Лучшие анекдоты, истории и фразы зарегистрированных пользователей

Приезжаю на обед домой, смотрю моя меня встречает. Высунулась с балкона как лох-несское чудовище из озера и глазищами на меня зырк, зырк. Поднимаюсь, а дома вообще ИГИЛ полный, ходит мрачнее тучи из угла в угол, смотрит на меня, как фашист в монокль, а сама молчит и от меня отворачивается.
- Здрасьте – говорю – жопу покрасьте.. Что случилось-то? Чего ты бегаешь как Чарли Чаплин?
Та молчит, не отвечает. Походила так минут десять, потом не выдержала, врубила сирену:
- Это с кем ты там ездишь!? Какую ты ещё там кралю молодую возишь, а?!
Я в ступоре…
- Какого хрена – отвечаю – что за бред ты несёшь?
Короче говоря, выясняется, позвонила ей какая-то «доброжелательница» и доложила, что сосканировала меня в городе с какой-то молодухой на переднем сиденье. Дескать, ехали, смеялись, любезничали вовсю….
Я вообще в ступоре, в голове всё перебрал, ничего не понимаю. Паноптикум какой-то.. С утра на работе, потом уехал, дела кой-какие поделал… так один вроде…. потом дочку из школы на танцы увёз…
Да, не возил я ни... Стоп!!

Ё-моё… вот и дочка выросла….

© robertyumen

Петрович руководил одним из ЛПУ МГ ОАО "Газпром". За, исполнившиеся ему,
шестьдесят лет он прошел огни, воды и трубы, причем трубы, перед тем как
пройти, еще и построил в большом количестве, ибо начинал будущий Газпром
в числе первых. Начальником Петрович был от бога: управление свое знал
до последних штуцеров и гаек, как мог обеспечивал подчиненных жильем,
зарплатой, "путевочными" льготами и медобслуживанием, построил в поселке
школу, лучший в республике детский сад и даже роддом. Не на свои же
строил, спросите? Да не на свои. Но "выбивал фонды", организовывал
стройку, смотрел за нами - подлецами-подрядчиками именно Петрович, а это
немало.

Петрович и сейчас мужик жесткий и требовательный, когда на пенсии, а уж
тогда - я уж не знаю как и объяснить. Ненавидел он лентяев и
бездельников лютой ненавистью. Как всякий руководитель советской поры
Петрович их сначала перевоспитывать пытался, а не получалось - шугал и
гнобил по-страшному и боялись они его как огня на своем производстве.
Они даже своих ленивых детей им пугали, рассказывая про Петровича
людоедские истории, а уж новых сотрудников пугать начальником - сам бог
велел.
Запуганная таким образом Ольга, только-только устроившаяся в
строительную группу ЛПУ, совсем не удивилась, когда какой-то "шутник"
заявил ей, что на ЛПУ существует график, по которому все женщины
коллектива ходят к Петровичу домой доить корову. Петрович де корову
недавно купил, а самому доить в лом, жены нет - разведен, вот он барщину
и устроил. Ольга вообще-то девка боевая, себя в обиду не даст, она даже
прорабом на стройке работала, но. Но так сложилась судьба, что ее,
выскочившую в свое время замуж за красавца-танкиста, муж увез служить в
таджикский Ленинабад, а уж из Ленинабада их попросили сразу, как только
советская власть с дружбой народов кончились. Детей еще двое маленьких.
Беженцы в общем. И на трудную судьбину несмотря, Ольга собрала остатки
мужества и отправилась к Петровичу, если не протестовать, то хотя бы
сказать, что коров она доить не умеет.
- Петрович! - начала Ольга с порога кабинета, но фразу не закончила и
неожиданно для себя заплакала.
Петрович, который если что не любит больше лентяев, так это женских
слез, встал из-за своего начальственного стола, Ольгу от двери отвел,
усадил, всучил свой белый накрахмаленный платок, водички в стакан налил.
Самому любопытно, конечно, чего это новая сотрудница к нему поплакаться
пришла, но видит, что толку не будет пока не успокоится.
- Пииитровииич! - говорит, Ольга скворь слезы и вслипывания, - Я не умею
доить корову.
Петрович давно начальником. К нему люди со всякими проблемами приходили.
Он даже и не удивился совсем.
- Ничего, - говорит он, успокаивающе ласково, - дело несложное,
научишься. Не стоит так переживать-то.
- Пииитрович! - продолжает плакать Ольга, понимая, что ей не отвертеться
от дойки и от этого расстраиваясь, - я никогда не научусь доить корову.
Петрович, вспомнив, что у Ольги двое маленьких детей, что они беженцы,
что у нее еще и муж танкист, уже точно решил: Ольга купила корову чтоб
кормить детей и мужа, а доить не умеет и ревет именно по этой причине.
Надо помочь, еще решил Петрович, и успокоить.
- Научишься, научишься, - продолжил он свою речь, - все просто, я
попрошу - тебе помогут, первое время, а потом и сама и привыкнешь.
Ольга, которой совсем не улыбалось "доярочная" работа по
совместительству, постепенно успокаивалась, вытирала слезы, но начинала
злиться.
- Петрович! - заявила она неожиданно твердым голосом, - я повторяю: я
не умею доить корову, я не буду доить корову.
- Оля, - Петрович наконец-то вспомнил, как зовут новую подчиненную, а
заодно кое-что из коровьей анатомии, - если корову не доить, она
умрет.
- Причем в муках, - вспомнив еще животноводческих подробностей и про
большую Ольгину семью, добавил Петрович, - жалко ведь животину, да
и семья без еды останется.
- Как без еды? - удивилась Ольга, - Вы что, меня из-за своей коровы с
работы выгоните?
- Не выгоню, конечно, но выговор я бы тебе за жестокость влепил, если бы
право имел, - Петровичу действительно стало жалко обреченную корову,
но людей он любил больше животных, - но корову ты продай, раз доить не
хочешь.
- Как это я продам вашу корову? - Ольга перешла в наступление,
почувствовав в начальнике слабину, - Вы сами ее продать должны и
сотрудников больше не заставлять за ней ухаживать.
- Постой, каких сотрудников продать и какую корову ухаживать, - опять не
понял Петрович, - толком объяснить можешь?
- Мне сказали, - Ольгины слезы уже совсем высохли, - что завтра моя
очередь доить вашу корову. По графику. А я не умею и не буду. А вам
лучше ее продать и людей не мучать.
- Теперь понятно, - фыркнул Петрович, - у меня нет коровы. Графика тоже
нет. Шутники есть. Кто, говоришь, тебе про график сказал? Хотя,
неважно. Делаем так. - Петрович отошел от Ольги и уселся в свое
кресло, - у тебя сарай же есть? Есть. Я эти проекты с хозпостройками
сам выбирал. Сарай есть, корову с сеном я тебе организую к вечеру. А
ты передай шутникам: Петрович свою корову тебе подарил, график дойки
отменил - теперь шутник ее постоянно доить будет. Передай обязательно
и скажи, что я утром проверять приеду. Можешь идти.
И Петрович, никогда не бросавший слов на ветер, стал звонить директору
ближайшего "колхоза", чтоб договориться о месячной аренде коровы.
Месячной потому, что Ольга корову доить не умела, а больше месяца дойки
- слишком жесткое наказание даже за такую шутку.

Наши друзья живут в пригороде Чикаго. В их комьюнити, то есть поселке на
50-100 частных домов, больше русских семей нет, одни белые американцы.
Ну, пару китайцев для разнообразия. Хозяйка дома, скажем Люся, недавно
привезла в гости своего папу. Через некоторое время видит, что папа
стоит на границе соседского участка и оживленно беседует с какой-то
пожилой леди. Надо же, думает Люся, никогда не предполагала, что папа
настолько владеет английским. Наконец папа возвращается и с
удовлетворением сообщает, что давно с таким удовольствием не
разговаривал ПО-РУССКИ.

Люся идет к соседке Карен спрашивать, откуда ее мама знает русский.
А-а-а, кричит Карен, так это, оказывается, русский! А мы-то гадали.

Что выяснилось. Мамы Карен давно давно нет в живых, а пожилая леди - ее
бабушка. Бабушке в обед 100 лет, у нее болезнь Альцгеймера, живет она,
как принято у американцев, в дорогом доме престарелых, но внуки
периодически берут ее к себе погостить. Несколько лет назад под
воздействием Альцгеймера бабушка перестала говорить и понимать
по-английски, а стала нести какую-то абракадабру. Теперь вот с помощью
Люсиного папы обнаружилось, что это никакая не абракадабра, а вполне
осмысленная русская речь, и бабушка прекрасно помнит события своего
детства - а вот более поздних событий уже не помнит. Ее мама,
оказывается, была русской дворянкой и бежала из России, по-видимому, во
время революции, когда дочке было года 3-4. Тут она вскоре вышла замуж
за американца, через несколько лет умерла, и дочь выросла совершенной
американкой и понятия не имела о своем русском происхождении, пока через
90 лет старик Альцгеймер не стер верхние наносные слои памяти.

Живя в Берлине, Франц Кафка каждый день прогуливался по парку. Там он однажды встретил маленькую девочку, которая потеряла куклу и громко плакала. Кафка предложил ей помочь в поиске и встретиться на том же месте на следующий день.

Куклу знаменитый писатель, конечно, не нашел. Но зато принес написанное им от ее лица письмо. «Пожалуйста, не огорчайся моему отсутствию, — зачитывал вслух Франц. — Я уехала в путешествие, чтобы повидать мир. Буду писать тебе обо всех своих приключениях». Следующие несколько недель они встречались в парке, и писатель читал девочке письма, в которых кукла в красках описывала свою поездку.

Вскоре у Кафки случилось обострение туберкулеза, и ему потребовалось отправиться в санаторий в Вену. Перед этой поездкой, ставшей для писателя последней, Кафка встретился с девочкой и подарил ей куклу. Она была совершенно не похожа на ту, что девочка когда-то потеряла. Но к ней прилагалась записка: «Путешествия изменили меня».

Каждый человек живет ради чего-то хорошего, того что он должен сделать в этой жизни.
И может быть его судьба неудачная или неправильная, но все же есть хотя бы один момент, который он помнит и знает, что в этот день он жил не зря.
Был и у нас такой день. На троих.
Поехали мы как-то на рыбалку на Ладогу. Есть такое место недалеко от Питера, где к озеру не подобраться, т.к. до этого надо пересечь канал, потом идти по лесу еще метров 700-800 и только потом ты выйдешь на берег. Но у нас был знакомый, который жил на этой ничейной земле, перевозя через канал, сдавая лодки и ночлег в заброшенном здании. Вот мы туда и прибыли.
Разместились и пошли на вечернюю зорьку.
Только вышли из зарослей тростника, как сын говорит, мол смотрите лодка переворачивается. Ветра нет, а вдалеке видно, как резинку переворачивает. Стало понятно, что кто-то выпал и пытается забраться обратно. Рванули туда, доплыли. Рыбак, пенсионного возраста, уже просто висел обессиленый на веревке вдоль борта и был белый как полотно. Затащили. Подхватили лодку и назад.
Я не стану останавливаться на том, как мы его отпаивали коньяком, тащили лодку с опущенными якорем и затаскивали мужчину в дом.
В общем, он выжил и это самое главное.
Как оказалось, мужчина был сердечник и его в какой-то момент качнуло. Он выпал и потом в течение 3 часов пытался забраться на лодку. До берега далеко, вода +12 и место, где никого не бывает. Одним словом, повезло ему в этот раз. Его ангел прислал нас в самый последний момент.
Зато теперь я знаю, что не зря прожил хотя бы один день. И безмерно благодарен небесам за предоставленную возможность - помочь ближнему.

В догонку история про голодное и веселое студенческое время начала
девяностых.
мы с другом(в хорошем смысле слова), жили в общаге и харчеваться ходили
к трем девченкам жившим в одной комнате. Такой незатейливый бартер-мы им
картошку и колбасу, они нам борщ и т. д.
Вот у одной из барышень-Иры на носу день рождения, а в Питере, как и во
всей стране, на ту пору с недорогими подарками было туго. Купили с
другом в Гостинном дворе набор эмалированных мисок 5 шт. От маленькой,
до здоровой, в которую влез бы салат для сельской свадьбы...
И вот перед общагой мы решили, что красные миски в белый горошек,
фиговый подарок для девченки в двадцать лет, нам просто повезло, у
алкаша мы купили запечатанные духи.
Духи очень понравились, все прошло весело...
На следующий день, я пришел и подарил девчонкам маленькую миску из
набора Через неделю принес за пазухой вторую, чуть побольше. съел борщ
из маленькой, не заметно спрятал ее за пазуху, а ту что побольше
испачкал борщем, сказал спасибо и ушел...
Так продолжалось 5 недель...
И когда мне наливали очередной суп в огромную миску, Ира сказала... Все!
,перевожусь на заочное...!!! Остальные девченки всплакнули... Нам
пришлось все рассказать...
Они долго и не без успеха гонялись за нами с бамбуковыми палками от
этажерки, а когда выдохлись, признались, что часами смотрели на нашу
"миску" и решили что сходят с ума от дикой зубрежки перед сессией...

Предлагало ведь УЕФА уехать сборной России нормально, по дисквалификации, набив морды англичанам, нет полезли играть в футбол…

Если пришла пора меняться — берите пример с японцев. Когда японская компания оказывается в тяжелом положении, первый, кому урезают зарплату, — её президент. Если ситуация становится еще более серьезной, именно он первым уходит в отставку.
В Японии не начинают с увольнения рядовых сотрудников — японцы считают, что не бывает плохих солдат, бывают лишь плохие генералы.
Ицхак Адизес

ГАД
Есть у меня старинный друг, хоть он вдвое старше меня, но надеюсь тоже
считает меня другом. Это старый кагэбэшник Юрий Тарасович. От него я
слышал много парадоксальных историй, в которых вроде все понятно, но
ничего нельзя понять... эти истории тебя долго преследуют, как
застрявший в голове мотив. Они грузят голову и заставляют думать.
Вот одна из них: В самом начале девяностых, когда Союз только распался,
в определенном военном округе, в определенном лесном гарнизоне
("определенный" - любимое слово Юрия Тарасовича. Он даже может сказать,
что идет в магазин за определенными продуктами. Ничего не поделаешь -
отпечаток службы...) Так вот в этом гарнизоне находилось на боевом
дежурстве, определенное количество межконтинентальных ракет,
определенной суммарной мощности, выраженной в мегатоннах. Население
города - человек двадцать офицеров с семьями и рота солдат. Архитектура
города состояла из дома офицерского состава, штаба и казармы. Сразу за
городом, начинался городской парк, раскинувшийся во все стороны
километров на 500, аж до другого такого же шикарного города... Даже
телевизоров в городе не было - не добивал сигнал.
Служил там старлей. Сказать, что рубаха парень, ничего не сказать. Все
его просто обожали: добрый, отзывчивый, абсолютно не жадный, что по тем
местам и временам было дико. У этого старлея в Москве жил старший брат и
не простой, а очень богатый банкир. Он всю дорогу внушал младшему
братику - старлею: -Что ж ты, Вася (назовем его так), сидишь там в лесу,
а жизнь проходит? Увольняйся из армии. Приезжай ко мне в Москву, я тебя
сделаю своим соучредителем, будем опираться друг на друга. Ну а если ты
совсем тупой, то будешь у меня начальником службы безопасности, с
зарплатой пять штук зелени.
Но наш Вася не хотел бросать службу, даже товарищи крутили пальцем у
виска. Но банкир подогревал "непутевого" брата, присылая на жизнь 2000
баксов в месяц. При том, что зарплата офицера была тогда долларов сорок.
И наш Вася не жлобился, скупал всю автолавку и поил и кормил всех, всех,
всех. На машину не хватает 300 баксов? - На, отдашь когда сможешь. На
отпуск занять 150? Пожалуйста... не отказывал никому, хотя знал точно,
что отдать не смогут, да и не было случая, чтобы кто-то пытался... Ему
даже не завидовали, завидовали только тем, кто успевал первый в очереди
на заем денег. Врагов у него не было, наоборот, все старались позвать в
гости и накормить обедом. Вася был неженат. Однажды с майорской дочкой
случилось горе, она стремительно стала слепнуть, а девчонке 9 лет.
Летали на вертолете в больницу, там сказали: - Мужайтесь, но ваша
девочка ослепнет. Помогла бы только операция в Германии, но стоит она 12
тысяч дойчмарок, а это по тем временам как читиллион - шмиллионов, ведь
квартира в Москве стоила тогда тысячи четыре...
Вася в тот же вечер позвонил брату, имел с ним напряженный разговор, но
через пару дней вручил майору сумку денег: - На. В Москве поменяешь на
марки...
Немцы не подвели, операция помогла, к девочке вернулось зрение. Вот
таков был старлей Вася. Как такого не любить?
Однажды ночью, находясь на боевом дежурстве, глубоко под землей, Вася
шарился по всем "определенным" помещениям командного пункта, в поисках
сигареты. Из туалета вернулся капитан и говорит: - товарищ старший
лейтенант, вы не имели права входить в это помещение, у вас нет допуска
в эту зону.
- Да ладно тебе, я только хотел сигаретку у тебя тут потырить...
- Сигаретку не сигаретку, но я обязан доложить в особый отдел.
Хотелось капитану стать майором и он заложил Васю. Бывает.
Стали Васю тягать и так и сяк и после "определенной" проверки,
выяснилось, что Вася.... шпион, завербованный североамериканскими
штатами…
Завербовали его еще в училище, подставили девчонку и: либо отчисление и
срок за изнасилование, либо - что-то подписать, с кем-то сняться на
видео... да собственно и все. Прошло пять лет. Он уж было успокоился.
Но в гарнизоне его нашли, и пришлось Василию сливать потенциальному
противнику - "определенные" коды ракет, которые менялись каждый месяц,
так что у старлея всегда была «работа».
И конечно же никакого брата у него не было, а все полученные деньги он
тратил на общество. При обыске у Васи не нашли ни одного (!!!) доллара.
Старлея навсегда увезли в "определенном" неизвестном направлении. Вроде
бы все просто - "по делам вору и мука".
Только вот "Хорошему" капитану, разоблачившему шпиона - Васю, офицерское
общество устроило тяжеленькую житуху. Его подставили и вынудили уволиться
на гражданку. Не простили ему старлея. Все понимали, что Вася предал
родину, но он черт возьми хороший человек, да и что такое родина, когда
страна лопалась и распадалась вместе с присягой...?
А попробуйте спросить майора, у которого дочка стала видеть белый свет:
а кто же в этой истории гад, и кто хороший...?

ЗАНАВЕСКИ

Ночь. Тишина. Кухня.
Открывается дверь холодильника. Оттуда вываливается огромная пузатая Мышь, на шее гирлянда сосисок, в одной лапке кусок сыра, в другой окорок, она тяжело и медленно плетется в сторону норки, а перед норкой стоит маленькая мышеловочка заряженная крохотным, кусочком давно-засохшего сыра. Подходит к мышеловочке, изучающее ее разглядывает, качает головой и со вздохом говорит:
— Ой, ну, чеснэ слово, як диты…

На этот раз, извечные соперники: женское коварство и мужская хитрость, схлестнулись в обычном, ничем непримечательном магазине тканей.
Одним чудесным, летним утром, мой товарищ, а по работе еще и начальник по имени Эльдар, заехал прикупить красивые занавески для центральной, каминной комнаты своего нового загородного дома.
Эльдар совсем замучил хорошенькую продавщицу Наталью, перещупал на всех полках все материальчики, вспоминая цвет и фактуру своих стен, пересмотрел сотни тканей на просвет, наслушался по телефону маминых советов: - "чтобы шторы были не очень прозрачными, но в то же время не совсем уж глухими"
Наталья стоически переносила все (в прямом и переносном смысле, натаскалась рулонов из подсобки и обратно) и вот, не прошло и часа, как из сотен вариантов, веселенькие занавесочки были выбраны, семь раз отмеряны, отрезаны и куплены, но Эльдар не спешил уходить из магазина, он хотел как-то отблагодарить такого толкового и улыбчивого продавца, тем более, что и продавец был красоткой каких поискать.
Немного постоял, помялся, поднакопил наглости, решился наконец, и пригласил девушку в кино, Красавица Наташа не отказалась.
Кавалер придирчиво оглядел себя: шорты, рваные кеды, майка, кепка, ну просто никаких опознавательных признаков миллионера, вот тут-то и началась затяжная мужская хитрость. Дело в том, что Эльдару тогда было под сорок, ни детей ни жены, хотя девушки за ним целыми зомби-табунами всегда бегали, как только видели и слышали его запредельную спортивную машину, оно и понятно, кошелечек на ножках полюбит каждая, вот и решил наш умник, на этот раз быть хитрым, чтобы проверить – сможет ли красавицу Наташу заинтересовать не миллионер Эльдар, а обычный татарин Эльдар, живущий с мамой, скажем, в однушке у самого МКАДа?

В первый вечер сходили в кино, съели мороженое, а на закуску были проводы Наташи до самого дома (на метро и маршрутке, машины-то нет).
На другой день была какая-то художественная выставка, потом парк культуры, кормежка голубей и все в таком-же незамысловато-студенческом духе, и никаких тебе такси, а тем более ресторанов, ведь по тщательно спланированной легенде, Эльдар обычный сисадмин со скромной зарплатой.
Но Наташа держалась и ни на что не претендовала, им и на роликах в Сокольниках было весело вдвоем.
Через месяц Наташа пригласила Эльдара к себе, чтобы познакомить с родителями, через два, он уже одалживал у нее деньги до зарплаты, а через три, хитрый татарин решил прекратить этот балаган, ведь Наташа уже прошла проверку более чем полностью.
Предложение руки и сердца состоялось не где-нибудь, а в самом Макдональдсе.
И когда невеста сказала - "Да!", Эльдар, наконец, признался, что из всего того, что он наговорил Наташе за прошедшие три месяца, правдой было только то, что жить он без нее уже не мог и что действительно проживал с мамой, хотя и в огромном четырехэтажном доме…

(Полторы страницы дикой обиды, бурного скандала и примирения, пышной свадьбы и медового месяца на яхте я позволю себе пропустить)

…И только, два года спустя, когда у мужа было игривое настроение, Наташа, наконец призналась:
- Эльдарчик, ты не обижайся, но, мне так было смешно наблюдать за тобой, когда ты изображал бедного, но гордого сорокалетнего студента. Я все думала – ну, когда же ему надоест ходить пешком, он перестанет валять дурака, станет уже самим собой и признается?
А ты скрипел, пыхтел, но держался, молодец. Как маленький. Если честно, то я раскусила тебя еще в первый день нашего знакомства, в магазине, когда ты ко мне пришел.
- Как это? Как раскусила? Да ну ладно рассказывать. Ничего ты меня не раскусила. Я тогда ехал от пацанов после футбольчика, и был грязный, потный и небритый, как ханурик.
- Да? А тогда что это у вас с мамой за «однушка в хрущевке», в которой высота окон семь с половиной метров? Мы же занавески тебе выбирали, ты что, забыл…?

КОРТИК

«Verum est quod pro salute fit mendacium»
(Ложь во спасение правде равносильна)

Знакомый телережиссер Максим, рассказал мне вот такую инфарктную историю своего детства:

- Было мне лет двенадцать, не больше, когда в один прекрасный день с работы вернулся счастливый папа и с порога закричал: «Максим, скорей беги сюда! Смотри что у меня есть!»
С этими словами папа из кармана пальто достал самый настоящий морской кортик.
Папе тогда стукнул «сороковник» и дядя Володя – мамин брат, преподнес ему такой шикарный подарок.
А дядя Володя, между прочим, был самым настоящим адмиралом.
Вполне естественно, что в тот день я спал с кортиком под подушкой, рискуя в полной темноте повыкалывать себе оба глаза, я ведь не просто спал, а ежесекундно доставал его из ножен.
Опять же вполне естественно, что на следующий день после школы я привел домой всю мальчиковую половину класса, чтобы похвалиться своим символом властителя мира.
Уже не помню о чем я думал, но зачем-то поддался на уговоры и согласился повесить на стену кухонную разделочную доску, чтобы попробовать метнуть в нее кортик.
Будьте прокляты фильмы про индейцев!
Хватило всего-то одного броска и от кортика откололся кончик сантиметра три.
Друзья похлопали меня по плечу и моментально испарились.
Стою я посреди комнаты, в одной руке сломанный кортик, в другой его кончик, стою и думаю: а ведь жить мне осталось каких-нибудь четыре часа. Вечером придет папа, мама, дядя Володя с бутылкой, придут и скажут:
- «Максимка, ты случайно не трогал кортик мокрыми руками? На нем от этого будут разводы, замечу - убью.
Давай скорей тащи его сюда!»

Парень я был рукастый, в доме куча инструментов, и у меня созрел план, как оттянуть свою смерть.
Часа за три я обкорнал обломанный клинок на точильном камне, получилось совсем не дурно. Потом хорошенько зашлифовал царапины и кортик стал как новый, только короче сантиметров на шесть. В общем, если его в руки возьмет кто угодно, кроме дяди Володи, то могло проканать.
Всунул я кортик в ножны и вдруг понял: «А ведь ножны-то меня и выдадут, уж слишком они длинные по сравнению с теперешним обрубком кортика.
Прикидывал и так и эдак, а время поджимало и я решился, расклепал медный конец ножен, сковырнул его, и нафиг отпилил ножовкой «лишний» кусок ножен.
Воткнул медную штуковину обратно, обжал тисками и даже заклепочки назад пристроил.
В этот момент в замке звякнули ключи и в дом вошел папа с мамой и дядей Володей.
Не успели они толком выпить за папу и закусить, как папа закричал: «Максимка, ты случайно не трогал кортик мокрыми руками? На нем от этого будут разводы, замечу - убью.
Давай скорей тащи его сюда. Смотри какой дядя Володя футляр принес"
С этими словами папа поставил на стол продолговатый деревянный ящик, открыл его, я заглянул внутрь и похолодел. Внутри в бархатном нутре виднелся четкий силуэт нашего кортика.
Не жив – ни мертв я притащил папин кастрированный подарок и стал с ужасом наблюдать, как папа пытался его пристроить на свое законное место и никак не мог понять, почему бархатный силуэт гораздо больше самого кортика.
Задумчивый дядя Володя взял кортик в руки, вынул из ножен, присмотрелся, сунул назад и сказал: «Все правильно, его нужно хранить немного высунув из ножен, чтобы клинок было видно, вот так»
Папа почесал затылок и ответил: «Смотри-ка, я бы сроду не догадался. Так и вправду выглядит поинтереснее, чем просто в ножнах»

Жизнь постепенно начала возвращаться в мое мертвое тело и к вечеру почти полностью вернулась.
А поздно ночью, когда дядя Володя на прощанье поцеловался с мамой и поручкался с папой, он подошел ко мне и тихим шепотом заорал мне на ухо:
- Максимка, твою мать! Давай договоримся так – отец ничего не узнает, слово офицера, но ты мне должен сказать – Ну, нахрена ты это сделал?! Я понять хочу! Ты что, собирался отнести его в школу, а он в твой ранец не умещался?!
- Я, я, я... бросил в доску и кончик сломался. Дядя Володя, я больше так не буду…
- Ясно, ну слава Богу, что ты хоть не совсем идиот. А сделал хорошо, не подкопаешься. Свободен.

P.S.

С тех пор прошло лет тридцать, но до сих пор я папе так ничего и не сказал. И не потому что боюсь, просто с самого детства, я неоднократно был свидетелем того, как он неистово спорил со своими друзьями, доказывая, что его кортик такой короткий, потому, что он не простой, а адмиральский и даже присутствующий при этом старый адмирал, нехотя кивал, подтверждая папину правоту…

ЧУДЕСА ТЕЛЕПАТИИ

После окончания школы я твердо решил покинуть родительский дом. Поехал
сдавать вступительные в МГУ. Не поступил. Причиной тому скорее всего
были не мои знания и даже не пятый пункт, а недостаток азарта и
настойчивости. С экзаменаторами не спорил, на апелляцию не пошел. МГУ
решил, что без меня можно обойтись, и пожалуй, не ошибся. Прямо из
Москвы я поехал в Харьков и стал студентом тамошнего университета. В
борьбе за место в общежитии тоже не проявил достаточно сноровки.
Пришлось поселиться у злобной старухи, которой меня порекомендовали
дальние родственники. Здесь мне как раз повезло. Старуха сдавала две
койки, но чужих она боялась и никак не могла подобрать второго
квартиранта. Я жил в отдельной комнате и платил совсем немного.

От непривычного одиночества страдал кошмарно. Единственной отдушиной
стал телефон. По вечерам шел пешком до переговорного пункта и оттуда
звонил, чаще всего родителям или старшему брату, Боре, в Питер. Тариф,
15 копеек за 30 или 40 секунд, крепко бил меня по карману при стипендии
в сорок три рубля с копейками. Нужно было что-то придумать. Записался в
научно-техническую библиотеку и нашел документацию на междугородний
автомат. Сплав теории, эксперимента и везения дал неожиданно простое
решение: в автомат опускаются две монеты, делается несколько легких
ударов ладонью по кнопке возврата. В результате монеты заклиниваются и
можно говорить сколько угодно. После окончания разговора полное нажатие
на ту же кнопку высвобождает монеты. Нужно ли удивляться, что я стал
звонить очень часто и говорить очень долго.

Частые звонки выявили неожиданный эффект. Если звонить на телефон, по
которому в это время уже говорят, то нередко беззвучно подключаешься к
разговору. Разговоры родственников и друзей оказались на удивление
скучными и вскоре я перестал их слушать. Но как-то раз жена брата с
невероятным энтузиазмом и в мельчайших подробностях описывала сестре
эпохальное событие - она коротко подстриглась. Я выслушал полностью и
решил подшутить. Позвонил на следующий день. Трубку взяла жена.
- Инна, - говорю - я сегодня видел очень яркий и совершенно реальный
сон. Мне приснилось, что ты коротко постриглась.
И рассказал все детали. На другом конце провода наступила длительная
тишина. Потом Инна стала ахать, потом рассказывала всем знакомым.
Телепатия тогда были в моде, и я стал живой демонстрацией ее
возможностей.

Через пару месяцев я подслушал, как брат рассказывает приятелю, какие
шкафы они заказали для кухни: цвет, размер, как будут висеть. Через день
позвонил и снова рассказал живой и яркий сон, теперь о новых шкафах на
кухне. Брат долго молчал. Было только слышно, как переключаются реле в
его голове.
- Этого еще нет, это только будет, - сказал он испуганым голосом. -
Приезжай, поможешь вешать.
Конечно, я приехал, конечно помог. Моя репутация мощного телепата
утвердилась в семье окончательно и бесповоротно.

В начале второго курса я познакомился с очень милой девушкой. Отношения
развились быстро и бурно. Только вот встречаться нам было негде. Пока
было тепло ездили на садово-огородный участок ее родителей за Павловым
Полем.
С наступлением холодов пользовались редкими моментами, когда моя хозяйка
отправлялась к какой-нибудь из подруг. Мы бродили по стылым харьковским
улицам, а мне так хотелось поехать с моей подружкой в Питер, повести ее
в Мариинку, а потом вернуться в дом, где мы были бы вдвоем. В самой
поездке ничего невозможного не было. Только вот в гостиницу нас бы не
пустили, а брат жил в однокомнатной квартире со строгих правил женой и
трехлетней дочкой. Ключи от этой квартиры у меня были, но что от них
толку, если хозяева никуда не собирались.

Однажды по «Радио Свобода» я услышал передачу об открытии в Москве
выставки художников-нонконформистов. «Вот бы, - думаю, - поехать».
Запомнил адрес и несколько имен. Ночью у меня появилась не самая умная
идея. Позвонил брату:
- Боря, - говорю, - мне приснился совершенно реальный сон. В этом сне ты
был на художественной выставке в Москве, на ВДНХ, в павильоне
«Пчеловодство». Ты держал в руках к себе лицом картину, а на ее заднике
я прочитал: «Анатолий Зверев, Миллион долларов»
- И что же этот сон означает? - спросил брат растерянно.
- Я думаю, он означает, что ты поедешь в Москву и купишь у художника
Анатолия Зверева картину, которая когда-нибудь будет стоить миллион
долларов.
- А что это за художник?
- Ничего не знаю, - искренне ответил я.
Мы распрощались. А когда я позвонил на следующий вечер, брат сказал:
- Мы с Инной решили съездить проветриться в Москву дня на три-четыре. Я
возьму больничный, Инна - отгулы. Сходим на Таганку. Заодно и на эту
твою выставку зайдем. Уезжаем завтра.

Мой брат - не мне чета. Любое дело он доводит до победного конца.
Поступил в ЛЭТИ. Закончил с красным дипломом. Распределился на
Электросилу и к двадцати восьми был уже замначальника цеха, подумывал о
вступлении в партию. Женился, купил кооперативную квартиру. Я даже
немного испугался за неведомого мне художника. Он не подозревал, какой
танк мчится ему навстречу.

А пока мне нужно было подумать о себе. В тот же вечер я продал зубному
технику Фиме подписки Шолом-Алехема и Фейхтвангера, которые он давно у
меня выпрашивал. Образовалась куча денег. Утром моя девушка купила
билеты на вечерний рейс через райком комсомола, где она работала
секретаршей. Вечером брат ехал в Москву поездом, а мы летели в Питер
самолетом. Короткий рывок на такси после посадки. В замке щелкнул ключ.
Двери рая распахнулись.

На следующий день, часам к двенадцати, мы вышли из дома и отправились
смотреть Питер. В это же время мой брат с женой в Москве стояли в
очереди на выставку. Простояв часа два на холодном февральском ветру,
они попали внутрь. Ошалело побродили среди очень странных картин.
Наконец нашли место, где был выставлен Анатолий Зверев. Брат посмотрел
на его картины. Увидел пятна красок, размазанные контуры, нечеткие
линии. Понял, что это красиво, попытался по привычке сформулировать и не
сумел. Там же был и сам художник. Он оказался заросшим и грязным,
похожим на бомжа. И пахло от него так же: застарелым перегаром и всем
остальным. Вокруг него подобострастно крутилась какие-то очень светские
поклонники. Художник откровенно и нагло юродствовал, злобно ерничал, не
делая различий. Публика все съедала не поморщившись. Похоже, им это
нравилось. Брат никак не мог сообразить как к этому человеку подъехать.
Уже слегка ошалевший все-таки подошел к художнику:
- Толя, мой брат видит вещие сны. Он увидел, что я купил у тебя картину,
которая будет стоить миллион долларов. Но саму картину он не видел,
только задник. Ты знаешь какая это картина. Продай мне ее.
- Поехали подумаем, - сказал Зверев после секундного раздумья, - а там
видно будет.
Инне Зверев очень не понравился, куда-либо ехать с ним она наотрез
отказалась и отправилась по магазинам. А брат с художником и еще
какие-то двое поехали в шашлычную напротив гостиницы «Советская». По
пути из метро Зверев заскочил в галантерейный магазин и вышел оттуда с
большим куском толстой сероватой оберточной бумаги.

В шашлычной было тепло и еще пусто. Компания заняла столик около стены.
Сделали заказ. Брат немного расслабился.
- Нужно сейчас, потом будет поздно. - пробормотал Зверев.
Он побежал на кухню и притащил три соусницы: коричневый ткемали, зеленый
ткемали из молодых слив и красный сацибели. Разложил лист на столе и
начал рисовать. Он обмакивал пальцы в соус и очень точными
профессиональными движениями наносил мазки на бумагу. Когда нужно было
очистить «кисть», просто облизывал пальцы. Распылял ртом. Иногда
промахивался, и тогда соус летел на зрителей. Словно заклинания
приговаривал какие-то бессмысленные стишки, в которых рифмовал «нашу
встречу» с «увековечу», «сацибели» с «охуели», а «ткемали» с «заебали».
Пошли в дело горчица, перец и соль. В результате этой магии через
полчаса из хаоса пятен материализовался портрет брата. Чтобы заметить
хорошую картину нужно разбираться в искусстве. Заметить шедевр может
каждый. Этот портрет был шедевром. Зверев положил портрет на деревяную
решетку вокруг батареи сушиться. Официант принес водку и закуски, потом
еще водки и горячие вкусные шашлыки. После этого происходило что-то еще,
но из памяти моего брата это «еще» стерлось навсегда.

Очнулся брат в совершенно незнакомом месте, которое при ближайшем
рассмотрении оказалось вытрезвителем. В итоге все обернулось не так
страшно. Пятнадцать суток ему не дали. Документы остались целы. Денег в
бумажнике хватило на оплату специальных услуг, и даже осталось еще
несколько рублей. На прощание милиционер отдал ему небольшой рулон,
обернутый в газету с аккуратно заправленными внутрь краями:
- Твой приятель, алкаш, просил чтобы ты не забыл. Ну, бывай.
Дверь вытрезвителя захлопнулась. В ближайшей столовой брат купил горячий
кофе и развернул рулон. Высохнув, портрет стал еще более красивым, на
обороте листа красовалась каллиграфически-изощренная подпись «А. Зверев
75г.», а под ней также изощренно был вырисован «1000000».

Пребывание в Москве было испорчено, но к моему счастью уехали они
обратно в Питер только в заранее назначенный день (характер!). Мы
благополучно разминулись. А дней через десять на Электросилу пришло
письмо о недостойном поведении имярек в столице. Было собрание, на
котором выяснилось, что блестящая карьера моего брата по душе далеко не
всем. Всплыл больничный. Боре влепили выговор и разжаловали в начальника
участка. Он обиделся и ушел. Устроился в пуско-наладочное управление.
Через два месяца понял, что там можно только спиться. В следующий мой
приезд показал мне израильский вызов с голубым логотипом. Меня он с
собой не позвал. Уезжая, я не удержался и попросил посмотреть на
картину. Боря протянул мне рулон:
- Забирай себе. Видеть его не могу.
В Харькове я снял с рулона московскую газету и осторожно развернул его.
Влажный питерский климат предохранил бумагу от пересыхания. Соусы не
выцвели и не заплесневели. Только горчица и соль немного осыпались.
Человек на картине мучительно всматривался в будущее. Таким своего брата
я не знал и никогда не видел. Я влюбился в портрет с первого взгляда.
Знакомый багетчик за «Железного короля» вставил его в подходящую раму
под стекло, и больше я с картиной не расставался.

Боря просидел в отказе три года. Я мало знаю об этих временах. Думаю,
что ему пришлось нелегко. Боря считал, что я косвенно виноват в крушении
его карьеры и не хотел меня видеть. А я испытывал жуткое чувство вины и
не хотел видеть Борю. Приехал на проводы, но поговорить нам не удалось.
Письма Боря не писал. Только иногда слал родителям посылки из Америки.
Написал в первый раз через года два, когда получил работу инженера в
маленькой, но процветающей компании. Купил дом. Один из совладельцев
компании ушел на пенсию. Боря заложил дом и выкупил его пай. Вскоре
купил второй дом. Постепенно вытащил в Америку всю семью.
Перед моим отъездом он позвонил:
- Привези зверевский портрет, если цел. Все-таки на нем - я, и подарен
мне...
Я привез. Теперь портрет висит в коннектикутском доме брата над камином.
Когда гости восхищаются им, Инна говорит:
- Этот портрет стоил нам три года жизни. А посмотрели бы вы на
художника..!

А поездку, с которой все началось, я почти никогда не вспоминаю, потому
что боюсь заиграть эту пластинку. Да и подробностей никаких не помню,
кроме острого чувства счастья, возможного только в девятнадцать лет.
Девушка тоже куда-то исчезла. Помню только, что у нее была небольшая
очень нежная грудь с разными сосками. Один сосок был гладкий, другой
какой-то шершавый.

Художник Анатолий Зверев умер в 1986 году. Мир праху его.

Abrp722

Когда будущий математик Джордж Данциг был еще студентом, с ним произошла следующая история. Джордж относился к учебе очень серьезно и часто засиживался до поздней ночи. Однажды он из-за этого немного проспал и пришел на лекцию профессора Неймана с 20-минутным опозданием.

Студент быстро переписал две задачи с доски, полагая, что это домашнее задание. На их решение у Джорджа ушло несколько часов, и на следующий день он принес решение профессору. Тот ничего не сказал, но через несколько недель ворвался в дом Джорджа в шесть утра.

Оказалось, что студент нашел правильное решение двух ранее неразрешимых задач математики, о чем даже и не подозревал, так как опоздал на занятие и не слышал преамбулы к задачам на доске. За два часа ему удалось решить не одну, а две задачи, над которыми математики мучились тысячу лет, и даже Эйнштейн не смог найти им решение. Джордж не был ограничен славой этих задач как неразрешимых, он просто не знал, что это невозможно.

Загулял клиент по буфету.

Конец 90х.

Моня появился на нашем сервисе в виде клиента. Этакий дяденька-дедушка ярко-семитской наружности и неопределенного возраста. От 50 до 80 включительно. Лысый смуглый черноглазый аид в костюмчике и на ВАЗ 2106 белого цвета. Обычно я тазоводов заворачивал с порога-но тут ,из внутресемитской солидарности нарушил свои принципы. И не прогадал.
Пока Моня (в миру Соломон Маркович) сидел в офисе-он очаровал весь коллектив. Вернувшись из ремзоны, я обнаружил его курящим сигару и пьющим кофе из любимой чашечки секретарши.
Причем мною лично дрессированная сука-Арина, что рвала клиентов в мясо по первому "Фас!"- угодливо хихикала и подносила мэтру пепельницу.
Невероятно!
Арина могла вышибить(и вышибала) в дверь солнцевских старших-за курение в помещении, а за покушение на свою кофейную китайскую чашечку с драконами могла запросто ушатать (и ушатывала) степлером. Коллектив нервно отмечал на календаре ее физиологические циклы и в опасные периоды старался без лишней нужды в контору не заходить.
А тут нате.
Я пристроился с краешку стола и распустил уши. Потихоньку народ сползся на представление. Там было что послушать. Эдакая квинтэссенция одесского еврейского юмора. Что ни фраза-то перл.
Еле разогнал публику по рабочим местам.

Моня прижился в коллективе. Жил он в доме через дорогу, был одинок (жена умерла, дети в Америке)-и заходил в нашу "хевру" (его определение) просто за почесать язык с шлемазлами и босяками (как нас он именовал в своих монологах). Шлемазлом был я, а босяками-солнцевская братва, что квартировала у нас в помещении. Саня-Америка пытался перековаться (в барыгу перекраситься-Моня) и делал "шахер–махер" (Моня) мопедами с мотоциклами. С переменным успехом. "Имел бульон с яиц и был при деле"- так оценил Моня Санину негоцию.

С блататой Моня не тушевался, легко переходил на феню, юморил, и вел себя с ними как с забавными умственно-отсталыми дитями.
Братва Моню чтила. Как выяснилось-его знали очень серьезные люди.
Мало того-Моня оказался директором ( а ныне и владельцем) овощебазы. Жившему в СССР понятно что это такое. Золотое дно.

-Ну шо, бандота? -заходил Моня к ним в малину-Почем продаем идею? За какие филки мантулим на цырлах? Рогом упираемся?
Барыш есть в лавке-или как всегда-одни слезы?
-Соломон Маркович , моциками торговать-это не морковку гноить для обирания трудящихся!
-Шоб ты так своими таратайками торговал, как я морковкой, босяк! Тебе б Ротшильд кланялся! Сам Гарант, шоб он был здоров, на твоем самокате б рассекал! -пророчил Моня ближайшее будущее.

На гвалт захожу я-в оставшейся от пейнтбола майке. Там написано SURVIVAL GAMES (игры на выживание)
-О, позор еврейского народа пожаловал!-переключается Моня на мою персону, ну? Где ты меня опять за себя краснеть заставишь?
Что это ты напялил?
-О!
-Мальчик, ты шо, в игры не наигрался еще? Зачем еврею игры на выживание? У нас вся жизнь так называется! Знаешь, шо мы чемпионы в этой игре?
-Какой? -туплю я.
-Исход она называлась, шлема. О Б-же, аид про Исход не знает! "40 лет в пустыне"-вот как эта еврейская SURVIVAL GAME звалась.
Куда катится этот мир!

-АААААА- орет Арина из кабинета. Как же я ЗАЕБАЛАСЬ РАБОТАТЬ!!!!
-Терпи, деточка-откликается Моня, жизнь коротка, работа бесконечна. Придет время-помрешь не хуже других.
-Вот спасибо, утешили, Соломон Маркович!
-Арина, сердце мое, ты не в том теле родилась. В твоей тугосисей и крепкозадой тушке томится душа пирата. Тебе бы сейчас по тайге на рывок идти под хриплый лай овчарок, или нарядчика подрезать из капризного блатного озорства-а ты тут на стуле попу квадратишь!
-Так что мне себе яйца пришить?
-Яйца у тебя и так есть. Мало того, ты их сама у кого хошь оторвешь, деточка! Ты тут единственный путевый бродяга среди этих
тароватых фраеров.

И такой цирк каждый день.

Моня оказался, как я уже упоминал, довольно зажиточным кротом. Но ездил на белой "шестере" ВАЗ, в экспортном исполнении. Привычка. Страх перед преставившимся ОБХСС не давал Моне пофорсить. Единственный понт, что он себе позволял -менял машину каждый год. При этом номера оставались прежними.
Как? Да хер его знает.

Как то Моня присмотрел себе дачку.

Приходит ко мне.

-Максим, у меня до тебе просьба.
-Для вас хоть звезду с неба!
-Ой не бреши! Ты звезд с неба с детства не хватал -откуда они у тебя сейчас?
-Соломон Маркович- у вас ко мне просьба или вы таким макаром будете меня опять дискредитировать перед общественностью?
-Шо эта общественность за тебя не знает? Ладно- мне машина нужна шоб по говну полазить. Присмотрел себе фазенду, а на своей шохе я до нее, боюсь, не доеду.
-Мой Сабер в ремонте...крестовину ждет. Санин МЛ подойдет?
-Шо это?
-Мерседес МЛ. Джип такой.
-Я не притязательный. Мерседес так мерседес. Давай ключи.
-Ща я у Сани спрошу.
-Спроси. А то мне у босяков просить форс блатной не позволяет.
Звоню. Ставлю на громкую связь.
-Сань, Моня твой МЛ покататься просит.
-Блядей возить? Нашел таки свой потертый обрез в шкарах?
-Кто о чем, а вшивый все о бане!- вклинивается в разговор Моня. Богатый, строится, Саша,-а бедный все в пизде роется. Или, говоря другими словами- голодной куме все хуй на уме.
-Так ты дашь ему Мерс?
-Да нехай берет. Только пусть гондоны не оставляет в машине.
-Ой, да твоему шарабану гондонов возить не привыкать-не выдерживает Моня. Он никого, кроме гондонов и не видел!

Моня уезжает.

Потом звонит наследующий день. Судя по голосу -в нем идет какая-то мучительная борьба.

-Максим!
-Аушки.
-Тут с этим шарабаном беда...
-Вы его таки ушатали, Соломон Маркович?
-Хуже. Я в него влюбился.
-Ээээ...
-Оставь свои пошлости при себе. Я хочу эту меркаву.
-Так купите себе другую такую же. Что вам эта-медом намазана?
-Максим, я старый человек. Я не хочу другую. Я хочу ЭТУ. Я как в нее сел-я отсюда вылезать не желаю.Я подумал- Шо ты все время боишься, Моня? Эти шойхеты так запугали тебя своим митвахом , что ты их ссышь, когда они все издохли. Сколько тебе жить осталось, Моня?-спросил я себя?! Так поживи эти годы как человек! Макс! Спроси у этого босяка, сколько шкур он сдерет со старого бедного человека.

-Саш, Моня запал на твою тачку.
-Оооо! Это начало большого пути! Я продам ему мерс за Божескую цену-пусть не ссыт. Он мне уже дважды сильно помог.

Это было правдой. Не знаю сути вопроса, но по Сашиным муткам Моня разок даже вора подтягивал. Такого же лысого невзрачного старичка, которого Моня подъебывал в свойственной ему манере.
Перелаиваясь друг с другом, деды походя решили Сашину проблему и пошли пить пиво.

Дальше -больше. Собирались в ресторан пожрать, позвали Моню-а тут вокруг запробило. Москва стала намертво. Народ предложил поехать на мотоциклах. Моню усадили сзади на Харлей и погнали.
В ресторане Моня блестел глазами, как мальчишка. Вспоминал, как в юности гонял на трофейном BMW-R35. Потом попросился за руль.
-Моня, ну тя нахрен, я Харлей не отдам!
-Да я только покататься!
-Как на Мерине?
-Ой да шо ты жидишься? Гою это не к лицу!
Моня очень резво дал с места и чуть не задрал машину на "козла". Приехав, долго молчал. Потом пошел к Саше и долго лаялся с ним за Харлей.
-Моня, что ты за мной все подбираешь?-орал Саша. Я с тобой к блядям не пойду-ты там точно подженишься если вслед за мной на кого влезешь!
-У тебя бабы не той системы.
-Это какой-такой "не той"?
-"Ждули-зэкули" они зовутся. А мне они ни к чему. Мнея и прошлые мусора замести не смогли, а нынешние и подавно не сдюжат.

Сошлись на том, что Саня продал ему Honda Gold Wing-этот Кадилллак среди мотоциклов.

-Ну все-заметил Саша- Загулял клиент по буфету. Хрена теперь детки наследства дождутся. Моня нажитое непосильным трудом сам в притонах Танжера спустит.
Как в воду глядел.

Лет 10 назад я случайно встретил Моню в Паттайе. Он меня окликнул-иначе б не признал. Куда делся этот сухонький старичок в дешевом совковом костюмчике?
На меня загорело щурился с Голд Винга татуированный драконами от ушей до жопы байкер - в косынке с черепами, перстнями, в кожаной жилетке и с тайкой за спиной.
-Эээ...а что ты...ээээ...вы...тут делаете, Соломон Маркович?!
-Живу я тут!
Разговор не склеился-у меня выпадала челюсть.

Единственное, что я понял тогда: после 60 ти жизнь может только начаться.
Даже у старого еврея.

Поймал мужик в реке окуня. Окунь хоть и большой был, но единственный,
не задалась рыбалка. Дома, при разделке окуня, он заметил, что в желудке
речного разбойника выделяется что-то сферическое, правильной формы.
Оказалось - черепашка. Признаков жизни она не подавала, но лапки,
головка были целые. И от нефиг делать, мужик набрал в банку воды и
закинул в неё черепаху. Утром обнаружил, что она живее всех живых -
вовсю носится в банке.
Пошёл, купил ей мороженых креветок, червяков и других вкусностей. Вот
так, кажется, всё - съели тебя. Открываешь глаза: вокруг чистая вода,
никаких хищников и хавки - ешь, не хочу. В черепаший рай попала, не
иначе! Так четвёртый год в этом раю она и живёт.

По поводу слов Кадырова, что его достало, что во всем обвиняют кавказцев... Знакомый татарин сказал: До тех пор пока ты ЧЕЛОВЕК, никого в России твоя национальность особо не интересует. Как только стал СКОТИНОЙ всем сразу интересно, чья это скотина гадит?

Приятель устроился гастарбайтером. В Токио. Пишет всякие бизнес-планы. В этом аборигены традиционно доверяют бледнолицым. Японцы народ командный, а вдесятером один текст писать непросто. Не говоря уже про английский ни бум-бум. В таких случаях могучий коллективный разум обычно отчаивается и зовет варяга.

Всё бы ничего, но при переезде в Токио пострадал ребенок! Сын приятеля, Тёма, 4 лет. Нет, ну вот подумайте, гляньте на мир глазами этого Тёмы - вырвали его из своей владивостокской детсадиковской тусовки, где он был просто вождь и предводитель масс, и увезли чёрт знает куда, в общем-то на другую планету. Общаться остается только с родителями, а ими не покомандуешь. По недолгом размышлении, родители устроили его в японский садик. Но в какой попало японцы не брали, а брали только в эксклюзивный международный. В общем-то, там оказались в основном японские дети, собранные с одной целью - сызмальства изучить другие языки как родные. А вот с иностранными малявками случился недобор и конфуз: дети ведь слышат всё, что говорят взрослые, но воспринимают всерьез, апокалиптически.

В результате: да, в садике есть единственная китайская девочка, но она категорически не желает прогибаться под корейский язык. Корейский мальчик не желает разговаривать на китайском. Оба не хотят общаться на японском. Мальчик из Франции убежден, что его язык лучше английского, и вроде бы остался в меньшинстве - против него двое, парень из штатов и девочка из Великобритании. Но девочка шотландка недолюбливает англичан - оккупантов своей страны, и пытается учить японцев своему невообразимому наречию.

А в стороне от этих свар - Тёма с его харизмой и абсолютное большинство - японские дети с их командным духом и большим желанием учить иностранный язык. В общем, последнее время воспитательница жалуется - весь садик начал общаться в основном на русском языке. У наших профессиональных дипломатов достижения пока пожиже...

ДИВЬЯ ПЕЩЕРА

Смотаться летом на Северный Урал нас, москвичей, подбил однокурсник, сам
пермяк, Сергей. У него была идея - сплавиться по реке Колве на плоту и
посетить некую Дивью пещеру. Тогда, при развитом социализме, туризм был
в большой моде, и на тот момент Визбор превосходил по популярности
Высоцкого. Короче, нас, троих молодых парней, Сергей соблазнил очень
легко.
Серый утверждал, что он турист и сплавщик опытный, и проблем у нас не
будет. И, в общем-то, однокурсник не соврал. Под его руководством мы
прямо у Колвы срубили несколько деревьев и соорудили солидный плот, на
него водрузили палатку. По плану, должны были к обеду добраться до
Дивьей пещеры, посетить ее, потом заночевать в палатке, и утром
сплавиться до ближайшего городка.
После нескольких часов сплава захотелось похавать. Мы пристали к берегу,
развели костер. Тушенка, колбаса, картошечка, чаек – все как положено. К
концу обеда невдалеке засветилась девчушка лет двенадцати с собакой,
смутно напоминающей фокстерьера. Обе они сели в сторонке и молча глядели
на нас.
- Может, малышка пожрать хочет? – спросил я Сергея. – Давай угостим
чем-нибудь.
- Здесь не голодный край, - отмахнулся он. – Одной только рыбы навалом,
уж я знаю, о чем говорю.
- А может, собаке - колбасы?
- Еще чего! Псина-то у нее просто помоечная.
Лишь, когда мы закончили трапезу, девчушка подошла к нам.
- Дяденьки, не перевезете нас на ту сторону? А то брод нам, - она
кивнула на собачку, - не по дороге.
Я оценил сугубо деревенскую деликатность девчушки: она не подходила к
нам, пока мы обедали. А через речку вплавь было перебраться
действительно непросто: Колва – глубокая и бурная. Горная речка, между
прочим. Кроме того, в руках у девочки была довольно объемистая сумка.
Я бы немедленно посадил ее на плот, но мы еще в Москве договорились, что
у нас в походе будет настоящая воинская дисциплина, и все должны
выполнять приказы командира, опытного туриста и знатока здешних мест -
Сергея.
- Ты ошиблась, девочка, это тебе не паром, - неожиданно и довольно грубо
ответил он. Зачерствел, однако, парнишка в столичном-то граде. Москва
слезам не верит!
- Мы и так из графика выбились, опаздываем, - уже позже, когда мы
отчалили, объяснил он нам.
Мы действительно то и дело застревали на подводных корягах и мелях,
кое-как выкручивались и плыли дальше. После обеда было примерно все то
же самое.
Дивья пещера, до которой мы наконец добрались, находилась на возвышении,
а напротив нее, на реке, была небольшая пристань, к которой мы наконец
причалили. И здесь мы встретились с той же девчонкой с собакой. Они
как-то перебрались на этот берег (платье и волосы у девочки были мокрые)
и, видимо, от пристани собиралась подниматься вверх по тропе, к
видневшемуся невдалеке селению.
- В пещору? – неожиданно спросила она, причем именно так, через «о».
Обратилась лично к Сергею, поняв, что он здесь за главного.
- Ну. А тебе-то что?
- Курган! – вдруг скомандовала девочка, и ее фокстерьер внезапно кинулся
к нашему командиру с явным, как всем показалось, намерением вцепиться
ему в ногу.
- Ты что, обалдела, сучка! – заорал он на девчушку, отшвыривая пса
ногой.
Фокстерьер молча, с чувством выполненного долга, вернулся обратно к
хозяйке. И они пошли вверх по тропе.
Мы надежно привязали плот и оставили здесь все вещи. Взяли с собой
только два фонаря и немного еды.
Уже поднявшись к пещере, обнаружили, что забыли веревку. Ее мы хотели
привязать у входа и тянуть за собой по пещере, чтобы по этой веревке,
без всяких приключений вернуться назад.
- Да хрен с ней! – сказал Сергей. – Я здесь уже не раз бывал. Уж выйдем
как-нибудь. Но на всякий случай на всех развилках будем сворачивать
направо, а на обратном пути, соответственно, налево.
Пещера оказалась с многочисленными ходами и многочисленными гротами и
залами. Очень красивыми. Но через час у на погасли оба фонаря, а еще
через час мы поняли, что заблудились напрочь. Не было никакой
возможности определить верное направление. И главное, мы никого не
поставили в известность, что идем в пещеру.
Мы остановились в каком-то гроте, чтобы немного передохнуть. Настроение
было самое похоронное.
И вдруг мы увидели свет! Он колебался, но приближался.
Первым в гроте появился фокстерьер. Он подбежал к Сергею, обнюхал его и
пару раз гавкнул в сторону появившейся девчушки: мол, добыча найдена! И
только тогда я понял, для чего девочка «натравила» собаку на Сергея –
обнюхать, чтобы потом она взяла след! Девчонка уже тогда предвидела нашу
эпопею!
Девочка держала в руках свечу.
- Батарейки в фонарях в пещоре отсыревают, - скупо пояснила она. -
Идемте за мной. – И добавила как бы в утешение: - Вы не первые такие.
Через десять минут мы были у входа. Тут я кинул собачке кусок
завалявшейся у меня колбасы, она ее понюхала и равнодушно отвела морду.

ДРУГИЕ.
Я был студентом 5 курса, когда познакомился со своей будущей женой. Наше знакомство случилось на тренировках по спортивным бальным танцам. Аня была подругой моей партнерши и пришла посмотреть, как мы тренируемся. Она наблюдала за нами в щель приоткрытой двери зала, и я выпендривался, как мог). Заглянув в ее синие глаза, я понял, что пропал. Пропал навсегда. Отношения развивались стремительно, мы виделись ежедневно. Если я не видел ее хотя бы сутки, тело гудело как улей, все валилось из рук, медленно, но верно накрывала паника. И я мчался к автомату звонить, звонить, звонить…
Вскоре Анита познакомила меня со своими родителями. Чудесные, дружные и радушные люди приняли меня сразу, весело рассказывая историю своей семьи, показывая фотографии маленькой дочери и ее старшего брата. Интересная пара. Он – темноволосый, коренастый, серьезный, с испытующим взглядом исподлобья, она – жизнерадостная хохотушка, настоящая блондинка с синими-синими глазами (в точности как у Аниты).
Незаметно для себя я стал бывать у них дома каждые выходные, засиживаясь на кухне за чашкой чая.
В тот день я тоже сидел у них на кухне, когда позвонил в дверь сосед. Одновременно с дверным звонком над проемом зажглась дополнительная лампочка. Сосед попросил сигарет и свалил.
- Слушай, а зачем у вас зажигается лампа во время звонка? Так же делают в домах глухих, – спросил я и по-идиотски заржал.
Аня в это время как раз доставала печенье из духовки, спиной ко мне. Повернувшись, она лучезарно улыбнулась:
- Так они у меня глухие.
Я уронил вилку.
- Как? Совсем?? Оба???
- Да.
Я лихорадочно стал вспоминать все эпизоды наших встреч, начиная с момента знакомства. Ничего. НИЧЕГО не могло даже навести меня на мысль, что с ними что-то не так!!! Я был в шоке...
У каждого из них была своя грустная история. Мои будущие тесть и теща родились абсолютно здоровыми людьми. Они потеряли слух в 14 и в 15 лет. Тестя в 14 лет избила дворовая шпана. Отморозки били ногами в голову, долго, прицельно, прямыми ударами. «Травмы, не совместимые с жизнью» - говорил хирург. Но парень выкарабкался. Однако слух восстановить не удалось, тонкий аппарат был разнесен в пыль.
Теща в 15 лет перенесла двухсторонний отит, который не был своевременно диагностирован и пролечен. Она не любит вспоминать тот день. Но как-то однажды рассказала мне: «Я открыла глаза и было так непривычно тихо. Ни пения птиц, ни лая собак, ни звука шагов. Словно накрыта подушкой…». Понимание того, что это теперь навсегда приходило долго и тяжело.
Я стал смотреть на них иначе. Я вдруг осознал, что они знают ответ еще до того, как я заканчивал объяснения. Они читают по лицам. Их не обмануть.
Они любили друг друга трогательной беззаветной любовью. Каждый из них был высококлассным профессионалом в своей области. Они вырастили двоих здоровых детей, с идеальной дикцией (попробуй научить малыша говорить, если не слышишь!).
В тот мрачный день, в больнице, у меня на руках умерла моя мама. Я должен был заехать к теще, помочь забрать какие-то вещи. Теща всегда спрашивала: «Как мама?». Поднимаясь в лифте, я надел беззаботную маску, резко выдохнул воздух и позвонил в дверь. Теща открыла дверь и вдруг замахала руками, словно пытаясь стереть изображение моего лица. Ей уже не надо было спрашивать «Как мама?». Трындец… От них ничего не скроешь…
Я как-то спросил у Ани:
- Слушай, а твои родители ругаются когда-нибудь?
- Нууу.. бывает.
- И как?
- Тапками кидаются)).
Спускаясь в метро на эскалаторе, я иногда встречаю людей, которые разговаривают жестами. И я всегда улыбаюсь, вспоминая тестя с тещей – уникальных людей, научивших меня многому.

Советские времена, режимное предприятие. Многие процессы производства
требуют промывки, протирки, обезжиривания и т. п. В роли жидкости для
этих целей выступает спирт. Расход огромный, ежедневно со склада
отпускаются в розлив несколько бочек. Что с ним происходит далее, особо
не контролируется – бесполезно. Но большая часть идет по назначению,
посему на остальное глаза закрывают. Но вот то, что хранится на складе,
является предметом строгой отчетности. И за пропажу спирта оттуда,
следует выговор с вычетом стоимости пропавшего (госцена копейки) из
зарплаты, затем строгий выговор, а потом увольнение по статье. А это
волчий билет. А спирт со склада пропадал, начальство знало, что
кладовщик не при чем и с выговорами не торопилось, но это лишь на время
отср*чивало (пардон) результат и кладовщики менялись каждые полгода.
Новичку досконально объяснили ситуацию. И пообещали, если он сможет
поймать воришек, то получит премию в три оклада, грамоту и свою аватарку
на доску почета.
А как их поймаешь. Никаких камер видеонаблюдения не было и в помине.
Капканы ставить нельзя. Спрятаться в засаде – тоже. Предприятие
режимное, все строго, в 8 утра пришел, в 17 вечера поставил
пластилиновую пломбу на замок склада и покинул территорию. А воруют
ночью. Стены ветхие, кругом дыры, которые время от времени заколачивают.
Причем и поймать надо за руку, никакие косвенные улики или дедуктивные
догадки в расчет обещали не принимать. Поэтому, никто из начальства в
поимку воришек не верил, ведь сколько пытались их схватить и все без
толку. А новый кладовщик, к всеобщему удивлению, взял да и поймал.
Перед уходом со склада разложил он на ящичке цыпленочка запеченного, с
хрустящей корочкой и нежным сочным мясом, сальца тонко порезанного,
внутри розового, с чесночком, помидорок, лучка зеленого, огурчиков
малосоленых, ломтики ароматного хлебушка. И, давясь от благоуханий
слюной, пошел домой.
А на утро воришек взяли беззаботно спящими на складе в спиртовом угаре.