Все новые основные авторские истории за день

У моего нью-йоркского приятеля до сих пор жив дедушка, которому 99 лет. Дед совершенно героический, горел в танке под Курском, брал Берлин, много лет был начальником цеха на Урале, герой соцтруда. Но сейчас это крохотный сморщенный старичок, который не всегда может дойти до туалета. Котелок, к сожалению, давно протек. Полной деменции нет, себя помнит, родных узнает, но то его ЦРУ облучает, то соседи травят газом через розетку, то еще что-нибудь. В ковид наотрез отказывался прививаться, чтобы не зачипировали. Хорошо, приятель догадался сказать, что это не прививка, а уколы витамина B для укрепления иммунитета. А теперь, спасибо российским телеканалам, деду везде мерещатся нацисты.

Конечно, в таком состоянии дед не может обойтись без сиделки. Сиделкой у него работает Оксана, дивчина из глухого карпатского села. Ну так себе дивчина, ей хорошо за 50. Там интересная история. Ее предки в войну приютили нескольких еврейских детей. Прятали их и от немцев, и от своих же полицаев. Праведники мира, так это называется. Одна спасенная девочка выжила, выросла, стала богатой нью-йоркской дамой и вызвала своих спасителей в США. То есть стала спонсором их визы. Спасители, освоившись, вызвали в США своих родственников, те – своих, и постепенно полсела перебралось в Америку.

Пару дней назад приятель зашел к деду. Тот сидит на диване весь сжавшись под вопли Соловьева, вздрагивая при особо грозных раскатах. Хочет в туалет, но боится идти, чтобы его нацисты по дороге не сцапали. А Оксана его уговаривает:
– Абрам Моисеичу, не бойтеся, вставайте та идите. Бабка моя жидов от нацистов прятала, и я вас спрячу.

Томск. Середина восьмидесятых прошлого века. По вечерним коридорам одного из тамошних технических ВУЗов мечется оскорбленно-истерический крик зама по АХЧ - маленькой кудрявой дамы в строгом костюме, очках в металлической оправе и кожаной папкой в руках: "Я же два дня вас просила!.. И вчера!.. И сегодня!.. Я говорила: Туалеты второго этажа забиты!!!"
Ее визави, двухметровый похмельный сантехник, одетый в ватник и болотные сапоги, утирая красное от "жизни такой" лицо брезентовой рукавицей, пытается оправдаться: "Да чистил я! И вчера, и сегодня... Чистил..."
"Так в чем же дело?!!" - оправа очков на даме явно приобретает признаки нагрева "докрасна".
Ответ был технически безупречен: "Ну так, труба-то на сто... А насрали - на сто пятьдесят!"

Во все времена для выпускника сельской школы немного вариантов в выборе профессии, если он желает остаться с родителями.
Престижным было всегда окончить институт или техникум по специальности, которая пригодится в деревне: агроном, зоотехник, учитель или врач.
Старший брат нашего героя Антон, поступил в техникум для получения квалификации агроном.
Когда он был уже на третьем курсе младший брат Алексей окончил школу и выбрал себе профессию – ветеринарный врач.
Антон вернулся в родной поселок молодым агрономом, с блеском в глазах и желанием применить полученные знания на практике.
Взяли на работу без проблем, должность старший учетчик тракторной бригады, родители были в восторге.
Алексей видя успехи старшего брата, старался не отставать в учебе, прилежно учился. Спустя отпущенный на обучение срок, он пришел в контору колхоза с дипломом, что было на тот момент очень кстати, место было вакантным.
С первого дня все у Алексея заладилось, буренки, хавроньи, барашки с конями, попали под присмотр доброго и знающего лекаря.
Вот здесь то, родители братьев начали в два голоса, навязчиво подбивать с семейной жизни:
- Что вы специалисты, а без жен, без хозяйства своего?
Оба на работе с утра до вечера, да и выбор невест небогат.
Тут приехала, в поселок беженка, с казахских степей, с русскими корнями, Ирэн, в прошлом говорит, работала бухгалтером, ну сейчас согласна и дояркой быть.
Запали на девушку оба брата, стали ухаживать, оказывать знаки внимания, хотя и была Ирэн старше наших героев на полтора десятка лет, фору могла дать малолеткам, одевалась красиво, макияж не броский, но эффектный. Выбрала она младшего Алексея, родители про разницу в возрасте не сразу узнали, после того как они начали совместно проживать в доме оставшегося от дедушки с бабушкой.
Вот тут Ирэн стала Алексея приобщать к культурной жизни как в городе, шампанское, мартини, ликер, коньяк. Чем еще душу порадовать в глухомани. Стал Алексей и медицинский спирт с работы приносить да за консультации местных жителей в области ветеринарии брать бутылкой самогона.
Старший Антон стал компанию составлять, в запой стала уходить троица.
На работу не ходили по пару дней сначала, потом неделями стали прогулы мерить, терпело руководство молодых специалистов, не наказывало, кем заменишь.
А вот Ирэн, после третьего предупреждения пришлось уехать в неизвестном направлении.
Загоревали братья, еще больше пить начали. Родители им не указ.
Но к работе стали с неприязнью относиться, без огонька.
Антон стал подумывать в город уехать, в оранжерее работать.
Алексей ударился в частную практику, домашних лечить животных.
В один раз пришел на вызов к молодой разведенке Марине, кот у нее занемог. Полечил, назначил микстуры, сказал в район нужно свозить, поехали завтра вместе.
Кот выздоровел, у Марины и Алексея завязался роман. Родители опять же узнали, нос уже по ветру держат теперь.
- Где твои глаза, у нее же двое детей, мальчик шесть лет, девочка два года? Не послушал родителей Алексей, решил что это не помеха.
Поженились, расписались, купили дом, ведут добротное хозяйство, про кота не забывают, от коровки своей всегда парного молока наливают. Антону тоже сметана с простоквашей перепадает, да на котлетки домашние приглашают по выходным.
Теперь в семье Алексея и Марины четверо детей, счет два – два, как говорят они пока не известно в чью пользу.
Во дворе автомобиль и мотоблок, в доме все прелести городской жизни, водопровод, канализации, газовое отопление.
Вот так, врачу с золотым сердцем, но темной головой, Марина и ее кот помогли уберечься от зеленого змия.

Про книги

В начале марта я готовил книги для выставки. Попался интересный экземпляр греческой Батрахиомахии - Войны мышей и лягушек. Странное дело - в книге обнаружились лишние страницы. А это уже ооочень интересно! Сравниваю с другим экземпляром- реально лишние! Причем страницы изначально были в книге, при её издании. Удивленно звоню коллеге из Орла.
- Мишань, у меня странная Батрахиомахия. Посмотришь свою?
- Давай.
....
- Похоже, у тебя уникальная разновидность. Я такой не имею и не встречал. Но нужно убедиться. Набери в Питер, потом уже в Ригу.
- Угу.
Звоню в Питер - подтверждают, не встречали. Звоню в Ригу - то же самое. Но - есть мнение, что похожий экз. есть в Харькове...
- Звони Лехе.
- Куда, в Харьков?
- Ну да, а что?
- Ну там же ....!
- Саш, мы с тобой БУКИНИСТЫ! Для нас нет преград!
Ладно...

Через 2 часа созваниваюсь с Ригой:
- Знаешь, хорошо что я звонил. Я коренной рижанин, мама латышка, папа латыш. Так вот - наш харьковский коллега на меня 3 минуты истошно матом орал. Хотя 20 лет знакомы.
- Понимаю, извини , дорогой. Ну так что с книгой?
- Да уникат у тебя, поздравляю!
- То-то же!
- А что так долго то?
- Да он ждал когда вертушка улетит, боялся выходить...

P.S. Люди всегда должны оставаться людьми, а книги нужно беречь. Особенно - редкие.

На сахзаводе нужно быть уже в четыре часа утра, иначе двух рейсов не сделаешь. Но обе машины-бардовозки поломаны. Трактора все в поле на посевной. Один вариант, отправить трактор с фермы, который на подаче соломы.
Бригадир убеждается в правильности своего выбора и едет к трактористу вечером домой.
- Степан, нужно за бардой рейс сделать.
- Да я же невыездной, только по колхозу могу.
- Ночью бочку зацепишь, в три часа выедешь – вернешься на рассвете, думаю пост успеешь проскочить.
Утренняя планерка в гараже, забегает Степан и к бригадиру прямиком.
- Что случилось Степан?
Тот в сердцах выкладывает:
- Еду обратно, на своем таракане. На переезде Матвей в красной фуражке палочкой машет.
Останавливаюсь, он спрашивает: – «Это твоя посылка у шлагбаума?». Оборачиваюсь – моя.
Он говорит: «Ксива бар?» – «Ёк» - отвечаю.
Он опять: «Талмуд бар?» – «Ёк» - говорю.
Матвей: «Гони бакшиш!».
Пришлось отдать один рваный.
И только после рассказа Степан замечает, что на планерке новый парторг.
Бригадир с серьезным видом, как доцент в известном фильме говорит:
- Присядь Степан, и пиши, что бы все присутствующим было понятно.
Таракан – трактор-стогомёт.
Матвей – милиционер.
Посылка – бочка с бардой.
Ксива – права.
Талмуд – путевка.
Бакшиш – штраф.
Теперь всем понятно, что просишь вернуть лишь один рубль…

Один мой товарищ… намедни спустился с гор. Больше месяца – только солнце, снег и горы. Ну и лыжи, санки, рюкзаки и палатка. Каждый день отправляли сообщение через спутник – мол, прошли там-то, идём завтра туда. Спустились в цивилизацию – и первые его слова, которые я услышал по телефону:
– По последним данным разведки мы воевали сами с собой!
- Сеня, [продажная женщина]! Да эта ж песня старше тебя!
А теперь, собственно, сам анекдот…

В своё время компания, в которой работал мой другой приятель, не менее острый на язык, проводило некое мероприятие на более чем свежем воздухе. Обозные передвигались на подводах, арендованных у трехбуквенной компании, которая как бы государственная, по затратам, и как бы немного частная по остальному. Суть мероприятия – поездка-прогулка «пойнт-ту-пойт» (англ. – из точки в точку) на самодвижущихся тележках с максимальным усложнением пути, когда поездка превращается в перетаскивание (англ. task, он же challenge). Электронный мосх ща показывает 10500 км от первой точки до последней. Ну, а на самом деле было чуток поболе… Эх, много тележек полегло тогда!
Но самое интересное было в обозе, прозванном впоследствии «золотой поезд». Там были и специалисты широкого и полуширокого профиля, и седо-и-не-только-бородые летописцы подвигов богатырей-тележечников, виночерпии и обозные девки, способные больше чем на всё. А также приглашённые гости-знаменитости. Другой мой товарищ неожиданно для себя оказался среди них – как никак спелеолог номер один в мире (ну, хорошо – полтора, да!) да ещё и с характерной спелеофамилией. И неожиданно получил бонусом соседа - автора вышеупомянутой песни! Товарищ автора с детства немного, мягко говоря, недолюбливал, а тот ещё и был в самом разгаре борьбы со змием (нет, Георгий-победоносец тут не причём). Прознал автор что товарищ ходит в пещеры (спелеологи таки бывают в пещерах чаще остальных людей). И тут он начал объяснять спелеологу как в юности они со товарищи ходили в каменоломни в окрестностях славного города Ленинграда и как нужно выбирать плексиглас, что бы тот коптил поменьше и светил получше. Товарищ сдерживался до последнего – он не только спелеолог, но бывалоча и боксом занимался — это стоит отдельного рассказа. Но терпению пришёл конец, и товарищ не выдержал: - Боря, дай мне гитару! Я тебе покажу два новых аккорда!