Лучшие анекдоты, истории и фразы зарегистрированных пользователей

Про маршрутку, если чё.

Короче, связь у меня на даче хреновая. Сотовая которая. Вышка-то рядом,
но профиль местности такой, что нормально, без хрюканья в трубке,
поговорить можно только на втором этаже или пройдя метров сто в горку.

Вот когда мне это надоело, нашёл я стационарную мобилу в интернете.
Знаете такую? Вот и я не знал до этого. На вид как обычный домашний
телефон: кнопки, экранчик, трубка на шнуре, маленькая антенка, как у
базы радиотелефона, да ещё плюсом охранные возможности – цепляются
датчики, и в случае чего агрегат шлёт СМСки и звонит на номера хозяев.
(Здесь могла бы быть ваша реклама :) Для дачи это нелишнее. Берём!
Обещали что чувствительность у неё повыше, но если проблемы останутся –
к ней и антенну потом прикупить можно. Нашёл фирму, где продают это чудо
техники, приехал, тут же взял симку новую, вставил, чтобы проверить
качество связи. Сделал пару звонков – красотища! Сунул всё это дело в
коробку – и обратно на работу.

Сажусь в маршрутку – звонок из конторы: «Проблема... Тыры-пыры... ».
Труба дохнет. Ну я лезу в пакет, вытягиваю из коробки аппарат,
раскладываю на коленях, набираю номер, продолжаю разговор, следя в окно
чтобы не проехать остановку.

Проходит несколько минут, разговор окончен, убираю «мобилу» в пакет... И
чую... Что-то не то... Вокруг тишина какая-то ненормальная... Поднимаю
глаза – народ молчит и смотрит на меня так странно-странно.

Блин! А как бы вы смотрели на человека, разговаривающего в маршрутке по
городскому телефону?

ССЫКУН

Я и раньше встречал его, то на дороге, то на тротуаре. И каждый раз я не мог не остановиться, чтобы не полюбоваться этим зрелищем и не только я один, все прохожие смотрели ему вслед и улыбались.
Представьте себе мужика на маленьком электросамокате, он мчится с бешеной скоростью - пятнадцать километров в час, но выглядит при этом, как будто бы пытается побить мировой рекорд на дне высохшего озера. Я бы ещё понял - велосипедный шлем, ну, на худой конец - мотоциклетный, мало ли, человек только учится и боится навернуться. Но тут был другой случай. Помимо мотошлема и перчаток, самокатчик был экипирован как терминатор перед сражением с черной дырой: «черепаха», плечи, нагрудник, локти и колени на шарнирах, под штанами выпирали бронированные трусы, а главное – эти огромные мотоботы, которые еле вписывались на самокатик площадью в полторы ступни. Был бы это дряхлый дедушка с хрупкими костями, понятно, а то ведь нет, по всему видно, что молодой и здоровый, хоть бы самокат себе не такой дохлый купил. Ну, нельзя же так бояться упасть на скорости 15 км/ч.

А сегодня я катался на велике и в конце улицы опять увидел эту фигуру, устремленную в будущее. Призрачный самокатчик мчался на своей любимой скорости. Я поднапрягся, поработал педалями, догнал и поравнялся с ним. Какое-то время мы ехали параллельно, пока я придумывал как бы ненавязчиво вступить с гонщиком в разговор.
Но он начал первым:

- Спросить что-нибудь хотели?

- Коллега, у вас рюкзачок развязался, как бы не выпало чего.

Гонщик остановился, по-деловому поставил самокатик на малюсенькую подножку, снял со спины рюкзак и стал застегивать:

- Спасибо, чуть кошель не потерял.
- Не за что. А, извините, вся эта защита вам уже пригождалась, падения, не дай бог, случались?

Мужик улыбнулся одними глазами (остального лица под шлемом не было видно) и ответил:

- И вы туда же? Давайте, издевайтесь, унижайте меня, я к этому готов. Раньше бесило, а со временем привык и меня это даже стало забавлять. Самое частое, что я слышу от окружающих: «Смотри, смотри, ссыкун поехал!» Я обычный городской сумасшедший, поднимаю людям настроение. Что же в этом плохого?
- Да, в общем-то, действительно ничего. Имеете право.
- Но вас я, так и быть, разочарую и признаюсь, что каждый день, утром и вечером, я проезжаю на самокате полтора километра от дома, до в-о-о-н того здания.
Там у меня литровый спортбайк в подземном гараже…

Приехал я как-то по делам в полк дальней авиации и там был свидетелем
следующего случая. Нужно сказать, что полк этот предназначался для
работы по надводным целям, т.е. по кораблям вероятного противника,
поэтому обмундирование летчиков было не совсем обычным. В частности, они
вместо обычных куртки и брюк надевали штаны особого покроя, который в
народе назывался "ползунки". К штанине же пристегивалась резиновая
лодка, которая после аварийного покидания самолета автоматически
надувалась...
И вот, идут полеты. Внезапно при подходе к аэродрому у одного самолета
загорелся сигнал "Пожар в двигателе". Оценив ситуацию, командир
приказывает штурману и командиру огневых установок (КОУ) от греха
прыгать, что они и выполнили.
КОУ выпрыгнул и сел нормально, а у штурмана случилась фетяска.
Выяснилось, что он в полете спустил лямки штанов с плеч, чтобы не жали,
а когда поступила команда "Покинуть борт!", в суматохе забыл их
поправить. В строгом соответствии с законами физики, штаны со штурмана
слетели. Но не совсем. Совсем им слететь не дали шнурованные ботинки.
Так они и летели: сначала надутая лодка, потом штаны, потом штурман,
потом парашют...
Находившийся на аэродроме люд получил громадное эстетическое
наслаждение. Разошлись только во мнениях: одни считали это новой фигурой
высшего пилотажа, а другие - экстремальным стриптизом.

Если тебе удалось обмануть человека, то это не значит, что он дурак. Это лишь значит, что тебе доверяли больше, чем ты того заслуживаешь.

Было это в конце 90-х. Я был молод, крепок здоровьем, имел лихой и слегка придурковатый вид. И были у меня в друзьях две девчонки, которые прям фанатели от лошадей, все разговоры только о них, комнаты обклеены постерами и т.д. И подвязались они на одном фермерском хозяйстве помогать убираться за лошадями, оплата их работы была в виде "катайся бесплатно на любой сколько хочешь". И каждые выходные они там, с 6 утра и до 10 вечера. Разок и я с ними на этот блуд подписался (молодой, гармонь кипит, а они только лошадей и видят), говорю, лихой был. Не суть. Дошло дело до покатушек. Они выводят мне кобылку, маленькая, морда седая, спина прогнулась, мол на тебе, катайся. Я говорю, вы за кого меня принимаете? Я в деревне вырос, я этих лошадей рулю с шести лет (и тут я не соврал, так и было). А ну, давай мне вон того чёрного и здоровенного! А они мне, да он хоть и объезженный, но ебанутый на всю голову... Давай седло одевай, сейчас посмотрим, кто из нас ебанутый, - ответил я, как настоящий гусар. Суть да дело, поехали. Всё вроде нормально, конь вроде тоже трусит спокойно, я как Джордж сраный ковбой с сигареткой в зубах и шляпе. А чё мы на первой едем? - подумал я, и пришпорил слегонца транспортное средство. Это было моей ошибкой. Эта бестия как ломанула с места с буксом, аж искры из под копыт. Шляпа улетела, окурок я проглотил, едем. Очень быстро едем, прям галопом бежим. И тут дорога лесная направо уходит, не 90 градусов, но точно больше 45. Я за узду тяну, мол поворачивай, ебанько, а он прямо жмёт. А прямо у нас овраг, заросший ивняком, а потом сосновый бор. Я уже со всей дури за уздечку, заворачивай, сучара. У коня аж башка повернулась в мою сторону. Я смотрю, он оскалился и подмаргивает мне одним глазом, мол ща трюк ебанём. И прыгает через овраг с ходу (там метра 3 точно в ширину было), в самый, сука, ивняк. Проскочили на сквозняка, всё еще вдвоём, я по дороге перекусил листьями, потерял уздечку, но крепко так за гриву вцепился и по инерции на себя так и тащу, тпр-у, бля!!! И тут у этого пидара ушастого коня совсем кровля потекла, он как заржёт на своём, типа аллахбабах и в сосну со всего хода. Я, походу, на несколько секунд аж рубанулся от удара. Очухиваюсь, еба, вишу на сосне, на высоте метров двух над землёй, обхватил её руками-ногами-зубами, аж не отпустить. Вернулся один. Присел на пенёк около изгороди, сижу, подорожник приклеиваю. Минут через десять этот хуй возвращается. Пошёл вон, говорю, падла. А он подошёл ко мне, морду лица свою мне на плечо положил и фырчит на своём. Типа, да ладно, чё ты, всё ведь нормально было...

ПО БОЛЬШОЙ ЛЮБВИ

Недавно мы брали интервью у одного милицейского начальника. Сам он ростом не вышел, метр шестьдесят, примерно и это вместе с высоченной фуражкой. Зато полковник.
Съёмка закончилась, стали сворачиваться, а полковник и говорит:

- Погодите, ребята, у вас же съёмок сегодня больше не будет? Давайте я хоть чаем с пряниками вас угощу. Голодные, небось? У меня и хороший коньячок найдётся. О, я жене позвоню, пусть за мной заедет, чтобы и я с вами спокойно выпил.

Мы не отказались.

Выпили, закусили пряниками, разговор плавно съехал в ностальгическое русло, начальник пустился в воспоминания:

- Родом я из под Белгорода. Гонял там по деревне на батином «Днепре» без коляски, ещё до школы милиции дело было. Это сейчас у меня пузо, а тогда худенький был, килограммов пятьдесят весил, но всё равно, на моте гонял как профи, все бабы были моими. Помню, заезжал на дискотеку, рычал мотором и слёту «клеил» себе красотку, да покрупнее. Признаться, самому-то мне нравились миниатюрные девушки, но я специально выбирал какую помощнее, как говорят - бой бабу. Выпивали мы с ней бутылку вина и ехали в лес на звёзды смотреть. Вот это были времена.

Тут, я не выдержал, прервал такой поэтический рассказ и спросил:

- А почему вы выбирали себе девушку покрупнее, если вам нравились худенькие?

Полковник удивлённо обвёл нас глазами и ответил вопросом на вопрос:

- А ну, Пинкертоны, что, никто из вас так и не понял, почему я на дискотеке подкатывал к девушкам повыше и помощнее?

От нас посыпались разнообразные версии:

- Может, для защиты от местных хулиганов?
- Для правильной развесовки мотоцикла?
- А может потому что крупные и мощные бабы смелее соглашались ехать в лес смотреть на звёзды?

Бывший деревенский мотоциклист махнул на нас рукой, хватанул очередную порцию коньяка и сказал:

- Сразу видно, что вы ниразу не Пинкертоны и даже не мотоциклисты. Ну, прикиньте сами: ночь, лес, внутри тебя полбутылки вина, фара у «Днепра» ни о чем, естественно, дорога в лесу тоже никакая. По любому ведь, пока доедешь, передним колесом во что-нибудь уткнёшься и на бок всяко разно завалишься, а то и не один раз. Если со мной будет маленькая и хрупкая девчушка, то мы вдвоём «мотык» уже никак не поднимем, придётся топать пешком до утра, а вот со здоровой бабищей вполне себе справлялись.

На этих словах в кабинет вошла женщина лет пятидесяти: ростом под метр девяносто и по комплекции - мастер спорта по толканию ядра. Пьяненький полковник расплылся в улыбке и сказал:

- Знакомься, Танечка – это съёмочная группа, приехала меня снимать, а это моя супруга Татьяна. И не вздумайте ржать – это не то, о чём вы подумали – это по большой любви…

Девиз холостяка - лучше молоко из холодильника, чем корова на кухне.

Только что закончилась Гражданская война, дефицит продовольствия,
строгие предписания относительно предельных цен на продукты.
Рабинович продаёт гусей по пятьсот рублей за штук и процветает. Сосед
хочет последовать его примеру и помещает в газете объявление, тут же
являются чекисты и конфискуют его гусей.
- Яша, - спрашивает сосед, - почему ЧК не приходит к тебе? Ты ведь
продаёшь своих гусей за те же пятьсот рублей.
- А что ты написал в объявлении?
- Я написал: продаю гусей по пятьсот рублей за штуку.
- Ну, ты поступил очень глупо. Я всегда пишу так: "В воскресенье на
Соборной площади потеряны пятьсот рублей. Нашедший получает в награду
гуся". И на следующий день пол-Одессы приносят мне потерянные пятьсот
рублей...

Вчера должна была быть гонка по биатлону на чемпионате мира. Не
состоялась из-за погодных условий. То ли метель, то ли туман...

Тихонов рассказывал по ТВ о гонке в таких же условиях.
- Дошел я до стрельбища. Ничего не видно. Парни долго выцеливают, мажут,
потом берут дополнительные патроны, снова мажут, потом все равно бегут
штрафные круги. Я, винтовку в землю, выпалил все патроны и сразу же
побежал штрафные круги. Пришел первым...

Меня один вопрос мучает. Почему тех, кто убил Листьева, не нашли, а тех, кто не убил Соловьева, нашли?

В Институте исследований морских млекопитающих (Миссисипи) ученые научили дельфинов обменивать на рыбу любой мусор, попавший в бассейн. Так они помогали поддерживать бассейн в чистоте. Дельфин Келли стала использовать эту систему в собственных целях. Поняв, что за любую бумажку, вне зависимости от ее размера, она получает одинаковое количество рыбы, она начала прятать бумагу под скалой и отрывать от нее небольшие кусочки в обмен на рыбу.

На этом она не остановилась. Как-то раз она поймала чайку, залетевшую в бассейн и получила за нее много рыбы – чайка была большая. Тогда Келли перестала сразу съедать всю рыбу и начала делать запасы, которыми приманивала чаек. А потом научила этому трюку всех остальных дельфинов и все они начали охотиться на чаек.

Моему отцу было 9 лет, когда началась Война, и жил он тогда в небольшом селе. Иногда он рассказывал о Войне. Я конечно же ждал героических рассказов с выстрелами и взрывами, но он рассказывал от том, как они выживали.
Расскажу от первого лица ( для простоты ).
Немцы вошли неожиданно. В полдень на улицах появились танки, а немецкие солдаты начали шарится по домам. К нам тоже зашли двое солдат. На дворе паслись куры. Один из немцев, закинув автомат за спину, стал ловить курей. Те, кудахча, разбегались и не давались в руки. Тот пару раз упал. Второй, смотря, весело смеялся. Первому это надоело. Он взял автомат и пыпустил очередь. Несколько курей полегло. Тот взял только две тушки и смеясь они ушли.
Весь урожай, с колхозных полей, немцы забрали. Забрали и почти весь урожай и у сельчан. У нас они забрали корову и телка, оставив только одну корову, но забрали всё сено.
Зима настала рано, но картошку не всю успели собрать. Но немцы запрещали её собирать. По ночам, мы с мамкой избегая патрулей, выкалупывали её.
Мерзлая картошка на вкус вообще никакая. А соль бабушка берегла только для хлеба, да и то иногда недобавляла.
Корове тоже нужно что то есть. Мы носили ей лапник. Из-за этого молоко отдавала хвоей. А ещё из хвои бабушка делала отвар, который пили вместо чая.
Весной варили суп из крапивы ( бульон ), а лебеду сушили и добавляли в хлеб.
Стояли у нас немцы. Квартировались они в домах. Мы жили на сеновале. Правда ели они в центре села, где была кухня. Поваром был толстый и вечно злой немец. Его помощником был молодой и худощавый. Уже с утра, помощник собирал ребятню ( потом мы стали приходить сами ) и мы чистили картошку, а очистки можно было забрать. После обеда помощник собирал и ребятню помладше (потом мы стали приходить сами). Повар разливал остатки обеда поровну. Его помощник следил чтобы старшие не обижали младших.
Стояли у нас итальянцы. Они были совсем не такие как немцы. Молоко, яйца а курей они покупали, но мы меняли на тушёнку.
Рядом с селом был ставок, где мы купались и ловили рыбу. Как-то пришли трое итальяцев. Они искупались, потом заставили нас отойти от берега, лечь и зажать руками уши. Они бросили гранату в воду. Выбрали самые крупные рыбини и на пальцах показали что остальное можно забрать.
Было уже холодно. Мы ловили рыбу. Мимо проходили Полицаи. Один из них бросил гранату. Нас окатило водой. Полицаи посмеявшись ушли. У меня дня три болели уши, а мой младший брат на всю жизнь заикой.
Когда с востока стали приближаться разрывы. Немцы стали собирать жителей и гнать их под конвоем полицаев на запад. Бабушка уже совсем плохо ходила. Её застрелили прямо в доме.
Ночью разбежались и полицаи и жители села. В лесу мы прятались дня два. Ели траву и кору. Даже сестренка ( которой было 5 лет и любила покапризничать и громко поплакать) ни разу не произнесла слова.
На нас наткнулись два советских солдата. Они прочёсывали лес. Они сказали, что наше село свободно. Потом они достали тушенку и хлеб. Когда мы поели, они дали мамке несколько банок тушёнки и булку хлеба. Один из ни, пошарившись в своЁм вещмешке, достал трофейную шеколадку. Он дал сестрёнке в руки. И потрепав её за волосы на голове побежал догонять своего товарища.
Мамка стояла, прижав консервы и хлеб к груди и слезы текли, а сестрёнка смотрела на неё и не знала что ей делать.

К себе в дипломники я брал сильных студентов и набирал в бригаду для
выполнения комплексного реального проекта, поскольку основной у меня
была работа в НИИ - с ней совмещал доцентство в строительном институте.
В итоге студенты и мне кусок работы делали, и себе квалификацию в живом
деле приобретали.
Но однажды завкафедрой попросил взять на себя руководство дипломным
проектом довольно миловидной девушки по имени Лариса. Достаточно
старательной, не глупой «хорошистки». Ради папы - профессора соседней
кафедры нашего же факультета. Из-за чего возникла проблемка? Был у
Ларисы житейский недостаток - жутко робкая, как выступить - все, полная
отключка, страх, устекленение. И главной задачей стала не собственно
разработка дипломного проекта, а подготовка самой Ларисы к его публичной
защите.
И целый месяц до защиты Лариса буквально зубрила текст доклада, который
должна была сделать перед ГЭКом - государственной экзаменационной
комиссией. В нее, известно, включают ведущих профессоров со своей и
родственных кафедр, деканов факультетов, ректора, а в председатели
вообще приглашают со стороны "свадебного генерала". И наш ГЭК по
специальноси САПР и АСУ (факультета автоматизации строительства)
исключения не составил. Причем состав последние годы практически не
менялся, а бессменно председательствовал управляющий крупным
республиканским трестом некто П., заслуженный строитель, депутат и
прочая...
Главное же для нашей истории, в течение многих лет члены ГЭКа задавали
примерно одни и те же вопросы. Я расписал Ларисе эти вопросы и ответы на
них, заставив все выучить на память вместе с докладом. Провели несколько
прогонов, в общем, готова...
И в назначенный, вожделенный за 5-6 лет жизни каждого студента день и
час, Лариса начала довольно бойко:
- Уважаемые члены государственной экзаменационной комиссии! Вашему
вниманию предлагается... - и дальше по тексту дипломного доклада.
Но где-то в середине ее прервали, пригласили подойти к стенду с плакатами
и приступили к перекрестному допросу...
Из-за неожиданного прерывания доклада Лариса растерялась и, вместо
ответа на первый же вопрос, умоляюще посмотрела на меня. Я ей показал -
вернуться к трибуне, к листочкам с заготовленными ответами. Она так и
сделала, но - нет того, чтобы подсмотреть и успокоиться!- а в ступоре
взяла листки в руки, нашла в списке фамилию задавшего вопрос и по
бумажке зачитала, естессно, правильный ответ. Следующий вопрос задал
другой преподаватель с нашей кафедры - такой же результат. Вопрошавшие,
коллеги с моей кафедры, оказались несколько смущенными - вроде мы
заранее договорились.
В публике (студенты, преподаватели, родственники и друзья защитников
дипломов) возникло оживление. Зав нашей кафедрой с парторгом слегка
покраснели и с укором посмотрели на меня и коллег, задавших вопросы,
мол, договорились заранее? И, чтобы замять возникшую неловкость,
завкафедрой попросил задать свои вопросы парторга. Уж его, совесть
кафедры, никак нельзя было заподозрить хоть в каком сговоре со мной,
беспартийным да непьющим совместителем. Увы, история повторилась. Лариса
зачитала правильные ответы по заготовленной шпаргалке!
Неловкость усилилась. Публика еще больше оживилась. Завкафедрой
покраснел уже погуще, слегка покраснел декан, уставившись на
завкафедрой, парторга, двух задавших вопросы преподов, папу дипломницы и
меня - сговор, что ли, соколики? Тогда завкафедрой, спасая реноме
кафедры перед деканом, ректором, управляющим трестом и публикой, взял
инициативу в свои руки и начал сам задавать вопросы. Лариса бойко на все
ответила - по бумажке!
Неловкость перешла уже в маленький кошмар. Публика развеселилась.
Завкафедрой побагровел. Декан покраснел уже погуще, укоряюще глянул на
завкафедрой, парторга, двух задавших вопросы, папу дипломницы, меня. И,
спасая реноме факультета перед ректором, управляющим трестом и публикой,
заявил, что вопросы будет теперь задавать он. Но ничего не изменилось:
Лариса по бумажке уже даже бойко, а, главное, верно ответила и на его
вопросы!!
Запахло уже скандалом. Публика развеселилась еще больше. Завкафедрой
посинел. Декан побагровел. А покраснел уже ректор, негодующе уставившись
на декана, завкафедрой, парторга, двух задавших вопросы преподов, папу
дипломницы и меня. И, спасая реноме института перед управляющим трестом
и публикой, попросил задать вопросы членов ГЭКа, деканов и профессоров с
других факультетов. Увы, опять ничего не изменилось - Лариса доблестно
ответила, естеесссно, не расставаясь с дорогими листками-шпаргалками.
Скандалом уже не пахло - он уже был. Публика просто разошлась от
восторга, встречая аплодисментами каждый ответ Ларисы. Завкафедрой
посерел. Декан посинел.. Побагровевший ректор в азарте начал сам пытать
Ларису. И у него - облом: Лариса так же лихо расправилась и с его
вопросами!!!
В зале стало твориться неописуемое. Ректор призвал всех к порядку.
Наступила тишина. И, как говорится у Гоголя, черти подняли глаза Вию -
спасая реноме ГЭКа перед публикой, вопросы начал задавать лично
председатель ГЭКа - управляющий республиканским трестом, заслуженный
строитель, депутат и прочая... Увы, и на его вопросы Лариса ответила
столь же доблестно!!!!
Наступила гробовая тишина. Тогда находчивый завкафедрой поднял меня,
руководителя диплома, мол, коллега, задайте вы свой вопрос. Только уж
постарайтесь, необычный.
Я спросил у Ларисы ее отчество. Она по инерции начала рыться в
шпаргалке, не находя ответа: такого вопроса в списке не было. Потому
попроил ее успокоиться, отложить шпаргалку и сознательно ответить. И,
что вы думаете, получилось! Все - и ГЭК, и публика, гомерически
хохотали. И тут тишины попросил уже председатель ГЭКа, управляющий
республиканским трестом, заслуженный строитель Украины и прочая, а,
главное, мужик с чувством юмора:
- А чем вы докажете, что дипломница и на этот вопрос ответила верно?
- Вон сидит папа дипломницы, ему ответ понравился.
... После ГЭКа завкафедрой провел экстренное внеочередное заседание
кафедры с единственным вопросом на повестке дня: как это все случилось?
Я популярно объяснил. Он переполошился: неужели мы все задаем одинаковые
вопросы? Было принято решение, каждому преподу приготовить вопросник со
спектром разнообразных вопросов, утвердить на кафедре и им
неукоснительно пользоваться при защите дипломов, чтобы больше подобный
конфуз не повторился. Один из профессоров кафедры внес встречное
предложение: больше не поручать совместителям таких дур!
Кафедра приняла оба предложения, и, действительно, пока конфуз не
повторился. И не потому, что стали разнообразить вопросы и за мной
оставили право выбора сильных студентов, а потому, что больше такая
феноменальная студентка не встречалась: вывелась порода застенчивых. Что
же касается самой Ларисы, она быстро выскочила замуж за капитана и
родила двойню. Видать, в известный момент, сробела попросить бравого
офицера остановиться.

В школе я никак не мог запомнить, что значит слово leg. Все помнят, я нет. Специально для таких же, как я - это нога целиком. В отличие от foot. Отчаявшись, учительница задержала меня на минуту после урока.

- Лёшь, чего ты тупишь? - спросила она - слово-то это русское. Общее у нас с англичанами. С тех ещё времен, когда наши языки разделились. Вот как ты думаешь, были ли у наших предков в момент этого разделения ноги?

- Конечно, были! - догадался я - иначе как бы они разошлись?

- А нужны им были эти ноги?

- Ещё бы! - ответил я и подумал - училка совсем с ума сбрендила

- Значит, это слово одно из самых главных, в обоих языках какие-то остатки остались. Даже через три тысячи лет. Вот чем люди лягаются?

- Всей ногой! - радостно сказал я и забрезжил - а еще есть слово ляжка! И лягушка! Она же всеми ногами прыгает!

- Ну вот и запомни: leg - лягушка лягается ляжками. Запомнил? Иди!

Иду, Мария Дмитриевна. Уже лет сорок с тех пор иду. Весь мир обошел и объездил благодаря английскому языку, который Вы вложили тогда в мою неразумную голову подобным же образом. Именно - образом, а не зубрёжкой.

Вспомнила, как к нам в дом случайно пришла дама-психолог (я ее дочку учила). Спросила меня, не хочу ли я протестировать Лизу на предмет возможного семейного неблагополучия. Лизе в ту пору было лет шесть. Ей предложили нарисовать портрет семьи. Готовая картина была такая: на переднем плане ОГРОМНЫЙ хомяк. Сзади (много меньше хомяка ростом) - папа. В огромных наушниках (больше головы). Потом весьма незначительная я с какой-то кастрюлей в руках. Ну и Лиза с громадным стаканом кока-колы (почти с нее ростом).
Психолог была в трансе. Наша семья стояла на грани гибели. Хомяк играл в жизни ребенка роль более важную, чем родители. Папа был страшно безразличен к дочери, и заткнут наушниками от всех проблем ребенка, который (ребенок) от этого аццки страдал. Мама была занята домашней рутиной (кастрюля) и плевала на ребенка. Стакан кока-колы, если память мне не изменяет, символизировал стремление ребенка к иллюзорному и недостижимому (из-за нашей черствости) блеску материального мира.
Внимательно выслушав диагноз, я сообщила психологу следующее:
1. Хомяк был куплен сегодня утром у метро. Это, несомненно, важнейшее событие в жизни ребенка нашло свое отражение.
2. Вчера папа сломал свои наушники. Ребенок, изнывая от собственного благородства, вручил папе наушники от своего личного новенького плейера "на один день", и папа, естественно, спел дифирамб детской щедрости и великодушию, что тоже нашло свое отражение.
3. Это была не кастрюля. Это был старый аквариум, который я вытащила с антресолей для устройства в нем хомячьего жилища.
4. Про "блеск материального мира". Хомяка нам продали в поллитровом картонном стакане из-под кока-колы. Больше его не в чем было нести.

Живу уже 20 лет на испанском острове в атлантическом океане. Была у меня машина рено клио, старенькая и уставшая. Наверное, все водители эвакуаторов на острове были знакомы с моей машиной, а механики вздыхали и говорили, что чинить ее нет смысла, нужно покупать новую. А я, каждый раз с глазами, как у кота из мультика Шрек просила ее реанимировать.
Стала моя машина глохнуть и никто не мог найти причину этого. Аккумулятор в порядке, все вроде уже, что могли, поменяли, а не заводится. Ничего не могут понять, только твердят: в утиль ее.
Но мне, оптимистке, всегда везет, мне повстречался механик Артем, он только приехал на остров, посмотрел и говорит: - Приду завтра. Перелопатил он все форумы Рено и нашел причину. Оказалось, что именно у этой модели, эта проблема встречается часто. Релешки расположены так, что ржавеют и их надо очистить от ржавчины. Пришел, снял их, почистил и я поехала.
Опосля, чтобы уже не дергать его, когда не могла завестись, сама снимала их и чистила и сразу заводилась.
Но, это все предыстория. Машины той у меня давно уже нет, но чистить эти релешки я научилась буквально за 5 минут с помощью маникюрной пилки для ногтей.

Приезжаю давеча на бензоколонку, из моей новой машины орет Калинка малинка, а передо мной вижу старенькую машину рено клио, открыт капот, семь испанцев смотрят туда, водитель мучает свой старый драндулет и пытается завести… И, тут я, на шпильках, в шляпке с новым маникюром подхожу и говорю: - Можно я попробую? Они начали от души смеяться, особенно, когда я из своей небольшой сумки достала пилку для ногтей. Гогот стоял невероятный… Снимаю релешки, чищу их пилкой, салфеткой вытираю и ставлю. Ловко, так, потому, как проделывала это не один десяток раз. И говорю: - Заводи машину!
Конечно, она заводится, я дарю ему пилку и иду у своей машине. Смеха уже нет… у мальчиков шок, неподдельное уважение во взгляде, а я уезжаю помахав им рукой…

За те двенадцать лет, что я прожил в Штатах, я ни разу не видел здесь ни
одной бездомной собаки. Не знаю точно, почему так, но вот нет тут
бездомных собак, и все.
Зато бездомных кошек в Штатах полным-полно. Их, правда, не очень-то от
домашних отличишь – все ухоженные и упитанные, к людям не то что
доверчивые, а просто наглючие.
Я к такому раскладу привык быстро, и, в общем, совсем не удивился, когда
ко мне семь лет назад, в только что купленный дом в Ричмонде, завалилось
это трехцветное наглое создание. Завалилось оно совершенно по-хозяйски,
заставило себя сначала почесать, снисходительно помурлыкало над моими
стараниями, а потом сообщило, что желает пожрать.
Пожрать было выдано. Создание сервированный обед откушало хоть и
несколько брезгливо, но тоже вполне снисходительно, а потом намекнуло,
что все, в моих услугах оно пока больше не нуждается. И расположилось
почивать на веранде под солнышком, всеми четырьмя лапами кверху, только
срамное место себе хвостом прикрыло.
Ну и зашибись, я тогда тоже пошел своими делами заниматься.
В общем, наглое рыжее кошко у меня на веранде прижилось. Не знаю, чем
оно занималось днями, я ж на работе в это время был, но каждое утро и
вечер оно исправно принимало воздушные ванны перед моим домом, и
собирало с меня дань в форме еды и почесываний.
И так бы оно все и продолжалось, если б меня в один из выходных черт не
дернул с утра траву перед домом постричь. Я как раз налаживался
запустить газонокосилку, когда увидел довольно необычную парочку.
Впереди плелась зареванная пигалица лет шести, с каким-то большим
плакатом в руках. За ней следом шел, по всей видимости, ее отец. И оба
на два голоса кричали: «Сквирки, Сквирки (типа, Царапка), ты где?»
Девчонка меня первой заметила, и заливаясь слезами, подбежала, и тут же
поведала, что у нее потерялась кошка, что эту кошку наверное съел
большой сердитый волк, и что ее зовут Царапкой потому что она в дверь
царапает, а теперь больше не царапает, потому что она пропала, и не
видел ли я ее? И плакат мне свой тычет. А на плакате намалеванное
цветными карандашами пучеглазое нечто, толи мутировавший Чебурашка, толи
испорченный ананас с ножками и ушами. Не, я б ни за что не догадался о
чем речь, если б не цвет пятен на чебурахо-ананасе. А был он в точь в
точь, как у того кошака, которое у меня прописалась.
Я так девчушке и ее отцу сказал, что точно не знаю, но что-то похожее у
меня сейчас на веранде дрыхнет. Девчонка даже дослушивать не стала,
сразу помчалась смотреть...
Ага, оно самое оказалось. Ой, какое тут было море соплей и восторгов!
Девочка сгробастала ничего не соображающую ото сна кошку в охапку, ее
отец мне долго жал руку, назвался Стэном, и благодарил за помощь в
розысках.
Удалились они втроем, совершенно счастливые. То есть, отец с дочкой были
счастливые, про кошку я не так уверен.
Я б про все это благополучно забыл, наверное, если бы история не
получила неожиданное продолжение.
Примерно через два дня, уже довольно поздно вечером, у меня вдруг
зазвенел телефон. Я взял трубку, звонила женщина. Представилась,
извинилась за беспокойство, и сказала, что она обзванивает всех соседей,
потому что у ее дочки пропала кошка. Кошку зовут Салли, она трехцветная,
и никогда раньше не убегала, а теперь ее уже два дня как нет. И не видел
ли я такую кошку, случайно?
Я честно ответил, что трехцветную кошку видел, потому что она у меня на
веранде с месяц жила, но что ее хозяева нашлись, и что зовут эту кошку
не Салли, а Царапка.
Удивился тогда еще, сколько в моей деревне трехцветных кошек теряется.
А еще через день мне позвонил какой-то мужик, и тоже спросил насчет
трехцветной кошки, которая пропала у его жены. Эту третью кошку тоже
как-то звали, совершенно другим уже именем.
А еще через неделю, выезжая с утра на работу, я увидел приколотый к
дереву до слез знакомый портрет трехцветного наглого создания, со
слезным воззванием внизу: «У нас пропал член семьи, его зовут Томми,
если вы его видели, пожалуйста, верните за вознаграждение!» И номер
телефона.
Вот тогда до меня и дошло, наконец. Я позвонил Стэну, и спросил, как
поживает их любимица. Стэн сказал, что дочка счастлива, что кошак
нашелся, и что теперь ее из дома больше не выпускают, а то, не дай бог,
опять потеряется...
Стэн бы долго еще распространялся на тему, как он мне благодарен, но я
его прервал. Просто предложил кошака выпускать погулять, и чего-то
наплел ему насчет авитаминоза, который с их любимцем обязательно
случится, если его взаперти держать.

Еще через неделю убедился, что Стэн меня послушал. Потому что наглое
разноцветное создание вдруг нарисовалось у меня на веранде снова. И
снова потребовало почесываний и кормежки. А звонки от отчаявшихся
соседей прекратились.

Мне одно было интересно – неужели это кошко и правда на разные имена
отзывается? Я-таки поэксперементировал – каждый раз его новым способом
подзывал, и Машкой, и Санькой, и Прошкой. Исправно оно отзывалось на
все. А и то – его ж за это кормят, чего не отозваться-то?

Оно, кстати, до сих пор живо. Уж не знаю, сколько из моих соседей его
сейчас за своего домашнего кошака считают, и сколькими разными именами
кличут. Думаю, что много таких соседей, а че б иначе это разноцветное
создание таким жирным под старость лет-то стало?

А какого оно полу, я так и не знаю, да и зачем мне? – пусть оно так и
будет, в одном доме пусть оно девушкой по имени Царапка числится, в
другом дамой по имени Салли, а в третьем джентльменом по имени Томми.
По мне, так это просто рыже-черно-белое, наглое, очень ласковое, и очень
кошачее существо.

Наш «опытно-экспериментальный стенд», а иначе «ОИС» обладал достаточно
большим станочным парком и по сути представлял собой хорошо развитое,
небольшое машиностроительное предприятие. Что не удивительно, коллектив
станочников и слесарей был разношерстный, но совершенно мужской. Как на
всяком опытном производстве, месячные авралы чередовались с недельным
бездельем. Во время простоев мужики за зарплату с усердием шлифовали
обитые сталью столы костяшками домино, сражались в «фишечный» бильярд,
или пин-понг. Когда надоедало домино, ребята могли пошутить над
кем-нибудь из начальных мастеров и инженеров. Вон когда Федька свою
цвета мокрый асфальт восьмерку, у цыган купленную, ковырял в моторе, они
пошутили.
Тихо подошли вдесятером посмотреть, один болтовней отвлекал, восемь
здоровых оболтусов рабочими ладонями сверху надавили, так что машина на
все амортизаторы села, а когда отпустили резко, еще один оболтус на
бетонный пол железяку лишнюю кинул. Машина подпрыгнула и звякнуло
одновременно. Федька, подумав что отвалилось чего важное, тех
цыган-автопродавцев матом полчаса на одном дыхании клял. Безобидно так
"подкалывали". Все кроме Федьки.
В коллективе самый большой авторитет это Степаныч. И у начальства, и у
работяг. Он это все с железкой и организовал. Степаныч - слесарь. И не
какой-нибудь простой лекальщик, а еще универсал полный. На всех станках
от прецензионных токарных до ДИП-500 и простейшей маятниковой пилы мог
любого специалиста превзойти. Если в чертежах ошибку видел или
неясность, то сам исправлял. Спокойно, без нервов и так, что никто из
конструкторов недовольным не оставался. Правильно все делал и подходец
имел, потому что. Сколько его знали ни разу не ошибся и не напортачил.
Все наши конструкторские «изыски в машиностроении», если к ним Степаныч
руку приложил работали как положено и надежно. И от работы никогда не
бегал, а сам ее искал. Иногда даже ночевать мог остаться, когда аврал.
Единственно чего Степаныч сторонился так это партсобраний и общественной
работы. Во время собраний Степаныч исчезал. Не по волшебству, а
нормально: здания ОИС - бывшие каретные мастерские, жилые дома и фиг его
знает чего еще, связанные общими коридорами, подвалами, крышами,
переходами и пристройками, могли «исчезнуть» пару батальонов, а не
одного хитрого, старого слесаря.
Федька тот другой. Это вам не Степаныч. Из рук все валится от неохоты
работать. От любого дела отопрется по тысяче болезненных причин. Не то
что бы он больной был. Наоборот даже - вполне здоровый тридцатилетний
бугай. Но мнительный правда. Чуть чихнет - в медпункт. Споткнется -
опять туда же на обследование. А если палец, не дай бог, поцарапает без
укола от столбняка с места не двинется. Так и будет стоять столбом, чтоб
зараза по телу не разошлась. Зато общественный работник каких поискать
днем с огнем надо. Душевный очень, если деньги на подарок собрать,
политинформацию прочесть, или в стенгазету о здоровье заметку написать.
Если собрание, то до конца высидит проголосует и последним уйдет. Лишь
бы не работать, в общем. А шутки у него злые и несмешные были. И все к
Степанычу неравнодушен. В замок от шкафчика эпоксидки налить, дверь в
сортире палкой подпереть, или втихаря соли солонку в столовский суп
высыпать - это Федька, даже и проверять не надо.
Его мужики предупреждали. По-мужски. Оставь Степаныча в покое, проучим
не то. Не внял. Степаныч до поры до времени терпел. Пока в обед с
любимого стула не упал и ушибся сильно: в шестьдесят с лишним красиво не
упадешь. Ножка подпиленной оказалась. Пиздец тебе, Федя, - тихо
промолвил Степаныч, - надоел. И это был первый раз, когда от него
матерное слово на работе слышали.
Федька поржал, конечно, и забыл. А зря.
Через день, придя на работу Федька обнаружил у себя на верстаке толстую
книжку размером со школьный альбом для рисования. «Сифилис», 1967 года
издания. Брезгливо потыкав книгу пальцем, и убедившись, что ему не
чудится, Федька спросил чья. Никто не знал. До обеда книжка пролежала
нетронутой, а вот Федькину вчерашнюю «Вечерку» с кроссвордом, кто-то
увел. В домино Федьку не взяли по вредности, в бильярде был полный
комплект, а в пин-понг он не умел. Федьке стало скучно и он взялся за
книжку.
Пропустив предисловие, рассказывающее о роли КПСС и советского
правительства в победе над сифилисом в СССР, Федька углубился в чтение.
Книжка оказалась с картинками, картинки настолько ужасными и цветными, а
текст так красочно и живо описывал тяжести и совершенно неизлечимые
последствия запущенного сифилиса в царском и капиталистическом обществе,
что Федька проникся. Он перелистывал страницы, особое внимание уделяя
описанию симптомов и методам профилактики. С обеда в цех он опоздал на
два часа, был выматерен мастером, в первый раз не смог придумать
объяснение своему проступку и отмазаться.
На следующий день в столовой все увидели, что ложку и стакан Федька
принес из дома. И тут же вспомнили, что утром он ни с кем не здоровался
за руку. Душевой Федька пользоваться перестал и уходил бы домой грязным,
если бы работал. Неделю Федор был чернее тучи, пугливо озирался по
сторонам и обходил встречного метра за полтора. Кто-то рассказывал, что
видел Федьку в туалете возле зеркала, рассматривающего прыщ на своем
носу в большую лупу. А когда у него на губе выскочил «герпес», в
просторечии называемый лихорадкой, он пропал на три дня.
Вернулся отдохнувшим, спокойным и веселым. Справку с Соколиной горы об
отсутствии у него сифилиса он показал даже Степанычу, хотя тот с ним не
разговаривал. Федькина душа пела.
Утром следующего дня он нашел у себя на верстке книжку «Ишемическая
болезнь сердца в молодом возрасте». Или как-то так.
А через месяц он уволился. Председателю профкома, нежелавшему
расставаться с таким ценным работником, он объяснил, что не может
работать в таком черством коллективе где ему никто не хочет даже
давление померить и очень нервная работа. Председателю профкома его
уговорить не удалось. А жаль.
Потому что я лично в ящике верстака у Степаныча видел еще одну
медицинскую книгу, на обложке которой красовались большие буквы:
«Шизофрения».

- Леонид, а что вы делали с тремя ассистентками в лаборантской?
- Ничего...
- А почему тогда на вас кролик смотрит с таким уважением?!

Работаю в аптеке "первостольником". Заходит мужик, весь в наколках, лицо закоренелого уголовника и говорит: "У нас сосед новый буйный попался. Дай мне успокоительное какое-нибудь, а то я, боюсь, убью его. А сидеть опять мне неохота."
Никогда в жизни я не чувствовал такой ответственности.