Ежа голой жопой не испугаешь! (Русская народная поговорка)
В армии у всех было много смешных историй, моя служба тоже не исключение.
Строили мы систему на границе с Ираном, лето, жара куча ползущих гадов: гюрзы, скорпионы и фаланги.
Естественно, встречаться с ними никому не хотелось, но они были повсюду.
Поэтому прежде чем утром засунуть ноги в сапоги, необходимо было постучать обувью об пол, и почти всегда оттуда вываливался недовольный скорпион.
Сходить до ветру на природе тоже квест ещё тот, надо было проверить территорию в радиусе пяти метров, чтобы избежать неожиданностей. Но когда прижимало, то некоторые забывали про все эти меры предосторожности.
Законный обед, мы дремлем под деревом, летеха читает увлекательную книжку, идиллия полная.
Тут Мики припекло сходить до ветру. Летеха напомнил ему быть повнимательнее, на что Мики просто махнул рукой и побежал, быстро расстёгивая штаны на ходу.
Понимая, что добежать за скалу он не успевает, присел рядом с тропой, Но, чтобы не загадить её, решил задницей раздвинуть высокую траву и дал залп.
Тут же он почувствовал, что кто-то ужалил его в задницу и затем с шелестом и недовольным шипением уполз в траву.
Идиллию разрушил дикий вопль Мики. Он нёсся со спущенными штанами с криком:
- Гюрза! Помогите!
Сыворотки с собой не было, до заставы три километра.
Летеха встал и посмотрел на задницу Мики, на которой красовались несколько красных точек, потом зачем-то приложил пальцы и измерил расстояние между точками. После этого раздвинул руки в стороны, как рыбак, и сказал:
- Гюрза не меньше метра!
Мики выл и продолжал твердить одну фразу:
- Помогите! Помогите! Сыворотку принесите!
Летеха, почесав затылок, продолжил:
- Нет это точно не гюрза.
Мики немного успокоился, но летеха с серьезным выражением лица продолжал:
- Скорее, это эфа, метра полтора! Сыворотка не поможет, надо срочно отсасывать яд!
Мики повернулся к нам голым задом и заголосил еще сильнее:
- Пацаны! Отсосите! Отсосите!
Все стали шарахаться от Мики, не торопясь отсасывать яд, а он поворачивался то к одному, то к другому, повторяя свою просьбу.
Нам еще деды рассказывали байки, что видели на нашем участке эфу, укус которой - это прямой путь на небо, но летеха нам еще давно объяснил, что самое северное место, где их видели - это Ленкорань, а у нас они не водятся.
Но байка про эфу сильно засела в мозгу у многих.
Мимо прошёл поезд на Ереван, и пассажиры в окнах с удивлением смотрели на картину, где солдатик со спущенными штанами пугает голой жопой других, которые шарахаются от него как от чумы.
Летеха наконец то сжалился над Мики, сказав, чтобы он не переживал, это не змея точно.
Мики с трагическим лицом прекратил скулить, но стоял почему-то так же, со спущенными штанами.
Летеха сказал промыть ранки, после чего взял лопату и пошёл посмотреть на то место, где Мики якобы встретился с гюрзой.
На месте нашлись лишь нора недалеко от тропы и несколько иголок дикобраза, которые он принёс с собой и показал нам.
Мики уже успокоился, натянул штаны и, вытирая слёзы, сказал:
- Ссуки! Нет у меня друзей больше!
Потом взял лопату и пошёл охотиться на дикобраза, повторяя фразу:
- Убью ссуку!
Убивать никого ему не пришлось, потому что испуганный обосранный дикобраз со страху выскочил на рельсы и погиб под колёсами поезда Баку-Ереван.
Летеха глубокомысленно изрёк:
- Не вынес, бедняга, позора! Мики, ты довёл до суицида животинку, тебе её и закапывать.
Мы ржали и катались от смеха, а Мики шипел:
- Ссуки! Бляди! Мудаки!
Мики после этого случая получил погоняло "Отсосити", что хорошо рифмовалось с его именем Митя.
Иглы, которые он подобрал на месте, были бережно отмыты и уложены в дембельский чемодан как память.
А эта история стала байкой и изменила поговорку.
Теперь, когда хотели сказать, что нам не страшны угрозы, говорили:
- Это как дикобраза голой жопой Мики пугать!
Всем хорошего дня!
13.04.2026 г.
Самые смешные истории за 2026 год!
упорядоченные по результатам голосования пользователей
ПОТРЯСЕНИЕ
Леденящую кровь историю поведали мне. Одна добрая дама подобрала кота.
А было так, - только она собралась опустить пакет мусора в мусорку подле дома, как из бака медленно, что перископ, показались голубые глазищи в обрамлении облезлой шерсти цвета апрельского снега на обочинах наших дорог. Глаза взглянули жалобно и издали слабое "Мя… Мя…".
- У. - подсказала женщина и неожиданно для себя, холёной ручкой, за шкирку выудила из бака нечто. Нечто не протестовало, а безвольно повисло и покачивалось на холодном ветру. Беглый осмотр на весу показывал, что кот, несомненно, разменял девятую и последнюю жизнь, да и та вот-вот покинет его жалкое тело.
Мелькнула мысль опустить безнадежного кота обратно, но в глазах животного было "Нет! Нет!! Лучше пристрелите, тётенька, а в тюрьму я больше не вернусь!"
Так у женщины впервые завелось животное системы кот.
С кличкой она определилась сразу, - Рахит, ибо кривые "проволочные" конечности и хвост, да худоба в придачу. С окрасом определилась постепенно, от помывки к помывке: от "Кремовый, вроде…", до - "Вроде, белый…".
Поначалу, когда в дом являлись гости, дабы не пугать их видами кота а-ля "кладбище домашних животных", Рахита с вкусняшками запирали в кладовке, и он не протестовал - нажрётся и спит, горемыка.
Но весьма скоро, комплекс витаминов мяса, рыбы, сметаны, колбасы и уютных шерстяных ковров и горячих радиаторов отопления, сделал своё дело.
Спустя три месяца, кличка Рахит подходила коту, как трико и тяпка завзятого советского огородника профессиональному игроку в гольф или конное поло.
Рахит преобразился в белоснежного, откормленного и весьма сообразительного котяру завидной пушистости и украсил и завершил собой изысканный интерьер богатой квартиры, а хозяйка содрогалась от мысли, что кто-то прежде неё мог забрать с помойки подобного роскошного красавца. Совсем тётка потеряла голову от любви! Кто другой? Если только старуха с косой…
Две вещи - еда, и откуда она берётся, всецело занимали мозг Рахита, ещё вчера едва не отбросившего когти в баке "Для смешанных отходов".
А сейчас кот без памяти влюбился в большой японский холодильник. Да-да! Даже нажравшись от пуза, он подолгу сидел пред распашным агрегатом, ожидая, когда хозяйка его откроет. Это было любимое "кино" Рахита. Бестселлер. Услада измученного сердца странника, обретшего покой.
Из-за распахнутой дверки, вместе с прохладой, видом и ароматами: колбасы, рыбы, сметаны, котлет, курицы, и т.п., на Рахита снисходила кошачья благодать и, округлившиеся глаза разбегались в стороны от картины свалившегося на вчерашнего беспризорника и пристанища блох и паразитов счастья.
Иногда вид многочисленных припасов приводил кота в столь неописуемый восторг, что он бесновался как котёнок.
Однажды Рахит до кровищи атаковал ногу гостя, позволившего себе отворить дверь "храма". А обоссанный ботинок наглеца, намекал не повторять смертельных ошибок, чтобы в другой раз не лишиться того, на что ботинок обувается…
Учёные утверждают, - кошки видят сны чаще человека. Не врут, ибо сдаётся, что Рахиту через день являлись кошмары из голодного занюханного прошлого, - он просыпался как от удара и котопультировался к холодильнику и мяукал, требуя открыть прелесть.
Убедившись, что еда неизменно громоздится на полках, удовлетворённый ревизией, хвостатый "ОБХСС" удалялся восвояси с видом "Всё будет самолёт, сосиски форева!".
Хохотушка и выдумщица хозяйка решила разыграть непосредственное милое животное. Пока Рахит спал, все-все продукты из холодильника перекочевали в шкаф...
Голодный Рахит сидел перед холодильником и мяукал. Весёлая женщина взялась за ручку, Рахит нетерпеливо посеменил лапками и неуловимо улыбнулся встрече с прекрасным. Что произошло потом, женщина вспоминает с содроганием...
Резко открывшийся вид абсолютно голых полок рывком поднял кота стоймя и напрочь отвалил ему челюсть. Вылезшие из орбит глаза сошлись у переносья и норовили развернуться внутрь черепа, чтобы не видеть страшной картины. Взвыв что-то похожее на "Пи.дец!" (как утверждает вполне адекватная хозяйка), Рахит пошатнулся и без чувств рухнул навзничь, воздев конечности.
Офигевшая "шутница" кинулась приводить несчастное фраппированное животное в чувство мольбами и поцелуями, но без толку. Тогда схватила палку отборного сервелата и начала тыкать ему в нос. Рахит очнулся, намертво закогтил, обнял колбасу всем телом и истошно завыл, - истерика, посттравматический синдром...
Рыдающая хозяйка кинулась к шкафу, трясущимися руками давай вертать всё взад, причитая "Вот сосиски, вот мясо, вот сёмга, фарш, Рахит, не плачь, родненький!! Всё на месте, Рахитик!! Ой, дура я, дура! Аа!..".
Кот при виде продуктов одуплился, повеселел, с аппетитом покушал, но от пережитого потрясения один глаз его намертво застрял у переносицы. И хозяйка теперь страшно корит себя за это, и ищет им двоим хорошего офтальмолога, потому что и у неё один глаз стал весьма дёргаться…
© Алексей Болдырев
Леденящую кровь историю поведали мне. Одна добрая дама подобрала кота.
А было так, - только она собралась опустить пакет мусора в мусорку подле дома, как из бака медленно, что перископ, показались голубые глазищи в обрамлении облезлой шерсти цвета апрельского снега на обочинах наших дорог. Глаза взглянули жалобно и издали слабое "Мя… Мя…".
- У. - подсказала женщина и неожиданно для себя, холёной ручкой, за шкирку выудила из бака нечто. Нечто не протестовало, а безвольно повисло и покачивалось на холодном ветру. Беглый осмотр на весу показывал, что кот, несомненно, разменял девятую и последнюю жизнь, да и та вот-вот покинет его жалкое тело.
Мелькнула мысль опустить безнадежного кота обратно, но в глазах животного было "Нет! Нет!! Лучше пристрелите, тётенька, а в тюрьму я больше не вернусь!"
Так у женщины впервые завелось животное системы кот.
С кличкой она определилась сразу, - Рахит, ибо кривые "проволочные" конечности и хвост, да худоба в придачу. С окрасом определилась постепенно, от помывки к помывке: от "Кремовый, вроде…", до - "Вроде, белый…".
Поначалу, когда в дом являлись гости, дабы не пугать их видами кота а-ля "кладбище домашних животных", Рахита с вкусняшками запирали в кладовке, и он не протестовал - нажрётся и спит, горемыка.
Но весьма скоро, комплекс витаминов мяса, рыбы, сметаны, колбасы и уютных шерстяных ковров и горячих радиаторов отопления, сделал своё дело.
Спустя три месяца, кличка Рахит подходила коту, как трико и тяпка завзятого советского огородника профессиональному игроку в гольф или конное поло.
Рахит преобразился в белоснежного, откормленного и весьма сообразительного котяру завидной пушистости и украсил и завершил собой изысканный интерьер богатой квартиры, а хозяйка содрогалась от мысли, что кто-то прежде неё мог забрать с помойки подобного роскошного красавца. Совсем тётка потеряла голову от любви! Кто другой? Если только старуха с косой…
Две вещи - еда, и откуда она берётся, всецело занимали мозг Рахита, ещё вчера едва не отбросившего когти в баке "Для смешанных отходов".
А сейчас кот без памяти влюбился в большой японский холодильник. Да-да! Даже нажравшись от пуза, он подолгу сидел пред распашным агрегатом, ожидая, когда хозяйка его откроет. Это было любимое "кино" Рахита. Бестселлер. Услада измученного сердца странника, обретшего покой.
Из-за распахнутой дверки, вместе с прохладой, видом и ароматами: колбасы, рыбы, сметаны, котлет, курицы, и т.п., на Рахита снисходила кошачья благодать и, округлившиеся глаза разбегались в стороны от картины свалившегося на вчерашнего беспризорника и пристанища блох и паразитов счастья.
Иногда вид многочисленных припасов приводил кота в столь неописуемый восторг, что он бесновался как котёнок.
Однажды Рахит до кровищи атаковал ногу гостя, позволившего себе отворить дверь "храма". А обоссанный ботинок наглеца, намекал не повторять смертельных ошибок, чтобы в другой раз не лишиться того, на что ботинок обувается…
Учёные утверждают, - кошки видят сны чаще человека. Не врут, ибо сдаётся, что Рахиту через день являлись кошмары из голодного занюханного прошлого, - он просыпался как от удара и котопультировался к холодильнику и мяукал, требуя открыть прелесть.
Убедившись, что еда неизменно громоздится на полках, удовлетворённый ревизией, хвостатый "ОБХСС" удалялся восвояси с видом "Всё будет самолёт, сосиски форева!".
Хохотушка и выдумщица хозяйка решила разыграть непосредственное милое животное. Пока Рахит спал, все-все продукты из холодильника перекочевали в шкаф...
Голодный Рахит сидел перед холодильником и мяукал. Весёлая женщина взялась за ручку, Рахит нетерпеливо посеменил лапками и неуловимо улыбнулся встрече с прекрасным. Что произошло потом, женщина вспоминает с содроганием...
Резко открывшийся вид абсолютно голых полок рывком поднял кота стоймя и напрочь отвалил ему челюсть. Вылезшие из орбит глаза сошлись у переносья и норовили развернуться внутрь черепа, чтобы не видеть страшной картины. Взвыв что-то похожее на "Пи.дец!" (как утверждает вполне адекватная хозяйка), Рахит пошатнулся и без чувств рухнул навзничь, воздев конечности.
Офигевшая "шутница" кинулась приводить несчастное фраппированное животное в чувство мольбами и поцелуями, но без толку. Тогда схватила палку отборного сервелата и начала тыкать ему в нос. Рахит очнулся, намертво закогтил, обнял колбасу всем телом и истошно завыл, - истерика, посттравматический синдром...
Рыдающая хозяйка кинулась к шкафу, трясущимися руками давай вертать всё взад, причитая "Вот сосиски, вот мясо, вот сёмга, фарш, Рахит, не плачь, родненький!! Всё на месте, Рахитик!! Ой, дура я, дура! Аа!..".
Кот при виде продуктов одуплился, повеселел, с аппетитом покушал, но от пережитого потрясения один глаз его намертво застрял у переносицы. И хозяйка теперь страшно корит себя за это, и ищет им двоим хорошего офтальмолога, потому что и у неё один глаз стал весьма дёргаться…
© Алексей Болдырев
Почему первый и второй пилоты всегда в полете едят разную еду?
3 февраля 1975 года. «Боинг» 747, Japan Air Lines, летит из Токио в Париж через Анкоридж. 344 пассажира, обычный рейс.
После Анкориджа раздали завтрак. В передней части салона — омлеты с ветчиной. Стандартная бортовая еда, ничего подозрительного.
Через час начался ад.
Одному плохо, второму, десятому. Через двадцать минут в проходах очереди в туалеты, людей тошнит, кого-то скручивает прямо в кресле, бортпроводники носятся с пакетами. Туалетов на 747-м больше десяти штук — не хватало.
Сели в Копенгагене — от трапа увезли 142 человека на скорых. Всего слегло 196 из 344. Больше половины борта.
Самое массовое пищевое отравление в истории авиации.
Пилоты при этом чувствовали себя отлично. Им просто повезло.
Разобрались быстро. Омлеты готовили в кейтеринге в Анкоридже. Один из поваров нарезал ветчину с гнойными ранками на руках. Заклеил пластырем, вышел на смену.
Из ранок в ветчину попал золотистый стафилококк. Дальше готовые омлеты простояли при комнатной температуре 14 часов, потом их засунули в холодильник на 10 градусов. Бактерия размножилась и наделала токсина. А стафилококковый токсин термостабильный разогревом его не убьёшь.
Этот повар сделал 220 порций. Из тех, кто съел его омлеты, заболели 86%.
А у пилотов внутренние часы были на аляскинском времени, и когда пассажирам раздавали завтрак, пилотам хотелось ужинать. Взяли стейки. Просто не было настроения на омлет, это их спасло.
Никакого правила «есть разную еду» тогда не было. Чистое везение.
Менеджер кейтеринга JAL, 52-летний Кэндзи Кувабара, узнав, что произошло, покончил с собой.
Откуда взялось правило
Расследование вёл аляскинский эпидемиолог Маки Айзенберг. Он потом опубликовал статью в The Lancet и предложил элементарную вещь: пусть командир и второй пилот едят разные блюда. Если одно отравлено — второй здоров и сажает машину.
Japan Air Lines внедрили первыми, остальные подтянулись.
Прикол в том, что FAA — американский авиарегулятор до сих пор не сделала это обязательным требованием. Формально это внутренняя политика авиакомпаний. Но после 1975-го её приняли практически все.
Пудинг над Атлантикой
Через семь лет случилось ровно то, чего боялись.
Август 1982, рейс из Бостона в Лиссабон. В экипаже десять человек. Восемь съели тапиоковый пудинг — включая командира, второго пилота и бортинженера. То есть всех, кто управляет самолётом.
Через несколько часов все восемь лежат. Рвота, спазмы, работать невозможно.
Кто за штурвалом? Второй пилот, который просто не захотел сладкого.
Опять повезло.
Как это работает на практике
Для экипажа на борт грузят отдельное меню — crew meals. Несколько вариантов. Командир берёт одно, я другое. Где-то командиру дают блюдо из первого класса, второму пилоту — из бизнеса. Есть негласная штука: нормальный командир даёт второму выбрать первым.
Бортпроводников это не касается — их много, если один выпадет, остальные вытянут. С нами другая математика: нас двое.
Многие ребята вообще не трогают бортовую еду. Берут контейнер из дома. Сам готовил, знаешь что внутри, никаких сюрпризов. Я тоже так делаю, когда есть возможность.
Суши, сырая рыба, устрицы — перед рейсом лучше не надо. Отравление моллюсками накрывает через 4-6 часов. Если в этот момент ты на эшелоне, а до ближайшей полосы полчаса — ну, сами понимаете.
«Аэроплан!»
Кстати, помните комедию «Аэроплан!» 1980 года?
Почему пилоты едят разную еду?
Там оба пилота и полсалона травятся рыбой, а самолёт сажает мужик с трясущимися руками.
Так вот, фильм вышел за два года до случая с пудингом. Сценаристы пародировали старый фильм «Нулевой час!» 1957 года, где тоже пилоты выходят из строя из-за еды. Голливуд дважды обыграл этот сюжет как абсурд. А оно дважды произошло в реальности.
В общем, в авиации вообще полно таких штук. Простые правила, которые можно объяснить за полминуты, а за каждым конкретная история.
3 февраля 1975 года. «Боинг» 747, Japan Air Lines, летит из Токио в Париж через Анкоридж. 344 пассажира, обычный рейс.
После Анкориджа раздали завтрак. В передней части салона — омлеты с ветчиной. Стандартная бортовая еда, ничего подозрительного.
Через час начался ад.
Одному плохо, второму, десятому. Через двадцать минут в проходах очереди в туалеты, людей тошнит, кого-то скручивает прямо в кресле, бортпроводники носятся с пакетами. Туалетов на 747-м больше десяти штук — не хватало.
Сели в Копенгагене — от трапа увезли 142 человека на скорых. Всего слегло 196 из 344. Больше половины борта.
Самое массовое пищевое отравление в истории авиации.
Пилоты при этом чувствовали себя отлично. Им просто повезло.
Разобрались быстро. Омлеты готовили в кейтеринге в Анкоридже. Один из поваров нарезал ветчину с гнойными ранками на руках. Заклеил пластырем, вышел на смену.
Из ранок в ветчину попал золотистый стафилококк. Дальше готовые омлеты простояли при комнатной температуре 14 часов, потом их засунули в холодильник на 10 градусов. Бактерия размножилась и наделала токсина. А стафилококковый токсин термостабильный разогревом его не убьёшь.
Этот повар сделал 220 порций. Из тех, кто съел его омлеты, заболели 86%.
А у пилотов внутренние часы были на аляскинском времени, и когда пассажирам раздавали завтрак, пилотам хотелось ужинать. Взяли стейки. Просто не было настроения на омлет, это их спасло.
Никакого правила «есть разную еду» тогда не было. Чистое везение.
Менеджер кейтеринга JAL, 52-летний Кэндзи Кувабара, узнав, что произошло, покончил с собой.
Откуда взялось правило
Расследование вёл аляскинский эпидемиолог Маки Айзенберг. Он потом опубликовал статью в The Lancet и предложил элементарную вещь: пусть командир и второй пилот едят разные блюда. Если одно отравлено — второй здоров и сажает машину.
Japan Air Lines внедрили первыми, остальные подтянулись.
Прикол в том, что FAA — американский авиарегулятор до сих пор не сделала это обязательным требованием. Формально это внутренняя политика авиакомпаний. Но после 1975-го её приняли практически все.
Пудинг над Атлантикой
Через семь лет случилось ровно то, чего боялись.
Август 1982, рейс из Бостона в Лиссабон. В экипаже десять человек. Восемь съели тапиоковый пудинг — включая командира, второго пилота и бортинженера. То есть всех, кто управляет самолётом.
Через несколько часов все восемь лежат. Рвота, спазмы, работать невозможно.
Кто за штурвалом? Второй пилот, который просто не захотел сладкого.
Опять повезло.
Как это работает на практике
Для экипажа на борт грузят отдельное меню — crew meals. Несколько вариантов. Командир берёт одно, я другое. Где-то командиру дают блюдо из первого класса, второму пилоту — из бизнеса. Есть негласная штука: нормальный командир даёт второму выбрать первым.
Бортпроводников это не касается — их много, если один выпадет, остальные вытянут. С нами другая математика: нас двое.
Многие ребята вообще не трогают бортовую еду. Берут контейнер из дома. Сам готовил, знаешь что внутри, никаких сюрпризов. Я тоже так делаю, когда есть возможность.
Суши, сырая рыба, устрицы — перед рейсом лучше не надо. Отравление моллюсками накрывает через 4-6 часов. Если в этот момент ты на эшелоне, а до ближайшей полосы полчаса — ну, сами понимаете.
«Аэроплан!»
Кстати, помните комедию «Аэроплан!» 1980 года?
Почему пилоты едят разную еду?
Там оба пилота и полсалона травятся рыбой, а самолёт сажает мужик с трясущимися руками.
Так вот, фильм вышел за два года до случая с пудингом. Сценаристы пародировали старый фильм «Нулевой час!» 1957 года, где тоже пилоты выходят из строя из-за еды. Голливуд дважды обыграл этот сюжет как абсурд. А оно дважды произошло в реальности.
В общем, в авиации вообще полно таких штук. Простые правила, которые можно объяснить за полминуты, а за каждым конкретная история.
Я работаю на заводе. Иногда нам по разнарядке сверху присылают стажеров. Не будем кривить душой, никто их не хочет и не ищет, но государство обязало брать определенное колличество студентов техникумов и ПТУ на стажировку.
С наладчиками и механиками все просто: выдали синий комбинезон и каску, сказали не стоять под стрелой и отправили в цех. Дальше уже пусть начальник цеха думает, как и чем их занять. Чаще всего им поручают интеллектуальную работу типа убрать ветошь, засыпать масло на полу опилками или самым смышленным принести со склада какую-то мелочь. К станкам их близко не подпускают. Сварщикам проще, иногда им дают обрезки варить для тренировки.
Хуже с девочками из модных экономических лицеев. Куда их деть??
Пару лет назад мне страшно не повезло. Партия в лице директора сказала «Надо» и я была вынуждена ответить «Есть!». Так в моей жизни появилось блондинистое чудо по имени Элеонора. Описать ее сложно... Больше всего она напоминала собой садового гнома с угрюмой мордой. Активность на уровне цементной статуи, тот же интерес к жизни и позитив, как у недовольного гнома после смены в шахте. Я не про работу, а про жизнь в целом. Из плюсов: с такой активностью вреда она не могла причинить.
В первые дни я я пыталась рассказать про модели оборудования, но она отвечала, что это ей не надо. Несколько раз предлагала написать что-то вместе клиенту, но она говорила, что не любит английский. Еще она говорила, что не любит математику, итальянский, географию и школу вообще. Иногда я интересовалась, какую музыку она слушает, но и музыка ей тоже не нравилась. И спортзал ей не нравился, там скучно. И горы не нравились, потому что там клещи и змеи. И море не нравилось, там песок и жарко. Больше вопросов я не задавала.
Дней 5-6 я честно старалась хоть как-то вовлечь ее в работу, но видя полное отсутствие интереса с ее стороны, я просто забила болт. Иногда она мне делала ксерокопии, изредко даже с успехом, но не всегда. Один раз запустила пачку листов со скрепкой, они застряли и помялись, после этого она отказалась делать и ксерокопии. Так и жили. Приходили на работу, я работала, она пила кофе, тяжело вздыхала, смотрела в окно и иногда слушала мои телефонные разговоры, а потом спрашивала «На каком языке вы сейчас говорили?». Сами понимаете, английский и русский очень похожи, легко перепутать.
Все в этой жизни заканчивается, закончились и наши взаимные мучения. В последний день Элеонора принесла мне на подпись свой дневник практики и попросила написать характеристику в школу. Дневник практики занимал от силы строчек 10, его я подписала не глядя. Ну а характеристика? Пусть благодарит моего сына, он сказал не портить аттестат дурочке, ее из-за двойки по практике могут на второй год оставить, и тогда через год будет мне «на колу мочало, начинай сначала».
Я отказалась раз и навсегда брать стажеров, но партия в очередной раз сказала «Надо!» и я опять вынужденно ответила «Есть!». К счастью, в тот раз мне досталась Кьяра - очень толковая и умненькая девочка, которая как губка впитывала любую информацию. Потом был мальчик Лоренцо - немного леноватый, но тоже умный, способный и с искрометным чувством юмора. Я им написала хорошие характеристики, ребята старались и заслужили хорошую оценку. К концу практики мне было очень жаль расставаться с ними, может через несколько лет опять увидимся, сейчас они учатся в университете.
С тех пор прошло 3 года... Пару дней назад, загадочно улыбаясь, коллега из отдела кадров (не люблю я слово эйчар) сказала, что агентство по поиску персонала рекомендовало ей одного человека, хотят взять сотрудника мне в помощь. Среднее экономическое образование, английский- очень хороший, технически подкована, очень способная и живет тут рядом, не будет опаздывать... С фотографии на меня смотрела Элеонора. Кадровичка еле сдерживала смех.
К сожалению, Элеонора оставила о себе неизгладимое впечатление, поэтому мы вынуждены были отказать. Меня лично только интересует вопрос, выучила ли она «Ландон из зе кепитал оф Грейт Британ» или до сих пор на уровне «зе пен из он зе тейбл», все-таки агентство сказало, что хороший английский.
С наладчиками и механиками все просто: выдали синий комбинезон и каску, сказали не стоять под стрелой и отправили в цех. Дальше уже пусть начальник цеха думает, как и чем их занять. Чаще всего им поручают интеллектуальную работу типа убрать ветошь, засыпать масло на полу опилками или самым смышленным принести со склада какую-то мелочь. К станкам их близко не подпускают. Сварщикам проще, иногда им дают обрезки варить для тренировки.
Хуже с девочками из модных экономических лицеев. Куда их деть??
Пару лет назад мне страшно не повезло. Партия в лице директора сказала «Надо» и я была вынуждена ответить «Есть!». Так в моей жизни появилось блондинистое чудо по имени Элеонора. Описать ее сложно... Больше всего она напоминала собой садового гнома с угрюмой мордой. Активность на уровне цементной статуи, тот же интерес к жизни и позитив, как у недовольного гнома после смены в шахте. Я не про работу, а про жизнь в целом. Из плюсов: с такой активностью вреда она не могла причинить.
В первые дни я я пыталась рассказать про модели оборудования, но она отвечала, что это ей не надо. Несколько раз предлагала написать что-то вместе клиенту, но она говорила, что не любит английский. Еще она говорила, что не любит математику, итальянский, географию и школу вообще. Иногда я интересовалась, какую музыку она слушает, но и музыка ей тоже не нравилась. И спортзал ей не нравился, там скучно. И горы не нравились, потому что там клещи и змеи. И море не нравилось, там песок и жарко. Больше вопросов я не задавала.
Дней 5-6 я честно старалась хоть как-то вовлечь ее в работу, но видя полное отсутствие интереса с ее стороны, я просто забила болт. Иногда она мне делала ксерокопии, изредко даже с успехом, но не всегда. Один раз запустила пачку листов со скрепкой, они застряли и помялись, после этого она отказалась делать и ксерокопии. Так и жили. Приходили на работу, я работала, она пила кофе, тяжело вздыхала, смотрела в окно и иногда слушала мои телефонные разговоры, а потом спрашивала «На каком языке вы сейчас говорили?». Сами понимаете, английский и русский очень похожи, легко перепутать.
Все в этой жизни заканчивается, закончились и наши взаимные мучения. В последний день Элеонора принесла мне на подпись свой дневник практики и попросила написать характеристику в школу. Дневник практики занимал от силы строчек 10, его я подписала не глядя. Ну а характеристика? Пусть благодарит моего сына, он сказал не портить аттестат дурочке, ее из-за двойки по практике могут на второй год оставить, и тогда через год будет мне «на колу мочало, начинай сначала».
Я отказалась раз и навсегда брать стажеров, но партия в очередной раз сказала «Надо!» и я опять вынужденно ответила «Есть!». К счастью, в тот раз мне досталась Кьяра - очень толковая и умненькая девочка, которая как губка впитывала любую информацию. Потом был мальчик Лоренцо - немного леноватый, но тоже умный, способный и с искрометным чувством юмора. Я им написала хорошие характеристики, ребята старались и заслужили хорошую оценку. К концу практики мне было очень жаль расставаться с ними, может через несколько лет опять увидимся, сейчас они учатся в университете.
С тех пор прошло 3 года... Пару дней назад, загадочно улыбаясь, коллега из отдела кадров (не люблю я слово эйчар) сказала, что агентство по поиску персонала рекомендовало ей одного человека, хотят взять сотрудника мне в помощь. Среднее экономическое образование, английский- очень хороший, технически подкована, очень способная и живет тут рядом, не будет опаздывать... С фотографии на меня смотрела Элеонора. Кадровичка еле сдерживала смех.
К сожалению, Элеонора оставила о себе неизгладимое впечатление, поэтому мы вынуждены были отказать. Меня лично только интересует вопрос, выучила ли она «Ландон из зе кепитал оф Грейт Британ» или до сих пор на уровне «зе пен из он зе тейбл», все-таки агентство сказало, что хороший английский.
Послать донат автору/рассказчику
Широкая кость.
В детстве я была очень полной девочкой (еще и выше сверстников на полголовы), и часто слышала, как взрослые, глядя на меня говорили: «У нее просто широкая кость», а я, смотря на свои запястья, пыталась понять за что природа так щедро меня наградила. В этом была какая-то злая насмешка судьбы еще и потому, что я очень хотела стать балериной.. Я рисовала балерин постоянно, не могу сказать, что это было красиво, но от души, поэтому количество рисунков переваливало за пару сотен. Когда я рассказала тете, как я в пуантах и белой пачке буду порхать по сцене, она посмотрела на меня скептически и ответила: «Деточка, с твоим весом можно идти только в тяжелую атлетику!!!», навсегда поставив крест на моей карьере в Большом театре. (Ее можно простить, ей было года 23).
Я очень грустила и страшно завидовала миниатюрным тоненьким девочкам: они казались мне воплощением красоты и изящества. А я на фоне остальных детей отличалась здоровым (нет, здоровенным) румянцем и отменным аппетитом. Меня всегда сажали за стол с теми детишками, которые плохо ели. Я быстро съедала свою порцию, и они, видимо, испугавшись, что я сейчас начну есть из их тарелки, начинали уминать за обе щеки. У моих родных никогда не возникало проблемы меня накормить, возникала другая – отобрать у меня еду). Взрослые все время норовили ущипнуть меня за щеку, что мне, категорически, не нравилось: очень неприятно, когда посторонние люди бесцеремонно тебя трогают)
Как-то мы праздновали Новый год в детском саду, воспитательница сказала, что все девочки будут снежинками. Я очень обрадовалась! Это же, практически, балерина: такая же легкая и воздушная! Я сказала маме, что буду снежинкой и мне срочно нужно что-то белое и невесомое, хотя бы марля). Но и этой мечте не суждено было сбыться! Воспитательница позвала меня и сказала, что я буду играть МЕДВЕДЯ!!!! (у меня была тяжелая коричневая шуба и по габаритам я превосходила всех детей в группе. Да что там в группе! Во всем детском саду!) Я расплакалась и сказала, что хотела быть снежинкой. Воспитательница посмотрела на меня с жалостью и ответила, что я могла бы быть снеговиком, но он по сценарию не предусмотрен. А медведь – роль почетная и нужная, и лучше всяких снежинок. Ну и, как обычно, что-то сильно давящее на детскую психику (со мной всегда срабатывало), типа: «Ты не можешь подвести детский сад, мы так на тебя надеемся.. все будут смотреть на тебя и думать, что ты лучший медведь.. весь детский сад, да что там детский сад – вся страна будет гордиться тобой! Ты же не можешь подвести страну» ))). (Преувеличиваю, конечно, по поводу страны: ограничились поселком)))…
И стояла я рядом с елкой в тяжеленной коричневой шубе, обливаясь потом, красная, как рак, едва сдерживая слезы, а вокруг кружились воздушные снежинки, лишний раз доказывая мне всю нелепость моих мечтаний.) Справедливости ради, надо сказать, что Дед Мороз тоже потел, но ему, хотя бы, не хотелось быть снежинкой, а хотелось, чтобы это просто побыстрее закончилось – а вот в этом мы с ним были солидарны). Этого медведя я запомнила на всю жизнь!)))
Потом была секция фигурного катания, где я всегда занимала почетное последнее место, потому что не могла сделать «пистолетик»: попа перевешивала, и я падала. Потом были бальные танцы, где у меня никогда не было партнера, потому что все они смотрелись со мной, как первоклассники с девушкой из старшей школы. В общем, я очень хотела полюбить спорт, но он не отвечал мне взаимностью, поэтому из любви этой в то время так ничего и не вышло)
Но видимо, мечтать все же надо, потому что годам к 15-ти меня по росту перегнали почти все мои одноклассницы, а к 25-ти я стала, практически, такой, какой очень хотела быть в детстве (сильно заболела и похудела), хотя в балет идти было, конечно, уже поздно. Широкая кость оказалась не такой уж широкой, а совсем обычной)
Так что мечтайте, обязательно мечтайте и поддерживайте своих детей в их мечтах, даже, если вам кажется, что они никогда не смогут осуществиться! Чудеса ведь никто не отменял)
Всех девушек с наступающим праздником!
И традиционно – всем добра и "сбычи мечт"!))
P.S. Для наглядности поставила детское фото на аватарку)
В детстве я была очень полной девочкой (еще и выше сверстников на полголовы), и часто слышала, как взрослые, глядя на меня говорили: «У нее просто широкая кость», а я, смотря на свои запястья, пыталась понять за что природа так щедро меня наградила. В этом была какая-то злая насмешка судьбы еще и потому, что я очень хотела стать балериной.. Я рисовала балерин постоянно, не могу сказать, что это было красиво, но от души, поэтому количество рисунков переваливало за пару сотен. Когда я рассказала тете, как я в пуантах и белой пачке буду порхать по сцене, она посмотрела на меня скептически и ответила: «Деточка, с твоим весом можно идти только в тяжелую атлетику!!!», навсегда поставив крест на моей карьере в Большом театре. (Ее можно простить, ей было года 23).
Я очень грустила и страшно завидовала миниатюрным тоненьким девочкам: они казались мне воплощением красоты и изящества. А я на фоне остальных детей отличалась здоровым (нет, здоровенным) румянцем и отменным аппетитом. Меня всегда сажали за стол с теми детишками, которые плохо ели. Я быстро съедала свою порцию, и они, видимо, испугавшись, что я сейчас начну есть из их тарелки, начинали уминать за обе щеки. У моих родных никогда не возникало проблемы меня накормить, возникала другая – отобрать у меня еду). Взрослые все время норовили ущипнуть меня за щеку, что мне, категорически, не нравилось: очень неприятно, когда посторонние люди бесцеремонно тебя трогают)
Как-то мы праздновали Новый год в детском саду, воспитательница сказала, что все девочки будут снежинками. Я очень обрадовалась! Это же, практически, балерина: такая же легкая и воздушная! Я сказала маме, что буду снежинкой и мне срочно нужно что-то белое и невесомое, хотя бы марля). Но и этой мечте не суждено было сбыться! Воспитательница позвала меня и сказала, что я буду играть МЕДВЕДЯ!!!! (у меня была тяжелая коричневая шуба и по габаритам я превосходила всех детей в группе. Да что там в группе! Во всем детском саду!) Я расплакалась и сказала, что хотела быть снежинкой. Воспитательница посмотрела на меня с жалостью и ответила, что я могла бы быть снеговиком, но он по сценарию не предусмотрен. А медведь – роль почетная и нужная, и лучше всяких снежинок. Ну и, как обычно, что-то сильно давящее на детскую психику (со мной всегда срабатывало), типа: «Ты не можешь подвести детский сад, мы так на тебя надеемся.. все будут смотреть на тебя и думать, что ты лучший медведь.. весь детский сад, да что там детский сад – вся страна будет гордиться тобой! Ты же не можешь подвести страну» ))). (Преувеличиваю, конечно, по поводу страны: ограничились поселком)))…
И стояла я рядом с елкой в тяжеленной коричневой шубе, обливаясь потом, красная, как рак, едва сдерживая слезы, а вокруг кружились воздушные снежинки, лишний раз доказывая мне всю нелепость моих мечтаний.) Справедливости ради, надо сказать, что Дед Мороз тоже потел, но ему, хотя бы, не хотелось быть снежинкой, а хотелось, чтобы это просто побыстрее закончилось – а вот в этом мы с ним были солидарны). Этого медведя я запомнила на всю жизнь!)))
Потом была секция фигурного катания, где я всегда занимала почетное последнее место, потому что не могла сделать «пистолетик»: попа перевешивала, и я падала. Потом были бальные танцы, где у меня никогда не было партнера, потому что все они смотрелись со мной, как первоклассники с девушкой из старшей школы. В общем, я очень хотела полюбить спорт, но он не отвечал мне взаимностью, поэтому из любви этой в то время так ничего и не вышло)
Но видимо, мечтать все же надо, потому что годам к 15-ти меня по росту перегнали почти все мои одноклассницы, а к 25-ти я стала, практически, такой, какой очень хотела быть в детстве (сильно заболела и похудела), хотя в балет идти было, конечно, уже поздно. Широкая кость оказалась не такой уж широкой, а совсем обычной)
Так что мечтайте, обязательно мечтайте и поддерживайте своих детей в их мечтах, даже, если вам кажется, что они никогда не смогут осуществиться! Чудеса ведь никто не отменял)
Всех девушек с наступающим праздником!
И традиционно – всем добра и "сбычи мечт"!))
P.S. Для наглядности поставила детское фото на аватарку)
Не моё. Длинно. Есть риск описаться в ходе прочтения. Но - шедеврально.
Тактическое применение эксгибиционизма в условиях горного рельефа или Баллистика страсти старшего матроса Мамедова
Серия Флотские байки
Если народная мудрость гласит, что бодливой корове Бог рогов не дает, то можно смело утверждать: когда дело дошло до раздачи иных физиологических преимуществ, Всевышний был в исключительно философском настроении и решил поставить на флоте жестокий, но весьма наглядный эксперимент.
О чем думали родители товарища Мамедова, когда нарекали его Исхагом, науке доподлинно неизвестно. Возможно, о высоком и вечном. Но фонетика — дама бессердечная, а в суровых северных широтах она еще и цинична. Имя это мгновенно и безвозвратно мутировало в созвучное «Ишак». Как вы яхту назовете, так она и поплывет. В случае с Мамедовым яхта поплыла строго по заданному курсу — курсу трудолюбивого, феноменально упрямого и перманентно похотливого непарнокопытного. Эволюция обычно держит тонкий баланс между размером агрегата и объемом головного мозга, но здесь чаша весов с интеллектом с грохотом улетела в стратосферу.
Сам Исхаг, надувая щеки, гордо бил себя в грудь и заявлял, что прибыл прямиком из Баку. Но пара его земляков, настоящих столичных бакинцев, услышав это, лишь брезгливо кривились. Они авторитетно клялись здоровьем своих матушек, что до родного аула Исхага от бакинских огней нужно скакать на перекладных ослах километров триста. «Колхозник», — коротко и безжалостно резюмировали они.
Как этот спецпроект матушки-природы, чудом миновал выбраковку, никто не знает. Я до сих пор, когда не спится, смотрю в подволок и мучаюсь экзистенциальным вопросом: как, через какие фильтры и медицинские турникеты этот сын гор просочился на атомный флот? Медкомиссия в его райцентре, видимо, руководствовалась одним критерием: если при ударе молоточком по колену пациент не кусает врача, значит — годен к строевой. Писать наш Исхаг умел условно, читать — со словарем и большими паузами на отдых, и то, только азербайджанско-талышские тексты, а таблица умножения для него вообще являлась высшей эзотерикой, недоступной пониманию смертных. Пытаться объяснить ему, сколько будет семью восемь, было всё равно что читать лекцию по квантовой механики табуретке. И вот это дитя природы Родина радостно забрила и отправила охранять ядерные рубежи.
Исхаг не отрицал. По-русски он изъяснялся так, словно каждый падеж причинял ему невыносимую физическую боль, а служить его Родина отправила в самое унылое место, какое только могла родить военно-морская мысль — на консервации. Там, где у пирсов ржавели мертвые корабли да подлодки, из которых давно вытряхнули душу. Жили “консерваторы” в казарме на берегу, и маршрут Исхага представлял собой унылый ежедневный маятник: утром пятьдесят минут по сопкам пешком на свои «консервные банки», вечером — обратно в казарму.
Истинная природа его прозвища раскрылась в первый же банный день. Когда Исхаг стянул робу и предстал перед личным составом в чем мать родила, в моечном отделении повисла звенящая тишина. Между ног у этого невысокого, сутуловатого парня болтался агрегат такого стратегического калибра, что стоять с ним рядом у соседней шайки было банально страшно. ОНО свисало у колен, и было диаметром с консервную банку (и это в спящем режиме гибернации!). Казалось, при резком повороте туловища он нанесет соседу черепно-мозговую травму, несовместимую с дальнейшим несением службы.
А тогда, в казарме бербазы, он был звездой. А время-то какое стояло! Эпоха великого культурного прозрения, когда рушились запреты. До советского народа как раз докатились четыре главных шедевра кинематографа: «Новые Амазонки», «Команда-33», «Маленькая Вера» и, прости Господи, «Интердевочка». Видак крутили до расплавления видеоголовок. Для изголодавшегося матросского организма это был не просто кинематограф, это было окно в плотский рай. Но как смотрел эти фильмы Исхаг! Это надо было видеть. Если для остальных срочников это был просто повод поржать и вспомнить гражданку, то для него — чистое, незамутненное религиозное откровение.
Особенно те самые моменты. Ну, вы понимаете. С обнаженной натурой. Когда на пузатом экране появлялась женская грудь, Исхаг замирал. Он кричал, просил поставить на паузу, и переставал дышать. Его глаза, обычно выражавшие лишь легкую тоску по домашней еде, расширялись до размеров суповых тарелок. Ради него, исключительно из гуманистических соображений и спортивного интереса, кассету перематывали назад. Раз по двадцать. Пленка уже скрипела и сыпалась, экран шел полосами, а Мамедов сидел, вцепившись в банку, и с благоговейным придыханием, как заклинание, повторял одну и ту же фразу: «Баба голая... баба голая...». Народ вокруг лежал вповалку, ржал до колик в животе, а Исхаку было глубоко наплевать на насмешки. Он пребывал в нирване. Он познавал искусство.
Как вы уже поняли, с физиологией у него были связаны самые яркие моменты службы. Банный день на флоте — это святое. Шум, пар, хлорка, звон шаек и скользкий кафель. Был у них на базе один кадр, Сержио Сириченко. Парень с неиссякаемым запасом дури и таким специфическим юмором, за который на гражданке бьют монтировкой, а на флоте — искренне уважают.
Заваливает как-то Сирич в моечное отделение. Пар коромыслом. А под лейкой стоит наш Исхаг, весь в мыле, щурится, башку намыливает, фыркает от удовольствия. Сирич подходит, шлепает босыми ногами по лужам. Исхаг, протирая глаза от пены, радостно выдает:
— Здорово, Сирич!
— Здорово, Мамедушка! — отвечает Серега с интонацией английского лорда.
И вместо того, чтобы по-пролетарски пожать протянутую мокрую руку, Сириченко делает резкий выпад вниз, намертво хватает Мамедова за его главное мужское достоинство и от души, по-братски так, трясет.
Исхаг взвыл. Это был крик раненого марала, помноженный на акустику кафельного помещения. Он мгновенно присел на корточки, позеленел, схватился за пострадавший орган обеими руками и выдал на чистейшем, лишенном акцента русском:
— Да ты охренел в корягу?!
А Сирич, стоя над ним, невинно хлопает ресницами и с неподражаемым изумлением разводит руками:
— Ой, извини, братуха... Перепутал! Тут не мудрено перепутать!
Ну и началось! Баня просто рухнула. Матросня поскальзывались на мыле, роняли тазики, сползали по стенам и выли от смеха. Даже вечно хмурый дежурный по бане, заглянув в “помоечное отделение”, ржал так, что чуть не проглотил свой окурок. А Мамедов еще долго ходил враскоряку, бросая на Сирича подозрительные взгляды и, на всякий случай, прикрывая стратегические места тазиком.
Как вы уже поняли, к его монументальному оборудованию прилагался мозг, до самых краев залитый густым, концентрированным тестостероном. Женским полом Ишак интересовался с одержимостью серийного маньяка.
— Я, панымаешь, тут должэн два-три баба вы… ну, осчастливить обязательно, — доверительно сообщал он каждому, кто имел неосторожность присесть с ним рядом в курилке.
Но суровая заполярная реальность вносила свои коррективы. Господь снабдил бодливого быка отменным рогом, а кого бодать - не предоставил. Местный женский пол, едва завидев Исхага, шарахался от него, как от прокаженного. У него на лбу сияла такая первобытная, не обезображенная интеллектом похоть, что дамы предпочитали переходить на другую сторону обледенелой улицы. Завидев любое существо женского пола, он тут же приоткрывал рот, начинал идиотски улыбаться и пускать слюну на гюйс. У него случился грандиозный облом даже с местной легендой, безотказной гарнизонной жрицей любви Ферди, которая обычно не брезговала никем, у кого был пульс и пачка сигарет. Но даже она, посмотрев на Ишака, нервно перекрестилась и ушла в туман. Как он вообще прошел призывную медкомиссию и не вызвал вопросов у психиатра — величайшая загадка советской карательной медицины.
Вся эта грандиозная провокация, вошедшая в золотой фонд гарнизонного фольклора, не могла родиться в простой матросской голове. Для такого требовался холодный, изощренный ум, наглухо отравленный столичным снобизмом и тотальной полярной скукой. И вот, глядя на эти экзистенциальные муки, москвич Столица, и его собутыльник, меланхоличный литовец Альгис — решили проявить гуманизм. Они решили помочь боевому товарищу устроить личную жизнь, благо план созрел быстро и отличался поистине дьявольским изяществом.
Столица со своим литовским корешем презирали Север, флот, перловую кашу и всё человечество оптом. Но больше всего они ненавидели скуку. Чтобы не сойти с ума среди ржавеющих у пирсов посудин консервации, они превратили окружающую действительность в свой личный театр абсурда. И когда на сцену этого театра вывалился Исхаг Мамедов со своей гипертрофированной физиологией и мозгом инфузории, Столица сразу понял — вот он, идеальный солист для великой трагикомедии.
Исхаг страдал. Его монументальный, пугающий товарищей помывочный агрегат требовал срочного применения, но суровые женщины Заполярья шарахались от матроса, как от прокаженного. Столица, изобразив на лице искреннее сочувствие, взял шефство над страждущим.
— Пойми, дорогой, — вещал Столица, лениво стряхивая пепел в баночку из-под гуталина, — северная женщина — это загадка. Ей твои дешевые подкаты не нужны. Ей нужен масштаб. Развернутая презентация. Понимаешь? Товар лицом.
Исхаг не понимал слова «презентация», но интонации столичного гуру действовали на него гипнотически.
— Что делать надо, брат? — тоскливо вопрошал дитя гор, с надеждой заглядывая в циничные глаза москвича.
И Столица расписал ему диспозицию с точностью генштабиста. Место засады было выбрано стратегически безупречно. Длинный, крутой деревянный трап от пирса на сопку, по которому вечерами возвращались с катера жены офицеров и вольнонаемные. Столица лично вывел Исхага на огневой рубеж, проинструктировал запахнуть шинель и приготовиться.
— Главное, Исхаг, — напутствовал режиссер, растворяясь в спасительной тени теплотрассы, — улыбайся. Улыбка растопит лед их сердец. Как только они поднимутся — распахивай полы. Пусть видят, что ты пришел с добром и богатыми дарами.
События развернулись в точности по партитуре. Толпа замерзших, уставших женщин вскарабкалась на сопку. Навстречу им из сумерек шагнул пылкий Исхаг. Шинель распахнулась, как занавес в Большом театре, явив изумленной публике анатомическое чудо в сопровождении самой лучезарной и бессмысленной улыбки Востока.
Ультразвуковой женский визг разорвал полярную мглу. Дамы, теряя равновесие и роняя дефицитную колбасу, с яростью валькирий бросились врукопашную. Исхаг, чудом уклонившись от удара острым каблуком в выставочный агрегат, позорно бежал.
Вечером в казарме Мамедов сидел на рундуке, обхватив голову руками. Он был сломлен. Женская природа оказалась к нему жестока. Но Столица, давясь от смеха в курилке, и не думал останавливаться. Спектакль требовал второго акта.
— Ты просто не дожал, — доверительно шептал Столица на ухо окончательно деморализованному Исхагу. — Они же испугались общественного мнения. Толпа, понимаешь? Никто не хочет первой показать слабину. Но я точно знаю — одна из них положила на тебя глаз.
Столица выдумал эту даму с КНС — канализационной насосной станции — прямо на ходу. Глухое место, запах хлорки, одиночество. Идеальные декорации для любовного фиаско. Он заверил Исхага, что женщина работает там в ночную смену, помнит его во всех деталях и сгорает от страсти.
Заряженный столичными бреднями, Исхаг отправился на штурм КНС. Когда ничего не подозревающая вольнонаемная — к слову, та самая, что едва не забила его сумкой на сопке — подошла к насосной, из мрака материализовался горный орел.
— Слюшай, давай знакомиться! — плотоядно прохрипел Исхаг, делая шаг навстречу.
Женщина взяла старт с такой пробуксовкой, что из-под сапог полетела ледяная крошка. Она успела заскочить за спасительную тяжелую дверь насосной и задвинуть железный засов. А брошенный любовник, чье сердце разрывалось от непонимания, колотил в железо прогарами и ревел на весь гарнизон:
— Стой! Я же Мамедов! Ты же сама интересовалась! Мнэ пэрэдали!
На счастье дамы, внутри был телефон. Подмога в лице мужа-мичмана и пары его крепких товарищей прибыла стремительно. Они застали Ромео в тот самый момент, когда он уже почти сорвал дверь с петель.
Били его жестко, молча и с глубоким пониманием флотской анатомии, стараясь не оставлять следов на лице, но гарантируя длительные проблемы с передвижением.
После того как экзекуция у дверей насосной станции завершилась, а бдительные мужья, тяжело дыша и поправляя сбитые костяшки пальцев, удалились во мрак, судьба Мамедова была предрешена окончательно. Столица, этот великий московский комбинатор и злой гений нашего гарнизона, философски докурил «Беломор», щелчком отправил окурок в сугроб и умыл руки. Пьеса была сыграна, занавес опущен, а главный солист отправился в бессрочную, глухую заполярную ссылку.
Исхаг Мамедов продолжал появляться на тропах, проложенных по сопкам возле полярного, выскакивая перед представителями женского пола как бес из табакерки.
Командование бригады, осознав, что изолировать этот пульсирующий сгусток либидо в пределах населенного пункта невозможно физически, сослало Исхага на остров Кильдин. На ту самую точку, что носит жизнеутверждающее название мыс Могильный. Это даже не край земли. Это голая, свинцовая скала, выплюнутая океаном на границе Баренцева моря, где из развлечений — только ржавые остатки береговых батарей, пронзительный ветер да истеричные вопли полярных чаек. Ни одной женщины на десятки миль вокруг. Абсолютный, стерильный вакуум.
Именно там, в условиях жесточайшей сенсорной депривации, мозговая деятельность Исхага, и без того не обремененная сложными нейронными связями, дала фатальный сбой. Тестостерон, который раньше хоть как-то сублимировался в походах по гарнизону и мечтах о большой любви, оказался заперт в замкнутом объеме. Не найдя естественных путей отхода, он закипел, прорвал кровяно-мозговой барьер и затопил лобные доли раскаленной лавой.
Там у Мамедова окончательно, бесповоротно и грандиозно снесло крышу. В какой-то момент земные женщины с их капризами, криками и тяжелыми сумками перестали его интересовать. Его сознание мутировало, отринув мелкую мирскую суету, и вышло на новый, запредельный уровень экзистенциального прозрения. Исхаг осознал свое истинное предназначение. Его грандиозный, стратегический калибр, которым его так щедро наградила природа, был создан не для банального размножения. Он был создан для Искусства. Для диалога с самой Вечностью.
Исхаг стал отшельником-эксгибиционистом масштаба полярного бассейна.
Его ритуал обрел черты строгой, почти мистической литургии. Каждое утро, когда над серыми волнами Баренцева моря вставало тусклое северное солнце, Исхаг поднимался на самую высокую скалу Кильдина. На нем была только флотская шинель — длинная, черная, развевающаяся на штормовом ветру, словно крылья гигантского ворона.
Он стоял на краю пропасти, гордо вскинув подбородок, и ждал.
Когда на горизонте показывался силуэт — будь то наш тральщик, возвращающийся с полигона атомный ракетный крейсер или случайный норвежский сухогруз — Мамедов делал глубокий вдох. Он распахивал шинель широким, царственным жестом, являя суровому северному миру свое обнаженное, обдуваемое арктическими ветрами естество.
Это было эпично. В этом жесте не осталось ничего от жалкой гарнизонной похоти. Это был вызов стихии. Одинокий титан, бросающий свое мужское достоинство в лицо бушующему океану и ледяным шквалам.
Говорили, что чайки, пролетавшие в этот момент над скалой, забывали, как махать крыльями, и камнем падали в воду от эстетического шока. Вахтенные офицеры на проходящих кораблях, глядя в цейсовские бинокли, крестились и молча наливали себе спирта. Акустики на американских подводных лодках класса «Лос-Анджелес», патрулировавших те квадраты, регулярно докладывали в Пентагон о странных низкочастотных вибрациях, исходящих с мыса Могильный — они не могли классифицировать этот звук, не догадываясь, что это просто ветер гудит, огибая монументальные формы обезумевшего матроса.
Он стоял там, сливаясь с пейзажем, неподвижный и страшный в своем величии. Человек, потерявший разум, но обретший гармонию. И, наверное, до самого конца своих дней, пока цинга или полярная стужа не забрали его, Исхаг Мамедов оставался единственным в мире маяком, который светил кораблям не ксеноновой лампой, а голой, первобытной правдой матросской души, доведенной до абсолютного абсурда.
Но остров Кильдин, при всей его свинцовой безысходности, не мог стать финалом этой эпической саги. Рухнула Империя, затрещали по швам границы, и флот, с облегчением выдохнув, выплюнул старшего матроса Мамедова в гражданскую жизнь. Исхаг вернулся в родные горы, гремя дембельским дипломатом и пылая нерастраченным первобытным огнем.
Родня, как водится на Кавказе, тут же постановила: парня надо срочно женить, пока он не натворил дел в масштабах района. Но тут в дело вмешалась генетика, беспощадная, как трибунал. Если ниже пояса природа одарила Исхага с щедростью античного скульптора, то на лице она явно отдохнула, причем в грязных сапогах. Кривые зубы, напоминающие противотанковые надолбы, и рябое от оспы лицо делали его похожим на неудачный дубль Франкенштейна.
Сватовство превратилось в демографическую катастрофу. Гордые горные девы, едва завидев жениха, бросали кувшины, с визгом уходили в альпийские луга и прятались в карстовых пещерах. Никакой, даже самый фантастический калым в виде отар жирных овец не мог заставить их спуститься обратно. Старейшины аула схватились за головы. Ситуация пахла позором.
А тут как раз полыхнул Карабах. Война, с ее циничной прагматичностью, всё спишет. Исхага, от греха подальше, спешно упаковали в камуфляж и отправили на передовую — защищать исторические рубежи и, по возможности, пугать противника одним своим видом.
Но фронтовая грязь, окопные вши и свист пуль не смогли перепрограммировать эту мятущуюся душу. Тестостерон, настоянный на пороховом дыме, требовал выхода. И в одно прекрасное утро, когда над перепаханными снарядами склонами повисла хрупкая тишина, Мамедов не выдержал. Он вылез на бруствер. Повернулся лицом к вражеским позициям, гордо вскинул рябую физиономию к небу и, распахнув камуфляжную куртку, явил опешившему противнику свой главный калибр.
Это была не просто демонстрация. Это была психическая атака, вызов самой смерти.
И надо же было такому случиться, что ровно в эту секунду на той стороне фронта, в замаскированном блиндаже, к наглазнику снайперского прицела ПСО-1 прильнула армянская снайперша.
Это была женщина трудной, монументальной судьбы. Природа обошлась с ней столь же сурово, сколь и с Мамедовым. Густая, сросшаяся монобровь, тяжелый взгляд убийцы и такая плотная, кучерявая растительность на теле, что черные волосы хищно выбивались даже из-под наглухо, до самого горла, застегнутой гимнастерки. Замуж эту валькирию не звали даже в самые отчаянные, мирные годы. Мужчины боялись ее больше, чем артиллерийского налета.
Она вела оптику по линии окопов, готовясь привычным движением нажать на спуск, как вдруг в перекрестии прицела возник ОН.
Снайперша замерла. Палец, уже выбравший свободный ход курка, дрогнул. Оптика безжалостно приближала детали, и перед взором одинокой, ожесточившейся женщины предстал не враг. Перед ней предстал монумент. Шедевр анатомической архитектуры, гордо реющий над линией фронта в лучах утреннего солнца.
В ее суровой, заросшей волосами груди что-то предательски екнуло. То ли проснулся древний, спавший летаргическим сном материнский инстинкт, то ли банальная женская тоска прорвала окопную броню.
— Такое добро портить — грех перед Господом, — прошептала снайперша, принимая единственно верное тактическое решение.
Она чуть сместила перекрестие прицела ниже и правее, аккурат на мясистую часть бедра, и плавно потянула спуск.
Выстрел хлестнул по ущелью. Исхаг ойкнул, подкосился и кубарем скатился в нейтральную полосу, обиженно прижимая к себе свое простреленное великолепие.
Дожидаться ночи валькирия не стала. Она перемахнула через бруствер, рывком преодолела заминированную нейтралку, взвалила скулящего от боли и неожиданности кавказского Ромео на свои могучие волосатые плечи и уволокла его к себе в блиндаж.
Что там происходило в первые часы плена — история, как и военные архивы, тактично умалчивает. Но доподлинно известно одно: на фронт они больше не вернулись. Любовь, вспыхнувшая между двумя генетическими катастрофами на фоне геополитического конфликта, оказалась сильнее приказов и национальных предрассудков.
Они дезертировали вместе. Перешли тайными горными тропами через границы, растворились в хаосе девяностых и осели в какой-то богом забытой турецкой деревушке.
Говорят, они живут там до сих пор. Исхаг хромает на простреленную ногу, но ходит гоголем, а его суровая жена готовит долму и варит чай в пятидесятилитровом самоваре и больше не берет в руки винтовку. И самое абсурдное во всей этой истории, доказывающее, что у мироздания весьма специфическое, но гениальное чувство юмора, — это их дети. Двенадцать штук. Глядя на этих отпрысков, заезжие туристы теряют дар речи. Ни одного кривого зуба, ни одной рябинки. От слияния двух абсолютных, эталонных некрасавцев на свет появились ангелы с картин Возрождения.
Природа, посмеявшись над родителями, отдала детям все долги с процентами. Ибо, как говорят на флоте, если долго и упорно смешивать два минуса, в итоге обязательно бабахнет жирный, красивый плюс.
Тактическое применение эксгибиционизма в условиях горного рельефа или Баллистика страсти старшего матроса Мамедова
Серия Флотские байки
Если народная мудрость гласит, что бодливой корове Бог рогов не дает, то можно смело утверждать: когда дело дошло до раздачи иных физиологических преимуществ, Всевышний был в исключительно философском настроении и решил поставить на флоте жестокий, но весьма наглядный эксперимент.
О чем думали родители товарища Мамедова, когда нарекали его Исхагом, науке доподлинно неизвестно. Возможно, о высоком и вечном. Но фонетика — дама бессердечная, а в суровых северных широтах она еще и цинична. Имя это мгновенно и безвозвратно мутировало в созвучное «Ишак». Как вы яхту назовете, так она и поплывет. В случае с Мамедовым яхта поплыла строго по заданному курсу — курсу трудолюбивого, феноменально упрямого и перманентно похотливого непарнокопытного. Эволюция обычно держит тонкий баланс между размером агрегата и объемом головного мозга, но здесь чаша весов с интеллектом с грохотом улетела в стратосферу.
Сам Исхаг, надувая щеки, гордо бил себя в грудь и заявлял, что прибыл прямиком из Баку. Но пара его земляков, настоящих столичных бакинцев, услышав это, лишь брезгливо кривились. Они авторитетно клялись здоровьем своих матушек, что до родного аула Исхага от бакинских огней нужно скакать на перекладных ослах километров триста. «Колхозник», — коротко и безжалостно резюмировали они.
Как этот спецпроект матушки-природы, чудом миновал выбраковку, никто не знает. Я до сих пор, когда не спится, смотрю в подволок и мучаюсь экзистенциальным вопросом: как, через какие фильтры и медицинские турникеты этот сын гор просочился на атомный флот? Медкомиссия в его райцентре, видимо, руководствовалась одним критерием: если при ударе молоточком по колену пациент не кусает врача, значит — годен к строевой. Писать наш Исхаг умел условно, читать — со словарем и большими паузами на отдых, и то, только азербайджанско-талышские тексты, а таблица умножения для него вообще являлась высшей эзотерикой, недоступной пониманию смертных. Пытаться объяснить ему, сколько будет семью восемь, было всё равно что читать лекцию по квантовой механики табуретке. И вот это дитя природы Родина радостно забрила и отправила охранять ядерные рубежи.
Исхаг не отрицал. По-русски он изъяснялся так, словно каждый падеж причинял ему невыносимую физическую боль, а служить его Родина отправила в самое унылое место, какое только могла родить военно-морская мысль — на консервации. Там, где у пирсов ржавели мертвые корабли да подлодки, из которых давно вытряхнули душу. Жили “консерваторы” в казарме на берегу, и маршрут Исхага представлял собой унылый ежедневный маятник: утром пятьдесят минут по сопкам пешком на свои «консервные банки», вечером — обратно в казарму.
Истинная природа его прозвища раскрылась в первый же банный день. Когда Исхаг стянул робу и предстал перед личным составом в чем мать родила, в моечном отделении повисла звенящая тишина. Между ног у этого невысокого, сутуловатого парня болтался агрегат такого стратегического калибра, что стоять с ним рядом у соседней шайки было банально страшно. ОНО свисало у колен, и было диаметром с консервную банку (и это в спящем режиме гибернации!). Казалось, при резком повороте туловища он нанесет соседу черепно-мозговую травму, несовместимую с дальнейшим несением службы.
А тогда, в казарме бербазы, он был звездой. А время-то какое стояло! Эпоха великого культурного прозрения, когда рушились запреты. До советского народа как раз докатились четыре главных шедевра кинематографа: «Новые Амазонки», «Команда-33», «Маленькая Вера» и, прости Господи, «Интердевочка». Видак крутили до расплавления видеоголовок. Для изголодавшегося матросского организма это был не просто кинематограф, это было окно в плотский рай. Но как смотрел эти фильмы Исхаг! Это надо было видеть. Если для остальных срочников это был просто повод поржать и вспомнить гражданку, то для него — чистое, незамутненное религиозное откровение.
Особенно те самые моменты. Ну, вы понимаете. С обнаженной натурой. Когда на пузатом экране появлялась женская грудь, Исхаг замирал. Он кричал, просил поставить на паузу, и переставал дышать. Его глаза, обычно выражавшие лишь легкую тоску по домашней еде, расширялись до размеров суповых тарелок. Ради него, исключительно из гуманистических соображений и спортивного интереса, кассету перематывали назад. Раз по двадцать. Пленка уже скрипела и сыпалась, экран шел полосами, а Мамедов сидел, вцепившись в банку, и с благоговейным придыханием, как заклинание, повторял одну и ту же фразу: «Баба голая... баба голая...». Народ вокруг лежал вповалку, ржал до колик в животе, а Исхаку было глубоко наплевать на насмешки. Он пребывал в нирване. Он познавал искусство.
Как вы уже поняли, с физиологией у него были связаны самые яркие моменты службы. Банный день на флоте — это святое. Шум, пар, хлорка, звон шаек и скользкий кафель. Был у них на базе один кадр, Сержио Сириченко. Парень с неиссякаемым запасом дури и таким специфическим юмором, за который на гражданке бьют монтировкой, а на флоте — искренне уважают.
Заваливает как-то Сирич в моечное отделение. Пар коромыслом. А под лейкой стоит наш Исхаг, весь в мыле, щурится, башку намыливает, фыркает от удовольствия. Сирич подходит, шлепает босыми ногами по лужам. Исхаг, протирая глаза от пены, радостно выдает:
— Здорово, Сирич!
— Здорово, Мамедушка! — отвечает Серега с интонацией английского лорда.
И вместо того, чтобы по-пролетарски пожать протянутую мокрую руку, Сириченко делает резкий выпад вниз, намертво хватает Мамедова за его главное мужское достоинство и от души, по-братски так, трясет.
Исхаг взвыл. Это был крик раненого марала, помноженный на акустику кафельного помещения. Он мгновенно присел на корточки, позеленел, схватился за пострадавший орган обеими руками и выдал на чистейшем, лишенном акцента русском:
— Да ты охренел в корягу?!
А Сирич, стоя над ним, невинно хлопает ресницами и с неподражаемым изумлением разводит руками:
— Ой, извини, братуха... Перепутал! Тут не мудрено перепутать!
Ну и началось! Баня просто рухнула. Матросня поскальзывались на мыле, роняли тазики, сползали по стенам и выли от смеха. Даже вечно хмурый дежурный по бане, заглянув в “помоечное отделение”, ржал так, что чуть не проглотил свой окурок. А Мамедов еще долго ходил враскоряку, бросая на Сирича подозрительные взгляды и, на всякий случай, прикрывая стратегические места тазиком.
Как вы уже поняли, к его монументальному оборудованию прилагался мозг, до самых краев залитый густым, концентрированным тестостероном. Женским полом Ишак интересовался с одержимостью серийного маньяка.
— Я, панымаешь, тут должэн два-три баба вы… ну, осчастливить обязательно, — доверительно сообщал он каждому, кто имел неосторожность присесть с ним рядом в курилке.
Но суровая заполярная реальность вносила свои коррективы. Господь снабдил бодливого быка отменным рогом, а кого бодать - не предоставил. Местный женский пол, едва завидев Исхага, шарахался от него, как от прокаженного. У него на лбу сияла такая первобытная, не обезображенная интеллектом похоть, что дамы предпочитали переходить на другую сторону обледенелой улицы. Завидев любое существо женского пола, он тут же приоткрывал рот, начинал идиотски улыбаться и пускать слюну на гюйс. У него случился грандиозный облом даже с местной легендой, безотказной гарнизонной жрицей любви Ферди, которая обычно не брезговала никем, у кого был пульс и пачка сигарет. Но даже она, посмотрев на Ишака, нервно перекрестилась и ушла в туман. Как он вообще прошел призывную медкомиссию и не вызвал вопросов у психиатра — величайшая загадка советской карательной медицины.
Вся эта грандиозная провокация, вошедшая в золотой фонд гарнизонного фольклора, не могла родиться в простой матросской голове. Для такого требовался холодный, изощренный ум, наглухо отравленный столичным снобизмом и тотальной полярной скукой. И вот, глядя на эти экзистенциальные муки, москвич Столица, и его собутыльник, меланхоличный литовец Альгис — решили проявить гуманизм. Они решили помочь боевому товарищу устроить личную жизнь, благо план созрел быстро и отличался поистине дьявольским изяществом.
Столица со своим литовским корешем презирали Север, флот, перловую кашу и всё человечество оптом. Но больше всего они ненавидели скуку. Чтобы не сойти с ума среди ржавеющих у пирсов посудин консервации, они превратили окружающую действительность в свой личный театр абсурда. И когда на сцену этого театра вывалился Исхаг Мамедов со своей гипертрофированной физиологией и мозгом инфузории, Столица сразу понял — вот он, идеальный солист для великой трагикомедии.
Исхаг страдал. Его монументальный, пугающий товарищей помывочный агрегат требовал срочного применения, но суровые женщины Заполярья шарахались от матроса, как от прокаженного. Столица, изобразив на лице искреннее сочувствие, взял шефство над страждущим.
— Пойми, дорогой, — вещал Столица, лениво стряхивая пепел в баночку из-под гуталина, — северная женщина — это загадка. Ей твои дешевые подкаты не нужны. Ей нужен масштаб. Развернутая презентация. Понимаешь? Товар лицом.
Исхаг не понимал слова «презентация», но интонации столичного гуру действовали на него гипнотически.
— Что делать надо, брат? — тоскливо вопрошал дитя гор, с надеждой заглядывая в циничные глаза москвича.
И Столица расписал ему диспозицию с точностью генштабиста. Место засады было выбрано стратегически безупречно. Длинный, крутой деревянный трап от пирса на сопку, по которому вечерами возвращались с катера жены офицеров и вольнонаемные. Столица лично вывел Исхага на огневой рубеж, проинструктировал запахнуть шинель и приготовиться.
— Главное, Исхаг, — напутствовал режиссер, растворяясь в спасительной тени теплотрассы, — улыбайся. Улыбка растопит лед их сердец. Как только они поднимутся — распахивай полы. Пусть видят, что ты пришел с добром и богатыми дарами.
События развернулись в точности по партитуре. Толпа замерзших, уставших женщин вскарабкалась на сопку. Навстречу им из сумерек шагнул пылкий Исхаг. Шинель распахнулась, как занавес в Большом театре, явив изумленной публике анатомическое чудо в сопровождении самой лучезарной и бессмысленной улыбки Востока.
Ультразвуковой женский визг разорвал полярную мглу. Дамы, теряя равновесие и роняя дефицитную колбасу, с яростью валькирий бросились врукопашную. Исхаг, чудом уклонившись от удара острым каблуком в выставочный агрегат, позорно бежал.
Вечером в казарме Мамедов сидел на рундуке, обхватив голову руками. Он был сломлен. Женская природа оказалась к нему жестока. Но Столица, давясь от смеха в курилке, и не думал останавливаться. Спектакль требовал второго акта.
— Ты просто не дожал, — доверительно шептал Столица на ухо окончательно деморализованному Исхагу. — Они же испугались общественного мнения. Толпа, понимаешь? Никто не хочет первой показать слабину. Но я точно знаю — одна из них положила на тебя глаз.
Столица выдумал эту даму с КНС — канализационной насосной станции — прямо на ходу. Глухое место, запах хлорки, одиночество. Идеальные декорации для любовного фиаско. Он заверил Исхага, что женщина работает там в ночную смену, помнит его во всех деталях и сгорает от страсти.
Заряженный столичными бреднями, Исхаг отправился на штурм КНС. Когда ничего не подозревающая вольнонаемная — к слову, та самая, что едва не забила его сумкой на сопке — подошла к насосной, из мрака материализовался горный орел.
— Слюшай, давай знакомиться! — плотоядно прохрипел Исхаг, делая шаг навстречу.
Женщина взяла старт с такой пробуксовкой, что из-под сапог полетела ледяная крошка. Она успела заскочить за спасительную тяжелую дверь насосной и задвинуть железный засов. А брошенный любовник, чье сердце разрывалось от непонимания, колотил в железо прогарами и ревел на весь гарнизон:
— Стой! Я же Мамедов! Ты же сама интересовалась! Мнэ пэрэдали!
На счастье дамы, внутри был телефон. Подмога в лице мужа-мичмана и пары его крепких товарищей прибыла стремительно. Они застали Ромео в тот самый момент, когда он уже почти сорвал дверь с петель.
Били его жестко, молча и с глубоким пониманием флотской анатомии, стараясь не оставлять следов на лице, но гарантируя длительные проблемы с передвижением.
После того как экзекуция у дверей насосной станции завершилась, а бдительные мужья, тяжело дыша и поправляя сбитые костяшки пальцев, удалились во мрак, судьба Мамедова была предрешена окончательно. Столица, этот великий московский комбинатор и злой гений нашего гарнизона, философски докурил «Беломор», щелчком отправил окурок в сугроб и умыл руки. Пьеса была сыграна, занавес опущен, а главный солист отправился в бессрочную, глухую заполярную ссылку.
Исхаг Мамедов продолжал появляться на тропах, проложенных по сопкам возле полярного, выскакивая перед представителями женского пола как бес из табакерки.
Командование бригады, осознав, что изолировать этот пульсирующий сгусток либидо в пределах населенного пункта невозможно физически, сослало Исхага на остров Кильдин. На ту самую точку, что носит жизнеутверждающее название мыс Могильный. Это даже не край земли. Это голая, свинцовая скала, выплюнутая океаном на границе Баренцева моря, где из развлечений — только ржавые остатки береговых батарей, пронзительный ветер да истеричные вопли полярных чаек. Ни одной женщины на десятки миль вокруг. Абсолютный, стерильный вакуум.
Именно там, в условиях жесточайшей сенсорной депривации, мозговая деятельность Исхага, и без того не обремененная сложными нейронными связями, дала фатальный сбой. Тестостерон, который раньше хоть как-то сублимировался в походах по гарнизону и мечтах о большой любви, оказался заперт в замкнутом объеме. Не найдя естественных путей отхода, он закипел, прорвал кровяно-мозговой барьер и затопил лобные доли раскаленной лавой.
Там у Мамедова окончательно, бесповоротно и грандиозно снесло крышу. В какой-то момент земные женщины с их капризами, криками и тяжелыми сумками перестали его интересовать. Его сознание мутировало, отринув мелкую мирскую суету, и вышло на новый, запредельный уровень экзистенциального прозрения. Исхаг осознал свое истинное предназначение. Его грандиозный, стратегический калибр, которым его так щедро наградила природа, был создан не для банального размножения. Он был создан для Искусства. Для диалога с самой Вечностью.
Исхаг стал отшельником-эксгибиционистом масштаба полярного бассейна.
Его ритуал обрел черты строгой, почти мистической литургии. Каждое утро, когда над серыми волнами Баренцева моря вставало тусклое северное солнце, Исхаг поднимался на самую высокую скалу Кильдина. На нем была только флотская шинель — длинная, черная, развевающаяся на штормовом ветру, словно крылья гигантского ворона.
Он стоял на краю пропасти, гордо вскинув подбородок, и ждал.
Когда на горизонте показывался силуэт — будь то наш тральщик, возвращающийся с полигона атомный ракетный крейсер или случайный норвежский сухогруз — Мамедов делал глубокий вдох. Он распахивал шинель широким, царственным жестом, являя суровому северному миру свое обнаженное, обдуваемое арктическими ветрами естество.
Это было эпично. В этом жесте не осталось ничего от жалкой гарнизонной похоти. Это был вызов стихии. Одинокий титан, бросающий свое мужское достоинство в лицо бушующему океану и ледяным шквалам.
Говорили, что чайки, пролетавшие в этот момент над скалой, забывали, как махать крыльями, и камнем падали в воду от эстетического шока. Вахтенные офицеры на проходящих кораблях, глядя в цейсовские бинокли, крестились и молча наливали себе спирта. Акустики на американских подводных лодках класса «Лос-Анджелес», патрулировавших те квадраты, регулярно докладывали в Пентагон о странных низкочастотных вибрациях, исходящих с мыса Могильный — они не могли классифицировать этот звук, не догадываясь, что это просто ветер гудит, огибая монументальные формы обезумевшего матроса.
Он стоял там, сливаясь с пейзажем, неподвижный и страшный в своем величии. Человек, потерявший разум, но обретший гармонию. И, наверное, до самого конца своих дней, пока цинга или полярная стужа не забрали его, Исхаг Мамедов оставался единственным в мире маяком, который светил кораблям не ксеноновой лампой, а голой, первобытной правдой матросской души, доведенной до абсолютного абсурда.
Но остров Кильдин, при всей его свинцовой безысходности, не мог стать финалом этой эпической саги. Рухнула Империя, затрещали по швам границы, и флот, с облегчением выдохнув, выплюнул старшего матроса Мамедова в гражданскую жизнь. Исхаг вернулся в родные горы, гремя дембельским дипломатом и пылая нерастраченным первобытным огнем.
Родня, как водится на Кавказе, тут же постановила: парня надо срочно женить, пока он не натворил дел в масштабах района. Но тут в дело вмешалась генетика, беспощадная, как трибунал. Если ниже пояса природа одарила Исхага с щедростью античного скульптора, то на лице она явно отдохнула, причем в грязных сапогах. Кривые зубы, напоминающие противотанковые надолбы, и рябое от оспы лицо делали его похожим на неудачный дубль Франкенштейна.
Сватовство превратилось в демографическую катастрофу. Гордые горные девы, едва завидев жениха, бросали кувшины, с визгом уходили в альпийские луга и прятались в карстовых пещерах. Никакой, даже самый фантастический калым в виде отар жирных овец не мог заставить их спуститься обратно. Старейшины аула схватились за головы. Ситуация пахла позором.
А тут как раз полыхнул Карабах. Война, с ее циничной прагматичностью, всё спишет. Исхага, от греха подальше, спешно упаковали в камуфляж и отправили на передовую — защищать исторические рубежи и, по возможности, пугать противника одним своим видом.
Но фронтовая грязь, окопные вши и свист пуль не смогли перепрограммировать эту мятущуюся душу. Тестостерон, настоянный на пороховом дыме, требовал выхода. И в одно прекрасное утро, когда над перепаханными снарядами склонами повисла хрупкая тишина, Мамедов не выдержал. Он вылез на бруствер. Повернулся лицом к вражеским позициям, гордо вскинул рябую физиономию к небу и, распахнув камуфляжную куртку, явил опешившему противнику свой главный калибр.
Это была не просто демонстрация. Это была психическая атака, вызов самой смерти.
И надо же было такому случиться, что ровно в эту секунду на той стороне фронта, в замаскированном блиндаже, к наглазнику снайперского прицела ПСО-1 прильнула армянская снайперша.
Это была женщина трудной, монументальной судьбы. Природа обошлась с ней столь же сурово, сколь и с Мамедовым. Густая, сросшаяся монобровь, тяжелый взгляд убийцы и такая плотная, кучерявая растительность на теле, что черные волосы хищно выбивались даже из-под наглухо, до самого горла, застегнутой гимнастерки. Замуж эту валькирию не звали даже в самые отчаянные, мирные годы. Мужчины боялись ее больше, чем артиллерийского налета.
Она вела оптику по линии окопов, готовясь привычным движением нажать на спуск, как вдруг в перекрестии прицела возник ОН.
Снайперша замерла. Палец, уже выбравший свободный ход курка, дрогнул. Оптика безжалостно приближала детали, и перед взором одинокой, ожесточившейся женщины предстал не враг. Перед ней предстал монумент. Шедевр анатомической архитектуры, гордо реющий над линией фронта в лучах утреннего солнца.
В ее суровой, заросшей волосами груди что-то предательски екнуло. То ли проснулся древний, спавший летаргическим сном материнский инстинкт, то ли банальная женская тоска прорвала окопную броню.
— Такое добро портить — грех перед Господом, — прошептала снайперша, принимая единственно верное тактическое решение.
Она чуть сместила перекрестие прицела ниже и правее, аккурат на мясистую часть бедра, и плавно потянула спуск.
Выстрел хлестнул по ущелью. Исхаг ойкнул, подкосился и кубарем скатился в нейтральную полосу, обиженно прижимая к себе свое простреленное великолепие.
Дожидаться ночи валькирия не стала. Она перемахнула через бруствер, рывком преодолела заминированную нейтралку, взвалила скулящего от боли и неожиданности кавказского Ромео на свои могучие волосатые плечи и уволокла его к себе в блиндаж.
Что там происходило в первые часы плена — история, как и военные архивы, тактично умалчивает. Но доподлинно известно одно: на фронт они больше не вернулись. Любовь, вспыхнувшая между двумя генетическими катастрофами на фоне геополитического конфликта, оказалась сильнее приказов и национальных предрассудков.
Они дезертировали вместе. Перешли тайными горными тропами через границы, растворились в хаосе девяностых и осели в какой-то богом забытой турецкой деревушке.
Говорят, они живут там до сих пор. Исхаг хромает на простреленную ногу, но ходит гоголем, а его суровая жена готовит долму и варит чай в пятидесятилитровом самоваре и больше не берет в руки винтовку. И самое абсурдное во всей этой истории, доказывающее, что у мироздания весьма специфическое, но гениальное чувство юмора, — это их дети. Двенадцать штук. Глядя на этих отпрысков, заезжие туристы теряют дар речи. Ни одного кривого зуба, ни одной рябинки. От слияния двух абсолютных, эталонных некрасавцев на свет появились ангелы с картин Возрождения.
Природа, посмеявшись над родителями, отдала детям все долги с процентами. Ибо, как говорят на флоте, если долго и упорно смешивать два минуса, в итоге обязательно бабахнет жирный, красивый плюс.
На днях не успел позавтракать, решил до работы заскочить в торговый центр, прикупить чего-нибудь пожевать... Зашел в торговый центр, в супермаркет одной из торговых сетей: огромный магазин, как говорится "ни окон, ни дверей", освещение только искусственное. А ночью прошел сильный ливень, закончился буквально за час-полтора до этого, и по всему супермаркету с потолка капает - картина, типичная для любого ТЦ: повсюду стоят ведра, таблички "Осторожно, мокрый пол", валяются тряпки.
Взял того-другого, думаю, куплю ещё шоколадку. Иду в ряд со сладостями, передо мной идут две дамы лет сорока пяти, ухоженные, прилично одетые, шагают не спеша, беседуют, и я волей-неволей слышу их разговор - обсуждают дело против очередного чиновника-коррупционера, мол "а Вы слышали, сколько у него квартир? А земельных участков? А сколько миллиардов...", округляют глаза, называют цифры, то одна, то другая возмущённо вставляет "как не совестно? всё растащили, сколько можно..."
Они остановились возле коробок дорогих шоколадных конфет и плиток, а я в паре шагов выбираю что попроще, и тут под потолком раздаётся треск, посыпались искры, и во всём магазине погас свет. Тьма кромешная, кассы выключились. тусклый свет едва пробивается от входных дверей, охранники включили на телефонах фонарики, побежали в торговый зал, крича: "Магазин закрывается, пройдите все через кассы на выход."
И тут эти дамы, пошептавшись секунду, шагнули к полкам, схватили несколько шоколадных плиток, сунули в сумочки и в карманы, и с каменными лицами покинули магазин.
Я не защищаю коррупцию, хочу только спросить: все - честные, совестливые, неподкупные... А если выключить свет?
Взял того-другого, думаю, куплю ещё шоколадку. Иду в ряд со сладостями, передо мной идут две дамы лет сорока пяти, ухоженные, прилично одетые, шагают не спеша, беседуют, и я волей-неволей слышу их разговор - обсуждают дело против очередного чиновника-коррупционера, мол "а Вы слышали, сколько у него квартир? А земельных участков? А сколько миллиардов...", округляют глаза, называют цифры, то одна, то другая возмущённо вставляет "как не совестно? всё растащили, сколько можно..."
Они остановились возле коробок дорогих шоколадных конфет и плиток, а я в паре шагов выбираю что попроще, и тут под потолком раздаётся треск, посыпались искры, и во всём магазине погас свет. Тьма кромешная, кассы выключились. тусклый свет едва пробивается от входных дверей, охранники включили на телефонах фонарики, побежали в торговый зал, крича: "Магазин закрывается, пройдите все через кассы на выход."
И тут эти дамы, пошептавшись секунду, шагнули к полкам, схватили несколько шоколадных плиток, сунули в сумочки и в карманы, и с каменными лицами покинули магазин.
Я не защищаю коррупцию, хочу только спросить: все - честные, совестливые, неподкупные... А если выключить свет?
Вот вам:
Разбился на мотоцикле. 14 переломов. Гемопревмоторакс лёгких - это когда осколки рёбер пробивают тебе лёгкие. Правое лёгкое пробило и оно скукожилось и не хотело расширяться и дышать. Я выжил. Да, не знаю, почему. Мне реанимационная сестра кричала в ухо:" Проснись! Тебя кошка, твоя любимая, ждёт! У неё котята! Ей пить и есть нечего! Очнись, скотина!"
- Вы чё, падлы, водички кошке дать не можете?
Очнулся. Кошке своей обязан жизнью.
Разбился на мотоцикле. 14 переломов. Гемопревмоторакс лёгких - это когда осколки рёбер пробивают тебе лёгкие. Правое лёгкое пробило и оно скукожилось и не хотело расширяться и дышать. Я выжил. Да, не знаю, почему. Мне реанимационная сестра кричала в ухо:" Проснись! Тебя кошка, твоя любимая, ждёт! У неё котята! Ей пить и есть нечего! Очнись, скотина!"
- Вы чё, падлы, водички кошке дать не можете?
Очнулся. Кошке своей обязан жизнью.
12
Кухня анестезиолога.
Сколько себя помню — всегда любил готовить, с детства.
Присматривался, помогал по кухне и отцу и матери, какие-то навыки просто вошли в рефлексы.
Вторая волна интереса к кулинарии возникла уже в зрелом возрасте.
Овдовев, я сначала с трудом готовил самые простые блюда, потихоньку подобрался и к таким более сложным вещам типа форшмака, оливье, селёдки под шубой, винегрета, холодца, щей, плова, котлет с пюрешкой и шашлыка, куда без него.
Любопытно, что аборигены потихоньку начали привыкать к советской кухне — пошло всё на «ура», ну, почти всё — селёдка пряного посола вызывала сильное недоумение…
Надо также сказать, что среди моих коллег есть и повара куда покруче меня. Так, невропатолог работал поваром в ресторанах мишленовского уровня во Франции. Или вот, скажем, мой приятель и сосед, известный вам по предыдущим историям Джин — дамский мастер. Так вот, он основательно и упорно решил изучить высокую кухню — что у него получилось весьма и весьма неплохо.
Готовим мы по очереди: я готовлю советские блюда, он — французские блюда с наворотами и пылающими коньяком сковородками… или итальянские, паста с креветками у него просто гениальная.
Будучи реально въедливым — он не стеснялся просить поделиться секретами рецепта в ресторане, очень по-свойски общался с поварами и даже несколько раз раскошелился на единственный стол для гостей прямо в кухне, где вся эта дисциплинированная магия приготовления шедевра происходит на ваших глазах.
Что подало мне идею пригласить вас на кухню анестезиолога.
Анестезиология, кстати, в чём-то похожа на кулинарию — есть ингредиенты и там и там.
Нужно качественно их смешать, в правильных пропорциях, и получить нечто другое, отличное от компонентов.
Так что моя шутка» О, моя кулинарная книга!» при виде моих же старых протоколов наркоза для этого пациента, где всё детально описано — просто следуй выверенному временем рецепту — не совсем шутка, я действительно держу в руках инструкции по приготовлению своего наркозного супчика…
Ну, а повторные наркозы в небольшом городке после четверти века практики — события очень вероятные.
И, напоследок — дисклеймер: я анестезиолог весьма обычный, не элитный, далеко не Мишленовского уровня. Что понятно: элитный анестезиолог обычно работает в многопрофильной больнице, чаще всего университетской. Такие ребята обычно моложе меня и потратили раза в два больше времени в тренировочных программах по узкой специализации.
Итак, кухня анестезиолога.
Первая стадия приготовления к наркозу: поставить венку, смерить показатели, проверить лабораторные данные, все легальные бумаги. И, главное, успокоить пациента.
Люди разные, кто больше беспокоится кто меньше — но тревожно любому. Обычная рутина — ставим венки, метим, проверяем консенты и даём успокоительное, в венку.
А вот что делать, если венки нету, а пациент паникует?
Паника — это горная лавина, сначала еле заметная, но быстро набирающая обороты, гасить её надо в зародыше.
Без вены?!? Вот тут и пригождается мой небольшой секрет — успокоительное я даю под язык, как нитроглицерин, вместо « здрасьте «. Такую же тактику я применяю и для падающих в обморок при виде иглы, таких немало.
В двух случаях сурового посттравматического синдрома — я встречал их на паркинге и давал им таблетки под язык, а уж потом мы шли в госпиталь. И это после нескольких отказов от операции и бегства домой…
Помогает ли?
Тут всё вместе: меня принимают всерьёз, меня не считают уродом, бородатый седой хрыч дал мне успокаивающее и, похоже, оно работает… да и хрыч рядом, смешной такой Санта Клаус с акцентом, поставил венку — я и не заметила…
Разгадка тут простая — я их чувствую, даже не глядя, со спины — бедолаг, изглоданных страхом и паникой.
И медсестры, заметив эту странность, почти всегда зовут меня на такие ситуации. Или записывают их за мной, заранее.
А вот и история.
Женщина, с взрослым сыном, в предоперационной, очень тревожная, в холодном поту, низкое давление и снижением сердечного ритма, на пороге обморока, венки, естественно, нет.
Дёрнули меня, я прибежал, таблетки под язык, ноги вверх, голова вниз, тёплые одеяла, ждём… ожила, этот гнусный холодный пот исчез, пульс и давление поднялись, паника закончилась, ставим венку и уже совершенно спокойно готовимся к операции.
Выясняется: здоровье у пациентки неплохое, аллергий нет, единственный предмет уже моего беспокойства — тяжёлые изжоги, по несколько раз в день, особенно во время сна.
Изжога — враг анестезиолога, объясняю ей наглядно: желудок и лёгкие — далеко не друзья, ничего желудочного легким не надо, даже небольшая аспирация желудочной кислоты вызывает тяжёлые последствия.
Приношу медикамент, нейтрализующий кислоту, стопка отвратительной гадости( пробовал сам, знаю) — пить нужно залпом, опрокинув стопку, в один глоток.
Приняла.
И тут же наградила меня шуткой!
Обращаясь к сыну, взрослому мужчине, отлично воспитанному, чувствуется хорошая крепкая семья:
— Данила, ты ждал этого дня 26 лет.. чтобы увидеть свою маму глотающую колёса и пьющую стопку залпом… так вот, сын, это всё — между нами тремя, ясно?
Сын жестом затянул молнию поперёк рта, типа — буду нем как рыба.
Я же уверил пациентку — всё, что случается в Лас-Вегасе — остаётся в Лас-Вегасе.
Бреду за её носилками и думаю — благословенны будьте, ребята-фармакологи, давшие нам такое мощное оружие, благодарю вас от лица всех моих пациентов. Судите сами: две маленькие таблеточки и полуобморочная паника задавлена в зародыше, пациент едет в операционную, улыбается и шутит.
Спокойный пациент, улыбающийся пациент — это бонус, совершенно необязательный.
Но, чёрт меня побери — это мой самый любимый бонус!
Взять на себя беспокойство и страх, отняв их у пациента — как по мне — это то, для чего я был создан.
Michael Ashnin@anekdot.ru
Сколько себя помню — всегда любил готовить, с детства.
Присматривался, помогал по кухне и отцу и матери, какие-то навыки просто вошли в рефлексы.
Вторая волна интереса к кулинарии возникла уже в зрелом возрасте.
Овдовев, я сначала с трудом готовил самые простые блюда, потихоньку подобрался и к таким более сложным вещам типа форшмака, оливье, селёдки под шубой, винегрета, холодца, щей, плова, котлет с пюрешкой и шашлыка, куда без него.
Любопытно, что аборигены потихоньку начали привыкать к советской кухне — пошло всё на «ура», ну, почти всё — селёдка пряного посола вызывала сильное недоумение…
Надо также сказать, что среди моих коллег есть и повара куда покруче меня. Так, невропатолог работал поваром в ресторанах мишленовского уровня во Франции. Или вот, скажем, мой приятель и сосед, известный вам по предыдущим историям Джин — дамский мастер. Так вот, он основательно и упорно решил изучить высокую кухню — что у него получилось весьма и весьма неплохо.
Готовим мы по очереди: я готовлю советские блюда, он — французские блюда с наворотами и пылающими коньяком сковородками… или итальянские, паста с креветками у него просто гениальная.
Будучи реально въедливым — он не стеснялся просить поделиться секретами рецепта в ресторане, очень по-свойски общался с поварами и даже несколько раз раскошелился на единственный стол для гостей прямо в кухне, где вся эта дисциплинированная магия приготовления шедевра происходит на ваших глазах.
Что подало мне идею пригласить вас на кухню анестезиолога.
Анестезиология, кстати, в чём-то похожа на кулинарию — есть ингредиенты и там и там.
Нужно качественно их смешать, в правильных пропорциях, и получить нечто другое, отличное от компонентов.
Так что моя шутка» О, моя кулинарная книга!» при виде моих же старых протоколов наркоза для этого пациента, где всё детально описано — просто следуй выверенному временем рецепту — не совсем шутка, я действительно держу в руках инструкции по приготовлению своего наркозного супчика…
Ну, а повторные наркозы в небольшом городке после четверти века практики — события очень вероятные.
И, напоследок — дисклеймер: я анестезиолог весьма обычный, не элитный, далеко не Мишленовского уровня. Что понятно: элитный анестезиолог обычно работает в многопрофильной больнице, чаще всего университетской. Такие ребята обычно моложе меня и потратили раза в два больше времени в тренировочных программах по узкой специализации.
Итак, кухня анестезиолога.
Первая стадия приготовления к наркозу: поставить венку, смерить показатели, проверить лабораторные данные, все легальные бумаги. И, главное, успокоить пациента.
Люди разные, кто больше беспокоится кто меньше — но тревожно любому. Обычная рутина — ставим венки, метим, проверяем консенты и даём успокоительное, в венку.
А вот что делать, если венки нету, а пациент паникует?
Паника — это горная лавина, сначала еле заметная, но быстро набирающая обороты, гасить её надо в зародыше.
Без вены?!? Вот тут и пригождается мой небольшой секрет — успокоительное я даю под язык, как нитроглицерин, вместо « здрасьте «. Такую же тактику я применяю и для падающих в обморок при виде иглы, таких немало.
В двух случаях сурового посттравматического синдрома — я встречал их на паркинге и давал им таблетки под язык, а уж потом мы шли в госпиталь. И это после нескольких отказов от операции и бегства домой…
Помогает ли?
Тут всё вместе: меня принимают всерьёз, меня не считают уродом, бородатый седой хрыч дал мне успокаивающее и, похоже, оно работает… да и хрыч рядом, смешной такой Санта Клаус с акцентом, поставил венку — я и не заметила…
Разгадка тут простая — я их чувствую, даже не глядя, со спины — бедолаг, изглоданных страхом и паникой.
И медсестры, заметив эту странность, почти всегда зовут меня на такие ситуации. Или записывают их за мной, заранее.
А вот и история.
Женщина, с взрослым сыном, в предоперационной, очень тревожная, в холодном поту, низкое давление и снижением сердечного ритма, на пороге обморока, венки, естественно, нет.
Дёрнули меня, я прибежал, таблетки под язык, ноги вверх, голова вниз, тёплые одеяла, ждём… ожила, этот гнусный холодный пот исчез, пульс и давление поднялись, паника закончилась, ставим венку и уже совершенно спокойно готовимся к операции.
Выясняется: здоровье у пациентки неплохое, аллергий нет, единственный предмет уже моего беспокойства — тяжёлые изжоги, по несколько раз в день, особенно во время сна.
Изжога — враг анестезиолога, объясняю ей наглядно: желудок и лёгкие — далеко не друзья, ничего желудочного легким не надо, даже небольшая аспирация желудочной кислоты вызывает тяжёлые последствия.
Приношу медикамент, нейтрализующий кислоту, стопка отвратительной гадости( пробовал сам, знаю) — пить нужно залпом, опрокинув стопку, в один глоток.
Приняла.
И тут же наградила меня шуткой!
Обращаясь к сыну, взрослому мужчине, отлично воспитанному, чувствуется хорошая крепкая семья:
— Данила, ты ждал этого дня 26 лет.. чтобы увидеть свою маму глотающую колёса и пьющую стопку залпом… так вот, сын, это всё — между нами тремя, ясно?
Сын жестом затянул молнию поперёк рта, типа — буду нем как рыба.
Я же уверил пациентку — всё, что случается в Лас-Вегасе — остаётся в Лас-Вегасе.
Бреду за её носилками и думаю — благословенны будьте, ребята-фармакологи, давшие нам такое мощное оружие, благодарю вас от лица всех моих пациентов. Судите сами: две маленькие таблеточки и полуобморочная паника задавлена в зародыше, пациент едет в операционную, улыбается и шутит.
Спокойный пациент, улыбающийся пациент — это бонус, совершенно необязательный.
Но, чёрт меня побери — это мой самый любимый бонус!
Взять на себя беспокойство и страх, отняв их у пациента — как по мне — это то, для чего я был создан.
Michael Ashnin@anekdot.ru
У нас же телеграм не запрещен, насколько я знаю, так же как и средства обхода.
Так же говорит ркн, да?
Вот читаю новости (не свежие уже, да) о том, что ркн или минцифры (не суть) ПОПРОСИЛИ бизнес (озоны всякие) не пущать на свои сайты тех, у кого впн.
А заодно еще и сдавать этих людей для последующей блокировки.
Другими словами, государство, минуя подзаконные акты ПОПРОСИЛО (это такая у нас теперь форма общения государства с бизнесом?) бизнес нарушать законы и конституцию, осуществлять незаконную сегрегацию граждан (не пущать под впн) и незаконно вмешиваться в частную жизнь граждан (сливать у кого впн и передавать адреса в ркн) чтобы иметь возможность "наказать" (заблокировать уже оплаченные услуги впн) гражданам, которые никаких законов не нарушали.
Я все правильно изложил?
Так же говорит ркн, да?
Вот читаю новости (не свежие уже, да) о том, что ркн или минцифры (не суть) ПОПРОСИЛИ бизнес (озоны всякие) не пущать на свои сайты тех, у кого впн.
А заодно еще и сдавать этих людей для последующей блокировки.
Другими словами, государство, минуя подзаконные акты ПОПРОСИЛО (это такая у нас теперь форма общения государства с бизнесом?) бизнес нарушать законы и конституцию, осуществлять незаконную сегрегацию граждан (не пущать под впн) и незаконно вмешиваться в частную жизнь граждан (сливать у кого впн и передавать адреса в ркн) чтобы иметь возможность "наказать" (заблокировать уже оплаченные услуги впн) гражданам, которые никаких законов не нарушали.
Я все правильно изложил?
24 мая 1826 года, ровно 200 лет назад, император Николай I подписал документ, еще раз закрепивший бесправие миллионов русских людей.
Официально манифест именовался «о возникшем в губерниях неповиновении крестьян», но суть его была предельно ясна: крепостное право незыблемо, и любые надежды на волю — преступны.
«Божией милостию Мы, Николай Первый, император и самодержец всероссийский, и прочая, и прочая, и прочая.
По донесениям начальников губерний дошло до Нашего сведения, что в некоторых селениях казённые и помещичьи крестьяне, обманутые ложными слухами и злонамеренными разглашениями, отступают от должного порядка, полагая: первые, то есть казённые крестьяне, что будут освобождены от платежа податей, а последние, то есть помещичьи, от повиновения их господам.
Нашему Императорскому Величеству благоугодно было принять сие решение, дабы положить конец возникающим в губерниях неповиновениям крестьян и пресечь распространение ложных слухов о скором освобождении от крепостной зависимости. Да поможет Он в том Нам и Отечеству».
Поводом для издания манифеста стали массовые волнения в деревне: после разгрома восстания декабристов среди крестьян поползли слухи о скорой воле. Люди в Вологодской, Псковской, Смоленской, Курской, Киевской губерниях начали отказываться повиноваться помещикам и платить подати. Только за первый год правления Николая I было зафиксировано 179 крестьянских выступлений — более трети из них власти подавляли с помощью регулярных войск.
Манифест стал прямым сигналом: государство на стороне помещиков, и любая попытка требовать свободы будет караться. Последствия этой политики — продолжение эпохи, когда значительная часть русского народа была по сути в рабстве.
Д. Л. Мордовцев, изучая архивные дела Саратовской губернии, составил страшную хронику крестьянских жалоб. Из неё явствует, что в помещичьих имениях практиковались изощрённые пытки: розги, палки, шпицрутены, «битье по зубам каблуком», «битье по скулам кулаками», подвешивание за конечности на шесты, «уточка» (связывание рук и ног с продеванием на жердь), шейные железы, конские кандалы, опаливание волос у женщин «около естества», принуждение стоять на раскалённой сковороде, деревянные колодки на шее, сечение «солеными розгами» с последующим натиранием ран солью, кляпы во рту, железные ошейники и прочий арсенал унижений.
Особым ужасом отмечено систематическое насилие над крепостными девушками. Мордовцев фиксирует случаи, когда помещики открыто создавали «гаремы» из крестьянок: «для барского двора и постельного дела всех девок из имения выбрал», «из покупных и из наших девок сделал для своей похоти турецкий гарем». Некоторые владельцы требовали молодых женщин к себе на ночь, «отчего крестьянские дети без матерей от крику в люльках задыхаются»...
Сегодняшние монархисты, романтизирующие имперскую эпоху, фактически плюют в память своих собственных предков.
Те, кто сегодня носит портреты Романовых, забыли, что 200 лет назад их прадеды и прабабки были даже не «подданными», а бесправной и бессловесной собственностью, чья жизнь, труд и достоинство принадлежала хозяину из числа особ «благородных».
А попросту говоря - рабами были ваши предки, граждане монархисты, как вы не выискивайте свою якобы дворянскую родословную...
Это будет выглядеть так, как будто современные американские негры всем будут рассказывать, что вот мол, может рабы и были черные, но мои предки были рабовладельцами...
Дебилы, дворянство в России составляло 1,5% от общей численности населения — по данным переписи 1897 года (всего 1 853 184 дворянина, из них 1 221 939 потомственных и 631 245 личных).
менее 1% — к 1917 году (около 1 300 000 потомственных дворян).
Российское дворянство считалось одним из самых малочисленных в Европе. При этом большая часть дворян — потомки служилых родов (около 90%), а дворянских родов, появившихся до 1685 года, было уже мало.
Официально манифест именовался «о возникшем в губерниях неповиновении крестьян», но суть его была предельно ясна: крепостное право незыблемо, и любые надежды на волю — преступны.
«Божией милостию Мы, Николай Первый, император и самодержец всероссийский, и прочая, и прочая, и прочая.
По донесениям начальников губерний дошло до Нашего сведения, что в некоторых селениях казённые и помещичьи крестьяне, обманутые ложными слухами и злонамеренными разглашениями, отступают от должного порядка, полагая: первые, то есть казённые крестьяне, что будут освобождены от платежа податей, а последние, то есть помещичьи, от повиновения их господам.
Нашему Императорскому Величеству благоугодно было принять сие решение, дабы положить конец возникающим в губерниях неповиновениям крестьян и пресечь распространение ложных слухов о скором освобождении от крепостной зависимости. Да поможет Он в том Нам и Отечеству».
Поводом для издания манифеста стали массовые волнения в деревне: после разгрома восстания декабристов среди крестьян поползли слухи о скорой воле. Люди в Вологодской, Псковской, Смоленской, Курской, Киевской губерниях начали отказываться повиноваться помещикам и платить подати. Только за первый год правления Николая I было зафиксировано 179 крестьянских выступлений — более трети из них власти подавляли с помощью регулярных войск.
Манифест стал прямым сигналом: государство на стороне помещиков, и любая попытка требовать свободы будет караться. Последствия этой политики — продолжение эпохи, когда значительная часть русского народа была по сути в рабстве.
Д. Л. Мордовцев, изучая архивные дела Саратовской губернии, составил страшную хронику крестьянских жалоб. Из неё явствует, что в помещичьих имениях практиковались изощрённые пытки: розги, палки, шпицрутены, «битье по зубам каблуком», «битье по скулам кулаками», подвешивание за конечности на шесты, «уточка» (связывание рук и ног с продеванием на жердь), шейные железы, конские кандалы, опаливание волос у женщин «около естества», принуждение стоять на раскалённой сковороде, деревянные колодки на шее, сечение «солеными розгами» с последующим натиранием ран солью, кляпы во рту, железные ошейники и прочий арсенал унижений.
Особым ужасом отмечено систематическое насилие над крепостными девушками. Мордовцев фиксирует случаи, когда помещики открыто создавали «гаремы» из крестьянок: «для барского двора и постельного дела всех девок из имения выбрал», «из покупных и из наших девок сделал для своей похоти турецкий гарем». Некоторые владельцы требовали молодых женщин к себе на ночь, «отчего крестьянские дети без матерей от крику в люльках задыхаются»...
Сегодняшние монархисты, романтизирующие имперскую эпоху, фактически плюют в память своих собственных предков.
Те, кто сегодня носит портреты Романовых, забыли, что 200 лет назад их прадеды и прабабки были даже не «подданными», а бесправной и бессловесной собственностью, чья жизнь, труд и достоинство принадлежала хозяину из числа особ «благородных».
А попросту говоря - рабами были ваши предки, граждане монархисты, как вы не выискивайте свою якобы дворянскую родословную...
Это будет выглядеть так, как будто современные американские негры всем будут рассказывать, что вот мол, может рабы и были черные, но мои предки были рабовладельцами...
Дебилы, дворянство в России составляло 1,5% от общей численности населения — по данным переписи 1897 года (всего 1 853 184 дворянина, из них 1 221 939 потомственных и 631 245 личных).
менее 1% — к 1917 году (около 1 300 000 потомственных дворян).
Российское дворянство считалось одним из самых малочисленных в Европе. При этом большая часть дворян — потомки служилых родов (около 90%), а дворянских родов, появившихся до 1685 года, было уже мало.
Мой разговор с дочкой когда она училась в 4 классе:
- Пап, сегодня нам дали задание. Найти 5 отличий школы от тюрьмы. Я сказала, что в школе кормят за деньги, а в тюрьме кормят бесплатно.
- Больше отличий не нашла? - спросил я.
- Hе нашла, - ответила дочка.
Расул Ниязбеков
- Пап, сегодня нам дали задание. Найти 5 отличий школы от тюрьмы. Я сказала, что в школе кормят за деньги, а в тюрьме кормят бесплатно.
- Больше отличий не нашла? - спросил я.
- Hе нашла, - ответила дочка.
Расул Ниязбеков
Армения сегодня пытается сделать то, что регулярно пытаются делать маленькие государства на стыке империй: убедить себя, что географию можно отменить политическим заявлением.
Что историю можно переписать внешнеполитическим курсом.
Что если достаточно громко произнести слово «Европа», то горы Кавказа внезапно превратятся в окраину Брюсселя. Человечество вообще любит такие фокусы.
Особенно элиты стран, которые слишком долго жили под чужим зонтом безопасности и начали путать этот зонт с чем-то само собой разумеющимся.
Сейчас Москва требует от Еревана определиться: либо Евразийский экономический союз, либо курс на Евросоюз. И вся армянская политическая сцена делает вид, будто речь идет о каком-то грубом давлении России на свободолюбивый выбор маленькой демократии. Хотя в реальности вопрос куда проще и одновременно куда страшнее.
Россия спрашивает Армению не про торговые тарифы и не про декларации о намерениях.
Россия спрашивает: вы вообще понимаете, где находитесь и за счет чего существуете?
Потому что проблема современной армянской политики не в желании сблизиться с Западом. Любая страна имеет право искать союзников, рынки и гарантии безопасности.
Проблема в другом: армянская элита ведет себя так, будто Россия уже ни на что не влияет, а Запад готов прийти в Закавказье всерьез и навсегда. Это фундаментальная ошибка. Причем ошибка не эмоциональная, а почти математическая.
После Карабаха в армянском обществе возникло тяжелое, болезненное ощущение предательства. И это можно понять. Люди всегда ищут виноватого после поражения. Особенно когда десятилетиями жили внутри мифа о собственной неприкосновенности. Но здесь начинается самая опасная вещь: вместо разговора о просчетах самого Еревана общественное сознание постепенно скатилось в удобную конструкцию, где во всем виновата Россия. Не армянские власти, которые годами отказывались искать компромисс с Баку. Не ставка на замороженный конфликт как на вечную форму существования региона. Не иллюзия, будто Азербайджан смирится с потерей территорий. Нет. Виновата Москва, потому что не пошла воевать за Карабах.
И вот здесь армянская политика начала уходить в область политической фантастики. Потому что Карабах никогда не был признан частью Армении даже самой Арменией.
Это неудобный факт, который сейчас стараются эмоционально затоптать лозунгами про «предательство союзника». Но геополитика вообще жестока к тем, кто пытается жить внутри красивых моральных формул вместо реальности.
А реальность для Армении выглядит довольно сурово.
Страна без выхода к морю.
С разрушенными отношениями с Азербайджаном.
С исторической враждой с Турцией.
С экономикой, глубоко связанной с Россией.
С огромной диаспорой в РФ.
С энергетической зависимостью.
С логистической зависимостью.
С безопасностью, которая десятилетиями строилась вокруг российского присутствия.
И на этом фоне Ереван пытается убедить себя, что Франция, Брюссель и Вашингтон внезапно станут его новой опорой.
Это очень характерная болезнь постсоветских элит. Они постоянно принимают внимание Запада за готовность нести ответственность. Но Запад редко приходит ради чьего-то процветания. Он приходит ради собственных интересов. Пока Армения нужна как раздражитель для России, как инструмент давления на Иран, как элемент антироссийской архитектуры в Закавказье, ей будут улыбаться, обещать реформы, инвестиции, демократическое будущее и европейские горизонты. Проблема в том, что такие улыбки имеют срок годности. История это показывала уже столько раз, что даже удивительно, как человечество продолжает наступать на один и тот же грабельный завод.
Трагедия ситуации здесь даже не в том, что возможна потеря российского рынка. Не охлаждение отношений с Москвой. И даже не экономические последствия выхода из ЕАЭС.
Трагедия в другом: армянская элита начинает мыслить так, будто государственность Армении существует сама по себе, вне силового баланса региона. Будто это не результат крайне специфической исторической конструкции последних двух столетий.
Но Кавказ не любит слабых иллюзий. Кавказ вообще место, где история постоянно напоминает о себе через силу, границы и демографию. Здесь нельзя существовать только за счет красивых деклараций о европейском выборе. Здесь вопрос всегда упирается в то, кто реально готов гарантировать твое существование, а не публиковать сочувственные заявления.
Парадоксально, но именно после потери Карабаха Армения стала двигаться не к укреплению собственной субъектности, а к ее размыванию. Потому что вместо холодного анализа поражения началась эмоциональная попытка «уйти от России». Почти семейная драма на уровне государств. С обидой, демонстративным дистанцированием и верой, что новый партнер окажется добрее старого. Политика вообще часто превращается в коллективную психологию. Только цена таких эмоций измеряется исчезновением стран.
Но самое неприятное для Еревана заключается в том, что Россия действительно никуда не денется. Можно сколько угодно объявлять о «цивилизационном выборе», но география продолжит лежать на карте с упрямством бетонной плиты.
Турция останется рядом.
Азербайджан останется рядом.
Иран останется рядом.
Россия останется рядом.
А вот западный интерес может раствориться очень быстро, как только глобальная повестка переключится на что-то другое. На Тайвань. На Ближний Восток. На внутренний кризис Европы. На очередную американскую избирательную истерику. Мир сейчас настолько перегружен конфликтами, что маленькие страны в нем легко становятся временными проектами.
И в этом главный страх всей нынешней армянской истории. Армения пытается вырваться из российской орбиты не потому, что построила альтернативу, а потому что эмоционально устала от зависимости.
Но усталость не создает геополитических конструкций.
Обиды не заменяют систему безопасности.
А символическая поддержка не спасает государства в критический момент.
История вообще очень злая штука. Она не прощает странам желание жить внутри самообмана. Особенно маленьким странам на перекрестке больших интересов. И сейчас Армения подходит к моменту, когда ей придется выбирать не между Россией и Европой, как это пытаются подать политики, а между тяжелой реальностью и красивой иллюзией. Проблема лишь в том, что иллюзии заканчиваются раньше, чем география.
Что историю можно переписать внешнеполитическим курсом.
Что если достаточно громко произнести слово «Европа», то горы Кавказа внезапно превратятся в окраину Брюсселя. Человечество вообще любит такие фокусы.
Особенно элиты стран, которые слишком долго жили под чужим зонтом безопасности и начали путать этот зонт с чем-то само собой разумеющимся.
Сейчас Москва требует от Еревана определиться: либо Евразийский экономический союз, либо курс на Евросоюз. И вся армянская политическая сцена делает вид, будто речь идет о каком-то грубом давлении России на свободолюбивый выбор маленькой демократии. Хотя в реальности вопрос куда проще и одновременно куда страшнее.
Россия спрашивает Армению не про торговые тарифы и не про декларации о намерениях.
Россия спрашивает: вы вообще понимаете, где находитесь и за счет чего существуете?
Потому что проблема современной армянской политики не в желании сблизиться с Западом. Любая страна имеет право искать союзников, рынки и гарантии безопасности.
Проблема в другом: армянская элита ведет себя так, будто Россия уже ни на что не влияет, а Запад готов прийти в Закавказье всерьез и навсегда. Это фундаментальная ошибка. Причем ошибка не эмоциональная, а почти математическая.
После Карабаха в армянском обществе возникло тяжелое, болезненное ощущение предательства. И это можно понять. Люди всегда ищут виноватого после поражения. Особенно когда десятилетиями жили внутри мифа о собственной неприкосновенности. Но здесь начинается самая опасная вещь: вместо разговора о просчетах самого Еревана общественное сознание постепенно скатилось в удобную конструкцию, где во всем виновата Россия. Не армянские власти, которые годами отказывались искать компромисс с Баку. Не ставка на замороженный конфликт как на вечную форму существования региона. Не иллюзия, будто Азербайджан смирится с потерей территорий. Нет. Виновата Москва, потому что не пошла воевать за Карабах.
И вот здесь армянская политика начала уходить в область политической фантастики. Потому что Карабах никогда не был признан частью Армении даже самой Арменией.
Это неудобный факт, который сейчас стараются эмоционально затоптать лозунгами про «предательство союзника». Но геополитика вообще жестока к тем, кто пытается жить внутри красивых моральных формул вместо реальности.
А реальность для Армении выглядит довольно сурово.
Страна без выхода к морю.
С разрушенными отношениями с Азербайджаном.
С исторической враждой с Турцией.
С экономикой, глубоко связанной с Россией.
С огромной диаспорой в РФ.
С энергетической зависимостью.
С логистической зависимостью.
С безопасностью, которая десятилетиями строилась вокруг российского присутствия.
И на этом фоне Ереван пытается убедить себя, что Франция, Брюссель и Вашингтон внезапно станут его новой опорой.
Это очень характерная болезнь постсоветских элит. Они постоянно принимают внимание Запада за готовность нести ответственность. Но Запад редко приходит ради чьего-то процветания. Он приходит ради собственных интересов. Пока Армения нужна как раздражитель для России, как инструмент давления на Иран, как элемент антироссийской архитектуры в Закавказье, ей будут улыбаться, обещать реформы, инвестиции, демократическое будущее и европейские горизонты. Проблема в том, что такие улыбки имеют срок годности. История это показывала уже столько раз, что даже удивительно, как человечество продолжает наступать на один и тот же грабельный завод.
Трагедия ситуации здесь даже не в том, что возможна потеря российского рынка. Не охлаждение отношений с Москвой. И даже не экономические последствия выхода из ЕАЭС.
Трагедия в другом: армянская элита начинает мыслить так, будто государственность Армении существует сама по себе, вне силового баланса региона. Будто это не результат крайне специфической исторической конструкции последних двух столетий.
Но Кавказ не любит слабых иллюзий. Кавказ вообще место, где история постоянно напоминает о себе через силу, границы и демографию. Здесь нельзя существовать только за счет красивых деклараций о европейском выборе. Здесь вопрос всегда упирается в то, кто реально готов гарантировать твое существование, а не публиковать сочувственные заявления.
Парадоксально, но именно после потери Карабаха Армения стала двигаться не к укреплению собственной субъектности, а к ее размыванию. Потому что вместо холодного анализа поражения началась эмоциональная попытка «уйти от России». Почти семейная драма на уровне государств. С обидой, демонстративным дистанцированием и верой, что новый партнер окажется добрее старого. Политика вообще часто превращается в коллективную психологию. Только цена таких эмоций измеряется исчезновением стран.
Но самое неприятное для Еревана заключается в том, что Россия действительно никуда не денется. Можно сколько угодно объявлять о «цивилизационном выборе», но география продолжит лежать на карте с упрямством бетонной плиты.
Турция останется рядом.
Азербайджан останется рядом.
Иран останется рядом.
Россия останется рядом.
А вот западный интерес может раствориться очень быстро, как только глобальная повестка переключится на что-то другое. На Тайвань. На Ближний Восток. На внутренний кризис Европы. На очередную американскую избирательную истерику. Мир сейчас настолько перегружен конфликтами, что маленькие страны в нем легко становятся временными проектами.
И в этом главный страх всей нынешней армянской истории. Армения пытается вырваться из российской орбиты не потому, что построила альтернативу, а потому что эмоционально устала от зависимости.
Но усталость не создает геополитических конструкций.
Обиды не заменяют систему безопасности.
А символическая поддержка не спасает государства в критический момент.
История вообще очень злая штука. Она не прощает странам желание жить внутри самообмана. Особенно маленьким странам на перекрестке больших интересов. И сейчас Армения подходит к моменту, когда ей придется выбирать не между Россией и Европой, как это пытаются подать политики, а между тяжелой реальностью и красивой иллюзией. Проблема лишь в том, что иллюзии заканчиваются раньше, чем география.
Правительство канадской провинции Квебек приняло закон, который запрещает молитвы в общественных местах, а также молельные комнаты в учебных заведениях, включая частные.
Как сообщает CTV News, новый закон также запрещает ношение религиозных символов воспитателями детских садов, учителями и другими сотрудниками школ.
Запрет на ношение религиозных символов не будет распространяться на сотрудников, принятых на работу до 27 ноября 2025 года, отмечает телеканал. При этом ношение полностью закрывающей лицо одежды теперь запрещено в детских садах, колледжах и университетах как для сотрудников, так и учеников.
В будущем правительство Квебека намерено прекратить субсидирование частных религиозных школ. Для таких учреждений вводится трехлетний переходный период, в течение которого они должны «прекратить отбор учеников и учителей на основе их религиозной принадлежности и прекратить преподавание религиозного контента». В противном случае школы потеряют доступ к государственному финансированию.
Как сообщает CTV News, новый закон также запрещает ношение религиозных символов воспитателями детских садов, учителями и другими сотрудниками школ.
Запрет на ношение религиозных символов не будет распространяться на сотрудников, принятых на работу до 27 ноября 2025 года, отмечает телеканал. При этом ношение полностью закрывающей лицо одежды теперь запрещено в детских садах, колледжах и университетах как для сотрудников, так и учеников.
В будущем правительство Квебека намерено прекратить субсидирование частных религиозных школ. Для таких учреждений вводится трехлетний переходный период, в течение которого они должны «прекратить отбор учеников и учителей на основе их религиозной принадлежности и прекратить преподавание религиозного контента». В противном случае школы потеряют доступ к государственному финансированию.
Прикольное описание автомобиля на дроме
"Продается не автомобиль, а оранжевый всадник апокалипсиса дачного значения.
Renault Duster 2018 года, рожденный где-то между французской инженерной мыслью, русской действительностью и древним пророчеством: “и придет он, и поедет он туда, где кончается асфальт и начинается уважение”.
Оранжевый цвет — отдельная опция судьбы.
Машина выглядит так, будто ее создавали не дизайнеры, а отдел по поднятию самооценки владельца.
На фоне серых кроссоверов этот Duster смотрится как апельсин среди бухгалтерии.
Это мировоззрение.
Не просто оранжевый, а такой, что его видно:
• в тумане,
• в пурге,
• в лесу,
• в поле,
• в депрессии,
• и даже на парковке у “Ленты” в субботу вечером.
По уровню заметности уступает только ядерной вспышке и соседу с перфоратором в воскресенье утром.
Этот цвет не выбирают — его заслуживают.
Существует теория, что именно по этому Дастеру МЧС корректирует спутниковые снимки.
Под капотом установлен дизельный двигатель 1.5 литра, выдающий 107 лошадиных сил.
Но это не обычные лошадиные силы. Это 107 обозленных, невыспавшихся, матёрых степных жеребцов, которых с детства кормили соляркой, холодным воздухом и обещаниями “там недалеко, всего 15 километров по грунтовке”.
Он настолько надежный, что, по некоторым данным, способен заводиться от одного только косого взгляда владельца и воспоминаний о дороге.
Мотор работает так, будто ему с завода объяснили:
“Сынок, твоя задача — возить хозяина, его друзей, их мешки, их надежды и их ошибочные решения”.
Полный привод здесь нужен не для красоты и не для маркетинга.
Он нужен для ситуаций, когда:
• навигатор заплакал и выключился,
• тракторист почесал затылок и сказал “ну я бы туда не полез”,
• седан остался где-то в начале деревни,
• а ты уже едешь дальше и выбираешь, с какого ракурса потом выкладывать фотки.
Этот Duster проходит там, где другим машинам ставят свечку.
Грязь? Он ее воспринимает как массаж.
Снег? Как легкий пудинг.
Колея? Как элементы обязательной программы.
Там, где обычные машины начинают буксовать, этот Duster начинает морально доминировать.
Разбитая дорога? Как повод чуть размять подвеску.
Кстати, о подвеске.
Подвеска спроектирована по секретной франко-русской технологии “ну держись”, она здесь не просто крепкая — она идеологически несогласна умирать.
Ее пытались сломать:
• ямы федерального значения,
• дачные направления,
• весенняя распутица,
• гравий,
• бордюры,
• и одна очень самоуверенная лужа, которая оказалась карьером.
Безуспешно.
Есть неподтвержденная информация, что после проезда Дастера некоторые ямы сами затягиваются из чувства стыда.
Салон практичный, крепкий, без лишнего гламура — всё по-мужски, по-дачному, по-экспедиционному.
Внутри комфортно ехать на рыбалку, охоту, стройку, дачу, в лес, в соседнюю область и в места, где навигатор говорит: “дальше сами, я в это не ввязываюсь”.
Багажник вмещает всё: картошку, цемент, мангал, палатку, запаску, инструменты, настроение “на всякий случай” и последствия любых спонтанных решений.
Есть мнение, что если аккуратно сложить сиденья, в Duster можно уместить:
• стройматериалы на полдачи,
• тещу с рассадой,
• и остатки самоуважения соседа, купившего передний привод “для уверенности зимой”.
На трассе автомобиль идет уверенно, как человек, который уже выплатил кредит и знает себе цену.
В городе ведет себя спокойно, не выпендривается.
Но стоит свернуть на проселок — и машина буквально преображается.
Появляется ощущение, что именно ради этого момента ее и собирали.
Оранжевый, дизельный Дастер — это выбор человека, который:
• не боится плохих дорог,
• не верит в беспомощность,
• знает цену клиренсу,
• и понимает, что настоящий комфорт — это когда ты доехал.
Автомобиль идеально подойдет для:
• экспедиций,
• эвакуации родственников с шашлыков,
• и визитов туда, где Google Maps пишет: “мы бы на вашем месте подумали”.
В комплекте с автомобилем новый владелец получает:
• право смотреть прогноз погоды с легким презрением;
• иммунитет к фразе “ой, там дорога плохая”;
• сезонное уважение всех соседей по двору и высокую вероятность того, что зимой вам начнут звонить малознакомые люди со словами: “брат, выручи”;
• обязанность хотя бы раз за зиму кого-нибудь вытащить из сугроба;
• внутреннее ощущение, что бордюр — это не препятствие, а переговорная позиция;
• и редкую способность произносить фразу “да нормально там проедем” без тени сомнения.
Причина продажи простая: невозможно владеть такой мощью вечно, ее надо передавать дальше, как артефакт.
Писать только тем, кто морально готов:
1. перестать бояться зимы,
2. начать парковаться там, где раньше крестился,
3. и однажды проснуться с мыслью:
“а не поехать ли через поле — так ближе”.
"Продается не автомобиль, а оранжевый всадник апокалипсиса дачного значения.
Renault Duster 2018 года, рожденный где-то между французской инженерной мыслью, русской действительностью и древним пророчеством: “и придет он, и поедет он туда, где кончается асфальт и начинается уважение”.
Оранжевый цвет — отдельная опция судьбы.
Машина выглядит так, будто ее создавали не дизайнеры, а отдел по поднятию самооценки владельца.
На фоне серых кроссоверов этот Duster смотрится как апельсин среди бухгалтерии.
Это мировоззрение.
Не просто оранжевый, а такой, что его видно:
• в тумане,
• в пурге,
• в лесу,
• в поле,
• в депрессии,
• и даже на парковке у “Ленты” в субботу вечером.
По уровню заметности уступает только ядерной вспышке и соседу с перфоратором в воскресенье утром.
Этот цвет не выбирают — его заслуживают.
Существует теория, что именно по этому Дастеру МЧС корректирует спутниковые снимки.
Под капотом установлен дизельный двигатель 1.5 литра, выдающий 107 лошадиных сил.
Но это не обычные лошадиные силы. Это 107 обозленных, невыспавшихся, матёрых степных жеребцов, которых с детства кормили соляркой, холодным воздухом и обещаниями “там недалеко, всего 15 километров по грунтовке”.
Он настолько надежный, что, по некоторым данным, способен заводиться от одного только косого взгляда владельца и воспоминаний о дороге.
Мотор работает так, будто ему с завода объяснили:
“Сынок, твоя задача — возить хозяина, его друзей, их мешки, их надежды и их ошибочные решения”.
Полный привод здесь нужен не для красоты и не для маркетинга.
Он нужен для ситуаций, когда:
• навигатор заплакал и выключился,
• тракторист почесал затылок и сказал “ну я бы туда не полез”,
• седан остался где-то в начале деревни,
• а ты уже едешь дальше и выбираешь, с какого ракурса потом выкладывать фотки.
Этот Duster проходит там, где другим машинам ставят свечку.
Грязь? Он ее воспринимает как массаж.
Снег? Как легкий пудинг.
Колея? Как элементы обязательной программы.
Там, где обычные машины начинают буксовать, этот Duster начинает морально доминировать.
Разбитая дорога? Как повод чуть размять подвеску.
Кстати, о подвеске.
Подвеска спроектирована по секретной франко-русской технологии “ну держись”, она здесь не просто крепкая — она идеологически несогласна умирать.
Ее пытались сломать:
• ямы федерального значения,
• дачные направления,
• весенняя распутица,
• гравий,
• бордюры,
• и одна очень самоуверенная лужа, которая оказалась карьером.
Безуспешно.
Есть неподтвержденная информация, что после проезда Дастера некоторые ямы сами затягиваются из чувства стыда.
Салон практичный, крепкий, без лишнего гламура — всё по-мужски, по-дачному, по-экспедиционному.
Внутри комфортно ехать на рыбалку, охоту, стройку, дачу, в лес, в соседнюю область и в места, где навигатор говорит: “дальше сами, я в это не ввязываюсь”.
Багажник вмещает всё: картошку, цемент, мангал, палатку, запаску, инструменты, настроение “на всякий случай” и последствия любых спонтанных решений.
Есть мнение, что если аккуратно сложить сиденья, в Duster можно уместить:
• стройматериалы на полдачи,
• тещу с рассадой,
• и остатки самоуважения соседа, купившего передний привод “для уверенности зимой”.
На трассе автомобиль идет уверенно, как человек, который уже выплатил кредит и знает себе цену.
В городе ведет себя спокойно, не выпендривается.
Но стоит свернуть на проселок — и машина буквально преображается.
Появляется ощущение, что именно ради этого момента ее и собирали.
Оранжевый, дизельный Дастер — это выбор человека, который:
• не боится плохих дорог,
• не верит в беспомощность,
• знает цену клиренсу,
• и понимает, что настоящий комфорт — это когда ты доехал.
Автомобиль идеально подойдет для:
• экспедиций,
• эвакуации родственников с шашлыков,
• и визитов туда, где Google Maps пишет: “мы бы на вашем месте подумали”.
В комплекте с автомобилем новый владелец получает:
• право смотреть прогноз погоды с легким презрением;
• иммунитет к фразе “ой, там дорога плохая”;
• сезонное уважение всех соседей по двору и высокую вероятность того, что зимой вам начнут звонить малознакомые люди со словами: “брат, выручи”;
• обязанность хотя бы раз за зиму кого-нибудь вытащить из сугроба;
• внутреннее ощущение, что бордюр — это не препятствие, а переговорная позиция;
• и редкую способность произносить фразу “да нормально там проедем” без тени сомнения.
Причина продажи простая: невозможно владеть такой мощью вечно, ее надо передавать дальше, как артефакт.
Писать только тем, кто морально готов:
1. перестать бояться зимы,
2. начать парковаться там, где раньше крестился,
3. и однажды проснуться с мыслью:
“а не поехать ли через поле — так ближе”.
Актёр, сыгравший Шефа в «Бриллиантовой руке», был невинно осужден, а в конце жизни потерял память и не узнавал близких
Помните загадочного главу контрабандистов из комедии «Бриллиантовая рука»? Почти до самого финала зритель гадал, кто же этот таинственный незнакомец? Невзрачный персонаж, то и дело мелькавший в эпизодах, не подавал вида, что именно он и есть тот самый таинственный Шеф. А его крылатая фраза: «Как говорил один мой знакомый… покойник: «Я слишком много знал» сразу ушла в народ.
Та же история и с шутливой поговоркой «Куй железо, не отходя от кассы» — многие её повторяют, но не все помнят, где и когда она прозвучала впервые.
Этот персонаж постоянно оставался в тени, но сопровождал сюжет на протяжении всего фильма. Его по праву можно считать одним из главных героев знаменитой комедии, хотя на экране он появляется нечасто. Сыграл шефа контрабандистов малоизвестный советский актёр Николай Романов.
Николай Яковлевич Романов родился в 1908 году в семье московских служащих. Революция помешала ему окончить гимназию, но в 1926 году он успешно сдал вступительные экзамены на курсы подготовки специалистов для кино. Их вёл известный режиссёр Борис Чайковский.
Курсы Бориса Витальевича Чайковского в первые годы советской власти дали путёвку в жизнь многим будущим знаменитостям. В том числе и гениальному Александру Роу. После смерти основателя в конце двадцатых курсы переименовали в Киношколу имени Б. В. Чайковского, которую позже несколько раз реорганизовывали. Сегодня это Высшие курсы сценаристов и режиссёров в Большом Тишинском переулке.
В 1929 году Романов окончил курсы и был принят актёром на студию «Межрабпомфильм». Успев сняться в семи фильмах, в 1932 году он попал под первую волну репрессий. По анонимному доносу актёра арестовали, приговорили к пяти годам лагерей и отправили на строительство Беломорско-Балтийского канала («Беломорканал»).
Сегодня известно, что по статистике там погиб каждый четвёртый заключённый. Романова спасло участие в фильме «Путёвка в жизнь», где незадолго до ареста он сыграл небольшую, но узнаваемую роль.
Начальник лагеря оказался поклонником этой киноленты, пожалел 25-летнего актёра, снял его с полевых работ и отправил в лагерный театр.
После освобождения Романову запретили возвращаться в Москву. Почти двадцать лет он играл в провинциальных театрах и лишь в 1954 году, когда сняли запрет для бывших осуждённых, актёр вернулся в Москву.
В 1961 году его полностью реабилитировали. Выяснилось, что он стал жертвой доносчика, которого позже признали психически нездоровым человеком. И ещё в военные годы он умер в психиатрической лечебнице. По его доносам безвинно осудили более тридцати человек, некоторые из которых были расстреляны или не вернулись из лагерей.
После реабилитации карьера 53-летнего актёра пошла в гору. В 1963 году его приняли в штат киностудии имени Горького. Главных ролей не давали, но в эпизодах и на втором плане он снимался регулярно.
Самой яркой его работой стала роль Шефа в комедии Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука». Романов прошёл пробы среди более чем двадцати претендентов. Говорят, что Гайдай выбрал его, узнав о непростой судьбе актёра. Но по ходу съёмок ни разу не разочаровался в своём выборе.
Съёмки фильма ещё не закончились, а Николай Яковлевич уже сказал близким: этот фильм войдёт в историю, и он вместе с ним станет знаменитым. Опыт и интуиция не подвели — так и случилось.
В фильмографии Николая Романова всего 37 киноработ. Причем в семи из которых он снялся ещё в немом кино до заключения. В начале восьмидесятых у актёра диагностировали болезнь Альцгеймера. Из-за провалов в памяти он больше не мог работать. Болезнь прогрессировала, вскоре он перестал узнавать родных. В 1991 году Николай Яковлевич Романов скончался на 84-м году жизни.
Всю жизнь он был женат на театральной актрисе Ольге Петровой, с которой познакомился в лагерном театре. Перед войной у них родился сын. Друзья и соседи вспоминали, что жили они очень дружно и никогда не ссорились.
Похоронен Николай Романов на семейном участке Миусского кладбища в Москве.
Помните загадочного главу контрабандистов из комедии «Бриллиантовая рука»? Почти до самого финала зритель гадал, кто же этот таинственный незнакомец? Невзрачный персонаж, то и дело мелькавший в эпизодах, не подавал вида, что именно он и есть тот самый таинственный Шеф. А его крылатая фраза: «Как говорил один мой знакомый… покойник: «Я слишком много знал» сразу ушла в народ.
Та же история и с шутливой поговоркой «Куй железо, не отходя от кассы» — многие её повторяют, но не все помнят, где и когда она прозвучала впервые.
Этот персонаж постоянно оставался в тени, но сопровождал сюжет на протяжении всего фильма. Его по праву можно считать одним из главных героев знаменитой комедии, хотя на экране он появляется нечасто. Сыграл шефа контрабандистов малоизвестный советский актёр Николай Романов.
Николай Яковлевич Романов родился в 1908 году в семье московских служащих. Революция помешала ему окончить гимназию, но в 1926 году он успешно сдал вступительные экзамены на курсы подготовки специалистов для кино. Их вёл известный режиссёр Борис Чайковский.
Курсы Бориса Витальевича Чайковского в первые годы советской власти дали путёвку в жизнь многим будущим знаменитостям. В том числе и гениальному Александру Роу. После смерти основателя в конце двадцатых курсы переименовали в Киношколу имени Б. В. Чайковского, которую позже несколько раз реорганизовывали. Сегодня это Высшие курсы сценаристов и режиссёров в Большом Тишинском переулке.
В 1929 году Романов окончил курсы и был принят актёром на студию «Межрабпомфильм». Успев сняться в семи фильмах, в 1932 году он попал под первую волну репрессий. По анонимному доносу актёра арестовали, приговорили к пяти годам лагерей и отправили на строительство Беломорско-Балтийского канала («Беломорканал»).
Сегодня известно, что по статистике там погиб каждый четвёртый заключённый. Романова спасло участие в фильме «Путёвка в жизнь», где незадолго до ареста он сыграл небольшую, но узнаваемую роль.
Начальник лагеря оказался поклонником этой киноленты, пожалел 25-летнего актёра, снял его с полевых работ и отправил в лагерный театр.
После освобождения Романову запретили возвращаться в Москву. Почти двадцать лет он играл в провинциальных театрах и лишь в 1954 году, когда сняли запрет для бывших осуждённых, актёр вернулся в Москву.
В 1961 году его полностью реабилитировали. Выяснилось, что он стал жертвой доносчика, которого позже признали психически нездоровым человеком. И ещё в военные годы он умер в психиатрической лечебнице. По его доносам безвинно осудили более тридцати человек, некоторые из которых были расстреляны или не вернулись из лагерей.
После реабилитации карьера 53-летнего актёра пошла в гору. В 1963 году его приняли в штат киностудии имени Горького. Главных ролей не давали, но в эпизодах и на втором плане он снимался регулярно.
Самой яркой его работой стала роль Шефа в комедии Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука». Романов прошёл пробы среди более чем двадцати претендентов. Говорят, что Гайдай выбрал его, узнав о непростой судьбе актёра. Но по ходу съёмок ни разу не разочаровался в своём выборе.
Съёмки фильма ещё не закончились, а Николай Яковлевич уже сказал близким: этот фильм войдёт в историю, и он вместе с ним станет знаменитым. Опыт и интуиция не подвели — так и случилось.
В фильмографии Николая Романова всего 37 киноработ. Причем в семи из которых он снялся ещё в немом кино до заключения. В начале восьмидесятых у актёра диагностировали болезнь Альцгеймера. Из-за провалов в памяти он больше не мог работать. Болезнь прогрессировала, вскоре он перестал узнавать родных. В 1991 году Николай Яковлевич Романов скончался на 84-м году жизни.
Всю жизнь он был женат на театральной актрисе Ольге Петровой, с которой познакомился в лагерном театре. Перед войной у них родился сын. Друзья и соседи вспоминали, что жили они очень дружно и никогда не ссорились.
Похоронен Николай Романов на семейном участке Миусского кладбища в Москве.
Каждый суслик в поле агроном. (поговорка)
В последние дни на сайте нет ни одного выпуска где множество диванных експертов не высказались по теме Венесуэлы и Ирана.
Но если про первую страну ничего сказать не могу, то про Иран я хоть и не експерт но свои пять копеек вставлю.
Летом восемьдесят шестого года мне довелось нести службу в наряде на левом фланге нашей заставы.
Служба не пыльная, стоишь на вышке и наблюдаешь в ТЗК за сопредельной территорией, докладываешь старшему пограннаряда деду все что видишь.
Дед в отличии от меня дремлет в теньке, ему напрягаться не положено, он думает о дембеле. Поселок расположен был в двухстах метрах от Аракса так что в ТЗК легко было рассмотреть даже лица людей и если повезет полюбоваться красивой персиянкой.
- Тащ сержант, в поселке на площади базар, автолавки стоят, народу до хрена.
- Тащ сержант, вижу на поле у Аракса местные на ишаке подъехали на покос травы.
- Тащ сержант, два жандарма пришли напротив нас к Араксу.
- И что они делают?
- Срут тащ, сержант!
- Ну если к нам поплывут или ишака ебать будут тогда буди.
До конца наряда оставалось еще два часа когда услышали вызов дежурного.
- Шлем, там с правого фланга со стороны Сиарутской роты к вам движутся три грузовика, автобус и пикап с пулеметом, разбуди старшего щас тревожка подъедет.
- Тащ сержант, сюда грузовики движутся и джип с пулеметом и к нам тревожка едет.
Дед нехотя поднялся и припал к ТЗК.
- Шлем, а куда делись местные и жандармы?
- Не знаю, минуту назад были здесь, а сейчас остался только ишак который травку щиплет.
- Сам ты ишак, смотри куда съебались, проверь камыши?
Через пять минут прилетела Шишига с тревожкой в составе пятерых дедов во главе с зампобоем.
Каждый занял свою позицию, кто в окопчике кто за железкой.
Колона грузовиков на скорости влетела в поселок на площадь и из машины стали выскакивать крепкие бородачи в песочной форме с автоматическими винтоваками наперевес, часть из них окружила площадь а вторая двинула по улицам.
Народ в панике пытался бежать но бородачи окружили плотно, выдергивая по одному из толпы и пакуя в автобус.
Надо сказать что жандармы которые охраняли границу были же такими молодыми распиздяями как и мы, те же кто выскакивал из грузовиков были взрослыми мужиками, обученными и хорошо экипированными бойцами которые действовали очень слаженно.
- Тащ капитан, че за хуйня происходит? Куда они их пакуют? Кто это?
- Куда, куда, мобилизуют с Ираком воевать! Это КСИРовцы!
Корпус Стражей Исламской Революции? Мы много слышали об этой службе на политзанятиях, по рассказам замполита это были звери, отборные части, но никогда их в наших краях не видели.
За семь лет до этого в Иране произошла революция и тогда они и появились. К восьмидесятому году границу закрыли на замок, хотя до этого приграничное движение было относительно свободное.
По рассказом местных азербайджанцев на том берегу у них осталось полно родни и раньше при Шахе они могли ездить туда как и они к нам на похороны и свадьбы.
Да и наши офицеры наносили визиты к персам как и они к нам.
Еще при Шахе жандармам раз в месяц даже привозили на пост проституток из соседнего городка, а теперь прекратили.
Нравы тогда в Иране были свободными, затем наступили средние века.
Границу закрыли наглухо, и единственная связь была когда через Аракс местные азербайджанцы с той стороны криком передавали новости местным с этой стороны.
- Эй, друг, передай Мамеду Гуссейнову что его дедушка Али умер...
- Предайте Юсуфу что его племянница Гюльнара вышла замуж...
Нам ставилась задача в соответствии с инструкцией задерживать местных за общение с той стороной, но мы смотрели сквозь пальцы понимая ситуацию, тем более многих местных мы знали по именам и в лицо.
Буквально через двадцать минут в автобус погрузили еще человек десять молодых парней и толпа с воем кинулась перекрывать дорогу пытаясь помешать выезду.
Тогда пулеметчик на джипе развернулся и дал длинную очередь поверх голов в сторону гор в свой тыл.
Толпа расступилась, колонна медленно стала отъезжать.
В машины полетели камни и палки, в ответ раздались выстрелы, люди стали разбегаться.
Когда машины отъехали и пыль осела, мы увидели лежащих на земле человек пять мужчин и женщин, которые катались держась за раненые ноги.
К счастью были живы все, попало по ногам и никого не убило.
Как только машины скрылись за поворотом, тут же нашелся местный с женой и два жандарма. Увидев колонну они со скоростью суслика зарылись в стог сена и сидели там до момента отъезда КСИРовцев.
И только ишак все это время невозмутимо продолжал жевать травку отгоняя хвостом назойливых мух, и даже выстрелы не могли оторвать его от этого занятия.
Если честно, то мне восемнадцатилетнему пацану было жутко на это смотреть.
Все груились в Шишигу молча, каждый думал о своем, я понял что не только на меня одного это произвело впечатление, но даже на зампобоя. Вечером на заставу приехал особист из отряда, опросил всех в ленинской комнате, после чего настоятельно порекомендовал все забыть и никому ничего не рассказывать.
P.S. Вчера ехал на такси с флагом Азербайджана на заднем стекле и водителем азербайджанцем который был родом из Баку и уже двадцать живет в России.
Разговорились, он узнал где я служил спросил мое мнение и я ответил честно что не знаю, но мне кажется будет большая кровь и ничего хорошего.
Он же наоборот с воодушевлением отнесся к этой новости утверждая что это хорошо.
На вопрос что в этом хорошего, ответил - У Азербайджана теперь появился шанс.
- Какой шанс?
- Ну когда начнут дерибанить Иран, можно будет отжать Северный Азербайджан, ведь это наши исконные земли.
В конце разговора он уверенно заявил - Израиль нам поможет! Потом немного подумав он уже менее уверенно - Наверное...
Всем хорошего дня! Морали и двойного смысла в истории нет, просто сегодняшние события напомнили....
10.01. 2026 г.
В последние дни на сайте нет ни одного выпуска где множество диванных експертов не высказались по теме Венесуэлы и Ирана.
Но если про первую страну ничего сказать не могу, то про Иран я хоть и не експерт но свои пять копеек вставлю.
Летом восемьдесят шестого года мне довелось нести службу в наряде на левом фланге нашей заставы.
Служба не пыльная, стоишь на вышке и наблюдаешь в ТЗК за сопредельной территорией, докладываешь старшему пограннаряда деду все что видишь.
Дед в отличии от меня дремлет в теньке, ему напрягаться не положено, он думает о дембеле. Поселок расположен был в двухстах метрах от Аракса так что в ТЗК легко было рассмотреть даже лица людей и если повезет полюбоваться красивой персиянкой.
- Тащ сержант, в поселке на площади базар, автолавки стоят, народу до хрена.
- Тащ сержант, вижу на поле у Аракса местные на ишаке подъехали на покос травы.
- Тащ сержант, два жандарма пришли напротив нас к Араксу.
- И что они делают?
- Срут тащ, сержант!
- Ну если к нам поплывут или ишака ебать будут тогда буди.
До конца наряда оставалось еще два часа когда услышали вызов дежурного.
- Шлем, там с правого фланга со стороны Сиарутской роты к вам движутся три грузовика, автобус и пикап с пулеметом, разбуди старшего щас тревожка подъедет.
- Тащ сержант, сюда грузовики движутся и джип с пулеметом и к нам тревожка едет.
Дед нехотя поднялся и припал к ТЗК.
- Шлем, а куда делись местные и жандармы?
- Не знаю, минуту назад были здесь, а сейчас остался только ишак который травку щиплет.
- Сам ты ишак, смотри куда съебались, проверь камыши?
Через пять минут прилетела Шишига с тревожкой в составе пятерых дедов во главе с зампобоем.
Каждый занял свою позицию, кто в окопчике кто за железкой.
Колона грузовиков на скорости влетела в поселок на площадь и из машины стали выскакивать крепкие бородачи в песочной форме с автоматическими винтоваками наперевес, часть из них окружила площадь а вторая двинула по улицам.
Народ в панике пытался бежать но бородачи окружили плотно, выдергивая по одному из толпы и пакуя в автобус.
Надо сказать что жандармы которые охраняли границу были же такими молодыми распиздяями как и мы, те же кто выскакивал из грузовиков были взрослыми мужиками, обученными и хорошо экипированными бойцами которые действовали очень слаженно.
- Тащ капитан, че за хуйня происходит? Куда они их пакуют? Кто это?
- Куда, куда, мобилизуют с Ираком воевать! Это КСИРовцы!
Корпус Стражей Исламской Революции? Мы много слышали об этой службе на политзанятиях, по рассказам замполита это были звери, отборные части, но никогда их в наших краях не видели.
За семь лет до этого в Иране произошла революция и тогда они и появились. К восьмидесятому году границу закрыли на замок, хотя до этого приграничное движение было относительно свободное.
По рассказом местных азербайджанцев на том берегу у них осталось полно родни и раньше при Шахе они могли ездить туда как и они к нам на похороны и свадьбы.
Да и наши офицеры наносили визиты к персам как и они к нам.
Еще при Шахе жандармам раз в месяц даже привозили на пост проституток из соседнего городка, а теперь прекратили.
Нравы тогда в Иране были свободными, затем наступили средние века.
Границу закрыли наглухо, и единственная связь была когда через Аракс местные азербайджанцы с той стороны криком передавали новости местным с этой стороны.
- Эй, друг, передай Мамеду Гуссейнову что его дедушка Али умер...
- Предайте Юсуфу что его племянница Гюльнара вышла замуж...
Нам ставилась задача в соответствии с инструкцией задерживать местных за общение с той стороной, но мы смотрели сквозь пальцы понимая ситуацию, тем более многих местных мы знали по именам и в лицо.
Буквально через двадцать минут в автобус погрузили еще человек десять молодых парней и толпа с воем кинулась перекрывать дорогу пытаясь помешать выезду.
Тогда пулеметчик на джипе развернулся и дал длинную очередь поверх голов в сторону гор в свой тыл.
Толпа расступилась, колонна медленно стала отъезжать.
В машины полетели камни и палки, в ответ раздались выстрелы, люди стали разбегаться.
Когда машины отъехали и пыль осела, мы увидели лежащих на земле человек пять мужчин и женщин, которые катались держась за раненые ноги.
К счастью были живы все, попало по ногам и никого не убило.
Как только машины скрылись за поворотом, тут же нашелся местный с женой и два жандарма. Увидев колонну они со скоростью суслика зарылись в стог сена и сидели там до момента отъезда КСИРовцев.
И только ишак все это время невозмутимо продолжал жевать травку отгоняя хвостом назойливых мух, и даже выстрелы не могли оторвать его от этого занятия.
Если честно, то мне восемнадцатилетнему пацану было жутко на это смотреть.
Все груились в Шишигу молча, каждый думал о своем, я понял что не только на меня одного это произвело впечатление, но даже на зампобоя. Вечером на заставу приехал особист из отряда, опросил всех в ленинской комнате, после чего настоятельно порекомендовал все забыть и никому ничего не рассказывать.
P.S. Вчера ехал на такси с флагом Азербайджана на заднем стекле и водителем азербайджанцем который был родом из Баку и уже двадцать живет в России.
Разговорились, он узнал где я служил спросил мое мнение и я ответил честно что не знаю, но мне кажется будет большая кровь и ничего хорошего.
Он же наоборот с воодушевлением отнесся к этой новости утверждая что это хорошо.
На вопрос что в этом хорошего, ответил - У Азербайджана теперь появился шанс.
- Какой шанс?
- Ну когда начнут дерибанить Иран, можно будет отжать Северный Азербайджан, ведь это наши исконные земли.
В конце разговора он уверенно заявил - Израиль нам поможет! Потом немного подумав он уже менее уверенно - Наверное...
Всем хорошего дня! Морали и двойного смысла в истории нет, просто сегодняшние события напомнили....
10.01. 2026 г.
Я свалил в Канаду больше 30 лет назад. Года три помучался, потом дела пошли. И даже позволяли часто менять машины (лизинг, конечно). В основном брал японцев, но были и вольво, и даже порш. Каждая покупка - безусловно приятая процедура, но какая-то быстротечная. Привычная, что-ли. Как день рождения, который забываешь через неделю. И уж точно ни разу радость от новой тачки и близко не стояла к той, что я ощутил в почти забытом 1983м.
Тогда я закончил институт. Отец, расстрогавшись от сына-инженера, отдал мне свой прокуренный Запорожец. Смешной драндулет, где аккумулятор стоял в переднем багажнике, а запаска прилепилась к мотору сзади. Сорок лошадей, разгон до сотни - около минуты. Сквозящие двери, лысая и разная резина, бензиновая печка-вонючка. Казалось бы, чему там радоваться?
Но вот тот момент, когда я впервые выехал сам, на своей машине, этот момент оглушительного и ослепительного счастья, я помню до сих пор. И вряд ли уже забуду.
Тогда я закончил институт. Отец, расстрогавшись от сына-инженера, отдал мне свой прокуренный Запорожец. Смешной драндулет, где аккумулятор стоял в переднем багажнике, а запаска прилепилась к мотору сзади. Сорок лошадей, разгон до сотни - около минуты. Сквозящие двери, лысая и разная резина, бензиновая печка-вонючка. Казалось бы, чему там радоваться?
Но вот тот момент, когда я впервые выехал сам, на своей машине, этот момент оглушительного и ослепительного счастья, я помню до сих пор. И вряд ли уже забуду.
Клиент всегда прав?
От работы меня отправили на курсы по японской бизнес-культуре. Очень полезный и увлекательный был курс, честное слово, завтра расскажу поподробнее.
Но интересно другое. Это была не премия, а заслуженное наказание за мой давний косяк.
Но начнем по порядку. Все случилось летом. Я работаю на заводе, работа связана с клиентами, в детали не будем вдаваться, это не важно. Большинство клиентов довольно самостоятельные и не беспокоят по пустякам, некоторые звонят при первых проблемах, другие сначала сильно накосячат, а потом звонят. Обычно проводим дистанционную диагностику через модем и даем пошаговые инструкции. Помогаем всем, потому что клиент- всегда клиент, даже когда он неправ.
Японские клиенты- это отдельная категория. Дисциплинированные, обязательные, точные, воспитанные, учтивые, но в технических вопросах- ноль. Я каждый раз себя спрашиваю, как они создали Сони, Митсубиши, Тойоту и все остальное, если их сервисники не могут банально напряжение померять. Ответ простой (с их точки зрения): померять можем, но вы ж в инструкциях не написали как. Как? Да это любой семиклассник знает. Вольтметром! Параллельно! У нас если бы сервисник спросил, как мерять напряжение, то его бы перевели в дворники. А в России просто уволилили бы с волчьим билетом. Но Восток- дело тонкое. В Японии тоже уволили бы, но не сервисника, а мастера, который не показал, как мерять напряжение, или директора, который принял на работу некомпетентного техника.
За многие годы я уже привыкла, что они начинают излагать свою беду вежливо и издалека и только ко второму или третьему письму становится понятно, что, собственно, случилось. Проблема, что и после пятого сообщения кроме «Ой все!» клиент не сказал ничего по существу. После кучи дополнительных вопросов выяснила, что мотор запускается, ошибок на мониторе нет, но работать на агрегате нельзя. Дистанционная диагностика через модем тоже ничего не выявила. Все исправно, станок должен работать! Но клиент продолжал твердить, что оператор вообще не может работать с пульта дистанционного управления! Я попросила видео, чтобы посмотреть, может оператор не так на кнопки на пульте нажимает. У оператора рабочий день уже закончился, видео пришлось бы ждать еще день. Но, чтобы не терять время, мне пообещали очень подробно описать всю последовательность действий оператора.
Японцы- народ очень исполнительный, поэтому написали мне очень подробно.... В 7.30 по местному времени мистер Кобе пришел на работу, на агрегате было невозможно работать. Тогда в 7.45 он позвал начальника смены мистера Абе, он подтвердил, что нельзя работать. В 8.00 они позвонили начальнику цеха мистеру Такаши, а в 8.30 директору завода мистеру Такеши. В 10.00 они отправили мейл мистеру Сасаки из Осаки, а в 11.00 мейл мистеру Йокотама из Йокогамы... Что ж вы раньше то молчали!?! Вот теперь все понятно. Осталось только позвонить императору Нарухито и проблема сама рассосется.
Естественно, из этого подробного ответа я ровным счетом ничего не поняла. Все технические объяснения сводились к «Оператор не может нажимать на кнопки. Вообще не может работать!».
Конечно я допускаю, что на пульте могла поломаться одна кнопка, но чтоб все сразу? Предложила новый пульт, но это очень дорого. Клиент попросил ради нашей долгой дружбы найти более дешевое решение. Пользуясь служебным положением, приняла волевое решение дать ему на неделю- две проводную панель бесплатно, а он нам срочной почтой в ремонт на завод свой пульт пока пусть отправит. Проводная панель- это большой тяжелый ящик с кнопками и с длинным проводом, с него работать очень неудобно и некоторых функций не хватает, но это лучше, чем ничего. А мы за это время пульт дистанционного управления починим.
Пару дней спустя к нам на завод пришла посылка. В коробке лежал пульт с перетертым ремнем. Сам по себе пульт был абсолютно исправен, мы его весь протестировали. Потом мне было совестно перед нашими ребятами, я сомневалась и заставила их 3 раза прозвонить, чтобы понять, что пульт полностью исправен. Просто порвался ремень, а привязать ремень от штанов или кусок проволоки японцы не удосужились. Работать нельзя! Совсем нельзя! Обычно я очень спокойная и терпеливая, но тут я не выдержала *(!!»%:;:*?(?%;&%$£%”£.
Почему японцы просто не заказали ремень, а долго рассказывали, что «абсолютно нельзя работать» остается тайной, спишем это на загадочную японскую душу и хреновый английский. Там только пересылка экспрессом в одну сторону в 400 евро обошлась. Это ж сколько ремней можно было купить на эти деньги.
Очень хотелось вместе с оригинальным фирменным ремнем дать еще пару метров веревки и кусок мыла, чтоб они там все повесились. Пусть не в такой резкой форме, но я озвучила свои мысли клиенту.
Это был дипломатический инцидент. Конечно, я потом извинилась, но вопрос надо было решать кардинально, чтоб я через месяц еще раз не посоветовала им всем дружно сделать себе харакири.
... Поэтому как только мы узнали, что планируются курсы по японской бизнес-культуре, меня сразу же записали...
Фотка из интернета, наш ремень попроще
От работы меня отправили на курсы по японской бизнес-культуре. Очень полезный и увлекательный был курс, честное слово, завтра расскажу поподробнее.
Но интересно другое. Это была не премия, а заслуженное наказание за мой давний косяк.
Но начнем по порядку. Все случилось летом. Я работаю на заводе, работа связана с клиентами, в детали не будем вдаваться, это не важно. Большинство клиентов довольно самостоятельные и не беспокоят по пустякам, некоторые звонят при первых проблемах, другие сначала сильно накосячат, а потом звонят. Обычно проводим дистанционную диагностику через модем и даем пошаговые инструкции. Помогаем всем, потому что клиент- всегда клиент, даже когда он неправ.
Японские клиенты- это отдельная категория. Дисциплинированные, обязательные, точные, воспитанные, учтивые, но в технических вопросах- ноль. Я каждый раз себя спрашиваю, как они создали Сони, Митсубиши, Тойоту и все остальное, если их сервисники не могут банально напряжение померять. Ответ простой (с их точки зрения): померять можем, но вы ж в инструкциях не написали как. Как? Да это любой семиклассник знает. Вольтметром! Параллельно! У нас если бы сервисник спросил, как мерять напряжение, то его бы перевели в дворники. А в России просто уволилили бы с волчьим билетом. Но Восток- дело тонкое. В Японии тоже уволили бы, но не сервисника, а мастера, который не показал, как мерять напряжение, или директора, который принял на работу некомпетентного техника.
За многие годы я уже привыкла, что они начинают излагать свою беду вежливо и издалека и только ко второму или третьему письму становится понятно, что, собственно, случилось. Проблема, что и после пятого сообщения кроме «Ой все!» клиент не сказал ничего по существу. После кучи дополнительных вопросов выяснила, что мотор запускается, ошибок на мониторе нет, но работать на агрегате нельзя. Дистанционная диагностика через модем тоже ничего не выявила. Все исправно, станок должен работать! Но клиент продолжал твердить, что оператор вообще не может работать с пульта дистанционного управления! Я попросила видео, чтобы посмотреть, может оператор не так на кнопки на пульте нажимает. У оператора рабочий день уже закончился, видео пришлось бы ждать еще день. Но, чтобы не терять время, мне пообещали очень подробно описать всю последовательность действий оператора.
Японцы- народ очень исполнительный, поэтому написали мне очень подробно.... В 7.30 по местному времени мистер Кобе пришел на работу, на агрегате было невозможно работать. Тогда в 7.45 он позвал начальника смены мистера Абе, он подтвердил, что нельзя работать. В 8.00 они позвонили начальнику цеха мистеру Такаши, а в 8.30 директору завода мистеру Такеши. В 10.00 они отправили мейл мистеру Сасаки из Осаки, а в 11.00 мейл мистеру Йокотама из Йокогамы... Что ж вы раньше то молчали!?! Вот теперь все понятно. Осталось только позвонить императору Нарухито и проблема сама рассосется.
Естественно, из этого подробного ответа я ровным счетом ничего не поняла. Все технические объяснения сводились к «Оператор не может нажимать на кнопки. Вообще не может работать!».
Конечно я допускаю, что на пульте могла поломаться одна кнопка, но чтоб все сразу? Предложила новый пульт, но это очень дорого. Клиент попросил ради нашей долгой дружбы найти более дешевое решение. Пользуясь служебным положением, приняла волевое решение дать ему на неделю- две проводную панель бесплатно, а он нам срочной почтой в ремонт на завод свой пульт пока пусть отправит. Проводная панель- это большой тяжелый ящик с кнопками и с длинным проводом, с него работать очень неудобно и некоторых функций не хватает, но это лучше, чем ничего. А мы за это время пульт дистанционного управления починим.
Пару дней спустя к нам на завод пришла посылка. В коробке лежал пульт с перетертым ремнем. Сам по себе пульт был абсолютно исправен, мы его весь протестировали. Потом мне было совестно перед нашими ребятами, я сомневалась и заставила их 3 раза прозвонить, чтобы понять, что пульт полностью исправен. Просто порвался ремень, а привязать ремень от штанов или кусок проволоки японцы не удосужились. Работать нельзя! Совсем нельзя! Обычно я очень спокойная и терпеливая, но тут я не выдержала *(!!»%:;:*?(?%;&%$£%”£.
Почему японцы просто не заказали ремень, а долго рассказывали, что «абсолютно нельзя работать» остается тайной, спишем это на загадочную японскую душу и хреновый английский. Там только пересылка экспрессом в одну сторону в 400 евро обошлась. Это ж сколько ремней можно было купить на эти деньги.
Очень хотелось вместе с оригинальным фирменным ремнем дать еще пару метров веревки и кусок мыла, чтоб они там все повесились. Пусть не в такой резкой форме, но я озвучила свои мысли клиенту.
Это был дипломатический инцидент. Конечно, я потом извинилась, но вопрос надо было решать кардинально, чтоб я через месяц еще раз не посоветовала им всем дружно сделать себе харакири.
... Поэтому как только мы узнали, что планируются курсы по японской бизнес-культуре, меня сразу же записали...
Фотка из интернета, наш ремень попроще
Послать донат автору/рассказчику
Правило 200 ярдов доктора Ашнина.
Терпеть не могу, когда меня хвалят!
Особенно — авансом…
Какой-то частью — это суеверие, боюсь сглазить удачу.
Но есть тут ещё и очень рациональные объяснения.
Скажем, я давал наркоз членам семьи — и всё прошло хорошо, штатно. И они бешено рады видеть мою бородатую морду и наперебой начинают рассказывать о моих доблестях!
И что? Да ничего, все эти успехи — в прошлом, моему сегодняшнему пациенту нужно , чтобы всё закончилось хорошо сегодня, а мои вчерашние победы остались там,вчера.
О чём я, решительно прервав панегирики, говорю пациенту — прошлые успехи ничего не значат, нам нужна победа сегодня, вот мы будем делать то, то и то — и единственным критерием будет признание пациентом и всеми нами нашего сегодняшнего успеха.
И припоминаю армейские прибаутки: лёгким днём бывает только вчера, большинство ошибок случаются за пять шагов до финиша , безопасность превыше комфорта…
И что я обязательно выйду после наркоза к семье и близким — рассказать что и как прошло, как пациент поживает и где и когда они воссоединятся с ним.
Но самое главное — это знание, что без своей команды — я стою мало…
Что такое команда госпиталя?
Это уборщицы, сантехники, прачки, инженеры разного рода.
Короче, все те, кто позволяют госпиталю функционировать.
Моя команда, команда операционного блока — клиника предоперационной подготовки, медсёстры и санитарки предоперационной, хирургические медсёстры и техники, ассистенты хирурга, представители компаний по оборудованию, ребята из рикавэри — пробудительной палаты … я, скорее всего, позабыл кого-то… короче — команда немаленькая.
Ой, я старый забывчивый дурак!! Самого главного игрока своей команды — забыл!!
Я работаю с Лорой уже лет 20 — она анестезиологический техник, приготавливает в операционной всю наркозную технику.
Её карьера — она была уборщицей, наши зоркие глаза высмотрели в ней талант — она самая лучшая в своей специальности, интуитивно и уверенно знает каждого из анестезиологов, иногда мне страшно — не успеваю подумать — а она тут как тут, с инструментом именно для этой ситуации.
Калифорнийская мексиканка в 4 поколении, отличный английский( она начитана и религиозна), владеет испанским, в совершенстве.
Короче — в моей команде нет более важного человека…
Разбаловала она нас всех до зависимости, я даже думать не хочу о работе без неё… точнее, я неспособен работать в любом другом госпитале…
Распасовка начинается с хирурга — он первым инициирует процесс, затем все лабораторные данные и вся информация поступает к моим медсёстрам и анализируется, затем мы сами просматриваем информацию и решаем, что нам нужно сделать до операции: консультацию специалиста, дополнительные анализы, инфу от семейного врача.
Дальше мы назначаем день операции, какие-то лекарства можно брать в день операции, какие-то лучше пропустить.
И — мой выход — предоперационный осмотр, успокаивающие, антациды, в операционную, наркоз, взлёт — пас хирургу, теперь его выход на гол.
Надеюсь, мои объяснения, несколько хаотичные, — пояснили мою глубокую убежденность — несмотря на свою важность я просто один из большой команды людей, которые позволяют мне добиться успеха — или НЕ позволяют…
Ну, а откуда тогда заголовок — правило 200 ярдов?
А вот и история возникновения этого правила.
В самом начале моей карьеры в моём старом госпитале пациенты выписывались через отдельный выход из операционного блока.
По традиции — пациентов вывозили, сидя на коляске, и подвозили прямо к машинам их родственников, друзей или соседей.
Рутина… их сопровождала медсестра послеоперационной палаты и помогала сесть в машину.
Обычно я всего этого не видел — темп работы диктовал мою занятость уже следующим пациентом.
Но вот что-то побудило меня в тот день выйти из оперблока , воздухом подышать и попрощаться с моим пациентом. Его помогли сесть в машину, его жена села за руль, я, как сейчас помню, пошутил — ведите машину медленно и плавно, никаких трюков а-ля Шумахер( в этой шутке была доля истины — после наркоза многих укачивает до тошноты и рвоты).
Она кивнула в знак согласия, пациент меня поблагодарил и они тихонько поехали, выехали на улицу плавно и медленно и также медленно доехали до угла. Я продолжал наслаждаться свежим бризом с океана, следя за их движением к своему дому, они отъехали метров 150 от госпиталя.
И вдруг( вдруг — слово, которое я чисто профессионально не люблю, вдруг — это нарушение рутины, сбой в матрице…) — резкий разворот и рывок машины к нашему приёмному покою!
Именно то, что я не рекомендовал — и не просто так…
Я рванул к отделению приёмного покоя, его уже вынимают из машины и кладут на носилки.
Мы быстро накинули на него мониторы, кислород, слушая сбивчивый рассказ его жены — всё было нормально, доехали до угла и он замолчал, потеряв сознание.
Мой косяк?
Да вроде нет, он практически мгновенно пришёл в себя, кардиограмма без изменений, анализы в норме, рана не кровит, тошноты нет, мозги ясные…
Уехал домой, я пару раз позванивал его жене, всё путём , в архив?
В архив!?!? Ну уж дудки!
Мы, анестезиологи, точнее, большинство из нас —обсессивно- компульсивные люди, я не могу успокоиться и пожать плечами — ну вот с какого испуга моему пациенту вздумалось потерять сознание?
Да ещё через пару минут после моего с ним разговора?
Сижу над бумагами, просматриваю — всё, ну вот абсолютно всё нормально, пульс, давление, содержание кислорода в крови, температура — все очень строгие правила выписки пациента соблюдены.
Единственное, за что я зацепился — он принял таблетки от высокого давления ранним утром, часов за пять до наркоза — согласно нашей инструкции.
И — давление при выписке меряют много раз, последний раз — уже в одежде, лёжа.
Закралась одна идея — перезвонил ему на следующий день, он чувствует себя отлично, в хорошем настроении.
Спрашиваю: а вот что ты почувствовал первым делом в машине?
Голова закружилась, отвечает. В машине? Да нет, ещё сидя в коляске.
А чего ты ничего не сказал? Да я подумал — пустяки…
Попрощались, я опять к бумагам — его давление при поступлении хорошее, даже слишком, при выписке — чуть ниже нормы, но терпимо.
И вот тут у меня возникла гипотеза — ортостатическое давление ему не проверяли, незачем — оно проверяется у пациентов с повышенной чувствительностью к изменению положения тела: лёжа, сидя и стоя.
Не утверждаю — но скорее всего у него произошла ортостатическая гипотония — сброс давления сидя, да и у машины ему пришлось встать, что и привело его к обмороку и потере сознания.
Так, а что мне теперь делать с этой моей гипотезой?
А вот что: всем моим пациентам после наркоза при выписке — измерять давление и пульс три раза— лёжа, сидя и стоя. Меняется несущественно — домой, большие разницы — звать меня.
… и вот уже четверть века — этот сценарий не повторялся…
А как непредвиденный результат: из чистого суеверия я ввёл правило 200 ярдов — ни я ни мои сотрудники не начинают радоваться благополучному исходу — пока пациент не скрылся из виду, отъехав от госпиталя… без возвращения к оному!
Кстати, проверьте свои суеверия — в них, без сомнения есть и опыт ваших предков и ваш жизненный опыт и ваша интуиция и ваши фобии.
И, возможно, — рациональное зерно.
Здоровья всем и шипящих шашлыков!
Michael Ashnin@anekdot. ru
Терпеть не могу, когда меня хвалят!
Особенно — авансом…
Какой-то частью — это суеверие, боюсь сглазить удачу.
Но есть тут ещё и очень рациональные объяснения.
Скажем, я давал наркоз членам семьи — и всё прошло хорошо, штатно. И они бешено рады видеть мою бородатую морду и наперебой начинают рассказывать о моих доблестях!
И что? Да ничего, все эти успехи — в прошлом, моему сегодняшнему пациенту нужно , чтобы всё закончилось хорошо сегодня, а мои вчерашние победы остались там,вчера.
О чём я, решительно прервав панегирики, говорю пациенту — прошлые успехи ничего не значат, нам нужна победа сегодня, вот мы будем делать то, то и то — и единственным критерием будет признание пациентом и всеми нами нашего сегодняшнего успеха.
И припоминаю армейские прибаутки: лёгким днём бывает только вчера, большинство ошибок случаются за пять шагов до финиша , безопасность превыше комфорта…
И что я обязательно выйду после наркоза к семье и близким — рассказать что и как прошло, как пациент поживает и где и когда они воссоединятся с ним.
Но самое главное — это знание, что без своей команды — я стою мало…
Что такое команда госпиталя?
Это уборщицы, сантехники, прачки, инженеры разного рода.
Короче, все те, кто позволяют госпиталю функционировать.
Моя команда, команда операционного блока — клиника предоперационной подготовки, медсёстры и санитарки предоперационной, хирургические медсёстры и техники, ассистенты хирурга, представители компаний по оборудованию, ребята из рикавэри — пробудительной палаты … я, скорее всего, позабыл кого-то… короче — команда немаленькая.
Ой, я старый забывчивый дурак!! Самого главного игрока своей команды — забыл!!
Я работаю с Лорой уже лет 20 — она анестезиологический техник, приготавливает в операционной всю наркозную технику.
Её карьера — она была уборщицей, наши зоркие глаза высмотрели в ней талант — она самая лучшая в своей специальности, интуитивно и уверенно знает каждого из анестезиологов, иногда мне страшно — не успеваю подумать — а она тут как тут, с инструментом именно для этой ситуации.
Калифорнийская мексиканка в 4 поколении, отличный английский( она начитана и религиозна), владеет испанским, в совершенстве.
Короче — в моей команде нет более важного человека…
Разбаловала она нас всех до зависимости, я даже думать не хочу о работе без неё… точнее, я неспособен работать в любом другом госпитале…
Распасовка начинается с хирурга — он первым инициирует процесс, затем все лабораторные данные и вся информация поступает к моим медсёстрам и анализируется, затем мы сами просматриваем информацию и решаем, что нам нужно сделать до операции: консультацию специалиста, дополнительные анализы, инфу от семейного врача.
Дальше мы назначаем день операции, какие-то лекарства можно брать в день операции, какие-то лучше пропустить.
И — мой выход — предоперационный осмотр, успокаивающие, антациды, в операционную, наркоз, взлёт — пас хирургу, теперь его выход на гол.
Надеюсь, мои объяснения, несколько хаотичные, — пояснили мою глубокую убежденность — несмотря на свою важность я просто один из большой команды людей, которые позволяют мне добиться успеха — или НЕ позволяют…
Ну, а откуда тогда заголовок — правило 200 ярдов?
А вот и история возникновения этого правила.
В самом начале моей карьеры в моём старом госпитале пациенты выписывались через отдельный выход из операционного блока.
По традиции — пациентов вывозили, сидя на коляске, и подвозили прямо к машинам их родственников, друзей или соседей.
Рутина… их сопровождала медсестра послеоперационной палаты и помогала сесть в машину.
Обычно я всего этого не видел — темп работы диктовал мою занятость уже следующим пациентом.
Но вот что-то побудило меня в тот день выйти из оперблока , воздухом подышать и попрощаться с моим пациентом. Его помогли сесть в машину, его жена села за руль, я, как сейчас помню, пошутил — ведите машину медленно и плавно, никаких трюков а-ля Шумахер( в этой шутке была доля истины — после наркоза многих укачивает до тошноты и рвоты).
Она кивнула в знак согласия, пациент меня поблагодарил и они тихонько поехали, выехали на улицу плавно и медленно и также медленно доехали до угла. Я продолжал наслаждаться свежим бризом с океана, следя за их движением к своему дому, они отъехали метров 150 от госпиталя.
И вдруг( вдруг — слово, которое я чисто профессионально не люблю, вдруг — это нарушение рутины, сбой в матрице…) — резкий разворот и рывок машины к нашему приёмному покою!
Именно то, что я не рекомендовал — и не просто так…
Я рванул к отделению приёмного покоя, его уже вынимают из машины и кладут на носилки.
Мы быстро накинули на него мониторы, кислород, слушая сбивчивый рассказ его жены — всё было нормально, доехали до угла и он замолчал, потеряв сознание.
Мой косяк?
Да вроде нет, он практически мгновенно пришёл в себя, кардиограмма без изменений, анализы в норме, рана не кровит, тошноты нет, мозги ясные…
Уехал домой, я пару раз позванивал его жене, всё путём , в архив?
В архив!?!? Ну уж дудки!
Мы, анестезиологи, точнее, большинство из нас —обсессивно- компульсивные люди, я не могу успокоиться и пожать плечами — ну вот с какого испуга моему пациенту вздумалось потерять сознание?
Да ещё через пару минут после моего с ним разговора?
Сижу над бумагами, просматриваю — всё, ну вот абсолютно всё нормально, пульс, давление, содержание кислорода в крови, температура — все очень строгие правила выписки пациента соблюдены.
Единственное, за что я зацепился — он принял таблетки от высокого давления ранним утром, часов за пять до наркоза — согласно нашей инструкции.
И — давление при выписке меряют много раз, последний раз — уже в одежде, лёжа.
Закралась одна идея — перезвонил ему на следующий день, он чувствует себя отлично, в хорошем настроении.
Спрашиваю: а вот что ты почувствовал первым делом в машине?
Голова закружилась, отвечает. В машине? Да нет, ещё сидя в коляске.
А чего ты ничего не сказал? Да я подумал — пустяки…
Попрощались, я опять к бумагам — его давление при поступлении хорошее, даже слишком, при выписке — чуть ниже нормы, но терпимо.
И вот тут у меня возникла гипотеза — ортостатическое давление ему не проверяли, незачем — оно проверяется у пациентов с повышенной чувствительностью к изменению положения тела: лёжа, сидя и стоя.
Не утверждаю — но скорее всего у него произошла ортостатическая гипотония — сброс давления сидя, да и у машины ему пришлось встать, что и привело его к обмороку и потере сознания.
Так, а что мне теперь делать с этой моей гипотезой?
А вот что: всем моим пациентам после наркоза при выписке — измерять давление и пульс три раза— лёжа, сидя и стоя. Меняется несущественно — домой, большие разницы — звать меня.
… и вот уже четверть века — этот сценарий не повторялся…
А как непредвиденный результат: из чистого суеверия я ввёл правило 200 ярдов — ни я ни мои сотрудники не начинают радоваться благополучному исходу — пока пациент не скрылся из виду, отъехав от госпиталя… без возвращения к оному!
Кстати, проверьте свои суеверия — в них, без сомнения есть и опыт ваших предков и ваш жизненный опыт и ваша интуиция и ваши фобии.
И, возможно, — рациональное зерно.
Здоровья всем и шипящих шашлыков!
Michael Ashnin@anekdot. ru
Вспоминаю дела давно минувших дней - перестройку и понимаю, что нас развели как лохов.
С чего начинался весь этот бардак в стране где преступность ограничивалась пьяными дебошами и робкими попытками продать самогон местным алкашам втихаря?
Сейчас уже мало кто знает и помнит.
А я как щас помню. Первое, что продавили наши западные "друзья" у Горбачева - отмену смертной казни.
Второе, всей стране, по вечерам, три года долго и нудно показывали сериал "Спрут". Какая значится мафия вездесущая, всесильная и немобедимая. И как она мочит полицейских в сортире, ржкетирует всех и вся, откупается от судов и пронизывает все властные структуры от дворника до папы римского.
Для тех кто не понял в чем соль - обьясняю, повторно.
Стране где жили по заветам Ильича и 27 сьезда КПСС поэтапно, для особо одаренных - по фильме, показывали как быть асоциальными элементами.
Результат через три года соответсвуюший - преступность и наглость криминала зашкалила в небеса.
Если бы кто во времена Сталина сказал, что в Бресте целая улица называлась Басаевкой из-за того, что на ней жили криминальные элементы, занимающиеся дорожным рэкетом перегонов и дальнобоев это бы даже никто не понял как реальность.
Просто в голове бы ни у кого не уложилось.
Благо, батька, не повелся на лозунги июо свободе и демократии и всё это хозяйство поивел в относительный порядок.
К чему это я?
Может пора уже воров и коррупционеров в старых, добрых Кремлёвских традициях по пятницам колесовать на Красной плошади с трансляцией в Ютуб, чтоб воспитательный эффект был?
А то ворье забыло уже, похоже, почему главная плошадь страны назывется Красная.
В Китае, вон регулярненько расстреливают коррупционеров и из-за рубежа притаскивают за шкирку обратно и опять же расстреливают с конфискацией и ничо - только магнитопланы рейсово летают и мосты в облаках строятся километрами.
Так может пора отменить требования западных "друзей" и вспомнить как давить гнид?
А то у них ворованные бабки уже в квартиры не влезают.
С чего начинался весь этот бардак в стране где преступность ограничивалась пьяными дебошами и робкими попытками продать самогон местным алкашам втихаря?
Сейчас уже мало кто знает и помнит.
А я как щас помню. Первое, что продавили наши западные "друзья" у Горбачева - отмену смертной казни.
Второе, всей стране, по вечерам, три года долго и нудно показывали сериал "Спрут". Какая значится мафия вездесущая, всесильная и немобедимая. И как она мочит полицейских в сортире, ржкетирует всех и вся, откупается от судов и пронизывает все властные структуры от дворника до папы римского.
Для тех кто не понял в чем соль - обьясняю, повторно.
Стране где жили по заветам Ильича и 27 сьезда КПСС поэтапно, для особо одаренных - по фильме, показывали как быть асоциальными элементами.
Результат через три года соответсвуюший - преступность и наглость криминала зашкалила в небеса.
Если бы кто во времена Сталина сказал, что в Бресте целая улица называлась Басаевкой из-за того, что на ней жили криминальные элементы, занимающиеся дорожным рэкетом перегонов и дальнобоев это бы даже никто не понял как реальность.
Просто в голове бы ни у кого не уложилось.
Благо, батька, не повелся на лозунги июо свободе и демократии и всё это хозяйство поивел в относительный порядок.
К чему это я?
Может пора уже воров и коррупционеров в старых, добрых Кремлёвских традициях по пятницам колесовать на Красной плошади с трансляцией в Ютуб, чтоб воспитательный эффект был?
А то ворье забыло уже, похоже, почему главная плошадь страны назывется Красная.
В Китае, вон регулярненько расстреливают коррупционеров и из-за рубежа притаскивают за шкирку обратно и опять же расстреливают с конфискацией и ничо - только магнитопланы рейсово летают и мосты в облаках строятся километрами.
Так может пора отменить требования западных "друзей" и вспомнить как давить гнид?
А то у них ворованные бабки уже в квартиры не влезают.
Давно это было.
Возвращаюсь в электричке в училище из увольнения. Вдруг вижу - дружок мой по кличке "Лётчик" сидит, скучает у окна. Присаживаюсь рядом, "Здорово, - говорю, - Лётчик" и замечаю, что он пьян просто в жопу. И вот он мне заплетающимся таким голосом говорит:
- Слушай, а хто ета, ик... сегодня того,
ик... дежурный по курсу?
- Капитан Гордиенко, - отвечаю, - И как же ты в таком виде будешь ему докладывать?
- А я ета, ик... чё, такой пьяный? Чё, ик... заметно?
- Лётчик, да ты же просто лыка не вяжешь.
Тут он мне говорит, что он на этом деле попасться никак не может, потому что его лишат увольнения, а в следующий выходной у него какое-то важное мероприятие, и всё такое... И просит меня порепетировать с ним рапорт капитану. И вот начинаем мы репетировать.
- Трищ ктан, - начинает выводить мой бухой друг, - Крсант Ткачнка с гродскова вольненья прибыл, ик... Во время, ик... вольненья змечаний не имел, ик... Ну как, нормальна?
- Тьфу, чёрт, - говорю я, - Ты, во-первых, прекрати икать, а во-вторых, не глотай согласные, а то сразу видно, что пьян в дым.
Лётчик сконцентрировался, задержал дыхание и выдал:
- Таварищщщ ка-апита-ан, ка-арсант Ткаченко из гара-адскова-а ува-альнения прибыл. Ва-а время ува-альнения за-амечаний не имел. Пойдёт?
- Нет, - говорю, - видно, что ты гласные нарочито тянешь. Говори спокойно, расслабься...
Короче, до самого Голицыно Лётчик на весь вагон орал слова волшебного заклинания, которое должно было ему помочь избежать сурового воинского наказания за пьянство.
При подходе к дивизиону, Лётчик, набросав в пасть припасённых мятных таблеток, вызвался идти на доклад первым. И ведь пошёл. Я, с замиранием сердца, жду снаружи. Ровно через полминуты сияющий Лётчик вываливается из канцелярии и, гнусно хмыкнув, идёт переодеваться. Я ничего не понимаю - ведь то, что он пьян, мог не заметить только слепой и глухой. Захожу на свой доклад, открываю рот и вижу... за столом сидит дежурный капитан Гордиенко... пьяный не в жопу, а просто в две жопы.
Возвращаюсь в электричке в училище из увольнения. Вдруг вижу - дружок мой по кличке "Лётчик" сидит, скучает у окна. Присаживаюсь рядом, "Здорово, - говорю, - Лётчик" и замечаю, что он пьян просто в жопу. И вот он мне заплетающимся таким голосом говорит:
- Слушай, а хто ета, ик... сегодня того,
ик... дежурный по курсу?
- Капитан Гордиенко, - отвечаю, - И как же ты в таком виде будешь ему докладывать?
- А я ета, ик... чё, такой пьяный? Чё, ик... заметно?
- Лётчик, да ты же просто лыка не вяжешь.
Тут он мне говорит, что он на этом деле попасться никак не может, потому что его лишат увольнения, а в следующий выходной у него какое-то важное мероприятие, и всё такое... И просит меня порепетировать с ним рапорт капитану. И вот начинаем мы репетировать.
- Трищ ктан, - начинает выводить мой бухой друг, - Крсант Ткачнка с гродскова вольненья прибыл, ик... Во время, ик... вольненья змечаний не имел, ик... Ну как, нормальна?
- Тьфу, чёрт, - говорю я, - Ты, во-первых, прекрати икать, а во-вторых, не глотай согласные, а то сразу видно, что пьян в дым.
Лётчик сконцентрировался, задержал дыхание и выдал:
- Таварищщщ ка-апита-ан, ка-арсант Ткаченко из гара-адскова-а ува-альнения прибыл. Ва-а время ува-альнения за-амечаний не имел. Пойдёт?
- Нет, - говорю, - видно, что ты гласные нарочито тянешь. Говори спокойно, расслабься...
Короче, до самого Голицыно Лётчик на весь вагон орал слова волшебного заклинания, которое должно было ему помочь избежать сурового воинского наказания за пьянство.
При подходе к дивизиону, Лётчик, набросав в пасть припасённых мятных таблеток, вызвался идти на доклад первым. И ведь пошёл. Я, с замиранием сердца, жду снаружи. Ровно через полминуты сияющий Лётчик вываливается из канцелярии и, гнусно хмыкнув, идёт переодеваться. Я ничего не понимаю - ведь то, что он пьян, мог не заметить только слепой и глухой. Захожу на свой доклад, открываю рот и вижу... за столом сидит дежурный капитан Гордиенко... пьяный не в жопу, а просто в две жопы.
Знаете, сообщения про сбор средств для лечения детей и сбор зарплат для депутатов по СМС уже стали мемом.
Другое предложение. Есть партии, так пусть 100% содержат депутатов на свои партийные деньги. абсолютный ноль средств из казны.
Содержание думы за свой партийный счет. Аренда участка в Москве, капремонт, содержание, обслуживание, канализация, водоснабжение, электричество и т.д. по ценам Москвы.
у них ведь привилегия - принимают законы по которым живет страна. И последнее, никаких двойных гражданств и детей за бугром. нефиг принимать законы по которым будут жить дети людей живущие в РОССИИ. У меня все.
Другое предложение. Есть партии, так пусть 100% содержат депутатов на свои партийные деньги. абсолютный ноль средств из казны.
Содержание думы за свой партийный счет. Аренда участка в Москве, капремонт, содержание, обслуживание, канализация, водоснабжение, электричество и т.д. по ценам Москвы.
у них ведь привилегия - принимают законы по которым живет страна. И последнее, никаких двойных гражданств и детей за бугром. нефиг принимать законы по которым будут жить дети людей живущие в РОССИИ. У меня все.
10
Ради интереса захотел посмотреть, какова у нас в стране официальная инфляция. Ну вы знаете, по тому еврейскому анекдоту – "вы назовёте свою цену, мы от всей души посмеёмся, ну а потом поговорим уже серьёзно". Всё как ожидалось, официальная инфляция 6%, да. Но возникла проблема: рассказывавшая об этом статья на сайте Центробанка содержала несколько дополнительных утверждений. В частности, я узнал, что за 2025-й год в нашей стране подешевели компьютеры (Занимательно: оперативная память подорожала, а построенные на ней компьютеры подешевели. Парадокс да и только). Ещё, согласно ЦБ, в нашей стране подешевели автомобили (!) и что интереснее всего – бензин (!!) Даже стало любопытно: заметил ли это удешевление хотя бы один человек, работающий не на правительство?
Продовольственные товары тоже преподнесли сюрприз: согласно ЦБ, за 2025-й год в нашей стране подешевели яйца. Причём на целых 20%! Согласитесь, такое нельзя не заметить. Благо, не сложно проверить – в век онлайн-заказов несложно посмотреть прошлогодние цены. Так я выяснил, что 26 декабря 2024-го года купил 40 яиц высшего сорта за 538 рублей. А 16 марта 2026-го в том же магазине такие же 40 яиц – тот же бренд, артикул и т. д. – стоят всего-навсего 598 рублей. Подешевели на 20%, да.
Но даже это ещё не всё. Я не поленился щёлкнуть по ссылке "развёрнутый комментарий" и среди прочего прочитал дословно следующее: сдерживающее влияние на рост цен-2025 оказало удешевление зарубежного туризма. Не врубились? Тогда ещё раз, медленно и по буквам: инфляция в России снизилась потому, что турции, египты и мальдивы (или уж не знаю что ЦБ считает зарубежным туризмом) снизили цены на свои курорты. Вот только после этого я по-настоящему проникся тем, как Центробанк считает инфляцию и откуда берётся показатель 6%.
В общем, читайте и радуйтесь, господа: https://www.cbr.ru/analytics/dkp/dinamic/CPD_2025-12/
Продовольственные товары тоже преподнесли сюрприз: согласно ЦБ, за 2025-й год в нашей стране подешевели яйца. Причём на целых 20%! Согласитесь, такое нельзя не заметить. Благо, не сложно проверить – в век онлайн-заказов несложно посмотреть прошлогодние цены. Так я выяснил, что 26 декабря 2024-го года купил 40 яиц высшего сорта за 538 рублей. А 16 марта 2026-го в том же магазине такие же 40 яиц – тот же бренд, артикул и т. д. – стоят всего-навсего 598 рублей. Подешевели на 20%, да.
Но даже это ещё не всё. Я не поленился щёлкнуть по ссылке "развёрнутый комментарий" и среди прочего прочитал дословно следующее: сдерживающее влияние на рост цен-2025 оказало удешевление зарубежного туризма. Не врубились? Тогда ещё раз, медленно и по буквам: инфляция в России снизилась потому, что турции, египты и мальдивы (или уж не знаю что ЦБ считает зарубежным туризмом) снизили цены на свои курорты. Вот только после этого я по-настоящему проникся тем, как Центробанк считает инфляцию и откуда берётся показатель 6%.
В общем, читайте и радуйтесь, господа: https://www.cbr.ru/analytics/dkp/dinamic/CPD_2025-12/
1 февраля Борису Ельцину исполнилось бы 95 лет. Для одних - "историческая глыба" и могильщик "красной империи", для других — жгучий стыд и память о выживании под нетрезвые выходки на телеэкране. Фигура, при которой государством реально управляли советники, олигархи, "Семья" и минутное настроение первого лица.
Фраза-команда "Рыба посуху не ходит"» была сигналом - президент требует выпить. Эту формулу Ельцину "подарил" патриарх Алексий II, комментируя осетрину в пост.
Чтобы хоть как-то купировать масштаб бедствия, охрана из СБП запустила операцию "Закат" - водку для Ельцина разбавляли водой, вскрывая и запечатывая бутылки аппаратом с завода "Кристалл". Вкус объясняли "особой мягкостью". Ельцин ругался на Коржакова, но пил — так страна получала несколько часов относительной трезвости "гаранта".
Семья объясняла алкоголизм Ельцина депрессиями, бессонницами и стрессом от президентства. "Гарант" лечил все хвори водкой, а похмелье от водки - снова водкой. "У него была проблема с алкоголем, — признает дочь Ельцина — Но отец выпивал потому, что подвергался тяжелейшему стрессу". Собственно, в культовых "Симпсонах" высшая степень алкогольного опьянения называется Boris Yeltsin.
Лето 1994-го, теплоход на Енисее. Пресс-секретарь Ельцина, изрядно захмелев, начал подначивать президента его же обещаниями народу. Раздраженный владыка бросил охране короткое "Выбросить его (на*уй) за борт". Команду выполнили буквально. Костиков выплыл, позже представлял Кремль в Ватикане, но об инциденте предпочитал не вспоминать.
При этом ключевую речь в Конгрессе США Ельцин произнес абсолютно трезвым. "Коммунистический идол рухнул навсегда. Мы не дадим (Союзу) воскреснуть! Боже, благослови Америку". Зал аплодировал стоя.
Саму же "красную империю" ликвидировали после охоты, застолья и бани - трое человек перечеркнули волю 78% граждан, голосовавших за сохранение Союза. Беловежские соглашения были юридически ничтожны, но это никого не волновало - зато Ельцин сразу же отзвонился Бушу, который в мемуарах описывал свои ощущение от "новости про смерть главного врага".
Кравчук позже вспоминал: Украина была готова вернуть Крым и Севастополь в обмен на суверенитет, но пьяно-добродушное "Да забирай" Ельцина закрыло вопрос. Позже это назовут "исторической ошибкой".
Такой же, как с НАТО - Ельцин мог требовать роспуска альянса после ликвидации Варшавского договора, но просто "забыл" воспользоваться правом. Как писал Клинтон, перед отставкой Борис пытался вернуть ушедший поезд, но получил отказ.
Выборы-1996 стали отдельным адом медийных технологий. Измученная "демократией" страна хотела назад, в коммунистический СССР. В ответ её пугали ГУЛАГом и дефицитом под лозунгом "Голосуй или проиграешь". Спустя годы звезды эфира признают - из народа "сделали дураков", но выборы формально выиграли.
Правда, в 2012-ом тогда еще президент Дмитрий Медведев на встрече с Болотной прямо скажет, что победил "не Ельцин". Кремль поспешил всё опровергнуть, записи зачистили, тему - замяли.
Параллельно страна трещала по швам. Парад суверенитетов, уральские франки, Ельцин обсуждает штурм Казани, проекты Сибирских республик с собственным ядерным оружием. Инженеры в киосках, бандитские войны и "Семибанкирщина", делящая регионы.
Ельцина редко показывали в эфире, а фраза "рукопожатие крепкое, работает с документами" стала горьким мемом. Наглядный пример - ложась на операцию, Ельцин передает "ядерный чемоданчик" Черномырдину. Первый приказ после отхода от наркоза — немедленно вернуть символ абсолютной власти.
Сегодня 75% россиян оценивают его правление отрицательно. Главные претензии неизменны: алкоголизм и внешнее управление страной. Главная благодарность — окно возможностей 91-го и назначение Путина.
Ельцин не был ни "отцом демократии", ни "дьяволом". Он был амбициозным "политическим животным", при котором Россию сначала напоили, потом ограбили, раздели и изнасиловали под камеры, а после — долго и болезненно собирали обратно.
Фраза-команда "Рыба посуху не ходит"» была сигналом - президент требует выпить. Эту формулу Ельцину "подарил" патриарх Алексий II, комментируя осетрину в пост.
Чтобы хоть как-то купировать масштаб бедствия, охрана из СБП запустила операцию "Закат" - водку для Ельцина разбавляли водой, вскрывая и запечатывая бутылки аппаратом с завода "Кристалл". Вкус объясняли "особой мягкостью". Ельцин ругался на Коржакова, но пил — так страна получала несколько часов относительной трезвости "гаранта".
Семья объясняла алкоголизм Ельцина депрессиями, бессонницами и стрессом от президентства. "Гарант" лечил все хвори водкой, а похмелье от водки - снова водкой. "У него была проблема с алкоголем, — признает дочь Ельцина — Но отец выпивал потому, что подвергался тяжелейшему стрессу". Собственно, в культовых "Симпсонах" высшая степень алкогольного опьянения называется Boris Yeltsin.
Лето 1994-го, теплоход на Енисее. Пресс-секретарь Ельцина, изрядно захмелев, начал подначивать президента его же обещаниями народу. Раздраженный владыка бросил охране короткое "Выбросить его (на*уй) за борт". Команду выполнили буквально. Костиков выплыл, позже представлял Кремль в Ватикане, но об инциденте предпочитал не вспоминать.
При этом ключевую речь в Конгрессе США Ельцин произнес абсолютно трезвым. "Коммунистический идол рухнул навсегда. Мы не дадим (Союзу) воскреснуть! Боже, благослови Америку". Зал аплодировал стоя.
Саму же "красную империю" ликвидировали после охоты, застолья и бани - трое человек перечеркнули волю 78% граждан, голосовавших за сохранение Союза. Беловежские соглашения были юридически ничтожны, но это никого не волновало - зато Ельцин сразу же отзвонился Бушу, который в мемуарах описывал свои ощущение от "новости про смерть главного врага".
Кравчук позже вспоминал: Украина была готова вернуть Крым и Севастополь в обмен на суверенитет, но пьяно-добродушное "Да забирай" Ельцина закрыло вопрос. Позже это назовут "исторической ошибкой".
Такой же, как с НАТО - Ельцин мог требовать роспуска альянса после ликвидации Варшавского договора, но просто "забыл" воспользоваться правом. Как писал Клинтон, перед отставкой Борис пытался вернуть ушедший поезд, но получил отказ.
Выборы-1996 стали отдельным адом медийных технологий. Измученная "демократией" страна хотела назад, в коммунистический СССР. В ответ её пугали ГУЛАГом и дефицитом под лозунгом "Голосуй или проиграешь". Спустя годы звезды эфира признают - из народа "сделали дураков", но выборы формально выиграли.
Правда, в 2012-ом тогда еще президент Дмитрий Медведев на встрече с Болотной прямо скажет, что победил "не Ельцин". Кремль поспешил всё опровергнуть, записи зачистили, тему - замяли.
Параллельно страна трещала по швам. Парад суверенитетов, уральские франки, Ельцин обсуждает штурм Казани, проекты Сибирских республик с собственным ядерным оружием. Инженеры в киосках, бандитские войны и "Семибанкирщина", делящая регионы.
Ельцина редко показывали в эфире, а фраза "рукопожатие крепкое, работает с документами" стала горьким мемом. Наглядный пример - ложась на операцию, Ельцин передает "ядерный чемоданчик" Черномырдину. Первый приказ после отхода от наркоза — немедленно вернуть символ абсолютной власти.
Сегодня 75% россиян оценивают его правление отрицательно. Главные претензии неизменны: алкоголизм и внешнее управление страной. Главная благодарность — окно возможностей 91-го и назначение Путина.
Ельцин не был ни "отцом демократии", ни "дьяволом". Он был амбициозным "политическим животным", при котором Россию сначала напоили, потом ограбили, раздели и изнасиловали под камеры, а после — долго и болезненно собирали обратно.
Совсем не смешно.
Этот крик души - вообще не для этого ресурса и не на эту площадку, но скажу.
Ибо основные читатели, комментаторы и многие из авторов – это те, кто уехал из страны и проживает где-то в обустроенной Европе, далёкой «свободной» Америке или Канаде, «обетованной земле» - Израиле. Те, для кого Россия – рашка, люди, живущие в ней - совки или ватники и для которых всё, что случилось в ней за последнее столетие – объект критики, насмешек или фальсификации. Вижу, как вы перемалываете кости друг другу, с каким упоеньем поливаете грязью свою (когда-то) страну.
Милые мои, вы хоть что-то пытались изменить, хоть чем-то пытались помочь своей Родине, месту, где родились и выросли, получили образование? Где жили ваши родители, лечили вас участливые, бескорыстные врачи с большим добрым сердцем, учили внимательные, строгие, но справедливые учителя.
Я живу здесь с рожденья. Вижу леса, посаженные нашими дедами и отцами. Построенные ими дома, заводы, школы, больницы, каналы, ГЭС, железные дороги. И глубоко благодарен им за это. Они думали о нас, они хотели, чтобы их дети и внуки жили лучше.
А вы, уважаемые, что вы сделали для своей Родины? Н И Ч Е Г О! Вы просто свалили туда, где лучше. Да, ради бога!
Никого не обвиняю и ни в чём не упрекаю.
И когда выхожу ночью на балкон, я вижу не убогие серые панельные многоэтажки, а добротные дома с большими участками, лесами, прудами - родовые поместья, в которых счАстливо могли бы жить большие семьи моих соотечественников. Территория у нас позволяет – вон какие пространства! Живи не хочу.
Мы могли бы так жить. Но увы!
Причин, почему этого не случилось, великое множество и я не собираюсь их здесь перечислять.
Но я верю, что когда-нибудь, непременно, мы, или наши дети, или наши внуки будут так жить. И до последнего своего вздоха я буду делать всё, чтобы приблизить этот момент.
А вам, покинувшим свою Родину в тяжёлое для неё время, Бог судья и ваша совесть. Время нас рассудит.
Этот крик души - вообще не для этого ресурса и не на эту площадку, но скажу.
Ибо основные читатели, комментаторы и многие из авторов – это те, кто уехал из страны и проживает где-то в обустроенной Европе, далёкой «свободной» Америке или Канаде, «обетованной земле» - Израиле. Те, для кого Россия – рашка, люди, живущие в ней - совки или ватники и для которых всё, что случилось в ней за последнее столетие – объект критики, насмешек или фальсификации. Вижу, как вы перемалываете кости друг другу, с каким упоеньем поливаете грязью свою (когда-то) страну.
Милые мои, вы хоть что-то пытались изменить, хоть чем-то пытались помочь своей Родине, месту, где родились и выросли, получили образование? Где жили ваши родители, лечили вас участливые, бескорыстные врачи с большим добрым сердцем, учили внимательные, строгие, но справедливые учителя.
Я живу здесь с рожденья. Вижу леса, посаженные нашими дедами и отцами. Построенные ими дома, заводы, школы, больницы, каналы, ГЭС, железные дороги. И глубоко благодарен им за это. Они думали о нас, они хотели, чтобы их дети и внуки жили лучше.
А вы, уважаемые, что вы сделали для своей Родины? Н И Ч Е Г О! Вы просто свалили туда, где лучше. Да, ради бога!
Никого не обвиняю и ни в чём не упрекаю.
И когда выхожу ночью на балкон, я вижу не убогие серые панельные многоэтажки, а добротные дома с большими участками, лесами, прудами - родовые поместья, в которых счАстливо могли бы жить большие семьи моих соотечественников. Территория у нас позволяет – вон какие пространства! Живи не хочу.
Мы могли бы так жить. Но увы!
Причин, почему этого не случилось, великое множество и я не собираюсь их здесь перечислять.
Но я верю, что когда-нибудь, непременно, мы, или наши дети, или наши внуки будут так жить. И до последнего своего вздоха я буду делать всё, чтобы приблизить этот момент.
А вам, покинувшим свою Родину в тяжёлое для неё время, Бог судья и ваша совесть. Время нас рассудит.
10
РЕЗЬБА ПО АМЕРИКАНСКОМУ КОМПАУНДУ
Когда советские инженеры в начале 1959 года стали разбирать американские ракеты "воздух-воздух" Sidewinder, добытые китайскими военными во время боёв над Тайваньским проливом, оказалось, что их система управления была залита особым клеем. Поэтому извлечь вражескую электронику без повреждений никак не получалось.
И тут кому-то из КБ пришла в голову замечательная идея - привлечь к работе... якутских резчиков по кости, которые славились своей филигранной ювелирной работой. И северные мастера виртуозно вырезали из компаунда все электронные детали, даже не надрезав ни единого провода.
Когда советские инженеры в начале 1959 года стали разбирать американские ракеты "воздух-воздух" Sidewinder, добытые китайскими военными во время боёв над Тайваньским проливом, оказалось, что их система управления была залита особым клеем. Поэтому извлечь вражескую электронику без повреждений никак не получалось.
И тут кому-то из КБ пришла в голову замечательная идея - привлечь к работе... якутских резчиков по кости, которые славились своей филигранной ювелирной работой. И северные мастера виртуозно вырезали из компаунда все электронные детали, даже не надрезав ни единого провода.
Мне мама когда-то рассказала историю. Один ее немолодой коллега блестяще писал стихи и песни для всевозможных капустников, развлекая таким образом своих сослуживцев на протяжении многих лет. Восторженные дамы его много раз спрашивали: "Ах, отчего ж Вы не пишете стихов? Настоящих стихов?" А он всегда отвечал: "Сплетать между собой слова я умею виртуозно. Мне сказать нечего". Коллега был профессором, так что уровень самокритики, видимо, обусловлен интеллектом.
Lisa Sallier
Lisa Sallier
Губки куриной гузкой.
Это типичная реакция побегайной синагоги на любую дискуссию со мной. На анру. Особо доставляют их крики а-ля Паниковский «ты кто такой?!»
Ну и тоска печаль на тему: мол, раньше, раньше то ты был огого! А теперь ты фу!
Ничего в мире не меняется, отвечаю я им с апломбом пожилого царя Соломона. Достоевский пока писал о униженных и оскорбленных , для тогдашних либерастов был дуся и дай я тебя поцелую. Как написал «Бесов» , где эту публику обрисовал без прикрас, так сразу исписался и бэээ.
Или некоторые мне там предьявы кидают, мол как я так мох! Как мох одобрямс войны! Напали на соседей, аяяяй!
Это мне из Америки пишут. Отвечаю, мол, а нападать можно только не на соседей? Как США на Иран? А на соседей нини?
Опять фыркают. И морду в курину жопу .
Ида, а чего ты от меня хотел? У меня один дед Вольф Абрамович инвалид ВОВ, (народное ополчение) второй Шмуль Симонович всю войну под бомбами корабли латал, мне что, за почитателей СС топить, что ли? Какие такие твои ожидания я не оправдал? С такой родословной?
Вообще, конечно, беда с аидами. Совсем пожидели.
Это типичная реакция побегайной синагоги на любую дискуссию со мной. На анру. Особо доставляют их крики а-ля Паниковский «ты кто такой?!»
Ну и тоска печаль на тему: мол, раньше, раньше то ты был огого! А теперь ты фу!
Ничего в мире не меняется, отвечаю я им с апломбом пожилого царя Соломона. Достоевский пока писал о униженных и оскорбленных , для тогдашних либерастов был дуся и дай я тебя поцелую. Как написал «Бесов» , где эту публику обрисовал без прикрас, так сразу исписался и бэээ.
Или некоторые мне там предьявы кидают, мол как я так мох! Как мох одобрямс войны! Напали на соседей, аяяяй!
Это мне из Америки пишут. Отвечаю, мол, а нападать можно только не на соседей? Как США на Иран? А на соседей нини?
Опять фыркают. И морду в курину жопу .
Ида, а чего ты от меня хотел? У меня один дед Вольф Абрамович инвалид ВОВ, (народное ополчение) второй Шмуль Симонович всю войну под бомбами корабли латал, мне что, за почитателей СС топить, что ли? Какие такие твои ожидания я не оправдал? С такой родословной?
Вообще, конечно, беда с аидами. Совсем пожидели.
Есть ли в мировой истории аналог развернувшейся на наших глазах принудительной децифровизации России?
Есть.
К концу XV века до Османской империи добралось книгопечатание, повергнувшее в шок высшее руководство страны, мусульманское духовенство и влиятельную ремесленную корпорацию.
Новая технология, которая в разы ускоряла тиражирование, а значит, масштабы распространения информации, напугала османские элиты –- империя вот только была создана, на новоприобретённых землях было неспокойно, во что бы то ни стало требовалось пресечь саму возможность неподконтрольного распространения информации.
Исламское духовенство увидело в этом угрозу для монополии на обладание сакральными знаниями.
А влиятельная корпорация Константинопольских каллиграфов-переписчиков Корана, коих, по разным сведениям, было от 30 до 100 тысяч человек, угроза своему бизнесу.
(Турецкая миниатюра 1597 года. Каллиграфы в мастерской султана Мехмеда III)
Поэтому под давлением трёх влиятельных сил султан Баязид II в 1485 г., а за ним и Селим I в 1515 году в два приема запретили всё книгопечатание: сначала священных текстов на арабском, а потом и вообще всё.
Строгий запрет держался до 1727 года, а потом начали потихоньку ослаблять. Сначала разрешили печать книг за исключением религиозных – их продолжали переписывать от руки, потом и для священных исламских текстов сделали послабление – ввели гибридную печатно-рукописную технологию. Полностью разрешили только в эпоху реформ Танзимата в 1839 году.
Таким образом, запрет на книгопечатание продержался 350 лет.
Он и похоронил Турцию.
Могущественная империя сгнила заживо: в качестве трофея ей досталась уникальная Византийская цивилизация, культура и технологии которой стояли на вершине европейского развития. За короткий срок система передачи этих знаний была прервана. После взятия Константинополя буквально за 100-150 лет пришли в негодность византийские водопроводы, а Османская империя перестала строить здания уровня Святой Софии, всё большая откатываясь на культурную и технологическую периферию.
Уже к концу XVII века отставание Турции от европейских стран стало очевидно, экспансия остановилась, в империи начали преобладать центробежные тенденции, а XIX век страна встретила в статусе «больного человека Европы».
А всего лишь сломали интернет запретили книгопечатание.
Есть.
К концу XV века до Османской империи добралось книгопечатание, повергнувшее в шок высшее руководство страны, мусульманское духовенство и влиятельную ремесленную корпорацию.
Новая технология, которая в разы ускоряла тиражирование, а значит, масштабы распространения информации, напугала османские элиты –- империя вот только была создана, на новоприобретённых землях было неспокойно, во что бы то ни стало требовалось пресечь саму возможность неподконтрольного распространения информации.
Исламское духовенство увидело в этом угрозу для монополии на обладание сакральными знаниями.
А влиятельная корпорация Константинопольских каллиграфов-переписчиков Корана, коих, по разным сведениям, было от 30 до 100 тысяч человек, угроза своему бизнесу.
(Турецкая миниатюра 1597 года. Каллиграфы в мастерской султана Мехмеда III)
Поэтому под давлением трёх влиятельных сил султан Баязид II в 1485 г., а за ним и Селим I в 1515 году в два приема запретили всё книгопечатание: сначала священных текстов на арабском, а потом и вообще всё.
Строгий запрет держался до 1727 года, а потом начали потихоньку ослаблять. Сначала разрешили печать книг за исключением религиозных – их продолжали переписывать от руки, потом и для священных исламских текстов сделали послабление – ввели гибридную печатно-рукописную технологию. Полностью разрешили только в эпоху реформ Танзимата в 1839 году.
Таким образом, запрет на книгопечатание продержался 350 лет.
Он и похоронил Турцию.
Могущественная империя сгнила заживо: в качестве трофея ей досталась уникальная Византийская цивилизация, культура и технологии которой стояли на вершине европейского развития. За короткий срок система передачи этих знаний была прервана. После взятия Константинополя буквально за 100-150 лет пришли в негодность византийские водопроводы, а Османская империя перестала строить здания уровня Святой Софии, всё большая откатываясь на культурную и технологическую периферию.
Уже к концу XVII века отставание Турции от европейских стран стало очевидно, экспансия остановилась, в империи начали преобладать центробежные тенденции, а XIX век страна встретила в статусе «больного человека Европы».
А всего лишь сломали интернет запретили книгопечатание.
Здравствуйте, друзья!
Лежу с температурой, надо бы поесть, но не могу. Для поднятия аппетита стал вспоминать разные блюда разных кухонь и всплыла в памяти одна история.
В 1980 году, аккурат перед олимпиадой, решило наше правительство показать капиталистическому миру уж если не «Кузькину мать», то хотя бы «троюродную тётку» упомянутого Кузьки. Для чего по всему СССР решили провести широкомасштабные военные учения с задействованием всех видов и родов войск по всем военным округам. Могу ошибаться, но вроде как это были самые глобальные учения за всю славную историю СА и ВМФ.
Мой отец в те годы служил в восьмом Любаньском артполку, в г. Выборге на о. Гвардейский, в звании прапорщика и должности начсклада ГСМ. Мне только стукнуло семь лет, и я ещё не ходил в школу. Папа всегда был необычайно добр к детям, ко мне и моему старшему брату. В жизни я не видел отца пьяным. Ни разу не был им унижен, порот или бит. Он даже не ругался матом в семье или в нашем присутствии. Папы давно нет на свете, но в моей памяти он образец мужчины, отличный отец и хороший друг, по которому буду скучать до конца своих дней. Военная служба занимала довольно много времени, но он всегда находил возможности уделять время мне. В моём детстве и юности он был интересный собеседник и прекрасный рассказчик, от которого я многое узнавал об окружающем мире.
В один прекрасный день, он должен был отвезти топливо на полигон в Каменке. Топливник «УРАЛ 375» с цистерной под бензин. Срочник-водитель и мой батя - старший машины. В тот памятный для меня день, он утром заехал домой, сказал маме, что берёт меня на полигон, вечером приедем обратно. Урра! Приключения! Я быстренько оделся и залез в кабину «Урала».
Время стёрло в памяти многие подробности того приключения. Остались обрывки воспоминаний. Сейчас знаю, что мы ехали в сторону Каменки. В Ленинградской области там находится Бобочинский полигон. Станция Кирилловское. Помню, как наш топливозаправщик застрял на какой-то грунтовке. Было лето, но глина под колесами машины была сильно мокрая, может после дождей. Водитель пытался выкопать машину, но Урал «сидел на брюхе» и беспомощно вращал колёсами. Помню позицию машины реактивной артиллерии «Град» и её экипаж, потому что мы застряли аккурат перед ними. Я к ним бегал за водой и мне дали полазать по машине. Помню, как рвался трос, когда другой «Урал» пытался сдвинуть нас, как в жёсткой сцепке с Уралом буксовала гусеницами МТЛБ – лёгкий тягач, называемый в армии «мотолыга». Всё безуспешно. А на следующее утро должны были начаться стрельбы, а наш Урал с цистерной, полной бензина, оставался прямо на позиции «Града». Мягко говоря – пожароопасно. Топливо тоже нужно было как-то довезти. Иначе ЧП.
Отец ушёл на поиски тягача. (БАТ – большой артиллерийский тягач, с мощной лебёдкой и толстым тросом.) Я остался в машине. Дело шло к вечеру. Несчастный водитель по уши в глине и грязи всё ещё пытался выкопать машину. Мы должны бы уже вернуться домой. А я в тот день успел только позавтракать. Обед и ужин в этот день мне не светил. Я как-то примостился на сиденье в «Урале» и как-то заснул. Прошедший день, вопреки моим ожиданиям оказался скучноватым.
Помню, было раннее пробуждение от рёва машин. Уже рассвело, ночи летом в тех краях короткие. Отец приехал на грузовике, и следом за ним ревел двигателем БАТ, который тросом и лебёдкой выдернул нас из западни. Пока я ждал вызволения нашего «Урала» из глиняного плена, удалось позавтракать. Наверное, для семилетки сутки без еды тоже испытание. В какой-то машине для меня нашлась тарелка каши, чай и кусок белого хлеба с маслом. Везли завтрак для солдат. А хлеб для военных в Выборге пекли в специальной пекарне по какому-то особому рецепту. Купить в булочной его было невозможно. В свежем, горячем виде он был необыкновенно вкусный. Иногда отец приносил домой ещё горячую буханку. Мы в семье так и называли его - «солдатский» хлеб. Чудесный запах его был умопомрачительным. Из него ещё очень вкусный квас делала мама.
Судьба назначила мне неплохую компенсацию за скучный предыдущий день. Я увидел настоящие учения. Помню, когда артиллерия дала залп, у меня земля ушла из-под ног. Мне дали посмотреть в артиллерийскую буссоль, как в бинокль, на передвижения техники. Я видел, как зависают чёрными мушками в небе миномётные мины в наивысшей точке полётной траектории. Видел танки. Видел даже такое редкое на учениях событие, как противотанковое минирование с вертолётов. Меня научили разбирать автомат. Не было предела моему восторгу! Только вечером я приехал домой на какой-то попутной медицинской «буханке» с сослуживцем отца. Папе пришлось задержаться. Наверное, на его счастье. Мама потеряла нас на сутки, а телефона не было.
Так вот к чему вспомнилась вся история? Много лет прошло. Я много где побывал за эти годы. Разные блюда разных кухонь попробовал и в дорогих «мишленовских» ресторанах, и в дешёвых, но вкусных забегаловках. Но я готов поклясться, что нигде не было мне блюда вкуснее, чем та тарелка солдатской каши из термоса и кусок белого «солдатского» хлеба с маслом, которые мне вручили рано утром на полигоне.
О! Кажется, и аппетит проснулся. Пойду-ка пообедаю. )))
Лежу с температурой, надо бы поесть, но не могу. Для поднятия аппетита стал вспоминать разные блюда разных кухонь и всплыла в памяти одна история.
В 1980 году, аккурат перед олимпиадой, решило наше правительство показать капиталистическому миру уж если не «Кузькину мать», то хотя бы «троюродную тётку» упомянутого Кузьки. Для чего по всему СССР решили провести широкомасштабные военные учения с задействованием всех видов и родов войск по всем военным округам. Могу ошибаться, но вроде как это были самые глобальные учения за всю славную историю СА и ВМФ.
Мой отец в те годы служил в восьмом Любаньском артполку, в г. Выборге на о. Гвардейский, в звании прапорщика и должности начсклада ГСМ. Мне только стукнуло семь лет, и я ещё не ходил в школу. Папа всегда был необычайно добр к детям, ко мне и моему старшему брату. В жизни я не видел отца пьяным. Ни разу не был им унижен, порот или бит. Он даже не ругался матом в семье или в нашем присутствии. Папы давно нет на свете, но в моей памяти он образец мужчины, отличный отец и хороший друг, по которому буду скучать до конца своих дней. Военная служба занимала довольно много времени, но он всегда находил возможности уделять время мне. В моём детстве и юности он был интересный собеседник и прекрасный рассказчик, от которого я многое узнавал об окружающем мире.
В один прекрасный день, он должен был отвезти топливо на полигон в Каменке. Топливник «УРАЛ 375» с цистерной под бензин. Срочник-водитель и мой батя - старший машины. В тот памятный для меня день, он утром заехал домой, сказал маме, что берёт меня на полигон, вечером приедем обратно. Урра! Приключения! Я быстренько оделся и залез в кабину «Урала».
Время стёрло в памяти многие подробности того приключения. Остались обрывки воспоминаний. Сейчас знаю, что мы ехали в сторону Каменки. В Ленинградской области там находится Бобочинский полигон. Станция Кирилловское. Помню, как наш топливозаправщик застрял на какой-то грунтовке. Было лето, но глина под колесами машины была сильно мокрая, может после дождей. Водитель пытался выкопать машину, но Урал «сидел на брюхе» и беспомощно вращал колёсами. Помню позицию машины реактивной артиллерии «Град» и её экипаж, потому что мы застряли аккурат перед ними. Я к ним бегал за водой и мне дали полазать по машине. Помню, как рвался трос, когда другой «Урал» пытался сдвинуть нас, как в жёсткой сцепке с Уралом буксовала гусеницами МТЛБ – лёгкий тягач, называемый в армии «мотолыга». Всё безуспешно. А на следующее утро должны были начаться стрельбы, а наш Урал с цистерной, полной бензина, оставался прямо на позиции «Града». Мягко говоря – пожароопасно. Топливо тоже нужно было как-то довезти. Иначе ЧП.
Отец ушёл на поиски тягача. (БАТ – большой артиллерийский тягач, с мощной лебёдкой и толстым тросом.) Я остался в машине. Дело шло к вечеру. Несчастный водитель по уши в глине и грязи всё ещё пытался выкопать машину. Мы должны бы уже вернуться домой. А я в тот день успел только позавтракать. Обед и ужин в этот день мне не светил. Я как-то примостился на сиденье в «Урале» и как-то заснул. Прошедший день, вопреки моим ожиданиям оказался скучноватым.
Помню, было раннее пробуждение от рёва машин. Уже рассвело, ночи летом в тех краях короткие. Отец приехал на грузовике, и следом за ним ревел двигателем БАТ, который тросом и лебёдкой выдернул нас из западни. Пока я ждал вызволения нашего «Урала» из глиняного плена, удалось позавтракать. Наверное, для семилетки сутки без еды тоже испытание. В какой-то машине для меня нашлась тарелка каши, чай и кусок белого хлеба с маслом. Везли завтрак для солдат. А хлеб для военных в Выборге пекли в специальной пекарне по какому-то особому рецепту. Купить в булочной его было невозможно. В свежем, горячем виде он был необыкновенно вкусный. Иногда отец приносил домой ещё горячую буханку. Мы в семье так и называли его - «солдатский» хлеб. Чудесный запах его был умопомрачительным. Из него ещё очень вкусный квас делала мама.
Судьба назначила мне неплохую компенсацию за скучный предыдущий день. Я увидел настоящие учения. Помню, когда артиллерия дала залп, у меня земля ушла из-под ног. Мне дали посмотреть в артиллерийскую буссоль, как в бинокль, на передвижения техники. Я видел, как зависают чёрными мушками в небе миномётные мины в наивысшей точке полётной траектории. Видел танки. Видел даже такое редкое на учениях событие, как противотанковое минирование с вертолётов. Меня научили разбирать автомат. Не было предела моему восторгу! Только вечером я приехал домой на какой-то попутной медицинской «буханке» с сослуживцем отца. Папе пришлось задержаться. Наверное, на его счастье. Мама потеряла нас на сутки, а телефона не было.
Так вот к чему вспомнилась вся история? Много лет прошло. Я много где побывал за эти годы. Разные блюда разных кухонь попробовал и в дорогих «мишленовских» ресторанах, и в дешёвых, но вкусных забегаловках. Но я готов поклясться, что нигде не было мне блюда вкуснее, чем та тарелка солдатской каши из термоса и кусок белого «солдатского» хлеба с маслом, которые мне вручили рано утром на полигоне.
О! Кажется, и аппетит проснулся. Пойду-ка пообедаю. )))
В США новый конфликт: собаки или мусульмане.
Началось с того, что активистка палестинского происхождения Нердин Кисвани написала в Х: «Наконец-то Нью-Йорк приходит к исламу. Собаки, безусловно, имеют место в обществе, но только не в качестве домашних животных. Как мы всегда говорили, они нечисты».
Еврей-республиканец Рэнди Файн на это ответил: «Если они заставляют нас выбирать, то выбор между собаками и мусульманами для меня очевиден».
Началось с того, что активистка палестинского происхождения Нердин Кисвани написала в Х: «Наконец-то Нью-Йорк приходит к исламу. Собаки, безусловно, имеют место в обществе, но только не в качестве домашних животных. Как мы всегда говорили, они нечисты».
Еврей-республиканец Рэнди Файн на это ответил: «Если они заставляют нас выбирать, то выбор между собаками и мусульманами для меня очевиден».
Почему Сережу не берут на рыбалку?
Сережа, здоровый до безобразия амбал, обвинил свою красавицу и умницу жену Леночку в блядстве и пошел к маме.
Тем временем компания из 5-ти человек на 2-х машинах проезжала мимо Сережиного дома на рыбалку. Увидев Сережу предложили поехать с ними (все знакомы с детства). Сережа решил поехать на своей машине. Приехав на место компания из 5+1 (Сережа) упились в смерть, искупались и вырубились.
Ночью проснулся Сережа, в затуманеном алкоголем мозгу мелькнула мысль: "Ленка там одна надо проверить, а не с любовником ли?"
Не найдя ключи и шмотки в темноте Сережа отправился домой в трусах и пешком. К утру 20 км были позади и Сережа явился домой (микрорайон стоит на самой окраине города).
Ленка открыла дверь и пошла спать дальше. Мучаясь с похмелья Сережа оделся и пошел выпить пива и купить сигарет.
Тем временем проснулись рыбаки. Сережи среди них не было. Была машина, одежда, обувь, а Сережи не было… Последнее, что все помнили было купание.
"Утонул", решили друзья и стали искать тело Сережи. Двоих отправили сообщить страшную весть родной жене Леночке. Когда черные вестники прибыли на место Леночка уже встала и собиралась в магазин. Зайдя в квартиру Саша не стал ходить вокруг да около, а прямо сказал Леночке, что Сережа трагически погиб. Леночка, видевшая любимого 2 часа назад решила, что он попал под машину только что и упала в обморок.
- Чего стоишь бегом за скорой! - заорал Саша Юре и потащил Леночку на диван (скорая помощь в этом же доме на первом этаже, легче добежать чем звонить).
Юра побежал по лестнице так как лифт был занят. Это ехал домой Сережа. Тем временем Саша дотащил Леночку до дивана и решил сделать ей искуственное дыхание (ну что то же надо делать), разорвал на ней блузку и приступил как умел. Тем временем Сережа, хорошо опохмелившийся, зашёл в квартиру. Скорая пригодилась всем…
Сережа, здоровый до безобразия амбал, обвинил свою красавицу и умницу жену Леночку в блядстве и пошел к маме.
Тем временем компания из 5-ти человек на 2-х машинах проезжала мимо Сережиного дома на рыбалку. Увидев Сережу предложили поехать с ними (все знакомы с детства). Сережа решил поехать на своей машине. Приехав на место компания из 5+1 (Сережа) упились в смерть, искупались и вырубились.
Ночью проснулся Сережа, в затуманеном алкоголем мозгу мелькнула мысль: "Ленка там одна надо проверить, а не с любовником ли?"
Не найдя ключи и шмотки в темноте Сережа отправился домой в трусах и пешком. К утру 20 км были позади и Сережа явился домой (микрорайон стоит на самой окраине города).
Ленка открыла дверь и пошла спать дальше. Мучаясь с похмелья Сережа оделся и пошел выпить пива и купить сигарет.
Тем временем проснулись рыбаки. Сережи среди них не было. Была машина, одежда, обувь, а Сережи не было… Последнее, что все помнили было купание.
"Утонул", решили друзья и стали искать тело Сережи. Двоих отправили сообщить страшную весть родной жене Леночке. Когда черные вестники прибыли на место Леночка уже встала и собиралась в магазин. Зайдя в квартиру Саша не стал ходить вокруг да около, а прямо сказал Леночке, что Сережа трагически погиб. Леночка, видевшая любимого 2 часа назад решила, что он попал под машину только что и упала в обморок.
- Чего стоишь бегом за скорой! - заорал Саша Юре и потащил Леночку на диван (скорая помощь в этом же доме на первом этаже, легче добежать чем звонить).
Юра побежал по лестнице так как лифт был занят. Это ехал домой Сережа. Тем временем Саша дотащил Леночку до дивана и решил сделать ей искуственное дыхание (ну что то же надо делать), разорвал на ней блузку и приступил как умел. Тем временем Сережа, хорошо опохмелившийся, зашёл в квартиру. Скорая пригодилась всем…
Послать донат автору/рассказчику
Анонс исторического документального фильма:
- Последний агент ЦРУ в СССР имел кличку Аккорд. КГБ следил за ним и понял, что агент собирается выйти на связь, когда он оставил надпись на стене черным мелом - латинскую букву пи!
Я, проходя мимо:
- В народе черный мел называют графитом.
Жена:
- Пи вовсе не латинская буква, а греческая.
Почувствовали себя носителями древних знаний, утраченных одичавшими телевизионными рекламщиками.
- Последний агент ЦРУ в СССР имел кличку Аккорд. КГБ следил за ним и понял, что агент собирается выйти на связь, когда он оставил надпись на стене черным мелом - латинскую букву пи!
Я, проходя мимо:
- В народе черный мел называют графитом.
Жена:
- Пи вовсе не латинская буква, а греческая.
Почувствовали себя носителями древних знаний, утраченных одичавшими телевизионными рекламщиками.
Есть у меня друг - немолодой уже швед, теперь переехавший жить в США.
Как-то раз ударились мы с ним в воспоминания о детстве, в частности, о том, какую музыку в детстве слушали.
Он вдруг и говорит:
- Когда я был маленьким, мы называли советский гимн "хоккейной песней".
- ???
- Так его ж играли каждый раз после того, когда наша команда встречалась с советской.
Как-то раз ударились мы с ним в воспоминания о детстве, в частности, о том, какую музыку в детстве слушали.
Он вдруг и говорит:
- Когда я был маленьким, мы называли советский гимн "хоккейной песней".
- ???
- Так его ж играли каждый раз после того, когда наша команда встречалась с советской.
Профессиональное образование в сельской школе СССР
С 87-го по 92-й работал в Ратчинской сельской школе инструктором производственного обучения. Обучал мальчишек 9 и 10 классов специальности тракторист-машинист.
В кабинете стоял полуразобранный трактор МТЗ-52, двигатель, коробка передач, ещё какие-то узлы.
Мама сохранила фотографию, где я возле этого самого МТЗ-52.
Совхоз-племзавод "Ачкасово" передал мне трактор ЮМЗ.
Я оборудовал его дополнительными педалями сцепления и тормоза. Заменил кресло в кабине на сидушку из списанной грузовой машины, и на этом тракторе проводил занятия по вождению. По понедельникам с 14 до 18-ти часов гоняли по полю с десятиклассниками, по четвергам - с 9-классниками.
В мае приезжал инспектор Гостехнадзора - принимал у 10-классников экзамен, и выдавал им Свидетельство об обучении специальности.
По достижении 18 лет они могли с этим свидетельством получить в Гостехнадзоре Удостоверение тракториста.
А девочек зоотехник совхоза обучал специальности доярка машинного доения.
Я в 79-м окончил эту же школу. Храню и свидетельство, и удостоверение.
С 87-го по 92-й работал в Ратчинской сельской школе инструктором производственного обучения. Обучал мальчишек 9 и 10 классов специальности тракторист-машинист.
В кабинете стоял полуразобранный трактор МТЗ-52, двигатель, коробка передач, ещё какие-то узлы.
Мама сохранила фотографию, где я возле этого самого МТЗ-52.
Совхоз-племзавод "Ачкасово" передал мне трактор ЮМЗ.
Я оборудовал его дополнительными педалями сцепления и тормоза. Заменил кресло в кабине на сидушку из списанной грузовой машины, и на этом тракторе проводил занятия по вождению. По понедельникам с 14 до 18-ти часов гоняли по полю с десятиклассниками, по четвергам - с 9-классниками.
В мае приезжал инспектор Гостехнадзора - принимал у 10-классников экзамен, и выдавал им Свидетельство об обучении специальности.
По достижении 18 лет они могли с этим свидетельством получить в Гостехнадзоре Удостоверение тракториста.
А девочек зоотехник совхоза обучал специальности доярка машинного доения.
Я в 79-м окончил эту же школу. Храню и свидетельство, и удостоверение.
Послать донат автору/рассказчику
Про новогодние мандарины из Марокко. .
Советский Союз выращивал свои цитрусовые в Грузии и Абхазии. Но была проблема: грузинские сорта (уншиу) созревали в ноябре, и из-за проблем с перевозками и отсутствия складов к 31 декабря они часто теряли товарный вид или сгнивали.
При этом цитрусовые воспринимались как важный элемент "праздничного достатка", особенно к новому году.
Импорт был неизбежен, но покупать фрукты за валюту СССР не мог: валюта была стратегическим ресурсом, который старались тратить на оборудование, технологии и промышленность. Нужен был партнер, готовый торговать по бартеру.
В 1958 году СССР и Марокко подписали первое торговое соглашение. Советское сельское хозяйство нуждалось в удобрениях, а в Марокко около 70% мировых запасов фосфоритов.
СССР начал поставлять в Африку нефть, калийные соли, строить ГЭС (например, комплекс "Аль-Вахда") и отправлять тракторы.
В ответ Марокко гнало в Союз эшелоны с фосфатной рудой.
Но этого было мало, чтобы выровнять торговый баланс.
Чтобы покрыть разницу в стоимости, Рабат начал отгружать цитрусовые. Причем это были не просто мандарины, а клементины - гибрид с апельсином-корольком.
Они слаще, в них меньше косточек и, главное, толстая кожа позволяла им пережить месяц пути в трюме корабля.
Черная ромбовидная наклейка с надписью Маrос стала знаковым визуальным элементом советской эпохи.
Кстати, стоили они дорого - 2 рубля 40 копеек за килограмм (против 1.20 руб. за абхазские), но за мароканскими все равно стояли очереди.
Наклейки не выбрасывали. Их лепили на холодильники, кафель и зеркала.
Из интернета.
Советский Союз выращивал свои цитрусовые в Грузии и Абхазии. Но была проблема: грузинские сорта (уншиу) созревали в ноябре, и из-за проблем с перевозками и отсутствия складов к 31 декабря они часто теряли товарный вид или сгнивали.
При этом цитрусовые воспринимались как важный элемент "праздничного достатка", особенно к новому году.
Импорт был неизбежен, но покупать фрукты за валюту СССР не мог: валюта была стратегическим ресурсом, который старались тратить на оборудование, технологии и промышленность. Нужен был партнер, готовый торговать по бартеру.
В 1958 году СССР и Марокко подписали первое торговое соглашение. Советское сельское хозяйство нуждалось в удобрениях, а в Марокко около 70% мировых запасов фосфоритов.
СССР начал поставлять в Африку нефть, калийные соли, строить ГЭС (например, комплекс "Аль-Вахда") и отправлять тракторы.
В ответ Марокко гнало в Союз эшелоны с фосфатной рудой.
Но этого было мало, чтобы выровнять торговый баланс.
Чтобы покрыть разницу в стоимости, Рабат начал отгружать цитрусовые. Причем это были не просто мандарины, а клементины - гибрид с апельсином-корольком.
Они слаще, в них меньше косточек и, главное, толстая кожа позволяла им пережить месяц пути в трюме корабля.
Черная ромбовидная наклейка с надписью Маrос стала знаковым визуальным элементом советской эпохи.
Кстати, стоили они дорого - 2 рубля 40 копеек за килограмм (против 1.20 руб. за абхазские), но за мароканскими все равно стояли очереди.
Наклейки не выбрасывали. Их лепили на холодильники, кафель и зеркала.
Из интернета.
В психиатрический стационар бригада привезла из милиции красивую, хорошо одетую женщину 28-ми лет. На дворе 1992 год.
Звонок в ОВД – драка. Приехавший наряд увидел картину уже закончившегося мордобоя – лужу крови и три стонущих полутрупа с кастетами, рядом — деваха, злющая как собака, с разбитыми в кровь костяшками, и парень поодаль. Пострадавшим вызвали скорую, а деваху с ухажёром увезли. В отделе красавица вела себя агрессивно: ругалась, качала права, рвалась сбежать, за что от греха подальше посадили её в обезьянник, а чувак поведал: познакомился в баре — сама подсела, предложила выпить... Сразу удивила её манера держаться, вести себя как мужик – напористо, уверенно и грубовато. Хорошо разбиралась в пацанских темах — рыбалке, футболе, машинах. Пила пиво с воблой, разговаривала низким голосом с хрипотцой. Закрыв глаза, можно было подумать, что общаешься с дядей, но напротив сидела красивая, очаровательная, секси блонда. Счастливчику нравились такие доминирующие тёлки, и без проблем они договорились продолжить на хате...
В подворотне напали гопники. Подошли трое с кастетами, рассчитывая грабануть, а с девчонкой... как получится. Мамзель вместо того чтоб спрятаться за провожающего, вышла вперёд и со словами к кавалеру «Не лезь, в сторонке постой», отоварила флибустьеров, да так, что руки-ноги им переломала.
Когда вывели из камеры допросить, удивились перемене. Перед стражами стояла мокрая курица, рыдая, размазывая сопли и косметику, требуя объяснений, как сюда попала, — ничего не помня. Разница кардинальная. Сообразили вызвать бригаду.
Врач попался опытный, сразу понял, в чём дело, хотя случай редкий. Во время описываемых событий это называлось "множественное расстройство личности" (МРЛ), сейчас — "диссоциативное расстройство идентичности" (ДРИ). Разница в подходе к лечению: раньше подавляли одну личность, сейчас учат взаимодействовать, – не суть.
В процессе наблюдения за Светланой (по паспорту) выяснилось, что у неё две альтер-личности (а-л): женская гетеросексуальная и мужская гомосексуальная. Причём мужская а-л доминирующая, выступает в роли защитника и знает о существовании женской а-л, а она нет. 1. Когда ОН знает о ней: наблюдает изнутри, слышит её мысли, видит, что с ней происходит, выходит, когда считает, что ей угрожает опасность. Но при этом девушка а-л не подозревает о его существовании, принимает его голос за свои собственные мысли («Я вдруг разозлилась, сама не знаю почему»). 2. Когда ОНА не знает о нем: женщина а-л знает, что иногда теряет время и подозревает, что внутри есть кто-то еще, но никогда с ним не разговаривала и не знает его имени - парень а-л остается скрытым. Слышание голосов внутри это не ГАЛЛЮЦИНАЦИИ, а его мысли. Например, женщина а-л хочет что-то сделать, а внутри раздаётся: «Не делай этого». Возникают импульсивные желания, не свойственные а-л например, женщине вдруг хочется выпить или подраться.
С точки зрения нравственности всё выглядело благопристойно – обе а-л любили мужской пол. Правда, разные типажи. Мужчина а-л как джентльмен😃 позволял даме а-л поиграть в любовь и из глубин сознания снисходительно😃 наблюдал. Дама а-л, в свою очередь, утром, пока сосед а-л дремал, могла с ужасом обнаружить у себя в постели непонятно откуда взявшегося кавалера.
Случай очень сложный, и лечить его по старинке, подавляя одну из личностей, было нельзя: оставить альтер-личность женщину – она не доминирующая; мужчину альтер-личность в женском теле, к тому же гомика, – так себе идея. Решили лечить передовым, недостаточно изученным и рискованным методом – с помощью него был налажен диалог между а-л и снижена амнезия...
Наши победили! Вот такие выверты сознания случаются в жизни.
Звонок в ОВД – драка. Приехавший наряд увидел картину уже закончившегося мордобоя – лужу крови и три стонущих полутрупа с кастетами, рядом — деваха, злющая как собака, с разбитыми в кровь костяшками, и парень поодаль. Пострадавшим вызвали скорую, а деваху с ухажёром увезли. В отделе красавица вела себя агрессивно: ругалась, качала права, рвалась сбежать, за что от греха подальше посадили её в обезьянник, а чувак поведал: познакомился в баре — сама подсела, предложила выпить... Сразу удивила её манера держаться, вести себя как мужик – напористо, уверенно и грубовато. Хорошо разбиралась в пацанских темах — рыбалке, футболе, машинах. Пила пиво с воблой, разговаривала низким голосом с хрипотцой. Закрыв глаза, можно было подумать, что общаешься с дядей, но напротив сидела красивая, очаровательная, секси блонда. Счастливчику нравились такие доминирующие тёлки, и без проблем они договорились продолжить на хате...
В подворотне напали гопники. Подошли трое с кастетами, рассчитывая грабануть, а с девчонкой... как получится. Мамзель вместо того чтоб спрятаться за провожающего, вышла вперёд и со словами к кавалеру «Не лезь, в сторонке постой», отоварила флибустьеров, да так, что руки-ноги им переломала.
Когда вывели из камеры допросить, удивились перемене. Перед стражами стояла мокрая курица, рыдая, размазывая сопли и косметику, требуя объяснений, как сюда попала, — ничего не помня. Разница кардинальная. Сообразили вызвать бригаду.
Врач попался опытный, сразу понял, в чём дело, хотя случай редкий. Во время описываемых событий это называлось "множественное расстройство личности" (МРЛ), сейчас — "диссоциативное расстройство идентичности" (ДРИ). Разница в подходе к лечению: раньше подавляли одну личность, сейчас учат взаимодействовать, – не суть.
В процессе наблюдения за Светланой (по паспорту) выяснилось, что у неё две альтер-личности (а-л): женская гетеросексуальная и мужская гомосексуальная. Причём мужская а-л доминирующая, выступает в роли защитника и знает о существовании женской а-л, а она нет. 1. Когда ОН знает о ней: наблюдает изнутри, слышит её мысли, видит, что с ней происходит, выходит, когда считает, что ей угрожает опасность. Но при этом девушка а-л не подозревает о его существовании, принимает его голос за свои собственные мысли («Я вдруг разозлилась, сама не знаю почему»). 2. Когда ОНА не знает о нем: женщина а-л знает, что иногда теряет время и подозревает, что внутри есть кто-то еще, но никогда с ним не разговаривала и не знает его имени - парень а-л остается скрытым. Слышание голосов внутри это не ГАЛЛЮЦИНАЦИИ, а его мысли. Например, женщина а-л хочет что-то сделать, а внутри раздаётся: «Не делай этого». Возникают импульсивные желания, не свойственные а-л например, женщине вдруг хочется выпить или подраться.
С точки зрения нравственности всё выглядело благопристойно – обе а-л любили мужской пол. Правда, разные типажи. Мужчина а-л как джентльмен😃 позволял даме а-л поиграть в любовь и из глубин сознания снисходительно😃 наблюдал. Дама а-л, в свою очередь, утром, пока сосед а-л дремал, могла с ужасом обнаружить у себя в постели непонятно откуда взявшегося кавалера.
Случай очень сложный, и лечить его по старинке, подавляя одну из личностей, было нельзя: оставить альтер-личность женщину – она не доминирующая; мужчину альтер-личность в женском теле, к тому же гомика, – так себе идея. Решили лечить передовым, недостаточно изученным и рискованным методом – с помощью него был налажен диалог между а-л и снижена амнезия...
Наши победили! Вот такие выверты сознания случаются в жизни.
В Советском Союзе все хотели поступить в институт. Мальчики освобождались от армии, девочки могли найти хорошего жениха среди студентов, а если повезет среди преподавателей. Да и родители могли с гордостью сказать, что их чадо с дипломом. Вот и плодились тысячи клерков, просиживающих штаны в конторах за минимальную зарплату, ничего не умеющие. А на студентов техникумов и ПТУ смотрели, как на второй сорт. Жизнь показывает, что человек обязательно должен уметь что-то делать своими руками.
После окончания МЭИ я вернулся в Ташкент, поступил в аспирантуру. Аспирантской стипендии не хватало, я устроился на полставки электриком в парк культуры на 40 рублей в месяц. В парке быть не обязательно, но если что-то перегорит меня вызывали. Я понял, что электрику совсем не обязательно знать теоретические основы электротехники, теорию поля, переходные процессы, решать сложные дифуры, считать косинус фи. Но надо многое уметь. Найти обрыв или пробой, паять, провести скрытую проводку. Что-то подвесить, прибить. Быть немного механиком, строителем, слесарем, выточить на станке несложную деталь. А вот этому в институте не учат. Приходилось все осваивать по ходу дела.
В парке основные проблемы были в столовой и чайхане. Освещение, плиты, тестомески, мясорубки, холодильники и т.д., везде где есть электричество. Чайхана закупила дорогое оборудование по выпечке лепешек. Оборудование не работало. Местные умельцы не знали что делать, а приглашать немцев дорого и хлопотно. Попросили меня посмотреть. Я все вымыл, почистил от старого теста, запустил согласно инструкции, благо она была на русском языке. О, чудо! Все заработало. Посмотреть на выпуск лепешек собрались все сотрудники. Пришел хозяин парка Рустам-ака. Злые языки поговаривали, что он крутой мафиози, у него денег куры не клюют, а в чайхане собирается криминал решать свои разборки. Не знаю, врать не буду. Бандитов не видел.
Попробовав свежую лепешку, Рустам-ака меня похвалил и спросил сколько я хочу за работу. Я ответил, что получаю зарплату. Он дал мне 25 рублей, очень большие по тем временам деньги и сказал: "Я думал, что ты еврей, уж больно умный.
Но нет. Еврей бы запросил стольник, а ты, оказывается, за зарплату работаешь." А когда я спросил, где мне расписаться в получении денег, он добавил:" Да ты и не узбек. Даже не знаю, кто ты. Наверное, американец". Когда через много лет я получал американское гражданство, я вспоминал эту шутку. Уже будучи кандидатом наук (я защитился рано), подрабатывал электриком в театре. Однажды приехала на гастроли в Ташкент Алла Пугачева. Был жуткий ажиотаж. В кассах билетов не было, а спекулянты заламывали неподъемные деньги. Администратор театра выделил мне два билета. По-моему, в глазах моей жены это было дороже моих выступлений на международных конференциях.
Тем молодым людям, которые планируют переехать в Америку, а могу дать советы. В Америке я давно, знаю страну изнутри, через многое прошел. Надо приехать подготовленным, чтобы не терять время и деньги. Главное это язык. Не надо особо заморачиваться на грамматике, учить времена и неправильные глаголы. Нужна свободная речь, чтобы тебя понимали и ты понимал собеседника. А акцент и ошибки здесь у всех. Обязательно надо что-то уметь делать руками. Электрик, сантехник, строитель. Хорошо научиться водить большегрузый трак. Не купить права, а именно уметь ездить. Дальнобойщики здесь востребованны и хорошо зарабатывают. Правильный настрой. Я знаю, все молодые люди думают, что в Америке они станут звездами Голливуда, изобретателями, миллиардерами. Будут иметь яхты, самолеты, отдыхать на лучших курортах мира в окружении красавиц. Мечтать не вредно. Но надо настраивать себя на то, что первое время придется много и упорно работать, во многом себя ограничивать. Не гнушаться любой, самой непрестижной работой, находить время для учебы.
И верить в себя. Упорно идти к цели и тогда все получится.
После окончания МЭИ я вернулся в Ташкент, поступил в аспирантуру. Аспирантской стипендии не хватало, я устроился на полставки электриком в парк культуры на 40 рублей в месяц. В парке быть не обязательно, но если что-то перегорит меня вызывали. Я понял, что электрику совсем не обязательно знать теоретические основы электротехники, теорию поля, переходные процессы, решать сложные дифуры, считать косинус фи. Но надо многое уметь. Найти обрыв или пробой, паять, провести скрытую проводку. Что-то подвесить, прибить. Быть немного механиком, строителем, слесарем, выточить на станке несложную деталь. А вот этому в институте не учат. Приходилось все осваивать по ходу дела.
В парке основные проблемы были в столовой и чайхане. Освещение, плиты, тестомески, мясорубки, холодильники и т.д., везде где есть электричество. Чайхана закупила дорогое оборудование по выпечке лепешек. Оборудование не работало. Местные умельцы не знали что делать, а приглашать немцев дорого и хлопотно. Попросили меня посмотреть. Я все вымыл, почистил от старого теста, запустил согласно инструкции, благо она была на русском языке. О, чудо! Все заработало. Посмотреть на выпуск лепешек собрались все сотрудники. Пришел хозяин парка Рустам-ака. Злые языки поговаривали, что он крутой мафиози, у него денег куры не клюют, а в чайхане собирается криминал решать свои разборки. Не знаю, врать не буду. Бандитов не видел.
Попробовав свежую лепешку, Рустам-ака меня похвалил и спросил сколько я хочу за работу. Я ответил, что получаю зарплату. Он дал мне 25 рублей, очень большие по тем временам деньги и сказал: "Я думал, что ты еврей, уж больно умный.
Но нет. Еврей бы запросил стольник, а ты, оказывается, за зарплату работаешь." А когда я спросил, где мне расписаться в получении денег, он добавил:" Да ты и не узбек. Даже не знаю, кто ты. Наверное, американец". Когда через много лет я получал американское гражданство, я вспоминал эту шутку. Уже будучи кандидатом наук (я защитился рано), подрабатывал электриком в театре. Однажды приехала на гастроли в Ташкент Алла Пугачева. Был жуткий ажиотаж. В кассах билетов не было, а спекулянты заламывали неподъемные деньги. Администратор театра выделил мне два билета. По-моему, в глазах моей жены это было дороже моих выступлений на международных конференциях.
Тем молодым людям, которые планируют переехать в Америку, а могу дать советы. В Америке я давно, знаю страну изнутри, через многое прошел. Надо приехать подготовленным, чтобы не терять время и деньги. Главное это язык. Не надо особо заморачиваться на грамматике, учить времена и неправильные глаголы. Нужна свободная речь, чтобы тебя понимали и ты понимал собеседника. А акцент и ошибки здесь у всех. Обязательно надо что-то уметь делать руками. Электрик, сантехник, строитель. Хорошо научиться водить большегрузый трак. Не купить права, а именно уметь ездить. Дальнобойщики здесь востребованны и хорошо зарабатывают. Правильный настрой. Я знаю, все молодые люди думают, что в Америке они станут звездами Голливуда, изобретателями, миллиардерами. Будут иметь яхты, самолеты, отдыхать на лучших курортах мира в окружении красавиц. Мечтать не вредно. Но надо настраивать себя на то, что первое время придется много и упорно работать, во многом себя ограничивать. Не гнушаться любой, самой непрестижной работой, находить время для учебы.
И верить в себя. Упорно идти к цели и тогда все получится.
15 июля 1902 года шестнадцатилетняя Мэри стояла на платформе в Нью-Йорке, её сердце билось так громко, словно хотело опередить приближающийся свист локомотива. Перед ней был «Поезд сирот» — длинный состав, направлявшийся на запад, к бескрайним просторам середины Америки. Вокруг неё стояли десятки таких же подростков и детей, каждый со своей историей, со своим страхом и надеждой, тихим пониманием того, что как только двери вагона закроются, их жизнь изменится навсегда.
История «сиротских поездов» — одна из самых сложных и противоречивых страниц американской социальной истории. Между 1854 и 1929 годами благотворительные организации, в первую очередь Children’s Aid Society, отправили на запад поезда с детьми, которых считали сиротами, беспризорными, оставшимися без родителей или оказавшимися в крайне тяжелом положении по жизни. За эти годы на поездах было перемещено примерно от 150 000 до 250 000 детей, и сотни локомотивов прошли маршруты от Восточного побережья до фермерских городков Среднего Запада США и даже южных штатов.
Мэри должна была ехать одна. Её трёхмесячной сестре не разрешили ехать с ней — система тех лет рассматривала старших детей и младенцев по-разному. Многие семьи хотели принять младенцев, которых можно вырастить, или подростков, которые могли помочь по хозяйству. Но чтобы взять двух детей разного возраста, правила того времени предписывали отдельные условия, и очень часто братьев и сестёр разделяли.
Мэри не могла смириться с мыслью о расставании. Перед отправлением поезда она тихо и решительно зашла в комнату, где спала её сестрёнка, крепко завернула младенца в своё пальто и спрятала её под тканью. Осознав риск, Мэри знала, что обнаружение означало бы наказание, высадку с поезда и, возможно, гарантированную разлуку навсегда. Но любовь и инстинкт защищать — взяли верх над правилами.
Первые часы пути были как вечность. Младенец не плакал, а Мэри сидела неподвижно, дрожа от напряжения и страха быть разоблачённой. Другие дети вскоре заметили её тайну, но никто не выдал её. В вагонах сирот быстро учились правилам выживания, и молчание часто становилось формой защиты.
На первой остановке в небольшом городке Канзаса на платформу вышли семьи, чтобы выбрать ребёнка. Когда Мэри сошла с поезда, её пальто показалось необычно тяжёлым в летнюю жару. К ней подошла фермерская пара. Они искали помощницу по дому, и Мэри согласилась сразу, слишком быстро, чтобы скрывать тревогу. Когда женщина заметила странно объёмный силуэт под тканью, Мэри солгала, что ей холодно и что она больна — всё, лишь бы прикрыть правду.
И тут раздался детский плач. Женщина потребовала, чтобы Мэри раскрыла пальто. Тем временем из толпы вышел пожилой фермер по имени Томас. Он внимательно наблюдал за происходящим и увидел не проблему, а историю двух сестёр.
— Я возьму их обеих, — сказал он тихо и уверенно. — Девочку и младенца.
Это было больше, чем спасение. Это было признание человечности там, где система часто смотрела на детей как на ресурс или проблему. Томас сам потерял семью и понимал, что значит быть одиноким. Он воспитал обеих, дал им дом и относился к ним с уважением, как к своим дочерям. Он позаботился о младшей — отправил её в школу, где она могла учиться и расти.
Годы шли, и к двадцати четырём годам Мэри стала самостоятельной. Томас передал ей ферму, сказав, что это её дом и её судьба. Она прожила на этой земле 63 года, построив жизнь, наполненную смыслом и памятью о том, как однажды любовь и решимость изменили её путь.
Когда Мэри умерла в 1973 году в возрасте восемьдесят семи лет, её сестра, теперь уже пожилая женщина, принесла ту самую фотографию, на которой Мэри выходит из поезда с пальто, скрывающим её тайну. На похоронах она сказала, что была жива, образована и цельна именно потому, что её сестра однажды нарушила правила ради любви.
История поездов сирот — это не только история перемещённых детей. Это сложная глава в истории социальной помощи, которая дала начало современным подходам к опеке и усыновлению, и одновременно оставила после себя множество вопросов о том, что значит быть ребёнком, семьёй и обществом, ответственным за судьбы самых уязвимых.
Порой любовь требует не просто смелости, а готовности бросить вызов миру, чтобы защитить то, что действительно важно.
Из сети
История «сиротских поездов» — одна из самых сложных и противоречивых страниц американской социальной истории. Между 1854 и 1929 годами благотворительные организации, в первую очередь Children’s Aid Society, отправили на запад поезда с детьми, которых считали сиротами, беспризорными, оставшимися без родителей или оказавшимися в крайне тяжелом положении по жизни. За эти годы на поездах было перемещено примерно от 150 000 до 250 000 детей, и сотни локомотивов прошли маршруты от Восточного побережья до фермерских городков Среднего Запада США и даже южных штатов.
Мэри должна была ехать одна. Её трёхмесячной сестре не разрешили ехать с ней — система тех лет рассматривала старших детей и младенцев по-разному. Многие семьи хотели принять младенцев, которых можно вырастить, или подростков, которые могли помочь по хозяйству. Но чтобы взять двух детей разного возраста, правила того времени предписывали отдельные условия, и очень часто братьев и сестёр разделяли.
Мэри не могла смириться с мыслью о расставании. Перед отправлением поезда она тихо и решительно зашла в комнату, где спала её сестрёнка, крепко завернула младенца в своё пальто и спрятала её под тканью. Осознав риск, Мэри знала, что обнаружение означало бы наказание, высадку с поезда и, возможно, гарантированную разлуку навсегда. Но любовь и инстинкт защищать — взяли верх над правилами.
Первые часы пути были как вечность. Младенец не плакал, а Мэри сидела неподвижно, дрожа от напряжения и страха быть разоблачённой. Другие дети вскоре заметили её тайну, но никто не выдал её. В вагонах сирот быстро учились правилам выживания, и молчание часто становилось формой защиты.
На первой остановке в небольшом городке Канзаса на платформу вышли семьи, чтобы выбрать ребёнка. Когда Мэри сошла с поезда, её пальто показалось необычно тяжёлым в летнюю жару. К ней подошла фермерская пара. Они искали помощницу по дому, и Мэри согласилась сразу, слишком быстро, чтобы скрывать тревогу. Когда женщина заметила странно объёмный силуэт под тканью, Мэри солгала, что ей холодно и что она больна — всё, лишь бы прикрыть правду.
И тут раздался детский плач. Женщина потребовала, чтобы Мэри раскрыла пальто. Тем временем из толпы вышел пожилой фермер по имени Томас. Он внимательно наблюдал за происходящим и увидел не проблему, а историю двух сестёр.
— Я возьму их обеих, — сказал он тихо и уверенно. — Девочку и младенца.
Это было больше, чем спасение. Это было признание человечности там, где система часто смотрела на детей как на ресурс или проблему. Томас сам потерял семью и понимал, что значит быть одиноким. Он воспитал обеих, дал им дом и относился к ним с уважением, как к своим дочерям. Он позаботился о младшей — отправил её в школу, где она могла учиться и расти.
Годы шли, и к двадцати четырём годам Мэри стала самостоятельной. Томас передал ей ферму, сказав, что это её дом и её судьба. Она прожила на этой земле 63 года, построив жизнь, наполненную смыслом и памятью о том, как однажды любовь и решимость изменили её путь.
Когда Мэри умерла в 1973 году в возрасте восемьдесят семи лет, её сестра, теперь уже пожилая женщина, принесла ту самую фотографию, на которой Мэри выходит из поезда с пальто, скрывающим её тайну. На похоронах она сказала, что была жива, образована и цельна именно потому, что её сестра однажды нарушила правила ради любви.
История поездов сирот — это не только история перемещённых детей. Это сложная глава в истории социальной помощи, которая дала начало современным подходам к опеке и усыновлению, и одновременно оставила после себя множество вопросов о том, что значит быть ребёнком, семьёй и обществом, ответственным за судьбы самых уязвимых.
Порой любовь требует не просто смелости, а готовности бросить вызов миру, чтобы защитить то, что действительно важно.
Из сети
В личных записях Эйнштейна обнаружили заметку о том, как «остановить» время. Нейробиологи из Стэнфорда назвали её гениальной
В 2018 году Еврейский университет в Иерусалиме оцифровал 80 000 страниц архива Эйнштейна. Среди формул и черновиков нашли заметку без даты. Не физика. Не математика. Наблюдение о восприятии времени.
Эйнштейн написал: «Час с красивой девушкой кажется минутой. Минута на горячей плите — вечностью. Вот вам и относительность». Вторую часть знают реже: «Время ускоряется, когда ум предсказывает. Время замедляется, когда ум удивляется. Тот, кто хочет прожить долгую жизнь, должен удивляться каждый день».
70 лет эту запись считали философской метафорой. Но в 2021 году нейробиолог Дэвид Иглмен из Стэнфорда доказал: Эйнштейн описал реальный механизм работы мозга. Мозг не измеряет время, как часы. Он конструирует его из количества новой информации. Когда делаешь привычное — мозг обрабатывает минимум данных.
Время сжимается. Год пролетает за секунду в воспоминаниях. Когда делаешь новое — мозг обрабатывает в 5–8 раз больше информации. Каждый момент записывается плотнее. Время растягивается.
Именно поэтому детство кажется бесконечным — каждый день полон первого опыта. А к 35–40г ?
Vladimirvask
В 2018 году Еврейский университет в Иерусалиме оцифровал 80 000 страниц архива Эйнштейна. Среди формул и черновиков нашли заметку без даты. Не физика. Не математика. Наблюдение о восприятии времени.
Эйнштейн написал: «Час с красивой девушкой кажется минутой. Минута на горячей плите — вечностью. Вот вам и относительность». Вторую часть знают реже: «Время ускоряется, когда ум предсказывает. Время замедляется, когда ум удивляется. Тот, кто хочет прожить долгую жизнь, должен удивляться каждый день».
70 лет эту запись считали философской метафорой. Но в 2021 году нейробиолог Дэвид Иглмен из Стэнфорда доказал: Эйнштейн описал реальный механизм работы мозга. Мозг не измеряет время, как часы. Он конструирует его из количества новой информации. Когда делаешь привычное — мозг обрабатывает минимум данных.
Время сжимается. Год пролетает за секунду в воспоминаниях. Когда делаешь новое — мозг обрабатывает в 5–8 раз больше информации. Каждый момент записывается плотнее. Время растягивается.
Именно поэтому детство кажется бесконечным — каждый день полон первого опыта. А к 35–40г ?
Vladimirvask
Stranger in the night...
Поздно вечером зазвонил телефон мужа... Я, как и многие из вас, побаиваюсь вечерних звонков. Звонил друг. Муж молча выслушал, а потом сорвался с места и сказал: «Жди, я сейчас подъеду!».
Предчувствия не обманули, поздний звонок - это не к добру. Подъехать надо было ни много, ни мало в полицию, где в данный момент и находился друг. Чего он там натворил?? Добрейшей души человек. Сам первым в драку не полезет, а из-за его солидных габаритов и зверской рожи на него никто не нападет, крупный он, качок, в молодости в регби играл, и морда у него страшная, хоть на самом деле он очень добродушный мужик.
А теперь по порядку. Купили они с женой новое жилье недалеко от нас. Ремонт не успели завершить до переезда, так бывает. Въехали в новый дом с недоделками и без кухни. Жена не смогла стойко перенести «тяготы и лишения воинской службы», поэтому собрала вещи и уехала к маме на пару недель, пока муж с рабочими создадут все условия для комфортной жизни. А вот Анна осталась. Это кошку так зовут. Имя абсолютно не кошачье, это примерно как кошка Татьяна Петровна или Наталья Борисовна, т.е женщин с именем Анна в Италии очень много, а вот кошка только одна. Хозяева, чувствуется, антиконформисты, и вместо привычных для итальянского уха Мими, Мия или Майя, выбрали очень неожиданное имя, хорошо хоть Раисой Максимовной не назвали, а ведь могли бы, они ребята начитанные.
Так вот, вечером, пока друг выносил в гараж пустые ведра от краски, кошка сбежала. Это трагедия!!! Что жена скажет?? Не откладывая на утро, друг бросился на поиски кошки.
Вечер, по району ходит грязный здоровый небритый мужик и ищет некую Анну. Сначала ласковым сладеньким голосочком:
- Анна, моя хорошая, где ты?
- Анна, ты где? Пойдем домой, я тебе вкусненького дам.
Потом построже:
- Анна, хватит уже, ты меня задолбала.
- Анна, я тебе ничего не сделаю, ты только вернись.
Потом ему показалось, что кошка залезла в гараж к соседям. Позвонил в звонок, ему не открыли, он лихо перемахнул через забор, сработала сигнализация... Внимание всей улицы было обеспечено. Бдительные соседи вызвали полицию, потому что для них это был не новый сосед (напоминаю, только что переехал, ни с кем не знаком), а маньяк, угрожающий убийством женщине. Чисто случайно соседку, к которой он полез, звали Анна Рита. Свидетелей было много и они все могли подтвердить, что слышали угрозы:
- Анна, б..дь тостожопая, куда ты запропастилась?
- Где эта тварь Анна?
- Анна- проститутка, я тебе покажу, где раки зимуют.
- Я убью эту с...у, когда найду
А что он ещё мог сказать после двух часов ползания по кустах с фонариком?
Злой, грязный, небритый, нетрезвый (ну выпил немного после рабочего дня) мужик без документов долго пытался убедить полицию, что Анна- это кошка. Ему не поверили. На вопрос, почему не кискал (в Италии подзывают котов мич-мич), сказал, что по соображениям безопасности, чтоб чужие не подозвали, кошку не приучили к мич-мич, она только на имя отзывается. А имя у нее совсем не кошачье, до такого никто не допрет. Анна она. Единственна в мире кошка Анна.
В участке потом разобрались, но подвезти нарушителя общественного порядка до дома полицейские отказались, пришлось вызывать друга. Помните про звонок моему мужу?? Он был выбран не случайно, потому что мой муж не просто надежный друг, а еще и любитель кошек.
Еще пару часов по округе шарились 2 немелких мужика и искали какую-то б...ь по имени Анна. К счастью, кошку нашли, она в ближайших кустах все это время просидела.
Друг пообещал накрыть поляну соседям, испугал он их прилично. Но зато теперь всем понятно, что район спокойный и соседи очень бдительные. А вот жене он не сознался, минимизировал все, мол кошка случайно вышла и через 2 минуты была возвращена домой. Так что не переживай, дорогая, в Багдаде все спокойно, продолжай гостить у мамы.
Поздно вечером зазвонил телефон мужа... Я, как и многие из вас, побаиваюсь вечерних звонков. Звонил друг. Муж молча выслушал, а потом сорвался с места и сказал: «Жди, я сейчас подъеду!».
Предчувствия не обманули, поздний звонок - это не к добру. Подъехать надо было ни много, ни мало в полицию, где в данный момент и находился друг. Чего он там натворил?? Добрейшей души человек. Сам первым в драку не полезет, а из-за его солидных габаритов и зверской рожи на него никто не нападет, крупный он, качок, в молодости в регби играл, и морда у него страшная, хоть на самом деле он очень добродушный мужик.
А теперь по порядку. Купили они с женой новое жилье недалеко от нас. Ремонт не успели завершить до переезда, так бывает. Въехали в новый дом с недоделками и без кухни. Жена не смогла стойко перенести «тяготы и лишения воинской службы», поэтому собрала вещи и уехала к маме на пару недель, пока муж с рабочими создадут все условия для комфортной жизни. А вот Анна осталась. Это кошку так зовут. Имя абсолютно не кошачье, это примерно как кошка Татьяна Петровна или Наталья Борисовна, т.е женщин с именем Анна в Италии очень много, а вот кошка только одна. Хозяева, чувствуется, антиконформисты, и вместо привычных для итальянского уха Мими, Мия или Майя, выбрали очень неожиданное имя, хорошо хоть Раисой Максимовной не назвали, а ведь могли бы, они ребята начитанные.
Так вот, вечером, пока друг выносил в гараж пустые ведра от краски, кошка сбежала. Это трагедия!!! Что жена скажет?? Не откладывая на утро, друг бросился на поиски кошки.
Вечер, по району ходит грязный здоровый небритый мужик и ищет некую Анну. Сначала ласковым сладеньким голосочком:
- Анна, моя хорошая, где ты?
- Анна, ты где? Пойдем домой, я тебе вкусненького дам.
Потом построже:
- Анна, хватит уже, ты меня задолбала.
- Анна, я тебе ничего не сделаю, ты только вернись.
Потом ему показалось, что кошка залезла в гараж к соседям. Позвонил в звонок, ему не открыли, он лихо перемахнул через забор, сработала сигнализация... Внимание всей улицы было обеспечено. Бдительные соседи вызвали полицию, потому что для них это был не новый сосед (напоминаю, только что переехал, ни с кем не знаком), а маньяк, угрожающий убийством женщине. Чисто случайно соседку, к которой он полез, звали Анна Рита. Свидетелей было много и они все могли подтвердить, что слышали угрозы:
- Анна, б..дь тостожопая, куда ты запропастилась?
- Где эта тварь Анна?
- Анна- проститутка, я тебе покажу, где раки зимуют.
- Я убью эту с...у, когда найду
А что он ещё мог сказать после двух часов ползания по кустах с фонариком?
Злой, грязный, небритый, нетрезвый (ну выпил немного после рабочего дня) мужик без документов долго пытался убедить полицию, что Анна- это кошка. Ему не поверили. На вопрос, почему не кискал (в Италии подзывают котов мич-мич), сказал, что по соображениям безопасности, чтоб чужие не подозвали, кошку не приучили к мич-мич, она только на имя отзывается. А имя у нее совсем не кошачье, до такого никто не допрет. Анна она. Единственна в мире кошка Анна.
В участке потом разобрались, но подвезти нарушителя общественного порядка до дома полицейские отказались, пришлось вызывать друга. Помните про звонок моему мужу?? Он был выбран не случайно, потому что мой муж не просто надежный друг, а еще и любитель кошек.
Еще пару часов по округе шарились 2 немелких мужика и искали какую-то б...ь по имени Анна. К счастью, кошку нашли, она в ближайших кустах все это время просидела.
Друг пообещал накрыть поляну соседям, испугал он их прилично. Но зато теперь всем понятно, что район спокойный и соседи очень бдительные. А вот жене он не сознался, минимизировал все, мол кошка случайно вышла и через 2 минуты была возвращена домой. Так что не переживай, дорогая, в Багдаде все спокойно, продолжай гостить у мамы.
Послать донат автору/рассказчику
В 1804 году в Генуе в бедной семье родилась девочка Катарина.
Пришло время и вышла она замуж.
Традиционно за распускающего руки алкоголика.
Ну, с кем не бывает.
Только в отличие от всех, Катарину такое положение не устраивало.
Потерпела она какое-то время, а потом совершила по тем временам немыслимое — развелась!
Так вот.
Развелась, но суд, по того времени справедливости, присудил ей выплачивать бывшему мужу алименты. Поэтому пришлось Катарине много и долго работать. Сладости своего производства продавать, орешки, бублики там...
Годы шли, товар продавался хорошо. Знали ее многие.
Хотя, конечно, очень осуждали и сплетничали. Виданное ли дело во времена, когда женская судьба целиком зависела от мужа, обрести свободу!
И даже родственники относились к Катарине плоховато и малотерпимо.
А вот Катарина тем временем сколотила приличное состояние. А детей у нее не было. И в преклонном уже возрасте случайно услышала она разговор тех самых, не особо любящих ее, родственников.
И как же удивилась она, услышав, что они чудненько так поделили ее состояние, трудом и потом заработанное, между собой, хотя она, вроде, и в саван заворачиваться ещё не собиралась.
И решила Катарина совершить небывалое. Заказала себе статую мраморную надгробную, во весь рост.
Из лучшего мрамора.
И место себе прикупила на кладбище не абы какое, а в самом центре, практически на углу копии знаменитого римского Пантеона.
И угрохала на это все свое состояние.
Ох, что творилось с родственниками!
А сколько возмущения было в городе!
Генуя негодовала! Простолюдинка, лучшего мрамора статуя, в лучшем углу кладбища!
Да слыхано ли это!
Но Катарине было все равно, а менее года спустя и вовсе упокоилась она навеки и нашла последнее пристанище именно там, где и хотела.
И забрала-таки деньги с собой в могилу.
Если будете в Генуе, обязательно посетите монументальное кладбище Стальено (Staglieno).
Ведь как сказал ещё Марк Твен: «Я забуду увиденные дворцы, но точно не забуду кладбище Стальено.
Юлия Феррада
Пришло время и вышла она замуж.
Традиционно за распускающего руки алкоголика.
Ну, с кем не бывает.
Только в отличие от всех, Катарину такое положение не устраивало.
Потерпела она какое-то время, а потом совершила по тем временам немыслимое — развелась!
Так вот.
Развелась, но суд, по того времени справедливости, присудил ей выплачивать бывшему мужу алименты. Поэтому пришлось Катарине много и долго работать. Сладости своего производства продавать, орешки, бублики там...
Годы шли, товар продавался хорошо. Знали ее многие.
Хотя, конечно, очень осуждали и сплетничали. Виданное ли дело во времена, когда женская судьба целиком зависела от мужа, обрести свободу!
И даже родственники относились к Катарине плоховато и малотерпимо.
А вот Катарина тем временем сколотила приличное состояние. А детей у нее не было. И в преклонном уже возрасте случайно услышала она разговор тех самых, не особо любящих ее, родственников.
И как же удивилась она, услышав, что они чудненько так поделили ее состояние, трудом и потом заработанное, между собой, хотя она, вроде, и в саван заворачиваться ещё не собиралась.
И решила Катарина совершить небывалое. Заказала себе статую мраморную надгробную, во весь рост.
Из лучшего мрамора.
И место себе прикупила на кладбище не абы какое, а в самом центре, практически на углу копии знаменитого римского Пантеона.
И угрохала на это все свое состояние.
Ох, что творилось с родственниками!
А сколько возмущения было в городе!
Генуя негодовала! Простолюдинка, лучшего мрамора статуя, в лучшем углу кладбища!
Да слыхано ли это!
Но Катарине было все равно, а менее года спустя и вовсе упокоилась она навеки и нашла последнее пристанище именно там, где и хотела.
И забрала-таки деньги с собой в могилу.
Если будете в Генуе, обязательно посетите монументальное кладбище Стальено (Staglieno).
Ведь как сказал ещё Марк Твен: «Я забуду увиденные дворцы, но точно не забуду кладбище Стальено.
Юлия Феррада
Mem.Entomori
Серия Флотские байки
Замкнутый флотский коллектив — это не просто группа людей в одинаковой казенной робе, запертая на краю географии. Это суровый алхимический тигель, в котором под колоссальным давлением флотской субординации, полярной ночи и хронического идиотизма человеческая природа мутирует до совершенно античных, эпоса достойных масштабов.
Резня в Полярном (которую избежали водолазы-срочники)
На базе водолазов в Полярном, где законы физики регулярно плакали от бессилия, а здравый смысл считался открытым демаршем против командования, главным демиургом и постановщиком судеб выступал некий москвич. Паспортные данные его история милосердно стерла в пыль, оставив лишь емкий иероглиф позывного — Столица.
Столица был водолазом от Бога и залетчиком от дьявола. Свою службу он воспринимал как досадную, но неизбежную паузу между отсидками на гарнизонной гауптвахте. Драки, самоволки и употребление внутрь всего, что горит, включая ракетное топливо в гомеопатических дозах, были его естественной средой обитания. Но когда Столицу в очередной раз выпускали на волю, ему становилось экзистенциально скучно. А скучающий матрос, как известно, страшнее вражеской торпеды. И тогда он начинал двигать человеческие судьбы, словно фигурки на шахматной доске, щедро политой портвейном.
Служил в их подразделении аварец. Звали его Магомед. Магомед спустился из такого глухого и высокого аула, где колесо, судя по всему, еще не запатентовали, а гравитацию уважали только по большим мусульманским праздникам. Природа, создавая этого горца, явно находилась в ударе и на материал не поскупилась. Ширина плеч Магомеда вызывала тихую панику у дверных косяков, а голова его была топологической аномалией восемьдесят девятого размера.
Именно этот монументальный череп поставил жирный крест на его водолазной карьере. Втиснуть Магомеда ни в один штатный акваланг было физически невозможно. Когда старшина, потея, краснея и поминая всех языческих богов, попытался натянуть на него стандартный общевойсковой противогаз, резина затрещала, жалобно пискнула и лопнула с таким звуком, будто порвался сам пространственно-временной континуум. Водолазные шлемы и гидрокомбинезоны капитулировали перед этой гранитной башкой один за другим, словно французская армия. В итоге командование, устав списывать разорванное в клочья казенное имущество, плюнуло и определило этого циклопа в единственное место, где объем черепа не влиял на боеготовность Северного флота — на овощные склады.
При всей своей чудовищной, первобытной мощи Магомед был невероятно, кристально добр. Он мог часами смотреть, как чайка клюет корку казенного хлеба, и улыбаться так, словно ему показали первый день Творения. Но флотскую доброту часто и фатально путают со слабостью.
Однажды вечером стайка скучающих «полторашников» — матросов, отслуживших полтора года и возомнивших себя солью земли и элитой вооруженных сил — решила преподать молодому горцу урок суровой уставной годковщины. Они зажали его в умывальнике. Магомед долго, искренне не понимал, чего от него хотят эти суетливые, агрессивные люди. Он светло улыбался и просил их идти с миром. Но когда самый борзый из них попытался пробить ему в грудь свою коронную «фанеру», миролюбие аварца закончилось, уступив место генетической памяти предков.
Он не стал применять сложные приемы рукопашного боя или вспоминать фильмы с Брюсом Ли. Он просто сгреб их всех в одну кучу. Гулко хрустнули кости, раздался сдавленный писк, и через мгновение элита флота разлетелась по мокрому кафелю, как кегли от пушечного ядра. Тех, кто смог уползти, догонять он не стал, ибо был милосерден. Тех, кто остался лежать в неестественных позах, аккуратно собрали санитары и увезли в гарнизонный госпиталь с переломами, вывихами и глубочайшими душевными травмами.
После этой показательной лекции по сопротивлению материалов желание практиковать годковщину на Магомеде отпало у всего гарнизона раз и навсегда. Горец обрел абсолютный иммунитет, дипломатическую неприкосновенность и вечный покой среди мешков с прошлогодней капустой.
Но флот, как известно, не терпит святости. Столица, глядя на этого непорочного гиганта, решил, что зияющую брешь в вопросе полового воспитания горца пора заполнять, ибо нечего человеку мучиться в неведении.
Кандидатура нашлась быстро. При базе околачивалась вольнонаемная мадам по имени Фреди. Это был настоящий тяжелый крейсер береговой обороны: рост метр восемьдесят, водоизмещение — глубоко за центнер, а взгляд такой, что им можно было колоть паковый лед в заливе. Фреди славилась феноменальным, всеобъемлющим гостеприимством. Через ее жаркие, необъятные объятия прошел, кажется, весь переменный состав флотилии, у кого только хватало смелости и запаса прочности на абордаж. В качестве бонуса к Фреди прилагался сынок — пускающий пузыри и вечно лыбящийся великовозрастный балбес с явной печатью вырождения на челе. От кого мадам прижила это чудо природы, не знал никто, включая саму мадам.
Столица подошел к делу как стратег. Выбрав момент, он с трагическим лицом сообщил Магомеду, что одинокая женщина остро нуждается в грубой мужской силе — полку прибить, дров наколоть, ну и вообще, поддержать хрупкое создание по хозяйству. Магомед, преисполненный кавказского рыцарства, отправился помогать.
Вернулся он на следующие сутки, аккурат к ужину. Лицо аварца светилось таким нездешним, радиоактивным светом, что от него можно было запитывать аварийное освещение в казарме. Столица довольно потер руки: эксперимент увенчался полным успехом, природа взяла свое.
О шутке забыли месяца на три. Пока однажды Столицу не перехватил на пирсе чеченец Рустам.
Фигура эта заслуживает отдельного эпоса. Рустам тянул лямку на торпедолове — маленькой, юркой и вечно пропахшей водорослями посудине, чья главная задача заключалась в вылавливании из стылых вод отстрелянных практических торпед. До призыва этот кристальный горец не то что спиртного не нюхал, он даже забродивший айран считал греховным напитком. Но торпедолов перемалывает любые догмы. Практическая торпеда — это ведь не только болванка с умной электроникой, это еще и резервуары, в которых плещется он. «Спирт-двадцать один». Адская топливная смесь.
Сначала Рустам смотрел на пьющих сослуживцев с брезгливостью ветхозаветного пророка, но ледяной баренцевоморский шторм быстро выдул из него горскую категоричность. К исходу службы Рустам превратился в главного дегустатора и сомелье флотилии. Он мог с закрытыми глазами по запаху определить, из какой именно торпеды слита жидкость и какова степень ее очистки через противогазный угольный фильтр.
Забегая вперед, скажу, что карма настигла его уже на гражданке: когда дембель Рустам ввалился в родной дом, источая густой, многолетний, въевшийся в самую ДНК перегар «двадцать первого», его седобородый дед даже кричать не стал. Старик просто вынес ему потертый посох и приказал искупать позор. И Рустам пошел. Пешком. До самой Мекки. Через раскаленные пески Туркмении, через перевалы Ирана, пыль Ирака и Кувейта, шаг за шагом выжимая из себя флотский спирт под безжалостным азиатским солнцем.
Но тогда, на пирсе, до Мекки было еще далеко. Рустам задыхался, давился истерическим смехом и медленно сползал по холодному железу кнехта. Выяснилось страшное. Аварец влюбился. И не просто влюбился — он твердо решил жениться на Фреди. Более того, этот кристально чистый идиот уже отправил письмо в свой горный аул отцу, патриарху рода. Он звал отца на Север, чтобы познакомить с невестой и ее пускающим слюни приплодом, а сразу после долгожданного ДМБ планировал увезти этот цирк уродов к себе на родину.
У Столицы похолодело между лопаток. Он живо представил себе картину локального апокалипсиса. Как с гор спускается седобородый аксакал, приезжает в Полярный, видит центнеровую Фреди с ее слюнявым отпрыском, достает фамильный кинжал и методично вырезает всю базу водолазов под корень, смывая позор с рода, начав, естественно, со столичного сводника. Ситуация требовала немедленного хирургического вмешательства. Письмо перехватывать на почте было поздно, а горцу нужно было срочно ломать психику и возвращать в суровую реальность.
Военный совет заседал в курилке, дымя «Примой» и источая идеи одна гениальнее другой. Спасать товарища решили клином. На счастье заговорщиков, в гарнизон как раз приехала погостить девица из Мурманска — дочка местной клубной уборщицы. Девица пошла в мать, унаследовав широту взглядов и пугающую, абсолютную безотказность в вопросах любви к военным морякам.
Был организован подпольный банкет. Магомеда накачали корабельным спиртом до состояния полного физического и морального изумления и аккуратно складировали в отдельной каюте. Туда же, с соответствующими инструкциями и авансом, Столица запустил мурманскую гостью. Девица отработала гонорар на совесть — к утру Магомед был уверен, что попал в рай, где гурии делают вещи куда более познавательные, чем выпечка чуреков.
Но это была лишь половина спасательной операции. Параллельно Столица отловил самого безответного, прозрачного матросика Тихонова. Тихонов был коллегой Рустама по тому же проспиртованному торпедолову, но в отличие от кавказца, спирт в него не лез, а суровая служба давила так, что он научился фотосинтезировать и дышать через раз, лишь бы не привлекать к себе внимания флотского начальства. Под благовидным предлогом Столица отправил его с какой-то посылкой к мадам Фреди. А как только Тихонов переступил порог ее гостеприимной квартиры, Столица запустил информационную торпеду.
Протрезвевшему Магомеду аккуратно шепнули, что матрос Тихонов прямо сейчас, в данный момент, безжалостно топчет его законную невесту.
Аварец взревел раненым барсом. Земля содрогнулась. Он вышиб дверь в квартиру мадам вместе с косяком и куском несущей стены. Но матрос с торпедолова Тихонов, видимо, спинным мозгом осознав, что законы физики, анатомии и перспективы выживания работают сейчас категорически против него, включил какую-то глубоко законспирированную внутреннюю систему катапультирования.
Прыжком это назвать было нельзя — прыжок подразумевает расчет траектории и отталкивание от поверхности. Тихонов же просто вышел в окно с грацией лома и скоростью зенитной ракеты. Он использовал высшие аэродинамические свойства до смерти перепуганного организма и растворился в полярном воздухе. Матрос бежал так, что не оставлял следов на снегу, и на автопилоте залетел на угольный склад гарнизонной котельной. Там, среди черных терриконов и смерзшихся джутовых мешков с антрацитом, он закопался на целые сутки.
Это был не просто страх, это был глубокий философский ретрит. Лежа в угольной пыли, Тихонов понимал, что он, в сущности, тоже органика, и если аварские руки Магомеда до него доберутся, то оказанное давление неминуемо превратит матроса либо в алмаз, либо в угольную крошку. Перспектива стать ювелирным украшением для мадам Фреди Тихонова не прельщала. Поэтому он не дышал, не моргал и, кажется, даже сердце свое остановил усилием воли. Он стал черным, невидимым и абсолютно беззвучным.
Пока Тихонов сливался с углем, до самой Фреди — опять же стараниями вездесущего Столицы — дошли красочные, обогащенные грязными деталями слухи о ночных подвигах ее «жениха» с мурманской залетной девкой.
Фреди, женщина гордая и знающая себе цену на флотском рынке, явилась на разборки лично. Она орала так, что с радаров ПВО пропадали низколетящие цели, попутно обвинив испарившегося Тихонова в попытке изнасилования, а Магомеда — во всех смертных грехах, начиная с падения Римской империи. Она прокляла аварца, его горы, его предков и весь Краснознаменный Северный флот заодно.
Свадьба была расторгнута к обоюдному спасению сторон. Магомед на собственном горьком опыте усвоил, что женское коварство страшнее глубинной болезни, и навсегда ушел в монастырскую тишину своих овощных складов, дожидаясь ДМБ. Тихонов, отмывшись от угля, обнаружил у себя на висках стойкую седину, но был счастлив тем фактом, что его скелет остался внутри тела, а не снаружи. А Столица, убедившись, что геополитический кризис миновал и кровная месть благополучно отменяется, со спокойной душой ушел в очередную самоволку, напился, подрался с патрулем и привычно сел на гауптвахту, чувствуя себя полноправным, хотя и слегка уставшим вершителем человеческих судеб.
Серия Флотские байки
Замкнутый флотский коллектив — это не просто группа людей в одинаковой казенной робе, запертая на краю географии. Это суровый алхимический тигель, в котором под колоссальным давлением флотской субординации, полярной ночи и хронического идиотизма человеческая природа мутирует до совершенно античных, эпоса достойных масштабов.
Резня в Полярном (которую избежали водолазы-срочники)
На базе водолазов в Полярном, где законы физики регулярно плакали от бессилия, а здравый смысл считался открытым демаршем против командования, главным демиургом и постановщиком судеб выступал некий москвич. Паспортные данные его история милосердно стерла в пыль, оставив лишь емкий иероглиф позывного — Столица.
Столица был водолазом от Бога и залетчиком от дьявола. Свою службу он воспринимал как досадную, но неизбежную паузу между отсидками на гарнизонной гауптвахте. Драки, самоволки и употребление внутрь всего, что горит, включая ракетное топливо в гомеопатических дозах, были его естественной средой обитания. Но когда Столицу в очередной раз выпускали на волю, ему становилось экзистенциально скучно. А скучающий матрос, как известно, страшнее вражеской торпеды. И тогда он начинал двигать человеческие судьбы, словно фигурки на шахматной доске, щедро политой портвейном.
Служил в их подразделении аварец. Звали его Магомед. Магомед спустился из такого глухого и высокого аула, где колесо, судя по всему, еще не запатентовали, а гравитацию уважали только по большим мусульманским праздникам. Природа, создавая этого горца, явно находилась в ударе и на материал не поскупилась. Ширина плеч Магомеда вызывала тихую панику у дверных косяков, а голова его была топологической аномалией восемьдесят девятого размера.
Именно этот монументальный череп поставил жирный крест на его водолазной карьере. Втиснуть Магомеда ни в один штатный акваланг было физически невозможно. Когда старшина, потея, краснея и поминая всех языческих богов, попытался натянуть на него стандартный общевойсковой противогаз, резина затрещала, жалобно пискнула и лопнула с таким звуком, будто порвался сам пространственно-временной континуум. Водолазные шлемы и гидрокомбинезоны капитулировали перед этой гранитной башкой один за другим, словно французская армия. В итоге командование, устав списывать разорванное в клочья казенное имущество, плюнуло и определило этого циклопа в единственное место, где объем черепа не влиял на боеготовность Северного флота — на овощные склады.
При всей своей чудовищной, первобытной мощи Магомед был невероятно, кристально добр. Он мог часами смотреть, как чайка клюет корку казенного хлеба, и улыбаться так, словно ему показали первый день Творения. Но флотскую доброту часто и фатально путают со слабостью.
Однажды вечером стайка скучающих «полторашников» — матросов, отслуживших полтора года и возомнивших себя солью земли и элитой вооруженных сил — решила преподать молодому горцу урок суровой уставной годковщины. Они зажали его в умывальнике. Магомед долго, искренне не понимал, чего от него хотят эти суетливые, агрессивные люди. Он светло улыбался и просил их идти с миром. Но когда самый борзый из них попытался пробить ему в грудь свою коронную «фанеру», миролюбие аварца закончилось, уступив место генетической памяти предков.
Он не стал применять сложные приемы рукопашного боя или вспоминать фильмы с Брюсом Ли. Он просто сгреб их всех в одну кучу. Гулко хрустнули кости, раздался сдавленный писк, и через мгновение элита флота разлетелась по мокрому кафелю, как кегли от пушечного ядра. Тех, кто смог уползти, догонять он не стал, ибо был милосерден. Тех, кто остался лежать в неестественных позах, аккуратно собрали санитары и увезли в гарнизонный госпиталь с переломами, вывихами и глубочайшими душевными травмами.
После этой показательной лекции по сопротивлению материалов желание практиковать годковщину на Магомеде отпало у всего гарнизона раз и навсегда. Горец обрел абсолютный иммунитет, дипломатическую неприкосновенность и вечный покой среди мешков с прошлогодней капустой.
Но флот, как известно, не терпит святости. Столица, глядя на этого непорочного гиганта, решил, что зияющую брешь в вопросе полового воспитания горца пора заполнять, ибо нечего человеку мучиться в неведении.
Кандидатура нашлась быстро. При базе околачивалась вольнонаемная мадам по имени Фреди. Это был настоящий тяжелый крейсер береговой обороны: рост метр восемьдесят, водоизмещение — глубоко за центнер, а взгляд такой, что им можно было колоть паковый лед в заливе. Фреди славилась феноменальным, всеобъемлющим гостеприимством. Через ее жаркие, необъятные объятия прошел, кажется, весь переменный состав флотилии, у кого только хватало смелости и запаса прочности на абордаж. В качестве бонуса к Фреди прилагался сынок — пускающий пузыри и вечно лыбящийся великовозрастный балбес с явной печатью вырождения на челе. От кого мадам прижила это чудо природы, не знал никто, включая саму мадам.
Столица подошел к делу как стратег. Выбрав момент, он с трагическим лицом сообщил Магомеду, что одинокая женщина остро нуждается в грубой мужской силе — полку прибить, дров наколоть, ну и вообще, поддержать хрупкое создание по хозяйству. Магомед, преисполненный кавказского рыцарства, отправился помогать.
Вернулся он на следующие сутки, аккурат к ужину. Лицо аварца светилось таким нездешним, радиоактивным светом, что от него можно было запитывать аварийное освещение в казарме. Столица довольно потер руки: эксперимент увенчался полным успехом, природа взяла свое.
О шутке забыли месяца на три. Пока однажды Столицу не перехватил на пирсе чеченец Рустам.
Фигура эта заслуживает отдельного эпоса. Рустам тянул лямку на торпедолове — маленькой, юркой и вечно пропахшей водорослями посудине, чья главная задача заключалась в вылавливании из стылых вод отстрелянных практических торпед. До призыва этот кристальный горец не то что спиртного не нюхал, он даже забродивший айран считал греховным напитком. Но торпедолов перемалывает любые догмы. Практическая торпеда — это ведь не только болванка с умной электроникой, это еще и резервуары, в которых плещется он. «Спирт-двадцать один». Адская топливная смесь.
Сначала Рустам смотрел на пьющих сослуживцев с брезгливостью ветхозаветного пророка, но ледяной баренцевоморский шторм быстро выдул из него горскую категоричность. К исходу службы Рустам превратился в главного дегустатора и сомелье флотилии. Он мог с закрытыми глазами по запаху определить, из какой именно торпеды слита жидкость и какова степень ее очистки через противогазный угольный фильтр.
Забегая вперед, скажу, что карма настигла его уже на гражданке: когда дембель Рустам ввалился в родной дом, источая густой, многолетний, въевшийся в самую ДНК перегар «двадцать первого», его седобородый дед даже кричать не стал. Старик просто вынес ему потертый посох и приказал искупать позор. И Рустам пошел. Пешком. До самой Мекки. Через раскаленные пески Туркмении, через перевалы Ирана, пыль Ирака и Кувейта, шаг за шагом выжимая из себя флотский спирт под безжалостным азиатским солнцем.
Но тогда, на пирсе, до Мекки было еще далеко. Рустам задыхался, давился истерическим смехом и медленно сползал по холодному железу кнехта. Выяснилось страшное. Аварец влюбился. И не просто влюбился — он твердо решил жениться на Фреди. Более того, этот кристально чистый идиот уже отправил письмо в свой горный аул отцу, патриарху рода. Он звал отца на Север, чтобы познакомить с невестой и ее пускающим слюни приплодом, а сразу после долгожданного ДМБ планировал увезти этот цирк уродов к себе на родину.
У Столицы похолодело между лопаток. Он живо представил себе картину локального апокалипсиса. Как с гор спускается седобородый аксакал, приезжает в Полярный, видит центнеровую Фреди с ее слюнявым отпрыском, достает фамильный кинжал и методично вырезает всю базу водолазов под корень, смывая позор с рода, начав, естественно, со столичного сводника. Ситуация требовала немедленного хирургического вмешательства. Письмо перехватывать на почте было поздно, а горцу нужно было срочно ломать психику и возвращать в суровую реальность.
Военный совет заседал в курилке, дымя «Примой» и источая идеи одна гениальнее другой. Спасать товарища решили клином. На счастье заговорщиков, в гарнизон как раз приехала погостить девица из Мурманска — дочка местной клубной уборщицы. Девица пошла в мать, унаследовав широту взглядов и пугающую, абсолютную безотказность в вопросах любви к военным морякам.
Был организован подпольный банкет. Магомеда накачали корабельным спиртом до состояния полного физического и морального изумления и аккуратно складировали в отдельной каюте. Туда же, с соответствующими инструкциями и авансом, Столица запустил мурманскую гостью. Девица отработала гонорар на совесть — к утру Магомед был уверен, что попал в рай, где гурии делают вещи куда более познавательные, чем выпечка чуреков.
Но это была лишь половина спасательной операции. Параллельно Столица отловил самого безответного, прозрачного матросика Тихонова. Тихонов был коллегой Рустама по тому же проспиртованному торпедолову, но в отличие от кавказца, спирт в него не лез, а суровая служба давила так, что он научился фотосинтезировать и дышать через раз, лишь бы не привлекать к себе внимания флотского начальства. Под благовидным предлогом Столица отправил его с какой-то посылкой к мадам Фреди. А как только Тихонов переступил порог ее гостеприимной квартиры, Столица запустил информационную торпеду.
Протрезвевшему Магомеду аккуратно шепнули, что матрос Тихонов прямо сейчас, в данный момент, безжалостно топчет его законную невесту.
Аварец взревел раненым барсом. Земля содрогнулась. Он вышиб дверь в квартиру мадам вместе с косяком и куском несущей стены. Но матрос с торпедолова Тихонов, видимо, спинным мозгом осознав, что законы физики, анатомии и перспективы выживания работают сейчас категорически против него, включил какую-то глубоко законспирированную внутреннюю систему катапультирования.
Прыжком это назвать было нельзя — прыжок подразумевает расчет траектории и отталкивание от поверхности. Тихонов же просто вышел в окно с грацией лома и скоростью зенитной ракеты. Он использовал высшие аэродинамические свойства до смерти перепуганного организма и растворился в полярном воздухе. Матрос бежал так, что не оставлял следов на снегу, и на автопилоте залетел на угольный склад гарнизонной котельной. Там, среди черных терриконов и смерзшихся джутовых мешков с антрацитом, он закопался на целые сутки.
Это был не просто страх, это был глубокий философский ретрит. Лежа в угольной пыли, Тихонов понимал, что он, в сущности, тоже органика, и если аварские руки Магомеда до него доберутся, то оказанное давление неминуемо превратит матроса либо в алмаз, либо в угольную крошку. Перспектива стать ювелирным украшением для мадам Фреди Тихонова не прельщала. Поэтому он не дышал, не моргал и, кажется, даже сердце свое остановил усилием воли. Он стал черным, невидимым и абсолютно беззвучным.
Пока Тихонов сливался с углем, до самой Фреди — опять же стараниями вездесущего Столицы — дошли красочные, обогащенные грязными деталями слухи о ночных подвигах ее «жениха» с мурманской залетной девкой.
Фреди, женщина гордая и знающая себе цену на флотском рынке, явилась на разборки лично. Она орала так, что с радаров ПВО пропадали низколетящие цели, попутно обвинив испарившегося Тихонова в попытке изнасилования, а Магомеда — во всех смертных грехах, начиная с падения Римской империи. Она прокляла аварца, его горы, его предков и весь Краснознаменный Северный флот заодно.
Свадьба была расторгнута к обоюдному спасению сторон. Магомед на собственном горьком опыте усвоил, что женское коварство страшнее глубинной болезни, и навсегда ушел в монастырскую тишину своих овощных складов, дожидаясь ДМБ. Тихонов, отмывшись от угля, обнаружил у себя на висках стойкую седину, но был счастлив тем фактом, что его скелет остался внутри тела, а не снаружи. А Столица, убедившись, что геополитический кризис миновал и кровная месть благополучно отменяется, со спокойной душой ушел в очередную самоволку, напился, подрался с патрулем и привычно сел на гауптвахту, чувствуя себя полноправным, хотя и слегка уставшим вершителем человеческих судеб.
Кассир в сетевом продуктовом — и человек, и не человек. Он оператор конвейера.
Его главные враги — не скандалисты, а те, кто ломает поток.
"Передумал" или "Не хватает денег" - после полной пробивки отменяет колбасу, потому что "у меня всего пятьсот, а набралось на 1000...
"Забывчивый" — выложил продукты, кассир начал сканировать, и он нырнул за молоком. Возвращается через пять минут, по пути вспомнив про салат и торт. Очередь стоит.
"Медленный" — ищет кошелёк только после пробивки всего. Долго пересчитывает мелочь, набранную "как с паперти".
Особое зло - "утренний разменщик" — сразу после открытия берёт сигареты на 250 рублей и протягивает 5000. Чаще всего такое в провинции - таксисты готовятся бомбить, снимать в банкомате не хотят - "не держу на карте ничего". Кассир носится за разменом.
"Последний герой" — за две минуты до закрытия неторопливо выбирает продукты, а после 22:00 (23:00) просит пробить алкоголь (в кассе алкашка блокируется ровно в запрещенное время).
"Телефонисты" - разговаривает по телефону, на вопросы отмахивается, потом орёт "Почему без скидки, баллы не списали?". Потому, что твой рот и уши были заняты!
"Аудитор" — из-за пяти рублей скандал, книга жалоб, угрозы. На входе висит объявление "идет замена цен" - не видит его.
"Без очереди" — влезает к чужой кассе "А это сколько будет стоить? А почему?"
"Метатель" — бросает деньги на ленту, карту в терминал как мяч. Деньги улетают вниз, кассир их ищет. Ты не кассиру одолжение делаешь, покупая - а себе еду берешь.
"Невежа" — не здоровается, орёт "эй ты" — нагло комментирует действия кассира, возмущается ценами, будто кассир их назначает.
"Разрушитель" — мнёт хлеб, вскрывает упаковку, пробует виноград, расколупывает яйца, а потом "мне такой товар не нужен, возьму соседний".
"Нетудашник" - передумал и бросает товар где попало - таких сотрудники называют "гады" и желают их детям поноса.
"Грязнуля" — чихает на товар, вытирает сопли, приходит грязным.
Есть и социально-этические моменты. Поверьте, всех их обсудят за спиной на перерыве или вечером - если будут силы.
"Вредная корзина" — чипсы-газировка-шоколад детям, себе - пиво. Особенно по соцкарте.
"Деграданты" — ежедневный набор из дешёвой водки, злеба-сосисок, доширака, сигарет. Но на кассе - чаще всего с гонором. И уже - перегаром.
"Скучающие бабушки" — специально долго укладывают, чтобы рассказать про болячки и внуков. Кассиры цинично "Мы не служба помощи одиноким, для этого есть лавочки и дома престарелых".
Особо бесят "паникеры" - начинаются в соцсетях дури и скупают гречку, сахар, туалетную бумагу ящиками, создавая дополнительный дефицит.
Кого любят. Их мало, но они есть.
"Все по делу" — золотой стандарт. Здоровается, сразу говорит "Пакет средний, скидочная есть, оплата картой, сигареты такие-то с такой-то кнопкой/полоской, чек не нужен». Заранее достаёт карту, упаковывает параллельно пробивке. Позволяет работать на скорости.
"Эмпат" — понимает, что кассир живой. Благодарит, извиняется, если задержал. Одна фраза «держитесь, скоро смена закончится" после скандалиста спасает психику.
"Ответственный" — передумал — вернул на полку. Разбил — оплатил.
Вывод? Кассирам не нужна ваша любовь. Им нужно, чтобы вы не ломали поток. Готовьте карту заранее, не убегайте за молоком, не расплачивайтесь пятитысячными утром, не приходите за пять минут до закрытия вальяжным пингвином. И хотя бы иногда говорите "здравствуйте" и "спасибо".
Надеемся, Вы не узнали себя 😎
Его главные враги — не скандалисты, а те, кто ломает поток.
"Передумал" или "Не хватает денег" - после полной пробивки отменяет колбасу, потому что "у меня всего пятьсот, а набралось на 1000...
"Забывчивый" — выложил продукты, кассир начал сканировать, и он нырнул за молоком. Возвращается через пять минут, по пути вспомнив про салат и торт. Очередь стоит.
"Медленный" — ищет кошелёк только после пробивки всего. Долго пересчитывает мелочь, набранную "как с паперти".
Особое зло - "утренний разменщик" — сразу после открытия берёт сигареты на 250 рублей и протягивает 5000. Чаще всего такое в провинции - таксисты готовятся бомбить, снимать в банкомате не хотят - "не держу на карте ничего". Кассир носится за разменом.
"Последний герой" — за две минуты до закрытия неторопливо выбирает продукты, а после 22:00 (23:00) просит пробить алкоголь (в кассе алкашка блокируется ровно в запрещенное время).
"Телефонисты" - разговаривает по телефону, на вопросы отмахивается, потом орёт "Почему без скидки, баллы не списали?". Потому, что твой рот и уши были заняты!
"Аудитор" — из-за пяти рублей скандал, книга жалоб, угрозы. На входе висит объявление "идет замена цен" - не видит его.
"Без очереди" — влезает к чужой кассе "А это сколько будет стоить? А почему?"
"Метатель" — бросает деньги на ленту, карту в терминал как мяч. Деньги улетают вниз, кассир их ищет. Ты не кассиру одолжение делаешь, покупая - а себе еду берешь.
"Невежа" — не здоровается, орёт "эй ты" — нагло комментирует действия кассира, возмущается ценами, будто кассир их назначает.
"Разрушитель" — мнёт хлеб, вскрывает упаковку, пробует виноград, расколупывает яйца, а потом "мне такой товар не нужен, возьму соседний".
"Нетудашник" - передумал и бросает товар где попало - таких сотрудники называют "гады" и желают их детям поноса.
"Грязнуля" — чихает на товар, вытирает сопли, приходит грязным.
Есть и социально-этические моменты. Поверьте, всех их обсудят за спиной на перерыве или вечером - если будут силы.
"Вредная корзина" — чипсы-газировка-шоколад детям, себе - пиво. Особенно по соцкарте.
"Деграданты" — ежедневный набор из дешёвой водки, злеба-сосисок, доширака, сигарет. Но на кассе - чаще всего с гонором. И уже - перегаром.
"Скучающие бабушки" — специально долго укладывают, чтобы рассказать про болячки и внуков. Кассиры цинично "Мы не служба помощи одиноким, для этого есть лавочки и дома престарелых".
Особо бесят "паникеры" - начинаются в соцсетях дури и скупают гречку, сахар, туалетную бумагу ящиками, создавая дополнительный дефицит.
Кого любят. Их мало, но они есть.
"Все по делу" — золотой стандарт. Здоровается, сразу говорит "Пакет средний, скидочная есть, оплата картой, сигареты такие-то с такой-то кнопкой/полоской, чек не нужен». Заранее достаёт карту, упаковывает параллельно пробивке. Позволяет работать на скорости.
"Эмпат" — понимает, что кассир живой. Благодарит, извиняется, если задержал. Одна фраза «держитесь, скоро смена закончится" после скандалиста спасает психику.
"Ответственный" — передумал — вернул на полку. Разбил — оплатил.
Вывод? Кассирам не нужна ваша любовь. Им нужно, чтобы вы не ломали поток. Готовьте карту заранее, не убегайте за молоком, не расплачивайтесь пятитысячными утром, не приходите за пять минут до закрытия вальяжным пингвином. И хотя бы иногда говорите "здравствуйте" и "спасибо".
Надеемся, Вы не узнали себя 😎
Армейская история, или страшнее кошки зверя нет!
Мой коммент, что я не люблю собак и кошек в ответ на комментарий Ник Ника, очень удивил многих и даже Болтабая.
А как же, вон Гарда даже павлинов обожает, а Ланка собачек лечит, а добрейший Соломон Маркович собако-котоненавистник?)
Насчёт кота я имел печальный опыт, когда после его царапин мои лимфоузлы были как теннисный мяч, и я три месяца не мог прижать руку к туловищу. Так что сейчас
я котов даже не глажу.
А собак не могу терпеть после армии, так как раза три пришлось топтать след для тренировки заставских служебных собак.
Ну это как официально заявлялось офицерам, а на самом деле это было наказание особо строптивых и залётчиков, к коим относился и я.
Ощущение не передаваемое, когда на тебя бежит пятидесятикилограммовое чудовище, при этом злобно лая и скаля зубы!
Обычно инструктор метров за сто опускает поводок, и не спеша, поднимается в гору, а ты стоишь в порванном дресскостюме и молишься, чтобы успеть выставить руку в пасть и он не цапнул за что то еще.
Почему не спеша?
Да потому что надо дать собачке вволю насладиться, таская за руку залётчика по камням, который всего лишь килограммов на десять тяжелее собаки.
После первого раза и встречи с овчаркой по кличке Аркад и второй встречи с самой злобной и тупой собакой по кличке Рэкс, я старался больше не залетать.
В дозор мы ходили с инструкторами и по ночам и днём.
Часто сидели зимой, прижавшись к собаке, чтобы хоть немного согреться, поэтому запах псины и шерсть на руках и одежде до сих пор у меня вызывают рвотный рефлекс.
Я тихо и люто ненавидел Рэкса, и он так же терпеть не мог меня и при случае норовил слегка прикусить за ногу, как и всех остальных, если его что-то раздражало.
Моей фантазией в дозоре на службе было, чтобы его переехал поезд, или он убежал бы в камыши и, запутавшись в МЗП*, подох на рубеже. Короче, в эти моменты Рэкс, как будто чувствуя мои флюиды, начинал злобно рычать и скалить зубы.
Он не боялся других собак, даже задрал шакала, правда, когда тот застрял в системе, я его боялся очень сильно и мне казалось, что его ничего не могло напугать, до одного случая.
Летом мы несли службу на рубеже недалеко от Аракса, тропа проходила вдоль полосы камышей и высокой травы, которая с виду казалась безопасной, но туда бы я не полез ни за какие деньги.
Помимо змей, там всё было затянуто тонкой проволокой, и если туда попасть, то вылезти было нереально.
Мы уже возвращались на заставу, когда услышали шум в камышах.
Рэкс как-то неуверенно зарычал.
- Рэкс сидеть!
- Шлем, это, наверное, цапля, как в прошлый раз, захуярь туда камень!
Ну, меня дважды просить не пришлось, я на звук швырнул булыжник.
В ответ раздалось что-то похожее на недовольное шипение, и эта неизвестная хрень стала двигаться по камышам в нашу сторону, как будто там нет никакой МЗП*.
Реакция Рэкса меня весьма удивила: он начал поскуливать, прижал уши и стал задом отползать за спину инструктора.
- Рэкс, сидеть! Рэкс, голос! Рэкс!
Но он не слышал команд, и единственным желанием Рэкса было слиться с пейзажем или быстро свалить оттуда.
Шипение и треск продолжались, и по издаваемому шуму и реакции Рэкса сержант понял, что к нам приближается что-то крупное.
- Шлем, это кабан, наверное?
Делов на секунду.
Мы передёрнули затворы и направили стволы автоматов в камыши.
После звука затворов Рэкс немного успокоился, но, положив морду на лапы, продолжал скулить.
И тут из кустов метрах в десяти от нас вышел здоровенный красавец, не менее двадцати килограммов веса серый камышовый кот!
Кисточки на ушах, полоски на ногах и мускулистое тело.
Он просто стоял и презрительно смотрел на нас зелеными глазами, пытаясь понять, что за мудак бросил камень и помешал ему заниматься своими делами?
Взгляд у него, честно сказать, был жутковатым, и по моей спине полз противный холодок, хотя в руках был автомат.
Гляделки продолжались примерно с минуту, после чего он с достоинством развернулся к нам задом, поднял хвост, дал мощную струю на камыши и, показав солидные яйца, неспеша пошёл назад в заросли камыша.
С Рэксом сделалось худо, он с лаем рванул по тропе в сторону заставы, таща за собой матерящегося инструктора, который бросил свою мухобойку, пытаясь его удержать и не упасть.
Когда Рэкс за месяц до этого бежал на меня в горах, в его грозном лае слышалось: "Держись, ссука, ща порву!"
Теперь же в его лае слышалось: "Идите нахуй, ссуки! Разбирайтесь тут без меня!"
Метров через сто Рэкс перешёл с галопа на шаг, и я с двумя автоматами наконец то догнал их.
Мне показалось, что Рэкс как не странно был рад меня увидеть и даже как-то заискивающе и миролюбиво смотрел на меня.
А я ликовал в душе!
Я видел страх в глазах бесстрашного Рэкса, и мне он казался уже не грозной овчаркой, а какой-то уличной дворнягой.
- Шлем, ты про Рекса не рассказывай. Хорошо?
- Что вы, что вы, товарищ сержант! Никому ни слова!
После этого случая на службу с Рэксом для меня ходить было одно удовольствие, только к камышам он не приближался ближе, чем метров на тридцать, и всегда тихо рычал.
Когда мы выходили вместе в наряд, он радовался мне как старому знакомому.
А я под удивленные взгляды годков, не понимавших такую метаморфозу, иногда трепал его за шею и говорил на ухо тихо так, чтобы не слышал инструктор: "Что, Рэксик, и тебе страшно было? Ссыканул?")
И Рэкс, как будто понимая, о чём я, смотрел мне в глаза, как бы говоря грустным взглядом: "Да, Шлем, было дело, но ты никому! Хорошо?"
- Не ссы, Рэксик, слово пацана, я сам тогда чуть не обосрался!)
Для девушек и тех кто не служил!)
*МЗП (малозаметное препятствие) - это объёмное проволочное заграждение сдерживающего типа, которое используется в армии для защиты периметров объектов от несанкционированного проникновения людей и техники.
* Мухобойка - АКСУ-74, укороченный автомат у связистов, хвостов и водил.
Всем хорошего дня!
27.04.2026 г.
Мой коммент, что я не люблю собак и кошек в ответ на комментарий Ник Ника, очень удивил многих и даже Болтабая.
А как же, вон Гарда даже павлинов обожает, а Ланка собачек лечит, а добрейший Соломон Маркович собако-котоненавистник?)
Насчёт кота я имел печальный опыт, когда после его царапин мои лимфоузлы были как теннисный мяч, и я три месяца не мог прижать руку к туловищу. Так что сейчас
я котов даже не глажу.
А собак не могу терпеть после армии, так как раза три пришлось топтать след для тренировки заставских служебных собак.
Ну это как официально заявлялось офицерам, а на самом деле это было наказание особо строптивых и залётчиков, к коим относился и я.
Ощущение не передаваемое, когда на тебя бежит пятидесятикилограммовое чудовище, при этом злобно лая и скаля зубы!
Обычно инструктор метров за сто опускает поводок, и не спеша, поднимается в гору, а ты стоишь в порванном дресскостюме и молишься, чтобы успеть выставить руку в пасть и он не цапнул за что то еще.
Почему не спеша?
Да потому что надо дать собачке вволю насладиться, таская за руку залётчика по камням, который всего лишь килограммов на десять тяжелее собаки.
После первого раза и встречи с овчаркой по кличке Аркад и второй встречи с самой злобной и тупой собакой по кличке Рэкс, я старался больше не залетать.
В дозор мы ходили с инструкторами и по ночам и днём.
Часто сидели зимой, прижавшись к собаке, чтобы хоть немного согреться, поэтому запах псины и шерсть на руках и одежде до сих пор у меня вызывают рвотный рефлекс.
Я тихо и люто ненавидел Рэкса, и он так же терпеть не мог меня и при случае норовил слегка прикусить за ногу, как и всех остальных, если его что-то раздражало.
Моей фантазией в дозоре на службе было, чтобы его переехал поезд, или он убежал бы в камыши и, запутавшись в МЗП*, подох на рубеже. Короче, в эти моменты Рэкс, как будто чувствуя мои флюиды, начинал злобно рычать и скалить зубы.
Он не боялся других собак, даже задрал шакала, правда, когда тот застрял в системе, я его боялся очень сильно и мне казалось, что его ничего не могло напугать, до одного случая.
Летом мы несли службу на рубеже недалеко от Аракса, тропа проходила вдоль полосы камышей и высокой травы, которая с виду казалась безопасной, но туда бы я не полез ни за какие деньги.
Помимо змей, там всё было затянуто тонкой проволокой, и если туда попасть, то вылезти было нереально.
Мы уже возвращались на заставу, когда услышали шум в камышах.
Рэкс как-то неуверенно зарычал.
- Рэкс сидеть!
- Шлем, это, наверное, цапля, как в прошлый раз, захуярь туда камень!
Ну, меня дважды просить не пришлось, я на звук швырнул булыжник.
В ответ раздалось что-то похожее на недовольное шипение, и эта неизвестная хрень стала двигаться по камышам в нашу сторону, как будто там нет никакой МЗП*.
Реакция Рэкса меня весьма удивила: он начал поскуливать, прижал уши и стал задом отползать за спину инструктора.
- Рэкс, сидеть! Рэкс, голос! Рэкс!
Но он не слышал команд, и единственным желанием Рэкса было слиться с пейзажем или быстро свалить оттуда.
Шипение и треск продолжались, и по издаваемому шуму и реакции Рэкса сержант понял, что к нам приближается что-то крупное.
- Шлем, это кабан, наверное?
Делов на секунду.
Мы передёрнули затворы и направили стволы автоматов в камыши.
После звука затворов Рэкс немного успокоился, но, положив морду на лапы, продолжал скулить.
И тут из кустов метрах в десяти от нас вышел здоровенный красавец, не менее двадцати килограммов веса серый камышовый кот!
Кисточки на ушах, полоски на ногах и мускулистое тело.
Он просто стоял и презрительно смотрел на нас зелеными глазами, пытаясь понять, что за мудак бросил камень и помешал ему заниматься своими делами?
Взгляд у него, честно сказать, был жутковатым, и по моей спине полз противный холодок, хотя в руках был автомат.
Гляделки продолжались примерно с минуту, после чего он с достоинством развернулся к нам задом, поднял хвост, дал мощную струю на камыши и, показав солидные яйца, неспеша пошёл назад в заросли камыша.
С Рэксом сделалось худо, он с лаем рванул по тропе в сторону заставы, таща за собой матерящегося инструктора, который бросил свою мухобойку, пытаясь его удержать и не упасть.
Когда Рэкс за месяц до этого бежал на меня в горах, в его грозном лае слышалось: "Держись, ссука, ща порву!"
Теперь же в его лае слышалось: "Идите нахуй, ссуки! Разбирайтесь тут без меня!"
Метров через сто Рэкс перешёл с галопа на шаг, и я с двумя автоматами наконец то догнал их.
Мне показалось, что Рэкс как не странно был рад меня увидеть и даже как-то заискивающе и миролюбиво смотрел на меня.
А я ликовал в душе!
Я видел страх в глазах бесстрашного Рэкса, и мне он казался уже не грозной овчаркой, а какой-то уличной дворнягой.
- Шлем, ты про Рекса не рассказывай. Хорошо?
- Что вы, что вы, товарищ сержант! Никому ни слова!
После этого случая на службу с Рэксом для меня ходить было одно удовольствие, только к камышам он не приближался ближе, чем метров на тридцать, и всегда тихо рычал.
Когда мы выходили вместе в наряд, он радовался мне как старому знакомому.
А я под удивленные взгляды годков, не понимавших такую метаморфозу, иногда трепал его за шею и говорил на ухо тихо так, чтобы не слышал инструктор: "Что, Рэксик, и тебе страшно было? Ссыканул?")
И Рэкс, как будто понимая, о чём я, смотрел мне в глаза, как бы говоря грустным взглядом: "Да, Шлем, было дело, но ты никому! Хорошо?"
- Не ссы, Рэксик, слово пацана, я сам тогда чуть не обосрался!)
Для девушек и тех кто не служил!)
*МЗП (малозаметное препятствие) - это объёмное проволочное заграждение сдерживающего типа, которое используется в армии для защиты периметров объектов от несанкционированного проникновения людей и техники.
* Мухобойка - АКСУ-74, укороченный автомат у связистов, хвостов и водил.
Всем хорошего дня!
27.04.2026 г.
До сих пор помню как в сааааамом начале езды за рулем косякнул со сплошной линией. Тормознули ГАИшники, поговорили, посмотрели в права, выданные меньше месяца назад...
Тут подходит мой тогдашний начальник (как раз тормознули у работы).
Смотрит на нас и такой своим писклявым голосом (вот такой вот бывает голос): "мда, не успели права получить, а вас уже тормозят? Мдяааа..." и уходит.
ГАИшники смотрят ему вслед:
- Это кто был?
- Начальник мой.
- Ну и пидор. Ладно, паркуйся, не будем штрафовать, тебя и так судьба таким начальником наказывает.
Тут подходит мой тогдашний начальник (как раз тормознули у работы).
Смотрит на нас и такой своим писклявым голосом (вот такой вот бывает голос): "мда, не успели права получить, а вас уже тормозят? Мдяааа..." и уходит.
ГАИшники смотрят ему вслед:
- Это кто был?
- Начальник мой.
- Ну и пидор. Ладно, паркуйся, не будем штрафовать, тебя и так судьба таким начальником наказывает.
Купили старую, убитую квартиру, полную хлама, но по хорошей цене. На сделке нам предоставили поддельную справку об отсутствии долга за капремонт. А именно долги в фонд капремонта по закону переходят следующему хозяину. За остальные услуги не переходят. Долгов было на сто тысяч рублей. Когда вскрылась вся правда, я собирался писать заявление на предыдущих хозяев, но от растерянности потерял эту поддельную справку — единственный вещдок. Попытки поговорить с бывшим хозяином не увенчались успехом. Юристы нам тоже дали понять, что ничего мы не добьёмся. Пришлось оплатить долг в полном объёме.
Сразу после сделки хозяин, как бы шутя, сказал, что в этой квартире бабушка, сходя с ума, спрятала все свои золотые украшения. Но его жена, расстроившись, на это сказала: "Да украли их - племянник поживился. Но если что-то найдёте, пожалуйста, верните". Я уже забыл об этом разговоре, но когда стал выбрасывать старую мебель, то диван решил разобрать, чтобы забрать деревянные бруски от него на дачу. В диване между пружин лежал небольшой мешочек с кольцами, серьгами, цепочками. Обща масса — 135 граммов. Пока оставил, лежит. Понадобится - сдам. Я бы вернул бывшим хозяевам, если бы не их подлость с фальшивой справкой об отсутствии долга по капремонту.
Сразу после сделки хозяин, как бы шутя, сказал, что в этой квартире бабушка, сходя с ума, спрятала все свои золотые украшения. Но его жена, расстроившись, на это сказала: "Да украли их - племянник поживился. Но если что-то найдёте, пожалуйста, верните". Я уже забыл об этом разговоре, но когда стал выбрасывать старую мебель, то диван решил разобрать, чтобы забрать деревянные бруски от него на дачу. В диване между пружин лежал небольшой мешочек с кольцами, серьгами, цепочками. Обща масса — 135 граммов. Пока оставил, лежит. Понадобится - сдам. Я бы вернул бывшим хозяевам, если бы не их подлость с фальшивой справкой об отсутствии долга по капремонту.
Как я в запасниках Есенинского музея побывал.
Это было в районе 2000 годов на малой Родине Есенина, Константиново, Рыбновский район Рязанской области.
Мне было 14 лет, и дед на волге привез нас на этот чудесный берег Оки (с крутого высокого берега открывается чудесный вид на Мещеру).
Там располагается дом родителей Есенина и его земская школа. Есть на что посмотреть.
Мы осмотрели музей и шли по дорожке на территории музея. И нашли деньги. Как сейчас помню - свёрток из небольших купюр, перевязанный резинкой для волос.
Посчитали - 5 тысяч рублей (по современным ценам - это примерно 50 тысяч рублей. Инфляция за 10 лет обесценивает деньги со скоростью 10%-13% в год достаточно стабильно, это примерно 2.5 -3 раза за 10 лет).
Прикольно.
Мой дед - честный офицер ГРУ, бывший моряк - спрашивает меня- что делать.
Отвечаю: без понятия.
"Эх ты" - говорит он - "деньги надо вернуть владельцу".
Мы пошли в дирекцию музея. Прямо к директору. Им оказалась приятная женщина лет 50-60 с огненно-рыжей прической, Зоя Михайловна Дикун.
У нас находка, говорит дед. И кладет деньги на стол.
Она ахнула. Такое ей, пожалуй, никогда не встречалось.
"Ну что ж, надо найти того, кто потерял" - сказала она, и по громкой связи дала объявление -
"Найдены деньги, потерявшего просьба подойти в дирекцию музея".
И пошли люди.
В дирекцию.
За деньгами.
Чужими.
Зоя не растерялась. Деньги спрятала в ящик.
Каждому пришедшему задавала вопрос:
Сколько денег потеряно? Как они были сложены?
"В кошельке", "2000 рублей", "в конверте" - такие были ответы. Кто то сказал про резинку, но не угадал с ее видом.
Мы приуныли.
В конце-концов прибегает заплаканная молодая девушка.
"Я потеряла 5 тысяч, перевязанных резинкой для волос. Я их несла из кассы"
Это была кассирша музея.
Она материально ответственна за выручку, и потерянная сумма была равна ее размеру месячного оклада.
Счастливый конец.
Ну что ж, сказала Зоя Михайловна: "Вы заслужили награду. Я покажу вам экспонаты, которых вы так не увидите."
Я не буду все расписывать, я не помню уже, да это уже и не важно.
Посмертный слепок лица Есенина, маковое зёрнышко с нарезанным лазером портретом Есенина в кубике стекла со встроенной линзой (Это был подарок японских ученых).
Какие то вещи, фотографии. Любопытно.
А ещё она мне подарила большущий тяжеленный бронзовый медальон с Есениным примерно 13 см диаметром на память. Таких в продаже, кажется, не было, поэтому вещь уникальная.
Это - мой доказательство этой истории.
Мораль истории такова.
1. Никакие деньги не стоят того, чтобы продать справедливость.
2. Среди людей много подлецов.
Это могут быть ваши друзья, знакомые, коллеги. Они здороваются с вами за руку и обладают такими же правами, что и вы.
Но они всегда готовы нарушить неписанный общественный договор.
Это всегда надо иметь ввиду.
Это было в районе 2000 годов на малой Родине Есенина, Константиново, Рыбновский район Рязанской области.
Мне было 14 лет, и дед на волге привез нас на этот чудесный берег Оки (с крутого высокого берега открывается чудесный вид на Мещеру).
Там располагается дом родителей Есенина и его земская школа. Есть на что посмотреть.
Мы осмотрели музей и шли по дорожке на территории музея. И нашли деньги. Как сейчас помню - свёрток из небольших купюр, перевязанный резинкой для волос.
Посчитали - 5 тысяч рублей (по современным ценам - это примерно 50 тысяч рублей. Инфляция за 10 лет обесценивает деньги со скоростью 10%-13% в год достаточно стабильно, это примерно 2.5 -3 раза за 10 лет).
Прикольно.
Мой дед - честный офицер ГРУ, бывший моряк - спрашивает меня- что делать.
Отвечаю: без понятия.
"Эх ты" - говорит он - "деньги надо вернуть владельцу".
Мы пошли в дирекцию музея. Прямо к директору. Им оказалась приятная женщина лет 50-60 с огненно-рыжей прической, Зоя Михайловна Дикун.
У нас находка, говорит дед. И кладет деньги на стол.
Она ахнула. Такое ей, пожалуй, никогда не встречалось.
"Ну что ж, надо найти того, кто потерял" - сказала она, и по громкой связи дала объявление -
"Найдены деньги, потерявшего просьба подойти в дирекцию музея".
И пошли люди.
В дирекцию.
За деньгами.
Чужими.
Зоя не растерялась. Деньги спрятала в ящик.
Каждому пришедшему задавала вопрос:
Сколько денег потеряно? Как они были сложены?
"В кошельке", "2000 рублей", "в конверте" - такие были ответы. Кто то сказал про резинку, но не угадал с ее видом.
Мы приуныли.
В конце-концов прибегает заплаканная молодая девушка.
"Я потеряла 5 тысяч, перевязанных резинкой для волос. Я их несла из кассы"
Это была кассирша музея.
Она материально ответственна за выручку, и потерянная сумма была равна ее размеру месячного оклада.
Счастливый конец.
Ну что ж, сказала Зоя Михайловна: "Вы заслужили награду. Я покажу вам экспонаты, которых вы так не увидите."
Я не буду все расписывать, я не помню уже, да это уже и не важно.
Посмертный слепок лица Есенина, маковое зёрнышко с нарезанным лазером портретом Есенина в кубике стекла со встроенной линзой (Это был подарок японских ученых).
Какие то вещи, фотографии. Любопытно.
А ещё она мне подарила большущий тяжеленный бронзовый медальон с Есениным примерно 13 см диаметром на память. Таких в продаже, кажется, не было, поэтому вещь уникальная.
Это - мой доказательство этой истории.
Мораль истории такова.
1. Никакие деньги не стоят того, чтобы продать справедливость.
2. Среди людей много подлецов.
Это могут быть ваши друзья, знакомые, коллеги. Они здороваются с вами за руку и обладают такими же правами, что и вы.
Но они всегда готовы нарушить неписанный общественный договор.
Это всегда надо иметь ввиду.
В калифорнийской школе случилась дикая ситуация. Парень сдал сочинение, учительница прогнала его через детектор ИИ-текстов Turnitin, и тот выдал вердикт: 76% текста сгенерировано нейросетью. Всё, разбирательство окончено. Оценку срезали, в личное дело записали "академическая нечестность". Клеймо, которое поедет за учеником в любой университет.
Самое безумное - парень притащил черновики. Историю правок из Google Docs. Весь процесс написания как на ладони. Учительница даже не посмотрела. Зачем разбираться самой, когда алгоритм уже всё решил?
А теперь про сам Turnitin. Компания честно пишет на своём сайте: не используйте наши результаты как окончательный вердикт. Ложные срабатывания на уровне предложений доходят до 4%. То есть разработчики сами предупреждают - а педагог всё равно использовала это как приговор без права обжалования.
Пятого мая родители подали иск в федеральный суд Калифорнии. Требуют вернуть оценку, стереть пометки из досье и получить компенсацию.
И вот тут есть ирония.
Сочинение было по пьесе Артура Миллера "Суровое испытание" - произведению о том, как людям ломают судьбы на основании сомнительных улик. Парень написал работу о ложных обвинениях и тут же сам попал под ложное обвинение. Реальность выдала сценарий, который ни один писатель бы не придумал.
Мы доверяем ИИ-алгоритмам всё больше. Но готовы ли мы к тому, что алгоритм решает, честен ваш ребёнок или нет?
Самое безумное - парень притащил черновики. Историю правок из Google Docs. Весь процесс написания как на ладони. Учительница даже не посмотрела. Зачем разбираться самой, когда алгоритм уже всё решил?
А теперь про сам Turnitin. Компания честно пишет на своём сайте: не используйте наши результаты как окончательный вердикт. Ложные срабатывания на уровне предложений доходят до 4%. То есть разработчики сами предупреждают - а педагог всё равно использовала это как приговор без права обжалования.
Пятого мая родители подали иск в федеральный суд Калифорнии. Требуют вернуть оценку, стереть пометки из досье и получить компенсацию.
И вот тут есть ирония.
Сочинение было по пьесе Артура Миллера "Суровое испытание" - произведению о том, как людям ломают судьбы на основании сомнительных улик. Парень написал работу о ложных обвинениях и тут же сам попал под ложное обвинение. Реальность выдала сценарий, который ни один писатель бы не придумал.
Мы доверяем ИИ-алгоритмам всё больше. Но готовы ли мы к тому, что алгоритм решает, честен ваш ребёнок или нет?
Самый смешной анекдот за 30.04:
Когда власть говорит, что судьям надо повышать зарплату с целью профилактики коррупции, я думаю, сколько ж надо было платить судье Верховного суда Момотову, чтобы он отказался от девяти миллиардов...