Предупреждение: у нас нет цензуры и предварительного отбора публикуемых материалов. Анекдоты здесь бывают... какие угодно. Если вам это не нравится, пожалуйста, покиньте сайт. 18+
с 01.04.2020 по 30.04.2020

Самые смешные истории за месяц!

упорядоченные по результатам голосования пользователей

Будучи молодыми, мои бабушка и дедушка жили в поселке на золотом прииске восточной части нашей Родины. Молоды они были тогда... Когда появился Коля. Тоже работал на этом прииске. Как бабушку увидел, подошел к деду и говорит:

"Генка, можешь убить и бить меня, но влюбился я в Аллу. Че хочешь делай, а это знай" - дед ему тогда втащил, потом сели они и пили всю ночь. А на утро... Вообщем, стал Коля другом нашей семьи. Все семейные праздники рядом, и всегда говорил: "Люблю ее, не могу!".

Но поползновений никаких не делал. Жил в соседнем доме, помогал всегда по домашним делам. С мамой моей дружил, учил жизни ее. Как и мой дед.

Через 17 лет деда не стало. Бабушка горевала, горевала. Да через 3 года съехались они с Колей, вместе жить стали. А дядь Коля усы разглаживал на семейных вечерах и приговаривал: "Я вот свою любовь 17 лет ждал" - и с любовью на бабушку смотрел. Я мелкий был и совсем ничего не понимал. Но дядь Колю любил!

Через время мама со мной уехала оттуда, мой отец с нами. Был он человек знатно гулящий. По бабам как в магазин ходил. И руку на маму поднимал, даже когда она беременной была. Ушел он вскоре из семьи, да и хорошо. Никаких алиментов никогда не платил, в жизни моей никак не участвовал. Все мама сама.

Тяжко нам было в новом городе. Помню, денег на хлеб даже не было. У мамы получка через 3 дня, занять не у кого. Она и пекла из того, что осталось дома. То ли из муки, то ли из чего еще, я и не помню уж. Помню, что маленьким это понимал. И никогда не просил ни игрушки, ни сладости. Я видел уставшую маму, приходящую с работы. Я сам готовил ей ужин, будучи в первом классе.

Готовил плохо, это я сейчас понимаю. Из всего получался более менее чай. Но мама всегда целовала и говорила "Спасибо!" и с удовольствием ела, с любовью глядя на меня. А я был счастлив. И мечтал скорее встать взрослым и помогать ей. И сделать так, что бы в жизни ее не было невзгод.

Потом появился мужчина в ее жизни. Нет, не так...Мужчина! Я помню, 90-е. У него был мерседес 124, всегда вылизанный и сияющий. Всегда в костюме и безумно обходительный. Забирал маму каждый день с работы, привозил домой. Со сладостями и фруктами. Мама как-то сказала, что давно не кушала похлаву настоящую (сладость такая восточная). На следующий день он привез целый контейнер... попросил друзей из Турции прислать самолетом. Прислали.

Таких ситуаций были 1000. Постепенно мы стали жить вместе, я его всегда называл дядя(имя). Он никогда не претендовал на то, что бы я его называл отцом. Воспитание мое отдавал маме, держался осторожно и порой неловко. Но учил меня... мужским вещам - ремонту, заботе за женщиной, умение держать удар, рыбалке. Эх...это было чертовски здоровское время.

Когда мне было 14 лет, мама умерла. Это...не буду объяснять, насколько мир перевернулся в тот момент. У всей нашей семьи. Отчим стал воспитывать меня один. Было тяжело, он был строгим. Но лучшим. И он был моим папой.

Не выдержав смерть дочери, моя бабушка начинает без остановок пить и за два года сгорает и умирает тоже. Я помню, как стояли мы втроем на их могилах. Похоронены они были вместе. Я, дядь Коля(я его называл дедушкой) и отчим(папа). Мы, чужие друг другу люди. Но роднее нас не было никого.

Прошло много лет, у отца седые волосы), дедушка пишет сообщения о том, что он до сих пор десять раз подтягивается...и говорит, что роднее нас у него нет никого. Я уже взрослый, у меня прекрасная жена.

Папа так и остался холостяком. Когда я прихожу к нему, он говорит, что любит мою маму до сих пор, как в первый день встречи. Дедушка тоже один. Он сказал, что после бабушки любая женщина для него как пластмасса: "Алла, она была настоящая. Я ждал 17 лет, а ей осталось теперь дождаться меня. Генка тоже дождется, я ее не обижал ведь!"

А я... Еще в молодости я сделал вывод: Кровные узы ничто в этой жизни. Меня воспитали и подняли совершенно два чужих человека. Мой дед и папа. А мне осталось их не подвести.
8
Когда сыну исполнилось полтора года, я отказалась от коляски. Тяжело всюду ее возить, то пандуса нет, то двери узкие, то проходы, да и сама она тяжёлая. Ребенок много ходил, и уже в этом возрасте выдерживал по пять часов неспешной прогулки, изредка переползая на шею.
Когда сыну исполнилось два с половиной, я с ним ходила в дачный магазин - 3.5 км в одну сторону. Делали пару раз остановки по пять минут. Он никогда не жаловался, не хныкал. Соседи удивлялись, они и сами бы с трудом прошли тот маршрут, постоянные спуски и подъемы.

Прошел год. Сыну уже было три с половиной. Возвращаемся как-то из магазина, а он говорит:
- Мам, я устал.
- Как же так? Ты же маленький спокойно ходил и не уставал?

Тут он посмотрел на меня многозначительно: "Да я говорить не мог".
1
Из просторов...

В чём сила, брат?
Наверное, я сейчас напишу самый серьёзный текст, из всех, что я писал на Фейсбуке.
Сегодня произошло событие, осознать которое до конца я не могу до сих пор.
Федеративная Республика Германия, государство, в котором я сейчас живу и работаю, перевела мне в качестве финансовой помощи для выживания в условиях карантина, довольно крупную сумму.
Не хочу писать цифры, но это примерно соответствует моим заработкам за 3 месяца.
Перевели безвозмездно. Перевели сегодня по запросу, который я подал только вчера. Перевели, не взирая на то, что я НЕ являюсь гражданином этой страны. Перевели не запрашивая никаких бумаг или подтверждений.
Просто перевели.
И не только мне, а ВСЕМ индивидуальным предпринимателям, оказавшимся без работы и заработка из-за эпидемии в Берлине.
Вместе со мной, эту помощь получили все мои знакомые гиды, артисты, хозяева кафе, маленьких отелей, ресторанов и так далее.
Возможно для большого бизнеса эта сумма покажется маловатой. А для нас, индивидуальных предпринимателей - это просто очень большой и надёжный СПАСАТЕЛЬНЫЙ КРУГ!
Почему я не могу осознать это до сих пор?
Потому что я впервые в жизни осознаю понятие "ГОСУДАРСТВО".
И вот думаю...
Когда-то моим государством было СССР. Как оно проявляло себя? В основном упрёками: "Мы тебя вырастили, мы тебя выучили, теперь ты обязан, обязан, обязан... на благо страны".
Согласиться с этим мне было трудно. Потому что растили меня мама и папа. Да и выучили меня тоже они. Но государство утверждало, что я ему "должен, должен, и должен" - служить в армии, жить по прописке, работать не там, где интересно, и где мы можешь пригодиться, а по "распределению". Конечно, оно, государство, если я буду хорошо себя вести, могло выдать мне квартиру, которое оно, государство сочтёт для меня подходящей, санаторий, который оно мне назначит, и (!) может быть, даже автомобиль после очереди в 10 лет.
Чувствовал ли я СССР своим государством? Нет.
Потом моим государством стала Российская Федерация. Она поначалу пыталась быть демократической, и планы были очень красивыми. Вот только не сбылись. Пришёл "настоящий хозяин", и попытки демократии отменили.
Как-бы то ни было, никакой реальной помощи людям, кроме, может быть, "материнского капитала" (сам его не получал, но мои знакомые получали), я от моего государства не видел ни до, ни после.
А вот ФРГ не стало моим государством, по той простой причине, что я сюда не эмигрировал, гражданства не получал, и немцем себя не считаю ни в каком формате.
Когда-то я приехал сюда по контракту, потом получил здесь вид на жительство, и с тех пор здесь живу, работаю, плачу налоги. Живу как иностранец с постоянным видом на жительство.
Но вот в этом государстве случилась беда. Собственно, случилась она во всём мире. Но в этом, отдельно взятом государстве, решили в этой беде помочь его, государства жителям. Всем. Не зависимо от их национальной или какой-то ещё принадлежности... И помогли.
Если кого-то из вас это не удивляет, то зря читали. Для вас я - наивный лох.
А я лично ни одного раза в жизни я ещё не получал подарков ни от одного из государств. А вот сейчас получил.
В чём сила, брат?
В чём сила государства?
Может быть, всё же, не в количестве ядерных боеголовок?
И не в единстве националистически настроенной толпы, ревущей название своего государства?
Может быть, сила именно в протянутой в трудную минуту руке? В том самом пресловутом "локте", который так любят припоминать в речах многие руководители?
Сегодня я впервые узнал, а вернее почувствовал, что такое "государство". И в чём его сила.
Осознавать это я буду ещё некоторе время.
Спасибо всем, кто дочитал до конца.
22
Самый известный в России врач, Пётр Петрович Кащенко, считался человеком неблагонадёжным и до самого 1917 года находился под негласным надзором полиции. В студенческие годы он организовал в университете кружок, где читал возмутительную литературу о том, что Россия может прожить без царя, за что был выслан в Казань. Затем написал статью о том, что Россия очень большая, а землицы у крестьян очень мало, и угодил за прозрачные намёки в Нижний Новгород с запретом практиковать в Петербурге. За годы работы в нижегородской губернии Кащенко стал мировой знаменитостью, и когда встал вопрос, кто возглавит новую Сиворицкую больницу в Гатчине для психических больных, даже Николай Второй одобрил его кандидатуру. Хотя, по легенде, император и спросил: «Чем может помочь психическим больным человек, который симпатизирует социалистам?»

Зная, что за его контактами следят, а переписку усиленно читают, Кащенко со временем ограничил круг встреч, а газеты перестал выписывать вовсе. Как-то в 1916 году в Сиворицкую больницу пришли студенты-медики, и один из них задал вопрос: «Как вы можете в разгар войны и политического кризиса не читать газет?»
На это Кащенко сказал следующее:
- Мне нет нужды читать газеты, чтобы знать, что творится в мире. Мои больные – вот моя ежедневная газета. Извольте видеть, с начала этого года в нашу больницу поступило семеро «Распутиных», причём весной и летом – по одному, а с начала осени – уже пятеро. Отсюда я заключаю, что влияние Распутина растёт. Биографию Распутина из рассказов больных я узнал во всех подробностях, а, поскольку один сумасшедший работал дворником в Царском Селе, мне теперь известно про досуг царской семьи побольше, чем газетчикам. Про войну также знаю получше репортёров: с австрийского фронта привезли двух офицеров: один повредился рассудком при артиллерийском обстреле, другой – во время наступления. Так вот, второй офицер каждый день рисует карту наступления со всеми-всеми деталями – и все-то деревеньки он наизусть помнит, я сверялся по карте. И сколько пленных взяли, и сколько оружия, и что из-за воровства интенданта дивизии не хватило провианта. Потом, господа, у нас не только лечебные корпуса, но и свои огороды, конюшня, мастерские, скотный двор – каждый день я подписываю счета, по которым вижу, насколько поднялись цены на товары и насколько дороже мы сами продаём картошку, телят и ремесленные изделия. Я могу вам спрогнозировать оптовые цены на любой товар получше «Биржевых ведомостей».
- Но ведь в мире есть не только новости да биржевые сводки, - сказал студент. – Надо же читать что-нибудь для души.
- Сейчас покажу, что у меня для души, - ответил Кащенко. Проведя студентов по коридору, он указал на дверь большой палаты. – Видите, господа? Здесь у нас литераторы. Есть Гоголь, который утверждает, что спрятал в подвале второй том «Мёртвых душ», есть Лев Толстой. Очень интересные люди. А вот этот, что сидит на диване, прямой как палка – критик Чуковский. Знает наизусть «Евгения Онегина» и Гомера, цитирует Чехова без ошибок целыми страницами. Мы с врачами часто приходим послушать. С ним только одна проблема – постоянно требует бумаги и чернил, чтобы «разгромить Горького и бездарную Чарскую». А как получит бумагу, то марает и марает целыми часами. Измарает сто листов бессмысленными гадостями, в чернилах вымажется – и сидит довольный. Одно слово – критик!
Когда я пошёл в первый класс, (это был 1988 год), моя первая учительница вызвала всех родителей на собрание и обязала, хочу подчеркнуть ОБЯЗАЛА! наших родителей в течении года организовать экскурсию нашему классу по месту работы каждого родителя.

Это было пожалуй самым ярким событием в нашей первоклашной жизни!

Мы были на заводе по изготовлению нефтяного оборудования, в цеху по производству мороженого, катались на мусоровозе, регулировали движение автомобиля с сотрудниками гаи, сидели за штурвалом ан-24 (на земле), тушили с пожарными две подожженые бочки из пожарной машины, шили одежду, и многое другое. Это было круто!
13
Много лет назад антрополог Маргарет Мид спросила студентов о том, что они считают первым признаком цивилизации. Студенты ожидали, что Мид расскажет о рыболовных крючках, глиняных горшках или обработанных камнях.

Но нет. Мид сказала, что первым признаком цивилизации в древней культуре является бедренная кость, которая была сломана, а затем срослась. Мид объяснила, что если живое существо в царстве животных ломает ногу, то оно умирает. Со сломанной ногой оно не может убежать от опасности, добраться до реки, чтобы напиться или охотиться за едой. Оно становится добычей для хищников, поскольку кость срастается довольно долго.

Бедренная кость, которая была сломана, а затем срослась — это доказательство того, что кто-то потратил время, чтобы остаться с тем, кто получил это повреждение, перевязал раны, перенес человека в безопасное место и охранял его, пока тот не восстановился. Помогать другому человеку во время трудного периода — это тот поступок, с которого начинается цивилизация, — сказала Мид.
4
Аварийка. Вызов около девяти вечера - деревянный двухэтажный дом, на площадке запах гари, нет электричества в одной квартире.

Квартир всего восемь, по четыре на площадке, вызов из пятой.

Приезжаю. Встречает женщина лет тридцати, утомлённая с заживающим синяком на лице. С некоторым удивлением смотрит на мой внешний вид - я в чёрной маске и пластиковых очках. Объясняет проблему. Всё стандартно - запах горелой проводки начался днём, но никто не обращал внимания, пока свет в её квартире не заморгал и не вырубился совсем.

Залезаю на свою стремянку в три ступеньки, осматриваю распределительную коробку на площадке: всё ясно - одно соединение сгорело, два других горят, светясь ярким красным светом.

Принимаю решение - поменять сжимы, для чего мне требуется отключить электроэнергию на весь подъезд. Я стучусь во все двери второго этажа и неспешно иду на первый, по пути говорю выглянувшим из квартир людям про аварию.

Тоже самое делаю на первом этаже, но если на втором на стук открыли три квартиры, то тут приоткрылась всего одна дверь.

Ладно, приготовления завершены, я дёргаю рубильник (при этом коммунальное освещение остаётся гореть, будучи, видимо, запитанным до вводных предохранителей) и встаю на стремянку.

Снизу раздаётся шум распахиваемой квартирной двери и полупьяный женский крик:

- Мать вашу, что за херня? Охренели? Руки поотрываю вам. Суки, блин!

Вижу голову существа женского пола неопределённого возраста на лестнице между вторым и первым этажами и говорю стандартную фразу про аварию и полчаса.

На оскорбления не реагирую. Настроения ругаться нету, хочется сделать всё поскорее и свалить уже на базу. Эта ханыжка жаждет свары, распаляя пожар ненависти и злобы, но без моих дров огонь ругани не разгорается и она продолжая бормотать что то гадкое, начинает спускаться вниз.

Я вырезаю обугленные сжимы, и вроде всё хорошо, но внезапно на площадку вываливает вызвавшая меня женщина. Она видимо слышала ругань соседки снизу, потому что сходу орёт, перегнувшись через перила:

- Ты дура тупая, тебе ж сказали - авария! Какого хера ты выползла вообще?

Пьяница снизу радостно возвращается на свою позицию, дико матерясь и на ходу придумывая оскорбления.

Меня, впрочем, это заботит мало - я увлёкся работой.

Через пару минут криков из восьмой квартиры выходит мужик с широкими плечами и интеллигентными очками. Он кричит через перила:

- Да ты чего орёшь то, а? У тебя долгов как блох на собаке, ты вообще не должна со светом жить, ясно?

Снизу, внезапно, мужской молодой голос:

- Кто там закукарекал? Карасёв, ты что ли? Тебе, падла, какая разница что мы платим и какие долги, а?

Голос злой, неистовый. Краем глаза вижу как мужик в очках вздрагивает и отступает назад. Он ловит мой взгляд и жмёт плечами: "Опускаться до их уровня не буду...", после чего скрывается в квартире.

Ругань продолжается, вдруг слышу взвизг женщины, что меня вызвала и какие то шлепки, мне на руки брызжет какая то жидкость.

Поворачиваюсь - пьяница с первого этажа стоит на первых ступенях с пакетом мусора в руках, достаёт оттуда всякую фигню и закидывает на второй этаж. В нас с заявительницей летит гнилой картофель, дряблые огурцы и мятые пачки сигарет.

Кричу, чтобы немедленно прекратили, что сейчас просто уеду и оставлю всех без электричества.

Наступает пауза. Пьяница стоит с рукой в пакете, переваривая услышанное.

А вот женщина с синяком действует стремительно. Она вбегает в свою квартиру и появляется с большой кастрюлей из которой идёт пар. С криком: "Нанакуй!" одним махом выплёскивает содержимое вниз, на свою противницу.

Я не повар, но наверное это заготовка для супа, потому что вниз вместе с кипятком летят какие то овощи.

Оружие, видимо, находит цель, потому что снизу раздаётся дикий визг напополам с таким матом, что даже моряки бы покраснели. Женщина с синяком победно тащит кастрюлю назад. Она довольна.

Чувствую себя словно в глупой старой комедии.

Снизу шум распахиваемой квартирной двери и быстрый топот наверх. По лестнице стремительно несётся мужик чуть старше тридцати со злобным лицом, абсолютно лысый и татуировкой в виде паутины на голове. В руках у него топор. Он ничего не кричит, и от этого почему то ещё страшнее.

Женщина бросает в него кастрюлю и скрывается в квартире, защёлкнув замок. Мужик несколько секунд путается в кухонной утвари и поэтому не успевает.

Он злобно смотрит сквозь меня, потом внезапно аккуратно стучит в дверь пятой квартиры:

- Людок, слышь...Выйди ка на минутку...

Ну я не знаю, надо не иметь мозга, чтобы после всего случившегося взять и открыть дверь. Хозяйка считает так же, потому что просто материт мужика не открывая.

Тот снова деликатно стучит согнутым пальцем:

- Люда, слышь... Я сейчас дверь вскрою. Я тебя выковыряю, слышь? Выйди по хорошему, Людк.

Он нервно жмёт топор пару секунд, после чего внезапно и резко орёт во весь голос: "Сукааааа-а-а-а!" и бьёт лезвием в дверь.

Дверь железная, сделана недорогим методом - просто металлический лист, крашенный краской. Даже без ручки и глазка. Топор отлетает от неё, оставляя длинные царапины, что на её прочности не сказывается совершенно.

Я спрыгиваю со стремянки. Работу не закончил, но инстинкт самосохранения гонит меня прочь.

Снизу бегут люди - кудрявая пьяная женщина лет тридцати с опухшим лицом и старый дед с костылём. Они заполняют собой лестничную площадку - пройти я не могу.

К тому же хмырь с топором, тяжело дыша, поворачивается и говорит совершенно спокойно:

- Извини, ты делай, делай. Тебя это не касается, друг. Не обращай внимание. Сам понимаешь - суббота, конец недели...

Мне не хочется говорить ему, что сегодня четверг, да и вряд ли эта информация что то изменит...

Дед с костылём перегораживает проход, а кудрявая выхватывает топор из рук мужика, говорит: "Ты куда бьёшь то? Смотри как надо", и начинает кромсать стену рядом с дверью, примерно на уровне замочной скважины. Наверное хочет разрубить двадцатисантиметровый брус из которого сложен дом. Других предположений нет.

Мужик кивает, берёт у неё топор и начинает насиловать стену звучно хыкая при каждом ударе.

Пытаюсь пройти деда, как внезапно снизу появляются ещё персонажи. Это два мужика, весьма здоровые, в больших чёрных масках (коронавирус же), один просто лохматый, второй в чёрной бейсболке.

У лохматого в руках пистолет Макарова. Дуло направлено в нашу сторону. К сожалению не будучи специалистом не могу на глаз определить боеспособность оружия. Травмат ли это, охолощённая копия или вообще игрушка, но проверять его действие на себе не хочется.

Вооружённые стоят на первых ступенях второго лестничного марша, не поднимаясь. Лохматый громко свистит:

- Фиииу, эй, Козырь, ты чего до бабы докопался?

Мужик с топором оборачивается, морщит глаза и вытирает рукавом лицо:

- Антоша, ты что ли?

Лохматый крутит дулом пистолета:

- Я, Саш, я. Ты скажи мне, Козырев, ты накой хрен к Людке ломишься? Тебе своих баб мало?

Вместо Козырева отвечает кудрявая:

- А тебя, Антоша, давно ли стала эта швабра интересовать?

- Не зли меня, жаба, - нервно отвечает Антоша, - Я шмальну ведь, ты ж знаешь, что шмальну...

В бейсболке медленно вытаскивает руку из кармана, в ней тоже зажат пистолет Макарова. Он картинно передёргивает затвор.

Я вижу как Козырев то сжимает, то разжимает руку, держащую топор:

- Антоша, а правда, ты какого тут? Ты с Людкой что ли?

Антоша сдержанно кивает:

- С Людой, Саша, да. Теперь с ней. Так что давай, ты топорик вот сюда скинешь, мы выйдем из дома и поговорим. Нормально поговорим, ты понимаешь?

В воздухе повисает прямо тарантиновская пауза, учитывая такие шикарные диалоги...

Козырев красиво втыкает топорик в стену и показательно неторопливо идёт вниз. Ребята прячут пистолеты и здороваются с ним за руку, отчего у меня возникает когнитивный диссонанс, после вся троица скрывается из глаз, и судя по звукам выходит из дома на улицу.

Я заканчиваю работу - ставлю сжимы, изолирую провода. Кудрявая стучит в дверь пятой квартиры:

- Людк, ну ты и падла, слышь?

В ответ молчание. Очень громко сопит дед на костыле.

Под этот аккомпанемент я завершаю ремонт и дёргаю рубильник. Кудрявая идёт вниз проверять появление электроэнергии, я собираю инструменты.

Дед внезапно хватает меня за локоть:

- Я в тебя до конца верил, ты мне сразу понравился, - сообщает мне он. Я кисло улыбаюсь.

На улице никого нет. Куда делась эта гоп компания - не известно. Сажусь в машину. Водитель Александр нервно заводит двигатель:

- Чего ты так долго?

- Да так... Проблемки небольшие были... Поехали уже отсюда!
Девушка в автобусе говорит по телефону:
- Да, я к вам примерно через час приеду... Наверное, лучше, чтобы вы меня встретили. Как вы меня узнаете? Ну, я высокая, стройная девушка. На мне надето чёрное пальто, чёрная юбка. Сапоги чёрные, сумка… В общем, вся в черном. И с косой.
В разговоре наступает длинная пауза. Молчание затягивается и девушка добавляет:
- Коса - это прическа такая.
13 минут, которые не изменили мир

В 1939-ом году в Германии жил человек, который хотел в одиночку изменить мир. И у него почти получилось. Его звали Иоганн Георг Эльзер. Он решил убить Адольфа Гитлера.

Кто такой Гитлер и почему многие современники желали ему смерти, кажется, до сих пор можно прочитать пару строк в учебниках истории, так что не будем углубляться. Пока толпы восторженно зиговали фюреру - Эльзер видел в Гитлере грядущую трагедию для страны. Эльзер решил остановить это.

В первую очередь следовало решить два вопроса - когда и как?

От первого и самого просто плана - просто застрелить Гитлера из толпы на митинге, Георг отказался. План был слишком рискованный и ненадежный. Он хотел действовать наверняка. Бомба была надежнее. Но чем и где? Второй вопрос решался проще всего. 8-ого ноября 1923-го года Гитлер провел попытку неудачного государственного переворота, которая сейчас известна как "Пивной путч". С приходом Гитлера к власти каждый год в пивной Мюнхена "Бюргербройкеллер" проводился торжественный митинг для бонз нацистского режима.

В ноябре 1938-го Эльзер съездил в Мюнхен и осмотрел пивную. Это было самое подходящее место. На подготовку у него был ровно один год.

Время и место определены. Пора браться за бомбу.

Эльзер был простым плотником и вопросы бомбостроения были от него крайне далеки. И что он сделал? Пошел в библиотеку. Там он набрал кучу полезных книг и нехило апнул теоретический скилл в саперном деле. Если с теорией всё прошло хорошо, то где же взять начинку для бомбы?

Стремительно милитаризующаяся Германия строила множество военных заводов. На одном из них и работал Эльзер уже два года как. Он начал потихоньку прикарманивать порох и выносить его домой. Георг соорудил пару бомб и провел испытания на даче у дядюшки.

И вместо оглушительного БАБАХ услышал разочаровывающий БУХ. Это был фейл. Эльзер-то был взрывником не настоящим. Только на личном опыте он убедился, что порох взрывается не ахти как.

- Херня, не убедительно, - сказал Эльзер.

Нужно было искать варианты помощнее.

Вижу цель - не вижу препятствий, было лозунгом Эльзера. Он демонстративно поссорился с директором завода, где тогда работал и сумел устроиться в каменоломню. Там, разумеется, постоянно проводили взрывные работы и взрывчатки было навалом. Эльзер немного примелькался на новом месте и начал потихоньку вытаскивать со склада взрывпатроны и детонаторы к ним. Как можно украсть столько взрывчатки в педантичной Германии, да ещё и в период сильнейшего тоталитарного контроля? О, это была целая спецоперация, достойная Джеймса Бонда. Следите внимательно: склад не охранялся, учет материалов не велся, а замок Георг сумел открыть одним из своих старых ключей. Всё.

Эльзер провел новые испытания и остался доволен мощностью.

Теперь нужно было решить следующую проблему. Эльзер знал, что бомбу нужно спрятать заранее. Перед выступлением Гитлера гестапо закроет зал и обыщет каждый угол. Значит, нужен часовой механизм. Эльзер снова пустил в ход золотые руки и смастерил таймер. С немецкой дотошностью: механизм имел запасной ход и тройную систему детонации.

Пора было приступать к установке.

Эльзер переехал в Мюнхен. Он пригляделся к пивной и выбрал удачное место - за трибуной, где будет выступать Гитлер, внутри колонны. Но как засунуть туда взрывчатку? Время для стелс-миссии. Каждый вечер Георг приходил в Бюргерброй, выпивал кружечку пива и танцевал с девчонками. Затем шел в туалет и прятался там. Он дожидался, пока пивная закроется и все работники разойдутся.

Георг снял деревянную панель колонны и сделал из неё дверцу, чтобы прикрывать следы своей работы. В полной темноте и тишине, часами стоя на коленях он начал выдалбливать углубление в колонне. Сначала он работал долотом и приходилось ждать, пока не сработает автоматический слив в туалете и не заглушит звуки работы. Потом Эльзер сменил инструмент на ручную дрель и дело пошло быстрее.

Он работал каждый день по нескольку часов, потом снова прятался, дремал, в ожидании пока не придет большее количество посетителей и как ни в чем не бывало уходил. Когда углубление было достаточного размера, он начинал потихоньку заносить туда взрывчатку. Месяц безостановочной работы в ночи подходил к концу. Последний шаг заложить часовой механизм. Эльзер выставил взрыв на 21-20 и обил часы пробкой, чтобы нельзя было услышать тиканье. В ночь с 7-ого на 8-ое ноября, он установил в колонну часы с детонатором и последний раз закрыл дверцу. Все было готово.

Утром Эльзер в последний раз вышел из Бюргербройкеллер. Он собрал чемодан и поехал на границу с Швейцарией. Днем пивную очистили гестаповцы. Они обыскали каждый угол и обстучали каждую стену, но ничего не нашли. Год безостановочной, кропотливой, безошибочной работы завершился. Рухнуло же всё в один час.

Вечером 8-ого ноября 1939-ого года в зале Бюргербройкеллер собралось около двух тысяч человек - почти все старые ветераны нацистской партии. В 20-00 в зал вошел Гитлер. На полчаса раньше, чем было запланировано. Все испортила туманная погода. Гитлер торопившийся вернуться в Берлин перенес и сократил выступление. Он читает с трибуны речь, а за его спиной таймер отсчитывает последние минуты до взрыва. В 21-00 Гитлер заканчивает, прощается со своими верными сторонниками и выходит из зала. Было 21-07.

Ровно через тринадцать минут, в 21-20 взорвалась установленная Эльзером бомба. Рвануло так, что колонну разметало в клочья и рухнула крыша. 8 человек, один гражданский и семь членов нацистской партии были убиты, шестьдесят ранено.

В этот же час, в четырёхстах километрах от Мюнхена, Эльзер с чемоданчиком шел к границе со Швейцарией. Все шло по плану и он был совершенно спокоен. Когда неожиданно его окликнул часовой и потребовал остановиться. За отворотом лацкана у Эльзера нашли значок «красного фронта» и его задержали для обыска. Георг все ещё был уверен, что о взрыве в пивной ничего не слышали. И следовательно нет поводов для повышенной бдительности у охраны. Увы, прокололся он по полной. Во рабочей робе в чемоданчике Эльзера пограничники нашли несколько взрывателей. Которые он просто забыл выкинуть. Георга арестовали.

Гестапо быстро сопоставило одно с другим и Эльзер не стал запираться. Ни на одном допросе он никого не оговорил, и как из него не старались выбить признание, что он действовал по заданию иностранных спецслужб – Эльзер стоял на своем. Он работал один. И опоздал всего на 13 минут.

Иоганн Георг Эльзер был расстрелян в лагере Дахау 9-ого апреля 1945-ого. За двадцать дней до освобождения лагеря и за месяц до окончания войны.

В 39-ом году на допросе в гестапо, на вопрос "зачем вы это сделали?", Эльзер ответил:

- Я всего лишь хотел остановить войну.

Светлая память, герр Эльзер. Спите спокойно, война окончилась.
В США Дерек Медина, автор книги о семейной гармонии "Как сохранить жизнь, брак и семью с помощью общения", застрелил свою жену и выложил в Facebook фотографию трупа.
Дейл Карнеги, автор книги "Как завоёвывать друзей", умер в полном одиночестве.
Бенжамина Спока, автора множества книг о воспитании детей, его собственные сыновья хотели сдать в дом престарелых.
Корейская писательница Чхве Юн Хи, автор бестселлеров "Как стать счастливой", повесилась от депрессии.
Пожалуй, это всё, что нужно знать про разного рода тренинги личностного роста.
Я со своим мужем познакомилась случайно. Мы застряли в лифте. Были в замкнутом помещении почти час. Почему нас так долго не могли вытащить из обычного лифта — до сих пор не понимаю.

Я и заходить в лифт не хотела, потому что боюсь лифтов и небольших замкнутых пространств. Клаустрофоб я!

Минуте на пятой мне стало плохо. Пульс был такой высокий, что каждый удар сердца барабанным боем отдавался в ушах. Мне стало тяжело дышать. Грудная клетка как кузнечные меха расширялись и сжимались. Было очень плохо. Мужчина постелил на пол свою куртку и взял меня за подмышки и посадил на куртку. Я сказала, в чём причина панической атаки. Он повернулся, что-то достал и протянул мне две таблетки. Я их проглотила. Мужчина сказал, что это очень сильное успокоительное и мне через пару минут станет легче.

Мне действительно стало легче. Я продолжала сидеть на полу. Он тоже сел рядом и начал спокойным голосом что-то рассказывать. Я не помню, о чём была речь, но тихий голос ровный голос действовал на меня успокаивающе.

Мы сидели и разговаривали. Когда открылась дверь лифта, я была уже полностью в норме. Мужчина пригласил меня в кафе. И уже в кафе спросила, что это было за такое сильное успокоительное. Хотела купить его на всякий случай, если повторится паника. Он улыбнулся и протянул мне коробочку с мятным тиктаком. Ахаха, мне помогли две мятные конфетки!
3
26 апреля сего года, мы будем «отмечать» 34-ю годовщину катастрофы на Чернобыльской АЭС. Я там работал с роботами по ликвидации катастрофы, самая первая роботизированная установка была, это - «тросоход». Когда вертолет, задел за растяжку трубы, перевернулся и упал рядом с реактором, то все летчики погибли, после чего, электронщикам было поручено разработать установку, которая могла передвигаться, по перекинутому через реактор, тросу. Перекидывание осуществлялось военными, при помощи ракет. Если будет интересно, то я об этом подробно напишу.
Сейчас более подробно, я хотел рассказать о следующем:
Во время сооружения саркофага над 4-м блоком, была поставлена задача о запуске третьего блока АЭС. Напомню, 4-й-взорвавшийся блок был технически соединен с 3-м блоком. Было необходимо обрезать все трубы между блоками и все трубы 3-го блока закольцевать на себя. Обрезку труб делали тоже автоматизированные установки.
А после встала проблема – как сварить циркониевые трубы при наличии большого радиоактивного фона? Сварка циркониевых труб осуществляется следующим способом – на иглу из вольфрама подается постоянный ток и струя инертного газа аргона, зажигается электрическая дуга, размером 1,5-1,7мм и эта дуга сваривает циркониевые трубы между собой. Сварка длиться два часа. Я знал только двух сварщиков, которые, в стесненных условиях, могли производить такую сварку. Один – пальцем вел по шву, а второй рукой поддерживал горелку. Второй сварщик, это делал при помощи выносного зеркала. Но, от использования сварщиков отказались сразу, так как сварщики брали дозу в течении получаса. Следовательно, на сварку шва нужно было 4 сварщика. А швов надо было сварить в пределах 2-х тысяч.
Сперва, заказ на разработку сварного робота, поступил в Киев в институт Патона, но там сказали, что им нужно несколько лет на разработку.
Разработкой занялся ПРП БАЭР (Производственное ремонтное предприятие БелоярскАтомЭнергоРемонт), в короткое время роботизированная установка, а потом еще две были готовы. Наши инженеры, это чудо! Они просчитывали шаг планетарного редуктора на бумаге. Без использования калькуляторов и компьютеров, так как, в то время, их просто не было! Когда я регулировал высоту электрической дуги, то инженер смотрел на дугу через затемненное стекло и говорил размер высоты дуги: «Высота 2,5 мм! Сейчас 1,9мм! Сейчас еще на НЕСКОЛЬКО МИКРОН меньше! Сейчас норма, 1.7 мм!»
Дальше, роботизированные установки привезли на 3-й блок атомной станции и они начали сваривать швы. Приносили и устанавливали их туда солдаты, оператор включал программу и они начинали выполнять работу, вместо людей. Когда роботизированные установки перенесли на следующую отметку, то через две минуты они практически сразу вышли из строя. У себя, в сравнительно чистом помещении на 3-м блоке атомной станции, я заменил у них сгоревшие микросхемы, погонял их на всех режимах, но как только их отнесли снова на отметку, то через пару минут они вышли из строя. Так продолжалось несколько раз! Менять микросхемы, для того, чтобы они тут же вышли из строя, смысла больше не имелось. А, это означало срыв задания по запуску 3-го блока! У меня стал исчезать перед глазами весь мир. Сперва, исчезло само помещение, там где, должны быть стены, я видел какие-то светлые линии, вместо людей виделись скопление изогнутых линий. Но, самое интересное, что я видел, как роботизированные установки на отметке выходят из строя! Видел, как у них перегорают микросхемы! Когда я пришел в себя, то я уже знал, что нужно изменить в схемах, чтобы они продолжали без проблем работать. Задание было выполнено, 3-й блок заработал, правда, не надолго. Далее развал Союза, отделение Украины, а все специалисты начали получать копейки и стали не нужны стране, которой больше не стало!
Моим друзьям, советским инженерам, всем ликвидаторам последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, ПОСВЯЩАЕТСЯ!
Как то раз, на заре мой бурной молодости в нулевых и находясь в тот момент под флагом веселого роджера, я был завербован на небольшой, короткий, но абсолютно дикий проект по развитию Нью Васюков на необъятных просторах сибирской глуши.

Проект, изначально казавшийся мягко говоря неоднозначным, при ближайшем увеличении оказался изящной попыткой вытрясти деньги с федерального бюджета на нужды местного региона. Как я туда попал, это отдельная история, но видимо руководство консалтинговой фирмы нанятой дать заключение видело и не такие приколы или же любило извращаться особым образом, так что мне, выступающим в роли местного локального помогайки и считавшимся большим экспертом по местным реалиями, но выписанным почему то из Алматы в Сибирь, прислали напарника, слегка понимающего русский.

Парень был замечательный, очень компанейский да и в работе тоже пахал наравне со всеми, но видимо знание hr департамента фирмы о России явно не простиралось дальше садового кольца, иначе никак не объяснить, что в глухую тайгу они прислали человека чёрного как уголь....Большего идиотизма придумать было сложно. С таким же успехом можно было посылать чернокожего на задание в южные штаты в начале 20го века.Несмотря на дикость мест, Сибирь достаточно интернациональна и поэтому, как таковой дискриминации моего напарника в городе не было, но где бы он не нарисовался, он производил фурор своим появлением.

Он поначалу бесился пытался читать лекции про равные права и политкорректность, но потом как то сник и начал принимать действительность с дзен буддийским спокойствием. На вторую неделю работы над проектом, местные позвали нас на рыбалку. Местом сбора была небольшая староверская деревня, запрятанная в какой-то глуши на слиянии местных рек.Нас поселили в небольшой избушки на окраине села.Местный народ был с хитрецой, но притом простой и приветливый. В разговорах когда они видели какую-либо интересную вещь всегда задавали вопрос почем отдашь? Это было своеобразным вопросом о стоимости вещи, поэтому наша экипировка вызывала неподдельный интерес и явно присматривалась на будущее с прицелом что нибудь утащить.

На следующее утро мы были разбужены резким ударами в дверь. На пороге стояла бабка и внучка. Поздоровавшись с хозяйкой дома, она смерила меня недовольным взглядом и разочаровано спросила хозяйку дома :

-Тююю а это чели есть ниғра?

Я согнулся пополам от смеха и ответил

-Слушай, старая, а что тебе надо?

-Ишь ты как по русски чешет

-Да не негр я,- ответил раздражено- я, казах, а напарник мой спит еще

-Слыш милок ты его разбуди, а то я тут внучку привела нигру живую показать

-Зоопарк нашла что ли? Человек это и ему неприятно может что на него глядеть пришли

-Так это же вы там басурмане никониацы нигры можешь и люди где то там, но нигру детям надо для развития показать

Мой напарник, разбуженный разговором и поняв суть, не дожидаясь его окончания, вышел в переднюю и приготовился произнести стандартную пламенную речь о дискриминации и заканчивающейся традиционным посланием на чистом русском мате, но не успел он и рта раскрыть, как инициативу взяла в руки старушка:

-Тюю глядика жива нигра, - восхищенно сказала старушка

-Який красавец, не то что у нас на селе, богатырь!!! Старушку было не остановить, она явно жалела что эта встреча не произошла раньше лет этак на пятьдесят шестьдесят когда эта кошматряска ещё не обладала такой противозачаточной внешностью.

Напарник был готов был за этот поток комплиментов простить бабке всю ее дремучесть в межрасовых отношениях и растянулся в улыбке.

-Яки у него зубы- продолжила восхищение старушка-И где ж ты раньше то был?

Второй вопрос адресованный ко мне, меня убил наповал:

-Почем отдашь?
Однажды я задал весьма образованной аудитории онлайн-квест:

Случайно наткнулся на поразительную биографию. Кто сможет догадаться, не гугля, о ком речь:

Награды и премии в Российской империи
орден Св. Станислава 2-й ст.
орден Св. Анны 2-й ст.
орден Св. Владимира 4-й ст.
в СССР
Герой Социалистического Труда
Два ордена Ленина, два ордена Трудового Красного Знамени
В его честь был назван город, и до сих пор не переименован.

Образованная аудитория почему-то сразу вспомнила графа Игнатьева. Это ответ неверный. Он был удостоен таких советских наград:
Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» (1945)
Юбилейная медаль «XX лет Рабоче-Крестьянской Красной Армии» (1938)

Обе награды какие-то издевательские, ибо граф Игнатьев не принимал никакого участия в первых ХХ годах деятельности Красной Армии, оставаясь в это время во Франции и растя шампиньоны. А также не участвовал в Великой Отечественной войне по возрасту и недоверию соответствующих органов. Хорошо хоть не замели и дали написать книгу.

Я же писал об абсолютном рекордсмене по комбинации имперских и советских наград. Феномен удивительный. Обладателям орденов Св. Станислава, Св. Анны, и Св. Владимира в СССР было просто противопоказано звание Героев Социалистического труда.

Увы, по результатам опроса он оказался никому не известен. Вот самая прикольная реплика:

*Так, блядь, кто это?!?!
Я всех царских генералов и учёных с дипломатами перелопатил, ночь не спал — кто???????

Желающие могут сами попытаться догадаться, приостановив чтение. Расширяю условие - можете гуглить сколько угодно, если какое-то славное или позорное историческое имя само пришло вам на ум, и вы просто справляетесь о его наградах в России и СССР. Это хороший способ заценить разницу всех остальных с Этим человеком.

Долгое время он жил в доходном доме на одной из красивейших улиц Москвы. Неширока, недлинна, и незнаменита эта улица. Как тихая лесная речка, течет она, скрытая высокими кронами старинных зданий, совсем рядом с просторными долами Чистых прудов. Редкий велосипедист долетит до ее середины, насколько заманчивы уходящие из нее переулки. Сотни раз я пересекал ее поперек, остановившись на пару секунд полюбоваться. Но вдоль улицу Чаплыгина мне так и не удалось проехать никогда. Вчера заплутал проходными дворами и наткнулся на дом с доской "ЗДЕСЬ ЖИЛ ЧАПЛЫГИН". Кто такой этот Чаплыгин? - удивился я. Ну и поискал.

Если верить вики, это "один из основоположников современной аэромеханики и аэродинамики". Советую почитать биографию всю, она потрясающа:
https://ru.wikipedia.org/wiki/Чаплыгин,_Сергей_Алексеевич

Он еще успел и главным женским университетом России поруководить несколько лет, так называемым "Вторым МГУ". И ЦАГИ, из которого выросла советская космонавтика и турбореактивная авиация. Некоторые его лучшие разработки стали актуальны только через полвека. А еще в его честь назван кратер на Луне, но об этом я промолчал в квесте, чтобы не палиться. Где вы еще найдете человека с высшими наградами Российской империи и СССР, да еще и с кратером?

Он не дожил до суперкомпьютеров нашего времени. Но по его формулам, написанным гусиным пером и чернилами, они работают и сейчас.

Его вряд ли можно назвать отцом космонавтики. Он лишь помог решению технической проблемы - как преодолеть сопротивление атмосферы нашей планеты. Со столь же сомнительными основаниями его можно считать отцом современной авиации. Но она выросла на его формулах.

По-настоящему в этой биографии меня поразило совсем другое. Чаплыгин осиротел в 2 года - в возрасте 24 лет от эпидемии холеры скончался его отец, приказчик, весьма небогатый человек. И свирепствовал карантин ничуть не меньше, чем сейчас, с не меньшими жертвами эпидемии, и с не меньшими глупостями власти. Вдова, наверно, была в отчаянии. Не только от потери самого близкого человека в цвете лет, но и от будущего - кому нужна вдова приказчика с младенцем на руках, посреди карантина и холеры, в глухом углу нищей Российской империи? Кому нужен этот малыш?

А его ведь надо было еще и воспитывать. Два года - самый ответственный возраст. Новый человек появился в этом мире. Начинает соображать, задавать вопросы.

Я не знаю, как она это выдержала, но в этом никому не нужном ребенке она смогла воспитать человека, который составит славу и Российской империи, и СССР. Обоих государств уже нет со всеми их наградами. Но от них остались улица Чаплыгина, город Чаплыгина и формулы Чаплыгина.

Всем желаю доброго здравия, стойкости духа и аналогичных педагогических удач в воспитании собственных детей, выброшенных в вирт. Карантин - не самое худшее время, чтобы объяснить им что-то самое главное.

И конечно, с Днем космонавтики!
Не водись с этой девочкой — плохому научит

Свою супругу знал ещё с детского сада. Она была самой популярной и крутой девочкой группы, потому что знала взрослые ругательства. Мама ещё тогда говорила мне, чтобы я с ней не водился, потому что она может плохому научить. Эх… интересно, как бы сложилась моя жизнь, если бы мама однажды этого не сказала?!

Когда я был маленьким, то мне очень хотелось узнать, чему такому плохому могла научить эта девочка. И как-то я весь день проходил за ней, уговаривая научить меня чему-нибудь плохому. Ближе к обеду она после очередной просьбы повернулась и сказала мне: "Как же ты меня зае...л!". Потом я ходил и спрашивал как. И спрашивал, что значило последнее слово. Вечером я спросил у мамы, что означает слово "зае...л". Остаток вечера я простоял в углу. И я совсем не понял, почему мама просто не объяснила.

Тогда я перестал спрашивать у мамы значения слов. Зато девочка стала для меня настоящим магнитом. Мы были лучшими друзьями. Ради прогулки с ней я сбегал со своего двора аж на 7 кварталов от дома.

Уже к школе я знал русский матерный на отлично. Пошёл, так сказать, подготовленным.

В школе мы учились в разных классах, но почти каждую перемену проводили вместе. В тринадцать лет мы с ней впервые поцеловались. И поженились во время учёбы в университете.

Моя жена и сейчас матерится, но в меру. А моя мама искренне верит, что я женился назло ей.

Жену воспитывал отец, она выросла без мамы. Отец работал столяром. Видимо, не всегда "фильтровал" свою речь в присутствии дочки. Но в защиту её отца скажу, что он её никогда не обижал и растил как умел. Моя жена — отличный человек. Она прямая, немного грубоватая, но очень честная. Она прекрасная женщиня. Что с того, что она матерится.
11
ГОРШОЧЕК, НЕ ВАРИ

Мой приятель, Леша — отец троих детей, узнал, что его сыну – пятикласснику положен продуктовый паек.

Оформил электронный пропуск, узнал часы выдачи продуктов, нацепил новую маску, одноразовыми перчатками взял тележку и побрел к школе. Каких-нибудь два километра и Леша уже стоял у окошка выдачи.

Окно не сразу, но открылось, в нем показалась защищенная от вируса голова и голова сказала:

- Мужчина, подождите, а вы зарегистрировались на нашем сайте?

- Нет, но вот у меня: паспорт, три свидетельства о рождении, справка о том, что мы многодетная семья, пропуск сына в шко…

- Стоп, стоп, стоп — это все, конечно хорошо, но без регистрации никак. Зарегистрируетесь, тогда и подходите.

Леша поблагодарил, присел на школьную скамеечку и при помощи телефона, дыхательных упражнений и флегматичного характера, за каких-то два часа сумел-таки зарегистрироваться.

Опять постучал в окошко, голова очень удивилась, что Леша так быстро смог нагнуть школьный сайт и призналась, что у других на это уходит дня три, а то и четыре.

Потом голова объяснила, что с пайком все равно ничего не получится. Пайков больше нет. Все уже разобрали. Может в следующий раз.

- Как в следующий раз? Барышня, а зачем же вы мне велели регистрироваться? Зачем я как дурак два часа боролся с вашим убогим сайтом, раз все пайки уже разобрали?

- Во первых - я вам не Барышня, а Жанна Ивановна - первый заместитель пайкового министра всей школы, а во вторых – вы слишком поздно зарегистрировались, вот если бы вчера, то другое дело — все бы сегодня получили, а так, побудете в резерве какое-то время, может в будущем когда-нибудь. К тому же карантин не вечен, так что, скорее всего, не в эту пандемию.

- Спасибо, Жанна Ивановна, за помощь, я наверное домой пойду. До свидания.

- Да, идите, всего хорошего.

Вернулся Леша домой, снял перчатки, побрызгал на тележку спиртом, разогнал разочарованных детей, которые поджидали папу с большой сюрпризной коробкой, открыл компьютер и написал подробную "телегу" правительству Москвы.

На следующий день Лешу разбудил телефонный звонок:

- Ало, Здравствуйте – это Жанна Ивановна. Ну, что вы так сразу, Алексей, за горло нас берете? Вы бы хоть, не важно... Одним словом, приходите хоть сейчас, получите вы свой несчастный паек.

Через час Леша уже привязывал огромную двадцатикилограммовую коробку к своей тележке, а голова в маске высунулась из окошка и грустно сказала:

- Так на всякий случай, чтобы вы знали: из-за вашей кляузы… Короче, это коробка моего сына. Я отняла у него, чтобы отдать вам. Вот так. Кушайте на здоровье.

- Как отняли у сына? Вы ведь первый заместитель пайкового министра всей школы и даже вашему сыну не хватило?

- Вот представьте себе.

- Извините пожалуйста, что плохо о вас подумал, думал, что вы эти коробки, это самое, а вы вот как, даже родному сыну не дали, чтобы других накормить. Вы знаете, в таком случае, я никак не могу забрать эту коробку. Я еще у детей продукты не отнимал. Вот возьмите его обратно. даже спорить не будем.

Жанна Ивановна особо спорить не стала и коробка провалилась обратно в окно выдачи.

Леша еще раз поблагодарил голову за благородство, извинился и опять налегке ушел домой.

Дома снова разогнал разочарованных детей и написал короткое благодарственное письмо в правительство москвы.
Поблагодарил за оперативное вмешательство в ситуацию и попросил как-нибудь наградить первого заместителя пайкового министра всей нашей школы за благородство. Что мол она, незадумываясь вырвала кусок изо рта своего сына и отдала этот кусок другому ребенку. В школе пайков, оказывается, на один меньше, чем нужно. Непорядок.

На следующее утро к Леше во двор, на белом компрессорном мерседесе, въехала сама Жанна Ивановна.
Она вытащила из багажника коробку и сказала:

- Вот, Алексей, возьмите ваш паек. Представляете, какая радость, оказывается он случайно закатился под шкаф, а сегодня к счастью нашелся.
Слава богу все наши дети теперь с коробками. Только огромная просьба, Алексей, больше не нужно писать кляу...помогать нам. Все ведь уже хорошо, правда ведь?
- Ну, как скажете, помог чем мог.
- Спасибо огромное, еще раз. Если хотите, я вам сама буду привозить новые пайки, чтобы вы не затруднялись.
- Ну что вы, этого не надо, у меня же есть тележка...
Осенью мы расстались. Рита меня бросила.
И я ушел. Мне хотелось завыть. Хотелось как-то страшно ей отомстить. И дико хотелось снова затащить ее на ночь. Столько эмоций в голове юного дурака.
Теперь прошло 30 лет. Боже мой, тридцать лет. Передо мной сидела располневшая Рита, кассирша Рита в «Пятерочке»….
«Пятерочка», касса. Выкладываю свой кефир с ветчиной и сигаретами.

Кассирша быстро здоровается, не глядя на меня, пробивает: «Это всё?». И откидывает крашеную челку. Какой знакомый жест. Но я бы так и ушел, если бы не взглянул на бэджик, что у всех кассирш на груди. Маргарита Аверина.

– Рита, ты?
Она, наконец, поднимает глаза на меня:
– Да… А что?… Господи! Лёша?
– Ага, я. Не ожидал тебя встретить вот так.
…Лето 1988 года. Мы с Риткой идем по Москве, воскресенье. Она в черной-мини юбке, худая, со взбитыми и запечатанными лаком волосами, в ушах огромные пластмассовые серьги, гремят. Она болтает про аэробику.

У Ритки красивые ноги, чуть развязная походка и вечная легкая усмешка. Она словно от меня ускользает, а я пытаюсь ее поймать. Ритка дико сексуальна, мужчины вокруг оборачиваются. А я и горжусь, что со мной такая девчонка, и злюсь, потому что она даже не позволяет себя обнять.

Я рассказываю ей, что мечтаю стать журналистом, Рита усмехается:

– По-моему, это скучно. Я вот буду певицей. Это точно.

Нам по двадцать лет. Рита заканчивает музыкальное училище, фортепьяно. Но сейчас лето, занятий нет, поэтому у нее длинные ногти, с алым лаком. Эти руки и эти ногти тоже сводят меня с ума.

Рита строго говорит:

– Я хочу есть! Вон кафе!

У меня в кармане всего лишь червонец. Я собирался жить на него неделю, мама оставила перед отъездом. А это кафе стоит черт знает сколько, кажется, оно кооперативное, разориться. Но делаю беспечное лицо: конечно, пошли! Сам думаю: лишь бы хватило червонца, лишь бы хватило…
В кафе Рита заказала пиццу и шампанского. Мы выпили, мне уже было все равно, лишь бы увезти отсюда Риту к себе домой, на ночь. Но тут заиграла группа «Мираж».

Рита вскочила и начала танцевать под нее одна, буйно и страстно. Все толстяки вокруг уставились на Риту, забыв про водку-закуску. А Рита еще подпевала: «Музыка наааас связала, тайною нааашей стала…». Кажется, она чувствовала себя звездой.
Денег мне чуть не хватило, но Рита небрежно бросила рубль на стол:
– Ладно, гуляем! Ну что дальше?
И мы отправились ко мне. Кажется, это была самая долгая и самая лучшая ночь в моей жизни. Превосходная аэробика для двоих. «Музыка нас связала, тайною нашей стала» – звенело в моей счастливой хмельной голове.

А через три месяца, осенью, мы расстались. Рита меня бросала:

– Слушай, я встретила парня, очень классного, извини. И еще он сказал, что познакомит меня с нужным человеком на студии звукозаписи. Я хочу записать альбом, я даже придумала название – «Мое счастье».

– Дурацкое название, – ответил я.

И ушел. Мне хотелось завыть. Хотелось как-то страшно ей отомстить. И дико хотелось снова затащить ее на ночь. Столько эмоций в голове юного дурака.

Теперь прошло тридцать лет. Боже мой, тридцать лет. Передо мной сидела располневшая Рита, кассирша Рита в «Пятерочке».

– Помнится, ты хотела стать певицей? – улыбнулся я.

Рита нервно усмехнулась:

– Все мы чего-то хотели… Но я знаю, что ты стал журналистом. Иногда я тебя читаю, ты молодец.

Я вышел из магазина. Я думал о Ритке. Что ж, можно сказать, я отомстил, пусть спустя тридцать лет. Я даже намеренно не взял сдачи. Как ни смешно, там были именно десять рублей. Монеткой.

Только нынче они уже совсем не те десять рублей, не покутить в кафе с советским шампанским. Музыка заглохла, Ритка стала толстой, ее жизнь завершается на кассе, под аккомпанемент штрих-кода. Тоска.

А спустя пару дней я зашел в ту же «Пятерочку». Честно говоря, бываю там редко, но зашел. С непонятной целью.

Она снова была там. Увидела меня, обрадовалась:

– Ты ведь куришь? Пойдем! Я попрошу Наилю посидеть на кассе.

Рита накинула куртку, мы закурили. Рита сказала:

– Слушай, я была дурой тогда, извини…

– Рит, это сейчас не имеет никакого значения. Тридцать лет прошло. У меня третий брак, у меня трое детей.

И Ритка усмехнулась – как тогда:

– Я вдруг поняла. Ты же меня жалеешь, да? Думаешь – вот несчастная тетка, мечтала стать звездой, а теперь на кассе, взвешивает картоху.

– Ну, не то, чтобы…

– Я вижу. Жалеешь. Помнишь, я хотела назвать альбом «Мое счастье»? Понимаешь, это не глупость. Я бы и сейчас так назвала. Просто наше счастье очень сильно меняется, представления о нем. Уже двадцать пять лет я замужем за очень хорошим человеком, Димкой. Да, он простой, у него совсем нет музыкального слуха, он храпит по ночам. Но он классный автомеханик, он сложил печь на нашей даче, он вообще умеет все. У нас взрослая дочка, красавица. Ей уже двадцать два – прикинь, больше, чем мне тогда. Учится на юриста, такая вся деловая, совсем не как я. Она замужем, и у нас внучка, тоже Рита, ей полтора года. И я очень счастливая бабушка. У меня классно сложилась жизнь. А работа кассиршей? Я могла бы и не работать, у мужа нормальные деньги. Но почему не подработать, пока внучка в саду? Я же общительная, ты знаешь. Ну ладно, мне бежать.

– Ритка, – наконец сказал я. – А ведь ты права, чертовски права. И я совсем тебя не жалею. Беги, рад был тебя видеть.

Уже стоя в зеленых дверях, она вдруг обернулась:

– Кстати, а певицей я всё-таки стала! Я пою моей внучке, той очень нравится. Так что я звезда. Настоящая звезда для внучки.
Вера в людей и Covid-19 

Мы молодая семья с ребёнком. Своего жилья у нас ещё нет, поэтому снимаем его у других. И сегодня арендодатель написала, что в связи с карантином аренда за два ближайших месяца для нас составляет по 7 т.р вместо 15 т.р. (цены не Московские, но для нас ощутимые, т.к. работает только один из нас). Я, конечно, знатно затупила сначала, мне скорее верилось, что мы должны будем заплатить ещё за что-то сверху, настолько я доверяю людям. Но когда мне всё разъяснили, на глаза начали наворачиваться слезы. Мы много у кого снимали жильё, но не думаю, что кто-то из прошлых арендодателей пошёл бы на такое. Я сегодня ощутила огромную благодарность к тем, кто опроверг моё мнение о людях! Желаю и всем вам взаимоуважения и поддержки в любое время, и не только во время кризисов и эпидемий!
12
Уже 6 лет не общаюсь с тёщей. Даже не здороваемся в редкие, случайные встречи. Хотя все начиналось довольно неплохо. Она была очень мила ко мне первое время, мы беседовали, пили чай. Периодически просила меня сделать "мужскую работу", так как жила одна. Я конечно с радостью помогал, мне хотелось понравиться ей. Но вдруг ее отношение резко изменилось. В один прекрасный день, она пришла и застала меня на кухне своей квартиры в гостях и наговорила много всего. Основная ее мысль была такая: я голодранец, не ровня ее дочери. Сказать что я офигел - ничего не сказать, такой я ее никогда не видел. Позже я узнал причину: она почему-то решила, что я из богатой семьи, но когда выяснила, что мои родители - обычные заводские трудяги, вдруг поняла, что не для этого рабочего класса дочь воспитывала. Хотя конечно ничем особым от моих родителей и не отличалась в данный момент - обычная пенсионерка, с какой-то псевдокрутой карьерой в прошлом, от которой остались только воспоминания. Я обрубил все свое общение с ней и даже как-то спокойнее стало, никто не трогает, не критикует. Почти как женился на сироте.

Проходит 6 лет. Мы с женой едем по городу за покупками. Раздается у неё звонок от тещи:

- Вы не могли бы приехать на 5 минут к моему подъезду?

Хорошо, едем. Пусть я с ней и не общаюсь, но для жены ведь это МАМА. Приезжаю, стоим ждём. Выходит тёща, с литровой банкой малинового варенья и идёт прямиком к моему окну. У меня в голове время замедляется, все как в слоу-мо. Не верю своим глазам! Варенье несёт! Моё любимое! Мириться наверное собралась! У меня ком к горлу успел подойти, пока она шла. Я старался сделать невозмутимое лицо, но внутри я растаял, спустя столько лет холодной тишины нашего общения. Дойдя до окна, она протянула мне банку, а я быстро опустил стекло и взял. Ощущения было как от грустного хэппи-энда в фильме "Форест Гамп".
А потом я услышал это:

- Открой, а то два дня не могу чай с вареньем попить.

Открываю капроновую крышку, она забирает банку и исчезает в темном подъезде.
2
Человек, который не мог сидеть без дела.

Наша строительная контора заключила договор с ментами, чтобы они охраняли мой объект. Насосную станцию.
Которую мы не успели достроить в срок из-за развала СССР. Стройка остановилась, когда возобновится никто не знал. Но охранять было надо. Объект мой находился в дубовой рощице под одноименным названием "Дубки".

Оставалось совсем немного, чтобы закончить и сдать объект заказчику. Нужно было закончить торкрет в РЧВ(Резервуар Чистой Воды), и можно было сдавать. Всё дорогое оборудование вплоть до насосов с электроприводами со всей автоматикой, коммуникации, - ждали только когда по трубам потечет вода, чтобы поднять её на шестнадцатый этаж дома, рядом стоящего микрорайона. Но не судьба. Ударили морозы, торкрет прекратился, и стройка заморозилась. А охранять объект надо.
Что делать дальше с незаконченной стройкой никто не знал. Так продолжалось больше чем пол года.
Рядом расположенный железнодорожный поселок не дремал. То одно ночью утащат, то другое.

Последний сторож из гражданских, вообще наладил ночную продажу кирпича, огромную кучу которого навезли на пустующий объект. Пришлось обратиться к ментам и заключить с ними договор на кабальных условиях.
Дежурили они после основной службы в ментовке. Так что нарушений в этом плане не было.
***

Звали его Гришка. Мент Гришка, как я его называл про себя.

Гришке я показал объект, указал на слабые точки в заборе со стороны поселка, пожелал удачи, не спать, и не проворонить нарушителей границы. Было лето. День был длинным, и у меня накопилось много дел по дому.
На том мы и расстались.

Утром, придя на пустующий объект, я обнаружил, что кто-то сложил из навалом рассыпанный огромной кучи кирпича, десять поддонов. Десять аккуратно уложенных деревянных поддонов силикатного кирпича.
Рядом с вагончиком для охраны стоял и улыбался Гришка.

- Это я за вчера. Светло. Делать нечего, я и сложил. Я же не могу сидеть без дела.

Я не знал что сказать. За его работу денег я ему предложить не мог. Сами с женой кое как перебивалсь.
Да и объект стоит. Что-то продать-списать-замутить, - нет возможности.
Чтобы уйти от разговора, спросил о погоде, как спалось-бдилось ночью.

- Нормально тут у вас тут, - сказал Гришка. - Спокойно, дубрава шумит, птицы поют, куропатки летают.
- Кстати, - продолжил он, - я в вашей бытовке за ночь пол ведра мышей поймал.

- Как, каких мышей? Откуда здесь мыши? - удивился я.
О том что в бытовках рабочих водятся мыши, я конечно знал. Но что им делать в моей прорабской, если я никогда в ней не обедал?

- Идемте покажу, - продолжал Гришка.
Мы зашли в мою бытовку, которую я отдал для охраны. На полу стояло оцинкованное ведро, в нем не менее полутора десятка мышей.

- Я ж без дела сидеть не могу, - напомнил мне Гришка, - всю ночь ловил. Собрал мышеловку из кирпичей, пятачок, и леска.
Он показал свою мышеловку в работе.

- Что, всю ночь не спал, дергал за леску и ловил мышей? - удивился я.

- Так я ж родом из деревни, без дела никак не могу.

- Ну хорошо, ты мышей поймал-наловил, - говорю я, - а что дальше собираешься с ними делать?

- Ну как что, - удивился Гришка, - выпущу в рощу.

- Так они же к тебе опять ночью придут. Ты что, опять их будешь всю ночь ловить своей мышеловкой?

- Конечно! У нас, у нормальных ментов ведь как. Поймал мелочь, дал по жопе - отпусти, поймал - отпусти.
- Чего я и в менты-то подался - Я БЕЗ ДЕЛА СИДЕТЬ НЕ МОГУ!
Две большие панды Ин Ин и Ле Ле из зоопарка Ocean Park в Гонконге впервые спарились после объявления карантина, когда из парка ушли все посетители. До этого панд пытались свести на протяжении 10 лет

Всё, что нужно знать будущей тёще.
Случилось это, когда мне было лет восемь-девять. Училась я очень хорошо, и по этой причине мамуля не проверяла у меня дневник. Да и чего там проверять? На что смотреть? На пятёрки с редкими вкраплениями четвёрок? Скука, как говорил доктор Хаус. Даже покритиковать нечего, если только корявый почерк. Поэтому каждую субботу мамуля скупо хвалила меня, расписывалась в дневнике, и на этом вопрос о моей успеваемости закрывался. Меня это более чем устраивало. В похвалах я особо не нуждалась, учиться мне было интересно само по себе, зато никто не лез ко мне с разными глупостями, не требовал домашку на проверку, не заставлял пересказывать параграфы вслух. Ибо смысла в этом никто не видел, даже учительница.

Но однажды я превзошла сама себя. Неделя у меня выдалась по-настоящему ударная, стахановская выдалась неделя, и разворот дневника был сплошь покрыт отличными оценками. Каждый день, с понедельника по субботу, по несколько пятёрок, а некоторые даже с плюсом. Было чем гордиться!

И я решила – радовать мамулю, так радовать! Чтоб по полной, с сюрпризом! Чтоб она пришла с работы и сразу такая – ах! Обалдеть! Как тебе это удалось? Ах ты ж моя умница!

… Сразу скажу – сюрприз вышел на славу. Правда, не совсем такой, какой я задумывала…

Раскрыв дневник, я положила его на откидную столешницу своего секретера. Увы, дневник совершенно терялся на фоне царящего там бардака: опасно покосившиеся горы книг, какие-то писульки и почеркушки, бумажные обрывки, мумифицированные огрызки яблок, недоеденные бутерброды… Да что я тут буду распинаться, многие из нас через это проходили. И в качестве детей, и в качестве родителей.

Что ж, пришлось наводить порядок. Особо ценный хлам я распихала по ящикам, учебники выстроила по ранжиру, аккуратными стопочками разложила тетради, черновики и прочие учебные пособия, мусор выбросила и даже протёрла стол влажной тряпочкой. Результат не заставил себя ждать – у меня получилась лаконичная строгая композиция на тему круглой отличницы, центром которой являлся дневник.

Но всё равно чего-то не хватало. Чувствовалась некая раздражающая незавершенность. Нужен акцент, решила я и, включив настольную лампу, направила её на дневник. А, чтобы усилить эффект, выключила верхний свет.

О, да! Это было то, что надо! Это было прекрасно и высокохудожественно!

Погруженная почти в полную темноту комната представляла собой отличный фон. А мягкий жёлтый свет настольной лампы образовывал таинственную сферу, в которой ярким пятном выделялся мой сюрприз.

Я была полностью удовлетворена – мимо такого намёка невозможно было пройти. Мамуля просто не имела права не заинтересоваться, а что же там такое лежит? Но вот беда: зная свою мамулю, я была уверена, она пойдёт кратчайшим путём. То есть задаст вопрос в лоб и всё, конец интриге.

И я решила – спрячусь. И буду наблюдать. А когда мамуля склонится над дневником, неожиданно выскочу и закричу:

- Ага!

Что – «ага»? Почему – «ага»? Какую мысль я хотела выразить этим своим «ага»? Я понятия не имела, но сама идея привела меня в восторг.

Своим убежищем я выбрала гардероб. Во-первых, из него было гораздо удобнее неожиданно выскакивать, чем, например, из-под кровати или стола. Во-вторых, пространство под столом легко просматривалось с порога. И, в-третьих, на дно большой двустворчатой секции мама складывала наши подушки и одеяла, поэтому там было комфортно.

С удобством устроившись на мягком, я прикрыла дверь, оставив для наблюдения небольшую щёлочку и - заснула. Просто мгновенно вырубилась.

Эта ситуация, когда ребёнок прячется где-то и засыпает, нередко описывается в литературе. И, поверьте, она основана на реальных событиях.

… А мамуля, между тем, пришла с работы. И застала непривычный порядок в комнате. Приятно удивлённая, даже растроганная, она захотела сказать мне большое человеческое спасибо, но не смогла – меня нигде не было. Ни в комнате, ни в коммунальной кухне, ни в туалете или ванной. Слегка обеспокоенная, мамуля постучалась к соседям. Те рассказали, что из школы я пришла, это точно, пообедала, а потом шныряла туда-сюда и гремела помойным ведром. А куда в результате делась, они не знают.

И в самом деле, куда? Ушла гулять? Но пальто висит на вешалке, сапоги валяются на коврике. Отправилась поиграть к подружке сверху? Мне это разрешалось, только надо было оставить записку. Но записки не было, и сверху не доносилось ни звука, что было совершенно нехарактерно для наших с Наташкой буйных игр. Может, мы смотрим телевизор? Или прилежно читаем вслух?

Мамуля поднялась на пятый этаж и узнала, что сегодня я там не появлялась. Она побежала по подъезду, звоня во все двери, в одних тапочках выбежала во двор, где дворник как раз сгребал снег. Меня нигде не было, и никто меня не видел. Я словно сквозь землю провалилась, оставив после себя идеальный порядок.

Было принято коллегиальное решение звонить в милицию, и мамуля как раз одевалась, чтобы сходить к таксофону, как наступила развязка.

… Проснулась я от шума – в общем коммунальном коридоре раздавались громкие возбужденные голоса. Не желая пропустить самое интересное, я быстренько вылезла из своего убежища и, сгорая от любопытства, выскочила из комнаты.

В коридоре толпилась масса народу – наши соседи по квартире; наши соседи по подъезду; тётя Света, мама моей подружки из квартиры сверху; баба Клава, заслуженная сплетница всего двора; ещё какие-то люди… А моя мама, какая-то расстроенная и встревоженная, надевала пальто.

Едва я показалась на пороге, все разом замолчали и стали смотреть на меня. Такое пристальное внимание меня несколько смутило, оно явно не сулило ничего хорошего, и я попятилась. Но мама остановила меня.

- Ты где была? – ласково спросила она.

Эта ласковость не могла меня обмануть, и я начала судорожно соображать, в чём же я проштрафилась? Ничего такого в голову не приходило, а взрослые, меж тем, напряжённо ожидали моего ответа.

- Я спала, - промямлила я. И зачем-то уточнила: - В гардеробе.

Все взоры тут же обратились на мамулю, на лицах соседей ясно читался неподдельный интерес. Это какой-то новый педагогический приём? Молодая соседка апологет спартанского воспитания?

- Ты спишь в гардеробе? – дрожа от возбуждения, переспросила тётя Клава. Вот это новость! – аршинными буквами было написано на её лице.

Бедная мамуля! Она с таким пиететом относилась к чужому мнению! И так трепетно заботилась о своей репутации! И вот родная дочь одним-единственным словом разрушила всё то, что создавалось годами. Но мамуля решила бороться до конца.

- Что это ты выдумала? – изо всех сил изображая беззаботность, спросила она. – Почему надо было спать в гардеробе?

Почему? Ну как объяснить взрослым своё решение, которое тебе лично кажется таким простым и естественным? Как несколькими короткими точными словами описать логическую цепочку, ведущую от пятёрок до гардероба? Невозможно, просто невозможно! А мамуля ждала. И все ждали.

- Понимаешь, - с отчаянием сказала я. – Я ведь сперва хотела под столом. Но в гардеробе удобнее.

Как писал Марк Твен, «опустим завесу жалости над этой сценой».

А самое обидное, что до моих пятёрок дело в тот день так и не дошло.
Сестра двоюродная работает медсестрой и у нее по плану отпуск сейчас. Начальство всегда относилось, как к скотине - на любые жалобы по условия труда и просьбу поднять нищенские зарплаты, говорило "не нравится - валите, за воротами куча людей на ваше место". И вот пришло время начальства просить не уходить в отпуск, так как коронавирус и персонала не хватает. На что получили законный ответ "вы там за воротами поищите".
24
Известный британский журналист Мэтью Пэррис в в своей книге «Миссия достигнута!» рассказывает о случае, который произошел с американским сенатором Биллом Брэдли на одном торжественном обеде в 2000 году. Использовав по назначению выданную ему порцию сливочного масла, сенатор потребовал у официанта еще одну, но, к своему изумлению, получил твердый отказ. Тогда Билл Брэдли решил показать свою крутизну: «Да вы знаете, кто я такой? Я сенатор США, председатель сенатского комитета по ассигнованиям и бывшая звезда баскетбола. А еще я кандидат в американские президенты!» Но на невозмутимого официанта даже это не произвело впечатления: «А вы знаете, кто я? Я парень, который решает, кому дать масло, а кому нет!»
Лет 15 назад у меня была подруга (было нам лет по 16-17) и однажды она сказала, что ей очень нравится один парень и она в случае, если у них возникнет взаимная симпатия - хочет быть, так сказать, "во всеоружии". В общем, она попросила меня научить ее целоваться). Весьма странная просьба, так как тогда меня кроме футбола во дворе с пацанами ничего не интересовало и профессионалом в целовашках я явно не был). Но естессна я согласился и через какое-то количество "целовальных сеансов" она призналась, что этим парнем был я. Весьма хитрый ход.
4
Тут встал вопрос об эвакуации россиян из-за границы.

Как это делать, нужно ли это делать, за чей счет это делать?

Расскажу как меня "эвакуировали" из одного европейского города в советские времена (1989 г.).

Прихожу я в местный университет, начинаю переговоры, готовлюсь к лекции, а тут приходит человек и сообщает мне о смерти моей матери - из Москвы позвонили.

Нужно срочно вылетать в Москву, а денег на билет у меня не хватает. Да и не купишь его просто так в те времена. Есть билет на поезд на поздний срок, который не сдашь (куплен не мною, а МЭИ), и небольшая сумма карманных местных денег на проживание. Были еще пресловутые 30 руб, которые так просто не рализовать.

Пошел я в Российское консульство в этом городе.

Меня выслушали, не стали требовать никаких справок и сразу выдали деньги на самолет с просьбой (не с требованием, а с просьбой) вернуть их по возможности в Москве рублями на такой-то счет или явившись в МИД.

Еще этот консульский работник позвонил в агентство Аэрофлота и попросил посодействовать мне в покупке билета.
Историю мне рассказала одна подруга.
Которой поделилась с ней её подруга. Узбечка. Это важно.
Дальше от её имени.
Когда мой папа был в СССР при делах, и имел деньги со связями, отправил он меня учиться в Лондон. Выучилась я там на юриста, если не вдаваться в подробности. Закончив учебу, с работой тоже все сложилось удачно.
Первое время всё шло хорошо.

Шикарные апартаменты, за которые платила фирма, страховки на все случаи, машина с водителем по контракту.
Но однажды, новый шеф нашел мне замену.
Что его побудило это сделать, сказать сейчас трудно. Но я оказалась «на улице».
Все мои попытки доказать своему новому шефу свой профессионализм, привели к плачевному результату.
Резюме, которое он мне предоставил, показывать нигде было нельзя.
Я имею в виду серьёзные фирмы.
Мыть английские туалеты и заниматься прочей низкоквалифицированной работой, я на тот момент не могла.
Во-первых гордость не позволяла. Да и Кембриджский университет, который я окончила, извините, меня к этому не готовил.
Пришлось вернуться в родной Узбекистан.
Надеялась, что папа мне поможет с трудоустройством.
Это была моя следующая ошибка.

Папа на тот момент был рад, что отошел от дел, и его не посадили по «узбекскому делу».
Все те кланы, что были раньше при власти, сменились новыми.
Жесткими и бескомпромиссными.
Посоветовавшись с отцом, я решила ехать в Москву.

- Москва – это денежный мешок, - говорил мне папа, - в котором очень много дыр, откуда сыплются большие деньги в неимоверных количествах. Тот, кто с головой, умело этим пользуется. Остальные живут как все в России, но немного лучше.

С этим напутствием я и приехала в Москву.
Русский язык я на тот момент знала плохо. Можно сказать не знала.
Родной узбекский, второй английский.
Всегда считала, что мне этих двух языков по жизни будет достаточно. Но жизнь распорядилась иначе.
О том, чтобы устроиться в какую-нибудь серьёзную фирму в качестве юриста, не могло быть и речи.
Лучшее, что мне удалось добиться через папиных знакомых, это устроиться уборщицей в одном известном офисе. Я мыла и пылесосила полы, мебель, протирала светильники. Ночью и в нерабочее время.
Все праздничные и выходные дни были тоже нашими – уборщиков.
Появиться в рабочее время, хоть и в фирменной спецодежде, считалось преступлением.
Сразу следовало увольнение.
Об этом знали все уборщицы, и время нашей работы фиксировалось по таймеру. Когда пришла, когда ушла, что сделала, - всё заносилось в специальный журнал учета. Такой там был порядок.

И вот, однажды, на выходные, случилось непредвиденное.
Приехали японцы.
А японцам некогда ждать когда закончатся выходные или наш праздник.

Я только начала подоконник в кабинете протирать. Босс был приятный и демократичный. Наличие уборщицы при переговорах его ничуть не смущало. Тем более был выходной день, и ему хотелось показать иностранцам, что у нас в стране тоже демократия и толерантность.

Да и потом. Какую роль в переговорах может сыграть забитая, затурканная узбечка-поломойка не понимающая по-русски, - рассудил босс. Тем более что разговор между русскими и японцами происходил на английском, с двумя переводчиками с обеих сторон.
Я неспешно делала свое дело, - рассказывает она дальше, - и слушала речь обоих переводчиков. Из разговора, по мимике, некоторым оборотам речи на английском, я сразу поняла, что целью японцев было нагреть нашу фирму.
Разговор продолжался. Я продолжала делать свою работу: мыть окно, и слушать обе стороны переговоров.

И когда переговоры уже подходили к концу, и босс уже занес руку, чтобы поставить свою подпись под контрактом, - заключить невыгодную для фирмы сделку, я не выдержала.

Я обратилась на английском к переводчику босса. Переводчику, который не владел нюансами юриспруденции
Привела ему, (а он перевел остальным), по памяти пятую поправку к Конституции США, которая является частью Билля о правах. Которую впоследствии приняли все англоязычные страны мира в своей юриспруденции.
(В контексте двусторонней беседы между партнерами по бизнесу, поправка по теме была уместна).
По памяти зачитала «Кодекс Наполеона» на английском, чтобы поддержать дружескую атмосферу.
Указала сильные и слабые стороны договора с обеих сторон.
Когда я закончила говорить, в офисе повисла гробовая тишина.

Не дожидаясь реакции, я извинилась, сказала, что у меня ещё много на сегодня работы: три окна не вымыты в соседнем кабинете, взяла ведро с губкой, ещё раз извинилась, и бесшумно удалилась.

В понедельник на мою старенькую «Нокию» позвонил Босс.

- Ваша машина с водителем ждет Вас у вашего подъезда, Мисс!

Переводчика с узбекского на русский вы подберете сами. На изучение русского даю Вам три месяца. Ваша теперешняя должность «Эксперт по договорам с зарубежными фирмами». По всей планете. Название придумал я сам. Можете ее подкорректировать, чтобы достойно звучала на английском.

Через три дня у Вас командировка в Лондон. Дальнейшее расписание мы обговорим в моем офисе.
Жду Вас, Золушка!
Можно долго обсуждать психологию верующих. Но лучше положиться на мнение тех, кого верующие слушаются.

Сегодня одну из московских церквей посетил патруль полиции с претензиями к настоятелю, что он нарушает условия карантина: запустил в храм людей.
Ответ священника был впечатляющий: я — пастырь, то есть пастух, а народ Божий — это мои овцы, и я их пасу, то есть выгуливаю. В постановлении кабинета министров выгул животных разрешён два раза в день.
После этих слов полицейские пошли ни с чем, так как не смогли возразить священнику. (FB)

Комментарий от дъяка Кураева (полицейским на заметку):

"Хотя они вполне могли бы парировать: здесь вы их не выгуливаете, здесь вы их стрижёте. А оказание парикмахерских услуг временно запрещено."
Я очень люблю животных и они меня тоже любят) Один случай был забавный. Мне тогда было еще лет 16 и я всегда зимой катался на лыжах в лесу. А жил я тогда в Академгородке (недалеко от Новосибирска), он же ведь в лесу был построен, так что вокруг нас всюду лес был. К нам во двор даже лоси заходили! Ну, вот, как-то на выходных я пошел покататься в лес на лыжах и обычно уходил на весь день. Брал с собой в небольшом рюкзаке бутерброды с колбасой, термос с кофе и т.д.
Забрел в глухой лес, катаюсь. А кругом красотища такая! Вокруг снег, искрящийся всеми цветами радуги, деревья одеты в зимние сказочные наряды. Всё украшено ослепительным снегом, прозрачным льдом и серебристой изморозью. А воздух такой чистый, искристый, словно пропитанный свежестью леса. В зимнем лесу дышится легко. Пойдешь в зимний лес и ты словно попадаешь в сказку, и на сердце становится радостно и светло, так и хочется спеть какую-нибудь хорошую песню...
Ну, вот, я так увлекся всеми этими сказочными видами, как не заметил, что меня окружила стая волков.
Я остановился, как вкопанный, смотрю, они уже вокруг меня собрались, штук 8. А они же красивые такие. Поэтому у меня и особого страха не было, хотя, конечно, слегка тревожно на душе стало)
Ну, я остановился, стою. Они все ближе, ближе подходят со всех сторон, подошли совсем близко и давай на меня зыркать. Но особой агрессии не было. Думаю, они уже позавтракали. Помню, у меня как-то смешались два чувства тогда. С одной стороны было слегка страшно, а с другой - очень хотелось их погладить и потрепать по шерстке.
И тут я вспомнил. У меня же бутерброды есть!
И тогда я не спеша достал бутерброды с колбасой, стал отламывать им кусочки и кидать им на снег. Они осторожно подошли и потихоньку начали их есть. А пока они ели, я решил с ними поговорить о чем-нибудь, но никак не мог сообразить, о чем же с ними говорить? Не знаю почему, но почему-то на ум пришла теорема о вычисления интеграла мероморфной функции по замкнутому контуру, доказательство которой я в то время никак не мог понять. Ну, я им рассказал сначала саму теорему, потом начал высказывать свои соображения, как можно эту теорему доказать.
И волки заинтересовались. Они сели вокруг меня кружком на задние лапы и начали слушать, наклонив головы набок и навострив уши. Я им рассказывал теорему и продолжал кормить бутербродами. Потом они освоились и начали ко мне подходить, брать кусочки бутерброда из рук. И я даже успел погладить одного волка! Шерстка у него такая приятная была.
И вы не поверите,пока я беседовал с волками, я понял, как надо доказать ту теорему!
Ну, а волки дослушали доказательство, доели бутерброды и убежали. Я остался им очень признателен, что они не стали меня кушать)

(copy Doctor_Robert)
Кто бы мог подумать

Когда я был маленький и мама отправляла нас с братом спать - я всегда думал, как же круто быть взрослым.

Можно ложиться спать во сколько хочешь, что-то там делаешь в тусклом свете квартиры, о чём-то болтаешь, рассуждаешь, смотришь задумчиво в окно.

Кто же мог знать, что оказывается мама просто убирала и мыла посуду, думала чем нас кормить завтра, размораживала фарш, протирала пыль и наводила небольшой порядок в квартире. А потом перед сном, можно и тихонько в окно посмотреть...

С мыслями - охуеть, завтра уже среда.
2
Сегодня прошел месяц в самоизоляции.

7 км в день пешком, без мяса, молочного и мучного. Ем свежие овощи, фрукты и готовлю дома каждый день. Пью два литра чистой воды ежедневно.

Перемены просто потрясающие!! Чувствую себя прекрасно! Ноль алкоголя. Здоровая безглютеновая диета без кофеина и часовая домашняя тренировка, занимаюсь йогой каждый день. Научился медитировать!

Сбросил 9 кг и увеличил мышечную массу. Осваиваю новую профессию удаленно! Осваиваю второй иностранный язык. 

P.S. Понятия не имею, кто это написал, но я так горжусь этим человеком, что решил скопировать и выложить.
9
Диана Качалова. Руцкой и попугай

Где-то году в 96-м, я поехала брать интервью у Руцкого. Экс-мятежник жил в огромной квартире неподалеку от храма Христа Спасителя. Я позвонила в дверь. Тишина. Через пару минут я заметила, что она не заперта и легонько ее толкнула. Дверь открылась и я увидела, что меня встречает… попугай. Он был какой-то монотонно мутнозеленой раскраски, но такого огромного размера, что я замерла.

— Кто? — сказал попугай.

Я так растерялась, что полезла за визиткой, но потом одумалась.

— Драстье, — сказала я попугаю в тон, надеясь, что если я буду коверкать слова, то он меня лучше поймет.

— Вор, — сказал попугай утвердительно.

Я совсем скисла. К счастью в этот момент из кухни вышла жена Руцкого:

— Не обращайте внимания, он всех подозревает в воровстве. Когда я вороне на карниз крошу хлеб, он истошно орет: крадут! крадут!

Не помню, как звали эту прекрасную птицу, но она (он), подозрительно оглядываясь, провел меня в кабинет к Руцкому. И остался слушать.

Поначалу Руцкой говорил спокойно, но дойдя до октябрьских событий 93-го года, он перешел на повышенные тона и начал размахивать ручищами.

Попугай огорчился и встрял:

— Что ты кричишь! Что ты кричишь! Что ты кричишь!

— Заткнись, — рявкнул на него Руцкой и показал кулак. — Это мне друзья на выход из Лефортово подарили. Болтливый зараза — говорит все.

Попугай оказался не просто болтливым. Он перехватил инициативу и на каждую реплику Руцкого кричал: Врет! Не ори! Вор! Крадут! (последнее, поглядывая в мою сторону). У меня создалось впечатление, что он отлично понимает, о чем говорит хозяин.

Руцкой поначалу рычал на птицу, но когда интервью превратилось в перепалку экс-вице-президента России и попугая (у меня на пленку записалось только их поочередное — не ори! сам дурак!), экс-вице схватил попугая и засунул его в огромную клетку.

— Мерзавец, — это сказал Руцкой. Попугай на секунду замолчал — он подбирал слова.

— Предатель, — вдруг спокойно сказал попугай. Экс-вице побагровел.

Я была готова выключить диктофон и откланяться — ничего лучше бы я уже не услышала. Я ошибалась.

Руцкой взял плед и накрыл им клетку. Наступила тишина. Какое-то время мы оба приходили в себя после бури.

— Так о чем мы говорили? О Чечне? Я в свое время говорил Ельцину, что Чечню надо накрыть экономической блокадой, как я этого попугая одеялом. И они будут сидеть, как он сейчас, и не питюкать.

— А я тут, а я тут, а я тут, — раздалось из-под одеяла тихо, но уверенно.

Это было 20 лет назад. За эти годы я не встретила ни одного политолога, который бы лучше понимал перспективы отношений России и Чечни.
4
Одноклассник рассказывал, что его КАМАЗ остановил гаишник. Долго и нудно докапывался к документам, в итоге попросил пройти вместе с ним для составления протокола. Гаишник развернулся и шагнул вперёд, но крепкая рука дальнобойщика успела его схватить и дернуть назад. В миллиметрах от тела гаишника с рёвом пронеслась фура. Минуту гаишник выходил из оцепенения и благодарными глазами смотрел на моего друга. Выдохнув, сказал «Спасибо, брат! Пойдём, я тебе штраф поменьше выпишу»
Привет.

...Шёл второй месяц эпидемии...
Мой милый уютный госпиталь ощетинился белыми брезентовыми палатками сортировки пациентов перед двумя входами в госпиталь, кафетерий закрылся, посещения пациентов запрещены, плановые операции отменены, мои медсёстры мобилизованы в отделения больных с вирусом, предоперационная переоборудована под отделение для больных без вируса, интенсивная терапия превратилась в эпицентр боевых действий по спасению наиболее тяжёлых пациентов...
Изменился и персонал, доспехи и тяжёлые маски заглушили приветствия, моя расслабленная манера поведения с шутками-прибаутками, так ободряющая пациентов и их семьи, ушла в прошлое...мы стали использовать обходные коридоры с меньшей опасностью заражения.
Изменилось и расписание, я был переведён на казарменное положение резерва реанимации.
Нельзя, однако, преувеличивать — это были бои местного значения, несравнимые с героическими битвами итальянских или нью-йоркских медиков. Но — паранойя есть паранойя — и приятного в ней мало.
Так что ничего удивительного —сегодня утром я уехал в больницу мрачным, с отвратительным чувством необходимости исполнения своего долга в условиях недовольства собой и своей жизни.
Приехал, кесарево, старое испытанное средство по улучшению настроения — работа, сам воздух операционной — заставляют забыть о проблемах последних двух месяцев.
Кесарево, вообще, самый лучший антидепрессант — новорождённые заставят улыбнуться любого человека, даже самого мрачного...
Всё шло как обычно — спиналка, фотки, слёзы счастья, поздравления.
Всё как обычно — кроме новорождённого.
Точнее — его голоса.
Такого зычного баса услышать от мальчика тридцати секунд от роду я не ожидал. Причём к этому басу прилагалась пара ёмких лёгких и неутомимая диафрагма: раз взяв ноту, он тянул её с энтузиазмом оперного певца, не останавливаясь!!
Да, такому любые арии будут по плечу, решили мы и предрекли ему судьбу великого оперного певца типа Шаляпина или Паваротти...
Расти, малыш, споёшь в «Ла Скале» двадцать второго века ведущую партию в героической опере « Италия, 2020»...
Люди к этому времени будут жить долго и счастливо, для них Великая Пандемия 2020 будет простой и досадной деталью давненько подзабытой истории начала прошлого, немного варварского, века.
Той истории, в которой проживаем все мы.
И выживаем: должен же кто-то научить этого незаурядного крикуна правильно петь... @Michael Ashnin
Свидание в режиме пандемии

Знакомый неженатый и без детей (за тридцать) познакомился по инету с девушкой (тоже бездетная, и тоже за тридцать). Договорился о встрече, приходит на свидание к ней на адрес, и там начинается цирк. Открывает дверь, красивая, сексапильная, в боевом раскрасе, вот только… Тут же отправляет его в ванную, дабы помыл руки и харю. Далее – переоделся в халат, аля пижамные штаны и таковая же рубаха. Посиделки на с вином в зале, каждый за своим столиком, дабы не было физического контакта, у нее под руками пульверизатор для обработки от вирусов. Поели, включили киношку. Она – девушка, на диванчике, он – на стульчике в другом конце комнаты – посмотрели. О чем-то поговорили. Подперло знакомого на кашель – сдерживался из последних сил, иначе, как он говорил, по ощущениям его бы пристрелили, а труп бы сожгли. Поговорили о чем-то через комнату. Засобирался он уходить, переоделся снова в ванной, пижамный наряд свой в ванну же и забросил. Девушка тем временем «дезинфецировала» зал, где они сидели – опрыскивала столовые приборы, стол, стул и вообще всю ту часть комнаты, где он находился.

Ушел. Сейчас договариваются о повторном свидании. И… он говорит – девушка хоть и со странностями, но такая милая. Поэтому следующая встреча будет у него дома. С работы забрал костюм химзащиты (ОЗК или как он там называется) – прикола ради попросит в него переодеться. Так же забрал наш здоровый баллон, которым обрабатываем производственные территории на работе (баллон на спину, длинный шланг, распылитель) – хочет поразить ее ответными мерами безопасности. Ну и как «вишенка на торт» - подарок – маска сварщика для работы в замкнутых помещениях с фильтрационным подсумком (через который идет подача воздуха) и комплект регенарционных патронов к нему.
12
Преамбула.Вот вы говорите,мол пингвин это птица,а следовательно существо примитивное.Мол,кроме дыхания,питания и размножения больше ничем не интересуется.
Амбула.Работал я в 80-х на рыболовном судне штурманом.В антарктической части Атлантики мы ловили криля.При таянии айсбергов вокруг них держится вода любимой планктоном температуры и солёности.За планктоном идёт криль,за крилём идёт пингвин и рыба,за рыбой и крилём идёт человек с пелагическим тралом.Остальные звенья этой пищевой цепочки к этой истории отношения не имеют.
Чем ближе к айсбергу,тем лучше показания рыбопоисковых приборов,поэтому судно с тралом приходится держать как можно ближе к айсбергу,настолько близко,насколько позволяет осторожность и здравый смысл.Так сказать reasonably rescueable.
Айсберги откалываются от Антарктиды (в южном полушарии) и дрейфуют в сторону экватора,постепенно уменьшаясь в размерах.Они бывают разной формы и оттенка,от голубого в начале своей карьеры, до белого,когда он постепенно покроется инеем.Это примерно как в горах отличается ледник от снежного наста.
Этот был небольшой, с острым верхом и розовый.Розовым его сделал пингвиний многодневный помёт.Пингвины выпрыгивали свечкой на небольшую площадку и гуськом шли вверх по тропе.Штук 30-40.Никто не лезет без очереди и не толкается,даже наоборот,поддерживают друг друга растопыренными крыльями.Заминка была только на самой нижней площадке когда выпрыгивало больше чем могло поместиться.Там они иногда сталкивались и сыпались в воду.Они переваливаясь шли наверх и там исчезали как в жерле вулкана. Это было непрерывно как цепь бензопилы.Новые выпрыгивали,те кто поднялся - пропадали. Что за ритуал? Может это пингвинье само-в-жертву-приношение?
Чтобы понять,куда они деваются надо было обогнуть айсберг. Меняю курс и через пару часов, обогнув айсберг,обнаруживаю разгадку.На самом верху они лихо подпрыгивали и на попе скатывались вниз.Ну як малы диты,чессасло.
А вы говорите,пингвины…
Всегда мечтал побывать в Гондурасе. Мои кузены, обитавшие в городе Чудово, (там, где спички делают) говорили мне, что лучше чудить в Гондурасе, чем гондурасить в Чудово, а почудить хотелось. И вот сбылась мечта идиота – наш пароход заходит на погрузку в Гондурас.
О том, что Гондурас - страна чудная, стало понятно, когда за причальной стенкой обнаружилась разбитая грунтовая дорога и сразу же начинались джунгли. На резонный вопрос озадаченной буфетчицы «а где же порт?» местный шипчандлер весьма односложно ответил «вот!», и тут же категорично посоветовал с борта судна не сходить, особенно одному и ночью.
Но его разумные рекомендации не охладили моего желания почудить. Найдя еще трех единомышленников, мы отправились на поиски приключений, или «почесать Гондурас» как сказал Макс, самый трезвый из нас. Сразу у трапа нас ждала местная полиция, которая тут же предложила свои услуги в виде охраны и такси. Решив, что жизнь налаживается, а тариф в пять вечнозеленых долларов смехотворен, мы радостно скомандовали «в бар!».
И бар был! Правда не сразу, а минут через сорок тряски по проселку через джунгли. Несколько столиков и барная стойка прямо на золотистом песке океанского пляжа. Смеркалось. Мы заказали бутылку водки. Нам принесли литровую бутыль и ведро колотого льда. Бармен начал быстро наливать в высокие и узкие стаканы по 20 грамм из бутыли и до краев засыпать стакан льдом. Макс потребовал лед убрать. Бармен сказал, что лед бесплатно, Макс настаивал, бармен тоже. Другие посетители стали обращать на нас внимание. Тогда Макс взял стакан, выплеснул полурастаявший лед на песок и наполнил его до краев водкой. В баре повисло молчание. Все смотрели на нас. «Надо что-то сказать» - посоветовал я Максу. Он вздохнул, произнес: «Уно моменто» и залпом выпил стакан. Бар охнул (потом мне рассказывали, что еще много лет полный стакан водки в этом баре назывался коктейлем «в один момент»).
Чудили мы до утра. Утром нам принесли счет. Четыре тысячи долларов. Макс сказал, что это перебор и они не правы. Нам пояснили, что в джунглях ягуары, а в океане акулы и платить придется. С собой таких денег ни у кого не имелось. Оставив Макса в заложниках, нас повезли на пароход за выкупом. Обратно в бар мы вернулись уже к обеду и почти протрезвевшие. Макса не было. Обескураженный бармен рассказал, что сразу после нашего отъезда Макс взял из бара еще одну бутылку водки и сбежал в джунгли. Поймать его они так и не сумели.
Обратно на пароход мы возвращались в смешанных чувствах – с одной стороны сэкономили четыре тысячи долларов, с другой стороны теперь нам надо искать партизанящего в джунглях Макса…
Не буду здесь описывать как организовывались поисковые партии и кем нанимались местные аборигены – это отдельная история. Скажу только, что Макс, держа в руках почти пустую бутылку, сам приполз к трапу парохода утром следующего дня. На вопрос, как он избежал встречи с многочисленными хищниками, он ответил: «я же в школе ходил в кружок юного натуралиста, где нам рассказывали, что запах алкоголя отпугивает животных».
Со слов друга

Знакомый программист из Штатов когда-то давно рассказывал. Может, он и сочинял, но очень уж похоже на правду. В то время он жил в Израиле и работал в небольшой программерской конторе. Как-то хозяин той лавки спросил у сотрудников:
- Кто-нибудь говорит по-немецки?
В ответ тишина...
- Ок. Переформулирую вопрос. Кто-нибудь знает что-нибудь по-немецки? Завтра к нам прилетают потенциальные заказчики из Германии. Им, наверное, будет приятно, если кто-нибудь из нашей фирмы скажет им что-нибудь по-немецки.

Тут мой знакомый и сказал:
- Ну я разные немецкие слова знаю.
- Ну-ка, скажи!
- Гитлер капут! Фюрер. Штурмбанфюрер. Зондеркоманда. Хенде хох! Газенваген...
- Стоп! Ты завтра выходной!!
- Но я еще много немецких слов знаю.
- Ты что, не слышал? Ты! Завтра!! Выходной!!!
В древней Греции богатые люди, военачальники и знатные горожане ездили в Дельфы, чтобы узнать будущее у знаменитого оракула. В нескольких других греческих городах были свои оракулы, менее известные – к ним обычно обращались с вопросами горожане победнее. В Спарте свой оракул появлялся редко. Это связано с крайне неприятной для прорицателей традицией, существовавшей в древнегреческой республике. Если появлялся провидец, который утверждал, что не просто умеет читать по звёздам и рукам, но и видит будущее – то есть, является действительным экстрасенсом – его подвергали испытанию. Провидца подводили к узкой, но глубокой пропасти, через которую были перекинуты три одинаковых на вид брёвнышка. Одно было крепким и могло выдержать вес человека, два других были подпилены снизу и проваливались под весом человека в пропасть – разумеется, вместе с человеком. Как вы можете догадаться, желающих поучаствовать в такой «битве экстрасенсов» за множество веков набралось всего несколько человек.
Карантин в Нигерии.

На сегодняшний день от коронавируса умерло 13 человек.
Полиция застрелила 18 нарушителей карантина.
Середина 1990-х. Нас двое братьев в семье. Мне 7 лет, брат на год старше. Я известная в нашем дворе "обезьянка" - облазил все доступные фонарные столбы, деревья, крыши, подвалы. В этот раз на уровне третьего этажа я на одной руке висел на ветке яблочкового дерева, а другой ел эти самые яблочки. Из подъезда выходит отец, направляясь по своим делам. Около подъезда стандартная картина из трёх бабок на скамейке, перемалывающих свежие сплетни.
- Куда отец смотрит?! Вон висит твой пацан. Упадёт ведь! Разобьётся! - Набросились бабки на отца.
- А у меня ещё один есть, - ответил отец и пошёл дальше по своим делам. Бабки примолкли.
Вырос. Не разбился. Имею спортивные награды.
В советское время, будучи студентом, подрабатывал электриком в ЖЭКе. Вот еще одна история - из коммунальной квартиры из дома недалеко от телецентра поступила заявка от бабушки, что ее сосед жжет ее лазерным лучом! Бабушка пояснила, что как она только ложиться спать, то сосед нащупывает ее лазерным лучом и у нее разрывается голова. И ей постоянно приходится передвигать кровать на новое место, после чего, какое-то время она спит спокойной, пока сосед ее снова не нащупает лазерным лучом. Что все ее заявления в милицию результата не дают. Я сказал, что учусь в электронном вузе, что это не лазерные лучи, а электромагнитные торсионные поля. Бабушка сразу поняла, что специалист в этой области. После чего я зачистил батарею парового отопления напильником, подтащил кровать к батареи и примотал кровать голым проводом к батарее. Бабушке объяснил, что как только торсионные поля коснутся кровати, то по проводам они уйдут в батарею, а дальше в землю. Что бабушка сама скоро убедится в том, что голова больше у ней болеть не будет, а сосед будет ходить злой. Самое интересное, что бабушка после неоднократно звонила в диспетчерскую и просила передать электрику, что голова у нее больше не болит, а сосед ходит злой! Что помогло бабушке? Заземление кровати или убеждение? Но, голова у бабушки, действительно, перестала болеть…
Обсуждали с подругой детей - у неё двое дошколят, сейчас на домашнем режиме.
И я вдруг вспомнил эпизод из своего "детсадовского" прошлого.
У нас в группе был один мальчик- Миша. Обычный пацан 4 лет. Только по непонятной мне причине все домашние задания, которые давала нам воспитательница, Миша делал как то уж совсем грустно. При этом воспитательница всегда его хвалила и говорила что он молодец. Когда я спросил воспитательницу, почему она хвалит его мазню ( у меня был рисунок с самолетиком, в создании которого участвовали папа, мама и дедушка:) - она ответила, что все рисунки хороши по- своему.
А мама на тот же вопрос ответила, что я пойму это, когда вырасту. Примерно классе в 5-м, когда нам задали на ИЗО сделать дома большой плакат на тему ВОВ, мои одноклассники пришли кто с чем. У некоторых это были большие плакаты с очень достойными рисунками, изобилующими подробностями. Мы к созданию коллажа подключили даже бабушку с её архитектурно- проектировочным опытом, в результате чего работа получилась на "ура", и даже висела в коридоре на выставке, пока её не испортили нецензурными надписями старшеклассники.
Только у одного из моих одноклассников, сидевшего за мной наискосок, часто не стриженного и в штопаной одежде, рисунок был совсем "грустный". Другие ребята над ним смеялись, учительница просто не обратила внимания и поставила "3" балла. Парень даже не расстроился- привык. А я вспомнил Мишу из детского сада.
Придя домой, спросим о нем маму. И она рассказала, что родители Миши погибли, исполняя где то за границей свой служебный долг. Дедушка умер. Бабушка плохо ходила. Остро маячил вариант с детским домом, куда Миша очень сильно не хотел. Поэтому все задания для садика Миша делал сам - ему просто некому было помочь. А воспитательница, зная это, всегда подбадривала Мишу.

P.S. Последний раз я видел Мишу в 90-х в старших классах школы. Где он теперь? Кто знает...
Карантин. Москва. В самом дальнем углу столицы стоит инфекционная больница, куда скорыми свозят всех заражённых. Там их сортируют, тяжёлых везут в палаты, а тех, кто болеет в лёгкой форме, отправляют болеть домой. На метро. ... Москва. Карантин.
Мотивация

На время изоляции дочка (6 лет), само собой, стало больше времени проводить с телефоном и компьютером. С одной стороны, нужно ограничивать, с другой стороны - канючит целый день, ничем толком не занимается, только выпрашивает гаджеты. Поэтому ввели систему жетонов (кстати пришлись папины фишки от покера). Один жетон - 15 минут игры. Жетон получает за уборку, за какую-то ощутимую помощь. Заснет в тихий час - целых два жетона. А самое удачное - жетон за 3 прочитанных предложения из букваря. Блин, мы год не могли буквы в слоги соединить. А тут за два дня предложения научилась читать. Сидит теперь с букварем, сама что-то там пытается, чтобы жетоны было попроще заработать. Следующим этапом будем арифметику подключать. И не канючит, знает: нет жетона - нет гаджетов.
7
Сейчас тренд на антисептики. На любых торговых точках стоят некие бутылочки-баночки с распылителем для дезинфекции рук. При этом на вопрос о составе данной жидкости владельцы, как правило, впадают в транс и мычат что-то о мирамистине и прочих хлоргексидинах. Прихожу давеча на рынок за овощами. Монументальный продавец кавказской национальности, заполнив товаром пакеты:
- Рюки давай дезынфэкция буду Саша-джан.
Не вопрос. Протянул ладони, тот что-то пшикнул из пластиковой бутылки. На вопрос что это за хрень, продавец выпятив огромное брюхо горделиво молвил:
- Чача, блеать..
Я был очень близок со своим дедом и думал, что я знал о нём почти всё, но оказалось, это не так. После недавнего разговора с матерью и её двоюродным братом я выявил одну страницу его биографии, которой и делюсь с Вами. Мне кажется, что эта история интересна. Предупреждаю, будет очень длинно.

Все описываемые имена, места, и события подлинные.

"Памятник"

Эпиграф 1: "Делай, что должно, и будь, что будет" (Рыцарский девиз)
Эпиграф 2: "Если не я за себя, то кто за меня? А если я только за себя, то кто я? И если не сейчас, то когда?" (Гилель)
Эпиграф 3: "На чём проверяются люди, если Войны уже нет?" (В.С. Высоцкий)

Есть в Гомельщине недалеко от Рогачёва крупное село, Журавичи. Сейчас там проживает человек девятьсот, а когда-то, ещё до Войны там было почти две с половиной тысячи жителей. Из них процентов 60 - белорусы, с четверть - евреи, а остальные - русские, латыши, литовцы, поляки, и чехи. И цыгане - хоть и в селе не жили, но заходили табором нередко.

Место было живое, торговое. Мельницы, круподёрки, сукновальни, лавки, и, конечно, разные мастерские: портняжные, сапожные, кожевенные, стекольные, даже часовщик был. Так уж издревле повелось, белорусы и русские больше крестьянствовали, латыши и литовцы - молочные хозяйства вели, а поляки и евреи ремесленничали. Мой прадед, например, кузню держал. И прапрадед мой кузнецом был, и прапрапра тоже, а далее я не ведаю.

Кузнецы, народ смекалистый, свои кузни ставили на дорогах у самой окраины села, в отличие от других мастеров, что селились в центре, поближе к торговой площади. Смысл в этом был большой - крестьяне с хуторов, деревень, и фольварков в село направляются, так по пути, перед въездом, коней перекуют. Возвращаются, снова мимо проедут, прикупят треноги, кочерги, да ухваты, ведь таскать их по селу смысла нет.

Но главное - серпы, основной хлеб сельского кузнеца. Лишь кажется, что это вещь простая. Ан нет, хороший серп - работа штучная, сложная, больших денег стоит. Он должен быть и хватким, и острым, и заточку долго держать. Хороший крестьянин первый попавшийся серп никогда не возьмёт. Нет уж, он пойдёт к "своему" кузнецу, в качестве чьей работы уверен. И даже там он с десяток-два серпов пересмотрит и перещупает, пока не выберет.

Всю позднюю осень и зиму кузнец в работе, с утра до поздней ночи, к весне готовится. У крестьян весной часто денег не было, подрастратили за долгую зиму, так они серпы на зерно, на льняную ткань, или ещё на что-либо меняли. К примеру, в начале двадцатых, мой прадед раз за серп наган с тремя патронами заполучил. А коли крестьянин знакомый и надёжный, то и в долг товар отдавали, такое тоже бывало.

Прадед мой сына своего (моего деда) тоже в кузнецы прочил, да не срослось. Не захотел тот ремесло в руки брать, уехал в Ленинград в 1939-м, в институт поступать. Летом 40-го вернулся на пару месяцев, а осенью 1940-го был призван в РККА, 18-летним парнишкой. Ушёл он из родного села на долгие годы, к расстройству прадеда, так и не став кузнецом.

Впрочем, время дед мой зря не терял, следующие пяток лет было, чем заняться. Мотало его по всей стране, Ленинград, Кавказ, Крым, и снова Кавказ, Смоленск, Польша, Пруссия, Маньчжурия, Корея, Уссурийск. Больших чинов не нажил, с 41-го по 45-ый - взводный. Тот самый Ванька-взводный, что днюет и ночует с солдатами. Тот самый, что матерясь взвод в атаку поднимает. Тот самый, что на своём пузе на минное поле ползёт, ведь меньше взвода не пошлют. Тот самый, что на своих двоих километры меряет, ведь невелика шишка лейтенант, ему виллис не по ранжиру.

Попал дед в 1-ую ШИСБр (Штурмовая Инженерно-Сапёрная Бригада). Штурмовики - народ лихой, там слабаков не держат. Где жарко, туда их и посылают. И долго штурмовики не живут, средние потери 25-30% за задание. То, что дед там 2.5 года протянул (с перерывом на ранение) - везение, конечно. Не знаю если он в ШИСБр сильно геройствовал, но по наградным листам свои награды заработал честно. Даже на орден Суворова его представляли, что для лейтенанта-взводного случай наиредчайший. "Спины не гнул, прямым ходил. И в ус не дул, и жил как жил. И голове своей руками помогал."

Лишь в самом конце, уже на Японской, фартануло, назначили командиром ОЛПП (Отдельного Легкого Переправочного Парка). Своя печать, своё хозяйство, подчинение комбригу, то бишь по должности это как комбат. А вот звание не дали, как был вечный лейтенант, так и остался, хотя замполит у него старлей, а зампотех капитан. И такое бывало. Да и чёрт с ним, со званием, не звёздочки же на погонах главное. Выжил, хоть и штопаный, уже ладно.

Пролетело 6 лет, уже лето 1946-го. Первый отпуск за много лет. Куда ехать? Вопрос даже не стоит. Велика страна, но места нет милей, чем родные Журавичи. От Уссурийска до Гомельщины хоть не близкий свет, но летел как на крыльях. Только ехал домой уже совсем другой человек. Наивный мальчишка давно исчез, а появился матёрый мужик. Небольшого роста, но быстрый как ртуть и опасный как сжатая пружина. Так внешне вроде ничего особого, но вот взгляд говорил о многом без слов.

Ещё в 44-м, когда освобождали Белоруссию, удалось побывать в родном селе пару часов, так что он видел - отчий дом уцелел. Отписался родителям, что в эвакуации были - "немцев мы прогнали навсегда, хата на месте, можете возвращаться." Знал, что его родители и сёстры ждут, и всё же, что-то на душе было не так, а что - и сам понять не мог.

Вернулся в родной дом в конце августа 1946-го, душа пела. Мать и сёстры от радости сами не свои, отец обнял, долго отпускать не хотел, хоть на сантименты был скуп. Подарки раздал, отобедал, чем Господь благословил и пошёл хозяйство осматривать. Село разорено, голодновато, но ничего, прорвёмся, ведь дома и стены помогают.

А работы невпроворот. Отец помаленьку опять кузню развернул, по договору с колхозом стал работать и чуток частным образом. На селе без кузнеца никак, он всей округе нужен. А молотобойца где взять? Подкосила Война, здоровых мужиков мало осталось, все нарасхват. Отцу далеко за 50, в одиночку в кузне очень тяжело. Да и мелких дел вагон и маленькая тележка: ограду починить, стены подлатать, дров наколоть, деревья окопать, и т.д. Пацаном был, так хозяйственных дел чурался, одно шкодство, да гульки на уме, за что был отцом не раз порот. А тут руки, привыкшие за полдюжину лет к автомату и сапёрной лопатке, сами тянулись к инструментам. Целый день готов был работать без устали.

Всё славно, одно лишь плохо. Домой вернулся, слабину дал, и ночью начали одолевать сны. Редко хорошие, чаще тяжёлые. Снилось рытьё окопов и марш-бросок от Выборга до Ленинграда, дабы вырваться из сжимающегося кольца блокады. Снилась раскалённая Военно-Грузинская дорога и неутолимая жажда. Снился освобождённый лагерь смерти у города Прохладный и кучи обуви. Очень большие кучи. Снилась атака на высоту 244.3 у деревни Матвеевщина и оторванная напрочь голова Хорунженко, что бежал рядом. Снилась проклятая высота 199.0 у села Старая Трухиня, осветительные ракеты, свист мин, мокрая от крови гимнастёрка, и вздутые жилы на висках у ординарца Макарова, что шептал прямо в ухо - "не боись, командир, я тебя не брошу." Снились обмороженные чёрно-лиловые ноги с лопнувшей кожей ординарца Мешалкина. Снился орущий от боли ординарец Космачёв, что стоял рядом, когда его подстрелил снайпер. Снился ординарец Юхт, что грёб рядом на понтоне, срывая кожу с ладоней на коварном озере Ханко. Снился вечно улыбающийся ротный Оккерт, с дыркой во лбу. Снился разорванный в клочья ротный Марков, который оступился, показывая дорогу танку-тральщику. Снился лучший друг Танюшин, командир разведвзвода, что погиб в 45-м, возвращаясь с задания.

Снились горящие лодки у переправы через реку Нарев. Снились расстрелянные власовцы в белорусском лесочке, просящие о пощаде. Снился разбомблённый госпиталь у переправы через реку Муданьцзян. Снились три стакана с водкой до краёв, на донышке которых лежали ордена, и крики друзей-взводных "пей до дна".

Иногда снился он, самый жуткий из всех снов. Горящий пароход "Ейск" у мыса Хрони, усыпанный трупами заснеженный берег, немецкие пулемёты смотрящие в упор, и расстрельная шеренга мимо которой медленно едет эсэсовец на лошади и на хорошем русском орёт "коммунисты, командиры, и евреи - три шага вперёд."

И тогда он просыпался от собственного крика. И каждый раз рядом сидела мама. Она целовала ему шевелюру, на щёку капало что-то тёплое, и слышался шёпот "майн зунеле, майн тайер кинд" (мой сыночек, мой дорогой ребёнок).
- Ну что ты, мама. Я что, маленький? - смущённо отстранял он её. - Иди спать.
- Иду, иду, я так...
Она уходила вглубь дома и слышалось как она шептала те же самые слова субботнего благословения детям, что она говорила ему в той, прошлой, почти забытой довоенной жизни.
- Да осветит Его лицо тебя и помилует тебя. Да обратит Г-сподь лицо Своё к тебе и даст тебе мир.

А он потом ещё долго крутился в кровати. Ныло плохо зажившее плечо, зудел шрам на ноге, и саднила рука. Он шёл на улицу и слушал ночь. Потом шёл обратно, с трудом засыпал, и просыпался с первым лучом солнца, под шум цикад.

Днём он работал без устали, но ближе к вечеру шёл гулять по селу. Хотелось повидать друзей и одноклассников, учителей, и просто знакомых.

Многих увидеть не довелось. Из 20 пацанов-одноклассников, к 1946-му осталось трое. Включая его самого. А вот знакомых повстречал немало. Хоть часть домов была порушена или сожжена, и некоторые до сих пор стояли пустыми, жизнь возрождалась. Возвращались люди из армии, эвакуации, и германского рабства. Это было приятно видеть, и на сердце становилось легче.

Но вот одно тяготило, уж очень мало было слышно разговоров на идиш. До войны, на нём говорило большинство жителей села. Все евреи и многие белорусы, русские, поляки, и литовцы свободно говорили на этом языке, а тут как корова языком слизнула. Из более 600 аидов, что жили в Журавичах до войны, к лету 1946-го осталось не более сотни - те, кто вернулись из эвакуации. То же место, то же название, но вот село стало совсем другим, исчез привычный колорит.

Умом-то он понимал происходящее. Что творили немцы, за 4 года на фронте, повидал немало. А вот душа требовала ответа, хотелось знать, что же творилось в родном селе. Но вот удивительное дело, все знакомые, которых он встречал, бродя по селу, напрочь не хотели ничего говорить.

Они радостно встречали его, здоровались, улыбались, сердечно жали руку, даже обнимали. Многие расспрашивали о здоровье, о местах, куда заносила судьба, о полученных наградах, о службе, но вот о себе делились крайне скупо. Как только заходил разговор о событиях недавно минувших, все замыкались и пытались перевести разговор на другую тему. А ежели он продолжал интересоваться, то вдруг вспоминали про неотложные дела, что надо сделать прямо сейчас, вежливо прощались, и неискренне предлагали зайти в другой раз.

После долгих расспросов лишь одно удалось выяснить точно, сын Коршуновых при немцах служил полицаем. Коршуновы были соседи моих прадеда и прабабушки. Отец, мать и трое сыновей. С младшим, Витькой, что был лишь на год моложе, они дружили. Вместе раков ловили, рыбалили, грибы собирали, бегали аж в Довск поглазеть на самого маршала Ворошилова, да и что греха таить, нередко шкодничали - в колхозный сад лазили яблоки воровать. В 44-м, когда удалось на пару часов заглянуть в родное село, мельком он старого Коршунова видал, но поговорить не удалось. Ныне же дом стоял заколоченный.

Раз вечерком он зашёл в сельский клуб, где нередко бывали танцы под граммофон. Там он и повстречал свою бывшую одноклассницу, что стала моей бабушкой. Она тоже вернулась в село после 7-ми лет разлуки. Окончив мединститут, она работала хирургом во фронтовом госпитале. К 46-му раненых осталось в госпитале немного, и она поехала в отпуск. Её тоже, как и его, тянуло к родному дому.

От встречи до предложения три дня. От предложения до свадьбы шесть. Отпуск - он короткий, надо жить сейчас, ведь завтра может и не быть. Он то об этом хорошо знал. Днём работал и готовился к свадьбе, а вечерами встречались. За пару дней до свадьбы и произошло это.

В ту ночь он спал хорошо, тяжких снов не было. Вдруг неожиданно проснулся, кожей ощутив опасность. Сапёрская чуйка - это не хухры-мухры. Не будь её, давно бы сгинул где-нибудь на Кавказе, под Спас-Деменском, в Польше, или Пруссии. Рука сама нащупала парабеллум (какой же офицер вернётся с фронта без трофейного пистолета), обойма мягко встала в рукоятку, тихо лязгнул передёрнутый затвор, и он бесшумно вскочил с кровати.

Не подвела чуйка, буквально через минуту в дверь раздался тихий стук. Сёстры спали, а вот родители тут же вскочили. Мать зажгла керосиновую лампу. Он отошёл чуть в сторонку и отодвинул щеколоду. Дверь распахнулась, в дом зашёл человек, и дед, взглянув на него, аж отпрянул - это был Коршунов, тот самый.

Тот, увидев смотрящее на него дуло, тут же поднял руки.
- Вот и довелось свидеться. Эка ты товарища встречаешь, - сказал он.
- Ты зачем пришёл? - спросил мой прадед.
- Дядь Юдка, я с миром. Вы же меня всю жизнь, почитай с пелёнок, знаете. Можно я присяду?
- Садись. - разрешил прадед. Дед отошёл в сторону, но пистолет не убрал.
- Здрасте, тётя Бейла. - поприветствовал он мою прабабушку. - Рад, что ты выжил, - обратился он к моему деду, - братки мои, оба в Красной Армии сгинули. Дядь Юдка, просьба к Вам имеется. Продайте нашу хату.
- Что? - удивился прадед.
- Мать померла, братьев больше нету, мы с батькой к родне подались. Он болеет. Сюда возвращаться боязно, а денег нет. Продайте, хучь за сколько. И себе возьмите часть за труды. Вот все документы.
- Ты, говорят, у немцев служил? В полицаи подался? - пристально глянул на него дед
- Было дело. - хмуро признал он. - Только, бабушку твою я не трогал. Я что, Дину-Злату не знаю, сколько раз она нас дерунами со сметаной кормила. Это её соседи убили, хоть кого спроси.
- А сестру мою, Мате-Риве? А мужа её и детей? А Файвеля? Тоже не трогал? - тихо спросла прабабушка.
- Я ни в кого не стрелял, мамой клянусь, лишь отвозил туда, на телеге. Я же человек подневольный, мне приказали. Думаете я один такой? Ванька Шкабера, к примеру, тоже в полиции служил.
- Он? - вскипел дед
- Да не только он, батька его, дядя Коля, тоже. Всех перечислять устанешь.
- Сейчас ты мне всё расскажешь, как на духу, - свирепо приказал дед и поднял пистолет.
- Ты что, ты что. Не надо. - взмолился Коршунов. И поведал вещи страшные и немыслимые.

В начале июля 41-го был занят Рогачёв (это городок километров 40 от Журавичей), потом через пару недель его освободили. Примерно месяц было тревожно, но спокойно, хоть и власти, можно сказать, не было. Но в августе пришли немцы и начался ад. Как будто страшный вирус напал на людей, и слетели носимые десятилетиями маски. Казалось, кто-то повернул невидимый кран и стало МОЖНО.

Начали с цыган. По правде, на селе их никогда не жаловали. Бабы гадали и тряпки меняли, мужики коней лечили.. Если что-то плохо лежало, запросто могли украсть. Теперь же охотились за ними, как за зверьми, по всей округе. Спрятаться особо было негде, на севере Гомельской области больших лесов или болот нету. Многих уничтожали на месте. Кое-кого привозили в Журавичи, держали в амбаре и расстреляли чуть позже.

Дальше настало время евреев. В Журавичах, как и в многих других деревнях и сёлах Гомельщины, сначала гетто было открытым. Можно было сравнительно свободно передвигаться, но бежать было некуда. В лучшем случае, друзья, знакомые, и соседи равнодушно смотрели на происходящее. А в худшем, превратились в монстров. О помощи даже речь не шла.

Коршунов рассказал, что соседи моей прапрабабушки решили поживиться. Те самые соседи, которых она знала почти 60 лет, с тех пор как вышла замуж и зажила своим домом. Люди, с которыми, казалось бы, жили душа в душу, и при трёх царях, и в страшные годы Гражданской войны и позже, при большевиках. Когда она вышла из дома по делам, среди бела дня они начали выносить её нехитрый скарб. Цена ему копейка в базарный день, но вернувшись и увидев непотребство, конечно, она возмутилась. Её и зарубили на собственном дворе. И подобных случаев было немало.

В полицаи подались многие, особенно те, кто помоложе. Им обещали еду, деньги и барахлишко. Они-то, в основном, и ловили людей по окрестным деревням и хуторам. Осенью всех пойманных и местных согнали в один конец села, а чуть позже вывезли за село, в Больничный лес. Метров за двести от дороги, на опушке, был небольшой овражек, там и свершилось кровавое дело. Немцам даже возиться особо не пришлось, местных добровольцев хватало.

Коршунов закончил свой рассказ. Дед был хмур, уж слишком много знакомых имён Коршунов упомянул. И убитых и убийц.
- Так чего ты к нам пришёл? Чего к своим дружкам за помощью не подался? - спросил прадед.
- Дядя Юдка, так они же сволочи, меня Советам сдадут на раз-два. А если не сдадут, за дом все деньги заберут себе, а то я их не знаю. А вы человек честный. Помогите, мне не к кому податься.
Прадед не успел ответить, вмешался мой дед.
- Убирайся. У меня так и играет всё шлёпнуть тебя прямо сейчас. Но в память о братьях твоих, что честно сражались, и о былой дружбе, дам тебе уйти. На глаза мне больше не попадайся, а то будет худо. Пшёл вон.
- Эх. Не мы такие, жизнь такая, - понуро ответил Коршунов и исчез в ночи.

(К рассказу это почти не относится, но, чтобы поставить точку, расскажу. Коршунов пошёл к знакомым с той же просьбой. Они его и выдали. Был суд. За службу в полиции и прочие грехи он получил десятку плюс три по рогам. Дом конфисковали. Весь срок он не отсидел, по амнистии вышел раньше. В конце 50-х он вернулся в село и стал работать трактористом в колхозе.)

- Что мне с этим делать? - спросил мой дед у отца. - Как вспомню бабушку, Галю, Эдика, и всех остальных, сердце горит. Я должен что-то предпринять.
- Ты должен жить. Жить и помнить о них. Это и будет наша победа. С мерзавцами власть посчитается, на то она и власть. А у тебя свадьба на носу.

После женитьбы дед уехал обратно служить в далёкий Уссурийск и в родное село вернулся лишь через несколько лет, всё недосуг было. В 47-м пытался в академию поступить, в 48-м бабушка была беременна, в 49-м моя мать только родилась, так что попал он обратно в Журавичи лишь в 50-м.

Ожило село, людьми пополнилось. Почти все отстроились. Послевоенной голодухи уже не было (впрочем, в Белоруссии всегда бульба с огорода спасала). Жизнь пошла своим чередом. Как и прежде пацаны купались в реке, девчонки вязали венки из одуванчиков, ходил по утрам пастух, собирая коров на выпас, и по субботам в клубе крутили кино. Только вот когда собирали ландыши, грибы, и землянику, на окраину Больничного леса старались не заходить.

"Вроде всё как всегда, снова небо, опять голубое. Тот же лес, тот же воздух, и та же вода...", но вот на душе у деда было как то муторно. Нет, конечное дело, навестить село, сестёр, которые к тому времени уже повыходили замуж, посмотреть на племяшей и внучку родителям показать было очень приятно и радостно. Только казалось, про страшные дела, что творились совсем недавно, все или позабыли или упорно делают вид, что не хотят вспоминать.

А так отпуск проходил очень хорошо. Отдыхал, помогал по хозяйству родителям, и с удовольствием нянчился с племянниками и моей мамой, ведь служба в Советской Армии далеко не сахар, времени на игры с ребёнком бывало не хватало. Всё замечательно, если бы не сны. Теперь, помимо всего прочего, ночами снилась бабушка, двое дядьёв, двое тётушек, и 5 двоюродных. Казалось, они старались ему что-то сказать, что-то важное, а он всё силился понять их слова.

В один день осенила мысль, и он отправился в сельсовет. Там работало немало знакомых, в том числе бывший квартирант родителей, Цулыгин, который когда-то, в 1941-м, и убедил моих прадеда и прабабушку эвакуироваться. Сам он, во время Войны был в партизанском отряде.
- Я тут подумал, - смущаясь сказал дед. - Ты же знаешь, сколько в нашем селе аидов и цыган убили. Давай памятник поставим. Чтобы помнили.
- Идея неплохая, - ответил ему Цулыгин. - Сейчас, правда, самая горячая пора. Осенью, когда всё подутихнет, обмозгуем, сделаем всё по-людски.

В 51-м семейство снова поехало в отпуск в Журавичи. Отпуск, можно сказать, проходил так же как и в прошлый раз. И снова дед пришёл в сельсовет.
- Как там насчёт памятника? - поинтересовался он.
- Видишь ли, - убедившись что их никто не слышит, пряча взгляд, ответил Цулыгин, - Момент сейчас не совсем правильный. Вся страна ведёт борьбу с агентами Джойнта. Ты пойми, памятник сейчас как бы ни к месту.
- А когда будет к месту?
- Посмотрим. - уклонился от прямого ответа он. - Ты это. Как его. С такими разговорами, особо ни к кому не подходи. Я то всё понимаю, но с другими будь поосторожнее. Сейчас время такое, сложное.

Время и впрямь стало сложное. В пылу борьбы с безродными космополитами, в армии начали копать личные дела, в итоге дедова пятая графа оказалась не совсем та, и его турнули из СА, так и не дав дослужить всего два года до пенсии. В 1953-м семья вернулась в Белоруссию, правда поехали не в Журавичи, а в другое место.

Надо было строить новую жизнь, погоны остались в прошлом. Работа, садик, магазин, школа, вторая дочка. Обыкновенная жизнь обыкновенного человека, с самыми обыкновенными заботами. Но вот сны, они продолжали беспокоить, когда чаще, когда реже, но вот уходить не желали.

В родное село стали ездить почти каждое лето. И каждый раз терзала мысль о том, что сотни людей погибли страшной смертью, а о них не то что не говорят, даже таблички нету. У деда крепко засела мысль, надо чтобы всё-таки памятник поставили, ведь времена, кажется, поменялись.

И он начал ходить с просьбами и писать письма. В райком, в обком, в сельсовет, в местную газету, и т.д. Регулярно и постоянно. Нет, он, конечно, не был подвижником. Естественно, он не посвящал всю жизнь и силы одной цели. Работа школьного учителя, далеко не легка, и если подходить к делу с душой, то требует немало времени. Да и повседневные семейные заботы никто не отменял. И всё же, когда была возможность и время, писал письмо за письмом в разные инстанции и изредка ходил на приёмы к важным и не важным чинушам.

Возможно, будь он крупным учёным, артистом, музыкантом, певцом, или ещё кем-либо, то его бы услышали. Но он был скромный учитель математики, а голоса простых людей редко доходит то ушей власть имущих. Проходил год за годом, письма не находили ответа, приёмы не давали пользы, и даже в тех же Журавичах о событиях 1941-го почти забыли. Кто постарше, многие умерли, разъехались, или просто, не желали прошлое ворошить. А для многих кто помладше, дела лет давно минувших особого интереса не представляли.

Хотя, безусловно, о Войне помнили, не смотря на то, что День Победы был обыкновенный рабочий день. Иногда проводились митинги, говорились правильные речи, но о никаких парадах с бряцаньем оружия и разгоном облаков даже речи не шло. Бывали и съезды ветеранов, дед и сам несколько раз ездил в Смоленск на такие.

На государственном уровне слагались поэмы о героизме советских солдат, ставились монументы, и снимались кино. Чем больше проходило времени, тем больше становилось героев, а вот о погибших за то что у них была неправильная национальность, практически никто и не вспоминал. Фильмы дед смотрел, книги читал, на встречи ездил и... продолжал просить о памятнике в родном селе. Когда он навещал Журавичи летом, некоторые даже хихикали ему вслед (в глаза опасались - задевать напрямую ШИСБровца, хотя и бывшего, было небезопасно). Наверное, его последний бой - бой за памятник - уже нужен был ему самому, ведь в его глазах это было правильно.

Правду говорят, чудеса редко, но случаются. В 1965-м памятник всё-таки поставили. Может к юбилею Победы, может просто время пришло, может кто-то важный разнарядку сверху дал, кто теперь скажет. Ясное дело, это не было нечто огромное и величественное. Унылый серый бетонный обелиск метра 2.5 высотой и несколько уклончивой надписью "Советским Гражданам, расстрелянным немецко-фашистскими захватчиками в годы Великой Отечественной Войны" Это было не совсем то, о чём мечтал дед, без имён, без описания событий, без речей, но главное всё же сбылось. Теперь было нечто, что будет стоять как память для живых о тех, кого нет, и вечный укор тем, кто творил зло. Будет место, куда можно принести букет цветов или положить камешек.

Конечно, я не могу утверждать, что памятник появился именно благодаря его усилиям, но мне хочется верить, что и его толика трудов в этом была. Я видел этот мемориал лет 30 назад, когда был младшеклассником. Не знаю почему, но он мне ярко запомнился. С тех пор, во время разных поездок я побывал в нескольких белорусских деревнях, и нигде подобных памятников не видел. Надеюсь, что они есть. Может, я просто в неправильные деревни заезжал.

Удивительное дело, но после того как обелиск поставили, плохие сны стали сниться деду намного реже, а вскоре почти ушли. В 2015-м в Журавичах поставили новый памятник. Красивый, из красного мрамора, с белыми буквами, со всеми грамотными словами. Хороший памятник. Наверное совпадение, но в том же году деда снова начали одолевать сны, которые он не видел почти 50 лет. Сны, это штука сложная, как их понять???

Вот собственно и всё. Закончу рассказ знаменитым изречением, автора которого я не знаю. Дед никогда не говорил эту фразу, но мне кажется, он ею жил.

"Не бойся врагов - в худшем случае они лишь могут тебя убить. Не бойся друзей - в худшем случае они лишь могут тебя предать. Но бойся равнодушных - они не убивают и не предают, но только с их молчаливого согласия существует на земле предательства и убийства."
Слабоумие и религия

Моя мама очень религиозна. Религиозна в полном смысле слова "очень", доходя до фанатизма. Любые разговоры о религии, противоречащие ее убеждениям встречаются крайне негативно и конфликтно, а упоминания об очевидных противоречиях в христианстве по типу "бог осуждающий и требующий - бог любящий" вызывают в ней негативную бурю и перерастают в громкую ссору.

Прямо сейчас в РПЦ проходит какой-то праздник и она туда собралась. Я присел рядом и стал говорить об опасности собираться в местах с большим скоплением людей. Рассказал о запрете мэра Москвы и президента, о способах распространения вируса в закрытых помещениях, о том, что много церковников уже заразились, что заразились уже свыше сотни людей, посещающих церкви, что сам патриарх рекомендовал людям остаться дома и не ходить в храмы...

Мама: - "ничего страшного, - говорит, - все будет хорошо".

Немного помолчав, я сказал:

- если заразишься ты, то точно заразишь и меня, так как живем мы в одной квартире. Я готов к смерти, а ты готова умереть?

М: - давай не будем о плохом, праздник же.

Я: - ты и другие родственники женщины мне много раз говорили, что вот станешь сам отцом, тогда все поймешь.

М: - к чему ты это?

Я: - к тому, что вот я сейчас представил себя на твоем месте, представил, что мои действия могут поставить под угрозу здоровье и тем более жизнь моего ребенка и у меня даже мысли не возникнет идти туда и рисковать своим ребенком.

После этого она начала кричать, прямо кричать, что я давлю на совесть. "Нет, это простая разумность" - говорил я, но бесполезно. Она собралась и ушла в церковь.

Решил так это не оставлять. Позвонил везде, куда можно по вопросу коронавируса с желанием сделать обращение, чтобы этой церкви запретили собираться, чтобы прямо сейчас разогнали людей по домам. В итоге, футболя меня друг к другу, посоветовали оставить заявление в полицию района. Что я и сделал.

Верно ли я поступил? Считаю - верно! Может мать проклянет меня теперь, но останется жива и здорова.

Только вот внутри меня занозой засел момент о том, что моя мать поставила какого-то бога выше, чем жизнь и здоровье своего собственного сына...
Когда слышу и вижу наших народных депутатов, без устали работающих языком на всяких ток-шоу, дающих интервью газетчикам, выступающих с трибуны Верховной Рады, всякий раз убеждаюсь, что нет у нас в Украине АСТРОНОМОВ.
Это не опечатка. Повторю: нет у нас в Украине астрономов! Чтобы было понятно, о чем речь, перескажу своими словами историю, которую прочитал (не помню где) очень давно и которая впечаталась в мою голову навсегда.
Однажды королева Великобритании посетила Гринвичскую королевскую обсерваторию. Попутно напомню, эта обсерватория знаменита тем, что через неё проходит нулевой меридиан. Во время разговора с директором обсерватории королева поинтересовалась, какая у него зарплата. Когда королева услышала ответ, очень удивилась, что у директора обсерватории такая скромная зарплата. Королева решила, зарплату директору обсерватории следует обязательно повысить и сообщила ему своё мнение. После чего директор упал перед королевой на колени и обратился с просьбой, ни в коем случае этого не делать. Королева спросила:"Почему?". Директор ответил:"ТОГДА ЭТО МЕСТО ЗАЙМЕТ НЕ АСТРОНОМ!"
Верховная Рада Украины, это рассадник коррупции, лицемерия, лжи, интриг. Это сборище людей озабоченных решением личных интересов. Что там делают четыре сотни народных избранников изо дня в день, понять просто невозможно.
Вот такие у нас в Украине народные депутаты - НЕ АСТРОНОМЫ! Очень прискорбно, но это реальный факт.
В середине девяностых в Валенсии, в семье российских эмигрантов, подрастали три дочери: старшая была умница, младшая – тоже умница, а средняя была красавица и спортсменка. Звали красавицу и спортсменку Алиной, и занималась она в школе лёгкой атлетики бегом на самые пыточные дистанции – 800 и 1500 метров. Алинина мама, тоже бывшая спортсменкой до удачного замужества, мотивировала выбор так: «Дочка, если научишься быстро бегать эту проклятую полторашку – в жизни больше не будет страшно ничего».

Так оно и пошло. Старшая и младшая дочери учились, влюблялись, читали на досуге Переса-Реверте и обклеивали спальни постерами с Томом Крузом, средняя – бегала, бегала и бегала. Часовая тренировка с утра, трёхчасовая тренировка после обеда, искусанные в кровь губы и алые от розданных самой себе пощёчин щёки – такая жизнь пугает лишь людей, привыкших лежать на диване, а спортсмены благодаря впрыску дофамина и серотонина быстро втягиваются, да ещё и ищут возможность на досуге, пока никто не видит, пробежать километр-другой. Вскоре старшая и младшая дочери внезапно поняли, что спортсменка командует в доме, решает, на какое кино идти и прогибает под себя волевого отца по ряду вопросов, чего им никогда не удавалось.

Год спустя Алина выиграла чемпионат Валенсии среди юниоров, и тренеры всерьёз задумались, а не подрастает ли в их скромной школе будущая надежда Испании на Олимпийских играх. У Алины была в школе главная конкурентка – местная валенсийка Изабель. Изабель непрерывно ревновала к успехам Алины: «Если б у меня были такие длинные ноги, я бы бегала на три секунды быстрее… И, конечно, старший тренер вьётся вокруг неё, потому что она блондинка... И вообще, надо посмотреть, как эта семейка получила испанские паспорта!»

Когда Алина выиграла чемпионат, а Изабель уступила ей на финише десять метров, испанка после соревнований пришла в раздевалку мириться.
- Забудем обиды, сестричка. Мы столько дряни вместе хлебнули! Давай погуляем в честь окончания сезона, - предложила горячая южная сеньорита.

Алина приняла мирное предложение. Они долго гуляли по прекрасным валенсийским улочкам и, как водится у недавних соперниц, нашли друг у дружки много общего. К вечеру Алина обзавелась и вторым другом: когда девушки зашли поужинать в кафешку, хозяином которой был их общий знакомый, отец ещё одной бегуньи, тот вышел к ним навстречу:
- Уже знаю о вашем успехе, Алина. Импресионанте! Моя собственная дочь никогда не будет так же хороша, как вы или юная Изабель, но, по крайней мере, пусть берёт с вас пример, - испанец откашлялся. - Позвольте преподнести вам подарок. С этого дня и до конца года вы, как чемпионка Валенсии, будете ужинать в моём заведении совершенно бесплатно. Не говорю «можете», но говорю «будете», потому что вы ужасно меня оскорбите, если откажетесь приходить.

- О, я буду только счастлива, - сказала растроганная Алина, протягивая галантному испанцу руку для поцелуя.
Вскоре девушкам подали бесплатный ужин: паэлью и овощной салат. Бегуньи поели, поблагодарили хозяина и расстались в превосходном настроении.

После этого вечера Алина сдержала слово и стала ежедневно наведываться в заведение добродушного испанского сеньора. Он потчевал её пиццей, пастой, кальмаром с соусом тартар, морепродуктами, пирогами, наваристыми, жирными супами, и всегда следил за тем, чтобы она съедала всё до последнего кусочка «за дядю Мигеля».

И всего через три месяца Алина с треском провалилась на юниорском чемпионате Испании, проиграв победительнице тридцать метров, а своей новой подруге Изабель – двадцать пять.

Потом в школе ходили слухи, что сеньорита Изабель сговорилась с владельцем кафе, добрейшим дядей Мигелем, и они смогли лаской и заботой заставить выскочку с берегов Волги набрать роковой для бегуний лишний килограмм. Но такие слухи в прекрасной Испании принято обсуждать шёпотом и посмеиваясь.

Самый смешной анекдот за 07.05:
После эпидемии власти разберутся и накажут виновных:
Население - за то что руки плохо мыли,
Врачей - за то что плохо лечат.
Наградят героев: чиновников и телевизионных мудазвонов.
Рейтинг@Mail.ru