Поиск по автору:

История о том, как мне не удалось Родину продать

Решил я, значит, Родину продать, не всю, а только Малую. Помните, рязановский фильм «Гараж»? Там ещё герой Буркова за «машину Родину продал». Вот и я также.

Так вот, решил я, значит, продать свою дачу, которую еще в прошлом веке первое в мире социалистическое государство мне забесплатно выделило, а потом уже другое, капиталистическое государство, присвоило даче кадастровый номер и стало брать с меня ежегодный налог. А что, все правильно: "Налоги и смерть неизбежны!" Мою частную собственность за мои налоги охраняет мое государство и хорошо, что берет деньгами, а не барщиной там или рекрутской повинностью. Лет двадцать назад я даже получил выписку из Росреестра о том, что есть и у меня частная собственность в этом капиталистическом мире. Такое вот скромное очарование буржуазии.

Но это я отвлекся: нашел, значит, покупателя, который возьми, да и проверь покупаемый им объект недвижимости. Выяснилось, что в Росресстре отсутствуют данные о правообладателе.

Первым делом, я, конечно, позвонил в Росреестр, откуда и был послан в его областной филиал. Там мне вполне доходчиво объяснили, что восстановить мое право собственности на дачу они смогут только в том случае, если я предоставлю им все документы из архива районной администрации о выделении мне садового участка в 1989 году.

В районную администрацию дозвониться не удалось – все телефоны, указанные на её сайте, молчали намертво.
Делать было нечего – пришлось позвонить на этаж выше – в областную администрацию. Не с первого раза, но все же удалось поговорить с живым человеком, а не с роботом. Объяснил ситуацию: доложил, что подчиненный им район молчит, на связь не выходит и надо что-то делать: звонить в МЧС или, даже, в Роскосмос!

В обладминистрации хмыкнули и спросили: откуда у меня такие мысли? Объяснил, что из детства, из озеровской киноэпопеи «Освобождение». Там в фильме «Битва за Берлин» Геббельс прозванивал городские квартиры, отслеживая продвижение Красной армии к Рейхстагу. Напоминание про Красную армию на капиталистических бюрократов подействовало и мне выдали мобильный телефон заведующей районным архивом, которая, почему-то, никакие мои документы так и не нашла.

Но я не сдался – написал бумагу в областную прокуратуру, которая приняла мое заявление и предложила оценить качество предоставленной мне услуги. Поставил им авансом «отлично», а зря: выяснилось, что облпрокуратура просто переслала мое заявление в облреестр, который и ответил через положенный месяц в духе «сам дурак».

Так мне и не удалось продать свою Малую Родину, потому что ее потеряло Государство…

Переселение судеб и капельница доктора (продолжение)

Как известно: капитан на судне – «первый после Бога». А вот вторых много: старший помощник, старший механик, капитан-наставник вместе с механиком-наставником и даже суперкарго с представителем судовладельца. Особняком в этом списке стоит судовой врач. Медицинский блок - это, пожалуй, единственное место на пароходе, где капитан перестает быть «только первым» и уступает свою власть и свою ответственность доктору.

Подходя к двери медицинского изолятора, я испытывал некоторую робость.
«Зачем Доку лишние свидетели?!" - думал я: "может же он дверь не открыть и меня не пустить».
Меня пустили. Лёлик лежал на кушетке под капельницей, а матрос Шурик и милиционер Болик объяснялись друг другу в вечной любви и верной дружбе.
- Что это? сыворотка правды?– спросил я, показывая на капельницу.
Док улыбнулся, кивнул мне утвердительно и громко сказал:
- Да! Это амитал натрия. Сейчас Лёлик у нас все вспомнит!
И Лелик вспоминал:
- Шаверму у Мухина – это я доел. И пиво тоже я. А вот часы…- он закрыл глаза, бормотал ещё что-то невнятное и потом окончательно затих.
- Док - встревожился я - что с ним?
- Заснул – ответил Док и подкрутил колесико у капельницы – я ему физраствор капаю, чтоб быстрее протрезвел.
- А этим? – я указал на братающихся Шурика и Болика.
- А эти пока не даются! – ответил док и вытащил бутылку с недопитым «Абсолютом» из рук Болика.
- Друг! – меж тем орал пьяный Шурик – я тебе подарю самое дорогое, что у меня есть: свой паспорт моряка! с дарственной надписью!
- И я стану моряком? – икал Болик.
- Станешь – согласился Шурик, ища бутылку, которую забрал доктор.
«Раком ты станешь» - подумал я: «вместе с матросом Шуриком и со мной, а вот Док точно окажется не при делах».
- А я тебе дам свои корочки! – объявил Болик – будешь милиционером! мы поменяемся судьбами!
- Лучше печенью поменяйтесь! – прокомментировал доктор грядущее «переселение судеб».
- С тобой? - удивился Болик.
- Со мной поздно - ответил Док и указал на меня - а вот с ним можно, он ещё молодой!
- Я старый! - возразил я доктору - и пьющий! со мной нельзя!
- Ну, решим вопрос - согласился Болик и забрал бутылку у доктора.
- В честь чего у них такая любовь? – кивая на друзей-собутыльников, спросил я у Дока.
- Болик цепочку Шурику вернул – ответил доктор и глазами показал на шею Шурика. 

«Хорошо менты устроились» – философствовал я: «сначала забрали чужую вещь, потом вернули эту вещь её хозяину и всё! - они уже лучшие друзья».
Будущему матросу Болику стало жалко отдавать свои милицейские корочки, и он придумал разрезать их пополам.
- Давай так - предложил другу Шурику его друг Болик - разделим мои корочки по-братски: тебе достанется та половина, что с фотографией, а другую я себе оставлю, хорошо?
- Мне без фото! – не согласился Шурик – у меня ещё наклейка с Микки Маусом сохранилась, я её вклею и будет две корочки на двоих с двумя фотографиями.
- Гениально! Документ же без фото не действует! – восхитился Болик и захрапел.
- Так! – срочно приходилось брать инициативу на себя – Шурик, буди своего лучшего друга, затем грузите Лёлика на носилки и тащите его к аппарели, пока у нас на судне не открылся морской филиал Адмиралтейского РУВД.

Глазам прапорщика Мухина, бдительно охранявшему милицейский уазик, предстала странная процессия: на носилках, которые несли матрос Шурик и сержант Болик, спал младший сержант Лёлик, а рядом, держа в поднятой руке капельницу, шел доктор.
- Что? Опыты не удались? – спросил у меня ошарашенный прапорщик.
- Какие опыты? – удивился я, уже забыв о своей шутке «про опыты».
- Медицинские! – ответил Мухин и, держа в правой руке автомат, левой указал на Лёлика.
В этот момент матрос Шурик узнал свои часы на запястье прапорщика и, хрюкнув от неожиданности, выронил носилки.

Китай: «Настоящая угроза для мира — это США и… мы хотим на их место».

Жена сообщила Максу радостную новость - она беременна. Макс сразу же представил грязные подгузники, круглосуточный детский плач и понял - пора в рейс.
В круинговой компании он попросил: «мне бы на пароход, который ходит подальше и подольше». Кадровик почесал лысину и ответил, что его скромные возможности сильно ограничены планетарными размерами Земли и, максимально, что он может предложить - это рейс на Австралию. «Тогда два витка!» — не растерялся будущий отец.
Только в феврале Макс вернулся домой. Его сыну было уже два месяца. Сильно похудевшая и слегка качающаяся от недосыпания и усталости жена вручила прибывшему папаше его первенца и сказала: 
- Погуляй с ребёнком.
- А сколько с ним гулять? - спросил слегка обалдевший Макс, первый раз в жизни взяв на руки грудного младенца. 
- Пока не заплачет - ответила жена и рухнула на диван, умудрившись заснуть ещё в полёте.
Макс оделся, положил закутанного сына в коляску и пошёл гулять. День выдался морозным и минут через десять Максу стало холодно и скучно. Сын не плакал. Ещё через пятнадцать минут он понял, что замёрз окончательно. Сын спал и даже не делал попытки захныкать.
Вопрос выживания и досуга надо было как-то решать и Макс по привычке пошёл в ближайшее питейное заведение. Припарковав коляску снаружи у окна только что открывшейся рюмочной, молодой папаша сел за столик с другой стороны того же окна и стал внимательно наблюдать за ребёнком. Сын продолжал крепко спать. Минут через пять к Максу присоединился его сосед Вова. Они выпили. Потом закусили. Потом повторили этот простой алгоритм ещё два раза. Потом посмотрели через окно на младенца. Тот глядел по сторонам и улыбался своей беззубой улыбкой.
- А ты его кормил? - спросил Вова. 
- А чем их обычно кормят? - поинтересовался Макс.
- Обычно молоком. - ответил приятель.
Молока в рюмочной не было, но мороженое присутствовало. Вова взял чайную ложку с мороженным и нагрел ее зажигалкой. Какой-то парень с дредами, пьющий пиво соседним столиком, понимающе заулыбался. Младенец, первый раз в жизни наевшийся сладкого, тотчас уснул богатырским сном.
Приятели сидели в рюмочной до самого закрытия, а сын все спал и спал. Уже в полночь, подходя к своему дому, Макс увидел жену с безумными глазами, которая кругами бегала вокруг микрорайона, ища сына и мужа...
Больше Макс с сыном не гулял.

Был в российском районном суде. Судился с прокуратурой, но не об этом история. Мой адвокат, после заседания суда, был в тот день особо рассеян и, помимо всего прочего, положил ручку, принадлежащую суду, к себе в портфель. Ручка была на веревочке. Мизансцена такая: на столе стоит портфель из которого торчит шнурок, прикрепленный к столу.
Судья, молодой парень, увидев это, хохотнул и говорит:
- Уважаемый адвокат, похоже, решил похитить ручку, принадлежащую суду, но ему не стоит надеяться на то, что будет возбуждено уголовное дело в виду малой ценности похищенного. Однако суд предлагает уважаемому адвокату добровольно вернуть похищенное им имущество.

В продолжение ко вчерашней истории «Курсантская дорожная»

Почти те же действующие лица, но уже летом. В тот солнечный день, к обеду, курсанты переоделись в лейтенантскую форму и мы поехали освящать кортики в церковь. А что поделать: новые времена, новые, забытые отцами, дедовские традиции.

На Леншоссе, напротив средней школы милиции, меня, по старой памяти, опять тормознул знакомый экипаж ГАИ.
«Вот черти злопамятные» - подумал я и остановился.
Гаишники подскочили к машине с обеих сторон и, засунув, головы в салон, задали хором всего один вопрос: «Оружие в машине есть?»

В ответ, как по команде, новоиспеченные лейтенанты молча достали из ножен свои кортики. Блюстители правил дорожного движения отшатнулись от автомобиля и только махнули палочками: мол, свободны.

На обратном пути, что логично, мы снова проезжали мимо средней школы милиции и гаишников, которые, увидев нашу машину принялись активно делать вид, что нас не замечают; а зря. Кортики мы уже освятили, обмыли и даже два сломали.

«Алькатрас у Аллигаторов»

Сегодня, 1 июля 2025 года, президент США Дональд Трамп открывает новый центр для содержания нелегальных иммигрантов, рассчитанный на 5000 задержанных. Центр получил название «Алькатрас у Аллигаторов» и находится посредине Эверглейдских болот на юге Флоридского полуострова.

Новый «Алькатрас» представляет из себя ряды стандартных мобильных домиков. Мобильные домики - это такие трейлеры или вагончики, только без колесиков. Их, обычно, ставят на камни или на кирпичи. Вот и эти домики, буквально за неделю, выставили ровными рядами на поле заброшенного аэродрома. Охрана центра будет размещена на вышках по периметру "Алькатраса".

Тропические болота Эверглейдс – места, для Америки, легендарные. Второй по величине, после Йеллоустона, национальный парк США с максимально враждебной для человека средой обитания: шесть миллионов аллигаторов и полтора миллиона крокодилов, ядовитые змеи и питоны. А вот крупных млекопитающих на болотах мало: местная тропическая осока – кладиум, или меч-трава, имеет узкие, острогранные или зазубренные стебли, которые легко повреждают мягкие ткани млекопитающих, особенно кожу человека. Из крупных хищников встречается в болотах только флоридская пантера и флоридский черный медведь, а на мелководье, в прилив, заходят и акулы.

А ещё, с 1 июля, во Флориде официально начинается ежегодный сезон ураганов с тропическими ливнями и наводнениями.

Есть ли у вас план, мистер Фукс?

Клаус Фукс родился в 1911 году в Германии, в семье лютеранского пастора. Сначала он изучал математику и физику в университете Лейпцига, затем перевелся в Бристольский университет. Работал с Максом Борном, занимался квантовой и ядерной физикой, был приглашен в британский проект «Трубные сплавы», а после - и в американский «Манхэттен».

Кроме теоретической физики, у Клауса была еще одна страсть – коммунизм. Оказавшись внутри американского атомного проекта, Фукс решил, что для Америки слишком жирно только ей одной иметь атомную монополию и он начал передавать секреты СССР. Теперь получалось, что США проектируют бомбу не только для себя, но и для Москвы также.

В 1946 году Клаус Фукс вернулся в Британию на должность руководителя отдела теоретической физики в британской ядерной программе.

В 1949 году СССР успешно проводит испытание первой советской атомной бомбы РДС-1, а на следующий год Клауса Фукса арестовывают. Он получил 14 лет, отсидел девять и после освобождения уехал в Восточную Германию. Там его избрали членом Академии наук ГДР.

Клаус Фукс не перевернул мировую физику – а вот мировой баланс сил вполне смог.

Лето 1988 года. Дружественные визиты кораблей ВМФ СССР в порты стран Западной Европы. Советские моряки гуляют по городам Дании, ФРГ, Нидерландов, Шотландии. Все им рады и все хотят их обнять, угостить пивом или мороженым, а главное: сказать спасибо за то, что Горби прекратил гонку вооружений и начал «перестройка», «разрядка», «гласность». Теперь наша планета не сгорит в ядерном огне новой мировой войны.

Любая советская символика мгновенно разлеталась на сувениры. Днём наши корабли были открыты для посещения местной публикой. Посетители, что называется "валили валом". У трапов скапливались очереди из желающих подняться на борт. Многие гости пытались различными способами заполучить "на память" хоть что-то из разнообразного корабельного хозяйства, желательно со звездой или, хотя бы, с маркировкой на кириллице. Вечером, на танцах, местные девушки выманивали у советских матросов всякую всячину: значки, марки, пуговицы с якорем и ленточки с бескозырок. На утренних построениях у личного состава наблюдался явный дефицит уставной формы одежды, а три года спустя выяснилось, что мы проиграли Холодную войну.

Как я учился в советской школе

До школы был детский сад. Там нас звали по именам, научили читать, писать и считать. Но те времена я смутно помню.
В первом классе мы повторяли уже пройденное в подготовительной группе детского сада. Нас опять учили писать и считать, хотя называли по фамилиям и не было дневного сна. Я всё знал и получал сначала звездочки на тетрадки, а потом пятерки в дневник.
В середине мая, играя на школьном дворе в футбол, пробил удар не по мячу, который закатился в выбоину у канализационного люка, а по самому люку. Гулять с гипсом на ноге было не интересно и я начал читать. Читал все подряд, до чего дотягивался на книжных полках дома и на даче.
Второй класс мало чем отличался от первого, детсадовских знаний пока хватало.
Став третьеклассником, неожиданно для самого себя, стал получать одни двойки и тройки. Кроме художественной литературы пришлось начать читать и учебники. Помню свое удивление, когда оценил, насколько школьные книжки тоньше томов о Мушкетерах Дюма, Проклятых королях Дрюона или Питера Блада Сабатини.
Вот как выглядел мой стандартный учебный год с класса третьего и до восьмого.
В сентябре мы получали в школьной библиотеке стопку книг, которую я проглатывал за следующие три-четыре дня. Остаточных, от прочтения учебников, знаний мне хватало на то, чтобы продержаться весь следующий учебный год на тройках и четверках, не особо отвлекаясь на школьные занятия. Читал я всё, что угодно, где угодно и при первой возможности: дома, в метро, в гостях, на уроках и переменах. Не особо обращал внимание на своих одноклассников и педагогов. Иногда даже не очень понимал, что вообще происходит вокруг меня.
К пятому классу все книги, которые я нашел дома и сумел выпросить у родственников и знакомых, были прочитаны и мне пришлось записался в районную библиотеку. Там для меня открылся неизведанный и огромный континент: толстые журналы и газеты.
Время шло: из шести восьмых классов нашей школы оставалось только два сборных девятых класса. Остальным ученикам было суждено уйти в ПТУ, техникумы или ещё куда. В ПТУ не очень хотелось, поэтому в восьмом классе пришлось учиться не только в сентябре, но и весь учебный год.
К девятому классу мне стало окончательно ясно, что с той подготовкой, которую обычная советская школа может предоставить, невозможно поступить в престижный советский ВУЗ. Выпускной класс школы прошёл в учебе с репетиторами и посещении различных подготовительных курсов.
Оглядываясь на школьные годы, могу сказать только одно: «Всем хорошим в себе я обязан книгам».

"Кто не знает историю, тому подправляют географию".

Цепи пролетариев и латынь Цезаря (продолжение)

Оставив электрика в полном изумлении, мы благополучно добрались до милицейского уазика, который уже стоял на палубе «кардека», освобожденный от объятий судового погрузчика.
- Здесь нет моих сержантов – резюмировал милицейский прапорщик Мухин очевидное и внимательно посмотрел на меня – а где доктор опыты проводит?
Представив появление прапорщика в каюте Хабарова, я содрогнулся. Круиз патрульного уазика с тремя пьяными ментами, касками, автоматами и бронежилетами в Европу и обратно вряд ли останется незаметным ни здесь не там. Это вам не вечно зимующий бывший полярник Хабаров. Сто пудов начнут искать машину, оружие, людей, если уже не начали.

- Стой тут, охраняй уазик, чтоб не угнали – сказал я прапорщику – сейчас приведу твоих коллег.
- Да как же его угонят? – удивился Мухин – отсюда даже не выехать.
- Это решаемо – ответил я – мы аппарель откроем, а докеры в нашем порту настоящие пролетарии.
- Какие пролетарии? – заинтересовался прапорщик Мухин
- Настоящие, которым нечего терять кроме своих цепей. А цепей у них давно нету, вот и берут чужие без спроса.
- Как берут? – не понял прапорщик.

- Говорю же: без спроса – объяснял я прапорщику – якорь уже висит за бортом судна, только и надо, что аккуратно опустить его в грузовик, припаркованный на причале, и вместе с цепью отвезти в скупку металлолома, понял?
- Понял – согласился прапорщик.
- Вот и стой, а то на крышу твоей машины положат три тонны якоря и четыре смычки цепи, тут твой бобик и сдохнет, только баллоны полопаются.
- Может аппарель не открывать? – голос Мухина был просящий.
- Нельзя – твердо ответил я – по-другому тебе из трюма не выехать.
Оставив милицейского прапорщика бояться портовых пролетариев, я отправился в «Хабаровск» за сержантами Леликом и Боликом.
В "Хабаровске" Лелика и Боблика не было. "Пятнадцатилетний капитан" сидел уже в тельняшке и переводил девиз с татуировки, набитой на плече спящего радиста.
- Веди, вини, дефекали - читал латынь бывшему полярнику бывший подводник, ведя пальцем от буквы к букве - пришел! увидел! обосрался! или обосрал!
- А как же пришел, увидел, победил? - спросил Хабаров и показал герб на пачке Мальборо.
- Для девизов очень важно иметь вариативность высказывания, кто же знает, как дело пойдет – объяснял капитан-наставник – можно обосраться, а можно и обосрать. Двойственное или тройственное значение, игра слов предают девизу мистический, можно сказать сакральный смысл! Вполне возможно, что Гай Юлий Цезарь переделал свой девиз, когда большой политикой занялся и Рубикон перешел!
- Так разбудите Начальника и спросите, что за девиз такой – прервал я историко-лингвистический монолог бывшего подводника.
Радист не хотел просыпаться, но нас было больше, и мы были настойчивы.
Рассказ радиста был короток и прозаичен: татуировку ему делали два года назад в Гондурасе, где организм радиста, отравленный теплой водкой, не выдержал тропической жары и неконтролируемо избавился от излишков, испортив воздух и кушетку в тату-салоне. А набивщик был здоровый и злопамятный.
Дослушав эту карибскую историю, мы выпили, и я спросил:
- А где Лелик и Болик?
- Так доктор с Шуриком их в изолятор увели - ответил Хабаров.
- Зачем? – удивился я и подумал: "а не на каркал ли я про опыты?" Но действительность оказалась еще неожиданней.

- Пытать – буднично ответил Хабаров – хотят узнать где часы и цепочка Шурика, а то те не помнят.
«Мне срочно нужно в изолятор» - понял я.

Представьте себе заснеженную площадку контейнерного терминала. На белом снегу стоит белый рефрижераторный морской контейнер, а вокруг него озеро ярко алой крови. Именно такую картину я увидел, когда меня вызвали с парохода на берег.

Таможня не решилась открывать контейнер и вызвала следователя транспортной прокуратуры. Следователем оказалась очень молодая девушка в серебристом полушубке и с ядовито-красным маникюром. Она была вооружена авторучкой и папкой.
— Это что? – спросила она меня.
— Это очень красиво! И идеально сочетается с вашим нарядом! – ответил я.

Следователь вздохнула и скомандовала открывать двери контейнера. Створки распахнулись и оттуда хлынула волна крови. В контейнере были мороженые свиные полутуши. Выяснилось, что в порту отправления кто-то установил по ошибке термостат рефрижераторной установки контейнера на +21С вместо -21С.

Девушка села писать протокол досмотра. Мне запомнились первые слова этого документа: «В контейнере номер такой-то были обнаружены фрагменты трупов убитых животных после термообработки».

Зимой 1930 года семью моего прадеда, крестьянина Омской области, раскулачили или, проще говоря, ограбили до нитки, выслав всех, от мала до велика, в голое поле. На селе все родственники, так что раскулачивали свои. Бабушке тогда было 12 лет. Когда ей исполнилось 18 - она сбежала с поселения и вернулась в родные места. Односельчане тут же выдали её обратно НКВД. За возвращение домой бабушка получила пять лет колымских лагерей. Отсидела, вышла на свободу, потом замуж, жила на Дальнем Востоке. После войны, демобилизовавшись, дед перевёз семью к себе на родину — в Ленинград. Было у неё в семье три сына и племянник - сын её старшего брата, погибшего в январе 1943 года.
А когда бабушка стала пенсионеркой, то, похоронив мужа, взбрело ей в голову повидать своих сибирских родственников. Это уже я помню. В Ленинград те приехали с детьми и внуками, осмотрели достопримечательности города на Неве, побывали в квартирах и погостили на дачах у всех ленинградских родственников. Потом, подсчитав количество автомобилей и мотоциклов, радостно заявили: "Ну что, Матрена, пора тебя опять раскулачивать!"

Лёлик и Болик (продолжение)

«Первый шаг решения проблемы – это признать наличие проблемы» - вспомнил я фразу из какой-то заумной книжки. Второй шаг почему-то никак не хотел вспоминаться. Вроде как надо назвать проблему «вызовом». И кого вызвать? Милицию, так она уже и так здесь, а вот дока вызывать не надо.
- Алексей – начал я тихим голосом, стараясь копировать интонацию доктора – ты же умный парень! сейчас ты открываешь аппарель и ставишь уазик обратно на причал, договорились?
- Нет – покачал головой механик – вдруг на причале стоят менты, что я им скажу?
- Скажешь, что дождик пошёл, и ты их машину в трюм поставил, чтобы не намочился, понял?
- Понял – Каратаев кивнул.
- Тогда действуй – приказал я механику.
Оставив механика действовать, я отправился искать сержантов с матросом Шуриком.
Медицинский изолятор был заперт и, по всей видимости, пуст. Пришлось идти в «Хабаровск». Там в составе пьющих была замена. Шефа с доком сменили менты с матросом Шуриком, который, сидел между ними. Во главе стола сидел «Пятнадцатилетний капитан», ещё в галстуке, но уже без кителя. Водка была, и много, а вот закуски не было совсем.
- Знакомьтесь! – широко улыбаясь, закричал мне Шурик – это мои лучшие друзья, Лёлик и Болик!
Он обхватил сержантов за плечи. Те пьяно кивнули и один из них представился: «Борис я, а он Лёня».
- Пусть тебе друзья лучше часы вернут – посоветовал я Шуре
- И цепочку – подсказал мне сержант Болик.
- И цепочку – продолжил я – потом грузи Лёлика и Болика в их транспорт и сам к трапу.

Шурик посмотрел на своё запястье, перестал улыбаться и открыл рот.
«Первый раз в жизни вижу, как у человека от удивления реально падает нижняя челюсть» - поразился я.
- А кошелек не мы, его у тебя бармен в ресторане взял – рассказал Болик.
- Вот так рушится настоящая морская дружба! – прокомментировал «Пятнадцатилетний капитан» и предложил – а давайте тост за дружбу!
- Ее чокаясь? - уточнил радист.
- Да! – согласился капитан-наставник – но, учитывая обстоятельства, до дна.
Поймав момент между тостами, я спросил у Хабарова: «а где док и шеф»? Тот сказал, что ушли на камбуз: «там ЧП!» «И мне туда, где ЧП» - понял я.
Стало интересно: «Почему чрезвычайные происшествия никогда не бывают приятными? Необходимо срочно ввести ЧПП – чрезвычайно приятное происшествие, или чрезвычайно полезное происшествие. Да мало ли слов на букву «п»: прибыльное, прекрасное, пи…».
- Хватит спать, молодой человек – разбудил меня «Пятнадцатилетний капитан» - вы же на вахте, давайте ещё по одной, так сказать «на посошок», и отправляйтесь на камбуз, разберитесь сами, что там у них стряслось, а то оставят же команду без завтрака!

Сначала переписывают учебник по истории, а потом - по географии.

Как известно, советский стратегический бомбардировщик Ту-4 был точной копией американского В-29 "Суперфортрес". Конструкция, оборудование, всё, вплоть до интерьера гермокабин, были строго скопированы с американских образцов. Исключение составили лишь пушечное вооружение, винтомоторная группа силовой установки и радиостанция.
КБ Туполева скопировало даже подстаканники для колы. Тогда-то, с легкой руки авиаторов, в советский народ и пошла гулять байка, что американцы без кока-колы воевать не умеют, что, конечно, не правда. Одной кока-колой они не обойдутся. Им ещё нужно мороженое. Особенно в тропиках.
Как вспоминал японский адмирал о войне на Тихом океане: «Я понял, что Япония проиграет, когда янки подогнали к нашим берегам судно-фабрику по производству мороженого для своих морпехов».

Когда я учился в советской школе, наш учитель истории рассказывал нам о мальчике Луи, сыне казненного короля Людовика XVI и Марии-Антуанетты, которую гильотинировали через несколько месяцев после её мужа.
Два года спустя, когда десятилетний Луи умер в тюрьме Тампль, по Парижу поползли слухи о том, что, на самом деле, умер не дофин Франции, а его двойник.

"Увы, - сказал нам тогда наш школьный учитель: - Мы так никогда и не узнаем: кто же там умер на самом деле? Дофин или другой мальчик?"

Разумеется, тогда объявилось множество самозванцев, выдававших себя за "чудесно спасенного короля Людовика XVII". Особенно много их стало после падения Первой Империи и реставрации Бурбонов. Некоторые из Лжелюдовиков добрались и до Америки. Даже Марк Твен не упустил возможности вывести одного такого самозванца в образе Короля на страницах своего романа «Приключения Гекльберри Финна».

Одним из наиболее известных и, уж точно, самым активным самозванцем, был "граф Наундорф". Он даже умудрился посудиться с принцами королевского Дома Франции. В мировой истории Наундорф отметился тем, что, в отличие от других самозванцев, оставил потомкам в наследство своё самозванство. Некоторые из его нынешних наследников пытались, до недавнего времени, отстоять "прапрадедовские" права на французскую корону.

Но, (в таких историях всегда есть "но") в 2000 году эксперты, по инициативе французского историка Филиппа Делорма, провели анализ ДНК и династическая интрига, наконец-то, спустя 205 лет, разрешилась. В 1795 году, в Тампле, действительно умер сын короля Людовика XVI.

"Лунная пыль"

Так называлась яхта, которую наш пароход выловил к югу от маяка Фастнет. Яхта была в прекрасном состоянии и представляла из себя великолепное сочетание совершенной машины по "выжиманию ветра" и плавучего пятизвездочного отеля. Полировка надводного борта была настолько идеального качества, что в борт яхты можно было смотреться как в зеркало. Лакированные поверхности различных ценных пород дерева, обилие хрома и латуни, тиковая палуба: всё было гармонично и к месту. Настоящее произведение декоративного искусства и концентрированное воплощение многовекового опыта человечества по использованию паруса. Статусность яхты подчеркивало и место приписки, указанное на корме: Королевский океанский яхт-клуб в Саутгемптоне.

Яхту, видимо, сорвало с якорной стоянки недавним штормом и вынесло в открытую Атлантику, прямо на нас. Наш пароход, в отличии, от этого плавучего лакированного серванта, был сооружением вполне утилитарным и имел, помимо всего прочего, грузовую стрелу на верхней палубе.

Грузовая стрела, вещь очень даже необходимая в судовом хозяйстве, особенно если вам надо выгрузить сорокавосьмитонный танк на какой-нибудь африканский берег без соответствующей портовой инфраструктуры или поднять с поверхности воды лучшую яхту британского Королевского яхт-клуба.

Согласно Международным морским конвенциям, судно без людей на борту, найденное в открытом море, принадлежит тому, кто это судно нашел. Но мы, даже в наших самых смелых мечтах, не могли представить себе ту сумму, которую нам озвучили представители Ллойда за спасенную яхту. Выходило несколько десятков тысяч фунтов стерлингов на каждого. Премию за спасение страховая компания пообещала выплатить через месяц, при нашем следующем заходе в Англию.

И тут выяснилось, что делить шкуру уже убитого медведя ещё та забота. Невероятную активность проявил электромеханик Стасик. Он требовал отказаться от пережитков социализма и уравниловки, учитывать коэффициент трудового участия каждого члена экипажа и отторгнуть ложное чувство коллективизма. По его расчетам получалось, что львиную долю премии должны были получить капитан и электромеханик. Электромеханик даже чуточку больше. Ведь это же его электромоторы приводили в движение лебедки грузовой стрелы! После обнародования своих расчетов электромеханик был послан "на хрен": сначала капитаном, а потом и всей командой.

Тогда Стасик сменил тактику. Электромеханик, при каждом удобном случае, начинал рассказывать всем и каждому: как ему нужны деньги! У него же дети! И он, да на такие деньжищи, сможет сразу купить себе отдельную квартиру и съехать, наконец-то, от любимой тещи! Все ему сочувствовали, но с ним не соглашались: у всех дети и у всех теща! К концу витка через Атлантику весь экипаж уже проклял тот день, когда мы нашли эту чертову яхту и свихнувшегося на яхтенных деньгах Стасика.

Чем ближе наш пароход подходил к меловым скалам Дувра, тем больше наш электромеханик впадал в беспокойство.
Мы уже даже начали подумывать: "А не посадить ли нам Стасика на цепь в медицинском изоляторе?"

На следующий день после прихода в Англию капитан показал экипажу официальное письмо из Ллойда с отказом в выплате премии за спасение. Стасик письму не поверил и подговорил радиста, хорошо знавшего английский язык, позвонить в Лондон, в головной офис Ллойда, и перепроверить информацию. Всё подтвердилось.

И тут случилось странное: узнав новость, что денег точно не будет, Стасик обрадовался. На его лице отобразилось такое явное облегчение: как будто та тяжелая работа, которую он делал весь предыдущий месяц, наконец-то удачно завершилась.

Несколько недель спустя, когда мы уже сменились с парохода, наш капитан пригласил меня провести вместе с ним отпуск на Кипре. Там мы жили на одной красивой парусной яхте. На той, у которой на корме, под названием, вместо Королевского океанского яхт-клуба, было указано - Лимасол.

Случайно подслушанный разговор в Майами:
- В Россию возвращаться не собираетесь?
- Пробовал.
- И что?
- Не понравилось!

Тактика - решения, принятые исходя из обстоятельств, стратегия - решения принятые искодя из цели.

"Лунная пыль" или "Всё будет Лимасол"

В продолжение вчерашней истории. Написано неискусственным интеллектом с использованием способа «компиляция комментариев» и по рекомендации ГенАндр.

Есть такая поговорка: "Лучше с умным потерять, чем с дураком найти". Как шкуру не дели, останутся недовольные. Будут и такие, которые начнут действовать по принципу: "Мне глаз вон, но соседу - оба". Раз, как на пиратском корабле, на берегу не договорились, у кого какая доля с добычи, то уже и не договориться. Последствия примерно такие: все переругаются, экипаж развалится. На новый контракт половину команды не возьмут. Скандал дойдет до того, кто в тени и кто реально принимает решения и уж точно это будет не формальный собственник. В результате никто ничего не получит и в абсолютных цифрах все останутся в минусе. А так даже электромеханика взяли на следующий контракт и адекватная часть экипажа отдохнула на прекрасной яхте, радуясь за своего капитана.

У собственника, спасенного в открытом море судна, возникает обязанность заплатить вознаграждение за спасение. Причем не этому собственнику определять размер премии за спасение его собственности. Обычно, собственник получает выплату от страховой и отказывается от своих прав собственника в пользу страховой компании. Страховая выплачивает спасателю премию. Если страховой со спасателем не удалось договориться, то суд, что долго и дорого. Возможен и другой вариант: страховая просто передает спасателю право собственности на спасенное судно.

Когда Ллойд отказал с выплатами за спасение, то капитан грохнул почти всю свою зарплату с того контракта на урегулирование всех юридических и логистических заморочек. Как понятно, три четверти экипажа не согласились бы сброситься на расходы по потенциально совместной яхте. Капитан же, попутешествовав на этой яхте по Средиземному морю в свой межрейсовый период, продал ее перед очередным контрактом.

Аристотель Онассис говорил, что нет ничего более загадочного, чем судоходные компании. Определить владельца и/или собственника судна, иногда, еще та юридическая головоломка. Итак, например, пароход ходит под "удобным флагом" Либерии. Патент на право плавания под флагом Либерии принадлежит оффшорной компании из Белиза, а оператором судна является греческая компания, которая сдала его в бербоут-чартер (аренда без экипажа) кипрской компании. Киприоты наняли голландского брокера для поиска грузов на перевозку, причем страховку по грузоперевозкам осуществляют голландцы, а сам пароход страхуют греки. Круинг парохода (комплектование экипажа) осуществляет совместное датско-российское предприятие с собственником в Израиле. Хозяином парохода, по факту, является немецкая лизинговая компания, которая принадлежит шведскому отделению швейцарского банка. Всей этой колде, которую бедные моряки кормят, проще спихнуть не совсем профильный вопрос на капитана, чем разбираться: кто кому и сколько должен. В общем: "Парни, вы там сами всё разрулите и не приставайте к небожителям по мелочами!"

Погрузка яхты на борт судна в открытом море, по факту, является уникальной и достаточно дорогостоящей операцией. Крепеж яхты на верхней палубе, срочное изготовление киль-блоков из аварийного бруса, доставка яхты до порта и разгрузка в порту. Все это денег стоит. Плюс премия за риск. Плюс компенсация за задержку на переходе и оплата перехода главного двигателя теплохода с тяжелого топлива на легкое и обратно.
Как говорится: "За морем телушка - полушка, да рубль перевоз".
Не забываем и про то, что деньги - это, в том числе, и функция от времени.

Затраты по боданию со спасателем становятся сопоставимы со стоимостью подержанной яхты. Сухогруз же малоразмерное судно спас, а не авианосец какой-нибудь или автомобилевоз с лексусами из Японии. Проще отказаться от яхты и повесить на нового владельца все расходы в порту прихода и дальнейшему оформлению юридических формальностей.

Работяги автомастерской в США приходят к боссу и спрашивают:
- ⁠Завтра день памяти Мартина Лютера Кинга Младшего. У нас выходной?
- ⁠А вы негры?
- Нет!
- Тогда завтра работаем!

Мой друг детства всю жизнь торгует автомобилями. Доторговался до генерального директора крупной дилерской сети. Надо ли говорить, что все свои машины я всегда покупал у него. Сначала - чтобы помочь ему с продажами, потом - чтобы помочь себе со скидками. Прихожу из очередного рейса – нужна машина. Еду к другу, который давно знает мои вкусы и потребности. Он рассказывает мне про новинки авторынка и про то, что и как я буду покупать.

И в тот раз с автомобилем и комплектацией он за меня определился быстро и говорит: «иди, закинь деньги в бухгалтерию, пока тебе документы на машину оформляют». Прихожу в бухгалтерию, отдаю пачку рублей главной бухгалтерше и собираюсь уходить.
- А деньги пересчитывать не будем? – останавливает она меня.
- Там все точно, сумма круглая – отвечаю я – в банке пересчитали, потом ещё раз я сам проверил.
- В каком-то выдуманном мире вы живете – возражает бухгалтерша – где все всем верят!
- Какой есть! – говорю я – в ваш мир точно не хочу! – закрываю дверь и ухожу.
Когда вернулся к другу в кабинет, бухгалтерша уже жаловалась ему на меня по телефону.
- Чего бухгалтерию обижаешь? – спросил он, кладя трубку.
- Денег точно выдал? - уточнил я.
- Да, все точно - подтвердил он.
- Тогда в чем вопрос?

Freedom is not free

Раньше вассал клялся служить сеньору, а сеньор обещал защищать вассала. Честный обмен: ты мне — я тебе. Без всякой там заумной философии и пресс-релизов.

Теперь вассалов и сеньоров не стало. Зато есть налоги, законы, государства и эффективные индустрии объяснений, почему всё это и есть «свобода».

Гражданину говорят:

— Ты свободен!
— А налоги?
— Плати. Это цена свободы.
— А законы?
— Соблюдай. Это и есть свобода.
— А если война?
— Бери оружие и защищай свободу!
— А от кого?
— От тех, кто тоже защищает свою свободу.

И вот тут возникает один вопрос: если меня заставляют защищать свободу с оружием в руках — это всё ещё свобода или уже нет?

Как матрос Шурик был кошатником

Аня еще училась в школе, когда в своём дворе, около мусорных баков, она подобрала бездомную кошку и принесла её к себе домой. Собственное домашнее животное должно было показать родителям и старшему брату, что Анна уже выросла и вполне взрослая и самостоятельная личность. Но домочадцам было не до неё: они готовились к переезду в Америку - собирали вещи и документы. Анну же предполагалось пока оставить в Питере: закончить школу и получить высшее образование.
В питомице своей Аня души не чаяла и основательно разбаловала животинку. Очень быстро беспородная кошка с помойки превратилась в царственную особу, питающуюся лучшими сортами "Вискаса" и предпочитавшую только определенный наполнитель для своего лотка. Закончив университет, Аня жила в Питере и не торопилась воссоединяться с семьей, наслаждаясь общением с родительницей через океан.

И тут в её жизни появился матрос Шурик. Конфетно-букетный период у них продлился недолго (где-то часа четыре) и Шура переселился из женского общежития кулинарного техникума к Анне, в её родительскую трехкомнатную квартиру на Петроградке.
Вскоре у Ани возникла срочная необходимость слетать по семейным делам в Нью-Йорк на пару месяцев. Шурику были оставлены ключи от квартиры и подробная письменная инструкция - как и когда кормить любимую кошечку хозяйки. Проводив девушку в Пулково, матрос Шурик сообразил, что сегодня последнее воскресенье июля и поехал отмечать день ВМФ: святой, для каждого моряка торгового флота, праздник.
В одном из фонтанов ЦПКиО он и познакомился с парнями из ближайшего отделения милиции, которые несколько удивленно сказали Шурику, что сегодня день ВМФ, а не ВДВ и, согласно традиции, купаться в фонтанах немного рановато. В ответ Шурик заявил, что срочную службу он проходил как раз в ВДВ, а в фонтане он будет праздновать день флота аж до второго августа, потом, поменяв тельняшку с чёрными полосками на другую, с голубыми, продолжит свой праздник. Неделю ловить в фонтане обладателя коллекции полосатых маек ментам не хотелось, поэтому они подманили Шурика фляжкой со спиртом «Ройял» к бортику, где и скрутили его. Следующие два дня матрос Шурик спаивал личный состав отделения милиции, сидя у них в ИВС. Потом из отпуска вернулся начальник отдела и выгнал его вон.

Только выйдя из полицейского околотка матрос Шурик вспомнил про довоенное ему животное. Кошка была жива. Она питалась объедками из мусорного ведра на кухне и продемонстрировала удивленному Шурику свой новый навык: пить воду из туалета. Матрос Шурик искренне восхитился навыками выживания у кошачьих и собрался было уже идти в магазин за "Вискасом", как вдруг у него зазвонил телефон. Это были сослуживцы по ДШБ, которые напомнили ему, что сегодня 2 августа и у них все с собой. Погода в тот праздничный день была дождливая, возвращаться в фонтан, а потом в ИВС, не хотелось и друзья решили отметить свой праздник на квартире у Ани, куда их гостеприимно пригласил Шурик.
Все выпивали, закусывали и восхищались навыками хозяйской кошки в борьбе за выживание. Однополчане у матроса Шурика были натурами творческими, экспериментирующими и решили сделать из кошки настоящего десантника. Из подручных материалов, по всем правилам десантного дела, была сооружена парашютная система и кошка совершила свой первый прыжок с парашютом с балкона третьего этажа. Уже через пару минут начинающая парашютистка сама залезла обратно в квартиру. Только после четвёртого прыжка кошка отказалась от карьеры десантника и предпочла вернуться к прежней жизни - среди мусорных баков на дворовой помойке.
На следующее утро к Шурику пришло осознание, что кошка потеряна. Он объявил тревогу для десантников и аврал для моряков. Со стены на кухне была снята фотография хозяйки квартиры с любимицей на руках. Изображение пропавшего животного было увеличено, размножено и роздано поисковым партиям. Вечером к Саше привели семь более или менее похожих кошек и даже двух котов. Пришлось учредить отборочную комиссию и из отловленных кандидаток выбирать ту единственную, которая будет новой любимицей хозяйки квартиры.

Прошли года, Анна уже давно живет в Нью-Йорке и искренне верит, что её кошке через два года исполнится сорок лет.

Историк - это кривое зеркало между обществом и архивом.

Пьём мы тут виски с колой в самоизоляции вместе с полярником. Травим байки. Я ему рассказал бородатый анекдот, про то как, штурман с механиком поспорили, кто важнее. А он и не слышал, говорит: «выложи на анекдоты».
Вот выкладываю.
Как известно, механики все время, как их под палубу пустили, пытаются доказать штурманам, что они на пароходе самые главные. А уж когда Устав МинМорФлота подчинил боцмана старшему механику, а не старпому, так прямо они и сами поверили в это.
Вот как то раз решили штурман и механик поменяться на одну вахту местами, чтобы навсегда покончить с недоразумением о первоочерёдности профессий на флоте. Штурман ушёл в машинное отделение, а механик поднялся на мостик. Под палубой шум и моря не видно. Вообщем гибрид электростанции со стиральной машиной в помещении, размером с футбольное поле. Вахтенный моторист упоротый, дичь докладывает: видите ли у него главный упорный подшипник греется. На предложение штурмана добавить оборотов, чтоб винтом остудить подшипник, моторист пытается упасть в обморок и слезно просит вернуть механика обратно. Делать нечего, идёт штурман сдаваться на мостик. А там ночь, тишина, только подсветка приборов тускло горит. Над картой задумчиво склонился механик.
- Все, ты выиграл - говорит ему расстроенный штурман.
- А что так? - удивляется тот.
- Главный упорный подшипник греется - признаётся проигравший.
- Так и немудрено, второй час по земле идём!

10 мая 1933 года в Берлине, на площади между оперным театром, университетом и библиотекой, студенты и партийные активисты устроили публичное сожжение книг. Это было не стихийное действие и не вспышка ярости — это было мероприятие: организованное, согласованное и заранее одобреное. Сжигали не просто тексты. Сжигали способы думать.

В СССР всё было иначе. Там знание не отрицалось — оно изолировалось. Книги убирали в закрытые фонды, в спецхраны, туда, где они продолжали существовать — но уже вне доступа.

Два разных способа решить одну и ту же задачу — переписать код программы общества: один — сохраняет знание, но лишает его жизни, другой — уничтожает знание, но сохраняет в памяти сам акт уничтожения.

Есть и третий способ перепрограммирования: не спорить с кодом и не стирать его, а перестать в него верить — превратить в объект высмеивания. Объявить постыдным, неприличным и недопустимым для цивилизованного общества. Это уже не цензура в прямом смысле слова и не забвение в чистом виде — это культура отмены. Знание не опровергают, а лишают легитимности; не запрещают, а превращают в социальный риск. И в этом виде такой способ особенно эффективен: он не просто переписывает программу, он перенастраивает саму среду, в которой одни мысли становятся невозможны не потому, что их нельзя произнести, а потому, что за них уже заранее стыдно.

Код ещё может существовать, тексты ещё могут быть доступны, память ещё не уничтожена, но сама возможность говорить всерьёз разрушается.

Как я первый раз был вторым помощником капитана

В шестнадцать лет я пошел получать паспорт СССР. Тогда паспорт выдавали не в четырнадцать лет, как сейчас, а на два года позже. Свой новенький документ я продержал в руках не долго – примерно час, пока добирался от паспортного стола на окраине Питера до порта, где и обменял его на паспорт моряка с отметкой, что являюсь вторым помощником капитана на судах Балтийского Морского Пароходства.
Той весной, еще в марте, командор яхт-клуба БМП объявил нам, что в предстоящую навигацию, в отличии от прошлой, все яхты, участвующие в международных регатах, будут считаться учебно-парусными судами пароходства, а мы - плавсоставом.
Экипаж нашей яхты был небольшой, всего девять человек, и, при распределении штатных и сверхштатных должностей, шкипера нарекли капитаном-наставником, подшкипера – механиком-наставником (на яхте был вспомогательный дизель), а боцмана – капитаном судна. Мне же досталась должность второго помощника.

Иметь яхту за полмиллиарда долларов с собственными системами ПВО и ПРО не круто. Круто, когда твоя страна пришлёт тебе на выручку авианосец в сопровождении кораблей поддержки и батальон морпехов.

Когда-то давно, в конце прошлого или в начале этого века, в Гонконге в баре на Стенли-Маркет я пил пиво вместе с одним канадским профессором, преподававшем в Кембридже и приехавшим по своим академическим делам в местный университет.
Разумеется, разговорились мы и про кросс-культурные различия.
- Китай - это красивая обертка, внутри - пустышка! - объяснял он мне тогда.
- А Россия? - спрашивал я.
- Там все наоборот. В Советском Союзе не было рекламы, вот вы и не умеете себя продавать.
- Что насчет Америки?
- В США, обычно, этикетка соответствует содержанию.
- А Канада? - не унимался я.
- Канада - это всего лишь Америка-лайт.
Я решил перебрать все страны и спросил про Европу.
- Европа не самостоятельна, - ответил профессор. - Европейцы постоянно ищут себе хозяина, который бы их объединил и не дал бы им перегрызть друг-друга.
- И Британия?
- Британия - не Европа!

Если Трамп начнёт ходить по воде, то CNN его обвинит в том, что он не умеет плавать.

Чем красивее мундир на параде тем короче жизнь на войне.

Европейцы - это потомки варваров, прикинувшиеся наследниками уничтоженной ими цивилизации.

Боялись, что вернуться 90ые, а начался 37.

Когда оппоненту нечего возразить, он начинает обвинять.

Глубоководные порты Беларуси

Сталин и коммунизм

Русская революция 1917 года была не просто сменой правительства, а началом грандиозного переустройства мира. Национальное государство должно было уступить место международному объединению трудящихся, классовое общество - бесклассовому, а государство как аппарат принуждения - в перспективе отмереть. Такой вот глобалистический проект и одним из важнейших инструментов этого проекта стал Третий Коммунистический интернационал, созданный самим Лениным.

Но потом пришёл товарищ Сталин и постепенно объяснил товарищам по Политбюро, что мировую революцию мы отменяем, Коминтерн распускаем, а страну возрождаем. Товарищи не согласились и понеслось: Троцкого выслали, Зиновьева и Каменева расстреляли, Бухарина тоже расстреляли. Троцкий, правда, не успокоился. В 1938 году он организовывает четвёртый Коминтерн и ситуация вышла почти по Марксу - диалектическая: Ленин создал третий Коминтерн, Сталин его закрыл, Троцкий создал четвёртый, Сталин и его закрыл, а неугомонного Троцкого угомонил. Так что мировой революции у коммунистов не получилось.

В 1936 году принимается новая Сталинская Конституция, отменяющая «лишенцев» - тех граждан СССР, которые, согласно предыдущей Ленинской Конституции, были лишены избирательных прав по социально-классовому признаку. Так, благодаря Сталину, впервые в тысячелетней истории России все её граждане стали юридически равны.

За последующие полтора года товарищ Сталин зачистил партаппарат и прочие совучреждения от верной ленинской гвардии и других индивидуумов с разнообразными идеями всевозможных версий мирового глобализма и прочих революционных переустройств социума.

В 1940 году в Рабоче-Крестьянской Красной армии появляются генералы и адмиралы, а ещё через два года отменяются комиссары и восстанавливается институт офицеров с их погонами и судами чести. Дело потом дошло даже до того, что 16 сентября 1945 года в Харбине проходит совместный Парад Победы частей Красной и Белой Армий.

В 1942 и в 1944 годах в СССР учреждаются ордена Суворова и Кутузова и, Ушакова и Нахимова. Еще вчера царские генералы и адмиралы были «слугами эксплуататоров», а сегодня их портреты уже помогают товарищам красноармейцам и краснофлотцам бить немецко-фашистских захватчиков и прочих японских милитаристов.

Не забыл товарищ Сталин и про орден Святого Александра Невского - великого князя киевского, канонизированного русской православной церковью ещё при царе Иване Грозном.

В 1943 году товарищ Сталин восстанавливает патриаршество на Руси. За последующие десять лет в СССР открывают 7500 православных храмов и более тысячи мечетей и всё это на фоне заботы товарища Сталина о своих согражданах: с 1949 по 1953 годы государственные розничные цены снижаются ежегодно: итого, примерно, на 40% за пять лет. Всего за тридцать сталинских лет, с 1922 по 1953 год, население СССР выросло на 51 млн. человек или на 37%.

В 1946 году советские наркоматы вновь становятся министерствами, а РККА - СА. Спустя шесть лет спустя товарищ Сталин переименовывает Всероссийскую партию большевиков в безликое КПСС и, попутно, разгоняет всемогущее Политбюро, заменив его многочисленным и аморфным Президиумом ЦК. Пост генсека товарищ Сталин ликвидировал еще в 1934 году.

А что вы сделали для декоммунизации?

Сначала теряешь иллюзии, а потом смысл жизни.

Револьвер полковника Кольта сделал людей равными, а "Жестянка Лизи" Генри Форда - свободными.

Вот уже очень много лет, по утрам, я гуляю по одному и тому же парку, слушая какую-нибудь аудиокнигу. Стараюсь уходить вглубь, подальше от входа. Обычно там, на дальних дорожках никого не бывает: только какой собачник встретится со своими питомцам или пробежит мимо спортивная старушка, переехавшая на пенсию во Флориду.

Но в последнее время я все чаще начал замечать странное: то одна, то другая из этих старушек стали обращать на меня внимание: спросят, как пробежать на выход из парка или уточнят - не моя ли там собака бегает по соседней дорожке без поводка.

Старею, наверное. Пойду, побреюсь.

Придумал новое слово - плагиат.

К Уставу относятся как к Библии – все про такую книжку слышали, многие даже видели, но никто не читал.

В двадцать первом веке, в веке синтезированных наркотиков, алкоголизм - это атавизм!

Научно-технический прогресс начался тогда, когда человек перестал верить в то, что он всё знает, а научно-техническая революция началась тогда, когда человек начал вкладывать деньги в то, чтобы узнать то, чего он еще не знает.

Принят Закон о гарантиях неприкосновенности действующих и бывших Президентов РФ. Если, например, Медведев кого-нибудь замочит, Путина например, то Дмитрию Анатольевичу ничего за это не будет?

Глобальные войны начинаются незаметно - то там постреляли, то тут конфликт, а потом оглядываешься и понимаешь, что очередная Мировая война уже давно идёт…

Религия - это набор догм и табу.