Несмешные истории

Произошло это лет пять назад. Я, будучи девятиклассницей, которая нуждалась в деньгах на новогодние подарки, решила подработать, и начала раздавать листовки на улице в тридцатиградусный мороз. Прыгаю, кто берет листовки, кто нет. Уже ноги не чувствовала, но уходить нельзя – работа же; и тут меня хватает за руку парень. Думаю — ну все, приехали: кричать не могу – замёрзла, о резких движениях даже и речи не могло быть. Парень довёл меня до ближайшей забегаловки, взял листовки, положил к себе в рюкзак, купил горячий чай, наказал мне греться и ушёл. Через полчаса вернулся без листовок: раздал остальные сам. Сказал, что понимает меня и решил помочь. Без взаимовыгоды, чисто из доброты.

Звонит коллега по прошлой работе. В глубоком шоке и философских размышлениях.
- Вот представь себе что ты потерял кошелек. С зарплатой новогодней премией и накоплениями на шубу жене которую шел покупать.
- Так.
- А теперь представь себе, что тебе его вернули через 5 лет, только деньги в нем умножились с учетом инфляции.
- Не верю.
- Я тоже не верил.
- И что же произошло?
- В 2015 году я случайно перепутал адрес и отправил 4 биткойна на неизвестный кошелек. Проверил его в сети - кошель живой, было пару операций. Но чей - как ты понимаешь понять невозможно. Да и какой идиот вернет поступившую случайно крипту? Понятное дело, взгрустнул и забыл - не те деньги.
А сегодня проверяю - пришло 4 биткойна. Обратно с этого адреса. То есть кто то 5 лет не заходил на кошелек, потом зашел и Вернул неизвестно кому обратно 80 000 долларов. Одним кликом. Похоже, я начинаю верить в высшие силы. Как думаешь, сколько на добрые дела отдать?

В 2005 году устроился на УаЗик новый водитель. Молодой, здоровый паренек. Проверил масло в движке машины, антифриз, поцокал языком и старательно начал пинать колеса. С правой стороны пинал очень интенсивно, когда зашел с левой, мне кажется уазик немного подвинулся, но он его запинал обратно. Я как раз собирался в Нижний и решил посмотреть нового водителя на ход, предложив проехать за рулем. Там тоже было все нормально. Ехал не торопясь, включал поворотники в нужных местах, по рулю не стучал, матом не ругался. В общем все было хорошо, пока не выехали на М7.
Откуда ехала та колонна из новеньких тягачей, я хрен знает, но при въезде на «Волгу» мы почему то оказались в ее середине. Движение там в две полосы в одну сторону и я не придал поначалу этому значения. Минут через пятнадцать я так и не понял, почему по второй полосе все хреначат со свистом, а мы почему-то плетемся в колонне. Не обгоняем и не опережаем. Поразмыслив над такими коллизиями, я сдуру задал этот вопрос водителю. Почему сдуру, я понял по его взгляду.
- Вы что не знаете, что колонну обгонять нельзя? - посмотрев на меня как на слабоумного поинтересовался он.
Я взял паузу, стараясь вспомнить основы ПДД, но с двадцатилетним стажем без лишений, вспомнить их довольно тяжело. Поэтому я так нечленораздельно промычал: «МММММммм» и глупых вопросов больше задавать не стал. Хотя они меня мучили. Я вспоминал, перебирал варианты, рассуждая про себя, должна быть колонна организована или нет. Должна ее сопровождать машина ДПС или нет. Почему нельзя опережать по второй полосе. Пока я думал, колонна встала вместе с нашим уазиком. Я стряхнул лишние мысли, потому что если бы добавились новые, я бы не выдержал. Был бы перегруз.
- Что? - глядя на водителя задал я невразумительный вопрос, который глупым не назовешь.
- Пост. Гаишник тормознул. - поведал он мне.
- Кого? - придерживался я своей позиции.
- Нас, мы ведь в колонне, а он первую машину тормознул.
Я замычал уже не на шутку, со скрежетом зубов.
- Так иди спроси. - наконец-то нашелся я.
- Да сейчас! - и ломанулся к гайцу. Что он там ему объяснял размахивая руками, я не слышал, но по ошалевшему лицу гайца и короткой реплике на секунду открытого рта, он по моему четко объяснил водиле куда и когда ехать. Пока тот бежал к уазику, раза три оглядываясь, гаец провожал его долгим насупившимся взглядом.
- Сказал ехать! - заскочив за руль, поведал мне водитель.
Я стиснув зубы опять промычал и мы поехали. Минут через пять, когда я практически отошел от роли тупого начальника при умном водителе, нас обогнали три автозака с мигалками. Начался город. Автозаки не отрывались, тормозя на светофорах, а сзади подтянулись еще два. Водила посмотрел в зеркало заднего вида
- Походу мы опять в колонне, - произнес он, очень даже спокойно. А вот я занервничал.
- Колонну ведь обгонять нельзя? - задал я во второй раз за день свой тупой вопрос. Водила подтвердил это кивком головы. - А на обочине встать можно? - задал я еще более тупой, но возможно единственный спасительный вопрос.
- Конечно! - произнес он, подозрительно на меня посматривая. Видимо таких тупых начальников встречал впервые.
- Так давай, прижимайся, вон туда к магазинчику. - с облегчением вздохнул я. Тот включил аварийку и припарковался. - Или сейчас ты мне подробно объяснишь где ты до этого работал, либо поедешь домой автобусом, а дальше я поеду сам.
- Да нигде я не работал, с армии только весной пришел. Погулял пару месяцев, да вот к вам устроился. Нет, вы не переживайте, я ведь оба года в автобате служил, пол России объехали, так что стаж и опыт у меня есть. Правда всегда колонной двигались.
- В том то и дело, - тяжело вздохнул я, - я просто как представлю куда бы мы сейчас с этой колонной заехали бы, мурашки по коже. Да и эти с колонны может бы и не пристрелили, но ведь могли и не выпустить.

Прозвучала тут тема Оливье — человека и салата, и, конечно, нахлынули воспоминания. Да, классический-ностальгический оливье готовился, конечно, с докторской колбасой, хотя некоторые отваривали курочку, получая, в качестве бонуса, бульончик для поправки здоровья. А вот моя жена привезла из Североморска рецепт оливье с кальмаром. Отец её был военным, и школу моя тогда ещё будущая жена заканчивала именно в этом приморском (чуть не написал курортном)) городке. Тогда, в начале 80-х, кальмары, конечно, грудами на прилавках не лежали, но в магазинах сети «Океан» отловить морепродукт было реально. Так он и стал нашим традиционным праздничным блюдом. Салат готовится точно по классическому совковому рецепту, только вместо колбасы — кальмары, их нежная плоть придаёт салату мягкий тонкий вкус.
После института (учились мы вместе) нас распределили в ПТУ и дали комнату в четырёхкомнатной квартире. Соседи — две семейные пары и холостяк работали в том же училище. И вот настал большой праздник, и соседи (семейные, конечно, холостяк на кухне вообще не бывал, дома он не ел, а только закусывал) увидели, как я чищу кальмаров. Нам они ничего не сказали, но в коллективе говорили: «Эти… едят такую гадость, даже смотреть противно!» Ну, противно, не смотри, правильно? Однако уже к следующему большому празднику сосед Толик, сантехник, подошёл ко мне и сумрачно спросил: «Где ты их берешь, этих… кальмаров? Жена сказала — без них домой не возвращайся!»
Вот так. Сегодня, конечно, кальмаром никого не удивишь — хомячь хоть с рисом, хоть без риса, хоть в кляре, хоть сушёным к пиву… А вот пробивает иногда на ностальгию … Да и сам процесс приготовления — это вам не сковородкой вок трясти: налил себе бокальчик, и не спеша шинкуешь ингредиенты, умиротворяясь и наполняясь атмосферой надвигающегося Нового года…

Помните – «Видели ночь, гуляли всю ночь до утра.» - романтика, блин.
Вот наоравшись Цоя на кухне общаги, мы, свеженькие первокурсники, пошли гулять по сентябрьскому Питеру, воплощая, так сказать, в реальности заветы гения русского рока.
Осень в Питере только у Шевчука романтическая, в натуральном виде она темная и мокрая, но нам то что, мы успели выпить по бутылке Балтика №4, ну уверен, смогу ли я повторить подобный подвиг нынче. И вот за распитием, по второй, этой самой четверки нас застает «патруль», несколько сотрудников милиции. Лицом к стенке, и пошли по карманам «шмонать», какие там протоколы и понятые? Доходят до меня, и я понимаю, что сотрудник, рассматривающий найденные в моем кармане студенческий и ключ от комнаты, мягко говоря, выпил не только пару четверки, но и еще грамм двести Распутина. И тут он обращает внимание на пакет, что стоит около меня.
--- О, а что это тут? – радуется милиционер. – Водка?
--- Миш, оставь, это мой пакет. – останавливает его коллега.
Вы бы видели, как расстроился Миша, он уже был весь там, в парах халявной водки. Блин, а вы говорите лихие девяностые!
Да, нас отпустили, ибо брать с нас было нечего, а всякая ерунда, вроде распития пива, тогда никого не интересовала. Мы спокойно, ну нет, конечно, немного мандражируя допили свое пиво.

Кровавая рукопись
(Предисловие к повести «Морковь против Оливье»)

Не пробыв в Москве и дня, я ушиб ногу о так называемый «бордюр». За ночь мизинец опух, боль усилилась, и следующим утром решил я зайти в травмпункт, показаться врачу. Но не стоило и пытаться. Поликлиника была забита ранеными, коих продолжали привозить, распихивая по палатам и бросая в коридорах. На ком-то из привозимых была одежда с преобладанием морковного цвета, они явно враждовали с другими пациентами, одетыми преимущественно в салатное. Мне пришлось видеть безобразную сцену ― двое раненых, чьи каталки оказались рядом, сцепились друг с другом, яростно рыча.
Я понял, что была большая драка, из тех, что нередки в этом городе, и направился к лифту, не надеясь уже на медицинскую помощь. Возле кнопки, которую я нажал, также стояла каталка. На ней лежал окровавленный человек в лохмотьях, когда-то имевших салатный цвет, и тихо стонал. Вдруг он открыл глаза и обратился ко мне:
― Могу ли я рассчитывать на вашу помощь? ― спросил несчастный, с трудом выговаривая слова.
― Позвать доктора? ― предложил я очевидное.
― Доктор уже не поможет. Дни мои сочтены. Но скажите, допускаете ли вы в оливье морковь?
― Нет, разумеется, ― ответил я в некотором замешательстве, столь неожиданным показался вопрос.
― Удача улыбнулась мне, ― лицо раненого просветлело, ― В таком случае, прошу вас, возьмите вот эту рукопись, труд всей моей жизни, возьмите её.
Он вытащил свёрнутые листы, что держал у сердца, и протянул мне дрожащей рукой.
Я принял рукопись не без содрогания, пятна крови придавали запискам пугающий вид, а из-за дрожания руки подающего мне полминуты не удавалось ухватить листы надлежащим образом.
― Обещайте, молю вас, обещайте, что мой текст увидит свет, ― говорящий закашлял, кровь потоком вылетала изо рта, вид его был ужасен. ― Этот!
― Что «этот»? ― переспросил я.
― Этот… свет, ― прохрипел раненый, дёрнулся и затих.
Я отошёл от него, укоряя себя за неосмотрительность при ходьбе и опрометчивом согласии принять участие в судьбе рукописи. Хотя я не выказывал такого согласия, но по медлительности и мягкости своего характера не произнёс и отказ, точнее, не успел произнести, и, стало быть, мне надлежало считать себя связанным данным словом.
Мимо быстрой уверенной походкой проследовал главный врач, за ним бежали помощники.
― Почему ещё не в морге? ― сердито бросил он, указывая пальцем на моего недавнего собеседника.


***

И по сей день работа над рукописью не окончена. Многие страницы повреждены, почерк местами не разборчив, приложенные материалы, как оригинальные, так и в переписке, не всегда понятны. В частности, с трудом удалось идентифицировать южномосковское наречие. Проще было с поэмой на аквитанском, но содержание оказалось никак не связанным с рукописью. Для восстановления утраченных фрагментов много дней пришлось мне провести в судебных архивах и музейных хранилищах, большей частью, впрочем, безрезультатно. Вадим Петрович Шаров, так звали виновника моих нынешних занятий, не всегда был точен в ссылках, слишком уж сильно билось его горячее сердце. Всё больше меня охватывает страх, что я не успею завершить начатое из-за охватившей мир чумы и преступной активности морковных, что всякий раз возрастает в преддверье Рождества. Поэтому, я приступаю к поэтапной публикации записок Вадима Петровича, в коих воссозданы многие события разных лет, по возможности приводя его мысли, а большей частью пересказывая собственными словами.
***
Винтовку сжимая, иду на войну,
Чтоб свой оливье не отдать никому.
Прощайте родные, прощайте друзья.
А чья же Гренада? Гренада ― моя.

Там в пещере незримо живёт
Молчаливая тварь — Антрекот;
Прислонившись к его голове,
Тихо дремлет салат Оливье.

Эти не связанные между собой строфы, неровно начертанные на салфетках, были найдены между страницами рукописи. Возможно, подойдут как эпиграфы.

***

Продолжение можно прочитать здесь:
Дело купца Трузе https://www.anekdot.ru/id/1162782/)
Тайна Мастера https://www.anekdot.ru/id/1163973/
1894 https://www.anekdot.ru/id/1164478/