедру, где он подрабатывал лаборантом. И неожиданно разговорились мы с их заведующей. По ходу беседы заинтересовалась она моей сумкой-планшетом, понравилась. И попросила разрешения на неё посмотреть изнутри. Открывает – а там у меня только початая бутылка водки, два стакана, огурец и пачка "Беломора". Посмотрела она на меня с удивлением и спрашивает:
- Эээ... Вы что, алкоголик? Ну у тебя и друууг... (приятелю моему).
- Ну что Вы – отвечаю, – помилуйте, сударыня, к спиртному я совершенно равнодушен, практически вовсе не употребляю.
- Н-да? – скептически ухмыльнулась завкаф. – А зачем же тогда такой набор с собой таскаете?
- А это я, знаете ли, следую наставлениям самураев. Хагакурэ там, бусидо, панимашь и тэдэ. "Даже если меч понадобится один раз в жизни, носить его нужно всегда".

Извините, совершенно необходимо небольшое вступление. Я много лет изучаю
зообентос – водных беспозвоночных животных, живущих на дне. И вот
почему-то так получается, что все знакомые мне специалисты по
зообентосу, во-первых, ярые фанаты своего дела, во-вторых, просто
обожают горячительные напитки. Нет, и те, кто занимается, допустим,
планктоном, тоже, конечно, выпить не дураки. Но вот чтобы так, как
специалисты по зообентосу – это вообще редко встретишь. Ну, всё, можно
начинать.

Рассказывали мне про одного коллегу, большого знатока и любителя по
части и зообентоса, и выпивки. "Любителя" – в смысле, не дилетанта, а
наоборот, любящего своё дело профессионала. Дело было в одной
экспедиции, где герой повествования как-то в очередной раз жесточайшим
образом набрался. Проделал он это ночью, в одиночестве, без помех, когда
прочий личный состав мирно спал после тяжелого трудового дня. И вот за
полночь из палатки выползают две барышни - видимо, по каким-то своим
надобностям. И надолго столбенеют от представившегося им совершенно
неожиданного, сюрреалистического видения.

Полнолуние… Ясная, волшебной красоты ночь. По озеру тянется от берега
восхитительная лунная дорожка. И сидит, значит, в озере, у бережечка, в
этой самой лунной дорожке, наш знакомый, голый, по грудь в воде. Пьяный
в дымину. Погружённый в себя. Наблюдателей, видимо, не замечает.
Медленно, прочувствованно черпает горстями вязкий, вонючий прибрежный
ил. Льёт его себе на голову. Блаженно улыбается. И со стоном наслаждения
произносит: "как хорошо… как много зообентоса!"

Был у нас в вузике старичок один, хоть и профессор, однако бывший шахтёр, непосредственный такой, простой и решительный. В общем, не шибко обременял он себя разными там условностями. Однажды назначили нас с ним зазывалами – окучивать программу по профориентации и привлечению школьников-абитуриентов. Проводили мы разные мероприятия в школах.

И вот как-то раз пришли к нам школьные директора. Встречаем мы их в холле, чтобы развести по аудиториям. Дамы в основном сельского габитуса, в непременных шубах, решительные, свирепые, как на подбор. Сразу видно, что без устаревших предрассудков и комплексов, с хрустом прошли по головам своих менее отчаянных товарок – к рынку, тсзть, готовы.
Но профессор этот умудрился здорово смутить даже их. Оглядев их по-хозяйски, как тов. Сухов гарем, гаркнул:

- А ну-ка, бабоньки, живо, кто откуда? Ща мы вас всех оприходуем, кого куда! Вовка! А ну тащи разблядовку!

Кошку Дуську подобрали в садоводстве осенью в диком, непотребном, зашуганном состоянии. Живёт она у меня уже полгода. Вылечилась от многочисленных ран и болячек, отъелась, подросла, очень похорошела. И всё это время исключительно упорно, с живейшим интересом осваивает всё то новое, что её теперь окружает. Более того, прямо скажу - методично, целеустремлённо изучает язык. Когда ей что-то объясняешь, от усердия понять морщит лоб и шевелит ушами.

Достигла колоссального прогресса. Усвоила множество слов, причём совершенно адекватно на них реагирует, демонстрируя полное понимание. Твёрдо уверен, что сейчас у неё словарный запас уже гораздо богаче, чем у ЕГЭ-студентов - с мозгами, забитыми рекламой, всяческими интернами и домом-2, разрушенными вдыхаемым клеем, денатурировавшими от сильнейших акустических воздействий из наушников.

А уж тяга к знаниям, любознательность, обучаемость - и вовсе не сопоставимы, тут Дуся лидирует с колоссальным отрывом. Кроме того, у неё обнаружилось великолепное чувство юмора, она оказалась доброй, благодарной, интеллигентной и тактичной.

Если бы мне довелось выбирать, кому преподавать - я выбрал бы котов, не задумываясь.

Рассказ от непосредственного участника событий, достоверность –
абсолютная.

Во времена, когда красная икра не шла ещё за деликатес и свободно
продавалась на вес, поехали молодые офицеры на Ладогу, на рыбалку, с
ночёвкой. Разумеется, взяли с собой водки да вин, закусок разных, в их
числе – и красной икорки, завернутой в бумагу. Пока приехали, пока
лагерем стали, основательно стемнело. Сели ужинать у костра. Выпивали
всласть, закусывали. Дошло дело и до свертка с икрой. Нашли её уже почти
на ощупь, открыли, да всю под водку и приговорили. И довольные спать
легли.

А на рассвете из палаток выбрались, снасти приготовили, наживку, достали
и пакет с мотылём. Развернули – а там вместо мотыля-то икра красная,
целёхонькая. А от мотыля – одна бумажка с вечера осталась…

Заставить кошку сделать что-то против воли очень трудно, если вообще
возможно…

Моя Машка ещё котёнком пришла с улицы и села перед нашей дверью: молча
поставила перед фактом, что будет тут жить. И зашла, и стала жить. И всё
бы хорошо, но очень туго шло приучение к туалету, то и дело бывали
досадные сбои. И вот, когда она в очередной раз не там оправилась, я ей
как-то сдуру под горячую руку сказал: ну, всё, мол, раз ты плохая такая,
так иди обратно жить на улицу, и дверь распахнул. Думал, что
проникнется, задумается, исправится. Так она тут же пулей вылетела на
лестницу и, горестно завывая, кубарем кинулась вниз!

Пока я схватил куртку, влез в ботинки и бросился за ней, её и след
простыл. Ноябрь был, валил мокрый снег. Я три дня окрестности обходил,
охрип, пока звал её, все окрестные подъезды обшарил, в подвалы лез. А
нашла её случайно соседка: забилась Машка под гаражи и приготовилась там
умирать. Застудилась, потом долго болела...

В общем, чувство собственного достоинства у них потрясающее. И если
будет нужно, кошка действительно, без преувеличения готова за него
погибнуть. Необходимо это учитывать в общении с котами! Я их уважаю
гораздо больше, чем собак.

Не скажу ничего особо нового, но после криминальной революции приличные люди в большинстве своём куда-то исчезли. Кто опять удрал от всего этого кошмара, кто с голода умер, кто переродился и приспособился. И вследствие этой умело проведённой селекции вдруг воспряли, всё заполонили и начали диктовать свои правила те, кто ранее-то сознавали своё убожество и прятались в подворотнях. Особи совершенно иного биологического вида, живущего по иным этологическим законам.

Должен сказать, что раньше я их поведения вообще не понимал. Совсем. Все эти их мерзкие выходки, гримасы и пакости казались мне совершенно иррациональными и нелепыми. Но вот завелся у меня в доме маленький кошачий прайд. Стали котейки постоянно выяснять, кто из них круче. И тут, как в диснеевском мультике, проявились легко узнаваемые черты простых постсоветских человеков. И многое в их поведении стало более понятным.

Вот, например, кошка Фрося разлеглась в коридоре и с наглой физиономией нарочно не пропускает кошку Дусю к туалету. О, да я же эту сцену только что где-то видел. Ну да - не далее, как вчера один интеллектуал передо мною весьма похоже оттирал задницей другого, пытавшегося протиснуться мимо него к переходу-"зебре".

Вот котейка важно развалился в проходе, раскорячился и вылизывает себе промежность, пытаясь занять как можно больше места и потеснить сотоварищей. Да я же рядом с таким субъектом только что в метро сидел. Он свои копыта раскинул так, будто у него яйца как минимум бычьи, аж три места занял. Вот только физиономия у того была тупая и гнусная, в отличие от кота.

Вот Дуська бежит, пытаясь первой занять место на стуле, оттеснив и обогнав своих пушистых конкурентов. Ну, это-то в каждой маршрутке увидеть можно, да и в офисе такие сцены у молодых - не редкость.

Только у котеек это выглядит мило и забавно, они же не подлые, с них и спроса нет. А вот у раскрепостившихся сограждан всё это смотрится тошнотворно. Однако уже стало нормой.

В преподской флудилке в "Контакте" рассказывает коллега, Виктор
Горбатов:

Сегодня на кандидатском (!) экзамене по истории и философии науки.
Разговор идет об абстракциях и идеализациях в научном познании. Аспирант
упрямо трактует "идеальное" как "очень хорошее".
- Приведите пример научной идеализации.
- Не могу...
- Ну вспомните, например, что такое "идеальный газ".
- Это, наверное, очень хороший газ. Его можно задорого продать.

Доверчивый человек в компании – это большой для неё соблазн. А для молодёжной компании – и вовсе непреодолимый. В детстве и юности моей был у нас в компании такой парень, Андрюхой звали. Верил он абсолютно всему, если говорилось это с серьёзными рожами. И никакой предыдущий опыт его от этого отвратить не мог. Соответственно, изощрялись мы, как могли.

_____

Будучи школьниками, занимались мы во Дворце пионеров в клубе биологов. Хорошо там было дело поставлено. Например, летом ездили мы в экспедиции в разные заповедники. Однажды оказались в Черноморском, в степях Херсонской губернии. И вот идём как-то по выжженной солнцем степи, растянулись колонной. Жарко, устали все, плетёмся медленно, вяло беседуем. Андрюха, как самый хилый, последним плетётся. А мы треплемся с начальником партии (я у него заместителем по научной работе числился – всё было по-взрослому). Командир, косясь на Андрюху, затевает стёб, обращается ко мне:

– Слышь, а тут Степные Медведи есть?

Отвечаю: конечно, мол, тут они и должны как раз быть, заповедник же.

Андрюха вяло сопротивляется троллингу:

– Да ладно вам гнать-то... Нет таких медведей вовсе.

Вся группа довольно правдоподобно удивляется наперебой.
– Да ты что, совсем за литературой не следишь?
– Эх, ты... а ещё на биофак собираешься.
– Не так давно это вид описан, эндемики этого заповедника.
– Встречаются редко.
– Прячутcя ловко.
– А кровожаааадныыыееее... А свиреееепыеееее... Это что-то.

Под таким напором Андрюха постепенно ведётся. Пугается. Но вида старается не показать. А мы продолжаем своё:
– На людей нападает, гад. Человечинку сильно любит.
– Ага! Вот если, к примеру, колонна какая идёт, так он непременно – следом, а потом подкрадывается сзади, бац! - глушит последнего лапой и утаскивает.

Несмотря на жару и усталость, Андрюха вдруг активизируется. Обливаясь потом, перебегает в начало колонны, обгоняет начальника, угрюмо становится первым. А мы продолжаем травить.
– Ну да. Или же на первого в колонне. Ему ж пофиг, с какой стороны, лишь бы крайнего ухватить.

Андрюха кидается назад, распихивает всех плечами, забивается в середину, затравленно озирается. Кто-то не выдерживает, давится и хрюкает первым. Всеобщий ржач...

______

Собрались как-то поехать компанией в Сосново. Встреча назначена на Финляндском вокзале, в здании. Мы с двумя корешами появляемся первыми, коротаем время, проходим к перронам. Смотрим – на Сосновское направление ждёт посадки на электричку морская пехота. Много, около роты. С оружием, с выкладкой. Покрутились мы, поглазели, пошли обратно. Очередная гнусная идея созрела мгновенно, деталями обросла минуты за две. Ждём. Подтягиваются остальные. А вот и Андрюха. Все в сборе. Начинаем травить.

– Даже не знаем, ехать ли туда. Дед Игнат-то ещё бушует. Не замочил бы нас.

Народу такое не впервой. Кто позже подошёл и не в теме, те сперва удивлённо смотрят, но затем живо соображают, что к чему, на ходу cхватывают. Сперва молчат и слушают, а потом и подыгрывают. А пока тему развиваем мы, зачинщики.

– Да, кучу народа уже завалил, передавали сегодня, так и нет на него управы никакой.

Андрюха настороженно интересуется – что за дед-Игнат-то такой?

Возмущению нашему нет предела. Кто не в теме, помогают эмоционально – матерятся, издают изумлённые возгласы, переглядываются – как же так, мол, можно, про деда Игната – и не знать?

Объясняем, что дед Игнат, живущий в Сосново – феномен, невероятный долгожитель, последний живой участник Куликовской битвы и всех последующих знаменательных событий отечественной истории. Отличается редкостной физической силой, исключительным здоровьем и, вероятно, вообще бессмертен. Но о нём только в специальной литературе пишут, стараются зря не афишировать, чтобы зазря общественность не будоражить. Так-то он ничего, миролюбивый. Считался безопасным.

Но вот, говорят, на днях вдруг взбесился – осерчал, завёлся с чего-то. Да так, что всем соседям навалял. Но не угомонился на этом, а только распалился ещё пуще, частично перебил, а частично просто сильно отметелил почти всех жителей не только Сосново, но и окрестных посёлков. И никакого сладу с ним нет – ментов всех разметал, воинские части окрестные на него бросили – так они их все одной левой уконтрапупил. В Сосново – чрезвычайное положение, туда со всего гарнизона войска перебрасывают, десант – с воздуха, а морпехов пока электричками возят. Вот-вот всеобщую мобилизацию объявят.

Андрюха отсмеялся, говорит – дааа, ну и мастера вы баланду травить, опять же всё вы мне врёте, гады.

А мы и не возражаем – брехня, конечно, быть такого не может! Да только мы-то что, мы ж только слухи повторяем – кто-то их понапрасну распускает, зря только весь Ленинград взбудоражил.

С этим словами мы, значится, выходим из вокзала. И видим на перроне с табличкой "Сосново" всю эту морпеховскую роту. Немая сцена. Наши, до кого дошло наконец, в чём прикол, стоят, губы кусают, чтобы не заржать. А Андрюха серьёзно так осмотрел всё это, нахмурился и говорит:

– О, мужики, я же и забыл совсем. Я с вами поехать не могу. У меня ж дело срочное!

Запомнилась одна забавная сценка у книжной полки. Гость видит на ней
несколько толстых томов дореволюционного издания с золочёными обрезами,
спрашивает хозяина:
- Даль?
Ответ:
- Брэм.
Второй гость:
- Мужики, вы чего это ваще такое щас сказали?

Краткий курс фармакологии и токсикодинамики

Довелось прослушать интересную, лапидарную лекцию по токсикодинамике. Зашёл в ветеринарную аптеку за лекарством для кошки. Высмотрел нужное, но захотел кое-что о нём уточнить. Спрашиваю у барышни-фармацевта, юной, очень симпатичной и улыбчивой: а какой там, мол, механизм токсического действия? Ответила она бесподобно:

- Ну, ты, короче, прикинь... ой, извините. Ну, смотрите: вот оно действует на блох там разных, ну, на других всяких сикорашек, ну, как их... Короче, как бы сигнал им посылает такой, что пора бы им того... ну, ты понял! Ой, извините. Ну и всё, тут и пипец им, короче.

Знакомые преподы-физики пишут, что на экзаменах узнали о существовании
греческих литер "кака" и "блямда".

Были мы в студенчестве моём на Белом море, на летней практике. Жили на острове, в бараке. Преподы на втором этаже, мы – на первом. И каждый вечер шла у нас пьянка. А потом припасы наши кончились. Ближайший магазин – на Большой земле, туда судёнышко изредка ходит. Вот и отправили мы на нём делегата с деньгами и авоськами – закупить чегонить пожевать, а главное – чтобы горючего, горючего-то взял побольше. И преподы тоже за харчами собрались. Но им наши буйные пьянки-гулянки к тому времени уже здорово надоели. Оно и понятно – им же хотелось не за нами следить, а самим спокойно бухнуть. Поэтому они в магазине глаз с нашего засланца не спускали, так и ходили за ним следом, караулили, чтобы он чего спиртного не купил. Так и не удалось ему отовариться. Хорошо, улучил он момент и мужику знакомому с нашего острова деньги сунул – тот нам водки потихоньку и взял. И тоже на остров обратным рейсом вернулся, вместе с нашим фуражиром и преподами. А эмиссар наш гордо продемонстрировал преподам купленные пряники да конфеты.

Теперь, значит, задача – как горючку у мужика из деревни забрать и незаметно в барак доставить. Преподы-то нас ой как хорошо знали, чуяли подвох, на стрёме были. Всех, кто с сумками в барак заходил, останавливали и шмонали. А дело уж к вечеру идёт... Пригорюнились мы. Как же так, и водочка есть, и близко, и наша – а никак её не взять. Опять же, надолго ли у мужика того терпения хватит, на такое наше богатство-то любоваться? Ведь позарится он, рано или поздно...

И тут меня осенило. Взял я здоровенный бидон сорокалитровый, с которым мы за водой ходили, да и пошёл, будто к роднику. А сам – боком, боком – и в деревню. Забрал у мужика бутылки, каждую обмотал полиэтиленом, в бидон их засунул. Дошёл до родника. Бидон водой залил, на горб взвалил и, пошатываясь от такой тяжести, в барак поплёлся. А в окне второго этажа, уж вижу, начальник практики торчит, как кукушка из часов – окрестности озирает, меня поджидает. Увидел – и бегом вниз. Встречает в дверях, ехидно улыбается. Ну – говорит – колись, куда ходил? Я – дык вот, вот она, водичка-то родниковая, полный бидон. Хмыкнул он недоверчиво, приподнял бидон, покачал – да, тяжёлый, и стекло не звякает, бутылки друг о друга не стучат. Застёжки с крышки снимать не стал, так пропустил.

Через час спустился он к нам на этаж, хотел что-то про планы на завтра сообщить – и глазам не верит: все уже в зюзю бухие, за столом сидят с красными рожами, весёлые, матерную песню горланят. Он прямо опешил, только и спросил: - КАК...? И обратно ушёл.

А у нас уж дым коромыслом, и всё нам пофиг. Долго ли, коротко, но коснулся разговор одной студентки нашей – девчонки вроде бы и неплохой, но уж оооучень страхолюдной. (Забегу вперёд: она потом специально на дальнюю северную метеостанцию распределилась, где уж наверняка одни мужики - и попала, бедняга, в маленький, сугубо женский коллектив, сформировавшийся по этому же самому принципу сплошь из её таких же товарок по несчастью). И вдруг говорит один из наших, размякший и подобревший: а вот жалко мне её, мужики, ей-ей, жалко. Она ведь никогда не то что... это самое... она ведь даже "его" живьём не увидит. Это ж разве жизнь? Так давайте мы её пожалеем, штоле?

Тут и самые пьяные встрепенулись, согдрогнулись – ибо уж очень страшна была эта особа, и нет в природе такой дозы, после которой на этакий подвиг сподобишься. Ты чего же это – говорим – совсем уж допился, брат? Офигел? Что предлагаешь-то, сам подумай! Вот сам и "жалей"! А парень этот только усмехается – да нет, нет, мол, мужики... не так вы меня поняли, на такое-то и впрямь никто не решится, сколько водки ни стрескай. А давайте мы того... ну, пока в кураже... просто покажем ей! Все вместе, во! Это ж будет ей на всю жизнь воспоминание. Да вон она, гляньте в окно – как раз в туалет пошла.

И до того был народ наш уже хорош, что предложение это показалось нам очень даже дельным, вполне себе гуманным и альтруистичным, и в чём-то даже жертвенным и благородным. Сказано – сделано. Накатили мы ещё, высыпали наружу гурьбой, подошли к покосившемуся туалету "типа сортир", встали в шеренгу – и все пятеро разом вытащили. Стоим, значит, как перед психической штыковой атакой, строем, с оружием наперевес. Ждём.

И вот медленно открывается дверь туалета – и выходит оттуда... начальник практики.

Стал он как вкопанный. Медленно нас оглядел. Выматерился.
Головой покачал. Рукой махнул. И пошёл восвояси.

Меня что искренне поражает, это вот такое новшество последних лет: если
уж студент соизволяет милостиво заявицца на экзамен, то уж он уверен,
что потрясенный такой милостью препод должен устлать путь его цветами,
самого триумфатора осыпать розовыми лепестками, да и вообще проникнуцца
оказанной ему, преподу, милостью. И не задавать дурацких бестактных
вопросов, а сразу же преподносить законно причитающуюся пятерку.

Мне так один мальчег и сказал довольно вызывающим тоном, развалясь на
стуле и шариковски ухмыляясь: а чойта Вы, мол, типа тут меня прям как бы
допрашиваете? ("Уж больно вы меня ущемляете, папаша").

Завидев обыденную процедуру мирного экзаменационного собеседования,
полгруппы разом устремляется к выходу: ужос, халява не катит,
издевательство какое!

Ещё из нашей постоянно обновляемой коллекции студенческих высказываний
(группа "Преподы России" в "контакте")

Наталия Руденко

"экзамен по безопасности жизнедеятельности вопрос: классификация средств
индивидуальной защиты ответ: противогазы, руспиратуры и ватно-марлевые
прокладки "
___
Марьяна Деканова

"среди славянских союзов племем чудесным образом появились "кривляне"

"название государства "Киевская Русь" происходит от имени корабля
викингов"
___
Ксения Токтонова

"На последнем семинарском рассматривали тему "Революция1905-1907 гг. в
России". Зачетная неделя, поэтому появляются на занятиях и вызываются
отвечать самые одаренные. Отвечает молодой человек. Прошу его уточнить
события по датам. Он: "Кровавое воскресенье было 9 числа, в честь
годовщины победы в ВОВ".
___
Екатерина Романова

"... сочинение писалось по произведению "Война и мир", мелких перлов там
было много, но один запомнился на всю жизнь: "... Самым отрицательным
персонажем был главнокоммандующий немецко-фашистких войск Наполеон..."
___
Сайяр Утяганов:

Вопрос: "Что колеблется в колебательном контуре?"
Ответ (после заминки): "Ну... сам контур и колеблется"
Уже на засыпку: "И как колеблется слева направо или сверху вниз?"
Ответ (заминка подлиннее) "Ну... смотря как поставить".
___
Игорь Смольянинов:

Спрашиваю у студента, который заваливает экзамен по электричеству.
Я: Какой ток течет у тебя дома в розетке ПОСТОЯННЫЙ или ПЕРЕМЕННЫЙ? :)
Студент уверенно: Конечно ПОСТОЯННЫЙ!!!
Я :(: Почему?
Студент: Так он же там ПОСТОЯННО есть!!!
___
Я:" В чем измеряется СИЛА ТОКА?"
Студент довольный, уверенно отвечает: "Ну конечно в НЬЮТОНАХ, это же
СИЛА!"

И ещё одно больничное воспоминание. Немногословный сантехник, уже
известный нам укротитель коварного доктора-пункционера, получил в нашей
палате прозвище "Матрос". Дело в том, что он выпросил у медсестёр старую
грелку, вечерами наполнял её горячей водой и подкладывал на ночь под
свой исколотый зад. И вот как-то за полночь проснулись мы от его
истошных криков. Совершенно неизбежный мат на этот раз перемежался
криками "Тону!" и призывами о помощи. Проснувшись наконец и сам,
водопроводчик показал нам лопнувшую грелку, мокрую простыню и рассказал
о своём страшном сне. Привиделось ему, что в бурном море погружается он
в пучину вод вместе со своей дырявой лодкой. С тех пор иначе, как
"Матрос", к нему и не обращались.

Со временем, пообвыкнув в обществе, Матрос потихонечку начал принимать
посильное участие в наших беседах. Более того, даже и сам рассказал
несколько историй. Одна из них произвела на нас яркое впечатление.
Пытаться воспроизвести её от первого лица – немыслимо. Густо замешанная
на матерщине, междометиях, мимике и жестикуляции, в письменном изложении
она выглядела бы совершенно дикой и бессвязной. Придётся ограничиться
сухой фабулой, которую мы в своё время с трудом извлекли из густых
непристойных напластований.

Итак, однажды Матрос явился домой, получив за свою работу довольно
непривычное, по советским временам, вознаграждение. Благодарный клиент
почему-то оделил его литровой бутылкой замечательной Посольской водки,
недоступной простым смертным. Предвкушая наслаждение и глотая слюну,
Матрос свинтил пробку и взялся наспех сооружать закуску. И тут раздался
телефонный звонок. Другой клиент, постоянный и щедрый, да ещё и живущий
неподалёку, попросил его срочно зайти к нему по какой-то сантехнической
надобности. Посулил хорошее вознаграждение. Тихонько матерясь, Матрос с
сожалением отставил вожделенную бутылку и побежал на халтурку.
Быстренько отделался, получил мзду и поспешил назад домой. Снова
добрался до заветной бутылки Посольской. Приготовил закусь. Налил
стакан. С чувством, со смаком, с расстановкой принял его, приготовился
привычно морщиться от злобного сивушного запаха – и замер в недоумении.
Сивухой-то – не воняет! Да и вкуса мерзкого нет! Прошёл стакан-то так
легко, как будто в нём была… ВОДА!!! Ааа!! Да это же и была она –
вода!!! Какой облом!

Матрос стал яростно соображать, кто же мог устроить ему такую подлянку.
Клиент? Да нет, не похоже, он проверенный, да и живёт по соседству, и
ещё не раз обратится… Тогда – кто? И тут его осенило! Жена, падла!
Больше некому! Пьянку мужнину она, мягко говоря, не одобряет. Значит, он
–за дверь, а жена водку– в раковину, а взамен в бутылку – воды! А
теперь, гнида, притворяется спящей, ишь, завалилась на кровать в
соседней комнате! Ну, всё! Щас будем карать!

Ураганом ворвавшись в спальню, Матрос яростно стащил жену с кровати на
пол и начал избивать ногами, вымещая всё своё горестное разочарование.
Для отвода глаз хитрая жена изображала полное непонимание, спросонья
верещала, взывала к милиции. Но преступление её было слишком свежим и
страшным, никакой пощады ей не полагалось.

И вдруг на очередной минуте экзекуции Матрос почувствовал, что его…
хмель забирает! Приостановив воспитательный процесс, он прислушался к
своим ощущениям. Никаких сомнений, пьянеет Матрос! И понял он, что не
вода была в бутылке, ох, не вода. Ну не знал человек, какая она бывает и
как пьётся, водка-то хорошая…

Под конец я всё-таки процитирую Матроса. Ибо этой фразой он добил нас
напрочь и, удивлённо озираясь, силился понять, почему это, собственно,
все так бурно ржут. Вот что сказал Матрос своей невинно пострадавшей,
кряхтящей от побоев супруге, помогая ей подняться с пола и бережно
отряхивая:

"Извини, дорогая! Ну, ничего! Спи дальше!"

Пришлось побывать вчера у стоматолога. Располосовали десну основательно, кровища льёт. А мне и невдомёк, наркоз-то ещё действует. Иду это себе пешочком домой, только удивляюсь, чтойта вдруг некоторые гражданки на меня косятся, а то и в сторону шарахаются. Да и мужики как-то настороженно взирают... Ну, да и наплевать.

Получил заодно по пути в "Озоне" японскую мини-ножовочку, размером и форматом с нож. Поймал дикий взгляд сотрудницы ПВЗ, но уже не очень-то и удивился – видать, попривык по пути. Вскрыл пакет, а ножичек-пила этот без чехла, острый, в сумку просто так не сунешь. Ну, ничего, так, открыто в руке его несу. Процент шарахающихся встречных почему-то резко возрос.

Во дворе у дома встретил соседку, так она прям ахнула. Видел бы ты, говорит, себя со стороны. Рожа вся как есть кровью перепачкана, рот и зубы вообще красные, из угла рта струйка алая бежит. И сам – с ножичком в руке.

Зашёл я по пути на работу в мелкий магазинишко за шоколадкой для наших
девчонок. Обычно там торгует занятная такая пожилая казашка,
любительница пошутить над покупателями, постебаться и побалагурить. Но
на сей раз за прилавком оказался, видимо, её внук - пройдошистого вида
шустрый пацан лет десяти. Представился продавцом, выразил готовность
обслужить. Ну, спросил я его о цене шоколадки, взглянув предварительно
на ценник. Обе версии совпали, причем паренёк ещё и сам предложил мне
посмотреть на витрину, проверить. А я - слукавил и ему важно так, с
интонацией доброго дедушки Мороза отвечаю: не надо, мальчик, я и так
вижу, что ты хороший, и тебе верю, проверять не буду.

И тут плутовская широкая физиономия парня расплывается в улыбке, узкие
глазки становятся масляными, и он ехидно переспрашивает:
- Ах, вееерите? И проверять, стало быть, не будете? Хм... Хе-хе... Это
хорошооо... Будем знать... Ну, заходите почаще, дяденька!

Коллега-проектировщица решила у меня проконсультироваться, как правильно рассчитывается ущерб животному миру при строительстве. А у нас вечный аврал и запарка, народ передвигается быстро, изъясняется кратко, в голове держит сразу по несколько "горящих" проектов одновременно. Завидев меня в коридоре и тут же вспомнив, зачем я ей срочно нужен, коллега выразилась предельно ёмко - громко закричала мне:

- Эй, ты! Животный мир! Стой!

Навсегда запомнил аспиранта, который вместе со мной сдавал когда-то
кандидатский минимум. Тоже по немецкому языку. Один из компонентов
экзамена - перевод со словарем. Нужно было за ограниченное время
качественно перевести достаточно большой кусок научного текста. Аспирант
этот был гидрологом, и дали ему переводить текст на "родную" для него
тему - про приливы и отливы. Парень действовал методично. Уселся, надел
очки. Не торопясь, раскрыл толстенный словарь. И начал медлительно
переписывать через запятую многочисленные синонимы каждого слова. К
концу отпущенного срока он управился только с одним предложением, да и
то не полностью. Когда его попросили огласить результат, аспирант так же
спокойно начал зачитывать: "Чарующая, обаятельная, привлекательная,
женственная сила луны..." Чтение прервал дружный гогот членов
экзаменационной комиссии. Отсмеявшись, спросили, хватит ли ему тройки, и
отпустили с миром.

Есть такая профессия...

Приболел я недавно. И обратился, значит, к врачу. Доктор – здоровый
такой бородатый мужик, добродушного вида. Спрашивает меня:
– Ну что, плохо вам, значит?
Подумав, признаю, что да, пожалуй, плохо, раз уж я к врачу пришёл...
Он неожиданно расплывается в широкой улыбке и говорит:
– Так это же хорошо!
Я удивляюсь, что же тут, собственно, хорошего. А он мне отвечает
наставительно, подняв палец, с пафосной интонацией известного персонажа
из фильма "Офицеры":
– Есть такие профессии… Врач… Юрист… Могильщик… Ну, в общем, когда вам
плохо, нам от этого – хорошо!

В нашем районе ходить по улице довольно противно и небезопасно. Он и раньше-то никогда не отличался фешенебельностью, но уж после криминальной революции, очередного отъезда лучших и инспирированного всеобщего обыдления оставшихся - достиг просто какого-то апогея. Преобладают (и выраженно задают тон) маргиналы и дорогие гости города. Когда идёшь - если не каждый второй, то уж каждый третий встречный кроит злобную харю, скалится, харкает, а то и примеривается, нельзя ли задеть или толкнуть.

И вот недавно провёл я небольшой эксперимент. Порепетировав предварительно дома перед зеркалом, старательно состроил на улице как можно более мерзкую, хамскую, наглую и тупую рожу. И, с трудом её удерживая, двинул по тротуару, незаметно наблюдая за встречными прохожими и отгоняя мысль о возможной принудительной госпитализации в психиатрическую клинику. И вдруг оказалось, что наблюдать-то не за чем! На меня впервые никто не обращал внимания. Не злобился, не плевался, не гримасничал, не испепелял агрессивным взглядом. Хотя, казалось бы, на сей-то раз я сам дал яркий повод для неприязни. Однако, нет. Я слился с толпой и впервые стал для неё "своим".

Хватило меня метров на сто, потом мышцы лица устали, неандертальская челюсть втянулась обратно, гримаса разгладилась. Идущий навстречу мужичок презрительно, с ненавистью оглядел меня, харкнул себе под ноги и что-то прошипел. И жизнь пошла своим чередом.

Недавно выслушал такой монолог.

"Вот нафига тебе нетбук? Они давно уже только у лохов. У всех нормальных люлдей – айпады. Один ты – до сих пор с нетбуком. Тебе нужен айпад. Купи себе айпад, не позорься. А нетбук твой я, так уж и быть, забрала бы себе. Хотя нет. Нафига он мне-то? Нет, надо купить мне айпад. Да. Мне купи айпад, а у тебя же есть нетбук. Вот и нормально. Нетбук – тебе нормально. Ты же к нему привык."

Здесь, на славном сайте "анекдот.ру", явно считаются дурным тоном
пошлые баечные штампы. Например, "занавес!", "тут все полегли",
"маршрутка ржала ещё час" и т. п. Что, на мой взгляд, справедливо.
Однако в этой истории без занавеса и всеобщего ржания ну никак не
обойтись. Как говорится, из песни слова не выкинешь...

Есть на одном крупном водохранилище замечательный гидробиологический
институт, основанный ещё легендарным полярником И. Д. Папаниным.
Сотрудники института живут тут же, в небольшом посёлке. Их любимым
детищем и местной достопримечательностью является самодеятельный театр.
Так или иначе, к театру имеют отношение все. Научные сотрудники там – и
режиссеры, и актеры, и рабочие сцены, и, конечно, зрители.

Однажды, теперь уж немало лет тому назад, ставили в этом театре какое-то
попурри по А. Грину. Кажется, в основе сюжета была "Золотая цепь", ну и
ещё отовсюду понемногу. По сценарию, главный герой в конце должен
прочитать свой основной монолог, и сразу после этого какие-то плохиши
сталкивают его в пропасть. В качестве последней использовался "колодец"
в центре сцены. В "колодце" в этот вечер по долгу службы сидел рабочий
сцены - тоже, естественно, молодой ученый. Однако накануне он крепко
погулял, и в душной яме ему к концу спектакля совсем поплохело... И вот
сильный, трагический финальный монолог главного героя вдруг прервали
характерные звуки из глубины "колодца" - крещендо и фортиссимо... Один за
другим заржали все - зрители, актеры, наконец и сам режиссёр...

Все, кроме главного героя. Он-то знал, что последует дальше. И верно -
прямо в колодец его, согласно сценарию, безжалостно и сбросили. Видимо,
приземлился он куда надо - из колодца раздался глухой, злобный и
тоскливый мат талантливого трагика. Это окончательно добило и размазало
присутствующих. Кто-то ещё оказался в силах дать пресловутый занавес...