Поиск по автору:

Неприкрытая лесть часто является завуалированной иронией.

Любая проблема решается обычно так: либо ты чинишь протекающий потолок, либо вытираешь мокрый пол.

Детство заканчивается тогда, когда на смену «а почему?» приходит «а почём?».

Болея за свою страну, не чихай на другие.

Чемпионат Армении 1997 года. На сцене — двенадцать шахматистов, в зрительном зале — аншлаг. Полная тишина, как и полагается. Вдруг в сопровождении телохранителей в зал входит... президент страны Левон Тер-Петросян. Он поднимается на сцену, проходит в середину и останавливается возле моей доски. Изучает позицию. О, ужас! Мой ход, позиция сложная, а за спиной — президент. Что делать? Встать — крайне глупо, продолжать сидеть — невежливо. В более конфузной ситуации я никогда не оказывался. Обхватив руками голову, я притворился, что весь ушёл в позицию, а на самом деле жалел о том, что провалиться под землю можно только на словах. Президент через пару минут отошёл, а я так и не смог настроиться на партию и бесславно проиграл.

Не всегда движение вперёд — хорошо, а назад — плохо. В перетягивании каната, например, совсем наоборот.

В 1992 году мы с Арсеном Егиазаряном играли в московском чемпионате «Динамо» по шахматам. Однажды после тура решили заехать в ЦШК, посмотреть книги. Идём по Гоголевскому бульвару, и тут видим: навстречу медленно, под руку с крупным мужчиной, идёт старичок в очках. Лицо знакомое.
— Это же Ботвинник! — дёргаю за рукав приятеля.
— Точно! — подтверждает он.
Начинаем лихорадочно шарить по карманам в поисках бумаги. Единственное, что находим — бланк, куда я после игры переписал партию. На нём ходы и результат. Фамилии я забыл проставить. Поравнявшись с великим чемпионом, протягиваю ему бланк и прошу автограф.
Михаил Моисеевич мельком взглянул на текст, неспешно перевернул бланк и поставил автограф под результатом «1:0» в графе «Подпись чёрных». Затем вручил мне реликвию обратно и говорит:
— Теперь впиши фамилии и говори, что выиграл у Ботвинника!

Сексуального маньяка не возбудило уголовное дело.

Встречи бывших одноклассников показывают, что у жизни свой взгляд на отличников и двоечников.

Пошляки шутят ниже пояса, джентльмены — выше колен.

Соратники диктаторов как подтяжки — либо поддерживают, либо висят.

Лучшее, что можно создать в соавторстве, — это дети.

Мужчины делятся на две категории: одни бегают за юбками, другие — держатся за них.

Женское платье — целая философия: чем меньше в нём материи, тем больше захватывает дух.

Лысый считал парикмахерские салоны пережитками прошлого.

Юмор, как и женский стан, должен быть тонким, но не плоским.

Незлопамятность — это когда помнишь о зле, но злишься на память.

Может, у меня проблемы со слухом, но когда говорят «тусуются», я слышу «пасутся».

Не путайте безбожность с атеизмом.

Кто играет с налоговой службой в прятки, с тем она рано или поздно сыграет в ловитки.

Тело — костюм, который душа берёт напрокат.

Проблема женщин-водителей в том, что когда они смотрят в зеркало заднего вида, они непроизвольно там видят себя.

Когда жизнь бьёт ключом, защищаться не надо.

Единственный попрошайка, которому мы никогда не отказываем, — наш желудок.

Писатели-генераторы зажигают писателей-лампочек.

Странно, но когда голова от успеха кружится у нас, подташнивать начинает врагов.

Отчуждение — это москитная сетка, которая хотя и защищает от определённых невзгод внешнего мира, в то же время лишает возможности смотреть на него неискажённым взглядом.

Не так страшно написать глупость, как подписаться под ней.

Если и принимать допинг, то в штыки.

Завидовать бездарным можно только в одном — им никто не завидует.

Многие блестящие классики были невзрачными современниками.

Бутафористика (неологизм; предлагаю использовать этот термин для обозначения всего искусственного, мёртвого, вторичного в афористике).

Чтобы лишить сна тысячи жителей, достаточно одного имбецила и ста децибел.

Пока огня нет, о кочерге не вспоминают.

А в Нидерландах ждёт Мари Хуана...

Если бы Минсельхоз запретил выращивание и импорт табака, Минздрав бы нервно закурил в сторонке.

Ваш юмор мне напомнил камбалу.

Бог одних целует в темечко, другим даёт подзатыльники.

Чтоб быть как Станиславский, надо верить!

Гипертонический криз Елены Малышевой подорвал веру людей в здоровый образ жизни.

Как в корень зрить ботаника не учит.

Есть два способа утешить человека: первый — «Всё будет хорошо!» и второй — «Всё. Будет! Хорошо?».

Лень-матушка. За это её любят.

Когда разговаривают во время секса, речь часто бывает нечленораздельной.

Гиппопотама вечно путал с Гиппократом.

Место встречи влюблённых — улица, а любящих — дом.

Как трудно в бане постоять за честь мундира!

Уж лучше пусть нас перевозит в накуренном автомобиле разговорчивый таксист, чем в лодке на свежем воздухе молчаливый Харон.

Ката — поэзия карате, а кумите — проза.

Не стоит лезть из кожи вон, когда овчинка выделки не стоит.